Помощь в написании студенческих работ
Антистрессовый сервис

Особенности русской архитектуры 14-15вв

РефератПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

Во второй половине 15 века, в связи с борьбой новгородского боярства против воссоединения с Москвой, в новгородском зодчестве появляются консервативные тенденции. Особенно явно они сказались в постройках архиепископа Евфимия. По его заказу перестраивались в старых формах обветшалые храмы 12 века. Новгородский владыка стремился воскресить и поддержать новгородскую «старину». Евфимий предпринял… Читать ещё >

Особенности русской архитектуры 14-15вв (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

1.Введение

2.Архитектура Новгорода

3.Архитектура Пскова

4.Архитектура Москвы

5.Список использованной литературы

Монгольское нашествие 1237−1240 годов, разрушив многие русские города, нанесло огромный урон русской культуре. Художественные ремесла пришли в упадок. Однако вслед за полосой упадка в середине 14 века явно обозначаются признаки возрождения. С конца 14 века художественное ремесло не только воскресло, но и вступило на новый и блестящий путь развития.

15 век — период наивысшего расцвета в истории древнерусской живописи. В это время иконопись решительно становится господствующим искусством, имеющим столь самобытный характер, что любое произведение несет на себе неповторимо русскую печать.

В данной работе мы рассмотрим своеобразие русского искусства в период 14 — 15 веков на примере особенностей архитектуры наиболее ярких, на мой взгляд, центров, таких как Новгород, Псков и Москва.

Архитектура Новгорода

Нашествие монголо-татар не нанесло Новгороду такого сокрушительного удара, какой потерпели города Владимиро-Суздальской земли, однако оно имело существенные последствия для развития новгородской культуры. Достаточно сравнить мрачное затишье, наступившее после 1240 года, с той бурной строительной деятельностью, которая шла в Новгороде и его пригородах в конце 12 — нач. 13 века. Новгородские летописи с 1240 года до начала 90-х годов 13 века упоминают о строительстве только трех церквей, причем из дерева. Зато крепостное строительство той поры было значительно оживленнее в связи с усилившейся опасностью с Запада.

Однако уже в 90-х годах 13 века положение резко изменилось. Нанеся сокрушительный удар сначала шведам, а затем ливонским рыцарям, Новгород стал одним из крупнейших центров Руси, вступил в полосу нового расцвета своей культуры, будучи единственным из русских городов, сохранившим полностью памятники своего прошлого и культурные традиции.

Новгородские памятники конца 13 — первой половины 14 века сохраняют основные старые композиционные приемы и отражают лишь некоторые новые черты в понимании внутреннего пространства. Тем не менее они открывают новый период в истории новгородского зодчества. Новые элементы конструкций привели к новой системе завершения храма, делавшей внешний облик здания резко отличным от старого. Отказ от боковых апсид придал восточному фасаду храма необычный вид. Наряду со старыми формами оконных проемов в этот период впервые появляются окна со стрельчатым завершением. Изменяется система кладки: плинфа и камень уступают место местной волоховской плите, не требовавшей больших затрат на разработку и доставку, предоставляя неисчерпаемый запас строительного материала для всех видов строительства. Применение волоховской плиты накладывало отпечаток некоторой грубоватости. Видимо, с этим было связано сравнительно позднее освоение чисто кирпичной техники в новгородской архитектуре.

Дошедший до нас памятник конца 13 века — церковь Николы на Липне, выстроенная архиепископом Климентом в 1292 году, свидетельствует о том, что в традиционном типе храма, широко распространенном в новгородском зодчестве второй половины 12 века, произошли существенные изменения. Зодчие церкви Николы на Липне стремились переосмыслить традиционную композицию, вводя новые приемы. Так, они отказываются от старой системы посводного (по закомарам) покрытия. Несмотря на более позднюю переделку завершающих частей здания, верх церкви Николы на Липне можно реконструировать в виде трехлопастного покрытия. Зодчие отказались от трехчастного деления фасада лопатками, что придало зданию еще большую монолитность, и от боковых апсид, одновременно опустив центральную до половины высоты храма. Характерной чертой церкви Николы на Липне является вытянутость пропорций, чего не встречалось ранее в новгородском зодчестве. Существенной особенностью является также новая техника кладки. Церковь Николы на Липне в основном выстроена из волоховской грубо отесанной плиты на растворе извести с песком. Кирпич удлиненной формы еще встречается в укладки, но старой системы чередования кирпича и камня уже нет. Применен кирпич и в кладке столбов и сводов церкви, но он имеет форму продолговатых брусков очень крупного размера.

