Помощь в написании студенческих работ
Антистрессовый сервис

Палинологические особенности современных ландшафтов гор севера Внутренней Азии

ДиссертацияПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

Контрастность рельефа территории Внутренней Азии, сочетание обширных котловин с разделяющими их высокогорными хребтами и отдельными массивами, в условиях аридного и экстраконтинентального климата формирует сложный комплекс ландшафтов, неодинаково реагирующих на изменение природных условий. Уникальное разнообразие природных обстановок региона, от ледниковых высокогорий до пустынь, определяет… Читать ещё >

Палинологические особенности современных ландшафтов гор севера Внутренней Азии (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Содержание

  • Глава I. Природные особенности района
    • 1. 1. Геологическое строение
    • 1. 2. Рельеф
    • 1. 3. Древнее и современное оледенение массива
    • 1. 4. Климатические особенности
    • 1. 5. Почвы
    • 1. 6. Ключевые участки исследований
  • Глава II. Растительный покров. , ,
    • 11. 1. Методика геоботанических исследований
    • 11. 2. Характеристика флоры
    • 11. 3. Растительные сообщества высокогорий
  • Глава III. Ландшафтная дифференциация массива Монгун-Тайга
    • III. 1. Факторы ландшафтной дифференциации
    • III. 2. Ландшафтная дифференциация территории массива
  • Глава IV. Палинологические исследования в аридных регионах
    • IV. 1. Специфика палинологических исследований аридных территорий
    • IV. 2. Методы интерпретации палинологических данных
    • IV. 3. Изучение современных проб
  • Глава V. Современные спорово-пыльцевые спектры массива Монгун-Тайга
    • V. 1. Методика отбора и обработки современных проб 145 V.2. Структура спорово-пыльцевых спектров

Актуальность работы. Понимание современного состояния и пути будущего использования территории невозможно без знания ее истории развития в прошлом. Изучение этой истории требует совместного использования историко-географического и палеогеографического подходов. В комплексе палеогеографических методов важное место занимает палинологический анализ, данные которого позволяют реконструировать ландшафтно-климатические обстановки прошлого и оценивать их динамику во времени.

До настоящего времени подавляющее большинство палинологических исследований проводилось, в основном, в умеренных гумидных и некоторых тропических регионах. В связи со слабой изученностью в палинологическом отношении аридных территорий, к которым относится и регион Внутренней Азии, существуют определенные сложности в интерпретации и корреляции имеющихся палинологических данных, что приводит порой к неоднозначности получаемых выводов и результатов.

Контрастность рельефа территории Внутренней Азии, сочетание обширных котловин с разделяющими их высокогорными хребтами и отдельными массивами, в условиях аридного и экстраконтинентального климата формирует сложный комплекс ландшафтов, неодинаково реагирующих на изменение природных условий. Уникальное разнообразие природных обстановок региона, от ледниковых высокогорий до пустынь, определяет специфику получаемого палинологического материала и неоднозначность его интерпретации. Кроме того, проблема расшифровки палинологических данных по слабооблесенным аридным территориям состоит в том, что экологическая интерпретация этих данных часто противоречива и методически до сих пор не разработана. Это создает определенные трудности в получении достоверных палеоклиматических характеристик и в сопоставлении ландшафтно-климатических этапов голоценовой истории аридных и гумидных областей.

Предлагаемая работа призвана найти и обосновать новые подходы к интерпретации палинологических материалов по аридным территориям, использование которых позволило бы повысить корректность и надежность получаемых результатов, что представляет не только научный, но и практический интерес.

Цель работы заключалась в получении детальной палинологической характеристики современных ландшафтов горного массива Монгун-Тайга и оценке применимости выявленных закономерностей в качестве актуалистической основы для палеогеографических реконструкций.

Реализация данной цели предполагала решение следующих задач:

1) изучение растительного покрова массива Монгун-Тайга как источника современного пыльцевого дождя;

2) создание эталонной коллекции препаратов пыльцы растений на основе гербарного материала для повышения корректности получаемых палинологических данных;

3) изучение факторов ландшафтной дифференциации, формирующих ландшафтную структуру территориихарактеристика основных природных геокомплексов;

4) анализ и обработка данных рецентных и субрецентных проб, отобранных в наиболее репрезентативных участках района;

5) выявление факторов формирования спорово-пыльцевых спектров в условиях аридных горразработка моделей спектров, характеризующих основные геокомплексы массива;

6) оценка информативности современных спектров и возможности использования установленных закономерностей как актуалистической основы для целей палеореконструкций.

Объект исследований. Выбор территории горного массива Монгун-Тайга, расположенного в Юго-Западной Туве на границе с Монголией, в качестве объекта исследований обусловлен рядом важных моментов. В связи с общим недостаточным увлажнением региона и экстраконтинентальным характером климата, горные системы, несущие современное оледенение, становятся наиболее информативными и перспективными для изучения природными объектами. Динамика геокомплексов ледниковых высокогорий является чутким индикатором изменчивости условий окружающей среды, а поскольку территория массива до сих пор остается мало освоенной человеком, получаемые данные лишены искажений за счет антропогенных воздействий и могут расцениваться как эталонные для различных реконструкций и прогнозов. Массив Монгун-Тайга более десяти лет является объектом комплексного исследования географов СПбГУ. Многолетние наблюдения за динамикой горных ландшафтов, данные геоморфологических, метеорологических, гляциологических, гидрометрических и др. исследований ученых разного профиля позволяют проводить многосторонний анализ полученных материалов.

