Помощь в написании студенческих работ
Антистрессовый сервис

Культура и религия восточных славян

КонтрольнаяПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

В восточнославянских землях первые признаки государственного устройства (вожди, военные дружины, дальние походы) проявились еще во времена антского союза, правления Кия и других князей, но эти признаки были стерты аварским нашествием. И теперь вновь наступила очередь Среднего Поднепровья. Здесь происходили бурные общественные процессы. Первобытные отношения людей изменялись. А главное… Читать ещё >

Культура и религия восточных славян (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Министерство образования и науки Российской Федерации АлтГТУ им. И. И. Ползунова Рубцовский индустриальный институт Кафедра социально-гуманитарных дисциплин КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА ПО ИСТОРИИ РОССИИ ТЕМА: «Культура и религия восточных славян»

Выполнила Морозова С.

Проверил: Шмыгалев К.А.

Рубцовск 2005

Содержание Введение

1. Восточнославянские племена в VIII—IX вв.еках

2. Религия восточных славян

3. Ремесло. Города. Торговля. Письменность

Заключение

Список использованных источников и основной литературы

Введение

В начале ХII в., уже во время долголетнего существования древнейшего государства с центром в Киеве, в одной из келий Киево-Печерского монастыря трудился замечательный русский летописец монах Нестор. Там он создал свой знаменитый труд «Повесть временных лет», в котором рассказал об истории восточных славян о создании и жизни древнерусского государства. Его в первую очередь интересовало: откуда же взялись славяне и как они жили и развивались среди других народов земли. Поэтому первыми словами летописи Нестор и поставил вопрос: «Отъкуду есть пошла Русьская земля?». 16, с.33]

Конечно, Нестор ничего не мог знать об индоевропейцах, новейших данных археологии, о переселении народов по сведениям римских, греческих и восточных авторов. Но у него под рукой были древние русские летописи, сказания, легенды, государственные документы. Он был сведущ и в современных ему сочинениях авторов других стран, в том числе византийских историков. Собственно, его время отстояло от времени правления князя Кия примерно на пятьсот лет, т. е. на столько же, на сколько нас сегодня отделяет событий, скажем, правления Ивана Грозного. А для истории это уже не такая большая глубина.

1. Восточнославянские племена в VIII — IX веках Нестор удивительно точно определил истоки восточного славянства. Он рассказал о размещении европейских народов и среди них поместил славян на Дунае, посчитав эту территорию древней прародиной славян. Отсюда, пишет Нестор, они «разидошася (т.е. разошлись) по земле и прозвашася (т.е. прозвались) имены своим». Упоминает он и землю скифов и хазар, где могли жить славяне. И это тоже будет правильным, потому, что предки славян занимали эти территории. И все-таки дунайская прародина ем ближе.

Своими рассуждениями автор утверждал нас в понимании славянства как древнейшей и неотъемлемой части всего европейского сообщества народов и в представлении, что славяне появились на территории Поднепровья, в междуречье Оки и Волги, в районе русского Севера, в Приильменье в результате миграций (переселений). Заметил он и то, что с самого времени появления здесь славян они жили в окружении многочисленных местных народов, которые, как и они, с древности осваивали эти земли. Он упоминает соседей славян: чудь (эстов), литву, летголу, земиголу (балтийские народы), мурому, весь, мордву, мерю, пермь, печеру, корелу, югру (угро-финские народы).

Особенно подробно повествует Нестор о восточнославянских племенах накануне их объединения в единое Государство Русь. Эти сведения были в дальнейшем многократно перепроверены средствами археологии, лингвистики, антропологии, иностранными письменными источниками. Они подтвердили достоверность сведений древнего летописца.

В сведениях Нестора и в других источниках вырисовывается такая картина.

После разгрома аваров и падения их государства и после того, как восточные славяне отстояли свои земли от натиска хазар, наступил длительный мирный период в жизни восточного славянства. А такая передышка всегда означала, что славяне набирались сил, хозяйственной энергии; стремительно росло их население, полнее раскрывалась их способность к освоению новых территорий.

В течение всего VIII в. на территориях, где издавна жило сначала индоевропейское, позднее балтославянское население, а еще позднее уже население, говорившие на славянском языке, шло формирование небольших родственных племен крупных племенных союзов, наподобие антского. К этому времени появилось, по меньшей мере, 15 таких союзов. Так, в Среднем Поднепровье, этой южной колыбели восточного славянства, сложился мощный племенной союз полян, т. е. жителей полей. Их центром стал город Киев. На севере от полян жили новгородские славяне. Главными городами там со временем стали считать Ладога, затем Новгород. На северо — западе располагались древляне, т. е. жители лесов. Их центром был Искоростень. Далее в лесной зоне, на территории современной Белоруссии разместились дряговичи, т. е. жители болот. На северо-востоке, в лесных чащах верхней Волги и на опольях, т. е. на свободных от леса больших половых участках, расселились вятичи, которые пришли сюда в VIII в. откуда-то с юго-запада. Их главными городами стали Ростов и Суздаль. Между вятичами и полянами обитали кривичи, пришедшие сюда также позднее с Запада, их центр — Смоленск. В бассейне реки Западной Двины обитали полочане, получившие имя от реки Полота, впадающей в Западную Двину. Их главным городом стал Полоцк. Племена расселившиеся по рекам Десна, Сейм, Сула и живших к востоку от полян, прозвали северянами (со временем их центром стал Чернигов). По рекам Сож и Сейм жили радимичи. К западу от полян, в бассейне реки Южный Бур расселились волыняне и бужане, а между Днестром и Дунаем обитали уличи и тиверцы, граничившие с землями Болгарии. В летописи упоминаются также племена хорватов и дулебов, жившие в Подунавье и Прикарпатье.

