Помощь в написании студенческих работ
Антистрессовый сервис

Основные сюжеты мифологии майя

КурсоваяПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

Восход Солнца знаменовал начало светлого периода, порядка и стабильности в повседневной жизни смертных людей, а ночь ассоциировалась с мифическим временем, когда были живы боги и демоны. Индейцы из некоторых племен мексиканского штата Веракрус и сегодня полагают, что после захода Солнца только свет звезд не дает скалам превратиться в ягуаров. Народы Мезоамерики считают ночь тем временем, когда… Читать ещё >

Основные сюжеты мифологии майя (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Майя до прихода европейцев были одним из самых крупных народов Америки. Языковая макросемья майя-соке была распространена от центральной Мексики и до западного Гондураса и Сальвадора, а по мнению некоторых исследователей, достигала Панамы. Сами же майя жили на пространстве от современных штатов Верокруза и Тобаско до западного Гондураса. Сегодня потомки майя живут в южной Мексике, Гватемале, Белизе, Сальвадоре и Гондурасе, их общая численность составляет порядка 7 миллионов человек.

Великое прошлое этого народа открывается нам через неповторимую архитектуру, развитую письменность, точнейшие расчёты в математике и астрономии, а также через интереснейшую мифологию, повлиявшую на становление духовных ценностей во всей Месоамерике и, одновременно помогшая европейцам разрушить мир древней Мексики.

Сегодня, несмотря на старания многих учёных в области майянистики, мы знаем о мифологии майя очень мало. Долгое время единственным письменным источником был труд францисканца Диего де Ланды «Сообщение о делах в Юкатане». В книге говориться о религиозных представлениях майя, письменности, календарной системе, общественной жизни, истории и мифологии. Однако, книга описывает жизнь майя в доколониальный и колониальный период и не рассматривает жизнь майя классического периода. Ещё одна ошибка, которую допустил Ланда это то, что он спалил майяские кодексы, которые возможно сегодня поведали бы нам о более ранней истории майя. Несмотря на это книга Ланды помогла Ю. В. Кнорозову расшифровать письменность майя и по текстам оставшихся кодексов и настенных надписях, показать картину прошлого этого народа. Сам же Кнорозов благодаря текстам кодексов, и погребальных сосудов смог приоткрыть тайну о религиозных представлениях классического периода майя.

Ещё одним источником по мифологии майя является летопись какчикелей. Эта книга рассказывает о событиях в истории народа какчикелей от мифологического начала народа до последних правителях и вождях народа уже в колониальный период.

Религиозные представления народов Юкатана раскрывает цикл книг-пророчеств «Чалам-Балам», названая так по имени великого прорицателя. Книга была написана уже в колониальный период, однако некоторые её части, возможно, были написаны и в посткласический период и позже уже были переписаны латиницей.

Важнейшим источником по мифологии майя является эпос «Пополь-Вух». В нём содержатся повествования о происхождении вселенной и человека. А так же эпос описывает приключения божественных близнецов — главных культурных героев мифологии майя.

Кроме этих источников стоит обратить внимание и на монументальные и архитектурные памятники майя. Сами города, их ориентация по сторонам света и планировка так же могут рассказать о некоторых религиозных представлениях. О многом могут рассказать многочисленные надписи на стелах и алтарях. Большое внимание нужно отнести керамике майя, на которой часто изображаются мифические герой и религиозные сцены.

Не стоит также забывать и письменных и архитектурных памятников других народов Месоамерики. Исходя из концепции о существовании «Материнской культуры», многие памятники других народов, могут раскрыть тайны мифологии майя, так как в той или иной степени были изначально связаны.

Целью данной работы является описание основных сюжетов мифологии майя, их анализ и определение места мифологии майя в обще месоамериканской мифологии.

Среди главных задач можно назвать следующие: установить некоторые связи между различными мифами в общей структуре мифологии майя; проанализировать какие события или явления могли стать основой для мировоззрения древних майя; раскрыть связь между религиозными представлениями майя и мифами других народов Месоамерики

1. Космология и космогония майя

1.1 Космология майя. Представления о вселенной

Основными источниками по космологии майя классического и постклассического периода, в первую очередь, являются сохранившиеся кодексы майя. На сегодняшний день их найдено всего четыре. Кодексы в основном содержат тексты религиозной направленности, а также вычислительные таблицы движения небесных тел и явлений. Многочисленные надписи, повествующие о создании и строении мира, мы можем видеть и на архитектурных памятниках и на керамических изделиях майя.

Для религий Мезоамерики, так же как для религий Востока, характерны представления о повторяющихся циклах сотворения и разрушения мира. Ацтеки и майя полагали, что мироздание прошло уже четыре таких цикла и наша эпоха является пятым циклом творения, которому суждено погибнуть из-за землетрясений. В этих предполагалось существование временных циклов большой продолжительности. В этом аспекте представления майя схожи с индуистскими представлениями о кальпах.

Длина каждого из таких циклов составляла 13 так называемых бактунов, приблизительно равных 5200 годам. Таким образом можно подсчитать, что наш мир был сотворён 11 августа 3113 г. до н.э., а конец света должен наступить 21 декабря 2012 года, когда цикл длинного счёта майя подойдёт к концу.

Реконструкция космологии майя является сложной задачей. По представлениям майя, Вселенная — йок каб (буквально: «над землёй») — представлялась в виде расположенных друг над другом миров. Земля была плоской и имела четырёхугольную форму. Каждый из углов земли был направлен на одну из сторон цвета, каждая сторона света имела свой цвет. По четырём углам мира росли четыре «мировых древа». На Востоке — красное, символизирующее цвет зари. На Севере — белое; возможно в памяти людей сохранился когда-то виденный их предками, пришедшими с севера, белый цвет снега. На Западе стояло чёрное дерево, символизировавшее цвет ночи. На Юге росло жёлтое дерево — оно символизировало цвет солнца. В центре росло «Первоначальное Древо» — «Йаш-Че» зелёного цвета. Йаш-Че часто ассоциируется с сейбой. В легендах майя сказана версия происхождения человека от сейбы, которая вскармливала людей из 400 000 сосков.