Материалы и методы исследований. В основу работы положены материалы, порученные автором при проведении полевых исследований в составе Центрально-Азиатской комплексной экспедиции СПбГУ в 1993;1995 гг. Изучение территории массива осуществлялось методом детального комплексного обследования ключевых участков. Всего было получено 775 геоботанических описанийгербаризировано 338 видов высших сосудистых растений, принадлежащих 158 родам и 48 семействам. Определение видов злаков, осок, ив, лапчаток, полыней, и верификация определений остальных растений были осуществлены в Ботаническом институте им. В. Л. Комарова РАН. В результате обработки геоботанических материалов и использования данных дешифрирования аэрофотоснимков были составлены три крупномасштабные геоботанические карты ключевых участков массива Монгун-Тайга. На основании собранного гербарного материала по району исследований была создана коллекция эталонных препаратов рецентной пыльцы из 280 слайдов, благодаря чему появилась возможность определять некоторые травянистые и кустарничковые пыльцевые таксоны до рода и вида.

Всего было отобрано 54 поверхностных проб почв, 13 субрецентных проб современного аллювия и 70 рецентных проб по трем ключевым участкам и 5 поверхностных проб вне их пределов. Обработка спорово-пыльцевых проб проводилась автором по стандартной методике в лаборатории палинологии НИИГ СПбГУ. Для оценки значимости выявленных закономерностей результаты анализа спорово-пыльцевых спектров (СПС) массива Монгун-Тайга сравнивались с данными контрольной выборки, в качестве которой использовались опубликованные (Чернова, Дирксен, 1995) материалы изучения субрецентных проб горного массива Тургэн-Ула (Монголия), расположенного юго-восточнее района исследований.

Научная новизна работы. В ходе проведенных исследований значительно дополнены и уточнены имеющиеся данные по флористической и фитоценотической характеристике высокогорной растительности района, ее типологии и высотно-поясным особенностям. Впервые к изучению современных СПС аридных гор был привлечен комплексный подход с использованием флористических, геоботанических, геоморфологических, метеорологических и др. данных. Разработаны критерии интерпретации палинологического материала по слабооблесенным аридным территориям, выделены индикационные признаки распознавания спектров. Впервые выявлены палинологические особенности современных горных геокомплексов района исследований и проведен сравнительный анализ полученных материалов с данными соседних регионов. Впервые дана оценка применимости характеристик современных СПС для палеореконструкций на севере Внутренней Азии.

Практическая значимость работы. Большая часть коллекции эталонных препаратов рецентной пыльцы использована для создания фотографического атласа «Pollen et spores d’Europe et d’Afrique du Nord» (Reille, supplement 2, 1998). До настоящего времени не существовало подобных определителей, включающих виды пыльцы и спор центральноазиатской флоры. Материалы атласа позволят палинологам, работающим с данными по этому региону, повысить надежность и репрезентативность получаемых результатов.

Материалы по современным СПС массива Монгун-Тайга использовались при разработке нового метода палеореконструкций растительности и климата, и построения мелкомасштабных карт различных временных срезов по территории Северной Евразии (Международный проект «Biom — 6000», Tarasov et al., 1998).

Выполненная работа входит составной частью в многолетние комплексные исследования сотрудников кафедры физической и эволюционной географии СПбГУ во Внутренней Азии. Полученные выводы могут быть применены при палеоэкологических и палеоландшафтных реконструкциях для данного региона.

Защищаемые положения.

1. Своеобразие высотной поясности растительности заключается в ее комбинаторности: сочетании аридного типа с элементами альпийского и гольцового типов поясности. Растительный покров массива Монгун-Тайга имеет сложную структуру, обусловленную многообразием растительных сообществ, их пространственных сочетаний и взаимосвязей.

2. Главная роль в ландшафтной структуре территории принадлежит криоаридным и нагорно-степным геокомплексам при подчиненном положении альпинотипных и гольцовых. Первые определяют облик высокогорного и среднегорного ландшафтных ярусов, тогда как вторые входят в состав внутриярусных комбинаций, что обусловлено дифференциацией гидротермических условий в зависимости от экспозиционных различий.

3. В сложной структуре спорово-пыльцевых спектров массива Монгун-Тайга выделяются разноранговые составляющие регионального, локального и узколокального плана. Наложение этих составляющих в условиях пестрой ландшафтной обстановки и на фоне слабой облесенности территории определяет специфику СПС района исследований.

4. Качественные и количественные соотношения узколокальных компонентов выступают индикационными признаками СПС, позволяющими распознавать растительные сообщества — источники этих спектров. Таксоны региональной и локальной частей СПС несут информацию об условиях формирования спектров в конкретной ландшафтной обстановке.

5. Разработаны модели спектров для основных геокомплексов массива Монгун-Тайга. Главные черты СПС, характеризующих криоаридные и нагорно-степные геокомплексы, выражены наиболее ярко, что отражает их ведущую роль в ландшафтной структуре территории.

6. Особенности СПС массива позволяют рассматривать их в качестве наиболее близкого современного аналога ископаемых «перигляциальных» спектров. Тем не менее, они характеризуют различные типы растительности и их комбинации, не образующие единого «перигляциального» типа растительности.

Апробация работы. Основные результаты работы обсуждались и докладывались на всероссийских и международных научных конференциях:

— VIII Всероссийская палинологическая конференция «Палинология в биостратиграфии, палеоэкологии и палеогеографии», Москва, 1996.

— IV International Aerosol Symposium (IAS), Санкт-Петербург, 1998.

— Всероссийское совещание «Главнейшие итоги в изучении четвертичного периода и основные направления исследований в XXI веке», Санкт-Петербург, 1998.

