Помощь в написании студенческих работ
Антистрессовый сервис

Основные методологические подходы к исследованию политических процессов

КурсоваяПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

Натуралистический подход Представители такого подхода к изучению политических явлений и процессов указывают на определяющую роль различных природных условий в формировании политического сознания и воли людей, их качеств, проявляющихся в их политической деятельности, из которой складываются политические процессы. Речь идёт главным образом о географических и биологических факторах их жизни… Читать ещё >

Основные методологические подходы к исследованию политических процессов (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Оглавление Введение Глава 1. Теологический подход Глава 2. Натуралистический подход Глава 3. Социоцентрический подход Глава 4. Культурологический подход Заключение Список используемой литературы

Введение

В настоящее время в мире происходят постоянные изменения стратегий и методов, и проблематика данного исследования по-прежнему несёт актуальный характер. Анализ тематики «основные методологические подходы к исследованию политических процессов» достаточно актуален и представляет научный и практический интерес.

Характеризуя степень научной разработанности проблематики «основные методологические подходы к исследованию политических процессов» следует учесть, что данная тема уже анализировалась у различных авторов, Мангейм Дж. Б., Рич Р. К., Сорокин П. А. и др., в различных изданиях: учебниках, монографиях, периодических изданиях и в интернете. Тем не менее, при изучении литературы и источников отмечается недостаточное количество полных и явных исследований тематики «основные методологические подходы к исследованию политических процессов».

Научная значимость данной работы состоит в оптимизации и упорядочивании существующей научно-методологической базы по исследуемой проблематике — ещё одним независимым авторским исследованием. Практическая значимость темы состоит в анализе проблем как во временном, так и в пространственном разрезах.

С одной стороны тематика исследования получает интерес в научных кругах, с другой стороны, как было показано, существует недостаточное разработанность и нерешённые вопросы. Это значит, что данная работа помимо учебной, будет иметь как теоретическую, так и практическую значимость. Результаты могут быть использованы для будущих исследований.

Объект работы — система реализации «основные методологические подходы к исследованию политических процессов».

Цель работы — анализ рассмотрения подходов существовавших с точки зрения как в российской, так и в зарубежной научной литературы.

Основные задачи исследования:

1. Рассмотреть «основные методологические подходы к исследованию политических процессов: теологический подход, натуралистический подход, социоцентрический подход, культурологический»;

2. Рассмотреть проблемы анализа методологических подходов к исследованию политических процессов в современных условиях;

3. Показать пути решения выявленных проблем;

4. Обозначить тенденции развитие тематики «основные методологические подходы к исследованию политических процессов»;

Работа состоит из введения, глав основной части, заключения, списка литературы.

Во введении обоснована актуальность выбора темы, определены объект, цель и соответствующие ей задачи, охарактеризованы методы исследования и источники информации, показаны научная и практическая значимость, поставлена гипотеза.

В первой, второй, третьей, четвёртой главах рассмотрены общетеоретические вопросы теологического, натуралистического, социоцентрического и культурологического подхода к исследованию политических процессов соответственно, определены основные понятия, обусловлена актуальность каждого подхода к исследованию политических процессов.

В заключении подведён итог работы, сделаны выводы.

1. Теологический подход методологический подход политический Согласно данному подходу политические явления и процессы истолковываются как божественный промысел. Поэтому исследуется главным образом не реальная политическая жизнь общества, а божественное откровение, изложенное в соответствующих религиозных источниках.

В христианстве основным источником религиозного толкования политических явлений является «Вечная книга» — Библия. В средневековой Европе эти толкования с наибольшей полнотой были представлены в произведениях Августина Аврелия (354−430) и Фомы Аквинского (1226−1274). В их учениях христианская убежденность, даже фанатизм, сочетались с реализмом и умеренностью. Сформулированные ими положения по сей день играют основополагающую методологическую роль в христианских исследованиях политических явлений.

Августин Аврелий — философ, влиятельный проповедник и политик католической церкви, родился на севере Африки. Его отец был римским патрицием, язычником, мать — христианкой. Учился в Карфагене в школе красноречия. Совершив восход к высотам римской языческой культуры (входил в круг лиц приближенных к императорскому двору), к тридцати годам резко изменил образ жизни, стал христианином. Был рукоположен в священники, а затем посвящен в сан епископа в Гиппоне — городе, расположенном недалеко от Карфагена.

Августин, прозванный блаженным, развивал взгляды о божественном преодолении развития человеческого общества, в том числе и его политической жизни. Государству — «граду Земному» он противопоставлял «град Божий»: «Один из градов желает жить по плоти, а другой по духу» См.: Сочинение Блаженного Августина «О граде Божием». — Харьков, 1891. — С. 23. Этим определяется глубокое различие принципов жизни в том и другом граде.

