Помощь в написании студенческих работ
Антистрессовый сервис

Маком и фалак как явления профессионального традиционного музыкального творчества таджиков

ДиссертацияПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

За короткое время было сделано очень многое, преобразования затронули весь спектр проявлений социокультурного процесса — начиная от образовательных и культурных институтов до конкретных форм и видов музыки. При этом, к сожалению, устойчивые многовековые профессиональные музыкальные традиции таджиков уходили как бы в «никуда». Парадокс заключается в том, что о национальных традициях вообще… Читать ещё >

Маком и фалак как явления профессионального традиционного музыкального творчества таджиков (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Содержание

  • ГЛАВА I.
  • К ПРОБЛЕМЕ ИЗУЧЕНИЯ ТРАДИЦИОННОГО МУЗЫКАЛЬНОГО ПРОФЕССИОНАЛИЗМА
    • 1. 1. О ПРОФЕССИОНАЛИЗМЕ В ТРАДИЦИОННОМ ИСКУССТВЕ
    • 1. 2. ОСОБЕННОСТИ ИЗУЧЕНИЯ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ВЕТВИ МУЗЫКАЛЬНОГО ТВОРЧЕСТВА ТАДЖИКОВ
  • ГЛАВА II.
  • ВЕДУЩИЕ ФЕНОМЕНЫ ТАДЖИКСКОГО ТРАДИЦИОННОГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО МУЗЫКАЛЬНОГО ТВОРЧЕСТВА
    • 2. 1. ШАШМАКОМ — ВЕРШИНА КЛАССИЧЕСКОЙ МУЗЫКАЛЬНОЙ ТРАДИЦИИ ДОЛИННЫХ ТАДЖИКОВ
    • 2. 2. ФАЛАК-ЯВЛЕНИЕ МУЗЫКАЛЬНОГО ТВОРЧЕСТВА ГОРЦЕВ
    • 2. 3. К ПРОБЛЕМЕ ПРОФЕССИОНАЛИЗМА В ФАЛАКЕ
  • ГЛАВА III.
  • СИСТЕМА УСТОД-ШОГИРД КАК ИНСТИТУТ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ УСТНОЙ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ТРАДИЦИИ
    • 3. 1. ХАРАКТЕРИСТКА СИСТЕМЫ УСТОД-ШОГИРД
    • 3. 2. БАЁЗ («УЧИТЕЛЬСКАЯ ТЕТРАДЬ») И ЕГО РОЛЬ В ПРОЦЕССЕ ОБУЧЕНИЯ
  • ГЛАВА IV.
  • МАКОМ, РАГА, ФАЛАК: СХОДСТВО И РАЗЛИЧИЯ
    • 4. 1. ТЕРМИНОЛОГИЯ И СУЩНОСТНЫЕ ПАРАМЕТРЫ
    • 4. 2. ХАРАКТЕР ТВОРЧЕСКОГО ПРОЦЕССА: ПРИНЦИП АСЛ-ФАР'
    • 4. 3. РОЛЬ ТАРОНА В ОБРАЗОВАНИИ ЦИКЛА
  • ГЛАВА V.
  • ТРАДИЦИОННОЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЕ МУЗЫКАЛЬНОЕ ТВОРЧЕСТВО И СОВРЕМЕННОСТ
    • 5. 1. ТРАДИЦИОННЫЕ И СОВРЕМЕННЫЕ ФОРМЫ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ
    • 5. 2. ПРОБЛЕМЫ УСТНОГО ПРОФЕССИОНАЛИЗМА В СИСТЕМЕ ОБРАЗОВАНИЯ

Традиционное профессиональное музыкальное творчество таджикского народа — явление необыкновенно богатое, многогранное, уходящее своими корнями в глубь веков. Однако XX столетие стало для него временем серьезных испытаний. Вместе с большими переменами социально-политического характера, началось строительство новой по форме и содержанию музыкальной культуры. Таджикская музыка становилась частью единого культурного комплекса страны Советов. Мощным и конкретным был размах этого строительства. Казалось, от желания достигнуть общей для всех республик парадигмы сжималось время. Такими ускоренными были планы, темпы, сроки.

За короткое время было сделано очень многое, преобразования затронули весь спектр проявлений социокультурного процесса — начиная от образовательных и культурных институтов до конкретных форм и видов музыки. При этом, к сожалению, устойчивые многовековые профессиональные музыкальные традиции таджиков уходили как бы в «никуда». Парадокс заключается в том, что о национальных традициях вообще говорилось очень много. Они выступали критерием в оценке самых различных художественных явлений. Но представления об этих традициях приобрели довольно специфический характер. В них (представлениях) разрывалась связь между «национальным» и собственно «традиционным». В последнее привносился оттенок «музейности"1 (в лучшем случае) или „пережитков прошлого“ (в худшем варианте). В силу этого профессиональные музыкальные традиции вступили в „полосу невезения“. Одним из проявлений невезения было и причисление жанров профессиональной традиции к фольклору. В определённой степени это было обусловлено и состоянием музыкальной науки. Так, о „невозможности провести отчётливую границу между фольклором и профессиональным искусством устной традиции“ пишет Н. Шахназарова [261, с. 39]» .