Были также сделаны доклады на заседании палинологической комиссии Русского Ботанического общества, Санкт-Петербург, 1997; и в лаборатории палеоботаники и палинологии (LBHP, Universite d’Aix Marseille, Institut Mediterranieen d’Ecologie et Paleoecologie), Марсель, 1998.

По теме диссертации опубликовано 10 работ.

Структура и объем работы. Диссертация состоит из введения, шести глав и заключения. Объем работы составляет 267 машинописных страниц, 9 таблиц, 33 рисунка.

Список литературы

включает 186 наименований. Имеется приложение, где помещены: легенда к геоботаническим картамфлористический список видов растений, собранных автором в районе исследованийтаблицы характеристик местоположений точек отбора рецентных и субрецентных проб.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

.

Проведенные исследования позволили сделать следующие основные выводы:

1. На территории массива выделены тундровый, лесной, луговой, степной и криоксерофитнотравяной типы растительности, из которых два последних играют ведущую роль в структуре растительного покрова.

2. «Тундростепные» сообщества на исследуемой территории не обнаружены. Комбинации растительных сообществ тундр и степей отмечаются в пределах речных долин, их образование связано с резкой дифференциацией местообитаний по теплообеспеченности и режиму увлажнения, определяемой элементами моренного рельефа и характером мерзлотных проявлений. Переход от высокогорного пояса к степному в отсутствии целостного лесного пояса выражается в смене сообществ криоксерофильного ряда.

3. Высокогорный ландшафтный ярус охарактеризован в целом как криоаридный при подчиненном участии альпинотипных и гольцовых геокомплексов, среднегорный — как нагорно-степной в сочетании с криоаридными и гольцовыми геокомплексами, а также экспозиционной лесостепью.

4. Многообразие природных комплексов массива, образование комбинаций геокомплексов в пределах одних и тех же высотных уровней формирует сложную ландшафтную структуру территории.

5. Специфика СПС слабооблесенных территорий обусловлена сочетанием региональных (дальнезаносная пыльца древесных), локальных (пыльца травянистых и кустарничковых ксерофитов) и узколокальных компонентов, соотношения которых в спектре определяются особенностями конкретной ландшафтной обстановки.

6. Таксоны узколокальной части спектра являются наиболее информативными для распознавания соответствующего ему растительного сообщества. Значения показателя Сурегасеае/Роасеае выступают в качестве критерия экологической характеристики СПС аридных гор.

7. Сравнение полученных результатов с данными контрольной выборки по массиву Тургэн-Ула, Монголия (Чернова, Дирксен, 1995) позволило заключить, что выявленные индикационные признаки СПС можно расценивать как устойчивые и значимые.

8. Комплексный подход к интерпретации палинологических данных по слабооблесенным территориям с учетом особенностей формирования СПС позволяет повысить надежность получаемых результатовон может быть использован для палеореконструкций позднеплейстоценового и голоценового времени и, в частности, для расшифровки ископаемых спектров перигляциальной растительности.