В граде Земном постоянно проявляется «похоть господствования», властолюбия, «управляемая и правителями и подчинёнными», т. е. присущая тем и другим. В граде же Божием «по любви служат взаимно друг другу и предстоятели, руководя, и подчинённые, повинуясь» См.: Сочинение Блаженного Августина «О граде Божием». — Харьков, 1891. — С. 24.

Соответственно решается и проблема свободы. Исходя из христианских воззрений, Августин отмечал, что человек рождается свободным, однако проявления его свободы препятствуют многие ограничения, существующие в обществе. Чтобы их преодолеть, необходима сильная воля, в том числе политическая, поскольку речь идёт об ограничениях, устанавливаемых государством. Благонамеренная политическая воля необходима, чтобы творить добро и бороться со злом в любом государстве.

Под впечатлением от захвата Рима Августин пишет тракт «О граде Божьем» (413−426), главная идея которого состоит в замене единства Римской всемирной империи (государственной власти) на единство всемирной католической церкви (духовной власти). Он обосновывает разделение власти на церковную и светскую (государственную), Августин указывал на безусловный приоритет церковной власти, идущей от бога.

Власть государственная, объяснял он, регулирует поведение людей в их временном земном существовании и сама является временной. Уже поэтому она должна подчиняться божественной власти, направляющей жизнь вечную. Земным олицетворением божественной власти, по мнению Августина, является христианская церковь.

Ход человеческой истории, по мысли Августина, предопределен Божественным проведением и представляет собой борьбу светлых и темных сил. Божество есть лишь источник добра, зло проистекает из свободной воли стремящейся к самостоятельности и не признающей Божественных установлений. В соответствии с борьбой светлых и темных сил и всемирная история распадается на два направления: приверженцы бога на земле, признающие Его волю, войдя в лоно церкви, строят град Божий, а сторонники сатаны строят град человеческий: светское, земное государство. Августин отрицательно относился ко всякого рода насилию, но понимал его неизбежность в этом мире. Поэтому он признавал и необходимость государственной власти, хотя ее носители им же самим охарактеризованы как «большая шайка разбойников». Связав царство дьявола с государством, Августин положил начало многим средневековым ересям. Смысл истории — по Августину — в победе христианства во всемирном масштабе.

XIII в. — век наивысшего могущества Римской церкви. В это время происходит окончательное становление средневековой религиозной догматики. Этим церковь обязана Фоме Аквинскому, который помимо богословия и философии трактовал проблемы права, морали, государства, экономики. Фома Аквинский родился под Неаполем, принадлежал к аристократическому роду. Фома — первый схоластический учитель церкви («князь философии»). Учился в Кельне, Болонье, Риме, Неаполе. С 1279 г. признан официальным католическим философом, который связал христианское вероучение с философией Аристотеля. Его политические взгляды изложены в работе «О правлении властителей», в комментариях к «Политике» и «Этике» Аристотеля. Одна из частей главного произведения «Сумма теологий» специально посвящена законам. В 1323 г. причислен к лику святых.

Политические взгляды Ф. Аквинского излагаются главным образом в его труде «О правлении властителя». Он утверждал, что государство берёт своё начало от Бога и направляет развитие общества, как рулевой направляет корабль. Находясь под сильным влиянием учения Аристотеля, Ф. Аквинский уделял большое влияние проблеме формы существования различных политических явления, в том числе формам государственной власти, государственного устройства и правления.

Он пытался осмыслить роль и значение в жизни людей таких форм государства, как монархия, аристократия, олигархия, демократия, тирания, при каждой из которых реализуется соответствующая форма власти. По мнению Ф. Аквинского, ни одна из названных форм государства не является совершенной, ибо не может создать всех необходимых условий для блага и счастья людей. В то же время он утверждал, что «наилучшую форму власти представляет государство, в котором сочетаются элементы монархические, аристократические и демократические» См.: Боргош Ю. Фома Аквинский. — М.: Мысль, 1975. — С. 122.

Обосновывая превосходство церковной власти над светской, Фома Аквинский доказывал, что вмешательство церкви в политические дела государства, даже её участие в свержение монарха, может быть вполне обосновано: если правитель пришёл к власти путём обмана народа, подавляет народ и в целом правит несправедливо, то народ может лишить его власти См.: Боргош Ю. Фома Аквинский. — М.: Мысль, 1975. — С. 125. В учении Фомы Аквинского признавался суверенитет власти народа: «Король, изменивший своему не может требовать повиновения. Это не восстание, направленное на свержение короля; поскольку он сам восстал, народ вправе низложить его. Однако лучше ограничить его власть, чтобы не допускать злоупотреблений. С этой целью весь народ должен участвовать в управлении. Государственный строй должен соединять ограниченную и выборную монархию с аристократией по признаку учености, и такую демократию, которая обеспечивала бы доступ к власти для всех классов посредством народных выборов. Ни одно правительство не вправе взимать налоги сверх меры, установленной народом. Всякая политическая власть осуществляется с согласия народа, и все законы должны приниматься народом или его представителями. Мы не можем быть в безопасности, пока зависим от воли другого человека».

