Помощь в написании студенческих работ
Антистрессовый сервис

Юридические факты

КурсоваяПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

Материально-идеальный характер юридических фактов вытекает из философского понятия факта. В философской литературе разграничивают несколько значений категории «факт». Г. И. Садовский, в частности, отмечает, что фактом называют фрагмент (дискретный кусок) действительности. Это первая ступень формирования данного понятия. Вторая ступень связана с пониманием того, что факт — такой элемент… Читать ещё >

Юридические факты (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Курсовая работа Название дисциплины Теория государства и права Тема Юридические факты Соболева Мария Владиславовна.

Содержание Введение.

1. Понятие и признаки юридического факта.

2. Юридические факты в механизме реализации норм права и их дефектность.

2.1 Юридические факты в механизме реализации норм права и правосубъектности.

2.2 Дефективность юридических фактов Заключение Глоссарий Список использованных источников.

Введение

Правовое регулирование может выполнить свои задачи лишь в том случае, если опирается на объективную реальность, учитывает действительное положение дел. Социальное управление, которое игнорирует факты, неизбежно теряет свою эффективность, превращается в конечном счете в бесполезную деятельность. Это в полной мере справедливо и для правового регулирования — одной из форм социального управления.

В процессе создания юридических норм, разработки и совершенствования нормативных актов правотворческий орган должен стоять на твердой почве реальности: недопустимо ни забегание вперед, ни отставание от достигнутого уровня социального развития. Для этого нужна полная информация о социальной обстановке действия нормативного акта, финансовых, организационных и иных затратах, которые потребует его реализация; необходимо знать объективные интересы участников правовых отношений, их установки и мотивы деятельности, изучить возможные побочные последствия и многое другое. Только на базе такой информации можно разработать оптимальную модель правового регулирования, в том числе и модель юридических фактов, способную оказать позитивное воздействие на развитие общественных отношений. Другой канал связи права с жизнью — учет фактических обстоятельств в процессе реализации правовых норм. Правовые предписания исполняются не слепо. Они вступают в силу при наличии социальных фактов. В определенных случаях правоприменительный орган может сам уточнить круг фактических обстоятельств, имеющих правовое значение. Факты, с которыми нормы права связывают правовые последствия, называются юридическими фактами.

Корни понятия «юридический факт» уходят в глубь истории юридической науки. Уже в римском праве различалось несколько оснований возникновения правоотношений. В Институциях Гая их четыре: контракт, квази-контракт, деликт, квази-деликт. Позже стали выделять пятое основание — одностороннюю сделку. Выделялись также сроки, основания заключения и прекращения брака, основания перехода вещей по наследству и другие юридические факты.

Объект исследования — понятие и дефектность юридических фактов.

Предметом исследования — составляют теоретические проблемы определения юридических фактов.

Теоретическую основу исследования составили основополагающие труды известных специалистов, которые были использованы в работе: Лазарева В. В., Малько А. С., Марченко М. Н., Одайник В. В., Протасова В. Н., Храпанюка В. Н., Четвернина В. А., Чиркина В. Е., Шепелева В. И, Струсь К. А и другие.

Цель исследования заключаются в обобщении опыта теоретического исследования юридических фактов.

Поставленная цель определяет и комплекс задач, посредством которых она реализуется:

— определить понятие и признаки юридических фактов;

— исследовать юридические факты в механизме реализации норм права и правосубъектности;

— определить дефектность юридических фактов.

Методологическую основу исследования составили следующие научные методы: системный, юридико-логический, исторический, сравнительно-правовой, социологический, а также специально-юридические методы исследования.

Практическая значимость имеет, прежде всего, научно-познавательное значение, которые важны для дальнейшего развития науки теории государства и права.

Структура работы. Настоящая работа состоит из введения, двух глав, разделенных на шесть параграфов, заключения, списка использованной литературы.

1. Понятие и признаки юридического факта В научной и учебной литературе под юридическими фактами понимаются конкретные жизненные обстоятельства, вызывающие в соответствии с нормами права наступление тех или иных правовых последствийвозникновение, изменение или прекращение правового отношения. Уже в этом определении видно своеобразие юридических фактов. Во-первых, это — конкретные жизненные обстоятельства, элементы объективной социальной действительности. Во-вторых, этообстоятельства, признанные нормами права, прямо или косвенно отраженные в законодательстве. «Жизненные факты, — справедливо отмечал Н. Г. Александров, -сами по себе не обладают каким-то имманентным свойством быть или не быть юридическими фактами. Они становятся юридическими фактами только тогда, когда им такое значение придается нормами права. Факты одного и того же вида могут быть или не быть юридическими фактами в зависимости от того, как они расцениваются возведенной в закон волей господствующего класса». Такое понимание юридических фактов позволяет проникнуть в глубь этого явления, исследовать их место в правовом регулировании Миннебаев, Р.Х. К вопросу о понятии юридических фактов [Текст]: Юридический мир. 2011. № 3. — С. 54 — 56.

1. Материально-идеальный характер юридических фактов вытекает из философского понятия факта. В философской литературе разграничивают несколько значений категории «факт». Г. И. Садовский, в частности, отмечает, что фактом называют фрагмент (дискретный кусок) действительности. Это первая ступень формирования данного понятия. Вторая ступень связана с пониманием того, что факт — такой элемент действительности, который дан человеку в восприятии, чувственном опыте. На третьей ступени логического развития формируется понятие «эмпирический факт». Это уже не просто воспринятое, а определенным образом запечатленное, оформленное и осмысленное явление действительности. Однако в эмпирическом факте еще не раскрыта внутренняя основа многообразных внешних его выражений. В зависимости от условий и субъективной цели исследователя, таким образом, возможно различное эмпирическое истолкование одних и тех же явлений. Наконец, завершающая ступень логического развитияпонятие теоретического факта. Это факт, вовлеченный в орбиту определенной теоретической системы, осмысленный посредством ее категориального аппарата. В теоретическом факте мышление возвращается к явлениям действительности, но не через чувственный опыт, а через внутреннюю связь явлений, раскрытую в теории. Таким образом, фактявление объективной реальности, отраженное в определенной идеальной системе. Чем богаче, совершеннее идеальная система, чем точнее она выявляет и фиксирует существенные стороны объективной реальности, тем богаче и многограннее содержание фактов, выраженных на языке этой системы.

Диалектико-материалистический подход к понятию «факт» в философии служит основой для понимания фактов в других общественных, а также естественных науках.

«Существенные нюансы тех определений исторического факта, которые содержатся в работах ученых-марксистов,-пишет В. А. Дьяков, -связаны с двойственностью самого понятия, относящегося, с одной стороны, к факту в смысле исторической реальности, а с другой — к факту в смысле научно-познавательного образа этого факта. Их нельзя ни идентифицировать, ни отрывать друг от друга». Аналогичным образом расцениваются факты и в социологии Овсянников, М.В., Горюнова, Е.Н., Курцев, Н. П. Методология политико-правового учения юридических фактов [Текст]: Мировой судья. 2010. № 7. — С. 30 — 32.

Юридические фактыразновидность социальных фактов. Это явления объективной реальности, отраженные в специфической идеальной системезаконодательстве. Можно ли считать их эмпирическими фактами? Как отмечается в научной литературе, правовое познание, связанное с установлением обстоятельств дела в правоприменительном процессе, не является ни эмпирическим, ни теоретическим. Это — разновидность специальной познавательной деятельности. Язык законодательства также считается особым функциональным стилем, разновидностью делового, официального языка. Думается, вопрос о юридических фактах должен быть решен аналогично. Их нельзя отнести ни к эмпирическим, ни к теоретическим, они находятся как бы «между» ними. Это обширная группа фактических обстоятельств, связанная с особой областью социального управленияправовым регулированием общественных отношений.