Интересно то, что представление о центральном первоначальном дереве и столбах подпирающих небеса возникли у майя на основе их древнейших жилищ. Жилища были ориентированы по сторонам света, крыша опиралась на одну центральную балку и четыре столбика в каждом углу жилища. Древние майя проецировали строение их жилища на строение их вселенной.

В прохладной тени «Первоначального древа» размещался рай с богиней Иш Таб, сюда попадали души праведников, чтобы отдохнуть от непосильного труда на земле. В отличии от христианской религии в мировоззрении майя существовало два рая. В первый попадали храбрые войны, праведники, женщины, которые погибли при родах и самоубийцы. Во второй рай — рай бога Чака, попадали утопленники и те, кого принесли в жертву этому богу. Здесь же стояли четыре гигантских кувшина с водой: когда боги лили из них воду, на земле шёл дождь. Небеса были многоярусными. Над землёй находилось тринадцать небес, на которых жили боги, которых майя называли Ошлахун-Ти-Ку. Небеса поддерживали четыре брата Бакаба, стоявшие по сторонам света и так же имеющие каждый свой цвет. Эти боги напоминают титанов из мифологии древних Греков.

Представления о тринадцати небесах возникло у древних майя на материальной основе. Оно явилось непосредственным результатом длительных и тщательных наблюдений за небом и изучения, в мельчайших подробностях, движения небесных тел. Это позволило древнейшим астрономам майя, а скорее всего ещё ольмекам, в совершенстве усвоить характер перемещения Солнца, Луны и Венеры по обозримому небосклону. Майя наблюдая за движениями светил не могли не заметить, что они передвигаются не вместе с остальными звёздами, а своим собственным путём. Как только это было установлено, вероятнее всего было предположить, что у каждого светила существовало своё «небо» или «слой неба».

Как было сказано выше, тринадцать слоёв неба занимали тринадцать богов Ошлахун-Ти-Ку. Считается, что эти боги были так же покровителями числительных от 1 до 13 в ритуальном календаре, функции которых свидетельствуют об их важности. Почитание этих богов было ограничено жреческим классом, так как если судить по функции, связанной с математикой и религиозным календарём, по мифологическому характеру и их участию в космогонических битвах, они должны были быть далеки от забот простого народа.

Но если представления о строении вселенной в целом нам сегодня понятны, то совершенно другая ситуация связана с «подземными мирами». Сложно сказать, почему миров было именно девять, но точно известно, что владыкой подземного мира был Хун Ахав.

Как уже было сказано, подземный мир делился на девять уровней, каждому из которых покровительствовал один из девяти богов, которые вместе назывались Болон-Ти-Ку. Эти боги являлись антагонистами Ошлахун-Ти-Ку и являлись врагами всего человечества, насылая на людей болезни и смерть. Вредное влияние этих богов на жизнь и поступки человека проявляется и в календаре и в эпосе ицев «Чалам-Балам» в главе «Девять богов ночи» Там описано соперничество между Болон-Ти-Ку и Ошлахун-Ти-Ку, которое закончилось победой первых и привело к катастрофе, в итоге чего погиб один из родов людей последовательно создававшихся богами.

1.2 Представления о душе и о загробном мире

В соответствии с анимистическими представлениями, в мифологии майя, у человека было две души: «душа-тень» и «душа-дыхание». Последняя отождествлялась чаще всего с дыханием и биением сердца и должна была появиться у ребенка при рождении. Представляли ее майя в виде птички, бабочки или звезды. Мексиканский археолог Альберто Рус так пишет об этом: «У какчикелей из Панахачеля существовало поверье, что, когда человек умирает, он превращается в звезду, а когда рождается ребенок, одна из звезд спускается с неба, чтобы превратиться в душу новорожденного».

Призрак «душа-тень» сохранял облик живого человека. Призраки обитали в селении призраков, или преисподней, но могли посещать и живых. А «душа-дыхание» могла улетать в различные места, например к богу, что майя использовали при жертвоприношениях (отправлениях посланника).

Одним из вместилищ души считалась кровь. Жизнь покидает раненого вместе с вытекающей кровью, пока рана дымится, т. е. пока кровь еще не свернулась. Если же она свернется, то душа окажется взаперти.

Бьющееся сердце также считалось вместилищем души. При жертвоприношении, как описывает Диего де Ланда, нужно было вырвать сердце как можно быстрее и поднести богу, олицетворенному в статуе. У майя классического периода «душа-тень», т. е. призрак, отправлялась в страну предков.

Подземный мир, на языке майя, назывался Шибальба или Метналь (от языка науа: Миктналь). Шибальба, по верованиям майя, было холодным и тёмным царством, где души бродили до своего полного исчезновения. Не зря на языке науа Миктналь переводится как «Путь, где мы теряем себя».

Астекские этнографические и мифологические параллели и эпос «Пополь Вух» свидетельствуют, что путь по подземному миру был не из легких. В астекской мифологии это и горы, собирающиеся раздавить несчастного призрака; змей и крокодил, подстерегающие его; восемь холмов и восемь пустынь, которые надо перейти; ледяной ветер, сыплющий обсидиановыми ножами; широкая река, пересечь которую надо верхом на маленькой собачке.

В заупокойных надписях майя этот путь начинался вступлением на холодную лестницу, где призрака встречали три демона. Все демоны являлись служителями супруги владыки преисподней Черного бога грозы Тош. Из рукописей следует, что супругой его была богиня Чак Кит — Великая богиня, вероятно выступавшая у ольмеков в качестве верховной богини Луны со свитой из шести карликов — покровителей синодических месяцев лунного полугодия.

Первый демон — хозяин неба, главный. Он числится также в свите как богини, так и самого Черного бога грозы Тош. Его эпитет — пай (призывающий). Этот демон, очевидно, созывал призраков у входа на холодную лестницу.

Второй демон — Ах' к’и-нгал (хозяин смены). Возможно, речь идет о времени пребывания призраков в преисподней. Слово к’и-'иш до сих пор сохранилось как название должностного лица у индейцев цоциль в мексиканском штате Чьяпас. По своим функциям второй бес является направляющим, указывающим дорогу призраку в преисподней.