Заслугой Фомы Аквинского является разработка теории закона. Человек как гражданин христианского государства имеет дело с четырьмя видами законов: вечным, естественным, человеческим и Божественным. Вечный закон — это Божественный разум, правящий вселенной. Вечный закон заключен в Боге и потому существует сам по себе. Все остальные законы производны и подчинены вечному. Естественный закон есть отражение Божественного закона в человеческом разуме. В силу причастности ума человека к Божественному разуму, ум человека управляет всеми его нравственными силами и является источником закона естественного (он повелевает делать добро и избегать зла). По закону естественного права протекала блаженная жизнь людей до грехопадения. Из естественного закона вытекает закон человеческий, созданный по воле людей. Целью человеческого закона должно быть общее благо, которое Фома понимает так же, как и Аристотель: Оно имеет в виду интересы, которые касаются одинаково всех граждан. Законы человеческие имеют целью принудить людей делать то, что они должны делать. А достигается эта цель тремя способами: повелевая, допуская и запрещая. Помимо направленности к общему благу, закон должен быть издан компетентной властью и обнародован. Что касается Божественного закона — то это законы Ветхого и Нового Завета, те, что ведут человека к достижению блаженства в потусторонней жизни, для чего и требуется Божественное откровение по причине недостаточности одного естественного разума.

В своих политических воззрениях Фома отвергал общественное равенство и утверждал, что разделение на сословия установлено Богом. Все виды власти на земле — от Бога. «Государственное сообщество, — писал он, — является приготовлением к высшему сообществу — государству Бога. Таким образом, государство подчиняется церкви как средство цели». При этом следует различать сущность, форму и использование власти. Установленная Богом власть несет людям добро, поэтому ей следует беспрекословно подчиняться. Главная задача государственной власти — содействовать общему благу, заботиться о справедливости в общественных делах и обеспечивать мир подданным. Но использование власти может быть дурным. Поэтому в той мере, в какой светская власть нарушает законы Бога, Подданные вправе оказывать ей сопротивление.

Благодаря Христианству политическая мысль поднималась на новый уровень. Будучи прямым источником индивидуальной морали, христианство вносило в общение людей дух нового христианского правосознания. Оно утверждало, что человеку от Бога дан индивидуальный способ существования и подчеркивало его самоценность. Наряду с этим христианство учило человека не видеть в подчиненности ненавистного бремени, а воспринимать власть как великое бремя ответственности.

Политические воззрения А. Аврелия и Ф. Аквинского оказали существенно влияние на дальнейшее развитие христианской политической мысли. На их основе и в настоящее время формируются основные методологические подходы.

2. Натуралистический подход Представители такого подхода к изучению политических явлений и процессов указывают на определяющую роль различных природных условий в формировании политического сознания и воли людей, их качеств, проявляющихся в их политической деятельности, из которой складываются политические процессы. Речь идёт главным образом о географических и биологических факторах их жизни и деятельности. Формулируемые в данном случае теоретические положения и выводы также играют методологическую роль, поскольку из них исходят, объясняя происходящие в обществе политические и другие процессы, их сущность, содержание и социальную направленность. Суть натуралистического подхода отображает попытки объяснить природу политики, исходя из доминирующего значения внесоциальных факторов, имеющих не приобретенный, а врожденный и по сути неизменный для человека характер. Так, неизменным фактором по отношению к обществу и политике, в целом выступает их природная оболочка, географическая среда по отношению же к человеку свойствами неизменности, врожденности обладают его физиологические, рефлекторные грани и качества. Поэтому и наиболее существенными ответвлениями в натуралистическом способе объяснения природы политики можно считать геополитику, биополитику и широкий круг психологизаторских концепций.

Ещё древние мыслители Геродот, Платон, Аристотель и др. указывали на важную роль природных, прежде всего географических и климатических условий в формировании характера, темперамента и воли людей, которые, в свою очередь, оказывают решающее влияние на их поведение и деятельность, в том числе политическую.

В Новое время на существенную роль климата и географической среды в поведении и деятельности людей указывали Ж. Боден и Ш. Л. Монтескье, а также Г. Т. Бокль.

Основателем доктрины, объясняющей природу политики воздействием географических факторов, можно считать французского мыслителя Жана Бодена (1530 — 1596). В одном из своих трудов он писал: «Народы умеренных областей более сильны и менее хитры, чем народы Юга; они более умны и менее сильны, чем народы Севера и более подходят для управления государством. Поэтому великие армии пришли с севера, тогда как оккультизм, философия, математика и прочие науки пришли от южных народов. Политические науки, законы, юриспруденция, искусство красноречия и спора взяли свое начало у средних народов, и у них же возникли все великие империи ассирийцев, мидийцев, персов, парфян, греков, римлян, кельтов».