Отмеченная активная модернизация фактически поставила под угрозу сам факт существования данного искусства в качестве живого, развивающегося пласта культуры. При этом макомы были включены в звуковой тезаурус эпохи, о чем красноречиво свидетельствует факт создания ансамбля макоми-стов при Комитете по радиовещанию (1946). Но исполнители заучивали на слух мелодию как простую песню, не представляя и не осознавая принципов организации макома. Во всём этом проявлялась сложность и противоречивость данного периода.

К счастью, подобная тенденция была преодолена. Заметный перелом, наступивший в 70-х годах прошлого столетия, заложил начало постепенного перехода к новому этапу. В качестве точки отсчёта здесь обычно называют острую дискуссию, имевшую место на VII Международном музыкальном конгрессе в 1973 году [158], а в секторе образования — открытие кафедр восточной музыки в Ташкентской государственной консерватории им. М. Аш-рафи (1972) и в Таджикском государственном институте искусств им. М. Турсунзаде (1979) по инициативе и под непосредственным руководством известного макомоведа, профессора Ф. М. Кароматова. Одним из показателей изменения ситуации стало внимание к традиционному музыкальному профессионализму со стороны исследователей.

Не удивительно, что проблемы, связанные с изучением традиционного музыкального творчества таджикского народа обусловлены, прежде всего, многообразием его жанровых и локально-стилевых проявлений, а также неизученностью составляющих элементов. Своеобразным «камнем преткновения» здесь является отсутствие упомянутой выше четкой грани между двумя формами существования традиционного творчества таджиков — фольклорной и профессиональной. При отсутствии полноценной научной дифференциации жанров по критерию профессионализма, данное обстоятельство сказывается непосредственно на процессе их изучения.

Как известно, помимо Шашмакома, точнее макома — самого изученного з и уже официально признанного в качестве профессионального жанра, в таджикской музыке существует ряд жанров, практически неизученных и, в силу этого, не соотносимых однозначно с профессиональным или фольклорным типом творчества. Речь идет, в первую очередь, о таких жанрах как фалак, маддох, наът, кисса, агиула, ашулаи калон и др. Из них самым распространенным и значимым является фалак, в котором наиболее отчетливо проявляются черты профессионализма.

В связи с этим необходимо подчеркнуть, что проблема профессионализма в устной музыкальной традиции по сей день относится к крайне мало разработанным. Именно поэтому в стремлении осмыслить многообразие проявлений таджикского музыкального профессионализма, исследователь неизбежно столкнется и с целым рядом проблем, связанных с изучением профессиональной музыкальной традиции — вне зависимости от принадлежности последней к той или иной конкретной традиционной культуре.

Изложенное обусловило актуальность темы настоящего исследования, а также определило цели и задачи. Его объектом является устное профессиональное музыкальное творчество таджикского народа. Предмет научного интереса — маком и фалак как ведущие и взаимосвязанные жанры этого творчества. Но если принадлежность к профессиональной традиции первого из них на сегодняшний день уже не нуждается в специальном подтверждении5, то профессионализм фалака необходимо аргументировать в процессе исследования. В связи с этим основная цель исследования — двоякая. Поскольку принадлежность фалака к профессиональной традиции может быть доказана лишь на основе предварительного целенаправленного изучения практически неисследованного жанра, только в контексте реализации этой цели становится возможным сопоставление двух полюсов традиционного музыкального искусства таджиков — макома и фалака как двух неповторимых и, одновременно, взаимосвязанных явлений традиционного профессионализма.

Осуществление цели требует решения ряда задач.

В первую очередь — это анализ основных проблем изучения таджикской традиционной профессиональной музыки в контексте проблематики традиционного профессионализма в целом. В русле данной задачи возникает необходимость освещения следующих вопросов:

1. обобщить основные параметры проявлений традиционного профессионализма и определить критерии, необходимые для построения концепции;

2. выявить сущностные признаки устной профессиональной музыкальной традиции и обозначить понятие «классика» с учётом его соотношения с музыкальным устным профессионализмом в целом;

3. обосновать правомерность изучения музыкального профессионализма таджиков с точки зрения единого культурного пространства, внутренне дифференцированного на долинное и горное;

4. охарактеризовать степень изученности проблемы исследования традиционного музыкального профессионализма таджиков и представить в диахроническом ракурсе существующую методологию.

