Помощь в написании студенческих работ
Антистрессовый сервис

Политическая жизнь российского казачества: история становления, основные источники и тенденции развития (конец 1980-х – конец 2000-х гг.)

ДиссертацияПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

В диссертационном исследовании казачество рассматривается как сложное, многослойное, разноплановое, саморазвивающееся историческое и социокультурное явление, на эволюцию политической жизни и политические инверсии которого определяющее влияние оказывали такие факторы, как особенности культурно-исторического развития Руси-России (российской исторической системы), самого казачества, а также… Читать ещё >

Политическая жизнь российского казачества: история становления, основные источники и тенденции развития (конец 1980-х – конец 2000-х гг.) (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Содержание

  • РАЗДЕЛ I. ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ, ИСТОЧНИКИ И ИСТОРИОГРАФИЯ ИЗУЧАЕМОЙ ПРОБЛЕМЫ
  • РАЗДЕЛ И. ИСТОРИЧЕСКАЯ ЭВОЛЮЦИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЖИЗНИ КАЗАЧЕСТВА В XX в.: ОСНОВНЫЕ ЭТАПЫ, ПРОТИВОРЕЧИЯ, ТЕНДЕНЦИИ И ОСОБЕННОСТИ
  • РАЗДЕЛ III. ДВИЖЕНИЕ ЗА ВОЗРОЖДЕНИЕ КАЗАЧЕСТВА: ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ РАЗВИТИЯ
  • РАЗДЕЛ IV. ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПОЛИТИКА ПО ВОЗРОЖДЕНИЮ РОССИЙСКОГО КАЗАЧЕСТВА: ОСНОВНЫЕ ЭТАПЫ, СОДЕРЖАНИЕ, ФОРМЫ
  • РАЗДЕЛ V. ТРАНСФОРМАЦИЯ РОЛИ КАЗАЧЕСТВА В РОССИЙСКОМ ПОЛИТИЧЕСКОМ ПРОЦЕССЕ 2000-х гг

Актуальность темы

обусловлена растущим общественным и научным интересом как к истории казачества вообще, так и к его роли в общественно-политической жизни государства в 1990;е — 2000;е гг. в частности. На протяжении нескольких веков казачество играло активную роль в обустройстве Российского государства.

Современное движение за возрождение казачества, заявляя о своём стремлении участвовать в определении социальной, экономической и оборонной стратегии государства, в то же время оказывало достаточно сильное влияние на этническую, управленческую, хозяйственную и культурную политику в различных регионах государства1.

По оценкам специалистов2, на сегодняшний день в России может насчитываться от 2 до 7 млн. человек, причисляющих себя к казакам. Согласно материалам Всероссийской переписи населения, проведённой в 2002 г., «казаками» по национальности назвали себя более 140 тыс. человек. Согласно Справке к «Концепции государственной политики Российской Федерации в отношении российского казачества» от 3 июля 2008 г. 3, в Государственном реестре казачьих обществ России к 2008 г. насчитывалось более 740 тысяч казаков, объединённых в 10 войсковых и 6 отдельных окружных казачьих обществ. По мнению некоторых исследователей4, именно массовая база казачьего движения, политическая роль которой усиливалась военизированной организационной структурой и дисциплиной, делала казачество одной из самых значитель.

1 Мациевский Г. О. Возрождение политической жизни кубанского казачества (конец 1980;х — 1990;е гг.): дис.. канд. ист. наук. Армавир, 2002.

Современное российское казачество: политический, социальный, экономический портретанализ тенденций и прогноз развития государственной службы российского казачества: Сборник материалов по результатам социологического исследования / Ефанова O.A., Шишова Ж. А., Соклаков А. Ю. и др.- Министерство регионального развития Российской Федерации. М., 2008; В РФ около 7 миллионов казаков, точное число станет известно после перерегистрации [Электронный ресурс] // Электронное периодическое издание «Информационное агентство РИА «Новости» — «Сибирь». URL: http://sibir.nan.ru/army/20 100 210/81878514.html (дата обращения: 23.06.2011).

J «Концепция государственной политики Российской Федерации в отношении российского казачества» [Электронный ресурс] // Президент России. Официальный сайт. URL: http://www.kremlin.ru/text/docs/2008/07/203 447.shtml (дата обращения: 10.07.2011).

4 См.: Титлина Е. Ю. Политика Российского государства в формировании Дальневосточного казачества: сущность, особенности, перспективы: дис.. канд. полит, наук. М., 1996. ных форм массовой политической активности. А сложный социальный состав современного казачества предполагал представительство данного общественного движения почти во всех социальных, профессиональных и половозрастных группах населения.

За последние 20 с небольшим лет существования движения за возрождение казачества только на федеральном уровне было издано более 200 нормативных правовых актов, регламентирующих процесс возрождения казачества, логику его взаимодействия с органами власти различного уровня, а также хозяйственно-экономическую, политико-организационную, культурную и иную жизнь казачьих обществ. 31 мая 2010 г. Русской Православной Церковью был учреждён Синодальный комитет по взаимодействию с казачеством под председательством викария Святейшего Патриарха. А 31 мая 2011 г. Президентом Российской Федерации Д. А. Медведевым был подписан Федеральный закон № 101-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О государственной службе российского казачества» «1, определявший формирование новой всероссийской казачьей структуры — единого всероссийского казачьего войска. Всё это говорит о том, что «казачий вопрос» вновь стоит на повестке дня.

Вместе с тем в научном плане исследуемая тема по-прежнему остаётся недостаточно раскрытой. Несмотря на несомненный интерес к ней, до сегодняшнего дня остаются неисследованными многие её аспекты. Это связано, с одной стороны, с нехваткой достаточно глубоких исследований, раскрывающих феномен современного российского казачества, с другой, со сложностью изучения политической жизни, интерпретации которой зачастую зависят от идеологических парадигм и политических пристрастий. Научная актуальность темы исследования обусловлена и тем, что только в последние годы стали доступными значительные комплексы архивных источников, позволяющие на новом уровне раскрыть особенности политической жизни российского казачества в конце 1980;х — 2000;х гг.

1 Российская газета. Федеральный выпуск. 2011. 2 июня (№ 5493). С. 11.

Своеобразным показателем актуальности темы является рост количества проводимых в стране научных конференций различного уровня, посвящён-ных разным аспектам истории, культуры, службы и быта казачества1.

Несомненна актуальность исследования и с точки зрения современной методологии, опирающейся на комплексный междисциплинарный подход и предполагающей сочетание традиционных исторических методов с методиками новой социальной и культурной истории, «ситуационной истории», «устной истории». Культурно-исторические реалии второй половины 1980;х-начала 2000;х гг., непосредственно представленные пока ещё в живых носителях знания о них, наверное, более, чем любой иной исторический период дают возможность использовать новые методологические и методические подходы научного исследования, дающие возможность осмыслить особенно.

1 Например: Научно-практическая конференция «Духовная культура донского казачества: прошлое и современность» (Новочеркасск, 2005 г.) — Международная научно-практическая конференция «Реабилитация казачества: современные ситуации и перспективы» (Новочеркасск, 2005 г.) — Всероссийская научно-практическая конференция «Российское казачество: проблемы истории и современность (к 310-й годовщине Кубанского казачьего войска)» (Тимашевск, 2006 г.) — Международная научная конференция «Казачество в южной политике России в Причерноморском регионе» (Ростов-на-Дону, 2006 г.) — Региональная научная конференция «Терское казачество: история и современность» (Кизляр, 2006 г.) — Всероссийская научно-практическая конференция «Казачество в прошлом и настоящем» (Оренбург, 2007 г.) — Региональная научно-практическая конференция «Казачество Юга России в процессах становления и развития российской государственности» (Урюпинск, 2007 г.) — Всероссийская научно-практическая конференция «Казачество в истории России: актуальные проблемы истории и возрождения казачества» (Горячий Ключ, 2007 г.) — Всероссийская научно-практическая конференция «Казачество в истории России: история и современность» (Москва, 2007 г.) — Научные конференции, проводимые в рамках регионального фестиваля казачьей культуры в пос. Тульском (Республика Адыгея): «История и культура казачества Юга России», «История, современное состояние, перспективы развития культуры Российского казачества», «Казачество на службе Отечества», «Актуальные проблемы южно-российского казачества: история, язык, культура» (2007;2011 гг.) — Всероссийская научная конференция «Казачество в социокультурном пространстве России: исторический опыт и перспективы развития» (Ростов-на-Дону, 2010 г.) — Международные научно-практические конференции «Казачество Сибири от Ермака до наших дней: история, язык, культура» (Тюмень, 2009 г. и 2010 г.) — Межрегиональная научно-практическая конференция «Рязанское казачество в истории России» (Рязань, 2010 г.) — Всероссийская научно-практическая конференция «Казачество на Урале: историческая память и вызовы современности» (Екатеринбург, 2011 г.) — Межрегиональная научно-практическая конференция «Забайкальское казачество в историческом развитии и межкультурной коммуникации» (Чита, 2011 г.) — Международные научно-практические конференции «Церковь и казачество: опыт соработничества на благо Отечества» (Москва, 2011 г., 2012 г. и 2013 г.) — Межрегиональная научно-практическая конференция «Православие — духовно-нравственный стержень казачьего мировоззрения» (Ставрополь, 2011 г.) — Международная научно-практическая конференция «Казачество. Прошлое, настоящее, будущее» (Москва, 2011 г.) — Межрегиональная научно-практическая конференция «Российское казачество: история, современность и перспективы развития» (Москва, 2012 г.) — Международная научная конференция «Казачество как фактор межнациональной стабильности» (Москва, 2012 г.) — Международная научно-практическая конференция «Казачество России: историческая память и культурные вызовы современности» (Майкоп, 2013 г.) — Всероссийская научно-практическая конференция «Роль казачества в истории и культуре России: прошлое, современность, перспективы» (Москва, 2013 г.) — Международная научно-практическая конференция «Казачество в политической жизни России: история, формы самоуправления, культура» (Ставрополь, 2013 г.) — Международная научно-практическая конференция «Казачья молодежь. Проблемы и перспективы развития казачьего образования» (Москва, 2013 г.) и др. сти политического сознания и политического поведения, значение личного фактора в истории, социокультурных феноменов в пространстве изучаемого исторического времени и др.

Объектом исследования данной диссертации автором избрано российское казачество.

Предметом исследования является история политической жизни российского казачества с конца 1980;х гг. по конец 2000;х гг., основные источники и тенденции её развития.

Территориальные рамки диссертационного исследования обусловлены границами СССР, после его распада РСФСР, а позже — Российской Федерации. В рассматриваемый период существовало несколько регионов, обладающих как общими закономерностями, так и региональной спецификой, некой территориальной самобытностью процесса возрождения казачества: первый — Юг Россиивторой — Урал, Сибирь и Дальний Востоктретий — места неисторического расселения казаков, в том числе крупные городачетвёртый — Москва, особый регион, в силу специфики своего столичного статуса являющийся центром основных социальных и политических событий.

Хронологические границы исследования охватывают временной интервал с конца 1980;х гг. по конец 2000;х гг. Данные временные рамки обусловлены тем, что в это время российская историческая система1 входит в некое переходное состояние, характеризующееся кризисом легитимных государственных, идеологических и социальных структур, активизацией социально-политических, этнокультурных и иных процессов в обществе, поиском наиболее оптимальных моделей дальнейшего исторического развития. Достаточно важную роль в модернизационных процессах в разных регионах страны начинает играть казачье движение.

Нижние границы исследования определяются появлением первых казачьих сообществ, зарождавшихся на базе военно-патриотических и истори.

1 Шаповалов А. И., Шаповалова Н. Е. Шаповалов И.А. Народные утопии и реформаторство в СССР. Армавир, 2006. ческих клубов, фольклорных коллективов и учреждений культурно-просветительной направленности. Верхние — трансформацией роли казачества в российском политическом процессе, расколом казачьих организаций на «общественные» и «реестровые» и постепенным снижением политической активности казачьего движения, связанным с частичной стабилизацией социально-политических процессов в обществе. На изменение роли казачества в политическом процессе оказала влияние активизация государственной политики в отношении казачьего движения, в частности, утверждение в 2008 г. Президентом РФ «Концепции государственной политики Российской Федерации в отношении российского казачества"1 и образование в 2009 г. Совета при Президенте РФ по делам казачества, который должен был содействовать реализации государственной политики в отношении российского казачества.

Кроме того, видится целесообразным выйти за нижние границы исследования и рассмотреть основные этапы, противоречия, тенденции и особенности исторической эволюции политической жизни казачества до конца 1980;х гг.

Анализ состояния научной разработки темы, который был проведён в первом разделе диссертации, показал, что среди работ историков казаковедче-ского направления преобладают исследования, посвящённые истории казачьих войск Российской империиособенностям фольклора и культурной жизни казаков прежде всего южно-российского регионаучастию казачества в революциях и войнахпроблемам государственно-правового становления и развития казачьих сообществ в рамках Российской империиэтапам возрождения в контексте этнокультурных и социальных процессов, происходящих в современной России. При этом поставленная в данной работе проблема рассмотрения истории становления, выявления основных источников и тенденций политической жизни современного российского казачества ещё не нашла своего раскрытия в рамках докторского диссертационного исследования. «Концепция государственной политики Российской Федерации в отношении российского казачества» [Электронный ресурс] // Президент России. Официальный сайт. URL: http://www.kremlin.ru/text/docs/2008/07/203 446.shtml (дата обращения: 23.12.2011).

Вся литература, посвященная исследуемой проблематике, рассматривается в первом разделе с точки зрения дифференциации её по периодам, особенности каждого из которых определялись, в том числе, актуализацией каза-коведческой тематики политикой государства в отношении данного феномена социально-политической жизни российского общества. Уделено внимание и анализу диссертационных исследований, посвященных казачеству.

Целью диссертационного сочинения является выявление закономерностей становления, основных источников и тенденций эволюции политической жизни российского казачества в период с конца 1980;х по конец 2000;х гг.

Достижение поставленной цели предполагает решение следующих задач.

— выявить основные теоретические и методологические подходы по проблеме исследования, уточнить понятийно-категориальный аппарата;

— проанализировать научную литературу, выявить степень изученности и дальнейшие перспективы разработки темы, определить круг источников и согласовать их с современными методиками исследования;

— рассмотреть этапы, противоречия, тенденции и особенности исторической эволюции политической жизни казачества в XX в.;

— исследовать основные источники, тенденции, направления и особенности развития движения за возрождение казачества на различных этапах его эволюции как на общероссийском, так и региональном уровнях;

— выявить и проанализировать этапы, содержание и формы государственной политики по возрождению российского казачества;

— исследовать особенности трансформации роли казачества в российском политическом процессе 2000;х гг.

В качестве теоретико-методологической основы исследования избран комплексный междисциплинарный подход, предполагающий сочетание традиционных исторических методов (системного, структурно-функционального, компаративного, типологического и др.) и некоторых новых методологических подходов, использующих методики «устной истории», «ситуационной истории», системологии и, более широко, идеи и методы других, прежде всего социально-гуманитарных, наук.

Исследование такого сложного и противоречивого феномена как политическая жизнь современного казачества потребовало уточнения понятийно-категориального аппарата. Речь идёт о «политической жизни», «политическом сознании», «политическом поведении», «политическом развитии» и других понятиях, отражающих специфику поднятых в работе проблем — «казачество», «современное казачество», «возрождение казачества» и ряд других.

Источниковую базу диссертации составили документы и материалы по истории российского казачества, относящиеся к концу 1980;х — 2000;м гг. В их числе комплекс архивных материалов, документы федеральных, региональных и местных органов власти, статистические данные, периодическая литература и материалы средств массовой информации.

Для многих источников по истории российского казачества характерными являются неполнота и фрагментарность, большинство архивных коллекций стали доступны для исследователей только в последнее время. В связи с этим определённый интерес представляют материалы текущих архивов от-дельских, районных, станичных, хуторских казачьих обществ и других казачьих организаций, а также организаций различного уровня, отвечающих за реализацию государственной политики в отношении современного казачества. Интересными являются и документы личных архивов участников движения за возрождение казачества в России. Диссертантом создан личный архив, который включает в себя материалы, обращения, уставы и программы некоторых казачьих организаций, записи бесед, фонои фотоматериал, отражающий различные события, связанные с движением за возрождение казачества. Анализ источников по теме исследования представлен в первом разделе диссертации.

Научная новизна исследования определяется прежде всего тем, что в нём на основе обширного массива документов впервые осуществлён комплексный анализ истории становления, основных источников и тенденций развития политической жизни российского казачества в конце 1980;х — 2000;х гг.

1. В ходе исследования выявлено, что в истории существовало несколько видов или типов казачьих сообществ. «Материнскими» казачьими сообществами «базовой», «первой линии», повлиявшими на становление социокультурных, политических и иных особенностей других казачьих сообществ, можно считать исторически сложившиеся группы донцов и запорожцев, имевших достаточно длительную историю развития и взаимодействия с Российским государством. Казачьи сообщества «второй линии», «дочерние», во многом воспринявшие и продолжавшие развивать самостоятельно политические традиции «исторических» войск — терско-гребенское казачество, оказавшее влияние на формирование и развитие казачьих сообществ Северного КавказаКубанское и Терское казачьи войскаа также Яицкое казачество, определившее своеобразие «указных» («служилых») казачьих войск Урала, Оренбуржья, Сибири, Средней Азии и Дальнего Востока. При этом на формирование и развитие «указных» казачьих войск «третьей линии» в большей или меньшей степени могли оказывать определённое влияние, в том числе и социокультурное, и политическое, «материнские» казачьи сообщества.