Показать весь текст

Список литературы

  1. A.A., Климанов В. А., Сулержицкий Л. Д., Хотинский H.A. Хронология ландшафтно-климатических изменений Центральной Якутии в голоцене // Палеоклиматы позднеледниковья и голоцена / Под ред. Н. А. Хотинского. М., 1989. С. 116−121.
  2. O.E. Аридные горы СССР. Природа и географические модели флорогенеза. М., 1981. 270 с.
  3. З.В., Шумова Г. М. О методике применения спорово-пыльцевого анализа в горных условиях на примере Тянь-Шаня // Методические вопросы палинологии. М., 1973. С. 70−74.
  4. Алтае-Саянская горная область. М., 1969. 414 с.
  5. Атлас ресурсов климата и поверхностных вод МНР. Улан-Батор- М., 1985.
  6. И.А., Измайлова H.H., Максимович C.B. Водный баланс и продуктивность высокогорного кобрезиевого луга в Восточном Хангае (МНР) // Экология. 1980. N 5. С. 27−35.
  7. H.A. Некоторые факторы, определяющие формирование спорово-пыльцевого спектра и использование спорово-пыльцевого анализа при геоботанических исследованиях // Автореф. канд. дис. М., 1969. 24 с.
  8. Е.П., Какарека C.B., Крауклис A.A., Кремер Л. К. Геосистемы контакта тайги и степи: юг Центральной Сибири. Новосибирск, 1991. 217 с.
  9. Н.С. Эволюция лессово-почвенной формации Северной Евразии. М., 1995. 270 с.
  10. Г. Ф., Вотах М. Р., Бишаев A.A. Определение палеоклиматов по палинологическим данным (методами целевой итерационной классификации и регрессионного анализа). Новосибирск, 1986. 190 с.
  11. И.И., Мартьянова Г. Н. Выбор компонентов и обработка первичного материала // Эколого-фитоценотические комплексы Азиатской России. Иркутск, 1977. С. 8−14.
  12. Н.И. Дендроиндикация нивально-гляциальной системы Алтая // География и природопользование Сибири / Отв. ред. Г. Я. Барышников. Барнаул, 1997. С. 32−46.
  13. П., Дорофеюк Н., Лийва А., Метельцева Е., Соколовская В. Палеогеография голоцена и верхнего плейстоцена Центральной Монголии // Изв. АН ЭССР. Биология. 1981. Т. 30. N 1. С. 74−82.
  14. B.C. Четвертичные отложения низовьев Иртыша и их биостратиграфическая характеристика. Новосибирск, 1966. 174 с.
  15. Е.А. Ботаническая география Монгольского и Гобийского Алтая. С.-Пб., 1994. 130 с.
  16. Е.А. Высокогорная растительность хребтов Южной Монголии // Растительный покров высокогорий / Отв. ред. Р. В. Камелин. Л., 1986. С. 105 109.
  17. Е.А. К вопросу о типологии высокогорной растительности // Ботан. журн., 1995. Т. 80. N 10. С. 24−29.
  18. В.И. Степные криоаридные почвы. Новосибирск, 1978. 208 с.
  19. Е.В. Историческая география растений. М., 1944. 462 с.
  20. И.Ф., Спиридонова Е. А. Опыт восстановления климата голоцена по данным палинологии методами многомерного статистического анализа // Палинология плейстоцена и голоцена: Межвуз. сб. / Под ред. Ю. П. Селиверстова. Л., 1981. С. 52−70.
  21. P.E. История растительности северо-востока СССР в плиоцене и плейстоцене. М., 1985. 91 с.
  22. P.E., Голубева Л. В., Заклинская Е. Д., Коренева Е. В., Матвеева О. В., Скиба Л. А. Основные этапы развития растительности Северной Азии в антропогене / Отв. ред. Ю. А. Лаврушин. Труды АН СССР. Вып. 177. М., 1968. 271 с.
  23. Л.В. Растительность Северной Монголии в плейстоцене и голоцене // Изв. АН СССР. Сер. геол. N 3. 1978. С. 59−63.
  24. Л.В. Растительность Северо-Восточной Монголии в плейстоцене и голоцене // Структура и динамика основных экосистем Монгольской Народной Республики / Биологические ресурсы и природные условия
  25. Монгольской Народной Республики. (Тр. Совм. Рос.-Монг. компл. биол. экспедиции- Т. 8). Л., 1976. С. 59−72.
  26. .Н. Есть ли родство между растительностью степей и тундр // Сов. ботаника, 1939. N 6−7. С. 41−66.
  27. В.П., Заклинская Е. Д. Анализ ископаемых пыльцы и спор и его применение в палеогеографии. М., 1948. 223 с.
  28. М.П., Гричук В. П. О приледниковой растительности на территории СССР // Перигляциальные явления на территории СССР/ Под ред. К. К. Маркова и А. И. Попова. М., 1960. С. 66−100.
  29. М.П. Основные черты изменения растительного покрова Сибири в течение четвертичного периода // Палеогеография четвертичного периода СССР (К VI конгрессу ИНКВА в Польше) / Под ред. К. К. Маркова. М., 1961. С. 189−206.
  30. М.П., Каревская И. А., Махова Ю. В., Малаева Е. М. Состав пыльцы и спор в различных современных осадках Восточной Сибири и Дальнего Востока // Методические вопросы палинологии. М., 1973. С. 77−82.
  31. В.И. Конспект флоры Монгольской Народной Республики. M.-JL, 1955. 308 с.
  32. В.И. Определитель сосудистых растений Монголии. JL, 1982. 442 с.
  33. H.A., Камелин Р. В. Материалы к флоре Монгольской Народной Республики: Новые сосудистые растения, выявленные в МНР в последние годы // Природные условия, растительный покров и животный мир Монголии. Пущино, 1988. С. 189−217.
  34. И.А., Камелин Р. В. Новые сосудистые растения флоры Монгольской Народной Республики // Бюл. МОИП. Отд. биол., 1992. Т. 97. Вып. 2. С. 119 130.