В научной литературе и правоприменительной практике о юридических фактах часто говорят как о явлениях материальной действительности, отвлекаясь от их нормативного опосредования, или, напротив, имеют в виду совершенствование нормативной модели юридических фактов, оставляя в стороне конкретные события и действия. Думается, такой подход вполне допустим. В сложном явлении, каким предстает перед нами юридический факт, можно выделять различные аспекты, отношения, срезы. Естественно, для определенных научных и практических целей могут понадобиться только некоторые из них. Важно лишь, чтобы материально-идеальный характер юридических фактов, тесное единство материального содержания и юридического выражения не ускользали из поля зрения ученого, практического работника.

Идеальная модель юридического факта (фактического состава) закрепляется в гипотезе юридической нормы (или нескольких норм.) «В практике применения правовых норм, — справедливо отмечал П. Е. Недбайло, — установление фактической гипотезы (фактического состава) сливается с установлением гипотезы нормы и, наоборот, анализ гипотезы правовой нормы, установленной законодателем, сливается с анализом фактического состава». Вместе с тем между гипотезой и моделью факта не следует ставить знак равенства. Гипотеза — элемент правового предписания, связанный с другими элементами — диспозицией или санкцией. Не совпадают они и по объему: модель сложного юридического факта (фактического состава) может быть закреплена в гипотезах нескольких юридических норм Абдулаев, М. И. Теория государства и права. Учебник [Текст]: СПБ., Питер, 2008. — С.112.

Выделение материальной и идеальной сторон в понятии «юридический факт» позволяет очертить его основные признаки. Рассмотрим сначала признаки, характеризующие материальную сторону этого понятия. Юридические факты есть обстоятельства:

— конкретные, определенным образом выраженные вовне. Юридическими фактами не могут быть мысли, события внутренней духовной жизни и тому подобные явления. Вместе с тем законодательство учитывает субъективную сторону действий (вину, мотив, цель, интерес) как элемент сложного юридического факта, например состава правонарушения;

— выражающиеся в наличии либо отсутствии определенных явлений материального мира. Необходимо учитывать, что юридическое значение могут иметь не только позитивные (существующие), но и так называемые негативные факты (отсутствие отношений служебной подчиненности, родства и т. п.);

— несущие в себе информацию о состоянии общественных отношений, входящих в предмет правового регулирования. Юридическими фактами выступают лишь такие обстоятельства, которые затрагивают прямо или косвенно интересы общества, государства, коллективов, личности.

Другая группа признаков связана с моделью юридических фактов и раскрывает нам нормативную, идеальную сторону этого явления. Юридические факты есть обстоятельства:

— прямо или косвенно предусмотренные нормами права. Многие юридические факты исчерпывающе определены в норме права. Как будет показано ниже, существуют и индивидуально-определяемые факты, лишь в общем виде (косвенно) предусмотренные в законодательстве;

— зафиксированные в установленной законодательством процедурно-процессуальной форме. Юридический факт имеет правовое значение, как правило, лишь в том случае, если он надлежащим образом оформлен и удостоверен (в виде документа, справки, журнальной записи и т. д.);

— вызывающие предусмотренные законом правовые последствия. Имеется в виду прежде всего возникновение, изменение либо прекращение правового отношения. Но юридический факт может вызвать и иные правовые последствия, например, аннулировать другие юридические факты.

Разграничение материального и идеального в понятии юридического факта не следует смешивать с рассмотрением юридических фактов в плоскости конкретноеабстрактное. Необходимо различать конкретные фактические обстоятельства, реально существующие в определенной точке пространства и времени, и абстрактное, обобщенное понятие «юридический факт». При оперировании научными абстракциями неизбежно теряются какие-то частности, детали, свойственные конкретным юридическим фактам, исчезает их неповторимая индивидуальная окраска. Взамен этого на первый план выступает другое — сущностные признаки юридических фактов, их функции в правовом регулировании общественных отношений.

2. Важнейший признак юридического факта — его способность вызывать наступление правовых последствий. В чем источник данной способности? Какова природа связи факта и правовых последствий? Эти вопросы были поставлены и широко обсуждались в юридической научной литературе прошлого столетия. Немецкие юристы-догматики (Беккер, Виндшейд и др.) считали связь факта и правовых последствий особым видом причинности. Иное решение у Бернгефта и Колера, авторов известного курса германского гражданского права. Главное значение в наступлении правовых последствий они отводили правовому порядку; юридический факт, по их мнению, выступает в роли условия, «внешнего толчка». С субъективно-идеалистической точки зрения трактовал эту проблему немецкий юрист А. Манигк, который считал, что закон причинности в юридическом мире не знает пределов действенности: если философ или естествоиспытатель конструируют причину на основании следствия, то правовед конструирует следствие на основании причины. При этом самой причинности Манигк давал крайне субъективное истолкование: правовые последствия (переход собственности, появление или отпадение субъективных прав), по его мнению, есть изменения не в объективном мире, а в сознании людей. Действие юридических фактов заключается в обмене такими представлениями. Сходным образом развивал проблемы юридических фактов Л. И. Петражицкий. Юридические факты, с его точки зрения, являются «причиною или условием приписывания со стороны людей себе или представляемым другим существам обязанностей и прав» Лазарев, В. В. Общая теория права и государства. Учебник. [Текст]: М.: Юристъ, 2008. — С.98.

Связь причины и следствия — объективно существующая связь явлений. Человек способен познать эту связь, вскрыть ее содержание, но не способен сконструировать ее по собственной воле. Между тем не существует причинно-следственной зависимости между фактом и его правовыми последствиями. Связь юридического факта и правовых последствий носит субъективный характер, она возникает на основе норм права — продукта творческой деятельности человека. Подводя итог дискуссии по данному вопросу, Н. Т. Судариков отмечал: «Причинная связь между явлениями не может быть привнесена из нашего сознания в объективный мир».

В юридической литературе можно встретить выражения «юридические фактыпричина правовых последствий», «правовая казуальность» и т. п. Вряд ли следует расценивать их как возвращение к концепции «юридической причинности». Это, скорее, образные сравнения, нежели теоретическая позиция авторов по данному вопросу.

Своеобразную позицию занимал С. Ф. Кечекьян. Он считал юридические факты непосредственной причиной возникновения и прекращения правоотношений, но одновременно подчеркивал, что свести полностью причинные связи к зависимости правоотношений от юридических фактов значило бы отдать дань «юридическому мировоззрению».

Как представляется, наряду с понятием «юридический факт» целесообразно ввести в научный оборот категорию «юридический фактор». Юридические факторыте социальные факты (экономические условия, деятельность государства, судебная практика и др.), которые оказывают влияние на механизм правообразования, вызывают изменение действующего законодательства, принятие новых норм. Юридические факторы появления отдельных норм, нормативных актов, институтов права и т. д. неодинаковы. Но в любом случае они не сливаются с юридическими фактами. Изучение юридических факторов с использованием современных методов социологии позволит повысить научную обоснованность права, его эффективность.

Наконец, проблема «юридической причинности», по нашему мнению, не лишена практически значимых сторон. Юридический факт не есть причина правовых последствий. Но каковы причины появления его самого, какими предпосылками он обусловлен? Эти вопросы отнюдь не второстепенны для юридической науки. Зная причины появления в общественной жизни тех или иных фактических обстоятельств, государственные органы могут более уверенно и обоснованно строить правовое регулирование общественных отношений, прогнозировать эффективность принимаемых юридических норм.