Имя третьего демона — Ах' хиш-нгал (хозяин ягуара). Его эпитет — «ярый». В функции этого демона входило, судя по всему, наблюдение за очищением призрака. Это предположение основано на том факте, что ягуар неоднократно именуется в текстах на сосудах «очищающим», следовательно, и его владелец был ответствен за процесс очищения.

Сам Тош имеел свиту из шести богов. Тош был одним из двух соправителей преисподней. Вторым соправителем преисподней был чаще упоминаемый в надписях Ваай К’ан «Дух Улитка'. Дух Улитка был древним богом дождя. В рукописях он иногда именуется ах хо ваай тун 'владеющий пятью зловещими (днями) года» (здесь морфема ваай в значении 'зловещий') — титул бога-распорядителя, правившего в последние пять дней года, когда происходила смена власти у богов. Надзором же за призраками занималась Летучая Мышь — Соц',

Судя по надписям на керамических сосудах, у майя существовало представление об «очищении духа» в Шибальбе. Оно делилось на несколько этапов. Первым этапом было «промывание». Часто Тош изображался рядом с кувшином с жидкостью, которой демоны поливали души умерших. После промывания происходил процесс «сдирания», что в буквальном смысле означает сдирание кожи и мяса с костей. В процессе очещения дух постоянно уменьшался, пока не достигал размеров эмбриона, после чего он попадал в утробу, и начинал вторую жизнь.

1.3 Миф о потопе

В мифологии майя-юкатеков есть интересный миф, рассказывающий о небывалом потопе. Этот миф сохранился у юкатеков до сегодняшнего дня и пересказывается в устной традиции, так как письменных источников повествующих на эту тему у юкатеков, к сожалению, не обнаружено.

В книге Диего де Ланды «Сообщение о делах в Юкатане», написанной в XVI веке, потоп упоминается в связи с четырьмя Бакабами.

Как уже говорилось выше, среди многочисленных богов, которым поклонялись майя, были четыре бога, носивших одинаковое имя Бакаб. Это четыре брата, которых боги поставили в четырех углах созданного ими мира, чтобы они поддерживали небо, не позволяя ему упасть на землю.

Возможно, поддерживающие небо братья Бакабы являются одним из воплощений более древнего бога майя Павахтуна. В искусстве майя этот старый бог, существовавший в четырех ипостасях, часто изображался поддерживающим мир и мог олицетворять горы, на которых, согласно доклассическим представлениям майя, в четырех углах мира держалось небо.

Потоп в книгах «Чилам Балам» колониального периода может быть интерпретирован как акт творения, поскольку он привел к появлению современного мира. Главными противниками в этом мифе выступают Ах-Музенкаб — пчелиный бог, один из властителей подземного мира, Ошлахун-Ти-Ку и Болон-Ти-Ку. Причиной потопа стало то, что Балон-Ти-Ку вместе с Ах-Музенкабом напали на Ошлахун-Ти-Ку и отняли у них посохи власти, после чего Бакабы были изгнаны и небо «рухнуло» на землю. Вот как это описано в книге «Девять богов ночи»:

«Наступление дождей, будут дожди тогда при лишении скипетра Ошлахун-Ти-Ку. Рухнут небеса, рухнут на землю, когда четыре бога, четыре Бакаба ее разрушат».

Потоп уничтожил более древнюю, неразумную человеческую расу, однако в текстах майя-юкатеков не уточняется, из какого материала были сделаны эти люди.

В рукописях из Мани и Тисимина также говорится об убийстве гигантского каймана по имени Ицам-Каб-Аин, который отождествлялся и с землей, и с потопом. В обоих источниках сообщается, что каймана убили Болон-Ти-Ку.

Данный эпизод удивительно похож на ацтекский миф, в котором рассказывается о создании земли из убитого гигантского каймана Тлальтекутли, — но возможно, это более поздняя вставка мифов Центральной Мексики, относящаяся к позднему постклассическому периоду. В городе Майяпан была найдена датируемая этой эпохой статуя, изображавшая ацтекского Тлальтекутли. Рядом располагаются две змеи, что вызывает ассоциации с эпизодом, описанным в «Истории Мексики», где Тецкатлипока и Кетцалькоатль разрывают Тлальтекутли на части и превращаются в змей.

Сразу же после потопа в четырех углах мира и в центре были поставлены деревья, которые должны были поддерживать небо. Вот как описывается это событие в книге «Чилам Балам» из Чумайеля:

«Когда закончилось разрушение мира, тогда были помещены деревья. Тогда поднялось Красное Имиш Че на востоке. Поднялся небесный столб, знак разрушения мира, там поместилась желтая иволга. Тогда поднялось Белое Имиш Че на севере, там села птица Сак Чик. Поднялся небесный столб, знак разрушения мира… Тогда поднялось Зеленое Имиш Че в середине земли в память о разрушении мира.»

1.4 Космогония. Происхождение мира

Главным источником по теме происхождения человека и вселенной является эпос майя-киче «Пополь-Вух», который часто называют «Индейской библией». Текс латиницей был переписан с источника в середине XVI века неизвестным индейцем киче. По всей видимости текст был изначально записан индейскими иероглифами, однако оригинал утрачен.

Книгу можно поделить на три части. Первая часть — вступление, где перечисляются главные действующие лица и их эпитеты. во второй части говориться о создании мира, людей, пяти солнцах и и главных божествах пантеона киче. Третья часть — это история о двух близнецах и их приключении по загробному миру. В данной теме нас интересует именно вторая часть о сотворении мира и человека.

Миф творения в «Пополь-Вух» начинается со слов о том, что создания земли существовали лишь бесконечные и неподвижное море и небо: «Не было ни человека, ни животного, ни птиц, рыб, крабов, деревьев, камней, пещер, ущелий, трав, не было лесов; существовало только небо. Поверхность земли тогда еще не появилась. Было только холодное море и великое пространство небес. Не было еще ничего соединенного, ничто не могло произвести шума, не было ничего, что могло бы двигаться, или дрожать, или шуметь в небе».