Нестор упоминает, что радимичи и вятичи пришли от «ляхов», т. е. с территории будущей Польши. Земли по реке Висле испокон веков были центром, откуда расселялись славяне. Но для многих племен эти края были родными с древности. Здесь обитали их предки и предки их предков. Утверждаясь на этих землях, славянские племена и прежде и теперь особенно активно теснили местное население. Так Ростов в вятской земле был поначалу главным поселением мери, а Белоозеро — веси. Город Муром до появления здесь вятичей был главным поселением угро-финского племени мурома. Племена балтов, угро-финнов повсюду, как и в прежние времена, соседствовали со славянами и окружали их.

Сильные и многолюдные славянские племенные союзы подчиняли своему влиянию окрестные малочисленные лесные народы, заставляли их платить дань пушниной. Лесные племена так и остались охотниками и рыболовами и мало продвинулись в своем развитии по сравнению с земледельческими племенами, имевшими контакты со своими более развитыми соседями. Но они были свободны и вольнолюбивы и не хотели подчиняться славянам. Между славянами и окрестными племенами бывали столкновения, но в основном отношения были мирными и добрососедскими, так как славяне не навязывали соседям свои обычаи и не вторгались в их внутреннюю жизнь, а против внешних врагов они зачастую выступали заодно.

На рубеже VIII—IX вв. поляне сумели освободиться от власти хазар и перестали платить им дань. Другие же племена — родимичи, северяне и вятичи еще оставались в зависимости от Хазарии.

Нестор красочно описывает освобождение полян от хазарской неволи. Когда хазары в очередной раз потребовали у славян дань «от дыма», т. е. от каждого дома, то в ответ получили меч. После этого хазарские вожди сказали своему кагану: «Недобра дань та, княже: мы доискались ее оружием, острым с одной стороны, — саблями, а у этих оружие обоюдоострое — мечи: станут они когда-нибудь собирать дань и с нас, и с иных земель». И хазары отступились. За этой легендой стоит суровая реальность — упорная борьба полянских дружин, всего народа за независимость своих земель.

Об этом же говорят известия об участившихся набегах славян на Северное Причерноморье, на византийские города в Крыму, на хазарские территории. Византия и Хазария, бывшие тогда в союзе, проявили большую обеспокоенность этой активностью. Стремясь контролировать славян, византийские инженеры помогли хазарам пост роить на границе с опасными соседями мощную белокаменную крепость Саркел, которая контролировала выходы славян на Юг и Юго-Восток. Славяне назвали ее Белая вежа, т. е. Белая башня.

VIII-IV вв. в истории восточного славянства стали решающими не только в борьбе с опасными соседями и отстаивании своей свободы и независимости. Это было время, когда хозяйство славян шагнуло вперед в своем развитии. А на базе совершенствования хозяйства менялись и отношения людей в обществе: славяне шли навстречу созданию первого в своей истории государства, — единой во сточно-славянской Руси. Но прежде, чем это произошло, много воды утекло. Хозяйство в древности изменялось медленно. Основу его по-прежнему составляли земледелие, скотоводство, рыбная ловля, различные лесные промыслы, вроде сбора дикого меда. Впоследствии, уже с освоением добычи, плавки и ковки железа и других металлов стало развиваться железнодорожное ремесло. Издавна существовала и торговля. Шел обмен товарами между славянскими землями, а также с другими народами и государствами. Орудия труда, навыки также были традиционными, менялись медленно. Но когда с веками такие изменения происходили, то они давали значительные результаты и воздействовали на всю жизнь народа.

Во-первых, в ходе этого развития, благодаря своему местоположению, природным условиям выделялись одни племена, а другие отставали. Так, еще Нестор заметил, что наиболее развиты и цивилизованны были жители Среднего Поднепровья — поляне, а вот древляне, а также другие лесные жители, «живут звериным образом», «едят все нечистое».

Эти наблюдения были справедливы. Именно на привольных черноземных землях Среднего Поднепровья, в условиях сравнительно благоприятного климата, на торговой «днепровской» дороге, при постоянных контактах с более развитыми важными соседями — греческими городами в Причерноморье, с Византией, прежде всего сосредоточивалось наибольшее количество населения. Именно здесь сохранялись и развивались древние традиции пашенного земледелия, совершенствовалось животноводство, коневодство, зарождалось огородничество. Здесь раньше, чем в других славянских землях, стали развивать железоделательное производство и другие ремесла — кузнечное, гончарное, ткацкое, деревообделочное и прочие.

В земледелии же на обширных и ровных полевых пашнях стало применяться «рало с полозом» т. е. деревянный плуг с железным лемехом, повсеместно появились железные серпы. Для перемалывания зерна вместо старых каменных зернотерок использовались большие жернова. На все более обширных полевых участках стали использоваться двухпольные и трехпольные севообороты, при которых часть земли периодически «отдыхала», а на другой части засевались озимые и яровые культуры. В практику было введено унаваживание почвы, что намного повысило урожайность земель, делало жизнь людей более обеспеченной. В этих высокоразвитых для своего времени земледельческих районах уходило в прошлое подсечное земледелие, при котором земля очищалась от леса, использовалась до истощения, а потом забрасывалась.