3. Трудности в определении юридического факта, установлении его связи с правовыми последствиями во многом проистекают из того, что в правовом регулировании функционируют фактические обстоятельства различного характера, отношение которых к правовым последствиям неодинаково. В дореволюционной цивилистической литературе разграничивались основания (юридические факты) и условия юридической сделки. Аналогичное подразделение мы находим у А. Манигка: «Состав правовой сделки не охватывает всех имеющих значение предпосылок».

В структуре фактических обстоятельств, связанных с наступлением правовых последствий, выделяются три круга фактов.

Первый кругэто социально значимые факты, образующие в совокупности ту или иную социальную ситуацию. Любой юридический факт, как уже отмечалось, есть лишь часть обширного комплекса социальных условий и предпосылок, связанных с данным правоотношением. Правомерно ли концентрировать все внимание на юридических фактах и отбрасывать остальные (необходимые и случайные, постоянные и переменные) элементы социальной ситуации? Анализ юридических и неюридических обстоятельств в совокупности позволяет выявить действительные рамки социальной ситуации, ее подлинное содержание. Этот анализ подчас обнаруживает такие обстоятельства, которые по тем или иным причинам не попали в число юридически значимых, но имеют принципиальное значение.

Второй круг фактов составляют юридические условия-обстоятельства, имеющие юридическое значение для наступления правовых последствий, но связанные с ними не прямо, а через одно или несколько промежуточных звеньев. Например, для увольнения рабочего или служащего необходимо, помимо прочего, существование трудового правоотношения. Последует ли из этого, что все правообразующие факты трудового правоотношения входят в правопрекращающий фактический состав? Думается, нет. Правопрекращающий состав не может и не должен вбирать в себя всю цепь предшествующих правообразующих и правоизменяющих юридических фактов. Они примыкают к нему иначе — в качестве юридических условий.

Разграничение юридических фактов и юридических условий имеет существенное практическое значение. Правоприменительный орган должен установить все необходимые юридические факты. Что касается юридических условий, то их наличие обычно резюмируется. Иначе правоприменительный орган в каждом случае должен был бы устанавливать бесконечную цепь юридических фактов, прямо и косвенно связанных с данным правовым последствием Марченко, М. Н. Теория государства и права. Учебник / М. Н. Марченко. [Текст]: М.: Зерцало, 2008. С. 136.

Существует несколько групп юридических условий. Одна из них — факты, обусловливающие правоспособность и гражданское состояние субъектов права. Сюда следует отнести, в частности, гражданство, пол, возраст, семейное положение, образование. Не являясь элементами конкретных фактических составов, эти юридически значимые обстоятельства выступают юридическими условиями для крупных массивов правовых связей. В литературе такие факты получили обобщенное наименование элементов гражданского состояния.

Другая группа юридических условий — элементы правообразующих, правоизменяющих, правопрекращающих составов, предшествующих данному. Например, наличие права собственности на вещь служит юридической предпосылкой для распоряжения этой вещьювступления в правоотношения мены, дарения, купли-продажи и т. д. Юридические основания приобретения права собственности, как правило, не входят в состав новой сделки, а примыкают к нему в качестве юридического условия. Наиболее часто в качестве юридических условий выступают факты-правоотношения, отражающие участие данного субъекта в длящихся правовых связях.

Юридические условия не следует смешивать с юридическими фактами, по тем или иным соображениям выведенными за рамки конкретных составов. Иногда такого рода факты тоже называют «условиями», например условия действительности сделки, условия освобождения от ответственности и др. Речь идет, как представляется, о разных явлениях. Чтобы рационально построить нормативный акт, повторяющиеся элементы фактических составов могут быть вынесены в его общую часть, урегулированы специальными нормами. Наиболее часто за рамки составов выносятся их процедурно-процессуальные элементы.

Возникает вопрос, существует ли четкая граница между юридическими условиями и юридическими фактами.

Есть несколько разграничительных признаков, таких как:

— юридические факты обусловливают правовые последствия прямо, юридические условиякосвенно, через одно или несколько промежуточных звеньев (чаще всего через факт-правоотношение);

— юридический факт связан с данным конкретным правоотношением; юридическими условиями обычно детерминируется несколько различных правовых связей;

— юридические факты, как правило, обстоятельства разового, ситуационного значения; юридические условия, напротив, в большинстве своем факты длительного действия.

Третий круг фактовюридические факты. Они далеко не однородны: различаются по своим функциям, способу закрепления, степени определенности и иным существенным признакам. Но все юридические фактыэто непосредственное основание наступления правовых последствий: возникновения, изменения, прекращения правоотношений, появления некоторых иных правовых последствий. Какие фактические обстоятельства могут иметь юридическое значение, а какие нет? Как из массы важных и второстепенных фактов выбрать те, которые наиболее полно обрисовывают регулируемую правом социальную ситуацию?

4. В правовом регулировании юридические факты выступают, как правило, в составе объединений, комплексов фактов. Фактическая предпосылка, состоящая из одного элемента — юридического факта, — сравнительно редкое явление. Представляется необходимым различать две категории фактических комплексов — группу юридических фактов и фактический состав.

Группа юридических фактов — это несколько фактических обстоятельств, каждое из которых вызывает одно и то же правовое, последствие.

В юридической науке группа юридических фактов не рассматривается как комплексное образование. Ее элементы обычно анализируются по отдельности, в качестве изолированных юридических фактов. Думается, это не вполне верно: элементы группы юридических фактов — не случайный набор социальных фактов, а хотя слабо организованный, но все же комплекс юридических фактов. Каковы связи, позволяющие считать группу фактов комплексом? Прежде всего, каждый элемент группы влечет одно и то же правовое последствие. В этом состоит основа их юридического родства, однопорядковости. Их юридическое единство находит и внешнее выражение — все элементы группы закреплены обычно в одном нормативном акте, в одной или в нескольких соседствующих юридических нормах. Кроме того, элементы группы близки как социальные обстоятельства. Все они связаны либо с одной, либо с несколькими близкими по содержанию ситуациями, входящими в предмет правового регулирования. Именно социальная однотипность обстоятельств лежит в основе объединения их в фактический комплекс — группу юридических фактов Марченко, М. Н. Формы права: проблемы понимания и значение [Текст]: Вестник МГУ. Серия 11. Право. 2010. № 1. С. 12.

Группу с известной долей условности можно рассматривать как промежуточное образование между фактическим составом и единичным юридическим фактом. Для нее не характерны системная связь и взаимообусловленность всех элементов, свойственные фактическому составу, но все же она представляет собой нечто большее, чем простой перечень юридических фактов.

Вторая разновидность объединения — фактические (юридические) составы. От группы фактический состав отличается тем, что его элементы определенным образом связаны в пространстве и времени, взаимообусловлены. Правовое последствие наступает лишь при наличии всех элементов состава в совокупности. Иными словами, фактический состав — есть система юридических фактов.

5. В теории и на практике фактические составы нередко смешивают со сложными юридическими фактами. Отражение в праве общественных отношений — далеко не простой процесс. Конкретная социальная ситуация зачастую представляет собой переплетение элементов объективного и субъективного, закономерного и случайного, материального и идеального. Поэтому в качестве юридических фактов выступают не только простые фрагменты социальной действительности, но и порой довольно сложные ее срезы. Сложные юридические факты — такие фактические обстоятельства, которые имеют несколько различных сторон (признаков).