В толще вод, спрятавшись под сверкающими зелеными и голубыми перьями, лежал пернатый змей Кукумац. В небе в виде трех находился бог Сердце Небес, известный также под именем Хуракан. Сердце Небес и Кукумац нарушили извечное молчание и стали разговаривать друг с другом, обсуждая сотворение мира, первой зари, создание человека и пищи для него. От их слов из воды поднялись земля и горы, а образовавшаяся суша покрылась кипарисовыми и сосновыми лесами.

Желая населить новорожденную землю, боги-творцы создали оленей, ягуаров, змей — жителей горных лесов. Позаботившись о местах обитания и пище для животных, творцы попросили восславить своих создателей. Но животные не умели говорить.

Поскольку у животных не было языка, и они не могли молиться богам, творцы решили, что им не будет даровано владений на земле, — животные должны остаться в лесах и служить пищей людям, которые будут почитать богов и поклоняться им.

Теперь творцы предприняли попытку создать людей, вылепив их из глины. Получившееся существо умело говорить, но не обладало разумом, а его тело оказалось слабым и непрочным и вскоре начало крошиться и растворяться в воде. Осознав, что эти люди не могут ни жить, ни размножаться, боги уничтожили их.

После этого Боги создали людей из дерева. Они научились говорить, строить дома и размножаться. Но деревянные люди не обладали душой, не уважали богов и не поклонялись им. Поэтому боги решили, что эта раса должна быть уничтожена, и устроили великий потоп и дождь из раскаленной смолы. Потомками этих людей являются обезьяны, которые призваны вечно скакать по деревьям.

После всех этих попыток Боги сами спускаются с небес, от них происходят два близнеца, которые должны достать материал для того, что бы создать угодных Богам людей. В конце концов, Боги создают людей из маисового теста. Эти люди имеют душу, они создают города и произведения искусства во славу Богов. Эти люди и есть предки первых майя.

Такая трактовка происхождения человека распространена по всей Месоамерике. Однако в этом мифе может заключаться и реальное событие, которое происходило Мексике ещё до рождения цивилизации майя. В тексте сказано о том, что боги уничтожили древесных людей, проливая на них смолу с небес. Иносказательно это можно понимать как извержение вулкана. О действии вулканов в Мексике и горной Гватемале не приходится сомневаться. Так например жители Теотиуакана прибыли из прежнего центра культуры Куикуилько, который был уничтожен во 2 веке н.э. История о Киукиуилько, могла передаваться как миф и легла в основу космологии Месоамерики. Или например город Чальчуапа в горной Гватемале, который стоит ещё на более древнем поселении, которое было уничтожено извержением вулкана во II тысячелетии до н.э. Жители горных районов позже расселившись в низменности Петена передавали легенду о извержении древнего вулкана, что и легло в основу мифа.

1.5 Космогония майя горной Гватемалы

Майя, составлявшие одну цивилизацию, не являлись однородными в политическом и культурном плане. Вся территория на которой проживали майя делится на три большие части: горная Гватемала и Чиапас на юге; Петен в центре, занимающий северную Гватемалу и штат Мексиканский Кемпече; полуостров Юкатан на севере. Одна за другой, эти области становились центрами цивилизации майя.

Мифы индейцев горной Гватемалы, хоть и схожи с мифами майя классического периода, однако имеют свои особенности. Эти особенность хорошо прослеживаются в «Летаписях Какчикелей»

Центральное место в мифологии какчикелей занимает Таллан. Это место где Боги создали людей и откуда пошли все южные народы майя. Это связано с тем, что к X веку н.э. в земли майя во второй раз вторглись иноземцы. Это были тольтеки из Тулы, во главе с легендарным правителем Топильцином-Кетцалькоатлем, который распространил своё влияние практически на всю территорию майя. Подробнее об этом, ниже.

В летописи Какчикелей, как и в Пополь-Вух сказано, что Боги-творцы, пытаются создать первых людей из разных материалов, но у них это не получается, пока они не находят маис:

«Когда сделали человека, его создали из земли и его кормили деревом, его кормили листьями. Только землю они пожелали использовать. Но он не говорил и не двигался, не имел ни крови, ни мяса, как рассказывали наши древние отцы и деды, о дети мои. Не знали, что следовало использовать.

Наконец, нашли, из чего его сделать. Только двое животных знали, что существует маис в Пашиле, месте, где обитали эти животные, которых звали Койот и Ворон. Койот умер, и среди его останков, развалившихся на четыре части, находился маис. И пришла птица тиу-тиу в поисках маисового теста для себя, были принесены из глубины моря птицей тиу-тиу кровь тапира и змеи, и на них она замесила маисовое тесто. Из этого теста была создана человеческая плоть Создателем и Творцом. Так решили Создатель и Творец, прародители, сделать человека, как они сказали."

Койот и ворон персонажи, которые вообще нигде не встречаются в мифологии майя. Это говорит о том, что эта легенда была принесена из вне, а точнее тольтеками. Сюжет с добычей маиса из тела койота напоминает сюжет ацтексой легенды о добыче маиса Кетцалькоатлем из горы, расколовшейся на четыре части.

Интересно, что современные племена киче, кикче, какчикели и цоцили до сих пор отождествляют своё происхождение с центральной Мексикой и Толланом, однако это опровергают этнолингвистические данные, которые указывают на родство этих племён с племенами майя.

1. Культурные герои в мифологии майя

2.1 Божественные близнецы Хун Хунахпу и Вакуб Хунахпу

В Мезоамерике к близнецам всегда относились с некоторым подозрением — подобно уродцам, они считались аномалией и носителями определенного божественного смысла. В Центральной Мексике бог в облике собаки Шолотл одновременно считался богом близнецов и уродств. По свидетельству доминиканского монаха Бартоломео де Лас Касаса, рождение близнецов представляло собой смертельную угрозу для их отца и матери, и поэтому одного из младенцев обычно сразу же убивали. Однако страх перед рождением близнецов связан не только с благополучием родителей — его корни уходят в мифическую эпоху сотворения мира. Близнецы присутствуют во многих мифах ацтеков, майя и других народов Мезоамерики. Обычно это победители чудовищ и герои, которые создают условия, необходимые для жизни человека. Однако они выступают не только как творцы порядка, но и как воплощение конфликтов и перемен.