Поляне прекрасно знали наиболее удачные сроки проведения тех или иных полевых работ и сделали эти знания достижением всех здешних земледельцев. Появился у них и хорошо разработанный земледельческий календарь.

Поднепровские славяне не только окружали свои жилища пашнями, но и занимались животноводством. Их селения окружали прекрасные заливные луга, на которых пасся крупный рогатый скот, овин, козы. Здешние жители разводили свиней, гусей, кур. Тягловой силой, как и в древности, были волы, но все шире в хозяйстве стали применяться и лошади. Коневодство, поставка лошадей для хозяйства, для боевых дружин превратилось в одно из важных хозяйственных занятий.

А рядом находилась река, озеро, богатые рыбой. Рыболовство являлось для славян важным подсобным промыслом.

Пахотные участки перемежались лесами, которые становились все гуще и суровее к северу и востоку, реже и веселее на границе со степью. Каждый славянин был не только прилежным и упорным земледельцем и животноводом, но и опытным охотником. Шла охота на лосей, кабанов, оленей, серн, лесную и озерную птицу — лебедей, гусей, уток. Уже в это время сложился и такой вид охоты как добыча пушного зверя. Леса, особенно северные, изобиловали медведями, волками, лисами, куницами, бобрами, соболями, белками. Ценные меха — а их называли у славян скора — шли на обмен, на продажу в близлежащие страны, в том числе в Византию. Меха одновременно являлись мерой обложения данью славянских, балтских и угро-финских племен и даже до появления металлических денег сами являлись средством расплаты. Не случай, но и позднее, уже в государстве Русь, металлические монеты назывались, кунами т. е. куницами.

Начиная с весны и до глубокой осени, восточные славяне, как и их соседи балты и угро-финны, занимались бортничеством (от слова «борть» — лесной улей). Оно давало предприимчивым промысловикам много меда, воска, который тоже высоко ценился при обмене. А из меда делали хмельные напитки, использовали при изготовлении пищи в качестве сладкой приправы.

Конечно, разные восточно-славянские земли, разные племена имели свои особенности хозяйственного развития, которые впоследствии сказались на их судьбах.

Новгородские словене в своем лесном, речном и озерном крае не достигли таких успехов в земледелии, как поляне, зато они обладали разветвленной водной транспортной сетью. Эта сеть связывала их с одной стороны с Балтийским побережьем, а оттуда вела в Скандинавию и страны Северной Европы, а с другой — с днепровской дорогой, ведущей в Византию и на Балканы, и с волжской, откуда через хазарские кордоны был путь к Каспийскому морю, в Закавказье, Среднюю Азию. Поэтому в новгородской земле бурно развивалось мореходство, торговля, различные ремесла. Их продукция также шла на рынок. Новгородско-Ильменский край был богат лесами, там расцветал пушной промысел, важной отраслью хозяйства была рыбная ловля. Но без южного хлеба эта земля обойтись не могла. В свою очередь она могла блокировать для полян торговые пути на Балтику.

Что касается других племен (древлян, вятичей, дряговичей), то они жили, как правило, на полянах среди лесных чащ, вдоль берегов рек, на лесных опушках. Ритм хозяйственной жизни здесь был замедленным; люди особенно тяжело осваивали природу отвоевывали у нее каждую пять земли для пашни, лугов. Здесь не было нашествий и завоеваний, не было контактов с окружающими цивилизованными для того времени народами. Поэтому в этих краях и к IX в. жизни текла так же неторопливо, как и сотни лет назад.

Все это важно знать потому, что именно хозяйственные особенности во многом повлияли на развитие общества у восточных славян, на появление у них стремлений к созданию государства.

Русское слово государство происходит от слова «господарь», «государь», что означало — хозяин, владыка. Поэтому с самого своего происхождения понятие государства было связано с властью лидера, вождя. Таким властителем у восточнославянских племен стал племенной князь Государство же знаменовало появление центральной власти, объединявшей уже всю территорию, на которой живет тот или иной народ, все родственные племена — где силой, где по доброй воле.

Государство — это не только власть князя, но и его ближайших помощников и соратников, которые поддерживают эту власть. Это и армия, охраняющая эту власть, и законы, которые регулируют деятельность жителей страны, и суд, и расправа, и налоги. Частью государственной системы является и религия, которую государство (князья, бояре, дружина) ставит себе на службу. Вместе с тем религия объединяет людей, цементирует общество. Поэтому боги здесь выполняют вполне земные цели.

Государство появляется тогда, когда большинство людей, заселяющих ту или иную территорию, ощущают в нем настоятельную потребность. Не случайно там, где раньше всего зародилась человеческая цивилизация — в Китае, Египте, Индии, Мессопотамии, позднее в древнем Риме и Греции, раньше, чем в других районах земли, сложились первые государства. Да, государство принуждает людей к повиновению. Да, оно защищает власть наиболее динамичной, способной, богатой части общества от недовольных своей жизнью, от низов, от простых людей — земледельцев, ремесленников, рабов, но одновременно оно регулирует жизнь общества, не дает ему распасться, погрязнуть в междоусобных войнах, не дает зависти и ненависти одних опрокинуть жизнь наиболее способной удачливой, а зачастую и наиболее жестокой, честолюбивой части общества.