2. Привлечение новых данных позволило сделать вывод, что казачество к началу XX в. сформировалось как полиэтническая, социокультурная со-словно-служилая общность с преобладанием русского этнического компонента, с особыми формами сословной, войсковой, политической, социальной, культурной и бытовой организации, характеризующаяся поликонфессиональ-ностью с определяющим доминированием православия не только как веры, но и как культурно-идеологической основы российской имперской государственности. В то же время необходимо учитывать региональные особенности как «социально-демографического портрета», так и политической жизни различных казачьих регионов (Европейской России, Кавказа, Азиатской России), предопределивших социокультурные инверсии и противоречия исторической эволюции политической жизни казачества в XX в. Не менее важную роль в политической жизни казачества играла государственная власть, стремившаяся использовать его потенциал для решения встающих перед ней задач: от освоения новых территорий и защиты границ до укрепления обороноспособности и восстановления разрушенной экономики.

3. Исследованием установлено, что в качестве объективных факторов, предопределивших особенности возрождения и развития казачества в конце 1980;х — 2000;х гг., можно рассматривать перестройку (одной из задач которой была политическая модернизация государства), развал СССР и обострение центробежных тенденций в государстве, что, в свою очередь, повлияло на усиление межэтнической напряжённости как внутри государства, так и по его границам, ухудшение социального и экономического положения казаков и растущую на этом фоне политизацию движения за возрождение казачества. Именно модернизационный кризис, характеризующийся нарастанием информационно-ментального потока извне исторической системы, активизировал первоначально адаптивные, а затем и защитно-охранительные реакции системы, субъективированным носителем которых выступало, в том числе, и казачество.

4. Выявлено, что среди субъективных факторов, оказавших влияние на особенности возрождения и развития казачества и связанных с «внутрика-зачьей» политической жизнью, можно рассматривать следующие: желание людей в эпоху социально-политической нестабильности войти в организованный социум, который бы противостоял нарастающей общественной «атоми-зации», защищал интересы своих членовстремление представителей казачьего движения занимать более значимое место в современном обществеа также стремление потомков казаков возродить традиции и культуру казачества. К «внешним» по отношению к казачеству субъективным факторам можно отнести стремление государственной власти регулировать и «направлять» политическую жизнь общества, а также желание государственных структур и политических сил различного уровня решать насущные вопросы, пользуясь особенностями казачьей культуры.

5. Доказано, что противоречия в политической жизни казачества, акценты в политических требованиях казачьих организаций в рассматриваемый период имели свои региональные особенности, что было связано со спецификой социокультурного, политического, хозяйственного развития казачьих сообществ до конца 1980;х гг.

6. Автор делает вывод, что политическая жизнь казачества характеризовалась определённой динамикой: если для второй половины 1980;х гг. особенностью основных тенденций в развитии казачества являлась их адаптивная составляющая — культурно-просветительская и духовная направленность, то с начала 1990;х гг. защитно-охранительные реакции, связанные с активизацией именно политической жизни, начинают преобладать, пусть даже и не всегда явно. В первой половине 1990;х гг. в казачьем движении, в политических требованиях казачьих сообществ разной политической направленности всё чётче проявляются тенденции, связанные с претензиями на особую роль в объединении патриотически ориентированных масс. При этом вариации политической самореализации казачества проявлялись на всём социально-политическом пространстве от стремления войти в органы государственной власти различного уровня для оказания «давления» на принятие решений, до требования «вернуть» те формы взаимоотношений государства и казачьих войск, которые существовали до революционных событий начала XX в. Значимыми направлениями развития казачества на всём протяжении рассматриваемого периода продолжала оставаться борьба за признание его «отдельным народом» и требование применения реабилитационных правовых актов как к «репрессированному народу».

7. В работе впервые выявляются и анализируются основные этапы государственной политики по возрождению и развитию казачества. Изученные материалы позволяют утверждать, что на первых этапах представители государственной власти поддерживали стремление некоторых лидеров движения за возрождение казачества рассматривать оное в качестве «культурно-исторической» или «этнокультурной общности» с целью использовать его протестный потенциал для проведения модернизационных перемен. С развалом СССР власть постепенно начинает трансформировать казачье движение в «неосословно-корпоративную» структуру в форме «некоммерческой организации» для несения ею «государственной и иной службы».

8. Автором установлено несколько основных форм государственной политики в отношении современного казачества, во многом предопределивших особенности его политической жизни: «политика невмешательства», «регулирующая политика» и «директивная политика». В итоге, можно говорить о том, что на всех этапах развития казачьего движения представители государственной власти реализовывали те формы политики, которые работали на решение стоящих перед властью задач — от создания широкой социальной базы поддержки идей перестройки, проведения демократических реформ и использования потенциала политической активности казачества в развале СССР, до решения демографических проблем, проблем поддержания общественного порядка, комплектования армии, выполнения охранных, спасательных и полицейских функций.

9. В диссертации исследуются основные тенденции и направления трансформации роли казачества в российском политическом процессе 2000;х гг. Рассматриваются основные группы, представленные в современном движении за возрождение казачества с точки зрения видения и понимания ими «казачьей идеи», дальнейших тенденций и перспектив развития казачьего движения, а также основные направления государственной политики в 2000;е гг. в отношении казачества. Вывод, к которому приходит автор, заключается в том, что к концу 2000;х гг. эпоха активной политической жизни казачества завершается, современное казачество вновь постепенно трансформируется в органическую часть российского общества.

10. В научный оборот вводится широкий круг нормативно-правовых актов, регламентирующих процесс возрождения казачества, документов, извлечённых из фондов центральных, региональных архивов и текущих архивов государственных структур и казачьих организаций.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. К концу 1980;х гг. казачество эволюционировало в органическую часть советского общества с латентно присутствующими и проявляющимися, прежде всего в фольклоре и хозяйственно-бытовых особенностях жизнедеятельности, элементами традиционной казачьей культуры. При этом «азиатские» (Урал, Сибирь и Дальний Восток) казаки, проживающие на территориях казачьих войск «третьей линии», в гораздо меньшей степени, нежели «европейские» (Европейская Россия и Кавказ), проживающие на землях исторических казачьих войск «первой и второй линий», сохранили традиционную культуру казачества, что и предопределило неравномерность, неоднозначность и противоречивость возрождения казачества в последующие годы.

2. С достаточной долей условности и приближённости можно рассматривать несколько основных регионов возрождения: первый — Юг России, где располагались Донское, Кубанское и Терское казачества (казачьи сообщества «первой» и «второй линий»), сильные своими культурно-историческими традициямивторой — Урал, Сибирь и Дальний Восток, где исторически были преимущественно расположены «указные» казачьи войска (казачьи сообщества «третьей линии») — третий — места неисторического расселения казаков, в том числе крупные города: Санкт-Петербург, Екатеринбург, Челябинск, Воронеж, Воркута, Йошкар-Ола, Калининград, Магадан и другиечетвёртыйособый регион, Москва, в силу специфики своего столичного статуса игравший роль центра основных социально-политических, культурно-исторических и иных процессов в стране. Существовал и пятый регион — территории как бывших казачьих войск, так и всего СССР, оказавшиеся после развала СССР в составе других государств: Украины, Казахстана, Таджикистана, Молдавии, Приднестровья, Киргизии, Латвии и др.

3. В связи с многомерностью, неоднозначностью и противоречивостью процесса возрождения казачества в различных регионах, видится целесообразным рассматривать два основных периода возрождения и развития современного российского казачьего движения. Основным критерием, указывающим на качественные отличия периодов развития движения за возрождение казачества, может служить динамика организационно-правовых форм, в рамках которых развивались казачьи организации. Хронологические рамки первого периода можно условно рассматривать с конца 1980;х гг. до середины 1996 г. Нижние границы обусловлены появлением первых землячеств, союзов, объединений казаков и развитием их в рамках общественных организаций. Верхние границы — активизацией политики государства по «огосударствлению» казачества и началу вхождения казачьих организаций в государственный реестр. Второй период, примерно со второй половины 1996 г. до конца 2000;х гг., характеризуется сосуществованием на российской социально-политической сцене как общественных, так и реестровых казачьих организаций.

4. Активность движения за возрождение казачества на территориях «указных» казачьих войск Урала, Сибири и Дальнего Востока была значительно ниже, чем на землях «исторических» казачьих войск Европейской России и Кавказа. Программные и уставные документы казачества Урала, Сибири и Дальнего Востока в области формулировки политических целей своего существования, а значит и определения основных направлений развития, на ранних этапах своего развития достаточно имплицитны. Вместе с тем казачьи сообщества, появляющиеся в регионах исторического проживания казаков, с первых лет своего существования ставят и пытаются реализовать более явные, эксплицитные политические требования.

5. Возможные варианты реализации идеи активного взаимодействия казачьих организаций с органами власти флуктуировали в пространстве от активного взаимовыгодного диалога до попыток создания местными администрациями новых «карманных войск». При этом более результативное сотрудничество, с точки зрения реализации интересов и планов казачества, было характерно для территорий, где были сильны исторические традиции по взаимодействию казачества и власти, то есть на территориях казачьих войск «первой и второй линий». В национальных регионах (Казахстан, Киргизия, Литва и др.) процесс возрождения казачества зачастую наталкивался на негативную реакцию местных властей, СМИ и национальных организаций, что затрудняло и без того непростой процесс становления движения за возрождение казачества.

6. Характерным для движения за возрождения казачества становится перманентный процесс раскола на «красных» и «белых», «государственников» и «автономистов-самостийников», «родовых» и «приписных», «реестровых» и «общественников».

7. В исследуемый период выявлено несколько этапов государственной политики в отношении движения за возрождение казачества: первый — латентный (конец 1980;х гг. и почти до конца 1990 г.) — второй — политического и организационного определения (начало 1991 г. — весна 1994 г.) — третий — ста-тусно-регламентационный (весна 1994 г. — конец 2000 г.) — четвёртый — реест-рово-государственнический (начало 2001 г. — конец 2005 г.) — пятый — (конец 2005 г. — конец 2000;х гг.). Каждый из этапов характеризуется определёнными отличиями в направленности, содержании и формах реализации государственной политики.

8. Основными формами государственной политики в отношении казачества в рассматриваемый исторический период можно считать: — «политика невмешательства» в деятельность движения за возрождение казачества, механизм которой строился на том, что власть, заявив о своей приверженности идеям демократии и правового государства, пыталась сохранить баланс между интересами государства и социума, позволяя зарождаться и оформляться институтам гражданского общества- - «регулирующая политика», особенностью которой стало стремление различных политических сил, прежде всего государства, адресно работать с казачьим движением, направляя его активность в то русло, которое было необходимо для решения текущих задач, стоящих перед властью и иными политическими силами- - «директивная политика» характеризуется тем, что власть окончательно определилась в отношении будущего казачества и выстраивала свою политику в соответствии с необходимостью обеспечения концентрации политических ресурсов в своих руках для их последующего перераспределения в соответствии с дальнейшими планами по модернизации страны.

9. В 2000;е гг. продолжало развиваться несколько тенденций в государственной политике в отношении казачества. Ведущая тенденция — это преимущественная ориентация власти на представителей казачьего движения, изъявивших желание взять на себя обязательства по несению «государственной или иной службы». Данная тенденция предполагала дальнейшую эволюцию казачества в силовую структуру, некое «неосословие» или сословно-корпоративную организацию, открытую для тех, кто желает в ней служить (как в армии, МЧС или МВД). Ещё одна тенденция — своеобразное «заигрывание» с казачеством, периодическое манипулирование контрастными идеями от признания «казачьего этноса» до нового витка «оказачивания». В качестве тенденции можно рассматривать и перспективу превращения общественных казачьих организаций в один из активных институтов развивающегося гражданского общества, что соответствовало провозглашаемой политическими лидерами страны идеи формирования правового социального государства.

10. В результате реализации директивной государственной политики по созданию из казачества «неосословно-корпоративной» охранно-силовой структуры, продолжающейся на фоне частичной стабилизации исторической системы, когда на ведущие позиции выходят не столько «защитно-охранительные», сколько «адаптационные реакции», большая часть современных казаков к концу 2000;х гг. отказалась от идеи активного взаимодействия с властью в качестве самостоятельного актора политической сцены.

Соответствие диссертации паспорту научной специальности. Квалификационная работа выполнена в рамках специальности 07.00.02 — Отечественная история (п. 4. История взаимоотношений власти и общества, государственных органов и общественных институтов России и её регионовп. 7. История развития различных социальных групп России, их политической жизни и хозяйственной деятельностип. 9. История общественной мысли и общественных движенийп. 10 — Национальная политика Российского государства и её реализация. История национальных отношений).

Теоретическая значимость исследования определяется рассмотрением истории становления, основных источников и тенденций политической жизни российского казачества в контексте внутриполитических процессов в СССР-РСФСР-РФ конца 1980;х г. — 2000;х гг. Исследование особенностей возрождения современного казачества на общероссийском и региональном уровнях способствует познанию развития различных социальных групп и общественных движений России, их политической жизни в непростой для нашей страны период перестройки и постсоветского становления. Анализ государственной политики по возрождению и развитию казачества обогащает знаниями по истории взаимоотношений власти и общества, государственных органов и общественных институтов России и её регионов.

Обращение к изучению политической жизни казачества способствует выявлению обширного корпуса ранее неизвестных источников, содержащихся в федеральных и региональных архивах, а также текущих архивах казачьих организаций и органов власти различного уровня, отвечающих за взаимодействие с казачьими сообществами. На основе анализа впервые вводимых в исследовательский оборот документов и материалов определены некоторые особенности национальной и региональной политики государства, а также отношение к этой политике представителей движения за возрождение казачества.

Изучение истории политической жизни современного казачества имеет теоретическое значение и с точки зрения учёта того, что казачество является сложным, многослойным, разноплановым историческим и социокультурным явлением, открытой самоорганизующейся и саморазвивающейся системойи с точки зрения необходимости переосмысления и уточнения таких дефиниций, как «казачество», «современное казачество», «возрождение казачества».

Практическая значимость диссертации определяется тем, что её выводы могут быть использованы при формировании политики властных структур, как федерального, так и регионального уровней, в отношении современного казачества, а также оказать помощь в самопознании современных казаков. Материалы исследования могут помочь расширить представление о роли современного казачьего движения в истории нашего государства и способствовать углублению и расширению исследований по проблемам, связанным с политической историей казачества.

Материал диссертации может быть использован в других исследованиях, посвященных проблемам становления современного российского общества, в учебном процессе при изучении историко-обществоведческих дисциплин, в лекционных курсах и семинарских занятиях по истории Отечества и краеведению.

Собранный и обобщённый материал диссертационного исследования использовался в процессе преподавания спецкурсов «Новейшая история казачества (1917 — конец 1990;х гг.)» и «Возрождение российского казачества на рубеже XX — XXI вв.», которые читались автором в Старооскольском филиале Воронежского государственного университета.

Основные положения и выводы диссертационного сочинения прошли апробацию в ходе публикации более чем 50 научных работ общим объёмом свыше 67 п.л., в том числе: 2 монографий и 1 статьи в коллективной монографии, 15 статей в ведущих рецензируемых научных журналах, включённых в Перечень ВАК МОН РФ. Автор неоднократно выступал с докладами на международных и всероссийских научных конференциях: «Возникновение казачества и становление казачьей культуры» (октябрь 1999 г., Ростов-на-Дону) — «Стратегии динамического развития России: единство самоорганизации и управления» (2005 г., Москва) — «Национальная идентичность России и демографический кризис» (ноябрь 2007 г., Москва) — «Советская культура: проблемы теоретического осмысления» (июнь 2008 г., Санкт-Петербург) — «Государственная служба казачества: история, современность, перспективы» (март 2010 г., Старый Оскол) — «Казачество в социокультурном пространстве России: исторический опыт и перспективы развития» (сентябрь 2010 г., Ростов-на.

Дону) — «Россия сегодня: тенденции и альтернативы развития» (март 2012 г., Курган).

Диссертация обсуждалась на заседании кафедры истории России ФГБОУ ВПО «Армавирская государственная педагогическая академия».

Структура диссертации обусловлена целью и задачами исследования и состоит из введения, пяти разделов, заключения, списка использованных источников и литературы.

Заключение

.

Исследование политической жизни современного российского казачества, истории становления основных источников и тенденций его развития требует существенного расширения методологической базы. В переосмыслении нуждаются такие дефиниции, как «казачество», «возрождение казачества», «современное казачество», а такие категории, как «политическая жизнь», «политическая система» и связанные с ними понятия политического развития и модернизации (в самых разных её вариациях), политической культуры, политического сознания и политического поведения нуждаются в уточнении с точки зрения логики проводимых исследований. Самобытность, неординарность и противоречивость феномена казачества предполагает использование новых принципов исследования, которые позволили бы преодолеть как упрощённое понимание исторического процесса, так и искусственные его оценки и интерпретации, исходящие из политических, идеологических и иных пристрастий исследователей. В этой связи наиболее оптимальным, с точки зрения решения поставленных в работе исследовательских задач, представляется использование комплексного междисциплинарного подхода, предполагающего сочетание традиционных исторических методов (системного, структурно-функционального, компаративного, типологического и др.) и некоторых новых методологических подходов, предполагающих использование методик «устной истории», «ситуационной истории», системологии, синергетики и, более широко, понятийно-категориального аппарата, идей и методов других, прежде всего социальных и гуманитарных, наук.