Своеобразие сложных юридических фактов не всегда учитывается на практике. Например, О. В. Баринов рассматривает случай, когда работнику, нарушившему правила техники безопасности, действием механизма была причинена смерть. Поступок рабочего О. В. Баринов относит к противоправным неосторожным действиям, смерть работникак относительным событиям. Такое решение вопроса вызывает возражения. Как представляется, перед нами не два различных юридических факта, а один юридический фактнесчастный случай на производстве, отражающий соответствующую социальную ситуацию. Но это факт — сложный по содержанию, внутри него могут быть выделены субъективный элемент (поступок работника) и объективные элементы (действие механизма, смерть).

Приведенный пример свидетельствует о том, что «волевой» критерий, согласно которому все юридические факты подразделяются на события и действия, нельзя абсолютизировать. В качестве юридических фактов могут выступать не только «чистые» события и действия, но и фактические обстоятельства, охватывающие своим содержанием то и другое, — сложные юридические факты.

Закрепление сложных юридических фактов (например, местожительства, безвестного отсутствия) — в целом положительное явление в законодательстве. Они помогают охватить многосторонние социальные ситуации, способствуют повышению системности в правовом регулировании. В некоторых отраслях (трудовом, семейном, уголовном праве и др.) использование сложных юридических фактов объективно неизбежно. Вместе с тем можно привести примеры (в лесном, водном законодательстве), когда сложные юридические факты связаны с недостаточной дифференцированностью правового регулирования. В принципе они могли бы быть заменены более простыми и конкретными юридическими фактами. Необходимо в каждом случае правового регулирования «нащупать» меру сложности юридических фактов, выбрать оптимальную форму их объединения — группу юридических фактов или фактический состав.

С учетом изложенного можно определить общее понятие юридического факта безотносительно того, что он порождает нормы права, отношения правового статуса или права в сфере конкретного правоприменения. Юридические факты представляют собой волевые акты, порождающие, изменяющие или прекращающие права (объективные и субъективные). Это общее (родовое) понятие юридического факта, которое имеет лишь ему присущие признаки, такие как:

— юридические факты — это волевые акты субъектов права;

— это правовые акты, а не политические, социальные, экономические, духовно-идеологические;

— волевые юридические акты закрепляются в нормах объективного права с той или иной степенью конкретности;

— юридическими фактами порождается и закрепляется сущность того объективного или субъективного права, которое возникает как содержательное явление этой сущности (система норм, субъективное общее, правовой статус, правосубъектность, компетенция или конкретное право);

— посредством юридических фактов обеспечиваются возникновение, изменение и прекращение прав (объективных и субъективных);

— юридические факты — самый существенный элемент механизма правового регулирования. Однако в силу своей глубины и абстрактности он менее всего очевиден при выяснении роли того или иного компонента в механизме правового регулирования;

— вся регулирующая роль норм объективного права, предшествующая нормативному или индивидуальному юридическому факту, протекает и трансформируется в новые нормативные или субъективные права только посредством юридических фактов. Степень трансформации норм объективного права посредством юридических фактов не имеет значения. Даже в тех случаях, когда без каких-либо изменений модели объективного права посредством юридического факта распространены на конкретных участников правоотношения, имеет место новая правовая форма, новое право.

Как видно, юридические факты играют центральную, сущностную роль в возникновении, движении, прекращении права во всех его формах и модификациях.

2. Юридические факты в механизме реализации норм права и их дефектность юридический факт дефектность.

2.1 Юридические факты в механизме реализации норм права и правосубъектности Возникновение конкретного правоотношения означает качественно новый этап в развитии механизма правового регулирования общественных отношений. В возникновении данного этапа и «разворачивании» системы правовых связей и опосредований определяющая роль принадлежит юридическим фактам. Причем «нагрузка» на последние увеличивается, а их роль усложняется. Все предыдущие «шаги» права в том или ином виде учитываются при формировании и действии конкретного правоотношения. Особое место здесь отводится нормам права и моделям, определяющим содержание правосубъектности. Последние, как известно, находятся в переходном состоянии («нормативно-индивидуальная модель»), так как возможность поведения продиктована законом, но в то же время уже получила «привязку» к конкретному субъекту. Именно эти модели получают дальнейшее развитие, трансформацию непосредственно в юридические факты; в правоотношении это происходит опосредовано.

Все, что предусмотрено нормами права и правосубъектностью, не может реализоваться в конкретном правоотношении, минуя юридические факты. И это справедливо при любых моделях правового регулирования — императивных или диспозитивных. Не имеет значения то обстоятельство, что на стадии юридического факта не происходит дополнительного моделирования регулируемых отношений («поднормативное регулирование»), так как модель конкретного правоотношения и нормативные модели — качественно разные уровни права. Перенесенная в конкретное правоотношение нормативная модель — это уже трансформированная модель, имеющая иной статус. В противном случае пришлось бы признавать формально-техническую роль юридических фактов. Однако это не так. Юридические факты, в том числе здесь, предстают сущностной стороной в движении права от одной ступени к другой.

По общему положению, посредством юридических фактов реализуются нормативные модели и правосубъектность в той части, в какой они задействованы в данной правовой цепи. Но этим фактом они не изменяются ни в объеме, ни в содержании, так как это общая мера возможного поведения, рассчитанная на постоянное действие. Соотношение содержания правовой модели и правосубъектности таково, что последняя дает представление о «диапазоне» правовых возможностей правосубъектного лица, в то время как нормативная модель позволяет с той или иной степенью конкретности определить поведение применительно к определенной области жизнедеятельности. В этом смысле конкретизация моделей поведения проходит по линии «норма права — правосубъектность — юридический факт — мера поведения в отдельном индивидуализированном правоотношении».

«Нагрузка» юридических фактов в цепи объективно-субъективных правовых связей разнопланова в силу того, что они своим действием как бы «прерывают» один этап движения права и порождают новый, хотя такое прерывание «удерживается» и дальше, но только в «снятом» виде.

Всякий новый этап получает не только самостоятельное обозначение, но и сущностную характеристику. В равной мере это относится и к оценке юридических фактов.

При сущностной характеристике юридических фактов, порождающих конкретное правоотношение, необходимо принимать во внимание их общие (родовые) признаки и черты, а также особенности, которые позволяют им представлять самостоятельное звено правового механизма. Общие признаки будут одинаковыми для юридических фактов, порождающих или прекращающих нормы права, правосубъектность, а также конкретное правоотношение. К ним относятся:

— волевой характер (волевые акты);

— правовой характер (правовые акты), закрепленность в нормах объективного права;

— свойство порождать, изменять или прекращать сущность того или иного (объективного, субъективного) права;

— принадлежность к самому существенному элементу механизма правового регулирования;

— выполняют функции «трансформатора» объективного или субъективного права из одного состояния в другое.

Но юридические факты, относящиеся к конкретному правоотношению, также имеют свой сущностный (видовой) признак: он указывает на порождающие, изменяющие или прекращающие возможности его в отношении прав и обязанностей в конкретных правоотношениях.