  35. Е.В. Кайнозой Внутренней Азии: Стратиграфия, геохронология, корреляция / Отв. ред. К. В. Никифорова. М., 1981. 196 с.
  36. В.Г., Смирнова М. А. Характеристика растительности северного макросклона высокогорного массива Монгун-Тайга (Юго-Западная Тува) // Ботан. журн., 1997. T.82.N 10. С. 120−131.
  37. Л.Г., Киселева Н. К., Князев A.B. История степных экосистем Монгольской Народной Республики / Биологические ресурсы и природные условия Монгольской Народной Республики. (Тр. Совм. Рос.-Монг. компл. биол. экспедиции- Т. 32). М., 1989. 215 с.
  38. Е.Д. Описание пыльцы и спор некоторых видов растений Полярной тундры // Труды ИГН. Сер. геол., 1953. N 59. Вып 142. С. 49−59.
  39. Л.Н. Гляциальная геоморфология гор. Новосибирск, 1981. 190 с.
  40. А.Г. Ландшафты СССР. Л., 1985. 320 с.
  41. А.Г., Шляпников A.A. Природа мира: ландшафты. М., 1989. 504 с.
  42. М.В. Об оценке объема информации пыльцевых спектров и способах восстановления состава растительности // Методические вопросы палинологии. М., 1973. С. 12−16.
  43. М.В. Формирование пыльцевых спектров и методы восстановления палеорастительности / Труды ин-та геологии. Вильнюс, 1969. Вып. 11. С. 89−99.
  44. JT.B., Рюмин А. К. Опыт палинологических исследований на леднике Парах (Западный Тянь-Шань) // Палинология голоцена / Отв. ред. М. И. Нейштадт. М., 1971. С. 259−266.
  45. З.В. Основные черты высокогорной растительности МНР // Растительный покров высокогорий / Отв. ред. Р. В. Камелин. J1., 1986. С. 121 127.
  46. З.В., Волкова Е. А., Рачковская Е. И., Сумерина И. Ю. Карта растительности для национального атласа Монголии // Геоботаническое картографирование. Л., 1987. С. 5−26.
  47. Каталог ледников СССР. Т. 15. Вып.1. 4.4, 8 / В. С. Ревякин. Л., 1978.
  48. В.А. К методике восстановления количественных характеристик климата прошлого. Вестн. МГУ, 1976. N 2. С. 92−98.
  49. В.А., Тарасов П. Е., Тарасова И. В. Колебания климата степной зоны Казахстана в голоцене (по данным спорово-пыльцевого анализа) // Вестн. МГУ. Сер. 5, геогр., 1994. N 1. С. 99−104.
  50. Н.Б. Основные закономерности формирования субрецентных спорово-пыльцевых спектров в континентальных отложениях на Западном Кавказе // Методические вопросы палинологии. М., 1973. С. 107−113.
  51. Ю.П., Украинцева В. В. Тундростепи плейстоцена: аргументы «за» и «против» // Изв. РАН. Сер. геогр., 1997. N 3. С. 96−110.
  52. И.М. Гипоарктические виды во флоре Тувинской АССР // Новые данные о фитогеографии Сибири. Новосибирск, 1981. С. 112−119.
  53. И.М. О «тундростепях» на юге Средней Сибири // Растительный покров высокогорий / Отв. ред. Р. В. Камелин. JL, 1986. С. 131−137.
  54. П.Н. Краткий очерк флоры Томской губернии и Алтая // Изв. Ботан. сада, СПб. Т. П. Вып. 3. С. 85−108.
  55. A.B. Растительный покров Алтая. Новосибирск, 1960. 450 с.
  56. A.B., Седельников В. П., Маскаев Ю. М. Растительный покров и естественные кормовые угодья Тувинской АССР. Новосибирск, 1985. 254 с.
  57. JI.A. Исследования пыльцы и спор с поверхности почвы из высокоширотных районов Арктики // Ботан. журн., 1951. Т. 36. N 3. С. 258 269.
  58. JI.A., Алешина JI.A. Пыльца двудольных растений флоры Европейской части СССР. Д., 1978. 184 с.
  59. JI.A., Алешина JI.A. Пыльца и споры растений Европейской части СССР. Д., 1972. Т. 1. 171 с.
  60. Е.М. История флоры и растительности СССР по данным современного распространения растений // Растительность СССР. Т. 1. М.-Л., 1938. С. 118−125.
  61. Е.М. О растительности плейстоценовых перигляциальных степей СССР // Ботан. журн., 1981. Т. 66. N 3. С. 313−327.
  62. Е.М. Типы вертикальной поясности растительности в горах СССР // Современные проблемы географии. М., 1964. С. 189−195.
  63. Г. М. Зональные особенности современной растительности и рецентных спорово-пыльцевых спектров Западной Сибири // Методические вопросы палинологии. М., 1973. С.248−320.
  64. З.В. Ландшафтная структура плоскогорья У кок // География и природопользование Сибири / Отв. ред. Г. Я. Барышников. Барнаул, 1997. С. 70−79.
  65. Е.М. Региональные особенности распределения пыльцы в современном аллювии. Методические аспекты палеоботанических реконструкций // Поздний кайнозой Монголии / Отв. ред. Н. А. Логачев. М., 1989. С. 210−217.
  66. Е.М., Мурзаева В. Э. Голоцен Северной Монголии // Изв. АН СССР. Сер. геогр, 1987. N 2. С. 69−73.
  67. E.H. Сравнительный анализ пыльцевых спектров современного аллювия рек Восточного Забайкалья и Восточной Монголии // Спорово-пыльцевой анализ при геоморфологических исследованиях. М., 1981. С. 4−17.
  68. Л.И. Высокогорная флора Восточного Саяна. М.-Л., 1965. 367 с.
  69. Л.И. Критерии подразделения растительного покрова и особенности поясности в горах Северной Азии // Ботан. журн., 1977. Т. 62. N 10. С. 1393−1403.
  70. Е.А. Результаты спорово-пыльцевого анализа проб с поверхности почвы из Центральной Монголии // Палинология голоцена / Отв. ред. М. И. Нейштадт. М., 1971. С. 239−257.