В эпосе майя-киче «Пополь-Вух» содержится подробный рассказ о героях-близнецах Шбаланке и Хун-Ахпу, которые спустились в подземный мир, чтобы отомстить за смерть отца и дяди (тоже близнецов). В Центральной Мексике герой Кетцалькоатль отождествлялся с близнецами, что нашло отражение в его имени, поскольку слово «коатль» на языке науа имеет два значения: змея и близнец. В ацтекских мифах творения Кетцалькоатль часто выступает в виде брата-близнеца Шолотла или Тецкатлипоки. Эти пары тоже отражают концепцию героев-близнецов, хотя и не так явно, как Хун-Ахпу и Шбаланке у племен киче.

Как было сказано выше в эпосе «Пополь-Вух», после сотворения мира и нескольких неудачных попыток создать человека, боги сами спускаются на землю для поиска пригодного материала для создания человека. На земле рождается второе поколение богов — это сыновья «старика» и «старухи», то есть первых богов спустившихся на землю. Старый бог к моменту повествования уже умер. Двое сыновей, по-прежнему живущие с матерью, носили «календарные» имена — Хун Хунапху (1 Охотник — в классическом языке майя 1 Владыка) и Вакуб Хунапху (7 Охотник или 7 Владыка). Первый из них был женат и имел двоих детей по имени Хун-Бацем и Хун-Чоуэном, но жена его ко времени начала рассказа уже умерла, а сыновья выросли, хотя и продолжали жить со своей бабкой — богиней времени Шмукане.

Оба брата были страстными любители игры в мяч, которой отдавали все свое время. Игра эта была столь увлекательна, что даже посланец Громового Урагана по имени Вок бывало не отказывал себе в удовольствии понаблюдать за ней. Изыскивая все новые места для игры, оба брата однажды неосторожно затеяли гонку за мячом на дороге, ведущей в подземный мир, и немедленно привлекли к себе внимание духов подземного мира. Многочисленные «владыки» Шибальбы — боги болезней — кровотечения, сухотки, нагноений и прочего, над которыми властвовали двое высших «судей» возмутились тем, что оба брата затеяли игру прямо у входа в преисподнюю, не испытывая ни страха ни почтения к её вождям. Кроме того, демонов мучила зависть. У братьев было отличное снаряжение для игры — кожаные наколенники, перчатки, шлемы и маски, и круглый каучуковый мяч. В подземном мире не существовало ничего подобного, и владыки Шибальбы задумали хитрость, чтобы заманить братьев в ловушку и присвоить себе приглянувшиеся вещи.

Братья недооценили опасности, и, поддавшись на сладкие речи посланцев, уверявших, будто игра в мяч «сделает подземных богов счастливыми», простились с матерью, и, оставив ей на память о себе круглый каучуковый мяч, отправились в подземелье. Опасность же была более чем реальна — по древнему закону, проигравших ждала смерть.

Спустившись по узким ступеням в царство мертвых, братья на первых порах благополучно миновали встретившиеся им по пути ловушки, без вреда для себя переправившись через бурную реку, текущую через узкую теснину, и другую реку, берега которой сплошь заросли колючками, и наконец, кровавую реку, и реку полную гноя, не выпив из них ни капли и наконец, оказались на перекрестке четырёх дорог разноцветных дорог, и поддавшись на лживые уговоры чёрной дороги пошли по ней, и оказались как и полагалось душам умершим, перед чучелами, изображавшими владык Шибальбы. Чучела эти, сделанные столь искусно, что их можно было принять владык преисподней, должны были сбивать с толку пришедших, вызывая у демонов злорадный смех.

В качестве следующего испытания братьям предложили сесть на раскаленную докрасна скамью, и те, необдуманно согласившись, получили сильные ожоги, посмешив демонов ещё раз. И наконец, последнее испытание, которое должно было решить их судьбу, называлось Домом Мрака. Демонический посланник принес обоим братьям, по одной зажженной лучине и сигаре из табачных листьев, предупредив, чтобы те вернули наутро все полученное в том же виде в котором оно было им дано. Братья не вняли совету, и сожгли лучины и сигары до основания, после чего — как не выдержавшие испытания, принесены были в жертву. Голову старшего отделили от тела, и повесили на тыквенное дерево, которое никогда ранее не давало плодов, и вдруг чудесным образом стало плодоносить, так что голова совершенно затерялась среди них. Пораженные демоны приказали отныне никому не приближаться к этому дереву и ни в коем случае не есть его плодов, после чего зарыли тела обоих братьев в общей могиле.

История эта во многом перекликается с известными в мифологии других народов, преданиями об умирающих и воскресающих богах, самого Хун Хунапху в настоящее время отождествляют с «молодым богом кукурузы», ежегодно погибающим под серпом жнеца и возвращающимся назад следующей весной. Гибель обоих братьев служит необходимой прелюдией для рождения божественных близнецов и победы над демонами смерти.

2.2 Хун Ахпу и Шбаланке

Запрет приближаться к священному дереву, через некоторое время был нарушен, и сделала это девушка по имени Кровавая Луна (Шкик, Xcic) — дочь Собирателя Крови. Наслушавшись рассказов о волшебном дереве, не смогла удержаться от желания отведать его плоды. Но из древесной листвы с ней заговорил побелевший от времени череп Хун Хунапху, который сообщил что плоды, казавшиеся ей столь лакомыми, всего лишь черепа, и не потеряет ли потому Шкик свою решимость. Шкик изъявила желание идти до конца, и череп Хун Хунапху попросил её вытянуть вперед руку, на которую вслед за тем упало несколько капель слюны. Слюна эта волшебным образом исчезла, а девушка забеременела от умершего бога.