Сформулированная Боденом теория влияния климата на политическое поведение людей утвердила воззрения на фатальную связь общества со средой, развитые в последствии Ш. Монтескье.

Так, Монтескье прямо связывал формы государственного правления (демократию, монархию и др.) с размером территорий, на которые распространяется государственная власть. Он писал, что «для сохранения принципов правления государство должно сохранять неизменными свои размеры» и что «дух этого государства будет изменяться в зависимости от расширения или сужения пределов его территории» Монтескье Ш. Л. Избранные произведения — М.: Государственное издательство политической литературы, 1955. — С. 266. По его мнению, «небольшие государства по своей природе должны быть республиками, государства средней величины — подчинятся монарху, а обширные империи — состоять под властью деспота» Монтескье Ш. Л. Избранные произведения — М.: Государственное издательство политической литературы, 1955. — С. 266.

Решающее значение могло придаваться, к примеру, морской стихии или Хэртленду — «сердцу Земли», включающему степные районы России, Западного Китая, Монголии, Афганистана, Ирана и Белуджистана (Г. Маккиндер), трем элементам «почвы», характеризующим «положение страны, пространство и границы (Ратцель) или же определенным тенденциям в развитии географической среды, в частности, идущему с Востока на Северо-запад иссушению Земли (Э. Хантингтон). Тем не менее, суть оставалась прежней: политические процессы неизменно оказывались величиной, зависимой от географической среды (в целом) или ее отдельных компонентов. Как это формулировал английский теоретик А. Тойнби, все стимулы к развитию «цивилизации» (т. е. всех, в том числе и политических культурно-исторических единиц, на которые с его точки зрения распадается существование человечества) растут строго пропорционально враждебности cpеды. Поэтому-то и политическое искусство коренится в борьбе с этими силами и является специфическим ответом на «вызов» среды.

В дальнейшем идеи географического детерминизма, обосновывающие решающую роль природных условий в развитии общества, были использованы в так называемой теории геополитике. Сегодня это уже сформировавшаяся наука, сложившаяся в процессе исследований влияния географических факторах жизни людей на их политическое мышление и деятельность, а так же на деятельность и взаимоотношения различных государств.

Сегодня учет геополитических факторов — неотъемлемая составная часть формирования политического курса любого государства. История предоставила убедительные факты того, как захват территории или войны за выход к морю, стремление небольших по размеру стран к нейтралитету или очевидная патриархальность режимов в государствах с преобладающим крестьянским населением иллюстрировали не просто влияние, а доминирование природных факторов на содержание политики и политических процессов.

Натуралистический подход к исследованию политических процессов использовали и учёные, убеждённые, что политическое поведение и деятельность людей определяются присущими им биологическими, физиологическими и связанными с ними психическими свойствами. В своё время на это указывали так называемые социал-дарвинисты, утверждавшие, что поведение животных и людей имеет общую биологическую основу и подчиняется одним и тем же законам. Нечто подобное утверждают представители современной социобиологии и биополитики, почти полностью игнорирующие социальные факторы при объяснении общественных процессов, в том числе политических, игнорируются прежде всего роль социальных связей и отношений в поведении и деятельности людей, каждый человек рассматривается как бы по себе; движущие силы его поведения усматриваются в его биологических потребностях и инстинктах.

Теоретические подходы биополитики своими корнями уходят в доктрину итальянских ученых XIX в. Ц. Ламброзо и М. Нордау о биологической природе господствующего класса, биологизаторские тенденции в позитивистской философии, в учение Д. Армстронга о тождестве психического и физиологического, в американский натурализм. Современная биополитика являет собой сознательно сконструированную теорию, базирующуюся на синтезе физиологии, генетики, биологии поведения, экологии и эволюционной философии. Если, к примеру, Э. Дюркгейм считал, что биологизация культурных норм, связывающих субъектов политики, приводит к аномалии, а впоследствии и к разрушению политической жизни, то сторонники биополитических подходов придерживаются прямо противоположных позиций. С их точки зрения примат инстинктивных, генетических, врожденных свойств и качеств людей только и может служить достаточным основанием для функционирования политической сферы.

Вся методология биополитики строится на признании наличия общих для человека и животных начал и понятий. Для доказательства этого широко используется принцип антропоморфоза, т. е. приписывание животным свойств, которыми они не обладают или обладают только частично, а также перенос этих качеств на область человеческого поведения. Считается, например, что людей и животных роднит генетическая приспособляемость к внешней среде, альтруизм (способность уменьшить индивидуальную приспособляемость в пользу родственной особи), способность к взаимодействию, агрессивность и т. д. И хотя сторонники биополитических подходов далеки от признания схожести всех биологических признаков животного и человека, все же физиологическая предопределенность политического поведения людей и политики в целом ни на минуту не становится ими под сомнение. Более того, некоторые ученые не только считают, что «развитие человеческой природы приводит к политическим изменениям», но и полагают, будто те или иные стадии политического развития (например, анархия, олигархия, демократия) непосредственно соответствуют стадиям индивидуального развития.