В последнее время в научной литературе при исследовании конкретного правоотношения и юридических фактов, порождающих его, упоминается категория «состояние». По утверждению Л. А. Чеговадзе, вид правового состояния сторон в правоотношении зависит от материального содержания гражданского правоотношения и процесса его реализации, т. е. тех фактических условий, которым законодатель придает значение юридических фактов. Поэтому условия установления субъективных гражданских прав и возникновения юридических обязанностей следует рассматривать как условия становления правового состояния субъектов в пределах правоотношения в качестве стороны правомочной либо обязанной Чеговадзе, Л. А. Структура и состояние гражданского правоотношения. [Текст]: М., 2004. — С. 484. На наш взгляд, категория «условия становления состояния» как само состояние принадлежности, означающее, по мнению Л. А. Чеговадзе, «связанность участников правоотношения наличием правомочий и долженствований» не проясняет сути и назначения юридических фактов и порожденных ими прав и долженствований. Если условия установления субъективных прав означают одновременно и условия становления состояния, в чем тогда их принципиальное различие? Если состояние принадлежности означает связанность участников правоотношения наличием правомочий и долженствований, тогда в чем его отличие от права и обязанности как меры возможного и должного поведения?

Кроме того, понятие «условия», рассматриваемое в качестве юридического факта, не конкретизирует последний. Ведь оно может применяться в разных значениях. Юридические факты в свою очередь, — это непосредственные волевые акты, предусмотренные (или допускаемые) нормами права, порождающие, изменяющие или прекращающие конкретные правоотношения (права и обязанности). Степень конкретности таких правоотношений, как и юридических фактов, их порождающих, может быть различной в связи с возможностью динамики теперь уже самих правоотношений и тех прав и обязанностей, которые составляют их содержание. Тем не менее во всех этих случаях речь идет о персонифицированных субъектах и приобретаемых ими определенных правах и обязанностях.

Исходя из предложенного нами определения юридических фактов данного уровня механизма правового регулирования, становится ясно, что именно они выступают сущностью будущих правовых связей субъектов (порождающихся, изменяющихся, прекращающихся). В этом плане сложившееся представление о юридических фактах как фактах реальной действительности, с которыми нормы права связывают наступление юридических последствий (т.е. возникновение, изменение гражданских правоотношений) Красавчиков О. А. Юридические факты в советском гражданском праве. [Текст]: М., 2008. — С. 50., не дает представления об их подлинном назначении и роли в правовом регулировании.

Действительно, в чем выражается связь норм права и правоотношений посредством юридических фактов и как она протекает? Широко представлены юридические факты посредством понятия «обстоятельства реальной действительности». Как известно, они могут быть только волевыми актами, как и все остальные элементы права и его механизма. Кроме того, они не выступают связующим звеном между нормами права и наступающими правовыми последствиями. Юридические факты, трансформируя «энергию» правосубъектности и норм объективного права, порождают, изменяют или прекращают конкретные правоотношения (права и обязанности).

В российской правовой науке существование прецедента как источника права в целом отрицается. Так, И. А. Иванников указывает: «Судебный прецедент в России не применяется, а административный — отсутствует. Примером судебных постановлений иногда считают постановления Верховного Суда РФ, Конституционного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ. Однако фактически это не прецеденты, а разъяснения действующего законодательства» Иванников, И. А. Теория государства и права. [Текст]: Ростов-н/Д, 2007. — С. 168.

Представляется, что в российской правовой системе уже сделан первый шаг к расширению круга источников права и признанию прецедента. Так, после вступления в силу для России Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. Конвенция о защите прав человека и основных свобод" (Заключена в г. Риме 4 ноября 1950 г.) (вместе с «Протоколом [№ 1]») (подписан в г. Париже 20 марта 1952 г.) «Протоколом N 4 об обеспечении некоторых прав и свобод помимо тех, которые уже включены в Конвенцию и первый протокол к ней» (подписан в г. Страсбурге 16 сентября 1963 г.), «Протоколом N 7» (подписан в г. Страсбурге 22 ноября 1984 г.) [Текст]: СЗ РФ. 2001. № 2. Ст. 163. Россия признала обязательной юрисдикцию Европейского суда по правам человека. Указанный суд при толковании и применении норм Конвенции исходит из прецедентного значения своих решений. Таким образом, решение по конкретному спору между гражданином определенной страны и государством связывает не только участников данного спора, но и является моделью поведения для других государств — участников Конвенции. Так, решение ЕСПЧ по делу «Брумареску против Румынии» от 28 октября 1999 г. повлекло необходимость существенного реформирования процессуального законодательства России в части надзорного производства. В постановлении по делу «Праведная против России» от 18 ноября 2004 г. Европейский суд прямо сослался на свое предыдущее решение по делу Брумареску, сформировав норму права о принципе правовой определенности.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 N 5 (ред. от 05.03.2013) «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» [Текст]: Бюллетень Верховного Суда РФ. 2003. № 12. в п. 11 указывается на обязательность постановлений ЕСПЧ в отношении Российской Федерации, принятых окончательно, для всех органов государственной власти страны, в том числе судов. Таким образом, обойден вопрос насколько обязательными для России являются постановления ЕСПЧ, принятые против других государств. С учетом практики Европейского Суда представляется, что отрицание обязательности следования правовой позиции, сформулированной ЕСПЧ по делу против другого государства, неизбежно приведет к тому, что государство проиграет дело в Суде, так как ЕСПЧ будет следовать своим правовым позициям.

Возможно, поэтому в более позднем по времени постановлении Пленума ВС РФ от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» [Текст]: Бюллетень Верховного Суда РФ. 2004. № 2. Суд уже не проводил разграничения, дав более мягкое по форме указание о том, что судам следует учитывать при вынесении решения и постановления Европейского Суда по правам человека, в которых дано толкование положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, подлежащих применению в данном деле. Таким образом, российские суды ориентированы на применение любых, относящихся к предмету спора, постановлений ЕСПЧ, независимо от того, против каких государств они вынесены.

Во внутреннем российском праве также наблюдаются изменения. Новые Гражданский процессуальный Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 № 138-ФЗ (ред. от 14.06.2012) [Текст]: Российская газета. 2002. 20 ноября. и Арбитражный процессуальный кодексы Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24.07.2002 № 95-ФЗ (ред. от 30.12.2012) [Текст]: Российская газета. 2002. 27 июля. в качестве основания к отмене судебных актов в порядке надзора предусматривают ранее отсутствовавшее обстоятельство: нарушение единства судебной практики (ст. 304 АПК РФ, ч. 3 ст. 377, ст. 389 ГПК РФ). Как справедливо отметила М. А. Фокина: «Единство судебной практики может быть достигнуто в том случае, если толкование норм права, даваемое высшими судебными органами, будет носить императивный характер» Фокина М. А. Роль судебной практики в совершенствовании доказывания по гражданским делам [Текст]: Арбитражный и гражданский процесс. 2009. № 4. — С.52.

Кроме того, при рассмотрении дел, возникающих из публичных правоотношений, действующее процессуальное законодательство содержит положения, которые можно рассматривать как ведущие к созданию прецедента. ВС РФ по делам, возникающим из публичных правоотношений, стал ссылаться на правовые позиции, ранее выраженные в его решении по другому делу Решение Верховного Суда РФ от 04.04.2003 N ГКПИ03−213 «Об отказе в удовлетворении заявления о признании недействующими пункта 5 и подпункта «б» пункта 6 «Правил исполнения Министерством финансов Российской Федерации судебных актов по искам к казне Российской Федерации на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти» [Текст]: Бюллетень Верховного Суда РФ. 2003. № 4.

Полагаем, что появление в российской правовой системе отдельных явлений в качестве судебного прецедента не способно поколебать ее принадлежности к континентальному праву, поскольку Конституция РФ и законы по-прежнему будут занимать доминирующее положение, а судебный прецедент будет всегда носить производный (вспомогательный) характер Савельева О. А. Законодательное закрепление судебного прецедента в Российской Федерации: иллюзия или реальность? [Текст]: Российский судья. 2008. № 8. — С.56.