Шкик родила двух близнецов, Хун-Ахпу и Шбаланке. Несмотря на то что братья были детьми Хун-Хун-Ахпу, их не любила ни бабушка Шмукане, ни Хун-Бац с Хун-Чоуэном, которые ревновали родственников к своим более молодым единокровным братьям. Пока старшие братья танцевали и играли на флейте, Хун-Ахпу и Шбаланке охотились в лесу. Избалованные Хун-Бац и Хун-Чоуэн забирали у младших братьев всю дичь, оставляя им только кости и хрящи. Вскоре это надоело Хун-Ахпу и Шбаланке и они решили проучить своих старших братьев. Они вернулись после охоты без ничего и сказали, что вся добыча застряла на ветках деревьев. Их старшие братья решили сами достать добычу, но как только они залезли на дерево, оно начало расти. Хун-Бац и Хун-Чоуэн испугались и не могли слезть, тогда их братья посоветовали им обвязаться вокруг талии их набедренными повязками и тогда они смогут слезть. как только они это сделали, они тут же превратились в лесных обезьян. Однако превратившиеся в обезьян братья не были забыты, а стали покровителями актеров, танцоров и музыкантов.

Хун-Ахпу и Шбаланке научились играть в мяч, как их отец и дядя. Владыки Шибальбы вновь рассердились из-за доносящихся сверху ударов и послали сов, чтобы те пригласили близнецов в подземное царство. Во время спуска в Шибальбу Хун-Ахпу и Шбаланке успешно преодолели все испытания. Под землей Шбаланке вырвал пучок волос из своей ляжки и сделал из них москита, который должен был стать их разведчиком и кусать владык Шибальбы. Сначала насекомое атаковало наряженные деревянные куклы, но затем обнаружило настоящих богов. Ужаленные москитом, боги вскрикнули и назвали имена друг друга. Так близнецам стали известны имена владык подземного мира.

В отличии от своего отца и дяди Хун-Ахпу И Шбаланке не попались на уловки владык подземного царства, они поздоровались с ними, назвав их имена и не сели на раскалённую скамью. Они так же смогли пройти испытание с сигарой и лучинами, прикрепив к ним красные перья попугая, они обманули владык Шибальбы. Близнецы успешно преодолели «дом ножей», «дом холода», «дом ягуаров» и «дом огня». В заключение братьев отправили в «дом летучих мышей» — комнату, которая была заполнена летучими мышами с острыми, как лезвия, хоботками.

Там летучие мыши смогли убить Хун-Ахпу, отрезав ему голову. На финальную игру в мяч Шбаланке вышел один, против владык Шибальбы, которые использовали вместо меча голову Хун-Ахпу. Шбаланке, что бы сбить с толку владык Шибальбы одел вместо головы Хун-Ахпу черепаху, и Хун-Ахпу смог играть в мяч и разговаривать. Хун-Ахпу и Шбаланке выиграли владык Шибальбы и вернули настоящую голову Хун-Ахпу.

Но близнецы знали, что им просто так не уйти из царства мёртвых и они решили, что всё равно должны умереть. они прыгнули в яму с огнём, где сгорели, а их кости были растёрты и утоплены в реке. Но близнецы ожили и превратились в рыб, а потом выйдя на суши стали актёрами.

Владыки Шибальбы прослышали про их мастерство, но они не знали кто эти актёры на самом деле. Близнецов снова пригласили в Шибальбу, для того чтобы они смогли исполнить несколько номеров во дворце. Близнецы показали номер, где они убивают друг друга, а потом воскрешаются. Владыки Шибальбы тоже захотели попробовать. Шбаланке и Хун-Ахпу убили двух главных богов смерти и не вернули ни одного к жизни. Все демоны испугались и разбежались по самым тёмным углам подземного царства. тогда Хун-Ахпу и Шбаланке открыли свои имена и сказали, что пощадят демонов, если те покажут им, где захоронены их отец. Демоны согласились, показали им место. После этого демоны поклялись, что больше не будут причинять столько зла и отпустили близнецов на землю. Так Хун-Ахпу и Шбаланке победили владык Шибальбы.

Этот миф передавался не только в устной традиции в постклассичиский период, но и как показали этнографические исследования, является одним из старейших в Месоамерике. По всей видимости миф был популярен ещё в классический период развития цивилизации майя. Сцены с изображением близнецов играющих в мяч находят на многих артефактах классического периода, особенно часто это мотив используется в изображениях на керамике.

3. Общие месоамериканские мифы

3.1 Битва дня и ночи

Постоянная смена дня и ночи — это одно из важнейших противоречий в мировоззрении народов Мезоамерики. В местных легендах первый восход Солнца связывается с наступлением легендарной и исторической эпохи смертных людей — в противоположность мифическому периоду сотворения мира. Так, например, в знаменитом эпосе майя-киче «Пополь-Вух» с первыми лучами восходящего Солнца боги и свирепые звери обращаются в камень. У ацтеков во время первой зари в Теотиуакане Тлауискалпантекутли тоже превращается в бога камня и холода. По одной из версий ацтекского мифа во время первого восхода Солнца боги были принесены в жертву, а из их останков сделали священные свитки. Таким образом, предания майя и ацтеков объясняют последующее состояние и внешний вид богов, которые в действительности изображались в виде каменных статуй или завернутыми в священные свитки.

Восход Солнца знаменовал начало светлого периода, порядка и стабильности в повседневной жизни смертных людей, а ночь ассоциировалась с мифическим временем, когда были живы боги и демоны. Индейцы из некоторых племен мексиканского штата Веракрус и сегодня полагают, что после захода Солнца только свет звезд не дает скалам превратиться в ягуаров. Народы Мезоамерики считают ночь тем временем, когда на охоту выходят оборотни и демоны. Кроме того, темные ночные часы предназначены для общения смертных людей с потусторонними силами. Во сне душа совершает опасное путешествие, чтобы встретиться с предками, богами и сверхъестественными существами. Ночь — это самое подходящее время для использования грибов, содержащих псилоцибин, мескаль, семена ипомеи и других галлюциногенов, помогающих общаться с духами. Над головой, в ночном небе разыгрываются эпизоды времен сотворения мира — в форме видимого движения созвездий и планет. Самый сильный страх вызывали солнечные затмения, потому что при них днем возвращались звезды и другие опасные порождения ночи.