Основным объектом внимания биополитиков является политическое поведение, цель которого они усматривают в сохранении генетического материала у человека. А это, в свою очередь, возможно только при доминирующем положении врожденных стимулов и физиологических процессов.

Таким образом, биополитики как бы вносят существенную поправку в формулу бихевиоризма. Универсальная, объясняющая природу социальной политической активности людей формула биополитики приобрела законченную форму в триаде австрийского этолога К. Лоренца: «стимул — организм — реакция». При таком подходе основной акцент делается на изучение политических чувств человека (например, чувстве «политического здоровья», которое испытывает подчиненный вблизи своего вождя, или чувство «обреченности» лидера, лишенного ожидаемой им массовой поддержки). В силу такого подхода и источник политических изменений (в частности, конфликтов, революций и проч.) видится в механизмах «передачи» настроений от одного политического субъекта к другому.

Сводя политические и другие общественные явления к их биологическому основанию как к их изначальной причине, представители современной социобиологии и биополитики многократно упрощают сущность, содержание и роль в обществе этих явлений.

В частности, для объяснения политических явлений и процессов используются такие биологические понятия, как «борьба за существование», «естественный отбор» и другие. Американский учёный Ласуэл специально изучал проблему использования биологической технологии для контроля политического поведения людей, а так же «зависимость политического поведения от генетической предрасположенности человека» Зарубежная политология: Словарь — справочник. — М., 1998. — С. 34. Делаются попытки найти биологические основания таких явлений, как патриотизм и национализм (А. Адриан, Д. Дауне и др.), а также создавать уникальную теорию политической власти, применяемой к человеку и животным (П. Мейер) Зарубежная политология: Словарь — справочник. — М., 1998. — С. 52.

Современные представители биополитики нередко черпают свои аргументы из «психоанализа» — учения австрийского психиатра З. Фрейда и его последователей о роли психосексуальной энергии человека в различных проявлениях его поведения и деятельности, в том числе политических.

Речь идёт, в частности о «превращении энергии влечений» в политическую и другую деятельности людей и о влиянии этой энергии на их политические отношения. Утверждается, например, что господство одного человека над другим, в том числе политическое, обусловлено психической склонностью к мозахизму и садизму. Мозахизм проявляется «в доставляющем наслаждение подчинении разного рода авторитета», а садизм — стремлении превратить человека в «беспомощный объект собственной воли, стать его тираном, его богом, обращаться с ним так, как заблагорассудится» Браун К. — Х. Критика фрейдо-марксизма: Пер. с нем. — М.: Прогресс, 1982. — С. 139, 140.

Традиция объяснять политические процессы психическими свойствами субъектов политической деятельности свойственна Л. Уорду, Г. Лебону, Г. Тарду, Э. Дюркгейму, Л. Гумпловичу, В. Дильтею, В. Парето.

Так, по мнению Л. Уорда, основными психическими факторами цивилизации и её политической составляющей являются желания и воля людей. Г. Тард обосновал основополагающую роль психического подражания в деятельности людей, включая политическую. В. Парето, как и его предшественники Г. Лебон, Л. Уорд и Г. Тард, дал характеристику иррациональных, т. е. неосознанных побудительных сил поведения людей, в том числе их политического поведения.

На несколько ином теоретическом языке доминирование натуралистических факторов при объяснении природы политики выражено в психологизаторском течении в политологии. Впервые эти специфические модели объяснения социальных политических явлений сложились в XIX в. на фоне кризисных событий, имевших место в европейской общecтвeннoй мысли. С одной стороны, эти подходы явились острой реакцией на ряд социологических теорий (прежде всего О. Конта), отрицавших право психологии на собственное существование, а с другой — представляли попытку альтернативного учения Маркса объяснения развития социальных систем.

Если оставить за скобками различные теоретические нюансы, специфические особенности различных школ и направлений этого, то следует признать, что и сегодня, как и на заре появления этих теорий, альфой и омегой является редукция, т. е. сведение всех политических явлений к действию (или преобладающему влиянию) психологических качеств человека.

Приверженцами данной парадигмы политическое бытие, в основном, исследуется через поведенческие механизмы, изучение микрофакторов политической мобилизации и адаптации, компоненты внутренней структуры индивида, иррациональные мотивы человеческой активности и т. д. Видимо, ощущаемая и самими сторонниками данного подхода неспособность этой методологии выстроить макромодель политического развития породила и стремление распространить психологизаторские интерпретации на иной уровень политической теории. Так, в XX в. (особенно с 60-х годов) получили распространение попытки психологизаторской интерпретации политической истории. Таким образом, к традиционному спектру проблем и аргументов добавилась интерпретация политической жизни через учение скрытых мотивов поведения широких социальных слоев, например, причин войны и мира, межгрупповых фантазий, господствующих в общественном мнении, массовых психологических предпосылок терроризма и государственных репрессий, факторов, способствующих или нарушающих соучастие людей в политической жизни и т. д.