В качестве одного из исследовательских приоритетов в изучении темы избран системный подход, позволяющий рассматривать российскую историческую систему как живую, самоорганизующуюся и целенаправленно саморазвивающуюся систему. Среди инвариантных качеств, обеспечивающих преемственность и устойчивость саморазвития исторической системы в различные периоды её эволюции, особый интерес, с точки зрения темы исследования, представляет культура, выступающая в качестве защитного пояса российской исторической системы и характеризующаяся использованием адаптационных и защитно-охранительных поведенческих реакций, обеспечивающих самосохранение системы. Субъективированными посредниками, реализующими такие «адаптационные и защитно-охранительные поведенческие реакции», могут выступать как отдельные личности (прежде всего государственные, политические деятели), так и определённые социальные общности, «группы интересов» («группы давления»), к числу которых можно отнести и казачество.

Политическая жизнь (политический процесс) рассматривается как политическое измерение жизни исторической системы (исторический процесс), её развития. Политическая жизнь, как сложное и многомерное явление (и процесс), позволяющее рассматривать политику в единстве институционального и поведенческого аспектов бытия, является совокупностью чувственно-эмоциональных и предметно-практических форм политической самореализации человека и общества. Она включает в себя способ политической деятельности и политических отношений (различные аспекты которых представлены в феномене политического поведения), связанных с формированием определённого политического сознания и политической культуры.

Одним из наиболее активных участников российской истории вообще и событий политической жизни российского государства в частности в течение последних столетий выступало казачество. Его роль во внутренних и внешних войнах, восстаниях и смутах, политических кризисах и системных модернизациях, революциях и перестройках трудно переоценить. Не будучи политически однородным, выступая зачастую на стороне сил, находящихся «по разные стороны баррикад», казачество, тем не менее, своей активностью актуализировало процессы, способствующие «творческому поиску» путей дальнейшего социокультурного развития российской исторической системы.

В научный оборот вводится широкий круг нормативно-правовых актов, характеризующих политику государства в отношении казачества, документов и материалов, извлечённых из фондов центральных, региональных архивов, а также текущих архивов государственных структур и казачьих организаций, применяются нетривиальные методы анализа исторической эволюции политической жизни российского казачества.

В диссертационном исследовании казачество рассматривается как сложное, многослойное, разноплановое, саморазвивающееся историческое и социокультурное явление, на эволюцию политической жизни и политические инверсии которого определяющее влияние оказывали такие факторы, как особенности культурно-исторического развития Руси-России (российской исторической системы), самого казачества, а также центральная и местная власть. С этой точки зрения впервые предложено рассматривать несколько видов или типов казачьих сообществ, существовавших в истории. «Материнскими» казачьими сообществами «базовой», «первой линии», повлиявшими на становление социокультурных, политических и иных особенностей других казачьих сообществ, можно считать исторически сложившиеся группы донцов и запорожцев, имевших достаточно длительную историю развития и взаимодействия с Российским государством. Казачьи сообщества «второй линии», «дочерние», во многом воспринявшие и продолжавшие развивать самостоятельно политические традиции «исторических» войск — терско-гребенское казачество, оказавшее влияние на формирование и развитие казачьих сообществ Северного КавказаКубанское и Терское казачьи войскаа также Яицкое казачество, определившее своеобразие «указных» («служилых») казачьих войск «третьей линии» — Урала, Оренбуржья, Сибири, Средней Азии и Дальнего Востока.

Российское государство никогда не рассматривало казачество в качестве самостоятельной и однородной этно-конфессиональной группы, активно «переплавляя» в «котле народов» этносы и вероисповедания с целью формирования особой сословной группы — «касты воинов», «военных поселенцев», «военных крестьян» для решения политических, дипломатических, хозяйственно-экономических и иных задач, возникающих перед государством на различных этапах его эволюции.

В диссертации особое внимание уделено анализу исторической эволюции политической жизни казачества в XX в., выявлению её основных этапов, противоречий, тенденций и особенностей. Отмечается, что активизация политической жизни казачества характерна для кризисных, переломных моментов отечественной истории, связанных с вхождением российской исторической системы в бифуркационное состояние, когда актуализировались адаптивные и защитно-охранительные реакции системы, способствующие её самосохранению и дальнейшему саморазвитию. На особенности политической жизни, тенденции и противоречия на различных этапах её эволюции в XX в. накладывали отпечаток как политические интересы, цели и перспективы саморазвития самого казачества, так и государственная власть, заинтересованная в использовании этатического, оборонно-патриотического, хозяйственно-экономического и политического потенциала казачества для решения своих задач — от освоения земель и защиты государства до восстановления разрушенной экономики.

К 1970;м — началу 1980;х гг., с вхождением российской исторической системы (в её советском варианте) в условно стабильное состояние, активность казачества в качестве самостоятельного актора исторической (и политической) сцены практически полностью нивелируется. Культура уходит «вниз», на станично-хуторской уровень и там продолжает латентно существовать. При этом «азиатские» казаки, проживающие на территориях казачьих войск «третьей линии», в гораздо меньшей степени, нежели «европейские», проживающие на землях исторических казачьих войск «первой и второй линий», сохранили традиционную культуру казачества, что и предопределило неравномерность, неоднозначность и противоречивость возрождения казачества в последующие годы. Политическая жизнь казачества развивалась в логике политической жизни всего советского общества без каких-либо региональных и социокультурных особенностей.

Модернизационные процессы в стране второй половины 80-х — 90-х гг. XX в., охватив практически все сферы жизни общества, породили целый круг проблем, имеющих общенациональный характер. Кризис легитимности политических, идеологических и социальных структур актуализировал защитно-охранительные реакции исторической системы, что сказалось на активизации социально-политических процессов в обществе. Появляются различные социально-политические, этнокультурные, национально-патриотические и религиозные течения и организации. В условиях растущей политизации общественного сознания и жизни возрождаемое казачество активно осмысливает себя, своё место и роль в модернизируемой российской действительности.

Движение за возрождение казачества, начатое «снизу», в определённой степени отражало те тенденции, которые проявились в советском обществе во второй половине 1980;х гг. Необходимо иметь в виду и то, что «возрождение» казачества активно поддерживалось и даже стимулировалось «сверху», со стороны властей, хотя цели и задачи, которые ставили перед собой «низы» и «верхи» зачастую не совпадали.

В исследовании эволюция движения за возрождение казачества рассматривается с точки зрения существования нескольких регионов, обладающих как общими закономерностями, так и территориальной спецификой процесса возрождения. Данная специфика связана как с объективными (на территории каких казачьих войск — «исторических», «служилых», «первой», «второй» или «третьей линии» шло возрождение, т. е. с существовавшими и дожившими до конца XX в., пусть даже в латентном варианте, традициями казачества: политическими, хозяйственно-экономическими, социокультурными и т. д.), так и субъективными факторами (политикой региональных лидеров в отношении казачества, видением самими казачьими лидерами и представителями движения за возрождение казачества направлений и перспектив возрождения и т. п.). Проведённый анализ с достаточной долей условности и приближённости позволяет рассматривать четыре основных региона возрождения: первый — Юг России, где располагались Донское, Кубанское и Терское казачества (казачьи сообщества «первой и второй линий»), сильные своими культурно-историческими традициямивторой — Урал, Сибирь и Дальний Восток, где исторически преимущественно расположены «указные» казачьи войска (казачьи сообщества «третьей линии») — третий — места неисторического расселения казаков, в том числе крупные городачетвёртый — особый регион, Москва. В некоторых случаях можно говорить и о существовании пятого региона — территориях как бывших казачьих войск, так и всего СССР, оказавшихся после развала СССР в составе других государств.

В связи с многомерностью, неоднозначностью и противоречивостью как самого феномена казачества, так и его возрождения в различных регионах, процесс возрождения и развития современного российского казачьего движения рассматривается с точки зрения двух содержательных периодов. В качестве основного критерия, указывающего на качественные отличия периодов развития движения за возрождение казачества, служит динамика организационно-правовых форм, в рамках которых развивались казачьи организации.

Первый период (конец 1980;х гг. — примерно середина 1996 г.) характеризуется растущим интересом в обществе к истории, традициям и культуре казачества, зарождением движения за возрождение казачества и развитием его в рамках общественных организаций, всё большей активизацией политической жизни.

Верхние хронологические границы периода обусловлены появлением первых землячеств, союзов, объединений казаков и развитием их в рамках общественных организаций. Нижние границы — активизацией политики государства по «огосударствлению» казачества и началу вхождения казачьих организаций в государственный реестр.

Второй период (примерно вторая половина 1996 г. — 2000;е гг.) характеризуется практически полной и окончательной политизацией движения за возрождение казачества и сосуществованием на российской политической сцене как общественных, так и реестровых казачьих организаций. Некоторые казачьи организации сужают перечень пунктов своих политических программ, ведущим из которых продолжает оставаться требование трансформации из общественной организации в государственную (реестровую) структуру. Начинается отток казаков из общественных и реестровых организаций.

В качестве основного объективного фактора, обусловившего особенности возрождения и развития современного казачества, рассматривается, прежде всего, модернизационный кризис конца 1980;х — 1990;х гг., характеризующийся нарастанием информационно-ментального потока извне исторической системы, который активизировал, первоначально, адаптивные, а затем и защитно-охранительные реакции системы.

Перестройка, развал СССР, усиление центробежных тенденций в России и обострившиеся вслед за этим межэтнические и межгосударственные отношения предопределили всеобщую политизацию общественной жизни в стране и привели к бурному росту этнического самосознания. Осложнение социального и экономического положения, усиление опасности эскалации межэтнических конфликтов, растущий духовный и экзистенциональный вакуум, образовавшийся вследствие разрушения государственной идеологии, инициировали процесс возрождения казачества и сыграли свою роль в его политизации и стремлении современных казаков играть более заметную роль в российском обществе.

Среди субъективных факторов, связанных с «внутриказачьей» политической жизнью, можно было бы рассматривать: стремление людей в периоды социально-политических потрясений входить в устойчивые организованные структуры, противостоящие нарастающей общественной разобщённости, защищать свои интересыжелание представителей казачьих организаций играть более значимую роль в современном обществеа также стремление потомков казаков снять с понятия «казачество» незаслуженные обвинения, возродить его культуру и традиции. К «внешним» по отношению к казачеству субъективным факторам можно отнести стремление власти к тотальному контролю политической жизни государства, а также желание государства на различных этапах исторической эволюции решать свои вопросы, используя культурно-исторические особенности казачества.

Всё сказанное необходимо воспринимать, учитывая ценностные ориентиры, особенности мышления и поведения представителей казачьего движения, придающие своеобразную «региональную» и «субкультурную» специфику политической жизни современного казачества.

Если для второй половины 1980;х гг. характерной особенностью основных тенденций в развитии казачества являлась их адаптивная составляющаяакцент на культурно-просветительскую и духовную деятельность, отказ от участия в политической жизни, заявления о полной деполитизации казачьего движения, то с начала 1990;х гг. защитно-охранительные реакции, связанные с активизацией именно политической жизни, начинают постепенно преобладать. В первой половине 1990;х гг. в движении за возрождение казачества, в политических требованиях казачьих объединений разной политической ориентации всё ярче начинает проявляться такое направление возрождения и развития казачества, как стремление быть реальной социально-политической силы, ориентированной на консолидацию патриотически настроенных масс. При этом вариации политической самореализации казачества проявлялись на всём социально-политическом пространстве от стремления «врасти» или «внедриться» в органы власти всех уровней с целью влияния на принимаемые решения, развития местного самоуправления, основанного на традиционных казачьих принципах, до требования «вернуть» те формы взаимоотношений государства и казачества, которые существовали до 1917 г., т. е. восстановить казачество в виде «неосоловия», и перехода казачества к государственной службе. Значимыми направлениями развития казачества на всём протяжении рассматриваемого периода продолжали оставаться: борьба за признание его «отдельным восточнославянским народом» и требование применения реабилитационных правовых актов как к «репрессированному народу», а также стремление к автономизации казачьих регионов и, в крайних своих вариантах, требование образования «самостийных и незалежных» Казачьих республик с введением атаманского правления. В тоже время характерным для движения за возрождения казачества на этом и следующем этапе становится перманентный процесс раскола на «красных» и «белых», «государственников» и «автономистов-самостийников», «родовых» и «приписных», «реестровых» и «общественников».

Вторая половина 1990;х гг. стала переломной в логике развития движения за возрождение казачества, что было связано, в том числе, с переориентацией государственной политики в отношении казачества, появлением государственного реестра казачьих обществ и вхождением (или не вхождением) казачьих организаций в госреестр с принятием на себя обязательств по несению государственной или иной, связанной с ней, службы. С этого времени все издаваемые государством нормативные правовые акты касались только реестрового казачества от чинопроизводства, формы удостоверения и одежды до экономической поддержки, утверждения войсковых уставов и атаманов войск Президентом РФ и определения видов государственной и иной службы, к которой привлекаются члены казачьих обществ.

В последующие годы развитие казачьего движения в основном шло в логике законодательного оформления заявленных направлений, которые поддержала власть, определения места казачьих организаций в государственной структуре и регламентации их отношений с органами власти различного уровня. Политическая активность казачьего движения существенно снизилась, всё более нарастало разочарование в политике государства по возрождению казачества.

Существовала и региональная специфика, территориальная самобытность процесса возрождения казачества. Так, активность движения за возрождение казачества на территориях казачьих войск «третьей линии» была значительно ниже, чем на землях «исторических» казачьих войск «первой и второй линий». Программные и уставные документы казачества Урала, Сибири и Дальнего Востока в области формулировки политических целей своего существования, а значит, и определения основных направлений развития, на ранних этапах своего развития достаточно имплицитны. Вместе с тем казачьи сообщества, появляющиеся в регионах исторического проживания казаков (на территории казачьих войск «первой и второй линии»), с первых лет своего существования ставят и пытаются реализовать более явные, эксплицитные политические требования, к которым, несомненно, относятся требования возрождения в качестве самостоятельного народа и воссоздания «самостийных и незалежных» Казачьих республик.

В работе впервые выявляются и анализируются основные этапы, содержание и формы государственной политики по возрождению и развитию казачества. Ведь за более чем 20 лет существования движения за возрождение казачества (с конца 1980;х гг.) только федеральными органами государственной власти (Президентом, Верховным Советом, Государственной Думой, Правительством) было издано около 200 нормативно-правовых актов, регламентирующих процесс возрождения казачества, логику его взаимодействия с органами власти различного уровня.

Государственная власть, традиционно для российской исторической системы выступая в качестве вседовлеющей силы, ориентированной на то, чтобы структурировать и организовывать не только географическое, но и социальное пространства, стремится поставить движение за возрождение казачества под свой «тотальный» контроль. Если для более ранних периодов «возрождения» характерно стремление власти использовать казачье движение для реализации своих планов по созданию широкой социальной базы перестроечному процессу и реформированию государства, то со второй полвины 1990;х гг. доминирующей становится политика по привлечение его к государственной службе, использование его потенциала как силы, традиционно выступающей в роли государственников, державников, готовых быть на страже порядка, законности, внутреннего и внешнего суверенитета государства.

Документом, во многом предопределившим дальнейшую логику развития взаимоотношений казачьего движения и власти, стал Указ Президента РФ № 835 от 9 августа 1995 г. «О государственном реестре казачьих обществ в Российской Федерации», утвердивший «Временное положение о государственном реестре казачьих обществ в Российской Федерации» и предопределивший раскол казачьего движения на «общественников» и «реестровиков». К концу 1990;х гг. в реестр входят 10 войсковых обществ, 5 отделов, 2 округа, 2 городских казачьих общества. Большинство атаманов казачьих обществ, вошедших в госреестр, получают должности в региональных администрациях и Администрации Президента РФ.

В Государственной Думе ФС РФ периодически обсуждаются проекты законов о казачестве, предусматривающие его возрождение то в качестве «субэтноса», «исторически сложившейся культурно-этнической общности», то в качестве «организации, призванной нести государственную и иную, связанную с ней службу» и т. д. Некоторые из них даже принимаются в трёх чтениях на заседаниях Государственной Думы, но преодолеть Совет Федерации ФС РФ ни одному закону не удаётся. Представители субъектов федерации, прежде всего образованных по национальному признаку, не желают видеть казаков «неосословием», а представители юридических органов Администрации Президента РФ, Правительства РФ и Федерального собрания РФ, осуществляющие правовую экспертизу законов, «возрождающимся народом».

Если говорить о типах или формах государственной политики в отношении казачества в рассматриваемый исторический период, то можно выявить несколько основных её форм.

Первая — политика невмешательства в деятельность движения за возрождение казачества. Она характерна для небольшого периода второй половины 1980;х гг., когда на фоне всеобщей плюрализации и политизации общественной жизни стала появляться масса общественных, культурно-исторических, этнокультурных, религиозных и иных объединений и клубов, в числе которых было и движение за возрождение казачества. Её механизм строился на том, что власть, заявив о своей приверженности идеям демократии и правового государства, пыталось сохранить баланс между интересами государства и социума, позволяя зарождаться и оформляться институтам гражданского общества. В то же время власть пыталась использовать эти «институты» для создания подконтрольной социальной базы в целях проведения широкомасштабных государственных реформ.