  71. К.К., Гричук М. П., Лазуков Г. И. Основные закономерности развития природы территории СССР в четвертичном периоде (ледниковом периоде -антропогене), ч. 1. М., 1961. 269 с.
  72. Е.П. Субрецентные и субфоссильные пыльцевые спектры МНР как основа для реконструкции степных и лесостепных ландшафтов прошлого // Труды Западно-Сибирск. геол.-развед. нефтяного ин-та, 1983. N 179. С. 132−137.
  73. Методы реконструкции палеоклиматов / Отв. ред. А. А. Величко, Л. Р. Серебрянный, Е. Е. Гуртовая. М., 1985. 197 с.
  74. И.Г., Селиверстов Ю. П., Чистяков К. В. Горный массив Монгун-Тайга. Опыт эколого-географической характеристики. СПб., РТП РГО, 1993, 94 с.
  75. И.Г., Селиверстов Ю. П., Чистяков К. В. Динамика ледников массива Монгун-Тайга // Изв. АН СССР. Сер. геогр., 1997. N 1. С. 54−61.
  76. Э.М. Монгольская Народная Республика. М., 1952. 472 с.
  77. .Б. Опыт крупномасштабного картирования растительности гор юго-восточного Алтая // Геоботаническое картографирование. С.-Пб., 1992. С.46−63.
  78. .Б., Королюк А. Ю. Классификация степной растительности Тувы и Юго-Восточного Алтая. Новосибирск, 1991. 84 с.
  79. Г. Ш., Гамцемлидзе З. Г. Жизнь растений в экстремальных условиях высокогорий. Л., Наука, 1984. 124 с.
  80. М.И. О нижней границе голоцена // Палинология голоцена / Отв. ред. М. И. Нейштадт. М., 1971. С. 7−13.
  81. Т.П. Пыльцевая продуктивность сосны и кедра // Исследования лесов Западной Сибири. Красноярск, 1977. С. 3−8.
  82. Новейшие отложения и палеогеография плейстоцена Чукотки. М., 1980. 259 с.
  83. .А. Почвы Тувы. М., 1963. 342 с.
  84. Г. Н. Ботаническая география Алтая. М., 1980. 187 с.
  85. Г. Н. Структура высотной поясности и растительности гор Южной Сибири // Бюл. МОИП. Отд. биол., 1983. Т. 88. Вып. 1. С. 66−77.
  86. П.А. Динамика оледенения Алтая в позднем плейстоцене и голоцене. Томск, 1982. 209 с.
  87. А.И. Закономерности отражения растительности в спорово-пыльцевых спектрах осадочных отложений различного генезиса (на примере бассейна р. Енисей) // Автореф. канд. дис. М., 1968. 15 с.
  88. JI.K. Лиственница даурская. М., 1975. 312 с.
  89. А.И. Перишляциальные образования Северной Евразии и их генетические типы //Перигляциальные явления на территории СССР/ Под ред. К. К. Маркова и А. И. Попова. М., 1960. С. 10−36.
  90. К.И. О типах годового хода атмосферных осадков в Горном Алтае // Гляциология Алтая. Томск, 1972. Вып VII. С. 169−174.
  91. Почвенный покров и почвы Монголии. М., 1984. 190 с.
  92. Почвы Горно-Алтайской автономной области. Новосибирск, 1973. 351 с.
  93. Пыльцевой анализ. М., 1950. 571 с.
  94. Т.А. Луговедение. М., 1974, 384 с.
  95. Растительные сообщества Тувы / Отв. ред. Куминова A.B. Новосибирск, 1982. 208 с.
  96. В.В. Основные момента развития послетретичной флоры Средней Сибири // Сов. ботаника, 1940. N 2. С. 48−64.
  97. В.В. Плейстоценовые ледниковые и степные реликты во флоре Средней Сибири // Изв. Сиб. отд. АН СССР. Сер. биол.-мед., 1965. N 4. Вып. 1.С. 3−14.
  98. A.C. О находке ископаемой древесины на хребте Монгун-Тайга (Юго-Западная Тува) // Изв. Сиб. отд. АН СССР. Сер. биол., 1979. Вып. 2. С. 23−28.
  99. A.C. Высокогорная флора Алтая. Томск, 1988. 320 с.
  100. B.C. Природные льды Алтае-Саянской горной области. Л., 1981. 288 с.
  101. Н.В. Ареал, экология и хозяйственное значение видов флоры Алтайского края / Методические указания для написания курсовых и дипломных работ. Барнаул, 1988. 190 с.
  102. Л.С. Палинография флоры Таджикской ССР (осоковые -портулаковые). Л., 1987. 109 с.
  103. Л.С. Палинография флоры Таджикской ССР (папоротникообразные -злаки). Л., 1982. 80 с.
  104. Л.Н. Таежные леса Северной Азии в голоцене. Новосибирск, 1986. 190 с.
  105. С.С., Хотинский H.A. Зональный метод реконструкции палеоклиматов голоцена // Развитие природы территории СССР в позднем плейстоцене и голоцене / Отв. ред. А. А. Величко, И. И. Спасская, Н. А. Хотинский. М., 1982. С. 231−244.
  106. В.В. По Русскому и Монгольскому Алтаю. М., 1949. 579 с.
  107. С.А. К методике палинологических исследований в условиях межгорных котловин Южной Сибири // Систематика и методы изучения ископаемых пыльцы и спор. М., 1964. С. 198−207.
  108. С.А. Особенности формирования спорово-пыльцевого спектра и применение палинологической методики к изучению истории растительности межгорных котловин Южной Сибири / Автореф. канд. дис. Казань, 1969. 27 с.
  109. С.А. Особенности формирования спорово-пыльцевых спектров в условиях межгорных котловин // Методические вопросы палинологии. М., 1973.С. 143−152.
  110. Д.В., Селиверстов Ю. П., Чернова Г. М. К истории развития ландшафтов Убсунурской котловины //Вестн. СпбГУ. Сер. 7. 1993. Вып. 4 (N 28). С. 71−81.
  111. В.П. Высокогорная растительность Алтае-Саянской горной области. Новосибирск, 1987. 221 с.