Очевидная, и в то же время спорная односторонность объясняющих политику факторов и приоритетов, отнюдь не свидетельствует о невысокой популярности натуралистической парадигмы.

Более того, последнее десятилетие показало устойчивый интерес ученых, принадлежащих к различным теоретическим и идеологическим течениям, к биометодологии. В то же время творческая полемика парадигматических подходов отнюдь не окончена.

Нет сомнений в том, что психические свойства людей играют важную роль в любой их деятельности, включая политическую, однако неверно сводить эти свойства только к природным основаниям. Они являются скорее результатом сложного взаимодействия биологических, физиологических и конечно же, социальных факторов.

3. Социоцентрический подход Социоцентрический подход объединяет группу весьма разнородных теорий, сходных в своем стремлении объяснить природу и происхождение политики через созидающую роль той или иной сферы общественной жизни или приобретения (социокультурные) свойства субъекта социального действия.

Например, широко известно теоретическое положение марксизма, объясняющее происхождение и природу политики детерминирующим влиянием экономических отношений. При таком подходе политическая надстройка целиком и полностью подчинена действию господствующих в сфере материального производства тенденций, выступая при этом как средство реализации классовых целей и сознательно формируемое явление. Такой подход все роли и функции индивида по сути сводит к социально-классовому представительству, уничтожая тем самым субъективность и индивидуальность человека как носителя политических отношений.

Наряду с такими интерпретациями политики, довольно широко распространены и попытки представить в качестве порождающей ее причины право. Именно право расценивается рядом зарубежных ученых (Р. Моор, Дж. Гудмен, Г. Макдональд и др.) как системообразующая сфера общества, обеспечивающая равновесие институтов, предотвращающая все (в том числе политические) конфликты, балансирующая активность элиты и электората, обеспечивающая необходимый контроль за деятельностью представителей граждан. С их точки зрения право, а не политика должно формировать общую властную волю общества. Одним из решающих аргументов такого рода являются ссылки на конституцию как основную форму высшего права.

Такой подход характерен для представителей классического западного консерватизма, усматривающих в конституции чуть ли ни божественное начало, обусловливающее содержание всех политических процессов.

Согласно этому подходу центром исследования политических явлений и процессов являются социальные факторы. Я неоднократно указывал на различные социальные свойства политических явлений и процессов, поэтому обратим внимание лишь на толкование социальных оснований политических явлений мыслителями прошлого и настоящего.

Например, О. Конт рассматривал политические явления как продукт «интеллектуальной эволюции человечества», воплощение его политического сознания. Именно так он истолковывал природу политических отношений субъектов и политических институтов. Роль политической науки он видел в разумном управлении политическими отношениями, установлении их гармонии на основе сочетания политических и других интересов субъектов.

К. Маркс и его последователи указывали прежде всего на объективные социальные основания политики. Политика рассматривается ими как отношения между классами, другими социальными группами, главным образом, обусловленные борьбой за политическую власть, прежде всего государственную. Указывается на зависимость политических явлений от экономических, прежде всего от существующих отношений собственности на средства производства. Подчёркивается, что экономически господствующие классы господствуют так же и в политике, подчиняют деятельность государства своим интересам. Утверждая, что политическое сознание представляет собой отражения общественного бытия людей, прежде всего существующей политической действительности, марксисты в то же время подчёркивают его активное воздействие на происходящие политические процессы.

В ХХ веке существенный вклад в политическую мысль был сделан Максом Вебером (1964 — 1920), замечательным немецким политическим экономистом и теоретиком-социологом. Чтобы понять историю модернизации, писал Вебер, надо рассматривать направление сложных и взаимосвязанных изменений от «традиционных» образований к «рациональным» во всех сферах социальной жизни. Он выделяет в политической сфере три типа легитимного господства, то есть такого господства, которое признано со стороны управляемых индивидов. Первый тип господства он называет легальным — так он предпочитает называть правовое государство, в котором подчиняются не личности, а законам. Другой тип легитимного господства — традиционное — основано на вере не только в законность, но даже в священность издревле существующих порядков и властей. Ярким примером такого господства является патриархальное господство (греч. charisma — божественный дар), которое представляет собой прямую противоположность традиционному, так как опирается не на обычаи и привычки, а на нечто необычное — силу дара харизматика.