По мере осмысления обозначенных вопросов открывается перспектива решения основополагающих задач — характеристики двух феноменов традиционного профессионального музыкального творчества: макома как классического олицетворения традиции (музыка долинных таджиков) и фалака — репрезентирующего «неклассическую» систему (музыкальный профессионаI лизм горцев). Здесь оба жанра необходимо рассмотреть с точки зрения основных параметров музыкального профессионализма системы макамата, осветив вопросы их генезиса, семантики, терминологии, структуры и исполнительской практики. Особо следует выделить задачу осмысления традиционной системы обучения устод-шогирд как основного института функционирования традиционного профессионализма.

В результате решения обозначенных задач открывается возможность постановки следующей — продемонстрировать принадлежность фалака к профессиональной ветви устной музыкальной традиции путем выявления сходства и различия макома и фалака с дополнительным подключением еще одного жанра восточной классической традиции — раги. Это связывается с целым комплексом вопросов: сопоставлением терминологии и сущностных параметровосмыслением принципа асл-фар' как организующего начала в творческом процессерассмотрением роли тарона6 в образовании цикла. Наконец, итоговой задачей настоящей работы является характеристика проявлений традиционного профессионального музыкального творчества в современных условиях. Здесь заявлены проблемные вопросы, затрагивающие сферу, по сей день волнующую музыкальную общественность республики: характеристика подходов к устному музыкальному профессионализму в системе образованиярассмотрение традиционных и совре-менных форм функционирования этого типа творчества.

Методология исследования базируется на принципах комплексного и системного подходов. Это позволило рассматривать сущностные параметры традиционного музыкального профессионализма таджиков как одно из проявлений канонической системы макамата (в синхроническом и диахроническом планах). Одним из аспектов отмеченных подходов стало обращение к характерному для мировоззрения Ислама принципу «концептуальной бинар-ности» асл-фар' («основа-ответвление»), с помощью которого были выявлены закономерности макомного мышления. При построении концепции учитывались положения этнической традиции (Л. Гумилев), так называемого экологического мышления, а также моделирования геокультурных образов (Д. Замятин) и теории социальных эстафет (М. Розов), создающей единый аналитический аппарат для теоретического описания многообразия традиций.

Основополагающую роль в формировании концептуальной основы настоящей работы сыграли методы и подходы к изучению традиционной музыки изложенные в трудах Б. Асафьева, В. Беляева, Ф. Шахобова, И. Земцов-ского, Ф. Кароматова, К. Квитки, Е. Гиппиуса, Н. Нурджонова и других исследователей. Особо выделим работы С. Аверинцева, Э. Алексеева, С. Га-лицкой, Л. Мазеля, М. Сапонова, А. Сохора, Н. Шахназаровой, Ш. Шукурова, способствующие выявлению признаков профессионализма в традиционном искусстве. Здесь же следует отметить позиции И. Еолян, Н. Тагмизяна, М. Харлапа, М. Дрожжиной позволяющие раскрыть отдельные параметры данного профессионализма.

Понимание принадлежности жанров профессионального музыкального творчества таджикского народа к единой системе макамата во многом складывалось на основе исследований, посвященных другим элементам этой системы — макаму и pare (Г. Фармера, А. Даниелу, В. Бхаткханде, Ю. Эльснера, В. Ширали, Дж. Раси), дастгяху и мугаму (У. Гаджибекова, М. Баркашли, Ф. Амирова, С. Багировой, Т. Джанизаде, М. Карпычева, С. Агаевой, Г. Шамил-ли). В разработке проблем, связанных с историкои социокультурными аспектами предмета исследования, существенную помощь оказали труды С. Айни, Е. Бертельса, М. Шукурова, Т. Вызго, Ф. Кароматова, Н. Нурджонова, Р. Амонова, Т. Левина, JL Сакаты, 3. Таджиковой, О. Матякубова, Т. Гафур-бекова, А. Джумаева, А. Низомова, А. Раджабова, Н. Хакимова, С. Худой-бердиева, О. Ибрагимова и др. С их помощью были раскрыты представления о генезисе и развитии макома и фалака — профессиональных жанров таджикской традиционной музыки. Теоретический аспект диссертации формировался на основе работ Ф. Шахобова, И. Раджабова, С. Галицкой, О. Матякубова, Ю. Плахова, Ф. Ульмасова. При этом труды Ф. Шахобова, И. Раджабова, А. Абдурашидова способствовали формированию аналитического аппарата. Благодаря проецированию изложенных в них основных теоретических положений на неисследованный ранее музыкальный жанр (фалак), возникла возможность предложить принципиально новый ракурс в исследовании элементов обозначенной системы (макамата), а именно — сравнительный анализ макома, раги, фалака. Отражению профессиональных жанров таджикской традиционной музыки как живой действующей традиции способствовали труды Ф. Кароматова, В. Юнусовой, А. Абдурашидова, раскрывающие эти явления как динамичный творческий процесс.