Кладка из блоков грубо отесанного известняка различного размера с использованием булыги и частично кирпича давала очень неровную поверхность стены и обязательно нуждалась в обмазке известью. Эта система кладки изменила и характер построек, в которых теперь отсутствует четкость форм и линий.

Из довольно многочисленных построек первой половины 14 века до недавнего времени сохранились лишь две. Первая из них, церковь Благовещения на Городище, выстроенная архиепископом Василием в 1342—1343 годах на месте разобранной древней церкви 1103 года, почти полностью разрушена. Однако, судя по плану и уцелевшим частям стен, эта постройка повторяла композицию церкви Николы на Липне.

Выстроенная новгородским боярином Онцифором Экабиным в 1345 году церковь Спаса на Ковалеве — один из интереснейших памятников переходного периода новгородского зодчества 14 века, в архитектуре которого отразились и старые традиции, и новые искания. Церковь Спаса, сохраняя тип кубического храма, крытого по закомарам, имеет одну апсиду, но в то же время три притвора, один из которых служил усыпальницей бояр-строителей. Притворы различны по величине и форме и напоминают скорее «прирубы» деревянного храма.

Церковь Успения на Волотовом поле (1352) развивает принципы, заложенные в основе архитектурного образа церкви Николы на Липне. Здесь лопатки исчезают совсем, никаких декоративных украшений на фасадах церкви нет, монолитный объем стройного четверика легко завершается трехлопастным покрытием, сочетающимся, однако, со старой системой сводов. Асимметрично расположенные притворы придают живописность композиции. Подкупольные столбы значительно придвинуты к стенам церкви, нижние их части скруглены. Этот прием, впервые примененный в русском зодчестве в волотовской церкви, впоследствии стал характерной чертой новгородской и псковской архитектуры 14 и 15 веков.

Перечисленные выше памятники могут рассматриваться как промежуточное звено в процессе формирования того нового стиля в новгородском зодчестве, который представлен блестящей серией памятников 60−80 годов 14 века.

Во второй половине 14 века складывается классический тип новгородского храма, представленный двумя боярскими постройками: церковью Федора Стратилата на Ручье (1360) и церковью Спаса на Ильине улице (1374).

Внутреннее пространство церкви Федора Стратилата характеризуется широкой расстановкой столбов. В то же время в церкви возрождаются обширные хоры на каменных сводах. В стенах храма появляются тайники для хранения казны строителя — посадника Семена. Но наиболее значительно изменение наружного облика здания. Первоначально храм имел криволинейное завершение фасадов и соответствующее покрытие. Вероятно, сложность и непрактичность подобного покрытия привели в дальнейшем к его замене на простую прямолинейную кровлю на восемь скатов, или на четыре «щипца». Переход к «щипцу» в то же время сближал каменный храм с деревянными постройками с их прямолинейными кровлями. На фасадах появляются разнообразные декоративные элементы: пояски треугольных впадинок, арочек и нишек — на барабане, вертикальные тяги с аркатурой — на апсиде, «бровки» — над стрельчатыми завершениями окон.

В церкви Спаса на Ильине улице при общем сходстве композиций с церковью Федора Стратилата декорация фасадов еще больше обогащается введением различных розеток, поясков, вставных каменных крестов. Если ранее зодчество Новгорода 12 -13 веков характеризовалось суровой простотой, то в 14 веке, в пору расцвета новгородской культуры, архитектурное творчество значительно оживляется.