Вебер обратил внимание на усиливающуюся бюрократизацию общественной жизни в правовых государствах начала ХХ века, что, по его мнению, могло привести к возможному конфликту между бюрократией и демократией. Одним из первых отметил парадокс демократизации: результатом вовлечения масс в социально-политическую жизнь является возникновение большого количества организаций, которые затем становятся деструктивными для демократического политического функционирования. Чтобы избежать тирании бюрократов, Вебер предлагает теорию плебисцитарной демократии, согласно которой харизматический лидер, выбранный плебисцитарным способом (прямое голосование всего народа), должен дополнить недостаточную легитимирующую силу парламентской демократии. Именно харизматический лидер, по мнению Вебера, во многом может решить вопрос взаимоотношения личности, общества и государства в XX веке.

М. Вебер всесторонне обосновал роль и значение в обществе политической власти, глубоко вскрыл её социальный характер и формы проявления. По его мнению, все проблемы политики так или иначе связаны с функционированием политической власти. Сама политика трактовалась им как «стремление к участию во власти или к оказанию влияния на распределение власти» между группами людей или государствами.

Социоцентрический подход к исследованию политических процессов используют и развивают многие современные учёные. Большинство из них не отрицает значение природных факторов в развитии общества и в политике, однако решающую роль отводят социальным факторам. Можно сказать, что в настоящее время социоцентрический подход к анализу политических явлений и процессов является наиболее распространённым и играет первостепенную методологическую роль в их научном исследовании.

4. Культурологический подход Культурологический подход — представляет собой использование методологических наработок других гуманитарных наук на политическом материале. Основанный на попытке понимания специфики политической культуры той или иной страны или нации, данный подход, с одной стороны, фактически является распространением на политическую сферу исторического метода исследования культуры, который в этом случае концентрируется на объектах, имеющих политическую окраску. В этом плане очевидно заимствование аналитических приемов культурологии и истории. С другой стороны, он во многом продолжает традиции бихевиоралистского направления, пытаясь выделить специфику политического поведения индивида, связанную с его национальными и социальными особенностями. Следовательно, культурологический подход использует и методы психологии, а значит, применяет аналитические процедуры, присущие сразу нескольким гуманитарным дисциплинам.

Сторонники этого подхода основное внимание сосредотачивают на анализе политической деятельности отдельных индивидов, каждый из которых рассматривается как носитель определённой культуры, выраженной в системе его знаний, навыков, умений, интересов, ценностных ориентаций и т. д.

Любое политическое явление рассматривается как воплощение в нём тех элементов культуры, которыми обладают субъекты политической деятельности. В конечном счёте человек с его культурными свойствами характеризуется как основной фактор политических процессов, определяющий их содержание и социальную направленность.

Приверженцы культурологического подхода (М. Шеллер, Ф. Боас, Г. Альмонд и др.) главным назначением политики признают реализацию культурных свойств человека, в том числе его политической культуры. В данном случае личность представляется «в качестве источника и ядра политической жизни» Соловьёв А. И. Политология. Политическая теория, политические технологии. — М.: Аспект — Пресс, 2001; С. 45.

Подчёркивается, что сознание и другие культурные свойства личности уникальны и неповторимы, поэтому уникальным является её восприятие мира, в том числе политической действительности. Какие либо социальные связи личности с другими людьми и социальными группами игнорируются; даже если признаётся, что человек действует совместно с другими людьми, то их «общий интерес» трактуется не как выражение их взаимозависимости, а как результат сбалансированности их частных интересов.

Подчёркивается, что сознание и другие культурные свойства личности уникальны и неповторимы, поэтому уникальным является её восприятие мира, в том числе политической действительности. Какие либо социальные связи личности с другими людьми и социальными группами игнорируются; даже если признаётся, что человек действует совместно с другими людьми, то их «общий интерес» трактуется не как выражение их взаимозависимости, а как результат сбалансированности их частных интересов.

Обоснованием роли личности с её культурными свойствами и творческой деятельностью в политических процессах помогает глубже и нагляднее представить эти процессы. Однако необходимо учитывать, что в них личность действует в тесном взаимодействии с другими людьми — только в этом случае становится научно объяснимым социокультурное содержание её деятельности.

Рассмотрение политического процесса сквозь призму культурных установок, признанных обществом жизненно важными, дает многие преимущества в исследовании разных политических культур. Но он имеет и массу недостатков. Недостатки — в том, что всегда не хватает фактических данных, в том, что историзм может увести от создания обобщенной теоретической модели в структурном ее понимании; сам метод анализа специфики явлений политики как культурно обусловленных дает конструктивные результаты только на уровне конкретно-теоретического анализа, когда исследуются локальные процессы и явления и не требуются масштабные обобщения.

Заключение

В данной работы были рассмотрены «основные методологические подходы к исследованию политических процессов» — теологический подход, натуралистический подход, социоцентрический подход и культурологический подход.

Суть теологического подхода состоит в объяснении политики и власти божественной волей. Ее возникновение связано с ранними этапами теории, когда человечество не имело рациональных представлений о политике.