Несмотря на резкий контраст между хаосом ночных часов и порядком светлого времени, эти представления ни в коем случае нельзя назвать упрощенным разделением мира на добро и зло. В мировоззрении народов Мезоамерики такие дуалистические принципы считались естественными и воспринимались как взаимодополняющие противоположности: для существования были необходимы обе стороны. Сон нужен для восстановления энергии дня, а ночь — это священное время, вливающее в дневную жизнь новые силы. Отмеченные в календаре моменты перехода соответствуют периодам восстановления, когда возрождаются силы созидания. Мифическое время может проникать в повседневную жизнь при помощи ритуалов и знамений, а также благодаря присутствию отдельных категорий живых людей, таких, как вожди, жрецы, шаманы, знахари или близнецы.

майя вселенная космогония миф

3.2 Северная прародина

Ко времени начала изучения цивилизации майя, считалось, что цивилизация была обособлена от остальных народов Месоамерики, а сами майя были миролюбивым народом ремесленников, торговцев, учёных и архитекторов. Однако сегодня нам известно, что это не совсем так. В действительности майя постоянно вели войны между собой, а также со своими соседями. Кроме того майяские торговцы доходили до центральной Мексики, а некоторые доплывали до берегов современной Венесуэлы. К XVI веку майя наладили связь с торговцами из Эквадора, через которых узнали о великом государстве Тауантинсуйю, полного золота. Всё это в конечном счёте сказалось и на культурной преемственности майя. Многие мифы Месоамерики часто восходят к одному корню и встречаются у разных народов по всей территории этого региона.

Как уже было сказано выше в космологии майя, каждая сторона света ассоциировалась с определёнными цветом. Север ассоциировался у майя с белым цветом, цветом снега. По легенде, все народы Месоамерики когда-то жили в пещерах на севере. У ацтеков эта прародина называется Чикомосток (науа: «Семь пещер») или Ацтлан, откуда и пошло название этого народа. В представлениях древних народов прародина представлялась в виде пещеры с разветвлёнными семью ходами, отсюда эту местность и называют «Семь пещер».

План «Семи пещер» по своей форме напоминал цветок с семью лепестками или дерево. В центре находилась одна большая камера, из которой в разные стороны расходились другие пещеры, выход и пещеры представлялся как ствол дерева. Именно из этих пещер по легенде вышли все представители народа Науа. В VII веке н.э. это были чичимеки и тольтеки, осевшие на плодородных равнинах Центральной Мексики. В VIII это были пипили дошедшие до Центральной Америки, потомки которых до сих пор живут в Сальвадоре. В XII веке из семи пещер на земли Месоамерики пришли последние её обитатели — мешики, создавшие свою огромную империю, простиравшуюся на всю территорию Центральной Мексики.

Ещё до прихода тольтеков, о семи пещерах знали жители Теотиуакана. Под пирамидой солнца в Теотиуакана находится пещера, напоминающая по своему плану ту, что описана в мифах ацтеков. Пещера также имеет вид цветка, с четырьмя «лепестками», в каждом из которых похоронены правители этого города. Кроме того, пещера связана с храмом, который когда-то стоял на вершине пирамиды, трубкой для связи с духами правителей. Такая же трубка была обнаружена и в пирамидах Тикаля и Паленке.

Пещеры под пирамидой символизируют прародину, куда отправляются души великих предков, а каналы или «трубки», служат для связи жрецов с ними.

Ещё раньше жителей Теотиуакана, северу и пещерам поклонялись Ольмеки. Их городская планировка ориентировалась по сторонам север-юг. Как пример приведём один из самых изученных религиозных центров Ольмеков Ла Венту. Планировка этого города великолепно иллюстрировала «реинкарнационную» концепцию: главный вход в комплекс (и профанная часть) располагался на юге, а далее дорога вела на север, воплощавший место древней прародины. Одновременно чем дальше на север, тем сакральнее становились постройки архитектурного ансамбля города. В планировке городской ансамбль выглядел достаточно симметричным относительно центральной осевой улицы. Однако по своим функциям южная и северная части представляли асимметричное единство жизни и смерти, профанного и сакрального.

Очень интересными монументальными памятниками являются «ольмекские головы», которые до сих пор находятся в непроходимых джунглях Веракруза. Часто эти головы одеты в головные уборы, которые графически напоминают майяский знак xib — «исцезать», «север», что также является прямым указанием на культ предков и легендарную прародину.

Доктор Галина Ершова пишет, что вся монументальная архитектура ольмеков была связана с культов предков и далёкой северной прародиной:

«Дело в том, что болотистые земли, удаленные от горных массивов, значительно усложняли ольмекам проведение обрядов, связанных с культом пещер. Не было даже скал, на поверхности которых можно было бы изобразить эти пещеры, превратив это место в ритуальный центр. Таким образом, единственно доступным способом „воспроизведения“ прародины становилось сооружение ритуальных центров, воплощавших пространственную модель мира и превращавшихся постепенно в города, а также возведение монументальных памятников, которые символизировали гору с пещерой прародителей».

Исследователи, занимавшиеся изучением этих скульптур, независимо друг от друга пришли к выводу о том, что воплощенный сюжет передает идею «выхода человека из пещеры» и что этот выход, так или иначе, связан с идеей возрождения и бессмертия.

Что касается майя, «путь на север», как уже было сказано, обозначался знаком «xib», что значит «исчезать». В самом слове говориться, об идее «реинкарнации» и о возвращении предков в пещеры где они исчезают навсегда. Не случайно в мифологии майя именно пещеры являются входов в подземный мир, где души «теряют себя».

В планировке городов, у майя классического периода её как правило не было. Дворцы и храмы строились в зависимости от рельефа местности. Ориентация же на север и разделение города, на сакральную и профанную часть, прослеживается в некоторых доклассических городах майя. Например, в одном из самых больших городов доклассического периода Цибульчальтуне. Город имеет главную улицу, ориентированную на север. С южной стороны города располагаются незначительные храмовые комплексы и другие мелкие постройки. К северу начинаются более массивные постройки и дворцы. В одном из самых примечательных сооружений Цибульчальтуна «Храме семи кукол» также обнаружен стилизованный знак «xib», что указывает на северную прародину.