Памятники Новгорода конца 14 и начала 15 веков, повторяя и упрощая найденные в храмах Спаса на Ильине улице (1374) и Федора Стратилата на Ручье (1360) решения, не дают ничего принципиально нового. Следует отметить очень стройную по своим пропорциям церковь Иоана Богослова в Радоковицах (1384) и церковь Петра и Павла в Кожевниках (1406) с нарядным убранством фасадов. Практические нужды приводят к появлению в 15 веке храмов с подклетом — не выявленным внешне нижним этажом, предназначенным для хранения товаров и ценностей. Следует отметить также возрождение кирпичной кладки (церковь Симеона в Зверине монастыре, 1468).

Во второй половине 15 века, в связи с борьбой новгородского боярства против воссоединения с Москвой, в новгородском зодчестве появляются консервативные тенденции. Особенно явно они сказались в постройках архиепископа Евфимия. По его заказу перестраивались в старых формах обветшалые храмы 12 века. Новгородский владыка стремился воскресить и поддержать новгородскую «старину». Евфимий предпринял также обстройку детинца каменными зданиями (1422−1443). Главная постройка этого ансамбля — Грановитая палата (1433), которая строилась при участии немецких зодчих. Это большое трехэтажное кирпичное здание с главным помещением — одностолпным залом для парадных приемов и заседаний, перекрытым сводами на нервюрах. Палата несет несвойственные русскому искусству элементы готики.

Воссоединение Новгорода с Русским государством накладывает свой отпечаток на развитие искусства. Памятники Новгорода конца 14 — начала 15 века характеризуются сочетанием слабеющих местных новгородских традиций с преобладанием форм побеждающего московского общерусского зодчества.

Архитектура Пскова

Во второй половине 13 и первой половине 14 века каменное церковное строительство в Пскове почти не ведется. Это время ожесточенной борьбы с агрессией Ливонского ордена. Все архитектурные силы Пскова поглощены строительством. В 13 веке был создан псковский каменный детинец, и была сооружена стена, прирезавшая к территории детинца новый участок разросшегося города. В 1309 году посадник Борис опоясал растущий Псков новой стеной. В 1330 году создаются твердыни пограничного Изборска с его могучими стенами и башнями. В это время летописи упоминают о постройке всего трех храмов, из которых до нас дошел собор Снетогорского монастыря (1311). Он воспроизводит почти буквально древний Спасо-Преображенский собор Мирожского монастыря.

В 1348 году Псковские земли выделились в самостоятельную политическую единицу. С этим было связано быстрое развитие каменного строительства в Пскове. Крупнейшим памятником псковского зодчества был не дошедший до нас Троицкий собор Пскова, построенный в 1365—1367 годах на стенах рухнувшего собора 12 века. Есть основания полагать, что его создателем был псковский зодчий Кирилл. Собор сохранял основные особенности композиции храма 12 века — пониженный нартекс и боковые притворы. Верх здания был сильно переработан: угловые своды в четверть окружности были опущены, и центральные закомары фасадов поднялись кверху, нарушив сплошную кривую перекрытия. Постамент под барабаном получил композицию «восьмерика на четверике», характерную для деревянного зодчества. Глава, играющая столь значительную роль в крестово-купольном храме, здесь имеет наибольшие размеры. Сложность динамики нарастания верха была усилена постановкой главок на западных углах храма и понижением притворов. Вся композиции храма была такова, что деревянная кровля, сделанная в 1465 году, органически вошла в сложный силуэт Троицкого собора. Мастер Кирилл предложил творческую переработку крестово-купольного храма, начатую русскими зодчими еще в 12 веке.

Крупнейшей работой псковских зодчих было расширение укреплений вокруг быстро растущего города. Общая протяженность каменных стен к 14 веку составляла около 9 км. Стены венчались зубцами, прикрывавшими боевую галерею, и имели 37 высоких башен.

В 15 веке развертывается строительство многочисленных небольших храмов и продолжается постройка крепостей. Строят из доступного местного материала — известковой плиты, обмазывая поверхность стены раствором. Эта техника еще в большей степени, чем в Новгороде, придает постройкам пластический, как бы «лепной» характер.