Одновременно оно защищает всех членов общества от внешнего врага, использует свою силу для получения определенных преимуществ, территориальных захватов для собственного народа, порой в ущерб другим народам. И задача всех обществ всех народов с древности и до наших дней заключалась в том, чтобы найти такую «золотую середину», когда бы государство выполняло с пользой для всего общества и не в ущерб соседям свое важное историческое предназначение по регулированию жизни людей.

В восточнославянских землях первые признаки государственного устройства (вожди, военные дружины, дальние походы) проявились еще во времена антского союза, правления Кия и других князей, но эти признаки были стерты аварским нашествием. И теперь вновь наступила очередь Среднего Поднепровья. Здесь происходили бурные общественные процессы. Первобытные отношения людей изменялись. А главное — распадается родовая община, потому что люди перестали в ней нуждаться. Благодаря прогрессу хозяйства каждая семья могла теперь обеспечить себя самостоятельно — накормить, обуть, одеть, построить жилище. Единое родовое хозяйство все меньше интересовало восточных славян. Семья, семейный дом во главе с мужчиной, отцом стали теперь в центр жизни общества. Общая родовая собственность, общая пахотная земля распадаются на отдельные участки, семейные владения. Теперь, используя плуг, железные топор, лопату, мотыгу, лук, стрелы, дротики с железными наконечниками, обоюдоострые стальные мечи, люди значительно расширили свою власть над природой. Но оторваться от общины насовсем пока не сумели. Наряду с личными владениями в руках любой соседской сельской общины существовали и общие владения — озера, лесные угодья, выгоны для скота, т. е. то, что делить в условиях тогдашнего хозяйства было невозможно. И все же в обществе усилилось значение отдельной личности, отдельной семьи. Теперь в общине стали жить не кровные родичи, а соседи. Зарождалось право частного владения, частной собственности, для отдельных семей, там где было больше мужчин, где они были сильнее, способнее других, появляется возможность освоить большие участки земли, получить больше продуктов в ходе промысловой деятельности, создать определенные излишки, накопления, часть их обменять на нужные предметы, продать.

В этих условиях резко возрастала власть и хозяйственные возможности племенных вождей, старейшин, племенной знати, воинов, окружавших вождей. Порой силой они овладевали землей, принадлежащей другим. Вожди и дружины предпринимали дальние и ближние походы, захвали добычу, пленников, обкладывали завоеванные племена данью, богатели, усиливали свою власть. Но одновременно они усиливали безопасность своих границ. Отдельные семьи и в сельской местности, и в зарождающихся городах оставались без «подпорок» родовой общины. Им на помощь приходила власть нарождавшегося государства. Так поляне при помощи своих князей, боевых дружин в кровопролитных боях сбросили с себя иго хазар и перестали платить им дань, это освободило не только народ в целом, но и каждый дом, каждую семью.

Подобные процессы развития общества, появление первых зачатков государства проявились именно в тех восточнославянских землях, где хозяйство развивалось быстрее по сравнению с другими землями. Это были земли полян и новгородских словен.

В лесных районах, там, где жили охотники и рыболовы, где земледелие, ремесло, торговые контакты зарождались медленно, с трудом, по-прежнему сильны были родовые взаимоотношения, общая собственность, родовая помощь в хозяйстве и военных делах, отсутствовало заметное разделение на богатых и бедных.

И все же постепенно и в этих глухих углах к концу IХ в. сложилась довольно четкая иерархия общества, т. е. его многоступенчатость. На его вершине возвышался князь, в чьих руках сосредотачивается все управление племенем или союзом племен. Он опирается на преданных ему воинов-дружинников. Рядом с князем — воевода, являющийся предводителем племенного войска, Народного ополчения, которое вместе с княжеской дружиной участвует в крупных войнах, особенно обороняя свою территорию от врага. У князя появляется и личная охрана — «отроки», т. е. младшие дружинники. Эти люди, как и остальная дружина, не связаны ни с земледелием, ни скотоводством. Их профессия — война. А поскольку мощь племенных союзов постоянно растет и общество идет прямой дорогой к государству, — война становится для этих людей постоянным занятием. Порой, в случае удачных походов, их добыча намного превышает результаты труда хлебопашцев, охотников, ремесленников. Но за эту добычу нередко приходится платить увечьем, а то и жизнью. Порой вместе с захваченной воином добычей семье привозят лишь память о его подвигах. Эти люди становятся в обществе привилегированной частью. Обособляется со временем и племенная знать — главы родов, больших и сильных патриархальных семей, собирающие в своих руках значительные богатства. Они становятся близкими помощниками и советниками князя, выполняют его отдельные поручения. Из их числа формируются будущие бояре, знатные люди.

Военный дух пронизывает весь строй жизни общества, стремящегося к образованию государства. В ней все меньше остается свободы и прежних общинных порядков, когда люди сообща решали все, дела своего племени. Грубая сила, меч ложатся теперь в основу возвышения одних и начавшегося принижения других. Но традиции старого строя еще существуют. Действует собрание всего племени — вече. Князья и воеводы еще выбираются народом, но появляется стремление сделать власть наследственной, передать ее от отца к сыну. Сами выборы на вече со временем превращаются в хорошо организованные спектакли, где главные роли играют соратники князей и воевод, бояре, дружинники. Остальное вече подчиняется их воле. Идет в дело и подкуп людей.