Методология изучения обозначенной проблематики складывалась в прямой зависимости от условий функционирования жанров традиционного профессионализма таджиков. Данное обстоятельство диктует необходимость более детального освещения процесса научных поисков и определения новых подходов, соответствующих современным реалиям. В связи с этим анализу степени изученности проблемы, методологии ее изучения (с характеристикой основных этапов), а также формированию собственной позиции автора настоящего исследования, посвящена отдельная (вводная) глава работы.

Материал исследования отражает его этномузыкологическую специфику и представлен следующими группами источников:

1. Музыкально-истоковедческая база складывалась преимущественно на основе полевых материалов, собранных автором настоящей диссертации в процессе экспедиционной работы с 1983 по.2008 гг. Все экспедиции (около 20, включая 5 международных) осуществлялись под руководством автора данной работы и охватили все регионы Таджикистана — Согдийскую область (Исфара, Истаравшан, Пенджикент, Матча, Худжанд), Хатлонскую область (Бальджуван, Восе, Дангара, Куляб, Сари Хосор, Мир Сайид Алии Хамадони, Шурабад), Горно-Бадахшанскую автономную область (Бартанг, Барсем, Би-духт, Рошткалъа, Рушан, Спонч, Хорог). Сюда входят труднодоступные высокогорные районы Памира и Кухистана.

2. Был исследован весь комплекс материалов личного архива выдающегося таджикского исполнителя и исследователя макомов, композитора Ф. Шахобова (1911 — 1974)7 [375], материалы архива Фонда фольклора Институо та языка и литературы Академии наук Таджикистана и материалы (воспоминания) Народного гафиза Таджикистана, макомиста Нериё Аминова [373];

3. Проанализированы и сопоставлены опубликованные к настоящему времени полные циклы Шашмакома: «Шесть музыкальных поэм (макомов), записанных В. Успенским в Бухаре. Шашмаком: Бузрук. Рост. Наво. Дугох. Сегох. Ирок» / под редакцией Фитрата и Н. Миронова (М., 1924) — «Шашмаком». Составлено и записано Б. Файзуллаевым, Ш. Сахибовым, Ф. Шахобо-вым / Под ред. В. Беляева. В 5-ти томах (М., 1950, 1954, 1957, 1959, 1967) — «Бухарские макомы». Записано Ю. Раджаби // Узбек халк музикаси. Т. 5. / Под ред. И. Акбарова. — Ташкент, 1959; Шашмаком. Записано Ю. Раджаби / Под ред. Ф. Кароматова. В 6-ти томах (Ташкент, 1966, 1968, 1970, 1972, 1973, 1975).

4. Трактат персоязычного поэта Индии, музыканта и ученого Амира Хусрава Дехлави «Дар иншиоби усул ва фуруьи мусикиъ (XIII в.) — трактат персоязычного индийского автора Воджида Али Хона «Матлаъ аль-улум ва маджмаъ аль-фуную> (XIX в.).

Научная новизна исследования сопряжена с его проблематикой и вытекает из заявленной цели и задач, где впервые: объектом комплексного исследования становится устное профессиональное музыкальное творчество таджикского народапредметом такого исследования являются маком и фалак как два ведущих и взаимосвязанных жанра профессиональной традиционной таджикской музыкичерез обращение к характерному для мировоззрения Ислама принципу «концептуальной бинарности» асл-фар' («основа-ответвление») были выявлены закономерности макомного лшишения9- предпринято осмысление принципа асл-фар' как организующего начала в творческом процессе, что в комплексе с выявлением роли тарона в качестве исторически связующей формы между макомом, фалаком и рагой позволило обозначить принципиально новый ракурс в исследовании таджикской профессиональной музыки устной традиции — рассматривать ее как целостное явление. рассмотрено понятие «классика» в аспекте дифференциации жанров профессиональной светской музыкальной традиции. Это позволило уточнить ряд терминологических и содержательных моментов в сфере рассматриваемой проблематики. Речь идет о содержании и соотношении понятий «традиционное профессиональное музыкальное творчество» и «классическая восточная музыка» с последующей их проекцией на рассматриваемые жанрымаком и фалак. Предложенные в данном направлении наблюдения в определенной степени способствовали дифференциации проявлений традиционного профессионализма на «классические» и «неклассические» и формированию нового (сравнительного) подхода к изучению жанров устной музыкальной профессиональной традиции таджиков.

Кроме того, впервые представлена объемная и детальная характеристика фалака как «неклассического» элемента традиционного музыкального профессионализма таджиков (при этом в научный оборот вводятся новые данные, полученные в результате многочисленных экспедиционных исследований автора настоящей диссертации).

Новизну исследования обусловили также введение в орбиту музыкознания созданного в 50-е годы XX века трактата по Шашмакому Фазлиддина Шахобова, уточнение некоторых научных представлений о параметрах Шаш-макома (специфики формообразования шуъба макомов, особенности трактовки усуля сакгшъ, конкретизации системы намудов и др.). Здесь же в качестве момента новизны необходимо отметить характеристику и осмысление основных параметров системы традиционного обучения устод-гиогирд, в частности, предпринятое определение двух типов трактатописания в средневековой науке — с последующим рассмотрением традиции шарти мутриби (позже — баёз) как неотъемлемой составной части этой системы.