Своеобразие псковских храмов усиливают появившиеся, по-видимому, еще в 14 веке звонницы в виде стенки с пролетами для колоколов наверху. Их прорезной силуэт придает особую прелесть композиции здания. Убранство храмов неприхотливо: это похожие на вышивку треугольных и квадратных впадинок и арочек по карнизам главы и апсид, бровки над окнами; храмы кроются, как правило, по щипцам на восемь скатов. Внутреннее пространство храма стремятся упростить — оно часто лишено столбов и росписи. Акустические свойства помещений улучшают многочисленные вложения в кладку глиняные кувшины — «голосники».

Зодчество Пскова 14−15 веков развивается по двум направлениям: вариации четырехстолпного храма и храма бесстолпного с системой перекрытия в виде ступенчато повышающихся и перекрещивающихся сводов (достижение мысли псковских зодчих). Древнейший из сохранившихся памятников — церковь Василия на Горке (1413); построена в старой традиции: это обычный трехстолпный одноглавый храм с закомарами фасадов, с тремя апсидами и асимметричным приделом. Внутри нет хоров. Подпружные арки приподняты, но это не отражается в композиции верха.

В вариантах четырехстолпного храма зодчие стремятся увеличить площадь здания путем округления нижней части столпов, иногда относят столпы ближе к углам.

Храмы бесстолпной конструкции появились первоначально в виде приделов, а затем уже строились как самостоятельные церкви маленьких псковских монастырей или небольших приходов. При отсутствии столпов фасады сохраняют тройное членение лопатками и кроются по щипцам.

В середине 15 века создаются два храма, в которых чувствуется стремление повторить некоторые приемы псковского Троицкого собора. Церковь погоста Мелетова (1462) имеет характерный разрыв в перекрытии фасада — угловые части куба опущены, а своды архитектурного креста подняты и перекрыты на два ската. Подъем подпружных арок получил снаружи обработку в виде восьмерика, завершавшегося, вероятно, фронтончинками на каждой грани.

В церкви Козьмы и Демьяна с Примостья (1462−1463) при редкой для этого времени архаической конструкции перекрытия с пониженными подпружными арками повторяется лишь разрыв завершения фасада. Оба храма построены псковскими боярами в период усиления московского влияния. Здесь перед ними пример нарочитой архаизации постройки, поскольку в сознании псковских жителей копируемый Троицкий собор — памятник «псковской свободе».

Архитектура Москвы

С конца 13 века начинается быстрый рост экономического и политического значения Москвы. Территория Московского княжества расширяется, в него входит ряд важных в экономическом и стратегическом отношении городов и областей. В Москву переходит митрополит. Таким образом, Москва превращается в общерусский церковный центр. Москва становится инициатором создания Русского государства и начинает борьбу с другими княжествами.

Во второй половине 14 века роль Москвы как столицы формирующегося Русского государства становится общепризнанной. Она стала единственной силой, способной дать отпор Литве и Орде. Разгром полчищ Мамая на Куликовом поле (1380) закрепил авторитет Москвы как центра освободительной борьбы. Москва стала средоточием формирования общерусской культуры.

Каменное строительство в Москве начинается одновременно с ее усилением при Иване Калите. Развитие московской культуры прочно опирается на владимиро-суздальское наследие. Первые каменные постройки — Успенский собор (1326), собор Спаса на Бору (1328−1330), Архангельский собор (1333) и церковь-колокольня святого Иоанна Лествичника (1329) были сосредоточены в Московском Кремле. Все эти сооружения были белокаменными, продолжая владимирскую строительную и художественную традиции. Кроме каменных храмов было создано и множество деревянных сооружений, в том числе дубовая крепость Кремля.