3.3 Толлан — Тамоанчан

На всей территории Месоамерики существует легенда о рае на земле. У разных народов этот рай называется по-разному, но во всех сюжетах именно с этого места начинается жизнь на земле. именно отсюда различные народы уходят, как из точки, где когда-то они были вместе. Это наводит на аналогию с «Семью пещерами» и эти два понятия очень тесно связаны.

Со временем «раем на земле» стали называть самые большие или могущественные города. Это что-то вроде современного понятия «Столица мира», что-то наподобие Вавилона в древнем мире. В Месоамерике такие места называли по-разному, но самыми распространёнными названиями были Толлан (Туллан) и Тамоанчан.

В представлениях древних Месоамериканцев и майя в частности, это место рождения Кетцалькоатля или Кукулькана, место где Боги создали Солнце и Луну, место где родились первые люди, именно с этого места начинается история человечества.

Легенду о Тамоанчане впервые записал монах-францисканец Ф. Саагун. эту легенду он услышал от астекских старейшин: «Давным-давно, во времена, которые уже никто не помнит, пришёл могучий народ и основал своё царство, центром которого был Тамоанчан». Легенда гласит, что в этом царстве жили великие правители и жрецы, искусные мастера и художники. Именно они заложили основу той блестящей цивилизации, влияние которой испытывали все другие народы Месоамерики. Это были ольмеки. Но на сегодняшний день ещё точно не установлено, к какой лингвистической группе относился этот народ и откуда он появился.

Известный американист Майкл Ко говорит, что строителями цивилизации ольмеков были майя. Его теория основывается на нескольких фактах. Он говорит, что древние майя жили на территории современного мексиканского штата Верокруз, откуда одна группа направилась к горам Гватемалы, а другая направилась на север, впоследствии вторая группа стала народом Хуастека, от которого народы центральной Мексики и узнали о Тамоанчане.

Для доказательства своей теории Ко использовал лингвистический материал. Исходным пунктом послужило название страны ольмеков — Тамоанчан. По происхождению это слово имеет чисто майяские корни и переводится как «Земля пернатого змея». По другому это слово читалось как «Земля дождей и тумана». Обычно ацтеки либо в точности сохраняли местное название, либо пунктуально переводили его на свой язык. В данном случаи мы имеем дело с первым вариантом. Отсюда следует, что ольмеки говорили, на оном из майяских языков.

Как уже было сказано Толлан часто представлялся тем же, что и Тамоанчан — местом, где был рождён Кетцалькоатль, настоящим раем на земле. Толлан часто воспринимается как Тула — древняя столица тольтеков, так как именно из Тулы вышел легендарный — это метафора обозначающая метрополиювождь Кетцалькоатля-Топильцин. Тольтеки покорили многие народы Мексики и распространили своё влияние на них, то же самое повторилось спустя четыреста, когда ацтеки создали свою империю. Народы, которые населяли эти земли называли Теночтитлан Толланом Исходя их этого, можно сказать, что Толлан — это метафора, обозначающая метрополию, поэтому не удивительно, что Тулу называли Толланом. В своё время Толланом, возможно, называли такие города как Теночтитлан, Чолула и, конечно, Теотиуакан.

Относительно майя, многие народы Гватемалы ведут своё начало из Толлана, что как уже было сказано, связывается с Тулой тольтеков. Однако, здесь возможна путаница из-за того, что придя на земли майя Кетцалькоатль-Топильцин создал свою столицу на Юкатане. Этой столицей была Чичен-Ица, которую тоже называли Толланом.

Слово `tollan' или майяское `tulan' происходят от слова `tolla', которое обозначает тростник. Толлан переводится как местность богатая тростником или — это болотистая местность. Как раз такие условия были в районе, где возникла цивилизация ольмеков. Возможно, что Толлан это ничто иное как «Земля дождей и тумана» в иносказательном смысле, интерпретированная как обозначение болотной местности.

И возможно, легенда о Тамоанчане переданная Хуастеками в центральную Мексику, через многие столетия вернулась к майя как легенда о Толлане.

Заключение

Мифы Мезоамерики — это не просто священные тексты, рассказывающие о сотворении мира; помимо всего прочего, они содержат уроки правильного поведения. Из всех грехов, способных привести к катастрофе и поражению, чаще всего упоминаются высокомерие и жадность. В ацтекской мифологии в Солнце превращается не тщеславный и богатый Текусистекатль, а довольно скромный, но смелый Нанауатцин. Высокомерие и жадность в большей степени характерны для высших слоев общества, и поэтому во многих дошедших до нас мифах содержатся нормы поведения для правителей. Тем не менее, мифы ацтеков и майя затрагивают также более широкие и глубокие понятия, такие, как смысл человеческого существования. Как свидетельствует «Пополь-Вух», нынешняя раса человеческих существ, или люди кукурузы, была создана для того, чтобы обеспечивать богов пищей — в виде молитв и жертвоприношений. Аналогичным образом принесение богов в жертву в Теотиуакане и убийство Койольшауки вместе с ее братьями и сестрами указывают на необходимость человеческих жертв для существования мира. Это один из самых жестоких аспектов древней религии Мезоамерики, однако, идея человеческих жертвоприношений основана на признании активной роли людей и их ответственности за поддержание равновесия во вселенной.

В работе были определены и рассмотрены основные сюжеты мифологии майя. Для анализа данных сюжетов использовались методы сравнения мифологических линий майя с другими народами Месоамерики. Кроме того было определено различие между мифологическими сюжетами различных племён майя, что так же является важной часть анализа мифологии данного народа.

Используемая литература

1. Диего де Ланда «Сообщение о делах в Юкатане»

2. Эпос майя киче «Пополь-Вух»

3. «Летопись Какчикелей»

4. Книги «Чалам-Балам»

5. Альберто Рус «Народ майя»

6. Майкл Ко «Загадки цивилизации майя»

7. Г. Ершова «История Месоамерики»

8. Мануэль Галич «Цивилизации доколумбовой Америки»

9. М. Соди «Мифы Ацтеков и майя»

10. Кузьмищев «Тайны жрецов майя»

11. Г. Ершова, Ю. В. Кнорозов статья «Заупокойные надписи майя»

12. Мерседес де Ла Гарса статья «О религиозном значении пластического искусства майя»

Показать весь текст
Заполнить форму текущей работой