Положение о том, что норма права в ходе регулирования конкретных связей приобретает форму правоотношения, носит весьма абстрактный характер, не позволяющий выяснить всю глубину изменений, происходящих в праве и фактических отношениях, подвергающихся правовому воздействию.

При анализе логики и механизма регулирования общественных отношений место и роль правоотношений учеными определяются по-разному. Существует мнение, что правоотношение как средство регулирования общественных отношений следует объединить с нормой и включить в определение права. Признание за правоотношениями статуса права Имре Сабо обосновывает тем, что «понятие права есть не что иное, как статическое выражение общих абстрактных динамических правоотношений». В понятие юридического права следует включать как юридические нормы, так и правовые отношения, которые составляют его необходимый, а иногда исходный элементХрапанюк, В. Н. Теория государства и права. Учебник. [Текст]: М.: Дабахов, Ткачев, Димов, 2008. — С.168. .

Нормы права нельзя, на наш взгляд, отождествлять с правоотношениями под общим определением права. Ведь это разнокачественные правовые явления. В нормах права закреплена воля государства, а в ряде случаев — в сочетании с волей других публичных образований. В правоотношении, в свою очередь, имеет место единство государственной (публичной) и индивидуальной воли. Если право выражается через статические абстрактные правоотношения, последние необходимо интегрировать до уровня единого целого, что будет означать диалектическое «снятие» отдельных правоотношений и появление только системы норм права.

В научной литературе высказано суждение о том, что правоотношение не тождественно норме права и не сливается с фактическим отношением, а предстает связующим звеном между ними. Достоинство этого направления в том, что его автор, во-первых, не объединяет нормы права и правоотношения, во-вторых, не отождествляет фактическое отношение с правоотношением. Однако обнаруживаются недостатки и в этом подходе. Прослеживается в нем некая механическая совокупность элементов, между которыми трудно обнаружить реальную взаимосвязь.

Для преодоления этих недостатков была предпринята попытка включить в определение правоотношения реальное поведение. Правоотношение в целом, как отмечает Р. О. Халфина, не может быть отнесено к области права. Отделение правовой формы от реального содержания не выражает реальных связей.

Автор, преодолевая недостатки прежних концепций, невольно привносит свои трудно разрешимые проблемы при оценке правоотношения. Включение в понятие правоотношения содержание фактического отношения размывает грани между правовыми и неправовыми явлениями. Задача заключается в том, чтобы, с одной стороны, развести все компоненты механизма правового регулирования и указать на их сущностные особенности, а с другой — проследить их взаимодействие между собой, а также регулируемым отношением.

С этой целью была выдвинута идея «удвоения» правоотношения и разделения его на «правоотношение — модель» и «правоотношение — отношение». Первая конструкция является средством регулирования поведения (индивидуальным регулятором), а вторая выступает результатом юридического регулирования, к которому стремится законодатель.

«Правоотношение — отношение» не является чисто юридическим понятием, выступая экономическим, политическим либо идеологическим общественным отношением, которое оформилось под регулирующим влиянием права. Выделение понятия «правоотношение — модель» заслуживает внимания. Оно позволяет искать правовые переходы от нормативной модели до фактического поведения и фактического отношения в целом, развивающегося в правовом поле. В то же время остается неясной конструкция «правоотношение — отношение». Если это правовое и одновременно фактическое отношение, как оно взаимосвязано с «правоотношением — моделью»? В последнее время в исследованиях отраслевого характера предпринята попытка представить правоотношение, которое с содержательной стороны лишается правовых характеристик.

Гражданское правоотношение, как отмечает Н. Д. Егоров, представляет собой диалектическое единство экономического содержания и правовой формы. Форма имущественного правоотношения (субъективные права и обязанности) находится в области правовой надстройки, а его содержание (взаимодействие участников) — в сфере экономического базиса Стрекозова, В. Г. Теория государства и права. Учебник. [Текст]: М.: Дабахов, Ткачев, Димов, 2009. — С.119. По нашему мнению, нельзя определить содержание правоотношения через фактическое взаимодействие его субъектов, так как оно относится к правовым явлениям. Кроме того, взаимодействие участников правоотношения есть не что иное, как реализация индивидуальной правовой модели (субъективные права и обязанности), которая является его собственно юридическим содержанием.

Идея включения в понятие правоотношения фактических отношений обосновывается учеными и в работах последних лет.

Правоотношение, будучи явлением только юридическим, не содержит материального, фактического, иных элементов. При установлении взаимосвязи между нормой права, правоотношением и фактическим отношением следует, на наш взгляд, исходить из того, что правоотношение является не связующим звеном между нормой права и фактическим поведением, а результатом взаимодействия норм и общественных отношений. Результат этот не есть норма, как и фактическое отношение, а только правовой вид (форма) общественного отношения, который оно приобретает при воздействии на него норм объективного права. Данное правоотношение имеет свою правовую форму и содержание, не тождественное содержанию фактического отношения. В правоотношении обнаруживается «сплав» государственной (социальной) и, как правило, индивидуальной воли, позволяющей ему предопределить развитие конкретного фактического отношения. Как справедливо отмечал В. М. Горшенев, результат правового воздействия нельзя сводить только к установлению правоотношений. Правоотношение есть лишь форма, способ достижения правового эффекта, а не сам эффект.

Таким образом, родовое понятие правоотношения можно определить как правовой вид (форму) общественных отношений, который они приобретают при урегулировании нормами права, где участники наделяются правами и обязанностями. На этом уровне абстрагирования понятие правоотношения должно давать представление о том, что оно:

а) не совпадает с исходным понятием права, а является одной из ступеней его реализации;

б) не совпадает с регулируемым фактическим отношением, так как последнее в правоотношении имеет вид нераскрытой правовой модели;

в) предстает результатом воздействия норм объективного права на определенную сферу общественной жизни и как непосредственное средство ее нормирования — регулирования.

Понимание природы правоотношения как и юридического факта, порождающего его, во многом обеспечивается благодаря установлению их соотношения. Оно может быть рассмотрено на методологическом и функциональном уровнях.

Методологический аспект предполагает строго следовать принципу: «ничто правовое из неправового не возникает». Речь идет о том, что признавая юридические факты явлениями права (правовыми явлениями) нельзя отступать от этого исходного положения при выяснении и оценке тех правовых отношений (последствий), которые они порождают. При такой логике нельзя вводить в правоотношение фактические, экономические, материальные и иные элементы и связи. Допустив это, мы нарушаем исходные посылки, на которых строится система правового регулирования, действие ее механизмов. В конце концов, здесь действуют и требования формальной логики.

Важно отметить, что только правовые связи должны присутствовать во всех звеньях, элементах правоотношения: субъектах, содержании, объекте.

Однако это вовсе не означает отторжения от правоотношения регулируемых общественных отношений. Задача как раз состоит в том, чтобы проследить пути, механизмы «сцепления» регулирующей (правоотношения) и регулируемой (фактические отношения) систем. В решающей степени эта цель достигается посредством установления взаимодействия юридических фактов и правоотношений на функциональном уровне.