Основную часть племени еще составляют свободные его члены — «люди» или «смерды», но и среди них идет расслоение: наиболее зажиточные называются «мужами» — это главы крупных зажиточных семей, появляются «вои», т. е. те, кто имел право и обязанность участвовать в войнах и мог себя снарядить для военных предприятий. Женщины, дети, другие члены семьи подчиняются «мужам». Это — «челядь». В дальнейшем это понятие переносится на всех зависимых людей. В семьях появляется слой людей, находящийся в услужении, — «слуги». На нижних же ступенях общества обретаются бедные, неполноправные, попавшие в зависимость от богатых людей — «сироты», «холопы», «убогие», «скудные», «нищие». На самой низшей ступени общества стояли «рабы», занимавшиеся принудительным трудом. В их число попадали, как правило, пленники.

2. Религия восточных славян К тому времени, когда восточные славяне создали свое государство, они, как и другие крупные народы, — египтяне, римляне, греки — уже располагали сложной, разнообразной, детально разработанной религией. Ее истоки уходили в индоевропейскую древность. Некоторые культы божеств восходили даже к глубинам палеолита.

Вся жизнь славянина была связана с миром сверхъестественных существ, за которыми стояли силы природы. Собственно, природа — великая и непознаваемая, близкая и ласковая, но одновременно страшная и непредсказуемая, и была главным божеством славян. Их религиозный мир — фантастический и поэтичный, он буквально отражал все особенности, все стороны окружающего мира. Такая религия с великим множеством божеств главных и второстепенных, малых и больших называется многобожием или политеизмом. Позже на Руси эту религию назвали язычеством. В отличие от язычества более поздние религии — христианство, мусульманство, буддизм — основывались на вере в единого бога, в единую сверхъестественную силу которая управляет всем мирозданиям. Такие религии называются монотеистическими (от греческого слова монос — один). Но по существу и в язычестве, и в монотеистических религиях человек все равно наделяет сверхъестественной силой природу, великий непознаваемый дух, который рождает все живое и погружает его в смерть.

Во главе славянских божеств стоял великий Сварог — бог вселенной, напоминающий древнегреческого Зевса. Его сыновья — Сварожичи — солнце и огонь — были носителями света и тепла. Бог Солнца, сын Сварога Даждьбог весьма почитался славянами. Недаром славяне называли себя «даждьбожьи внуки». Молились славяне Роду и Роженицам — богу и богиням плодородия. Этот культ был связан с земледельческими занятиями населения, а потому особенно популярен. Бог Велес почитался в качестве покровителя скотоводства, это был своеобразный «скотий бог». Стрибог, по понятиям славян, повелевал ветрами, как и древнегреческий бог Эол.

Благодаря слиянию славян с некоторыми иранскими и угро-финскими племенами их боги становились и славянскими. Так, в славянских землях почитался бог солнца Хоре, популярный у иранских племен. Оттуда же появился Симаргл, изображенный в виде пса. Он считался богом почвы, корней растений, богом плодородия. Единственное женское божество Макошь была заимствована угро-финских народов и олицетворяла собой рождение всего живого, была покровительницей женской части хозяйства.

По мере появления у славян князей, воевод, дружин, учащения военных походов на первый план в восточно-славянской среде выходит бог молнии и грома Перун. Позже он становится главным небесным божеством и сливается с более ранними богами. Молнии и гром — непобедимы. Столь же непобедимым считался и Перун — главное божество нарождающегося могучего государства.

Но это лишь главные боги. Славянский мир был населен целым сонмом и других сверхъестественных существ. С представлениями о загробном царстве связано представление о злых духах — упырях. А добрыми духами, оберегающими человека от напастей, считались берегини. Лес у них населен лешими, а у воды, по их мнению, жили русалки. Славяне верили, что это души умерших выходят весной на берега водоемов насладиться расцветающей природой. Славяне стремились защититься от действия злых сил различного рода амулетами, покрывая одежду и жилища — «оберегами». На фасаде русской избы изображались небеса и ход солнца. Небо представлялось двухслойным, состоящим из «твердей» и «хлябей», т. е. неиссякаемых запасов воды. Хляби изображались волнистыми линиями. На тверди, располагающейся ниже хлябей, было показано положение солнца в трех позициях — утром, в полдень и вечером; чтобы подчеркнуть, что оно движется ниже хлябей, изображения светила помещали на деревянных «полотенцах», спускавшихся с крыши. Особенно богато украшалось узором центральное «полотенце», символизировавшее полдень, — там ярко святящее солнце изображалось несколько раз, либо знак солнца дублировался коньком крыши, означавшим Солнце-коня. На центральное «полотенце» часто помещали и громовой знак — символ Рода или Перуна, оберегавший дом от попадания в него молнии.

Каждый дом, по их представлению, находился под покровительством домового, в котором находился дух прародителя, пращура или щура, чура. Когда человек считал, что ему грозят злые духи, он призывал своего покровителя — домового, чура защитить его и восклицал: «Чур меня! чур меня!"[16, c.38]. Все в природе было священным для славян — молнии и гром, дождь и затмение солнца, землетрясения и засухи. Люди пребывали в постоянном общении с силами природы. Поклонялись светлым озерам и священным деревьям, ветру и тучам. Они говорили с природой заклинали ее, просили, приносили ей жертвы.