Впервые вовлечена в научный обиход и обнаруженная автором настоящей диссертации (в процессе работы с исполнителями фалака — фалакхонами10) конкретная ладовая система чормуком (именуемая также чормодарон) с последующим выявлением её жанрового ареала и характера функционирования.

Структура работы также обусловлена ее целью и поставленными задачами. Она состоит из Введения, пяти глав (каждая из которых посвящена масштабной проблеме, формирующей концептуальный замысел исследования), Заключения. В 5-ти Приложениях представлены выполненные автором расшифровки музыкальных образцов, приведены несколько фотографий традиционных исполнителей (макомистов и фалакхонов), схема Шашмакома, карта Таджикистана и таблицы, иллюстрирующие сравнительно-сопоставительный анализ терминологии, употребляемой в различных трактатах.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

.

Профессиональное музыкальное творчество таджикского народа — явление, которое нуждается в нашем внимании и защите. С одной стороны — это целостный культурный феномен. С другой — оно представлено двумя ярчайшими художественными самоценными системами, олицетворяющими музыкально-творческую мысль таджикского народа и наделенными своей, подчас драматичной судьбой.

Это означает, что между Шашмакомом и Фалаком есть много общего и, в то же время, они уникальны — каждый по-своему. Не случайно в качестве образно-географичес-кой интерпретации таджикской музыкальной культуры в исследовании избран образ «горы-долины». Данный образ — не только художественно-культурный символ, он обладает и определенной социально-политической окраской. Определяя консолидацию и единство как вектор развития нации, одновременно показывает самоценность региональных культур. При всей противоположности составляющих коррелятивной пары, они не оппозиционны. Не могут существовать горы без долин, а долины — без гор.

Общность этих жанров обусловлена, в первую очередь, принадлежностью к профессиональной ветви традиционного искусства. Но уже здесь они развивались каждый своим путем. Если маком складывался как искусство элитарное (даже дворцовое), то фалак, изначально возникший в народной музыке, в своем развитии двигался двумя путями: сохраняясь как жанр народного творчества (фалаки помири, фалаки дашти) и преображаясь в профессиональный жанр традиционного искусства. По-разному сложились их судьбы и в XX столетии. Маком (символ долинного музыкального мышления), изначально обладавший широчайшим ареалом бытования, получивший глубокое научно-теоретическое осмысление, пережил сложный период, грозивший ему потерей перспективы развития в качестве живой, действующей традиции. Фалак, напротив, развивался стабильно, но локально, оставаясь практически малоизвестным за пределами горного региона и обделенным вниманием исследователей.

Отмеченная профессиональная принадлежность фалака отчетливо обозначилась именно в результате проведенного исследования. Важнейшими аргументами здесь являются следующие параметры: наличие устоявшейся канонической системы, института изустной передачи традиции устод-шогирд, наличие скрытой (практической) теории, развитой ладовой системы основанной на звуковысотной каноничности базового инструмента. Здесь следует подчеркнуть: данная система, обозначенная в традиции фалака как чормода-рон или чорльуколь фактически аналогична организации ладовой системы ма-камата, что позволяет отнести фалак к системе макамата. Это заключение подкреплено и общностью основ лшколш и профессионального фалака — классической таджикско-персидской поэзией. Однако при всем сходстве отмеченных параметров, существует одно важное различие между жанрами маком и фалак. Если маколг развивался в контексте традиции трактатописа-ния (следовательно, обладал развитой письменно зафиксированной научной теорией), то теория фалака всегда оставалась устной. Именно поэтому в настоящем исследовании определение «классическая музыка» бесспорно только в отношении лшколш. В связи с этим фалак предварительно определен как жанр профессиональный, но не классический, несмотря на то, что он (как и маком) основан также на классической таджикско-персидской поэзии.

Еще один принципиально новый вывод, позволяющий говорить о принадлежности фалака к системе макамата, возник в результате изучения функции тарона в раге, маколге и фалаке. Эта простая песенная форма в одном случае является генетической основой жанра (фалак). В другом — выполняет лишь вспомогательную связующую функцию (Шашмаком). А в третьем, будучи привнесенной на определенном этапе развития жанра (XIII в.), определяется в настоящее время как часть его музыкальной композиции (рага).

Рассмотрение в процессе исследования мировоззренческого по своей природе парного понятия асл-фар', позволило придти к выводу о том, что данный принцип выступает в Шашмакоме и Фалаке как основной формообразующий фактор. Более того, на нём основана традиционная система обучения раги, макома и фалака. В связи с этим можно утверждать, что асл-фар' как атрибут познавательного и практического процесса целесообразно взять за основу в системе традиционного обучения. Попутно отметим, что проявление данного принципа во всех рассмотренных жанрах является еще одним аргументом в пользу принадлежности фалака к системе макамата.