Вторая — регулирующая политика. Обострение социально-экономических, культурно-идеологических и политических проблем в конце 1980;х — начале 1990;х гг. и вхождение страны в т.н. модернизационный кризис, появление новых политических акторов на политической сцене, развал СССР и противостояние политических элит — всё это предопределило переход власти к новой форме государственной политики в отношении казачьего движения. Её особенностью стало стремление различных политических сил адресно работать с данным социокультурным и политическим феноменом, направляя его активность в русло, необходимое для решения собственных задач.

Третья форма — директивная политика, которая начинает просматриваться с начала 1994 г. Переход к ней связан с тем, что в результате противостояния ветвей государственной власти в 1993 г. и принятия новой Конституции РФ закрепилась новая расстановка политических сил в стране. Государственная власть в основном определилась в отношении логики дальнейшего возрождения казачества. Основной целью данной политики стало стремление обеспечить концентрацию политических ресурсов у государства для их последующего перераспределения в соответствии с дальнейшими планами по модернизации страны. Руководством процессом возрождения занимается Государственное управление казачьих войск при Администрации Президента РФ, позже Управление Президента РФ по вопросам казачества и Совет при Президенте РФ по делам казачества. Особенность политики заключается в определённой прагматичности в отношении видения будущего казачества.

Выделение данных типов или форм государственной политики в отношении казачества, достаточно приближённое и условное, а границы между ними нечётки и размыты. Более того, зачастую наблюдается одновременная реализация разных форм государственной политики, что может быть связано с периодически актуализирующейся необходимостью поиска самой властью места и роли казачества в современном российском обществе. При этом можно констатировать, что практически на всех этапах становления и развития казачества государство реализовывало те формы своей политики, которые были востребованы для разрешения стоящих перед ним проблем — от задействования протестного потенциала казачества в развале СССР и создания широкой социальной базы для поддержки дальнейших модернизационных реформ, до трансформации казачьего движения в «неосословную» организацию, которая бы решала новые проблемы, актуальные для власти: демографические, моби-лизационно-войсковые, контрольно-надзорные, а также развития агропромышленного комплекса, военно-патриотического воспитания подрастающего поколения.

С начала 2000;х гг. в государственной политике в отношении казачьего движения наблюдается некоторый спад активности. Складывается впечатление, что государство либо разочаровалась в возможности привлечения казаков к государственной или иной службе, что было достаточно логично, исходя из итогов реализации Федеральной целевой программы государственной поддержки казачьих обществ на 1999;2001 годылибо новая политическая элита, пришедшая к власти в стране вместе с новым Президентом РФ, ещё не определилась в своём понимании будущего казачествалибо, планируя укрепления «вертикали власти», эта элита на данном этапе не видела в казачестве своего союзника в деле укрепления этой самой «вертикали" — либо всё вышеперечисленное вместе взятое. Необходимо учитывать и то, что для первой половины 2000;х гг. характерно снижение кризисных процессов в обществе, сыгравшее, вполне возможно, свою роль и в снижении политической активности современного казачества.

Со второй половины 2000;х гг. власть, планируя продолжение модернизационных перемен, в условиях прогнозируемого мирового экономического кризиса, вновь активизирует директивную составляющую своей политики в отношении казачества, стремясь работать «на опережение» и не желая терять контроль над ним. В 2005 г. издаётся Федеральный закон № 154-ФЗ «О государственной службе российского казачества», регламентирующий деятельность реестровых казачьих обществ в форме «некоммерческих организаций» в рамках лишь их государственной службы. Затем выходят десятки указов, постановлений и распоряжений Президента и Правительства РФ, определяющих виды государственной службы и организационные условия для её несения. Однако, несмотря на то, что тенденция государственной политики по трансформации казачьего движения в некую «несословную» корпоративную структуру в форме некоммерческой организации, призванную выполнять лишь специфические охранные, спасательные и полицейские функции, являлась доминирующей, тем не менее, её результаты, видимо, были не совсем те, на которые рассчитывала власть.

По данным Минрегионразвития на 2011 г. заявили о своём желании нести государственную и иную службу, т. е. войти в госреестр, 11 войсковых и 7 окружных (отдельских) казачьих обществ, не входящих в состав войсковых казачьих обществ. Однако только в 6 из 11 войсковых казачьих обществ и 3 из 7 окружных казачьих обществ состояние с ОГРН (Общий государственный регистрационный номер, свидетельствующий о том, что казачье общество зарегистрировано в качестве юридического лица и может выступать в качестве «некоммерческой организации») можно было охарактеризовать как удовлетворительное. Наиболее активно шло оформление документов, необходимых для внесения в госреестр и принятия на себя обязательств по несению госслужбы, в регионах неисторического проживания казаков и территориях «указных» казачьих войск «третьей линии». Казачьи сообщества, находящиеся на территории исторических казачьих войск «первой» и «второй линий», были не так активны в своём стремлении стать реестровыми, хотя именно для них возврат к сословно-корпоративной организации в виде «силовой структуры», предлагаемый государством, казалось бы, был наиболее приемлем. Из этого можно сделать вывод о том, что потомки казаков более ориентированы не на восстановление своего военно-сословного статуса, а на сохранение культурно-исторических, субэтнических, социокультурных основ своей жизни. Активность же казачьих сообществ, расположенных в неисторических казачьих регионах, могла свидетельствовать о том, что в них преобладали непотомственные казаки, пришедшие в казачье движение для решения своих финансовых и экономических вопросов за счёт обещаемого федеральными и региональными властями финансирования казачьей государственной службы.

В 2000;х гг. произошла значительная трансформация роли казачества в российском политическом процессе. С одной стороны, казачье движение стало более фрагментированным и дифференцированным. Одновременно сосуществовало не менее десятка групп современного казачества, зачастую объединяющих представителей реестровых и общественных казачьих организаций, различающихся по принципу определения ими своего места и роли в современном российском обществе. Среди них были группы, которые продолжали активно поддерживать политику властей по формированию казачьего госреестра (с различными его вариациями), и те, кто требовал восстановления «этнокультурного» статуса казачества. Те, кто пытался сформулировать «казачью идеологию» и создать политическую партию и те, кто на фоне интереса общества к казачьей истории и культуре, просто тешил своё самолюбие и реализо-вывал амбиции.

С другой стороны, для казачьего движения 2000;х гг. было характерно постепенное снижение политической активности. Во многом это было связано с направленностью политики власти, стремящейся контролировать казачье движение и перенаправлять его активность в нужное для себя русло. В то же время значительную роль сыграло и то, что по сравнению с 1990;ми гг. наблюдалось некоторое затухание кризисных процессов в обществе, шла некоторая стабилизация системы, на смену «защитно-охранительным» приходили «адаптационные реакции».

Деятельность общественных казачьих организаций, которые на протяжении всего периода конца 1980;х — 2000;х гг. были центром активной политической жизни современного казачества, всё больше сводилась лишь к участию в фольклорных выставках и концертах, культурно-просветительской и патриотической работе с молодёжью. Представители казачества если и участвовали в каких-либо политических акциях, то лишь в Москве, в силу своего столичного статуса являющейся центром политических событий, и уже не выступали в качестве инициаторов масштабных политических процессов. Более того, даже в Москве представители казачьего движения если и участвовали в политических акциях, то не протестных, а акциях поддержки существующей власти.

В этой связи можно говорить о том, что казачество вновь трансформируется в органическую часть российского общества, латентно сохраняя особенности своей культуры, традиций и быта. Политическая жизнь нивелируется и будет развиваться в логике политической жизни всего российского общества.