Языческая религия наполняла жизнь славян красочными обычаями, праздниками, которые символизировали различные явления природы. В период пришествия нового года и поворота солнца на весну (а он приходился у славян, как и ныне, на 1 января) начинался праздник Коляды. Сначала в домах гасли огни, а потом люди добывали трением новый огонь, зажигали свечи, очаги, радовались началу новой жизни солнца, гадали о своей судьбе, совершали жертвоприношения в виде быков и других животных, чтобы умилостивить богов.

В марте славяне праздновали день весеннего равноденствия. Они славили солнце, наступление весны и сжигали чучело зимы, холода, смерти. Начиналась масленица с ее блинами, напоминающими солнечный круг, гуляньями.

1—2 мая отмечалось появление первых весенних всходов. Славяне убирали лентами молодую березу, украшали свежими ветками свои дома.

Новый всенародный праздник — Купалы, очень популярный сегодня и у угро-финских народов, приходился на 23 июня. То был день летнего солнцеворота. Наливались колосья, и люди молились, чтобы бог послал им дождя. Девушки в эти дни водили хороводы, бросали в реку венки. Самих красивых из них обвивали зелеными ветками и поливали водой, как бы призывая на землю долгожданный дождь. А ночью вспыхивали купальские костры, через которые, как бы очищаясь, прыгали юноши и девушки. В купальские ночи совершались «умыкания девиц», когда молодые люди сговаривались, и жених уводил невесту от домашнего очага.

Сложными религиозными обрядами обставлялись рождения, свадьбы, похороны. Так, известен похоронный обычай славян. Они помещали тело умершего в ладью и сжигали ее на костре. Это означало, что человек уплывает в подземное царство. Затем прах помещали в могилу, а вместе с ним помещали туда подверженную ритуальному убийству одну из жен умершего (у славян согласно языческой вере существовало многоженство). В могилу опускали, если это воин, останки боевого коня, оружия, украшения. Человек ни в чем не должен был нуждаться и в загробном мире. Затем над могилой насыпали высокий курган, и совершалась языческая тризна: родственники и соратники поминали умершего, здесь же проходили военные состязания.

Разумеется, такой обряд касался лишь видных славян, дружинников; у людей попроще все это приобретало не столь торжественный и пышный вид.

В славянском обществе имелась специальная категория людей, которые, как полагали славяне, могли напрямую общаться с богами, узнавали их волю, передавали им людские просьбы. Они же следили за исправлением всех религиозных обрядов и праздников. Только они могли исполнять обряд жертвоприношения на специальных жертвенниках и проводить религиозные действия в так называемых капищах, где стояли идолы или кумиры, скульптурные изображения славянских богов из дерева и камня. Это были волхвы, кудесники. Это были могущественные и влиятельные люди. Наряду с вождями, позднее с князьями, они руководили жизнью племен и союзов племен, и молодого государства. Прежде, чем выступить в поход, князь и дружина приходили к волхвам, и те пророчествовали, обращались к разным «знамениям» предсказывали результаты похода, приносили жертвы богам, чтобы те даровали воинам успех. Нередко, если пророчества были неутешительными, походы вообще отменялись до лучших времен. Постоянное общение с природой, наблюдение за ее явлениями привело к тому, что волхвы были сведущими и проницательными людьми, как, скажем, жрецы в древнем Египте. Они предсказывали природные явления, лечили людей травами, кореньями, заговаривали болезни, «волховали» по разным поводам жизни общества и судеб людей. Все были подвластны духовной мощи волхвов.

3. Ремесло. Города. Торговля. Письменность Созданию экономической основы появления государства в славянских землях во многом способствовало развитие не только земледелия и животноводства, но и ремесел, рост городов, торговых связей. В этих сферах хозяйства также происходило накопление богатств. Это вело к возрастанию общего благосостояния общества, но одно временно и к накоплению богатств в отдельных руках, к углублению разделения людей на богатых и бедных.

В Среднем Поднепровье ремесла уже в ХIII—IХ вв. достигли большого разнообразия и совершенства. Близ одного из сел археологи нашли 25 кузнечных горна, в которых плавили железо и изготовляли из него до 20 видов орудий труда и оружия. Таких ремесленных поселений становилось с каждым десятилетием все больше. Они возникали там, где ремесленникам было удобней и легче продавать или обменивать свои изделия на продукты питания. Ремесленники больше не нуждались в собственных земледельческих участках. Их кормило ремесло. Удобней всего им было селиться в местах, где шли торговые пути, где жили племенные вожди, старейшины, и располагались религиозные святыни, к которым приходили на поклонение все члены племени. Так зарождались восточнославянские города. Путь их появления был аналогичным возникновению городов в Европе и Передней Азии. Однако здесь, на Востоке Европы, города появлялись на несколько столетий и даже тысячелетий позже, чем в Европе и Передней Азии, так как там действовал мощный цивилизационный фактор — влияние Шумерской, Египетской, Римской цивилизаций — с их мощной городской культурой. Города становились местом расположения власти, центром ремесла и торговли, местом отправления религиозного культа, а также крепостью, где можно было защититься от врагов.