Успенский собор — четырехстолпный трехпритворный храм, точно повторяющий план и конструкцию собора в Юрьеве — Польском (1230−1234). Архангельский собор и храм Спаса на Бору были, видимо, обычными четырехстолпными храмами. Последний был вскоре дополнен притвором и приделом, которые определили асимметричную композицию здания. Только развитая владимирскими зодчими резная декорация фасадов не нашла продолжения. Но в соборе Спаса на Бору, судя по найденным резным камням, место аркатурного пояса заняла тройная лента плоской орнаментальной резьбы, напоминающая резные доски, нашитые на фасад храма. Церковь святого Иоанна Лествичника имела необычную композицию. Это был высокий столпообразный храм со звоном наверху, игравшим еще и роль дозорной вышки Кремля.

Строительство второй половины 14 века преследовало в основном стратегические цели. В 1367 году Московский Кремль был расширен, построены каменные стены и башни.

Строительство велось также в Коломне, где накануне Куликовской битвы был закончен Успенский собор. Храм потерпел разрушение верха и незамедлительно после этого был восстановлен. Облик его можно представить по археологическим данным и сведениям письменных источников. Это был большой шестистолпный храм, подчеркнуто величественный и торжественный, поднятый на подклетный этаж, с лестницами, ведущими к порталам. Его завершения было весьма своеобразным. Над фасадами выступали диагонально поставленные декоративные закомары, связанные по осям архитектурного креста большими закомарами третьего яруса. В основании барабана мощной главы был положен венок из восьми кокошников. Две маленькие главки на восточных углах создавали живописный асимметричный верх.

Последующие постройки конца 14 — первой половины 15 века в Москве менее значительны; это небольшие четырехстолпные дворцовые и монастырские храмы.

Наиболее ярким произведением московских зодчих является собор Андроникова монастыря в Москве, построенный игуменом Александром до 1427 года. Здесь средние своды значительно подняты по отношению к угловым, а подкупольные арки ступенчато повышены. Эта подчеркнутая ступенчатость отразилась в наружном объеме храма. Он утратил свою кубичность, средние трети фасадов поднялись выше угловых, под барабаном главы выступил квадратный постамент с четырьмя закомарами. Все это придавало наружному облику здания динамический характер. Обработка собора проста. Это пилястры, точно отвечающие внутренним лопаткам и подпружным аркам, гладкие, лишенные резьбы капители пилястр и полуколонн апсид и «аттическая» профилировка цоколя. Окна не имеют обработки, а расположение их на разных уровнях исключает возможность применения узорных поясов. Собор Андроникова монастыря, с его сложной объемной композицией и величавым нарастанием масс от невысоких боковых апсид и угловых частей к средней апсиде и средним закомарам, а от них по второму ярусу закомар и, наконец, к куполу на высоком барабане, исключительно своеобразен.

В московском зодчестве 14 — начала 15 века сильна владимирская традиция. Она не только определила сдержанность в поисках новой композиции верха и насыщение обработки зданий деталями 12−13 веков, но сказалась и в области строительной техники, оставшейся почти неизменной. Основным строительным материалом по-прежнему служил единственный камень — плотный известняк, отесанный в виде правильных прямоугольных блоков с гладкой лицевой поверхностью, имевших высоту примерно от 30 до 40 см. Из него возводились и стены, и своды зданий, причем внутренняя часть стен выполнялась из камня неправильной формы и иногда более рыхлого, в то время как из тесаного камня выкладывались лицевые поверхности стен. Вся детальная обработка фасадов выполнялась из того же материала.

Однако характер отдельных деталей стал другим. Обрамление закомар приобрело вид массивного полувала, увенчанного выкружкой с полочкой над ней. На смену украшениям резной листвой капителям полуколонны появились более простые, гладкие. Лишь базы колонны и верхи цоколей остались прежними. Единство построек позволяет предположить, что в то время в Москве работала одна строительная школа.

1. Александров В. Н. «История русского искусства». — Мн.: Xарвест, 2004.

2. Ожегов С. И. и Шведова Н. Ю. «Толковый словарь русского языка». — 4-е изд., дополненное. — М.: Азбуковник, 1999.

Показать весь текст
Заполнить форму текущей работой