Натуралистический подход ориентируется на обусловленность политики географической средой, биологическими и психическими качествами людей.

Социоцентрический подход истолковывает политику как производную других сфер жизни общества — экономики, социальной структуры, права, культуры, этики и ориентируется на выявление важнейших элементов политики, раскрытие ее противоречивости и конфликтогенности.

В культурологическом подходе основное внимание исследователи сосредотачивают на анализе политической деятельности отдельных индивидов, каждый из которых рассматривается как носитель определённой культуры, выраженной в системе его знаний, навыков, умений, интересов и ценностных ориентаций.

В современном процессе исследования политических явлений и процессов подавляющее число политологов опирается на социоцентрический подход в исследовании данных вопросов. В то же время теологический подход полностью утратил свою значимость для исследователей данных вопросов и проблем. Лучшие аспекты и основные положения натуралистического и культурного подходов к исследованию политических процессов и явлений были включены в современную концепцию социоцентрического подхода.

Таким образом в данной работе я рассмотрел основные методологические подходы к исследованию политических процессов и явлений, их сильные и слабые стороны, показал их актуальность в современной политической мысли и выделил наиболее используемый политологами.

Список используемой литературы

1. Актон Д. История свободы в античности // Полис, 1993, № 3.

2. Антология мировой политической мысли: в 5 т. — М., 1997. Т. III — IV.

3. Аристотель. Политика. Афинская полития. — М., 1997.

4. Ашин Г. К. Политическая философия в структуре политической науки // Человек-Философия-Гуманизм: Тезисы докладов и выступлений Первого российского философского конгресса (4−7 июня 1997 г.): В 7 т. Т. 4. Социальная философия и философия политики. СПб., 1997. С. 255−256.

5. Белов Г. А. Политология. — М., 1994. Гл. 6, § 6−8.

6. Белов Г. А. Политология. — М., 1996. Гл. 3.

7. Белов Г. А. Политология: Курс лекций. — М., 2005.

8. Браун К. — Х. Критика фрейдо-марксизма: Пер. с нем. — М.: Прогресс, 1982.

9. Бро Ф. Политология. — М., 2002.

10. Вершинин М. С. Политология русского консерватизма (XIX — начало ХХ в.). — Спб., 1996.

11. Гаджиев К. С. Политическая наука. — М., 1994. Гл. 6, § 1−5.

12. Гаджиев К. С. Эпоха демократии? // Вопросы философии, 1996, № 9.

13. Гаджиев К. С. Политическая наука. 2-е изд. — М., 2004.

14. Гнатюк О. Л. Русская политическая мысль начала ХХ века: Н. И. Кареев, П. Б. Струве, И. Ильина — Спб., 1994.

15. Гоббс Т. Левиафан // Соч. — М., 1986. Т. 3.

16. Денкэн Ж. М. Политическая наука / Пер. И. А. Гобозова. М., 1993. С. 72−74.

17. Замалеев А. Ф., Осипов И. Д. Русская политология: обзор основных направлений. — Спб., 1994.

18. Зарубежная политология: Словарь — справочник. — М., 1998. — С. 648

19. Исаев И. А., Золотухин Н. М. История политических и правовых учений России XIX — XX вв. — М., 1995.

20. История политических и правовых учений / Под ред. О. Э. Лейста. — М., 1997.

21. Концепция современной политологии (введение). — М., 2002.

22. Мухаев Р. Т. Политология. Учебник для вузов. — М., 1997. Тема III.

23. Монтескье Ш. Л. Избранные произведения — М.: Государственное издательство политической литературы, 1955

24. Общая и прикладная политология // Под ред. Жукова В. И., Краснова Б. Н. — М., 1997. С. 40 — 44.

25. Пивоваров Ю. С. Концепция политической культуры в современной науке // Политическая наука. Теоретико-методологические и историко-культурные исследования М., 1996. С. 23

26. Политология. Курс лекций. Издание третье, переработанное и дополненное // Под ред. М. Н. Марченко. — М., 2003.

27. Политология. Учебник для вузов / Под ред. М. А. Василика. — М., 1999. Гл.

28. Пугачев В. П., Соловьев А. И.

Введение

в политологию. Изд. 3-е, перераб. и доп. — М., 2006.

29. Рогачев С. В. Политология (введение к предмету) — М., 2002.

30. Санистебан Л. С. Основы политической науки. — М., 2000.

31. Соловьев А. И. Культура власти на политическом перекрестке эпох // Власть. 1998. № 2. С. 15−23.

32. Соловьёв А. И. Политология. Политическая теория, политические технологии. — М.: Аспект — Пресс, 2001

33. Цыганков А. П. Современные политические режимы: структура, типология, динамика. — М. 1995.

34. Эрме Г. Авторитаризм // Политология вчера и сегодня. — М., 1991. Вып. 3.

Показать весь текст
Заполнить форму текущей работой