Торговые пути были мощными нитями, которые стя гивали воедино земли, связывали между собой города, способствовали международным связям и контактам, приобщали восточнославянские земли к мировым цент рам цивилизации — Византии, Центральной и Северной Европе, Закавказью, странам Арабского Востока, Средней Азии, Балканскому полуострову, Северному Причерномо рью. Следом за купцами шла мировая культура, обмен опытом, информация. Очень часто купцы выполняли и посольские поручения. восточный славяне земледелие религия Именно в VIII-IХ вв. зародился знаменитый путь «из варят в греки». Он шел из «варяг», т. е. от берегов Балтики вдоль европейского побережья по Средиземному морю до Рима, а оттуда в Константинополь (или в тот же Константинополь — в «греки» из Балтийского моря по рекам Рейну, а затем Дунаю). Из Константинополя путь шел на север по Черному морю, Днепру. Затем суда волоком перетаскивали в реку Ловать, впадающую в озеро Ильмень. Из него путь продолжался по реке Волхов, соединяющей Ильмень и Ладожское озеро. Оттуда путники попадали через реку Неву в Финский залив, а далее снова было Балтийское море. Там, где путь пролетал по русским землям, и возникли крупные восточнославянские города: на Днепре — Киев, Смоленск, Любеч. На берегу Волхова, рядом с озером Ильмень, — Новгород. Впоследствии им суждено было сыграть важную роль в истории государства Русь.

Но это был лишь один, самый главный в то время торговый путь, международная дорога. Были и другие, в частности, восточный торговый путь. Его осью были реки Волга и Дон. Торговые караваны шли из полянских земель либо сушей до Дона, либо спускались вниз по Днепру, затем по Черному морю плыли мимо Крыма на Восток и далее по Азовскому морю в Дон. В том месте, где Волга и Дон текут близко друг от друга (сегодня там проложен Волго-Донской канал), суда волоком перетаскивали на Волгу. Дальнейший путь шел вниз по Волге, через Хазарские владения в Каспийское море, в страны Востока и в первую очередь в Хорезм, Бухару и на Кавказ.

Еще один торговый путь пролетал из Среднего Поднепровья через леса на Восток в государство Булгарию, на среднюю Волгу.

Земли новгородских словен были связаны с остальным миром не только через путь «из варяг в греки», но и дорогами к верховьям Волги, а далее на юг.

Существовали торговые пути и в Центральную и Южную Европу. Один из них вел по Днепру, Черному морю, а далее по Дунаю вглубь Европы. Другой пролегал от Киева на запад, в направлении тогдашней столицы Польши го рода Кракова, а далее в Германские земли.

Таким образом, восточнославянские земли были покрыты своеобразной сетью торговых путей, они пересекались друг с другом и накрепко связывали восточных славян с зарождающимися государствами Восточной, Центральной и Западной Европы, с Балканским полуостровом, Северным Причерноморьем, Поволжьем, Кавказом, Арабским миром, Византией.

Но это были не только торговые дороги. Это были и военные пути. По ним славянские дружины шли в разные концы света, но и другие народы использовали их для нападения на восточно-славянские земли.

Ни одна культура духовно развитого народа не может существовать без письменности. «Прежде убо словене неймъаху письменъ, ну чертами и ръзанми гадааху погани сущи». Обычно, основываясь на этих словах, написанных в IX в. болгарским монахом-черноризцем Храбром, и делают вывод о том, что славяне до миссионерской деятельности Кирилла и Мефодия не знали письменности. По мнению же ряда современных лингвистов и историков, Кирилл (ок. 827—869) и Мефодий (ок. 815—885) были не создателями, а лишь реформаторами уже существовавшей азбуки, основанной на греческом алфавите и использовавшейся при записи Велесовой книги. Имеются также свидетельства, что, кроме греческой, славяне имели и свою оригинальную систему письма: так называемую узелковую письменность. Знаки ее не записывались, а передавались с помощью узелков, завязанных на нитях, которые заматывались в книги-клубки. Память о древнем узелковом письме осталась в языке и в фольклоре. Мы до сих пор завязываем «узелки на память», говорим о «нити повествования», «хитросплетении сюжета». В сказках Иван-царевич прежде чем отправиться в путешествие, получает клубок от бабы Яги. Разматывая этот своеобразный древний путеводитель, он, возможно, читал узелковые записи и таким образом узнавал, как добраться до места.

Период письменной жреческой культуры, видимо, начался у славян задолго до принятия христианства. Сказка о клубке бабы Яги уводит во времена матриархата. По мнению известного ученого-фольклориста В. Я. Проппа, баба Яга — это типичная языческая жрица, возможно, и хранительница «библиотеки клубков». Хранились они в берестяных коробах, а при чтении нити с узелками вполне могли «наматываться на усы», приспособления для чтения.

В древности узелковая письменность была распространена достаточно широко. Узелковым письмом «кипу» и «вампум» пользовались древние инки и ирокезы. Письмо «цзе-шен» было известно в древнем Китае. Финны, угры, карелы, издревле совместно проживавшие со славянами на северных территориях России, имели узелковую письменность, упоминание о которой сохранилось в карело-финском эпосе «Калевала». На многих предметах, поднятых из захоронений языческого времени, просматриваются несимметричные изображения узлов сложной конфигурации, напоминающие иероглифическую письменность восточных народов.