Завершая изложение, необходимо подчеркнуть, что на современном этапе развития таджикской музыкальной культуры состояние профессиональной музыкальной традиции можно определить как удовлетворительное. Это означает, что наметились тенденции к ее репродуктивному функционированию. В контексте процесса традиционализации маком и фалак становятся частью современной культуры. Возвращаются традиционные формы музицирования, маком и фалак начинают обретать былую центральную функцию.

При этом важной приметой времени является целенаправленная реконструкция этой традиции в двух профессиональных пластах целостного комплекса музыкальной культуры. Первый из них — собственно традиционный профессионализм. И здесь реконструкция нацелена на возрождение, своеобразную реставрацию едва не утерянной традиции. Эти процессы можно обозначить как проявление охранительной тенденции, способствующей традиционализации культуры. Они (процессы) осуществляются с помощью самых разнообразных методов. Однако наиболее результативным, на наш взгляд, является целенаправленная государственная политика. Кроме того, важную роль здесь играет инициатива и энтузиазм деятелей науки, культуры и искусства, поддержанная обществом. Второй пласт — профессионализм европейского типа, в рамках которого произошла реконструкция другого характера250, обусловленная «приспособлением» жанров устной традиции к условиям существования в традиции письменной — в композиторском творчестве. И в данном случае мы можем говорить о том, что этот пласт культуры, порожденный модернизационными процессами, продолжает жить и развивать сравнительно новую национальную традицию.

На основании изложенного можно утверждать, что процесс развития жанров профессиональной музыкальной традиции таджиков продолжается. Следовательно, вполне реальны возможности для формирования новых и новых аспектов их изучения. Так, актуальным представляется всестороннее исследование ладовой системы фалака с позиций канонической звуковысотно-сти, обусловленной базовым инструментом. Именно такой ракурс может вылиться в современный аналог трактатной традиции, отсутствие которой на сегодняшний день не позволило однозначно причислить фалак к классическому проявлению профессионализма.

Кроме того, наблюдения и выводы, представленные в настоящей работе, могут послужить основой для изучения целого ряда других, по сей день неисследованных жанров традиционного профессионального творчества таджикского народа и осознания их как целостной жанровой системы.

В заключении подчеркнем: полнокровное и творческое развитие традиций макома и фалака — залог процветания культуры таджикского народа.