Такое взаимодействие не носит одномоментный характер. По общему положению, возникшее правоотношение не остается неизменным до времени достижения цели его участников. Посредством новых юридических фактов оно получает дальнейшую конкретизацию, оставаясь при этом правовой моделью поведения. «Нагрузка» юридических фактов в механизме становления и развития правоотношения неодинакова. Ее объем зависит от степени определенности нормативной модели и характера юридического факта. Здесь по степени важности на первое место претендуют договорные юридические факты, посредством которых создаются поднормативные модели субъектов правоотношения. По существу, в этом случае образуются два модельных уровня: нормативный и договорной, между которыми должно быть установлено синхронное взаимодействие. В отдельных случаях в законе прямо указывается, в каких случаях действует не нормативная, а договорная модель. Так, в п. 2 ст. 422 ГК РФ зафиксировано: «если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила, иные, нежели те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется и на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров».

В заключение отметим, что так как «сцепление» посредством юридических фактов между правоотношениями и регулируемыми фактическими отношениями происходит непосредственно в объекте правоотношения, схематично оно будет показано при рассмотрении вопроса о соотношении юридического факта и объекта правоотношения.

2.2 Дефективность юридических фактов В процессе установления юридических фактов нередко обнаруживается, что они имеют различного рода недостатки, дефекты. В одних случаях эти дефекты связаны с содержанием юридического факта (например, отсутствие необходимого стажа), в других — с внешней формой его выражения и закрепления (например, дефект в документе, удостоверяющем стаж).

Юридический факт дефектен в тех случаях, когда его признаки не соответствуют модели, закрепленной в гипотезе юридической нормы.

Дефектность юридического факта может быть абсолютной и относительной. Абсолютная — означает, что социальное обстоятельство вообще теряет юридическое значение, не может использоваться как юридический факт. Относительная — это дефектность только для данного правоотношения. Например, непризнание стажа предоставляющим право на назначение пенсии на льготных условиях не исключает использование этого юридического факта для назначения пенсии в общем порядке.

Дефектность юридического факта нельзя отождествлять с противоправностью. Противоправность поступка, акта — это крайняя форма его дефектности. Но последняя может быть вызвана и такими обстоятельствами, которые не расцениваются в качестве правонарушения (отступление от формы акта и др.). Вместе с тем, не все противоправные действия имеет смысл рассматривать как дефектные, ибо ничто не может сделать их правомерными.

Необходимо разграничивать дефектность самого юридического факта и дефектность доказательств о нем. Однако дефектность одного из доказательств не исключает, как правило, представления иных доказательств, не означает дефектности самого социального обстоятельства (юридического факта), доказываемого в правоприменительном процессе.

Дефектность юридического факта не следует смешивать также с его неправильной юридической оценкой. Если первое — недостаток самого юридического факта, то второе — дефект правоприменительного процесса.

Дефекты в юридических фактах и составах можно классифицировать по нескольким основаниям. В зависимости от их юридического значения выделяются следующие разновидности:

— несостоятельность. Юридически несостоятельный факт не может вызывать правовых последствий (если он одновременно не является правонарушением). Если же позитивные правовые последствия ошибочно наступили, то они подлежат полному и безусловному аннулированию;

— недействительность. Фактическая предпосылка возникает с существенными нарушениями, при которых невозможно наступление правовых последствий. Законодательство допускает в известных случаях возможность исправления недействительных фактических предпосылок и придания им юридической силы. Так, брак не может быть признан фиктивным, если лица, зарегистрировавшие фиктивный брак, до рассмотрения дела судом фактически создали семью (ст. 29 Семейного кодекса Российской Федерации); Семейный кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 N 223-ФЗ (ред. от 12.11.2012) [Текст]: Российская газета. 1996. 27 января.

— частичная дефектность. Здесь фактическая предпосылка разграничивается на «здоровую» и дефектную части. Правовое значение таких предпосылок различно: они могут повлечь возникновение дополнительных прав и обязанностей, связанных с устранением нарушения, наступление правовых последствий в «усеченном» объеме, наконец, после устранения нарушения — полное наступление правовых последствий;

— малозначительное нарушение. Этот тип дефектности связан, как правило, с процедурой установления юридических фактов, их документальным оформлением. Несущественные процедурно-процессуальные нарушения не должны служить препятствием для наступления правовых последствий.

По признаку исправимости нарушения в фактической предпосылке дефекты подразделяются:

— исправимые — это нарушения, которые можно исправить, восстановив полноценность фактического обстоятельства;

— частично исправимые — такие нарушения, которые можно исправить лишь в некотором объеме;

— неисправимые — это дефекты, которые невозможно исправить.

По признаку момента обнаружения дефекта дефекты подразделяются:

— выявленные до наступления правовых последствий;

— выявленные после наступления правовых последствий.

Дефектные ситуации можно классифицировать в зависимости от степени их нормативной урегулированности, тогда они подразделяются: урегулированные, относительно урегулированные, неурегулированные. Некоторым дефектным юридическим фактам посвящаются целые правовые институты (недействительные сделки, неправильности в записях актов гражданского состояния). Иногда в законе можно найти лишь отдельные указания, ориентирующие на тот или иной способ разрешения дефектных ситуаций, которые в этом случае следует считать относительно урегулированными. Если же в законе нет никаких указаний о юридическом значении дефектной ситуации, ее следует считать неурегулированной.

Существенным подспорьем для юридической оценки и правильного разрешения дефектных ситуаций является публикуемая судебная практика.

Классификация нарушений в фактических предпосылках может вестись и по некоторым другим основаниям: степени вероятности нарушения (вероятные и исключительные); в зависимости от причины (по уважительной, по неуважительной причине); в зависимости от элемента состава (материальные, процедурно-процессуальные). З. Д. Иванова разграничивает нарушения в главном факте и во вторичных элементах состава. Иванова, З. Д. Юридические факты и возникновение субъективных прав граждан [Текст]: Государство и право.2007. № 2. — С. 37.

Возникновение дефектного юридического факта или состава — это нарушение правопорядка либо непосредственная угроза такого нарушения. Каким образом реагирует законодательство на дефектность юридических фактов и составов?

Один из видов юридической реакции может быть условно назван стабилизацией правовых последствий. Существо ее заключается в том, что в определенных ситуациях законодательство сохраняет (стабилизирует) правовые последствия, возникшие из дефектных юридических фактов или составов.

Другой вид реакции на нарушение в фактической предпосылке — отсрочка наступления правовых последствий.

Разновидностью юридической реакции на дефектность фактической предпосылки выступает санкция недействительности. Существо этого типа реакции заключается в аннулировании юридического значения фактической предпосылки, невозникновении правовых последствий, на которые рассчитывали субъекты. Например, возвращение лица, признанного безвестно отсутствующим, не влечет автоматического восстановления брака, расторгнутого в связи с безвестным отсутствием (ст. 26 Семейного кодекса Российской Федерации). Необходимы дополнительные факты — совместное заявление супругов, восстановление брака органом загса.

Санкции недействительности не всегда в достаточной степени регламентированы, что существенно снижает их эффект.

Одним из средств юридического реагирования на дефектность юридических фактов и составов при сохранении их юридической силы выступают активные санкции. Рассмотрим некоторые разновидности активных санкций.

Изменение содержания возникающего правоотношения. Результатом дефектности фактической предпосылки может быть появление новых прав, отпадение некоторых обязанностей.

Изменение незавершенной части фактического состава. Рассматриваемый тип юридической реакции заключается в том, что в ответ на дефектность начальных звеньев фактического состава законодательство корректирует заключительные звенья состава. Данная корректировка может выражаться, во-первых, в подключении в незавершенную часть состава дополнительных элементов. Во-вторых, — в условном признании некоторых фактов существующими (или отсутствующими).

Появление или отпадение прав и обязанностей в других правоотношениях.

Рассмотренные выше санкции реализуются двумя основными способами — в порядке самозащиты или автоматически.