  112. Ю.П. Современное оледенение Монгун-Тайги (юго-запад Тувы) //Изв. ВГО, 1972. Т. 4. N 1. С. 40−44.
  113. Ю.П. Позднеплейстоценовое оледенение гор Внутренней Азии // Главнейшие итоги в изучении четвертичного периода и основные направления исследований в XXI веке. Тез. докл. Всеросс. совещ. С-Пб, 1998. С. 134.
  114. Ю.П. Ритмика создания гляциальных образований гор. I. Современное состояние проблемы стадиальности горных оледенений // Вестн. СПбГУ. Сер. 7, 1993а. Вып. 3 (N 21). С. 71−81.
  115. Ю.П. Ритмика создания гляциальных образований гор. II. Причины и ранговость ритмов горных оледенений // Вестн. СПбГУ. Сер. 7, 19 936. Вып. 4 (N 28). С. 60−70.
  116. Ю.П., Москаленко И. Г., Новиков С. А. Современное оледенение массива Монгун-Тайга (Внутренняя Азия) и ороклиматические условия его существования //Матер, гляциол. исслед., 1997. Вып. 82. С. 33−42.
  117. А.Н. Определение видов Lycopodium L. и Selaginella Spring, по спорам и микроспорам // Труды ИГ АН СССР, 1951. Вып. 50. С. 167−199.
  118. А.Н. Введение в спорово-пыльцевой анализ. М., 1967. 270 с.
  119. К.А. К вопросу о реликтовой флоре восточных склонов Кузнецкого Алатау и хакасских степей // Изв. Зап.-Сиб. фил. АН СССР. Сер биол., 1946. Т. 1. Вып. 2. С. 33−40.
  120. К.А. Растительность Тувы. Новосибирск, 1950. 140 с.
  121. К.А. Основные моменты истории формирования флоры и растительности Тувы с третичного времени // Материалы по истории флоры и растительности СССР. М.- Л., 1958. Вып. 3. С. 249−315.
  122. К.А. Реликтовые ассоциации ледниковой эпохи в Хакасии // Изв. ВГО, 1941. Т. 73. Вып. 3. С. 464−467.
  123. В.Б. Географические аспекты сибирской тайги. Новосибирск, 1980. 284 с.
  124. В.Б., Бачурин Г. В., Крауклис A.A., Нечаева Е. Г. Топологические особенности тепла и влаги в таежных геосистемах // Докл. Ин-та геогр. Сибири и Дальнего Востока. 1970. Вып. 26. С.39−53.
  125. К.В. Географические закономерности распределения высокогорной растительности в горах Советского Союза (Северной Евразии) //Высокогорная геоэкология. М., 1976. С. 20−22.
  126. Степи Восточного Хангая / Биологические ресурсы и природные условия Монгольской Народной Республики. (Тр. Совм. Рос.-Монг. компл. биол. экспедиции- Т. 26). М., 1986. 182 с.
  127. .А. Данные о заносе пыльцы древесных пород к северу от лесной границы // Докл. АН СССР. 1950. N 74. С. 753−755.
  128. А.И. О происхождении некоторых основных элементов высокогорных флор Северного полушария // Материалы по истории флоры и растительности СССР. М.-Л., 1958. С. 369−383.
  129. А.И. О характере арктоальпийских и некоторых локально связанных с ними элементов флоры в районах рек Пинеги и Сотки // Материалы исторического развития флоры европейского севера СССР. Архангельск, 1938. С. 24−48.
  130. А.И. Основные пути формирования растительности высокогорных ландшафтов северного полушария // Ботан. журн., 1948, Т. 33. N 2. С. 61−180.
  131. И.Ф. Лесостепная подзона Евразии и ее границы // Изв. АН СССР. Сер. геогр., 1981. N5. С. 15−27.
  132. А.Л. Мир холода. Геокриологические исследования / Пер. с англ. А. Ф. Глазовского // Под ред. Б. И. Втюрина. М., 1988. 384 с.
  133. Р.В. Количественные закономерности распределения пыльцы древесных пород воздушным путем // Труды Ин-та геогр. АН СССР. 1952. Вып. 52. С. 91−103.
  134. Флора СССР. Алфавитные указатели к тт. I-XXX. М.-Л., 1964. 262 с.
  135. Флора СССР. Тт. I-XXX. М.-Л., 1934−1964.
  136. В.М. Реликтовые явления во флоре хр. Восточный Танну-Ола // Растительные ресурсы Сибири и их использование. Новосибирск, 1978. С. 25−35.
  137. В.И., Чернова Г. М. Субрецентные спорово-пыльцевые спектры -источники информации о растительном покрове // Проблемы ботанической географии / Отв. ред. И. С. Ильина, Б. К. Ганнибал. С.-Пб., 1998. С. 121−131.
  138. С.К. Сосудистые растения России и сопредельных государств (в пределах бывшего СССР) / Русское издание. С.-Пб., 1995. 992 с.
  139. Г. М. Палеогеография Зайсанской впадины и гор Юго-Западного Алтая в позднем плейстоцене и голоцене / Автореф. канд. дис. Л., 1990. 15 с.
  140. Г. М., Дирксен В. Г. Особенности формирования субрецентных спорово-пыльцевых спектров в долине р. Северный Тургэн-Гол (Монголия) // Вестн. СПбГУ. Сер. 7. 1995. Вып. 2 (N 14). С. 69−81.
  141. Г. М., Михайлов H.H. Особенности формирования рецентных и субрецентных спорово-пыльцевых спектров на территории Зайсанскойвпадины и в горах Юго-Западного Алтая // Вестн. ЛГУ. Сер. 7. 1986. Вып 4. С.56−64.
  142. К.В., Дирксен В. Г., Горбовская А. Д., Семенов Вл. А., Килуновская М. Е., Курбатская С. Г. Палеоэкологические условия скифского времени в горах Западной Тувы // Вестн. СПбГУ. Сер. 7. 1997. Вып 2. (N 14) С. 43−55.
  143. К.В., Селиверстов Ю. П., Москаленко И. Г. и др. Проблемы устойчивости внутриконтинентальных горных ландшафтов в изменяющемся мире. СПб., 1994. 94 с.
  144. Л.Н. Пыльца древесных пород в современных спорово-пыльцевых спектрах Средней Азии и Казахстана // Палинология голоцена. М., 1971. С. 227−237.