Показать весь текст

Список литературы

  1. , М. Фалаки кулобй / М. Абдуллоева. — Душанбе, 2002. -201 с.
  2. , А. Омузиши авзони шеър ва муо-щй / А. Абдураши-дов.-Душанбе, 2001.-52 с.
  3. Абуали Ибни Сино, Осори мунтахаб. 4.1, Рисолаи саргузашт. До-нишнома. Душанбе, 1981. — 477 с.
  4. Адабиёти точ, ик дар асрхои ХП-Х1У. Китоби 2. Душанбе, 1983. -229 с.
  5. , Ф. А. Сахми Абуабдулло Рудакй ба мусик-ии суннатии кас-бии точ, ик / Ф. А. Азизй // Ахбороти Академияи улуми Ч, ум*урии Тоцикистон. 2008. — № 3. — С. 12 — 17.
  6. , Ф. А. Татбик-и устод-шогирд омили асосии рушди системаи таълимии мусик-й / Ф. А. Азизй // Ахбороти Академияи улуми Ч, ум*урии Точ, икистон. 2006. — № 4. — С. 167 — 176.
  7. , Ф. А. Авч, и Турк, Дунаср, Мухаммас, Мушкилот, Наво, Навруз / Ф. А. Азизова // Энциклопед. адабиёт ва санъати тоцик. -Душанбе, 1988. Ч .1 — С. 50, 428, 357, 361 — 362, Ч. 2. — С. 403 — 404, 408.
  8. , Ф. А. Асос^ои назарияи мусик-й : дастури таълимй: к-. 1. / Ф. А. Азизова. Душанбе, 2001. — 36 с.
  9. , Ф. Фалак / Ф. Азизова // Кулоб. Энциклопедия. Душанбе, 2006. — С. 520−523.
  10. , Ф. Аз таърихи дастаи «Шашмак-ом"-и ба номи Ф. Шах, обов / Ф. Азизова, Д. К^урбонов. Душанбе, 2000. — 21 с.
  11. , Ф. А. Фазлиддин Шахобов ва проблемами мак-омши~ носии муосири тоцик / Ф. А. Азизова // Шихоби мусикд. Душанбе, 2006.-С. 137- 170.
  12. , Ф. А. Асос^ои мак-ом : барномаи таълимй / Ф. А. Азизй. -Душанбе, 2008. 35 с.
  13. , Ф. А. Солфецциои этнографй : барномаи таълимй / Ф. А. Азизй. Душанбе, 2009. — 35 с.
  14. , С. Дар атрофи забони форсй ва тоцикй / С. Айнй // Куллиёт. Ч,. 2, к. 2. Душанбе: Ирфон, 1964. — С. 335 — 386.
  15. , С. Назаре ба гузаштаи санъати точик / С. Айни // Шарк^-1 Сурх. 1941. — № 3. — С. 11 — 16.
  16. , С. Шашма^ом / С. Айнй // Айнй ва муси^й. Душанбе, 1978. -С. 9−10.
  17. , Р. Лирикам хал^ии точик / Р. Амонов. Душанбе: Дониш, 1968.-410 с.
  18. Р. Эчодиёти да>-анакии халщ-1 Кулоб / Р. Амонов. Душан-. бе: 1963.-252 с.
  19. Афсах, зод, А. Амир Хусрав намирад х, еч гах, е / А. Афсах, зод // Дар сафи бузургон. Душанбе, 1986. — С. 215−239.
  20. Афза>-зод, А. Мавчи сурур / А. Афса^зод // Садои Шарк. 1972. -№ 4. — С. 73−94.
  21. Баёзи Шашмаком. Баргузидаи рисола-баёз>-ои Шашмацом аз ибти-дои асри XVIII то огози асри XX. Душанбе, 2008. — 250 с.
  22. , В. В. Точикон. Тарчумаи М. Муллоах, мадов / В. В. Бар-тольд // Садои Шарк. -1990. № 1. — С. 92 — 103.
  23. , М. Хдёт ва эчодиёти Амир Хусрави Дех, лавй / М. Ба^оев. -Душанбе, 1975.-280 с.
  24. , А. Савти Фалак ва Фалаки Давлатманд / А. Бобоев. Душанбе: Аржанг, 2006. — 142 с.
  25. Ганчинаи фолклори точик. (Фонди фолклори точик). Душанбе: Сарредаксияи илмии ЭМТ, 2008. — 78 с.
  26. Зех, нй, Т. Санъати сухан / Т. Зехдй. Душанбе: Адиб, 2007. — 400 с.
  27. Иброх, им Усмон. Точикон. Душанбе: Пайванд, 2001. — 308 с.
  28. Кавкабй Начмидцин. Рисолаи мусрщй. Рисола дар баёни Дувозда^ма^ом. Куллиёт. Му>-. Рачабов А. Душанбе, 1985. — 144 с.
  29. У. Кобуснома / У. Кайковус. Душанбе: Маориф ва фар-ханг, 2007. — 200 с.
  30. , С. Мафх, уми чормодарон дар суннатхои фалаки кулобй / С. Каримов // Накдш муассисах, ои фарх, анг дар густариши тамаддуни ориёй. -Душанбе, 2006. С. 76−89.
  31. К^урбониён, К. Фалак ва системам лах, нии он / К. Курбониён. Душанбе, 2006. — 257 с.
  32. , М. Саъдахтар. Гуфтугу бо Мух, аммадч, он Шакурй / М. Мирра^им. Техрон, 2001. — 224 с.
  33. Нагмаи ниёгон. Тах, ияи А. Рачдбов. Душанбе, 1988. — 160 с.
  34. , А. Таърих ва назарияи Шашмак, ом / А. Низомов. Душанбе, 2006.-501 с.
  35. , Ч. Охднги шеъри точдк / Ч. Обидпур.- Душанбе, 2001 -83 с.
  36. Одина фалак мезад: ёддоштдо. Душанбе: Сумург, 1994. — 175 с.
  37. , Ч. Назарияи мусик, й / Ч. Охунов. Душанбе: Ирфон, 1986. -239 с.
  38. , Ч. Солфеччио / Ч. Охунов. Душанбе: Ирфон, 1988 — 135 с.
  39. , А. Маданияти мусикии точ, ик дар асрдои XIII XIV / А. Рачдбов. — Душанбе: Дониш, 1987. — 110 с.