Показать весь текст

Список литературы

  1. Неопубликованные документы и материалы
  2. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ)
  3. Ф. 10 121 — Федеральные органы наъщональной и региональной политики России. 1989−1998.
  4. Оп. 1. 1990−1994 гг.: Д. 20, Д. 120, Д. 121, Д. 122. Оп. 2. 1994−1998 гг.: Д. 29, Д. 74, Д. 152, Д. 153, Д. 154, Д. 155. Ф. 10 156 Министерство по делам федерации, национальностей и миграционной политики Российской Федерации. 1998−2001.
  5. Оп. 1. Опись дел постоянного хранения 1998−2001 гг.: Д. 75, Д. 100, Д. 192а, Д. 211, Д. 219, Д. 351.
  6. Ф. 10 144 Общероссийская общественная организация «Союз казаков». 28−30 июня 1990-.
  7. Оп. 1. 1990−1999 годы: Д. 1, Д. 2, Д. 4, Д. 5, Д. 6, Д. 7, Д. 8, Д. 9, Д. 10, Д. 11, Д. 12, Д. 16, Д. 17, Д. 23, Д. 25, Д. 27, Д. 28, Д. 32, Д. 35, Д. 36, Д. 37, Д. 40, Д. 41, Д. 46, Д. 49, Д. 51, Д. 52, Д. 60, Д. 82, Д. 95, Д. 100.
  8. Ф. Р-1235 — Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет советов рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов (ВЦИК').
  9. Оп. 81. Документальные материалы Казачьего отдела ВЦИК. 1917−1918 гг.: Д. 1, Д. 2.
  10. Оп. 82. Документальные материалы Казачьего отдела ВЦИК. 1918 год: д. 9, Д. 10.
  11. Оп. 83. Документальные материалы Казачьего отдела ВЦИК. 1919 год: Д. 4, Д. 36.
  12. Оп. 85. Документальные материалы Казачьего отдела ВЦИК. 1921 год:1. Д-19.
  13. Ф. Р-5351 — Войсковое Правительство Терского казачьего войска (Главнокомандующий вооружёнными силами на Юге России) Пятигорск, Моздок.
  14. Оп. 1. Опись дел Войскового правительства Терского казачьего войска (1918−1920 гг.): Д. 45.
  15. Ф. Р-5761 — Общеказачье объединение в Германской империи. Оп. 1. 1939−1945.: Д. 10, Д. 11, Д. 16, Д. 34. Ф. Р-5963 Казачий Союз в Шанхае. Оп. 1. 1925-[1939]: Д. 15.
  16. Ф. Р-5881 Коллекция отдельных документов и мемуаров эмигрантов. Оп. 2. Коллекция отдельных документов и мемуаров эмигрантов (18 931 939 гг.): Д. 185.
  17. Ф. Р-6079 Союз возрождения казачества. Прага. Оп. 1. 1921−1926 гг.: Д. 2.
  18. Ф. Р-6461 Канцелярия Донского атамана. Константинополь, София, Белград, Париэю.
  19. Оп. 1. 1910−1933: Д. 273. Оп. 2. 1928−1944: Д. 34. Ф. Р-6679 — Казачий Союз в Париже. Оп. 1. 1924−1934: Д. 17.
  20. Ф. Р-6899 Походный штаб Донского атамана. София. Оп. 1. 1920−1923.: Д. 18, Д. 20.
  21. Ф. Р-9401 — Министерство внутренних дел СССР (МВД СССР). Оп. 1а. Сборники совершенно секретных, секретных, несекретных приказов, распоряжений, циркуляров ГПУ-НКВД-МВД СССР. 1930−1959 гг.: Д. 96, Д. 191.
  22. Российский государственный архив социально-политическойистории (РГЛСПИ)
  23. Ф. 17 Центральный Комитет КПСС (ЦК КПСС) (1898,1903−1991). Оп. 120. Отделы ЦК РКП (б) и ЦК ВКП (б): Д. 216.
  24. Российский государственный архив новейшей истории1. РГАНИ)
  25. Ф. 19 — Коллекция рассекреченных документов. Оп. 5. 1990−1991 гг.: Д. 18, Д. 21. Оп. 8: Д. 26.
  26. Оп. 9. 1989−1990 гг.: Д. 29, Д. 55, Д. 89, Д. 91.1. Оп. 11: Д. 71, Д. 126.
  27. Оп. 18. 1939−1989 гг.: Д. 10.1. Оп. 21: Д. 71.1. Оп. 22: Д. 53, Д. 69.
  28. Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА)
  29. Ф. 2007 — Полевой штаб казачьих войск при Верховном главнокомандующем.
  30. Оп. 1. 1914−1918 гг.: Д. 81, Д. 82.
  31. Российский государственный архив экономики (РГАЭ)
  32. Ф. 396 Фонд редакции «Крестьянской газеты». Оп. 3: Д. 795. Оп. 11: Д. 47.
  33. Государственный архив Краснодарского края (ГАКК)
  34. Ф. Р-1843 Всекубанское казачье войско.
  35. Оп. 1. 1990−1993 гг.: Д. 3, Д. 9, Д. 15, Д. 19, Д. 25, Д. 41, Д. 63.
  36. Ф. Р-1852 Пашковское казачье общество.
  37. Оп. 1. 1990−1996 гг.: Д. 14.
  38. Государственный архив Ростовской области (ГАРО)
  39. Ф. Р-1005 Озеров A.A. Оп. 1: Д. 1−3.
  40. Ф. Р-4498 — Первый Донской казачий округ. Оп. 1: Д. 1, Д. 2, Д. 19.
  41. Государственный архив Хабаровского края (ГАХК)
  42. Ф. 2027 Союз уссурийских казаков. Оп. 1. 1989−1991 гг.: Д. 1, Д. 3, Д. 7, Д. 17.
  43. Государственный архив Кемеровской области (ГАКО)
  44. Ф. Р-1271 ~ Союз казаков Кемеровской области. Оп. 1. 1990−1995 гг.: Д. 1, Д. 4, Д. 20.
  45. Государственный архив общественно-политической истории Воронежской области (ГАОПИВО)
  46. Ф. 298 Дегтярев Александр Михайлович. Оп. 1. 1963−2003 гг.: Д. 45, Д. 99.
  47. Центр документации новейшей истории Краснодарского края (ЦДНИКК)
  48. Ф. 774 — Коллекция материалов по истории современной общественно-политической жизни Краснодарского края. Оп. 1. 1990−1995 гг.: Д. 1, Д. 3.
  49. Ф. 1774-А Коллекция документов по истории Кубани. Оп. 1: Д. 1653.
  50. Оп. 31: Д. 1657, Д. 1839, Д. 1847.
  51. Центр документации новейшей истории Ростовской области1. ЦДНИРО)
  52. Ф. 7 — Материалы краевого комитета ВКП (б) Северо-Кавказскогокрая.1. Оп. 1: Д. 25.
  53. Ф. 12 — Комиссия по истории партии (Истпарт). Оп. 3: Д. 732.
  54. Центр документации новейшей истории Волгоградской области1. ЦДНИВО)
  55. Ф. 485 Окружное казачье общество «Волгоградский округ» — Войскового казачьего общества «Всевеликое войско Донское». Оп. 1. 1998−1999 гг.: Д. 1.
  56. Ф. 13 332 — Общественно-патриотическая организация «Волгоградский округ донских казаков» (ВОДК).
  57. Оп. 1. 1990−1998 гг.: Д. 1, Д. 2, Д. 3, Д. 12.
  58. Текущий архив Управления по делам казачества Администрации Президента Российской Федерации
  59. Папка «Справочный материал».
  60. Текущий архив Казачьего информационно-аналитического центра1. КИАЦ)1. Папка «2012 г. Май».
  61. Текущий архив Геленджикского районного казачьего общества Черноморского отдела Кубанского казачьего войска (ГРКО ЧО ККВ)
  62. Папка «Протоколы и решения».2. Папка «Документы ККР».3. Папка «Документы».
  63. Папка «Протоколы и решения».
  64. Текущий архив Беттинского хуторского казачьего общества Геленджикского районного казачьего общества (БХКО ГРКО)
  65. Папка «Решения общих кругов БХКО».
  66. Текущий архив Оскольского городского казачьего общества Белгородского отдельского казачьего общества Центрального казачьего войска (ОГКО БОКО ЦКВ)
  67. Папка «Стратегия развития».
  68. Папка «Общественные организации казачества».
  69. Папка «Взаимодействие с Русской Православной церковью».
  70. Папка «Союз казаков России».5. Папка «Материалы».
  71. Текущий архив Старооскольского землячества казаков Союза казаков России (СЗК СКР)1. Папка «Документы».2. Папка «Решения Кругов».
  72. Папка «Материалы Советов атаманов».
  73. Личный архив И.В. Карасёва1. Папка «Документы ДВИК».2. Папка «1990−1992 гг.».
  74. Папка «Первый съезд казаков Дона».4. Папка «1993 г.».
  75. Папка «Текущая работа. 1998 год».1. Архив автора
  76. Папка «Документы 1991 г.».
  77. Папка «Документы 1992 г.».
  78. Папка «Документы 1993 г.».
  79. Папка «Проекты законов о казачестве».
  80. Папка «Документы по регионам. СФО».
  81. Папка «Документы по регионам. УрФО».
  82. Папка «Документы ГШ ВС РФ».
  83. , О. Прокуратура Ростовской области вынесла официальное предупреждение общественной организации «Донская казачья республика» о недопустимости осуществления экстремистской деятельности / О. Бакунин // Великий Дон. 2011. — 25 февраля (№ 44).
  84. Беспредел в станице (письмо жителей станицы Ассиновской Сунженского района) // Российская газета. 1994. — 23 августа.
  85. Бюллетень «Население и общество» Электронный ресурс. URL: http://www.demoscope.ru/weekly/2002/075/print.php
  86. Ведомости Верховного Совета СССР. 1990.
  87. Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации (Ведомости СНД и ВС РФ).
  88. Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР (Ведомости СНД и ВС РСФСР).
  89. Войсковым атаманам казачьих войск России // Станица. 1999. — № 4 (30).-С. 7.
  90. Восстановительный период на Дону (1921−1925 гг.): Сб. док. Ростов н/Д, 1962.-422 с.
  91. Высочайше утвержденный доклад военной коллегии об устройстве Черноморского войска от 13 ноября 1802 г. // Полное собрание законов Российской империи. Т. 27. 1802−1803. СПб, 1830.
  92. Гражданская война в Оренбуржье 1917−1919: Документы и материалы. Оренбург: Оренбургское кн. изд-во, 1958. — 384 с.
  93. , О.В. Отступление от жизни. Записки ермоловца. Чечня 1996 год / О. В. Губенко. СПб.: Сатисъ, 2010. — 240 с.
  94. Девятый (внеочередной) съезд народных депутатов Российской Федерации. Бюллетень. № 3, 27 марта 1993 / Издание Верховного Совета Российской Федерации. М., 1993.
  95. Декларация казачества // Русский вестник. 1993. — № 8−10.
  96. , П.Ф. Дата 20 лет показывает, что казачество жизнеспособно / П. Ф. Задорожный // Казачий курьер. 2010. — 12 сентября (№ 6). -С. 5
  97. Закон Краснодарского края «О реабилитации кубанского казачества». Краснодар, 1999. — 6 с.
  98. Закон Республики Калмыкия от 23 декабря 1997 г. № 951−3 «О казачестве Калмыкии» // Известия Калмыкии. 1998. — 8 января.
  99. Зачем казачеству партия? // Казакия. 2002. — № 2 (12).
  100. Информационный бюллетень ГУКВ № 2. Казаки на службе России / Отв. ред. Т. В. Таболина. М., 1997. — 113 с.
  101. Информационный бюллетень ГУКВ № 3. Государственное становление казачества (1996−1998 гг.) / Отв. ред. Т. В. Таболина. -М., 1998. 156 с.
  102. История Кубани в датах (материалы к хронологии Кубани) / Отв. ред. проф. В. Н. Ратушняк. Краснодар, 1996. — 63 с.
  103. Казаку любо служить Отечеству. Новейшие документы. Комментарии. Разъяснения. М.: Библиотечка «Российской газеты», 1997. — Вып. 11.176 с.
  104. Казачество России. Историко-правовой аспект: документы, факты, комментарии. 1917−1940 гг. / Под ред. Н. Ф. Бугая, A.M. Гонова. М., 1999.
  105. А. Метафизика восхождения. Казачество как творческая идея нашего будущего: концепции и дискурс. Краснодар, 2000. — 144 с.
  106. Концепция Государственной программы поэтапного экономического и культурного возрождения российского казачества. М., 1994. — 14 с.
  107. Краевое совещание по работе среди казачества: Стеногр. отчет. -Ростов н/Д, 1925.
  108. Летопись Кубанского казачьего войска: 1696−2006 / Под общ. ред. проф. В. Н. Ратушняка. Краснодар, 2006. 440 с.
  109. , Ю. Кому служат казаки. Как разыгрывалась казачья карта / Ю. Макаренко // Вольная Кубань. 1994. — 2 февраля.
  110. Материалы Пленума ЦК КПСС. 27−28 января 1987. М.: Политиздат, 1987.-94 с.
  111. Материалы третьего Большого круга Союза казаков. Оренбург, 8−10 октября 1993 г. Оренбург, 1993. — 97 с.
  112. , В.В. О ходе выполнения Закона Российской Федерации «О реабилитации репрессированных народов» в отношении казачества / В. В. Наумов // Казачьи ведомости. 1998. — № 6−7 (22−23). — С. 3.
  113. О политической деятельности казаков // Казачий взгляд. 2009.11.
  114. О положении в казачестве // Станица. 1999. — № 4 (30). — С. 11.
  115. Областной закон Ростовской области от 29.09.1999 № 47-ЗС «О муниципальных казачьих дружинах» // Наше время. 1999. — 8 октября (№ 188 189).
  116. Обращение второго Всекубанского съезда казаков к населению Кубани // Советский Армавир. 1991. — 11 декабря.
  117. Обращение казаков бывшего Лабинского отдела Кубанской казачьей Рады ко всем жителям и народам Кубани // Советский Армавир. 1991. -11 декабря.
  118. , А. Кубанский блеф: ни налогов, ни дотаций / А. Остахов // Известия. 1997. — 4 марта.
  119. , Д.В. Создана казачья партия / Д. В. Подлипенцев // Кубанский край. -1995.-8−15 сентября (№ 33).
  120. Положение об общественном управлении в казачьих войсках // Памятная книжка Кубанской области на 1874 г. Екатеринодар, 1873.
  121. Положение об общественном управлении станиц казачьих войск от 3 июня 1891 г. // Свод законов Российской империи. Т.2. Учреждение гражданского управления казаков. СПб, 1903.
  122. После казачьего съезда // Советский Армавир. 1991. — 15 ноября (№ 219).
  123. Постановление и резолюции Первого Всероссийского съезда трудового казачества. М.: Гос. изд., 1920. — 30 с.
  124. Протокол заседания Совета Атаманов казачьих Войск. Москва, 14 мая 1994 г. // Станица. 1992. — № 2 (июнь). — С. 2.
  125. Рабочие материалы к разработке комплексной государственной программы поэтапного экономического и культурного возрождения российского казачества. М., 1993. — 25 с.
  126. Рабочие материалы к разработке комплексной государственной программы поэтапного экономического и культурного возрождения российского казачества (Вариант III). М.: Институт экономики, 1993. — 90 с.
  127. , В. Казачий круг созвали атаманши / В. Сабешкина // Комсомолец Каспия. 1991.-30 ноября.
  128. Сборник законов СССР и указов Президиума Верховного Совета СССР. 1938 г. июль 1956 г. / Под ред. к.ю.н. Ю. И. Мандельштам. — М.: Гос. изд-во юридич. лит-ры, 1956. — 531 с.
  129. Сборник законодательных и правовых актов по развитию и становлению казачества. М.: «Союз казаков — общероссийское казачье объединение», 1996. — 140 с.
  130. Сборник исторических документов по жизнеустройству казачьих войск / Сост. В. А. Дорофеев. Барнаул: Алтайская правда, 1992. — Вып. 1. -154 с.
  131. Сборник узаконений (СУ). 1920.
  132. Сборник циркуляров начальника Кубанской области и наказного атамана Кубанского казачьего войска и Кубанского областного правления с 1879 по 1900 гг. Екатеринодар, 1901.
  133. Собрание актов Президента и Правительства Российской Федерации.
  134. Собрание законодательства Российской Федерации (СЗ РФ).
  135. Создана казачья партия // Кубанский край. 1995. — 8−15 сентября (№ 33).
  136. Съезды народов Терека. Сборник документов в 2-х томах. 1918. -Орджоникидзе, 1977.
  137. , Л.Д. Борьба с Доном / Л. Д. Троцкий // Известия народного комиссариата по военным делам. -1919.-6 февраля.
  138. , А. Медведев встраивает казаков в госвертикаль. Атаманы будут назначаться Кремлём / А. Усов // Новый регион. 2011. — 18 февраля.
  139. , А. Мы, казаки, Отечества сыны / А. Ушаков // Вольная Кубань. 1993. — 23 февраля.
  140. Федеральная власть и казачество (краткий очерк вопроса) // Станица. 1999. -№ 4 (30). — С. 2.
  141. Филипп Миронов: Тихий Дон в 1917—1921 гг.: Документы и материалы / Редкол.: В. Данилов, Т. Шанин и др.- Сост.: В. Данилов, Н. Тархова и др.-М., 1997.-787 с.
  142. , В. О чем шумит майдан? / В. Ченцов // Казаки России. -1997. -№ 1.-С. 3−6.
  143. Четырнадцатая конференция РКП (б). Стенографический отчёт. -М., 1925.
  144. , А. Казаки Семиречья вошли в состав Союза казачьих войск России и Зарубежья / А. Шаповалов // Независимая газета. 2008. — 11 сентября.
  145. , Б.П. Казачество в колхозах / Б. П. Шеболдаев // Колхозный путь. 1935. — № 11. — С. 4.
  146. , В.А. Казачья идея 2: современная практика / В. А. Шуков // Станица. — 2006. — июнь (№ 47). — С. 2−5.
  147. , В.А. Казачья идея / В. А. Шуков // Станица. 2004. — январь (№ 41).-С. 5.
  148. , В.А. Гибель Сибирского казачьего войска. 1920−1922. В 2-х кн. / В. А. Шулдяков. М., 2004. Кн. I. — 748 е.- Кн. II. — 607 с.
  149. , В.Н. Амурское казачество Х1Х-ХХ вв. / В.Н. Абелен-цев / Амурский областной краеведческий музей им. Г.С. Новикова-Даурского. Благовещенск, 2005. — 304 с.
  150. , А.И. Казачество Российской империи: некоторые теоретические и методологические проблемы изучения / А. И. Агафонов // Проблемы истории казачества ХУ1-ХХ вв. Ростов н/Д: Изд-во Рост, ун-та, 1995. -С. 19−29.
  151. , О.В. Казачьи войска России во втором тысячелетии: Монография / О. В. Агафонов. Киров: КОГУГ1 Кировская областная типография, 2002. — 400 с.
  152. , А.П. Казачье движение в России: основные тенденции и противоречия современного развития / А. П. Андреев // Проблемы истории казачества: Сборник научных трудов. Волгоград: Изд-во Волгогр. гос. унта, 1995.-С. 249−258.
  153. , О.О. Астраханское казачество. На переломе эпох / О. О. Антропов. М.: Вече, 2008. — 416 с.
  154. , A.B. Оренбургские казаки в эмиграции / A.B. Апрелков, JI.A. Попов // Оренбургское казачье войско: Исторические очерки. Челябинск, 1994.-С. 131−143.
  155. , С. Казаки. Особое сословие / С. Ауский / пер. с чешского. М.: OJIMA-Пресс- СПб.: Нева, 2002. — 447 с.
  156. , Д.С. Донское трудовое казачество в борьбе за власть Советов / Д. С. Бабичев. Ростов н/Д: Изд-во РГУ, 1969. — 212 с.