  145. Л.Н. Современные спорово-пыльцевые спектры Южного Казахстана // Вестн. АН Казахской ССР, 1965. N 2. С. 31 -41.
  146. Г. Н. К методике интерпретации спорово-пыльцевых спектров в горных районах Монголии // Проблемы современной палинологии / Отв. ред. А. Ф. Хлопова. Новосибирск, 1984. С. 61−65.
  147. .К. Растительность Алтая / Ойротия. М., 1937. 315 с.
  148. Экосистемы Монголии: распространение и современное состояние / Биологические ресурсы и природные условия Монголии. (Тр. Совм. Рос.-Монг. компл. биол. экспедиции- Т. 39). М., 1995. 223 с.
  149. A.A. Основные черты растительного покрова Монгольской Народной Республики. М.-Л., 1950, 223 с.
  150. .А. Некоторые вопросы типологии степных сообществ СевероВосточной Азии //Ботан. журн., 19 786. Т. 63. N 11. С. 1566−1578.
  151. .А. Проблемы ботанической географии северо-восточной Азии. Л., 1974а. 169 с.
  152. .А. Реликтовые степные комплексы Северо-Восточной Азии. Новосибирск, 1981. 168 с.
  153. .А. Реликты тундростепных ландшафтов Берингии в растительном покрове северо-восточной Азии // Палинологические методы в палеогеографии и стратиграфии. Матер. 3 межвед. семин. по палинологическим исследованиям. Магадан, 1982. С. 3−14.
  154. .А. Степные сообщества Чукотской тундры и вопрос о плейстоценовой «тундростепи» // Проблемы изучения четвертичного периода. Хабаровск, 1968. С. 133−135.
  155. .А. Степные сообщества Чукотской тундры и плейстоценовая «тундростепь» / Ботан.журн., 1974. Т. 59. N 4. С. 484−501.
  156. Г. Ю. Растительность и климат голоцена Минусинской котловины. Красноярск, 1995. 180 с.
  157. Adam D.P., Mehringer P.J. Modern Pollen Surface Samples and Analysis of Subsamples // J. Research of U.S. Survey. 1975. Vol.3(6). P. 733−736.
  158. Cheddadi R., Rossignol-Strisk M., Fontugne, M. Eastern Mediterranean Palaeclimates from 26 to 5 ka BP Documented by Pollen and Isotopic Analysis of a Core in the Anoxic Bannock Basin // Marine Geol. 1991. Vol. 100. P. 53−66.
  159. Colinvaux P.A., West F.H. The beringian ecosystem // Paleoecol. Beringia. N.Y., L., 1982. P. 10−16.
  160. Cour P., Zheng Z., Duzer D., Calleja M., Yao Z. Vegetational and climatic significance of modern pollen rain in northwestern Tibet // Palaeobot. Palynol., 1999. Vol. 104. P. 183−204.
  161. El-Moslimany A.P. Ecological significance of common non-arboreal pollen: examples for drylands of the Middle East // Palaeobot. Palynol., 1990. Vol. 64. P. 343−350.
  162. Erdtman G. An Iintroduction to Pollen Analysis. Verdoorn, Waltham, Amss. 1943. 239 pp.
  163. Iversen J. The Late-Glacial Flora of Danmark and its Relation to Climat and Soil // Danmark Geolog. Undersog., II, Rockke. N 80. Kobenhavn, 1954.
  164. Iversen J. The development of Denmark’s nature since the last glacial. Kobenhavn, 1973. 72 pp.
  165. Moore P.D., Stevenson A.C. Pollen Studies in Dry Environments // Desertification and Development: Dryland Ecology in Social Perspective. Academic Press. 1982. P. 249−267.
  166. Prentice I.C., Cramer W., Harrison S.P., Leemans R., Monserud R.A., Solomon A.M. A global biome model based on plant physiology and dominance, soil properties and climate. / J. Biogeogr. 1992. N 19. P. 117−134.
  167. Prentice I.C., Guiot J., Huntley B., Jolly D., Cheddadi R. Reconstructing biomes from palaeoecological data: a general method and its application to European pollen data at 0 and 6 ka. / Clim. Dyn. 1996. N 12. P. 185−194.
  168. Reille M. Pollen et spores d’Europe et d’Afrique du Nord. Marseille, France, 1992. 520 pp.
  169. Reille M. Pollen et spores d’Europe et d’Afrique du Nord. Supplement 1. Marseille, France, 1995. 327 pp.
  170. Reille M. Pollen et spores d’Europe et d’Afrique du Nord. Supplement 2. Marseille, France, 1998. 523 pp.
  171. Short S.K., Elias S.A., Waythomas C.F., Williams N.E. Fossil Pollen and Insect Evidence for Postglacial Environmental Conditions, Nushagak and Holitna Lowland Regions, Southwest Alaska // Arctic. 1992. Vol. 45. P. 381−392.239
  172. Singh G., Joshi R.D., Chopra S.K., Singh A.B. Late Quaternary History of Vegetation and Climate of the Rajasthan Desert, India // Philosophical Transactions of the Royal Society of London. 1974. Vol.267 (B). P. 467−501.
  173. Tricart J. Geomorphology of cold environments / Translated by E. Watson. London, Macmillan- New York, St Martin’s Press. 1969. 320 pp.
  174. Tricart J., Cailleux A. Le modele des regions periglaciaires // Traite de Geomorphologie, 2. Paris, SEDES, 1967. 512 pp.
  175. Walter H. Die Vegetation Osteuropas, Nord- und Zentralasiens. Gustav Fisher, Stuttgart, 1974. 452 pp.
  176. Wright H.E., McAndrews J., Van Zeist W. Modern pollen rain in western Iran and its relation to plant geography and Quaternary vegetation history // J. Ecol., 1967. Vol. 55. P. 415−443.
Заполнить форму текущей работой