Самозащита — допускаемая законом возможность односторонних действий по обеспечению своего субъективного права.

Автоматическое наступление санкций имеет место в тех случаях, когда негативные правовые последствия наступают непосредственно в силу указания нормы права, без каких — либо действий участников правоотношения или правоприменительных органов.

Дефектные юридические факты и составы — негативное явление в правовой системе, так как затрудняет нормальный процесс правового регулирования.

Одна из причин дефектности юридических фактов — их скрытое перерождение. С течением времени факты не остаются неизменными Может измениться и общественная оценка факта, его юридическое значение. Изменения в факте бывают и внутренними, скрытыми. Они могут выражаться в расхождении между содержанием факта и внешней формой его выражения.

Одна из причин (и форм) дефектности — фальсификация юридических фактов. Следует разграничивать два вида фальсификации. Во-первых, это искусственная фабрикация фактических обстоятельств, имитирующих юридические факты, чтобы добиться получения прав или освобождения от обязанностей (например, имитация болезни), и, во-вторых, создание фиктивных доказательств (фальшивых документов, справок) о несуществующих юридических фактах. Необходимо различать также полную, частичную фальсификацию юридического факта и фальсификацию одного из элементов фактического состава.

Предупреждение дефектности юридических фактов непосредственно связано с совершенствованием правового режима документов.

Заключение

Юридическими фактами в науке и на практике понимаются конкретные социальные обстоятельства (события, действия), вызывающие в соответствии с нормами права наступление определенных правовых последствий — возникновение, изменение или прекращение правовых отношений Все юридические факты подразделяются на события и действия. Действия подразделяются на правомерные и неправомерные. Правомерные действия делятся на юридические поступки и юридические акты.

С точки зрения своего социального содержания, юридический факт должен прежде всего адекватно отражать социальную ситуацию. По отношению к социальной ситуации юридические факты выполняют двоякую роль: во-первых, идентификационную, поскольку они призваны точно обозначить социальную ситуацию, обеспечить ее фиксацию в правовом регулировании. В этом качестве юридические факты выступают в роли «индексов», свидетельствующих о наличии социально-юридической ситуации. Во-вторых, разграничительную, состоящую в том, что юридические факты очерчивают рамки ситуации, позволяют ограничить ее от сходных случаев.

Главная задача, выполняемая юридическими фактами в правовом регулировании — обеспечение возникновения, изменения, прекращения правовых отношений. Каждый юридический факт вызывает либо правообразующие, либо правоизменяющие, либо правопрекращающие правовые последствия.

В правовом регулировании юридические факты выступают, как правило, в составе объединений, комплексов фактов. Поэтому представлена необходимость различать две категории фактических комплексов — группу юридических фактов и фактический состав. Также рассмотрено такое понятие как сложный юридический факт, их своеобразие и отличие от фактических составов.

В качестве юридических фактов выступают не только простые фрагменты социальной действительности, но и довольно сложные ее «срезы». В результате в правовом регулировании появляются сложные юридические факты — такие фактические обстоятельства, которые состоят (складываются) из нескольких юридически значимых сторон (признаков).

От сложного юридического факта фактический состав отличается тем, что состоит из разнородных юридических фактов. В ряде случаев для юридической полноценности фактического состава необходимо не только наличие всех элементов — юридических фактов, но и строгое соблюдение порядка их «накопления» в фактическом составе.

Юридические факты, должны отвечать не только «социологическим», но и некоторым «специально-юридическим» требованиям, т. к. они представляют собой элемент юридической формы общественных отношений, одно из средств правового регулирования.

Важным требованием к юридическому факту является его юридическая надежность. Это такая характеристика факта, которая отражает, с одной стороны, постоянство связи факта с социальной ситуацией, а с другой — стабильность его социального содержания.

Юридический факт, далее, должен обладать адаптивностью, способностью в известном смысле «приспосабливаться» к меняющимся условиям.

Юридические факты, закрепляемые в нормах законодательства, должны получать адекватное понятийное выражение и четкое терминологическое обозначение.

Установление или подтверждение юридических фактов — одна из главных задач практической деятельности каждого юриста. Без этого немыслимы правильное применение закона, защита прав граждан и организаций, разрешение споров, привлечение к ответственности нарушителей закона. Поэтому изучение юридических фактов занимает важное место в юридической науке и образовании.

Глоссарий.

1 События — явления природы, возникновение и развитие которых не зависит от воли и сознания человека.

2 Сложные юридические факты — такие фактические обстоятельства, которые состоят (складываются) из нескольких юридически значимых сторон (признаков).

3 Право — это совокупность установленных или санкционированных государством общеобязательных правил поведения (норм), соблюдение которых обеспечивается мерами государственного воздействия.

4 Удостоверение юридических фактов состоит в подтверждении истинности фактов их существования.

5 Факт — Конкретное жизненное обстоятельство.

6 Фактический состав — совокупность (точнее систему) юридических фактов, необходимых для наступления правовых последствий — возникновения, изменения, прекращения правоотношения.

7 Фиксация юридических фактов представляет собой регистрационную деятельность, документальное закрепление фактических обстоятельств.

8 Юридическая надежность это такая характеристика факта, которая отражает, с одной стороны, постоянство связи факта с социальной ситуацией, а с другой — стабильность его социального содержания.

9 Юридические условия это обстоятельства, имеющие юридическое значение для наступления правовых последствий, но связанные с ними не прямо, а через одно или несколько промежуточных звеньев.

10 Юридический факт конкретные социальные обстоятельства (события, действия), вызывающие в соответствии с нормами права наступление определенных правовых последствий — возникновение, изменение или прекращение правовых отношений.

Список использованных источников

.

1 Российская Федерация. Конституция (1993). Конституция Российской Федерации [Текст]: офиц. текст. — М.: Маркетинг, 2001. — 39 с. — ISBN 5−94 462−025−0.

2 Абдулаев, М. И. Теория государства и права. Учебник / М. И. Абдулаев. [Текст]: СПБ.: Питер, 2008. — 397 с.- ISBN 5−7986−0776-X.

3 Алексеев, С. С. Государство и право. Начальный курс [Текст]: М.: Юрид. Лит. 2009. ISBN 4−6786−8765-X.

4 Алексеев, С. С. Право. Опыт комплексного исследования. [Текст]: М., 2009. — 448 с. — ISBN 4−5154−2237-X.

5 Бернам, У. Правовая система Соединенных Штатов Америки. [Текст]: М., 2009. — 388 с. — ISBN 5−7550−0099-X.

6 Грибанов, В. П. Сроки в гражданском праве [Текст]: М., 2007. — 318 с.- ISBN 4−6365−0076-X.

7 Дзыбова, С. Г. Институт делегированного законотворчества [Текст]: М.: Юрист. — 2010. — С. 53.

8 Иванов, А.А., Иванов, В. П. Теория государства и права. Учебное пособие. [Текст]: М., 2011. — ISBN 4−6365−2396-X.

9 Иванова, З. Д. Юридические факты и возникновение субъективных прав граждан [Текст]: Государство и право.2007. № 2. — С. 37. — ISSN 7−7080−0099-X.

10 Козлов, Ю. М. Теория государства и права в вопросах и ответах: Учебное пособие. [Текст]: М.: Юристъ, 2009. — ISBN 7−6990−0099-X.

11 Лазарев, В. В. Общая теория права и государства. Учебник / В. В. Лазарев. [Текст]: М.: Юристъ, 2008. 306 с.- ISBN 4−2347−0344-X.

Показать весь текст
Заполнить форму текущей работой