  157. , Г. В. Идейно-политический крах белой эмиграции и разгром внутренней контрреволюции (1921−1924 гг.) / Г. В. Барихновский. -Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1978. 160 с.
  158. , Я.А. Сменовеховство и казачья эмиграция / Я. А. Берегов // Возрождение казачества: история, современность, перспективы. Ростов н/Д: Логос, 1995.-С. 35.
  159. , А.Е. Дорога чести: Избранные произведения / А.Е. Бер-лизов. Краснодар: Сов. Кубань, 1995. — 544 с.
  160. , А.Д. Возрождение российского казачества: система управления и методы хозяйствования / А. Д. Беглов. М.: Финансы и статистика, 2011.-266 с.
  161. , А.Д. Возрождение хозяйственной системы казачьих сообществ: факторы государственного управления / А. Д. Беглов. М.: Финансы и статистика, 2011.-83 с.
  162. , А.Д. Система управления производством продукции АПК в казачьих сообществах: факторы инновационной инфраструктуры / А. Д. Беглов. М.: Финаисы и статистика, 2011. — 90 с.
  163. , А.Д. Формирование казачьих органов местного самоуправления как фактор устойчивого социально-экономического развития региона / А. Д. Беглов. М.: Финансы и статистика, 2011. — 92 с.
  164. , А.Д. Хозяйственная система казачьих сообществ: факторы социально-экономического развития региона / А. Д. Беглов. М.: Финансы и статистика, 2011. — 94 с.
  165. , A.C. Черноморское казачье войско (1991−2001 годы) / A.C. Боговид. Тирасполь, 2002. — 192 с.
  166. , Н.И. Узловые проблемы казачества / H.H. Бондарь // Проблемы развития казачьей культуры: Материалы научно-практической конференции п. Тульский, 7 июня 1997 г. Майкоп, 1997. — С. 11−16.
  167. , И. Казаки: Ист. очерк / И. Боеэре. М.: Воениздат, 1992.237 с.
  168. , Н.Ф. Казачество России: отторжение, признание, возрождение (1917 90 годы) / Н. Ф. Бугай. — М.: Можайск-Терра, 2000. — 96 с.
  169. , А.И. Подлинная история русских. XX век / А. И. Вдовин. -М.: Алгоритм, 2010. 432 с.
  170. , А.И. Русские в XX веке. Факты. События. Люди / А. И. Вдовин. М.: ОЛМА-Пресс, 2004. — 448 с.
  171. , H.H. Казаки Восточного Предкавказья в XVIII XIX вв. / H.H. Великая. — Ростов н/Д, 2001. — 278 с.
  172. , A.B. Печать сурового исхода. К истории событий 1919 года на Верхнем Дону / A.B. Венков. Ростов н/Д: Ростовское книжное издательство, 1988. — 192 с.
  173. , В.П. Казачий Дон: очерки истории и культуры / В. П. Водолацкий, А. П. Скорик, Р. Г. Тикиджьян / Под ред. проф. А. П. Скорика. -Ростов н/Д: Изд-во «Терра», 2005. 448 с.
  174. Возрождение казачества (история, современность, перспективы): Тезисы докладов, сообщений, выступлений на V Международной (Всероссийской) научной конференции / Отв. ред. А. И. Козлов. Ростов н/Д: Логос, 1995.-98 с.
  175. Возрождение казачества: надежды и опасения: Научные доклады / ред. Г. Витковская, А. Малашенко. М.: Московский Центр Карнеги, 1998. Вып. 23.-242 с.
  176. Вопросы казачьей истории и культуры: Выпуск 4 / ред.-сост.: М. Е. Галецкий, H.H. Денисова, Г. Б. Луганская. Майкоп: Изд-во АГУ, 2008. — 85 с.
  177. Вопросы развития казачьей истории и культуры: Выпуск 1 / Сост.: М. Е. Галецкий, А. Н. Соколова. Майкоп, 2002. — 124 с.
  178. Вопросы развития казачьей истории и культуры: Выпуск 2 / Сост.: М. Е. Галецкий, А. Н. Соколова. Майкоп, 2003. — 124 с.
  179. , Г. Л. Советская конница в Великой Отечественной / Г. Л. Воскобойников. М.: Вече, 2008. — 320 с.
  180. , Г. Л. Кавалеристы в боях за Родину / Г. Л. Воскобойников, С. Б. Ханджапов. Улан-Удэ, 1990. — 246 с.
  181. , Ю. Казачьи войска России / Ю. Галушко. М.: Русский мир, 1993.-231 с.
  182. , A.B. Атаман А. И. Дутов / A.B. Ганин. М.: Центрполи-граф, 2006. — 688 с.
  183. , В.В. Казаки и государство. 2-е изд. / В. В. Глущенко. -Ростов н/Д: Молот, 1999. 136 с.
  184. , В.В. Казаки и народы Кавказа. 2-е изд. /В.В. Глущенко. Ростов н/Д: Молот, 1999. — 164 с.
  185. , В.В. Казаки Отечества былого и нынешнего. 2-е изд., доп. / В. В. Глущенко. Ростов н/Д: Изд-во «ТОР», 1995. — 136 с.
  186. , О.Г. Белоэмигранты между звездой и свастикой / О. Г. Гочаренко. М.: Вече, 2005. — 352 с.
  187. Государственная служба российского казачества: от Тихого Дона до Тихого океана: Материалы Всероссийской научно-практической конференции. Владивосток, 1998.
  188. , А.Н. Расказачивание в Хопёрском округе в 1927—1931 гг.. / А. Н. Демидова // Казачество России: история и современность: Тезисы Международной научной конференции (г. Геленджик, 8−11 октября 2002 г.). Краснодар, 2002. — С. 87.
  189. Денкэн, Ж.-М. Политическая наука / Ж.-М. Денкэн / Пер. И.А. Го-бозова. М.: Изд-во МНЭПУ, 1993.- 162 с.
  190. Донские казаки в прошлом и настоящем / Под общ. ред. проф. Ю. Г. Волкова. Ростов н/Д: Изд-во Рост, ун-та «ГинГо», 1998. — 504 с.
  191. , П.Н. Дон, Кубань и Терек во Второй мировой войне. Историческая повесть о второй войне казачества с большевиками (1941−45 гг.). / П. Н. Донсков. Нью-Йорк: Издательство им. Походного Атамана Платова, 1960.-319 с.
  192. , С. Казачество в постсоветской России / С. Донцов // Возрождение казачества: надежды и опасения. М.: Московский Центр Карнеги, 1998.-С. 18−38.
  193. Дороги оренбургского казачьего войска / Ю. Г. Горшков, П. Г. Свечников, В. И. Глуховский и др.- Под ред. Ю.Г. Горшкова- Оренбург, войск, казачье о-во. 2-е изд., испр. и доп. Челябинск: Рекпол, 2002. — 144 с.
  194. , С.И. Под знаменем врага. Антисоветские формирования в составе германских вооружённых сил. 1941−1945 гг. / С. И. Дробязко. М.: Эксмо, 2005. — 576 с.
  195. , Е.И. Самоуправление казаков: история и современность / Е. И. Дулимов, И. И. Золотарёв. Ростов н/Д: Изд-во ДЮИ, 1998. — 344 с.
  196. , А. Казаки на персидском фронте (1915−1918) / А. Емельянов. М.: Вече, 2007. — 448 с.
  197. , А.П. Революция и казачество (1917−1920 гг.) / А. П. Ермолин. М.: Мысль, 1982. — 216 с.
  198. , A.A. Кубанская казачья Рада: в поисках третьего пути // Проблемы истории казачества XVI XX вв. / A.A. Зайцев. — Ростов н/Д: Изд-во Рост, ун-та, 1995. — С. 125.
  199. , A.A. Кубанская область и Черноморская губерния в период гражданской войны (1918−1920 гг.) / A.A. Зайцев // Очерки истории Кубани с древнейших времен по 1920 г. Краснодар: Сов. Кубань, 1996. — С. 529.
  200. , В.Д. Эмигрантская казачья пресса 20−30-х гг. как исторический источник / В. Д. Зимина // Преподавание и изучение историографии и источниковедения отечественной истории: проблемы, опыт, поиски, решения. Тверь, 1992. — С. 70−80.
  201. , В.Д. Белое дело взбунтовавшейся России: Политические режимы Гражданской войны. 1917−1920 гг. / В. Д. Зимина. М.: Рос. гуманит. ун-т, 2006.-467 с.
  202. , И.И. Казачье самоуправление на Дону (Историческое исследование) / И. И. Золотарёв. Ростов н/Д: ООО «Росиздат», 1999. — 316 с.
  203. , A.C. Русское казачество Забайкалья во второй четверти XVIII первой половине XIX вв. / A.C. Зуев. — Новосибирск, 1989. — 193 с.
  204. , И.И. Эволюция казачьего самоуправления на Кубани (на материалах законодательства) / И. И. Ивченко // Проблемы истории казачества: Сборник научных трудов. Волгоград: Изд-во Волгогр. гос. ун-та, 1995. -С. 29−30.
  205. История Донского казачества: Учебное пособие / Отв. ред. A.B. Венков. Ростов н/Д: Изд-во Рост, ун-та, 2001. — 384 с.
  206. История казачества Азиатской России: В 3-х т. / Гл. ред. В. В. Алексеев. Екатеринбург: УрО РАН, 1995. — Т.1. — 319 е., Т.2. — 255 е., Т.З.-270 с.
  207. История Кубани в датах (материалы к хронологии Кубани) / Отв. ред. проф. В. Н. Ратушняк. Краснодар, 1996. — 65 с.
  208. Казаки // Народы России: Энциклопедия / гл. ред. В. Тишков. -М.: Большая Рос. энциклопедия, 1994. С. 169−174.
  209. Казаки России (Проблемы истории казачества). Серия «Библиотека Российского этнографа» / Сост. И. А. Аверин, Ю. Г. Аверьянов. М. 1993. -91 с.
  210. Казаки России (Прошлое. Настоящее. Будущее). Кн.1 / Отв. ред. Ю. Б. Симченко. -М.: ИЭиА РАН, 1992. 131 с.
  211. Казачество в истории России (к 200-летию Екатеринодара Краснодара и 43-х кубанских станиц): Тезисы докладов Международной научной конференции / Отв. ред. академик П. В. Волобуев. — Краснодар, 1993. — 257 с.
  212. Казачество в прошлом и настоящем: Материалы Всероссийской научно-практической конференции / Отв. ред. Л. И. Футорянский. Оренбург, 2007. — 144 с.
  213. Казачество в социокультурном пространстве России: исторический опыт и перспективы развития: Тезисы Всероссийской научной конференции (28−29 сентября 2010 г., Ростов-на-Дону) / Отв. ред. акад. Г. Г. Мати-шов. Ростов н/Д: ЮНЦ РАН, 2010. — 328 с.
  214. Казачество в южной политике России в Причерноморском регионе: Тезисы международной научной конференции 11−14 октября 2006 г. -Ростов н/Д- Азов, 2006. 126 с.
  215. Казачество как этносоциальный феномен современной России (на примере донского казачества): Аналитический доклад по проекту / Водолацкий В. П., Волков Ю. Г., Барков Ф. А. и др.- Южнороссийский филиал Института социологии РАН. Ростов н/Д, 2011. — 157 с.
  216. Казачество на государевой службе: Материалы к научной конференции. Екатеринбург: Уро РАН, 1993. — 100 с.
  217. Казачество России (XX в.): Материалы и тезисы Всероссийской научно-практической конференции / Науч. ред. Л. И. Футорянский. Оренбург, 2000.- 115 с.
  218. Казачество Юга России в процессах становления и развития российской государственности: Тезисы региональной научно-практической конференции (г. Урюпинск, 26−29 апреля 2007 г.). Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2007.
  219. Казачий Дон. Пять веков воинской славы / A.B. Венков, A.A. Озеров, Т. С. Рудиченко. М.: Яуза, Эксмо, 2010. — 416 с.
  220. Казачий словарь-справочник / Сост. Г. В. Губарев, ред. изд. А. И. Скрылов. (Репринтное издание. Сан Ансельмо Калифорния, США, 1968). -М.: ТО «Созидание», 1992. Т.1. — 279 е., Т.2.-341 е., Т.3.-341 с.
  221. Казачья школа. История и современное казачье образование на Дону / Сост. Г. Н. Рыковсков. Ростов н/Д: Ростиздат, 2003. — 288 с.
  222. , А. Терское казачество / А. Караулов. М.: Вече, 2008.320 с.
  223. , А.Г. Государство и казачество: правовые основы возрождения / А. Г. Киблицкий. Ростов н/Д: РЮИ МВД России, 2004. — 183 с.
  224. , С.А. Государство и казачество: сотрудничество и конфронтация / С. А. Кислицын // Проблемы казачьего возрождения. Сборник научных статей. Ч. I. Ростов н/Д: Логос, 1996. — С. 15−25.
  225. , С.А. Казачество в условиях формирования правового государства и гражданского общества / С. А. Кислицын // XV Адлерские чтения: Материалы Всероссийской научно-практической конференции. Краснодар. 2009.-С. 200−201.
  226. , И.Д. Методы исторического исследования / И.Д. Ко-вальченко. М., 2003. — 486 с.
  227. , А.И. Возрождение казачества: история и современность (эволюция, политика, теория) / А. И. Козлов. Ростов н/Д: Изд-во Рост, ун-та, 1995.-248 с.
  228. , А.И. Откуда пошли и кто такие казаки (периодизация казачьей истории) / А. И. Козлов // Проблемы истории казачества: Сборник научных трудов. Волгоград: Изд-во Волгогр. гос. ун-та, 1996. — С. 163−183.
  229. , A.C. Актуальность проблем истории казачества // Проблемы истории казачества XVI XX вв. / А. И. Козлов. — Ростов н/Д: Изд-во Рост, ун-та, 1995.-С. 4−18.
  230. , В.В. Крах российской контрреволюции за рубежом/ В. В. Комин. Калинин: Изд-во КГУ, 1977. — 48 с.
  231. Краснодару 200 лет: Тезисы краевой научно-практической конференции / Отв. ред. В. Н. Ратушняк, В. Е. Щетнёв. — Краснодар, 1993. — 160 с.
  232. , П. Казаки. Между Гитлером и Сталиным. Крестовый поход против большевизма / П. Крикунов. М.: «ЯУЗА», «ЭКСМО», 2005. -608 с.
  233. Кубанское казачество: проблемы истории и возрождения: Тезисы докладов научной конференции / Науч. ред. В. Н. Ратушняк, В. Е. Щетнёв. -Краснодар, 1992. 145 с.
  234. Кубанское казачество: три века исторического пути: материалы Международной научно-практической конференции / Науч. ред. В. Н. Ратушняк, В. Е. Щетнёв. Краснодар, 1996. — 305 с.
  235. Ю.Кураев, В.Д. К вопросу о возрождении казачества / В. Д. Кураев // Проблемы казачьего возрождения: Сборник научных статей. Ч. 1. Ростов н/Д: Логос, 1996. — С. 34−41.
  236. , И.Я. Кубанское казачество / И. Я. Куценко. Краснодар: Кн. изд-во, 1993.-583 с.
  237. , И.Я. Победители и побеждённые. Кубанское казачество: история и судьбы. Кн. 1. Императорский поместный этнос / И. Я. Куценко. -Краснодар: Диапазон-В. 2010. — 504 с.
  238. Ле Гофф, Ж. «Анналы» и Новая историческая наука / Ж. Ле Гофф // Споры о главном: Дискуссии о настоящем и будущем исторической науки вокруг французской школы «Анналов». М., 1993, — С. 90−94.
  239. , Г. С. Феномен казачества в России и Петербурге / Г. С. Лебедев // Казачий Петербург. Первая региональная научно-практическая конференция: Сборник статей. СПб., 1995. — С. 4−11.
  240. , А.Н. Кубанское казачье войско в 1860—1914 гг.. / А. Н. Малукало. Краснодар: Изд-во «Кубанькино», 2003. — 216 с.
  241. , В.Н. Культура кубанского казачества: проблемы формирования и функционирования / В. Н. Мальцев // Проблемы развития казачьей культуры. Майкоп, 1997. — С. 7−11.
  242. , А.Г. Возрождение казачества на Северном Кавказе в конце XX начале XXI века / А. Г. Масалов. — Ставрополь: Изд-во СГУ, 2002. — 204 с.
  243. , А.Г. Современное казачество на охране региональной безопасности и общественного порядка / А. Г. Масалов. Ставрополь: СФ КЮИ МВД РФ, 2001. — 112 с.
  244. , А. Новые рубежи человеческой природы / А. Маслоу / Пер. с англ. М.: Смысл, 1999. — 425 с.
  245. , В.А. С чего начинать возрождение / В. А. Матвеев // Проблемы казачьего возрождения: Сб. науч. статей. Ростов н/Д: Логос, 1996. -4.2.-С. 26−34.
  246. , О.В. Слово о Кубанском казачестве / О. В. Матвеев / Науч. ред. Н.И. Бондарь- Отдел фольклора и этнографии Центра народной культуры Кубани. Краснодар, 1994. — 464 с.
  247. , Г. О. Политическая жизнь современного российского казачества (конец 1980-х 1990-е гг.): Монография / Г. О. Мациевский. — Армавир: РИЦ АГПУ, 2006. — 140 с.
  248. , Г. О. Казачество современной России: история политической жизни: Монография / Г. О. Мациевский. Старый Оскол: ИПЦ «Кириллица», 2012. — 402 с.
  249. , Г. О. Современное казачество: пути возрождения и тупики вырождения / Г. О. Мациевский // Российское государство: истоки, современность, перспективы: материалы Всероссийской научной конференции. Липецк, 2012. — С. 45−54.
  250. , P.A. Жизнь и гибель Филиппа Кузьмича Миронова / P.A. Медведев, С. П. Стариков. М.: Патриот, 1989. — 366 с.
  251. , Н.М. Иркутское казачье войско: история и современность / Н. М. Меринов. Иркутск: Репроцентр А, 2009. — 440 с.
  252. , А.Е. Казачество и Российское государство / А. Е. Мохов. -М.: Вузовская книга, 2011. 160 с.
  253. , И.Ф. Казачество Дона, Кубани и Терека в революции 19 051 907 гг. / И. Ф. Мужев. Орджоникидзе: Северо-Осетинское книжное издательство, 1963.-81 с.
  254. , Ю.В. Идейно-политическое банкротство планов буржуазного реставраторства в СССР / Ю. В. Мухачёв. М.: Мысль, 1982. — 270 с.
  255. , А. Казачье движение в России и странах ближнего зарубежья (1988 1994). В 2-х т. / А. Мухин, В. Прибыловский — М., 1994.
  256. , В.Г. Великое предательство. Казачество во Второй мировой войне / В. Г. Науменко. СПб.- М.: ОЛМА-Пресс, Нева, 2003. — 448 с.
  257. , В.Ф. Казачество: нация или сословие? / В. Ф. Никитин. -М.: Яуза, Эксмо, 2007. 640 с.
  258. , В.Ф. Третий удар / В. Ф. Никитин // Государственная служба казачества: история, современность, перспективы: материалы Всероссийской научно-практической конференции / Отв. ред. Г. О. Мациевский. Старый Оскол, 2010. — С. 116−128.
  259. , A.A. Донские казаки: проблемы возрождения и перспективы развития. В 2-х ч. (История современного донского казачества). Исследования и документы / A.A. Озеров, А. Г. Киблицкий. Ростов н/Д: ООО «Рост-издат», 2003. Ч. 1. — 624 е., Ч. 2. — 320 с.
  260. , A.A. Возрождение казачества в новой России / А. А. Озеров, А. Г. Киблицкий. Ростов-н/Д: ООО «Ростиздат», 2004. — 304 с.