Часто в сочинениях христианскою времени встречаются иллюстрации с изображениями сложных переплетений, вероятно, перерисованных с предметов архаической эпохи. Художники, изображавшие эти узоры, следовали существовавшему в то время правилу наряду с христианской символикой использовать и языческую. Следы узелковой письменности можно найти на стенах храмов эпохи «двоеверия», когда христианские святилища украшались не только ликами святых, но и орнаментальными узорами.

То, что Храбр назвал чертами и резами, есть некий прообраз рисуночного, пиктографического письма, широко использовавшегося в орнаментальных украшениях ритуальных предметов. По нему ученые восстанавливают содержание узелкового письма. Так, изображение простой петли-окружности предположительно расшифровывается как знак Рода. В пиктографическом письме этот знак трактуется более широко: Род — как племя, группа, женщина, орган рождения, глагол родить. Символ Рода — окружность, является основой для многих других узлов-иероглифов и условием, способным придать словам сакральное значение. Окружность с крестом — это солярный символ, знак Солнца и бога солнечного диска Хорса. Знак другого солнечного бога более сложен, ибо Дажьбог еще и хозяин Вселенной, податель благ и прародитель русского народа. Решеткой во времена первых пиктографических записей обозначалось вспаханное поле, сам пахарь, а также богатство, благодать.

Праславяне были земледельческим народом, поклонявшимся Роду, этим можно объяснить совмещение символов Рода и поля в едином символе Дажъбога. Чуть усложненный солярный символ, у которого вместо окружности рисовалась ломаная линия, приобретал значение «громового колеса», знака бога грозы Перуна, остроугольная колесница которого вызывала небесный грохотгром. Узелиероглиф солярной усложненной формы наподобие трезубца принадлежал богу огня Семарглу и его ипостаси соколу Рарогу. Как показали исследования архёологов, трезубец есть стилизованное изображение этой птицы, сложившей крылья. Историки связывают происхождение племенного знака-герба трезубца Рюриковичей и даже самого имени основателя династии русских князей Рюрика с птицей-тотемом западных славян-ободритов Рарогом.

Узелково-иероглифическая письменность древних славян, видимо, была очень сложна. Доступная лишь избранным — жрецам и высшей знати, — она стала священным письмом. По мере распространения христианства и угасания древней культуры славян вместе с жрецами-волхвами погибали и тысячелетние знания, «завязанные» узелковым письмом. Очевидно, что узелковая письменность в ту пору не могла соперничать с более простой системой письма, основанной на кириллице.

Заключение

Православие стало вытеснять древнюю культуру и веру славян не ранее ХI в. И много позднее, чем у других европейских народов. До этого она эволюционировала, по крайней мере, не менее полутора тысяч лет. Ее принято возводить к культуре скифов-сколотов — высокоразвитого земледельческого народа, жившего в Приднепровье в VI—IV вв. до н. э. и достигшего, высшего уровня первобытности.

Наследие столь мощного пласта славянской культурной архаики не может оставаться невостребованным ее историческими восприемниками. Это богатство заявляло и продолжает заявлять о себе исподволь: в образе мышления и фразеологии речи, мимике и жестах, неосознаваемых движениях души, соприкасающейся с миром родной природы. Ее формообразующее для нас значение состоит еще и в том, что с образами персонажей того мира мы знакомимся в раннем детстве, поре, когда человек наиболее открыт этому мирозданью.

Список использованных источников

и основной литературы

1. Вернадский Г. В. Древняя Русь. — Тверь: М.: ЛЕАН: АГРАФ, 2000. — 448 с.

2. Фамицин А. С. Божества древних славян.- СПб.: Алетейя, 1995.

3. Семенова М. Мы — славяне! .- СПб.: Азбука-Терра, 1997.

4. Третьяков П. Н. Восточнославянские племена АН СССР, Ин-т истории матер. культуры.- М.: АН СССР, 1953.

5. Славяне и Русь АН СССР. Ин-т археологии.- М.: Наука, 1968.

6. Байбурин А. К. Жилище в обрядах и представлениях восточных славян АН СССР, Ин-т этнографии им. н. н. Миклухо-Маклая.- Л.:Наука, 1983.

7. Жукова Л. В. История России с древнейших времен до настоящего времени учеб. пособие для поступающих в вузы.- М.: Экзамен, 2003.

8. Рыбаков Б. А. Язычество древней Руси АН СССР. Отд-ние истории.- М.: АН СССР, 1948.

9. Осеиров Е. И. Живая древняя Русь. для уч.- М.: Просвещение, 1984.

10. Данилевский И. Н. Древняя Русь глазами современников и потомков. Курс лекции.- М.: Аспект-Пресс, 1998.

11. Древняя Русь в свете зарубежных источников уч. пособ. под ред. Е. А. Мельниковой.- М.: ЛОГОС, 2000.

12. Дубов И. В. Новые источники по истории Древней Руси. учеб пособ. ЛГУ.- Л.: ЛГУ, 1990.

13. Фроянов И. Я. Города-государства Древней Руси.- Л.: ЛГУ, 1988.

14. Тихомиров М. Н. Древняя Русь.- М.: Наука, 1975.

15. Любимов Л. Д. Исскуство Древней Руси Кн. для чтения.- М.: Просвещение, 1981.

16. История Человечества. В 5 томах.- Энциклопедия под ред. Сахарова. А.-Д.-М. 1994.

Показать весь текст
Заполнить форму текущей работой