  261. , A.A. Войсковой атаман В.Ф. Хижняков: от казачьей вольницы до государственной службы / A.A. Озеров, А. Г. Киблицкий. Ростов н/Д: ООО «Ростиздат», 2004. — 640 с.
  262. , A.A. История современного Донского казачества. Исследования и документы. Монография / A.A. Озеров, А. Г. Киблицкий. Ростов н/Д: ООО «Ростиздаг», 2000. — 320 с.
  263. , A.A. Союз казаков Области Войска Донского. Войсковой атаман М. М. Шолохов / A.A. Озеров, А. Г. Киблицкий. Ростов н/Д: ООО «Ростиздат», 2002. — 464 с.
  264. Оренбург вчера, сегодня, завтра. К 260-летию г. Оренбурга: Материалы и тезисы Всероссийской научно-практической конференции / Отв. ред. Л. И. Футорянский. Оренбург, 2003. — 383 с.
  265. Оренбургский край в системе Евразийских губерний и областей России: Материалы Всероссийской научно-практической конференции / Отв. ред. Л. И. Футорянский. Оренбург. 2004. — 312 с.
  266. Очерки истории Кубани с древнейших времён до 1920 г. / Под общ. ред. В. П. Ратушняка. Краснодар: Сов. Кубань, 1996. — 656 с.
  267. , Э.А. Этнополитические перспективы России: от проблем выживания к проблемам развития / Э. А. Паин // Куда идет Россия?. Социальная трансформация постсоветского пространства / Под общ. ред. Т. И. Заславской. М.: Аспект Пресс, 1996. — С. 238−247.
  268. , Е.В. Некоторые социально-психологические характеристики казачьей молодежи Северного Кавказа в период Нэпа / Е. В. Панасюк // Проблемы истории казачества XVI XX вв. — Ростов н/Д: Изд-во Рост, ун-та, 1995.-С. 160−162.
  269. , Д.Д. Эмиграция казачества из России и её последствия (1920−1945) / Д. Д. Пеньковский. М.: Нац. ин-т бизнеса, 2006. — 432 с.
  270. , Я.А. Власть и казачество: поиск согласия (1920−1926 гг.) / Я. А. Перехов. Ростов н/Д: Изд-во РГУ, 1997. — 187 с.
  271. , Я.А. Первый Всероссийский съезд трудового казачества и его роль в закреплении перехода казачьих масс на сторону советской власти / Я. А. Перехов // Гражданская война на юге республики. Новочеркасск, 1989.-С. 45−47.
  272. Подвиг земли богатырской (Сибирь в годы Великой Отеч. войны 1941−1945 гг.) / М. Р. Акулов и др. М., 1970. — 346 с.
  273. Политический процесс: основные аспекты и способы анализа / Под ред. Е. Ю. Мелешкиной. М.: Издательский Дом «ИНФРА-М», 2001. — 304 с.
  274. Проблемы изучения и пропаганды казачьей культуры: Материалы научно-практической конференции (п. Тульский, 13 июня 1998 г.) / Сост.: М. Е. Галецкий, А. Н. Соколова. Майкоп, 1998. — 84 с.
  275. Проблемы изучения и развития казачьей культуры: Материалы научно-практической конференции (п. Тульский, 12−13 июня 1999 г.) / Сост.: М. Е. Галецкий, А. Н. Соколова. Майкоп, 2000. — 111 с.
  276. Проблемы истории казачества XVI—XX вв.: Материалы третьей Всесоюзной научной конференции (Нальчик, 3−5 апреля 1990 г.) / Отв. ред. А. И. Козлов. Ростов н/Д: Изд-во Рост, ун-та, 1995. — 184 с.
  277. Проблемы развития казачьей культуры: Материалы научно-практической конференции (пос. Тульский, 7 июня 1997 года) / Сост.: М. Е. Галецкий, В. Н. Мальцев, А. Н. Соколова. Майкоп, 1997. — 80 с.
  278. , В.И. Казаки в Великой Отечественной войне 19 411 945 гг. / В. И. Пятницкий. М.: Яуза, Эксмо, 2007. — 320 с.
  279. , В.Н. Некоторые аспекты изучения казачества на современном этапе / В. Н. Ратушняк // Проблемы истории казачества: Сб. науч. трудов. Волгоград: Изд-во Волгогр. гос. ун-та, 1996. — С. 5−13.
  280. , О.В. Донское и кубанское казачество в эмиграции (1920−1939 гг.) / О. В. Ратушняк. Краснодар: Изд-во Кубанского гос. ун-та, 1997.- 164 с.
  281. , В.К. Сменовеховство в дальневосточном зарубежье / В. К. Романовский // Проблемы отечественной и всеобщей истории: сб. науч. трудов. Уссурийск: УГЛИ, 1996. — С. 108−122.
  282. Российское казачество. Научно-справочное издание / Отв. ред. Т. В. Таболиной. М., 2003. — 880 с.
  283. В.И. Черный, В. Е. Щетнёв, О.П. Брндня- Краснодар, регион, орг. о-ва «Знание» России- КубГУ. Краснодар, 2006. — 299 с.
  284. , Н. Донское казачество в войнах начала XX века / Н. Рыжкова. М.: Вече, 2008. — 448 с.
  285. , Е.П. Древняя история казачества (Репринтное воспроизведение издания 1915 г.) / Е. П. Савельев. Ростов н/Д: «Памятники Отечества», 1990.-441 с.
  286. , Р. Путин: выбор России / Р. Саква / Пер. с англ. М.: Олма-Пресс, 2005.-480 с.
  287. Сборник II Национального Совета Донских казаков: Отчёт IV Научно-практической конференции «Восстановление в правах казачьего народа» (30 октября 2004 г., ст. Гниловская) / Отв. ред. Н. Чайкин. Ростов н/Д: «Птица», 2005. — 128 с.
  288. , В.Н. Движение за возрождение казачества / В. Н. Сергеев. -Нальчик: СККЦ, 1993. -44 с.
  289. , А.П. Казачий Юг России в 1930-е годы: грани исторических судеб социальной общности / А. П. Скорик. Ростов н/Д: Изд-во СКНЦ ВШ ЮФУ, 2009.-508 с.
  290. , А.П. Казачье возрождение: образы, этапы, перспективы / А. П. Скорик // Возрождение казачества: история и современность: Материалы V Всероссийской (Международной) научной конференции: Сборник научных статей. Новочеркасск, 1994.-С. 123−128.
  291. , А.П. Проблема парадигмального сдвига в исследованиях по истории донского казачества / А. П. Скорик // Проблемы казачьего возрождения: Сборник научных статей. Ростов н/Д: Логос, 1996. Ч. 1. — С. 72−76.
  292. Слово о Кубанском Казачестве / Матвеев О. В., Из истории православной церкви на Кубани / Шептун C.B. Краснодар: Советская Кубань, 1995.-464 с.
  293. , Н. Забайкальское казачество / Н. Смирнов. М.: Вече, 2008. — 544 с.
  294. , А.Ю. Российское казачество как объект научных исследований / А. Ю. Соклаков // Патриотизм и государственность казачества: Материалы «круглого стола» / Ред. кол.: В. В. Рудой и др. Ростов н/Д: РАГС при Президенте РФ, 2009. — С. 75−80, 124−130.
  295. Союз казаков России: 1990−2000 / В. Д. Батырев, О. В. Матвеев, А. И. Изюмов. М.: Русаки, 2000. — 192 с.
  296. Союз Казаков России: 1990−2010 / А. И. Изюмов, А. Ю. Соклаков, А. Е. Мохов, А. Г. Ичёв. М.: Витязь, Братишка, 2010. — 272 с.
  297. Становление казачьего самоуправления: Доклады и тезисы научно-практической конференции / Под ред. А. В. Венкова. Ростов н/Д: Изд-во ДЮИ, 1998.- 113 с.
  298. , Д. Русские фашисты: трагедия и фарс эмиграции (19 251 945) / Д. Стефан. М.: Слово, 1992. — 441 с.
  299. , Т.В. Изучение казачества: Тенденции и перспективы / Т. В. Таболина. М.: Науч. изд. ИЭиА РАН, 2000. — 164 с.
  300. , Т.В. Казаки: драма возрождения. 1980 1990-е годы / Т. В. Таболина. — М.: Науч. изд. ИЭиА РАН, 1999. — 252 с.
  301. , Н.Е. Русский этнос: региональные особенности менталитета / Н. Е. Тихонова, Н. М. Давыдова // Куда идет Россия?. Социальная трансформация постсоветского пространства / Под общ. ред. Т. И. Заславской. М.: Аспект Пресс, 1996. — С. 270−275.
  302. , П.И. О некоторых проблемах истории формирования сознания современного казачества / П. И. Ткаченко // Советский менталитет: проблемы методологии исследования: Тезисы докладов межвузовской научной конференции. Армавир: АГПИ, 1995. — С. 58−60.
  303. , П.И. Где спит козацкая слава / П. И. Ткаченко. М.: Пресс-Соло, 1995. — 299 с.
  304. , А.Т. Политика царизма в казачьих войсках Сибири / А. Т. Топчий // Казачество в Октябрьской революции и Гражданской войне: Материалы Всероссийской научной конференции (Черкесск, 12−13 ноября 1980 г.) Черкесск, 1984. — С. 48−58.
  305. , В.П. Возрождение казачества: сущность, пути и перспективы / В. П. Трут // Проблемы казачьего возрождения: Сб. науч. статей. Ростов н/Д: Логос, 1996.-4.1.-С. 77−87.
  306. , В.П. Дорогой славы и утрат. Казачьи войска в период войн и революций / В. П. Трут. М.: Яуза, Эксмо, 2007. — 544 с.
  307. , В.П. Казачество: происхождение, сущность, реалии, перспективы / В. П. Трут. Ростов н/Д, 1998. — 32 с.
  308. , В.П. Военная энциклопедия казачества / В. П. Трут, Г. М. Курков. М.: Яуза, Эксмо, 2009. — 704 с.
  309. Урало-сибирское казачество в панораме веков: Тезисы докладов научной конференции (Томск, 18−21 мая 1992 г.) / Под ред. А. Т. Топчия. -Томск: Томский госуниверситет, 1994. 220 с.
  310. , Л.И. Казачество России в огне гражданской войны (1918−192 гг.) / Л. И. Футорянский / Ин-т истории Урала и казачества России ГОУ ОГУ. Оренбург: ГОУ ОГУ, 2003. — 474 с.
  311. , Л.И. Казачество России на рубеже веков / Л.И. Фу-торянский. Оренбург: Димур, 1997. — 199 с.
  312. , A.A. Вдали от Родины: российские казаки в эмиграции / A.A. Худобородов. Челябинск, 1997. — 112 с.
  313. , В.Н. Возрождающееся казачество: традиции и власть / В. Н. Чапек // Возрождение казачества: история и современность. Материалы к V Всероссийской (международной) научной конференции: Сборник статей. -Новочеркасск, 1994.-С. 116−123.
  314. Часовые Отечества. Из истории российского казачества / Н. В. Лиевина, Е. И. Прихно. С-Пб.: «Славия», 2006. — 304 с.
  315. , Е.А. Исторические традиции казачьего самоуправления в России: Политологический аспект / Е. А. Чемякин. Волгоград: ГУ «Издатель», 2001. — 112 с.
  316. , И.Д. Черноморские казаки в их гражданском и военном быту / И. Д. Попко. М.: Вече, 2009. — 448 с.
  317. , П.Г. О расказачивании / П. Г. Чернопицкий // Казачий сборник. Вып. 3. Ростов н/Д, 2002. — С. 480−486.
  318. Четыре века прикамского казачества / Под ред. С. В. Неганова. -Пермь, 2002.- 172 с.
  319. , А.И. Феномен советской политической культуры (ментальные признаки, источники формирования и развития) / А. И. Шаповалов. М.: МПГУ «Прометей», 1997. — 355 с.
  320. , А.И. Народные утопии и реформаторство в СССР / А. И. Шаповалов, Н. Е. Шаповалова, И. А. Шаповалов. Армавир: РИЦ АГПУ, 2006.-356 с.
  321. , Л.К. Агония белой эмиграции / Л. К. Шкаренков. М.: Мысль, 1981.-236 с.
  322. , К.П. Калмыки в составе российского казачества (вторая половина XVII XIX вв.) / К. П. Шовунов / Союз казаков Калмыкии, Калмыцкий институт общественных наук. — Элиста, 1992. — 320 с.
  323. , В.Е. Нэп и кубанское казачество / В. Е. Щетнёв // Проблемы истории казачества XVI XX вв. / Под ред. А. И. Козлова. — Ростов н/Д: Изд-во Рост, ун-та, 1995. — С. 157−160.
  324. Эмиграция и репатриация в России / В. А. Ионцев, Н. М. Лебедев, М. В. Назаров и др. М.: Изд-во «Попечительство о нуждах российских репатриантов», 2001. — 536 с.
  325. , С.Н. Кубанское зарубежье в 20 80-е гг. XX века / С. Н. Якаев // Новейшие исследования по истории Кубани. — Краснодар, 1992. — С. 12−13.
  326. Статьи и публикации в периодических и серийных изданиях
  327. , A.M. Казачество как фактор современной геополитики / A.M. Авраменко // Голос минувшего. Кубанский исторический журнал. -Краснодар, 1997. -№ 1. С. 27−33.
  328. , А.И. Выступление в прениях международной научно-практической конференции «Кубанское казачество: три века исторического пути» (Краснодар, 1996) / А. И. Агафонов // Голос минувшего. Кубанский исторический журнал. Краснодар, 1997. — № 1. — С. 51.
  329. , А.И. Казачество и внешняя политика российского государства / А. И. Агафонов // Международные отношения. 1992. — № 3−4. — С. 55−64.
  330. , A.A. Казачье движение / A.A. Андреев, Е. В. Панасюк // Полис. 1993,-№ 3.-С. 57−61.
  331. , С.С. Политическое сознание и политическое поведение / С. С. Андреев // Социально-политический журнал. 1992. — № 8. — С. 10−22.
  332. , О. В поисках духовности / О. Андреева // Международная жизнь. 1994. — № 7−8. — С. 135−138.
  333. , О.О. Движение за возрождение казачества в Астраханской области в 1990-е гг. / О. О. Антропов // Новый исторический вестник. -2003.-№ 9.-С. 56.
  334. , И.А. Казаки и военные поселенцы на Днестре и Буге ХУШ-Х1Х веках / И. А. Анцунов // Ежегодный исторический альманах Приднестровья. Тирасполь, 1997. — № 1. — С. 30−39.
  335. , Е. Политическое меню на любой вкус / Е. Балышкин // Российская Федерация. 1995. — № 15. — С. 24−26.
  336. , А. Мы предлагали дать казакам оружие / А. Барановский // Взгляд. Деловая газета. 2011. — 22 февраля. — С. 3.
  337. , А.Д. Российский казак: гражданин, хозяин, воин. Заметки к заседанию Совета при Президенте Российской Федерации по делам казачества 15 июня 2011 года / А. Д. Беглов // Российское казачество. 2011. — № 5. -С. 6−8.
  338. , А.Д. Стимулирование инновационного развития агропромышленного комплекса в казачьих обществах / А. Д. Беглов // Вопросы экономики и права. -2011. -№ 39. С. 62−65.
  339. , А.Д. Модели развития казачьих обществ в рамках региональных экономических систем / А. Д. Беглов // Вопросы экономики и права. -2011.-№ 41.-С. 23−26.
  340. , А. «И чии мы диты?» Очерк, ведущий нас к глубинам казачества / А. Берлизов // Кубань. 1993. — № 3−4. — С. 6−7.
  341. , Л.И. Казачество России и студенчество / Л. И. Бойко, В. С. Брежнев, Ю. С. Колесников // Социс. 1995. — № 8. — С. 116−119.
  342. , М. Донские казаки хотят, чтобы им вернули национальность / М. Бондаренко // Независимая газета. 2000. — 30 сентября.
  343. , А.П. Менталитет россиян и евразийство: их сущность и общественно-политический смысл / А. П. Бутенко, Ю. В. Колесниченко // Социс. 1996. -№ 5. — С. 92−103.
  344. , A.A. Современная многопартийная палитра Кубани /
  345. A.A. Вартумян // Историко-археологический альманах (Армавирского краеведческого музея). Армавир, 1997. — Вып. 3. — С. 203−205.
  346. , Г. По правде и по совести / Г. Василенко // Кубань. -Краснодар, 1989. № 12. — С. 56.
  347. , H.H. Об этнических особенностях казачьих групп / H.H. Великая // Российский исторический журнал. 2008. — № 1(38). — С. 44−49.
  348. , В.П. Философские проблемы возрождения казачества /
  349. B.П. Вырелкин // Социально-политический журнал. 1994. — № 3−6. — С. 210 214.
  350. , К.С. Базовые принципы и пути преобразования российской политической культуры / К. С. Гаджиев // Научный альманах «Цивилизации и культуры». Вып. 3. Россия и Восток: геополитика и цивилизацион-ные отношения. -М., 1996.-С. 131.
  351. , B.JI. Расказачивание в Советской России / B.JI. Генис // Вопросы истории. 1994. -№ 1. — С. 42−55.
  352. , П. Правда и ложь о «расказачивании» / П. Голуб // Правда. 2009. — 26 сентября.
  353. , В. Казачьи войска в чеченской войне / В. Голубев // Мегаполис Континент. 1996. — № 47. — С. 5−7.
  354. , A.A. Общественное мнение о возрождении казачества / A.A. Градницын // Социс. 1991. -№ 12. — С. 78−84.
  355. , В. Возрождение казачества новый импульс / В. Громов // Кубань. — Краснодар, 1992. — № 1. — С. 45−50.
  356. , М.Н. Три линии национальной политики в посткоммунистической России / М. Н. Губогло // Этнографическое обозрение. 1995. — № 5.-С. 112−114.
  357. , Ю.П. Почему россияне не приемлют золотой середины, или об умеренности в политике / Ю. П. Денисов // Полис. 1996. — № 1. — С. 177−180.
  358. , A.B. Что из себя представляет национальное направление в казачестве / A.B. Дзиковицкий // Казачий Взгляд. 2009. — № 10.
  359. , А. Казачий вызов смутному времени / А. Долгополов // Международная жизнь. 1994. — № 7−8. — С. 61−66.
  360. , В.А. Отношение казачества к государственной службе / В. А. Дорофеев //Социс. 1998,-№ 9. -С. 67−81.
  361. , В.И. Взгляд на Россию первой половины 90-х годов / В. И. Жуков, В. Л. Прохоров // Социс. 1996. — № 6. — С. 32−40.
  362. , В. Казачество российский феномен / В. Зотов // Свободная мысль. — 1994.-№ 10.-С. 66−77.
  363. , Ю. «Покорность россиян вызвана привычкой родителей слишком туго пеленать своих детей». Что говорят на Западе о «русском характере» и России / Ю. Игрицкий // Российская провинция. 1994. — январь (№ 1).-С. 168−174.
  364. , А. Казачий мир в зеркале времени / А. Канашкин // Кубань. Краснодар, 1988. — № 10. — С. 90.
  365. , Ф.С. Осетинский феномен в истории Терского казачьего войска / Ф. С. Киреев // Дарьял. Владикавказ, 2003. — № 5. — С. 270−284.
  366. , О.В. Политическое поведение казачества в сфере межнациональных отношений / О. В. Ковалёва // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Политология. 2001. — № 3. — С. 159−161.
  367. , А.И. Итоги, проблемы и перспективы возрождения казачества / А. И. Козлов // Голос минувшего. Кубанский исторический журнал. -Краснодар, 1997.-№ 1,-С. 8−10.
  368. , А.И. Расказачивание / А. И. Козлов // Родина. 1990. — № 6. -С. 64−68.
  369. , А.И. Расказачивание / А. И. Козлов // Родина. 1990. — № 7.-С. 43−47.
  370. , С.А. Пополнение вольного казачества на Северном Кавказе в XVI—XVII вв.. / А. И. Козлов // Советская этнография. 1990. — № 5. — С. 5055.
  371. , Г. Казаки зарубежья / Г. Кокунько // Станица. 2009. -февраль (№ 52).
  372. , B.C. Демократия и выборы в России: теория и история вопроса / B.C. Комаровский // Социс. 1996. — № 6. — С. 18−32.
  373. , И.В. Архитектоника русской культуры / И. В. Кондаков // Общественные науки и современность (ОНС). 1999. — № 1. — С. 159−172.
  374. , В. Создана Ассоциация донского казачества / В. Корнеев // Известия. 1990. — 10 марта.
  375. , Е.В. Казачество и межэтнический отношения / Е. В. Крицкий // Социс. 1995. — № 6. — С. 60−67.
  376. , Я. Кто такие казаки-националисты / Я. Лопух // Казачий курьер. -2010.-9 июня (№ 5). С. 14
  377. , П.Н. Квазигосударственность / П. Н. Лукичёв, А.П. Ско-рик // Полис. 1994. — № 5. — С. 139−142.
  378. , П.Н. Социально-психологический феномен казачества / П. Н. Лукичёв, А. П. Скорик // Свободная мысль. 1995. -№ 8. — С. 42−51.
  379. , Г. И. Российское казачество дальневосточного зарубежья накануне и в годы Второй мировой войны (1931−1945 гг.) / Г. И. Малышенко // Омский научный вестник, ОмГТУ. 2005. — № 3 (32). — С. 23−28.
  380. , В.Ф. «Во имя блага Родины.». Из истории казачества в эмиграции 1920-е середина 1930-х гг. / В. Ф. Мамонов, А. Л. Худобородов // Исторический архив. — 1995. -№ 5−6. — С. 165−204.
  381. , С.М. Казачий круг как политический институт / С. М. Маркедонов // Полис. 1996. — № 1. — С. 151−153.
  382. , Г. О. Казачество Азиатской России в конце XIX начале XX вв.: особенности социально-демографического портрета / Г. О. Мациевский // Вестник КрасГАУ. — 2011. — Вып. 6. — С. 186−192.
  383. , Г. О. Традиции «самостийности» в политической жизни современного российского казачества портрета / Г. О. Мациевский // Вестник Томского государственного педагогического университета. 2012. — № 3. -С. 57−63.
  384. , Г. О. Традиционная культура и современное общество портрета / Г. О. Мациевский // Альманах современной науки и образования. Выпуск 2 (2). Тамбов, 2007. — С. 183−187.
  385. , Г. О. Расказачивание как историческая проблема портрета / Г. О. Мациевский // Современные исследования социальных проблем (электронный журнал). 2012. — № 5 (13). — URL: http://sisp.nkras.ru/e-ru/issues/2012/5/matsievsky.pdf
  386. , Г. О. Идеологемы современного казачьего движения портрета / Г. О. Мациевский // Современные исследования социальных проблем (электронный журнал). 2012. — № 9 (17). — URL: http://sisp.nkras.ru/e-ru/issues/2012/9/matsievsky.pdf
  387. , Г. Я.М. Свердлов: организатор гражданской войны и массовых репрессий / Г. Назаров // Кубань. Краснодар, 1990. — № 2. — С. 35−37.
  388. , А.Н. Государственность «белой» России: понятие, происхождение, содержание (1918−1920 гг.) / А. Н. Никиитин // Вестник МГОУ. Серия «Юриспруденция». № 1. Т. 2 (40). М., 2007. — С. 3−7.
  389. , Н.И. О происхождении, структуре и социальной природе сообществ русских казаков XVI- середины XVII вв. / Н. И. Никитин // История СССР. 1986. — № 4. — С. 167−177.
  390. Новые элиты и политические институты в странах СНГ (Семинар в Новгороде) // Полис. 1996. — № 1. — С. 181 -184.
  391. , Н. Кто такие казаки-некрасовцы / Н. Обозный // Казачий Терек. 2002. — № 1 (44). — С. 6.
  392. , А. Тайна истории сталинских преступлений / А. Орлов // Огонёк. 1989. — № 47. — С. 20.
  393. , С.В. Возрождение казачества: пути и проблемы / С. В. Павловский // Известия ЦК КПСС. 1991. — № 8 (319). — август. — С. 133−135.
  394. Пеннер, Ди Энн. Взаимоотношения между донскими и кубанскими казаками и коммунистической партией в 1920—1932 гг. / Ди Энн Пеннер // Голос минувшего. Кубанский исторический журнал. Краснодар, 1997. — № 1. -С. 23−26.
  395. , Д.Д. Политические последствия эмиграции белого казачества за границу / Д. Д. Пеньковский // Научные труды Московского гуманитарного университета. М., 2005. — Вып. 58. — С. 98.
  396. Предисловие // Казачий круг. Альманах. 1991. — Специальный выпуск — 1. — С. 3.
  397. Прения // Голос минувшего. 1997. — № 1. — С. 43−52.
  398. , В.В. Россия на рубеже тысячелетий / В. В. Путин // Независимая газета. 1999. — 30 декабря.
  399. Расслоение казачьих хозяйств в конце XIX начале XX вв. // Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы / АН СССР. — Вильнюс, 1974.-С. 292−300.
  400. , В.Н. Дорогой славы, утрат и возрождения: К 150-летию образования Кубанского казачьего войска / В. Н. Ратушняк // Вольная Кубань. -2010.-14 октября. С. 6−7.
  401. , В.Н. Под стягом России. К 300-летию кубанского казачьего войска / В. Н. Ратушняк // Голос минувшего. 1997. — № 1. — С. 3−7.
  402. , О.В. Власть и казачество на Юге России в конце XX начале XXI в.: от конфронтации к сотрудничеству / О. В. Рвачёва // Власть. -2010,-№ 5. -С. 147.
  403. , C.B. Казачество, религия, терпимость / C.B. Римский // Международная жизнь 1992. — № 7. — С. 89−93.
  404. , Е.Ю. Казачество: права и обязанности сословия / Е. Ю. Рукосуев // Вопросы истории. 1998. -№ 5. — С. 137−143.
  405. , С.М. Кубанское казачество: три века исторического пути С. М. Сивков // Голос минувшего. 1997. — № 1. — С. 60−67.
  406. , А.П. Станица или столица: культурологический аспект возрождения казачества / А. П. Скорик, П. Н. Лукичёв // Полис. 1992. — № 3. -С. 153−155.
  407. , Ю. Казачество и современная Россия / Ю. Сошин // Казачья Станица. 2007. — № 2. — С. 4.
  408. Союз казаков // Российский обзор. 1992. — № 1,2.
  409. , Т.В. Казачество на рубеже XXI века: проблемы и возможности / Т. В. Таболина. Серия «Исследования по прикладной и неотложной этнологии». Документ № 109 / Институт этнологии и антропологии РАН. — М., 1997.-33 с.
  410. , Д. Казачество. Ступени возрождения / Д. Таманов // Сельская молодежь. 1997. — № 1. — С. 18−20
  411. Тер-Саркисянц, А. Е. Донские армяне и этнокультурная ситуация в Ростовской области / А.Е. Тер-Саркисянц. Серия «Исследования по прикладной и неотложной этнологии». Документ № 6 / Институт этнографии АН СССР.-М., 1990, — 17 с.
  412. , Р.Г. Казачество России: История и современность / Р. Г. Тикиджьян // Социально-политический журнал. 1994. — № 3−6. — С. 214 217.
  413. , В.А. О российском казачестве / В. А. Тишков // Свободная мысль. 1995,-№ 12.-С. 101−103.
  414. Тишков, В. А После многонациональное&trade-. Культурная мозаика и этническая политика в России / В. А. Тишков // Знамя. 2003. — № 3. — С. 179 194.
  415. , В.А. Концептуальная эволюция национальной политики в России / В. А. Тишков. Серия «Исследования по прикладной и неотложной этнологии». Документ № 100 / Институт этнологии и антропологии РАН. -М., 1996.-37 с.
  416. , Л.И. Казачество в системе социально-экономических отношений предреволюционной России / Л. И. Футорянский // Вопросы истории капиталистической России. Свердловск: АН СССР, Ур ГУ, 1972.-С. 139−157.
  417. , К.Г. Идейно-политическая дифференциация российского общества: история и современность / К. Г. Холодковский // Политая. 1998.-№ 2(8).-С. 5−40.
  418. , Г. Судьбы русской белоэмиграции в Болгарии / Г. Чернявский, Д. Даскалов // История СССР. 1961. — № 1. — С. 112−113.
  419. , Л. В.И. Ленин (о нём и кубанских казаках) / Л. Чехова // Кубань. Краснодар, 1985. -№ 4. — С. 67−70.
  420. , Ю. Кто есть кто? / Ю. Шопперт // Политический собеседник, — 1990.-№ 17.
  421. , В.Е. Расказачивание как социально-историческая проблема / В. Е. Щетнёв // Голос минувшего. Кубанский исторический журнал. -1997.-№ 1.-С. 18−22.
  422. , Д. Демократия по-казачьи / Д. Эварницкий // Кубань. Краснодар, 1992. — № 1. — С. 57−60.
  423. Юг России в политике и экономике державы. // Международная жизнь. 1992. — № 3−4. — С. 5−19.
  424. И.Ю. Изучение казачества в первое десятилетие XXI века: динамика исследований и публикаций / И. Ю. Юрченко // В мире научных открытий. Красноярск, 2012. -№ 4.2. — С. 251−266.
  425. , И.Г. Цивилизация и варварство в истории России. Статья 3. Казачество / И. Г. Яковенко // ОНС. 1996. — № 3. — С. 104−111.
  426. Диссертации и авторефераты
  427. , И.В. Власть и казачество: эволюция взаимоотношений и политического курса в XX в.: дис.. д-ра. ист. наук: 07.00.02 / И. В. Белоусов. М, 2002. — 403 с.
  428. , А.Е. Енисейское и иркутское казачество в 1917—1925 гг.: автореф. дис.. канд. ист. наук: 07.00.02 / А. Е. Богуцкий. Абакан, 2007. -22 с.
  429. , Н.В. Социологические и правовые аспекты сотрудничества органов внутренних дел с территориальными объединениями казачества: автореф.. канд. юридич. наук: 12.00.12 / Н. В. Бровко. -М., 1996.-22 с.
  430. , А.Г. Участие кубанских казаков в составе советских кавалерийских соединений в Великой Отечественной войне: 1941−1945 гг.: автореф. дис.. канд. ист. наук: 07.00.02 / А. Г. Бурмагин. Краснодар, 2011. -25 с.
  431. , К.П. Место и роль казачества в военной политики России: традиции и современность (на историческом опыте казачества Урала): дис.. канд. полит, наук: 23.00.01 / К. П. Буртный. М., 1998. — 192 с.
  432. , Ж.Б. Социально-экономические основы возрождения Забайкальского казачества: дис.. канд. социолог, наук: 22.00.04 / Ж. Б. Бутуханова. М., 1995.- 151 с.
  433. , А.Я. Социально-политическое положение Забайкальского казачества в период империализма: автореф. дис.. канд. ист. наук: 07.00.02 / А. Я. Воронина. М., 1977. — 23 с.
  434. , A.B. Оренбургское казачье войско в конце XIX начале XX вв. (1891−1917 гг.): автореф. дис.. канд. ист. наук: 07.00.02 / A.B. Ганин. -М. 2006. — 27 с.
  435. , А.Ф. Трудовое казачество Терека в борьбе за власть Советов: автореф. дис.. канд. ист. наук: 07.00.02 / А. Ф. Глушков. Нальчик, 1969.-22 с.
  436. Ю.Жайбайлиева, JT.T. Эволюция зажиточных и предпринимательских крестьянских и казачьих хозяйств на Южном Урале в период нэпа (1921−1927 гг.): автореф. дис.. канд. ист. наук: 07.00.02 / JI.T. Жайбайлиева. Оренбург, 2006. — 24 с.
  437. П.Иванова, H.H. Становление института местного самоуправления: На примере казачества юга современной России: дис.. канд. социол. наук: 22.00.04 / H.H. Иванова. Новочеркасск, 2003. — 193 с.
  438. , Б.Б. Развитие системы управления казачьих войск России (вторая половина XIX начало XX вв.): автореф. дис.. канд. ист. наук: 07.00.02 / Б. Б. Игнатьев. — М., 1997. — 21 с.
  439. , A.A. Политическая самоидентификация донского казачества: технологический аспект: автореф. дис.. канд. полит, наук: 23.00.02 / A.A. Киблицкий. Ростов н/Д, 2003. — 27 с.
  440. , A.C. Политико-административное регулирование и управление казачьими обществами юга России: На материалах Ростовской области: дис.. канд. полит, наук: 23.00.02 / А. С. Кириченко. Ростов н/Д, 2005.- 175 с.
  441. , А.И. Культура дальневосточного казачества: история формирования, проблемы возрождения: автореф. дис.. канд ист. наук: 07.00.02 / А. И. Коваленко. Владивосток, 1995. — 25 с.
  442. , Е.И. Социально-философские проблемы возрождения казачества: автореф. дис.. канд. филос. наук: 09.00.11 / Е. И. Котикова. -Ставрополь, 1997. 25 с.
  443. , С.С. Казачье самоуправление в годы гражданской войны 1917−1920 гг.: на материалах Дона и Кубани: автореф. дис.. канд. ист. наук: 07.00.02 / С. С. Кравченко. М., 2008. — 16 с.
  444. , Г. М. Кубанские и донские казачьи кавалерийские формирования в 1936—1945 гг.: историческое исследование: дис.. канд. ист. наук: 07.00.02 / Г. М. Курков. М., 2006. — 257 с.
  445. , М.Ю. Население Северного Кавказа в конце XIX первой четверти XX века: историко-демографическое исследование: автореф. дис.. д-ра ист. наук: 07.00.02 / М. Ю. Макаренко. — Краснодар, 2011. — 41 с.
  446. , Г. И. Общественно-политическая жизнь российского казачества в дальневосточной эмиграции: 1920−1945 гг.: дис.. д-ра ист. наук: 07.00.02 / Г. И. Малышенко. Омск, 2007. — 498 с.
  447. , А.Г. Российское казачество: социально-политическая ин-ституционализация в современных условиях: автореф. дис.. докт. полит, наук: 23.00.02 / А. Г. Масалов. Ставрополь, 2004. — 47 с.
  448. , Т.В. Дальневосточное казачество в период с 1900 по 1917 гг. (социально-экономическое положение): автореф. дис.. канд. ист. наук: 07.00.02 / Т. В. Махниборода. М., 1978. — 16 с.
  449. , Г. О. Возрождение политической жизни кубанского казачества (конец 1980-х 1990-е гг.): дис.. канд. ист. наук: 07.00.02 / Г. О. Мациевский. — Армавир, 2002. — 233 с.
  450. , A.A. Казачество в современном российском обществе: институционально-политический анализ: автореф. дис.. д-ра полит, наук: 23.00.02 / A.A. Озеров. Ростов н/Д, 2006. — 49 с.
  451. , Е.Е. Самоуправление казачества в условиях демократизации российского общества: На материалах Кубанского и Терского казачьих войск: дис.. канд. полит, наук: 23.00.02 / Е. Е. Прокопенко. Ставрополь, 2006. — 222 с.
  452. , В.А. Эволюция хозяйственных представлений крестьянства и казачества на Дону и Кубани в условиях новой экономической политики: 1921−1929 гг.: автореф. дис.. канд. ист. наук: 07.00.02 / В. А. Савельев. Армавир, 2009. — 25 с.
  453. , Т.В. Взаимодействие казачьих объединений и органов государственной власти: на материалах Южного федерального округа: дис.. канд. полит, наук: 23.00.02 / Т. В. Седых. Ставрополь, 2009. — 174 с.
  454. , О.И. Русское казачество и проблемы заселения, хозяйственного освоения и обороны дальневосточных рубежей в XVII-XIX вв.: дис.. канд. ист. наук: 07.00.02 / О. И. Сергеев. Владивосток, 1979. -235 с.
  455. , А.П. Казачество Юга России в 30-е годы XX века: исторические коллизии и опыт преобразований: автореф. дис.. д-ра ист. наук: 07.00.02 / А. П. Скорик. Ставрополь, 2009. — 55 с.
  456. , A.B. Динамика социально-политического и этнокультурного статуса казачества, автореф. дис.. д-ра ист. наук: 07.00.02 / A.B. Сопов. М. 2012.-68 с.
  457. , Т.В. Проблемы современного казачества: 1980 1990-е годы: дис.. д-ра ист. наук: 07.00.02 / Т. В. Таболина. — М., 1999. — 617 с.
  458. , Л.В. Донские антисоветские казачьи структуры и Германия в 1918 и 1941−1945 гг.: дис.. канд. ист. наук: 07.00.02 / Л. В. Табунщикова. Ростов н/Д, 2003. — 177 с.
  459. , М.Г. Енисейское казачество в период революционных событий 1917 г. и годы Гражданской войны: автореф. дис.. канд. ист. наук: 07.00.02 / М. Г. Тарасов. Улан-Удэ, 2009. — 23 с.
  460. Титлина, ЕЛО. Политика Российского государства в формировании Дальневосточного казачества: сущность, особенности, перспективы: дис.. канд. полит, наук: 23.00.02 / Е. Ю. Титлина. М., 1996. — 216 с.
  461. , Е.А. Терское казачество в годы революций и гражданского противостояния (1917−1923): участие, политические приоритеты, итоги: дис.. канд. ист. наук: 23.00.02 / Е. А. Ткачёв. Пятигорск, 2005. — 217 с.
  462. , В.П. Казачество России в период революций 1917 года и на начальном этапе гражданской войны: дис.. д-ра ист. наук: 07.00.02 / В. П. Трут. Ростов н/Д, 2005. — 602 с.
  463. , В.А. Казачество как субъект социально-политических отношений в истории России: дис.. канд. филос. наук: 09.00.10 / В. А. Труханов. -М., 1998.- 177 с.
  464. , М.В. Протестное движение российского казачества в условиях политики военного коммунизма и ее последствий: 1918−1922 гг.: автореф. дис.. канд. ист. наук: 07.00.02 / М. В. Филин. М., 2007. — 24 с.
  465. , И.В. Казачья эмиграция в русской диаспоре СевероВосточного Китая: 1920−1945 гг.: дис.. канд. ист. наук: 07.00.02 / И. В. Чапыгин. Улан-Удэ, 2006. — 186 с.
  466. , Н.Г. Казачество в общественно-политической жизни Российской Федерации в 1990-е гг.: дис.. канд. ист. наук: 07.00.02 / Н. Г. Чередниченко. М., 2008. — 212 с.
  467. , И.А. Казачество как субъект регионального политического процесса: по материалам Краснодарского края: автореф. дис.. канд. полит, наук: 23.00.02 / И. А. Черненко. Краснодар, 2008. — 26 с.
  468. , Я.В. Организационно-правовые основы возрождения российского казачества в постсоветское время: дис.. канд. юр. наук: 12.00.01 / Я. В. Шаповалова. Краснодар, 2000. — 200 с.
Заполнить форму текущей работой