  40. , С. Ёде аз Одина Хршим / С. Табаров. Душанбе, 2004. -50 с.
  41. Ч. Фалак // Энциклопедияи адабиёт ва санъати точик. Ч,. III Душанбе, 2004. — С. 261.
  42. , А. Э^ъёи Ачам / А. Турсунов. Душанбе: Ирфон, 1984. -208 с.
  43. Устод ва шогирд. Устодони мусик, ии суннатии точ, ик. Мух. А. Низомов. -Душанбе: Рафиграф, 2006. 31 с.
  44. Фалак ва анъана^ои бадеии мардумони Осиёи Марказй // Маводи симпозиуми байналмилалй. Душанбе, 2004. — 220 с.
  45. Фалак. Бахшида ба 2700-солагии Кулоб. Кулоб, 2006. — 32 с.
  46. Фархднги забони тоники. Аз асри X то ибтидои асри XX: тахрири. М. Шукуров ва диг.: дар 2 чилд. М.: Сов. энщжлопедия, 1969. — Ч,. 1 -951с.-Ч-. 2.-950 с.
  47. Фархднги тоцикй ба русй: дар 2 чилд: тах, рири Д. Саймиддинов ва диг. Душанбе: Дониш, 2004 — 2005. — Ц. 1 — 388 е., ч. II — 461 с.
  48. Федристи маводи сабти овозй ба шакли рацмй (Фонди фолклори ба номи Р. Амонов). Душанбе: Сарредаксияи ЭМТ, 2008. — 120 с.
  49. С. Х, офизони мумтози халк-ии Точ-икистон / С. Ху-дойбердиев. -Хуч-анд, 2000. 108 с.
  50. Х, акимов, Н. Шашмак-ом дар кдрни XX: анъана ва навоварй / Н. Хдкимов. Хуцанд, 2006. — 408 с.
  51. Х, асанов, Ф. Зебопарй / Ф. Х, асанов. Душанбе, 2001. — 94 с.
  52. Х, усайнй Зайнулобиддин. Крнуни илмй ва амалии мусик-й. Мух. А. Рач-абов. Бо замимаи тарч-. русии А. А. Семёнов / 3. Х, усайнй Душанбе: Дониш, 1987. — 336 с.
  53. Чдмъбасти мубодиса дойр ба масъаладои инкишофи мусик-ии точ-ик (ч-авоб ба 3. Шах, идй) // Точ-р1кистони совета. 1958. — 6 май.
  54. Чрмй Абдура^мон. Рисолаи муси^й // Осори мунтахаб. Ч,.8. Душанбе, 1990. — С. 257−266.
  55. , М. Садри Бухоро / М. Шакурй. Душанбе, 2005. -330 с.
  56. , М. Хуросон аст ин цо. Маънавиёт, забон ва эх, ёи миллим точ-икон / М. Шакурй. Душанбе, 1997. — 292 с.
  57. Шах, обов, Ф. Баёзи Шашмаком. Тавзех, мураттиб, му^аррир Ф. Азизова / Ф. Шах, обов. Душанбе: Сарредаксияи илмии ЭМТ, 2007. -288 с.
  58. Шщоби мусик, й // Мач-муаи маколот бахшида ба Ф. Шах, обов. -Душанбе: Сарредаксияи илмии ЭМТ, 2006. 264 с.
  59. Энциклопедияи адабиёт ва санъати точик. Душанбе: Сарредаксияи илмии ЭСТ, 1988 — 2004. — Ч,.1 — 543 е.- Ч,.2 — 559 е.- Ц. З — 518 с.
  60. Azizova F. Specific Semantics of Ghazals in Vocal Shu’bas of Shashmaqom / F. Azizova // The Shahname of Firdawsi is a unique, creative and artistic Achievements in the History of World Civilization. Tehran, 1999. — p. 56 -57.
  61. Amir Khusro Dehlavi. A seminar Report 750th Birth Anniversary of Hzt. Amir Khusro / Amir Khusro Dehlavi. New Delhi: Hzt. Amir Khusro Academy, 2004.- 155 p.
  62. Askari S. H. Amir Khusroau as a historian / S. H. Askari. Patna: Khuda Bakhsh Library, 1992. — 166 p.
  63. Avtar Ram. Table / R. Avtar. New Delhi, 1977. — 64 p.
  64. Boyce M. The Parthian «gosan» and Iranian minstrel Tradition / M. Boyce // Journal of the Royal Asiatic Society of Great Britain (IRAS), 1957. P. 10 -45.
  65. Danielou A. Northern Indian music. V. l-2 / A. Danielou. New-York-Washington, 1969.
  66. Danielou A. The Relationships between Music and Language according to Hindu theory / A. Danielou // The World of music. V. 17, 1975. № 1.
  67. Gabrielle Rachel van den Berg. Minstrel Poetry from the Pamir Mountains. A study on the Songs and Poems of the Ismailits of Tajik Badakshan / G. R. van den Berg. Reichert Verlag Wesbaden, 2004. — 790 p.
  68. Farmer H. F A History of Arabian music to the XIII century / H. Farmer -London, 1967.
  69. Jackson B. Fieldwork / B. Jackson. — Urbana-Chicago: University of Illinois Press, 1987.-311 p.
  70. Jairazbhoy N. A. The Ragas of Northern Indian music. The Structure and Evolution /N. A. Jairazbhoy. Middletown, 1971.
  71. Lachman R. Musik des Orients. 1929.
  72. Levin Theodore. The Hundred Thousand Fools of God. Musical Travels in Central Asia and Queens, New York / T. Levin Indiana: Indiana University Press, 1996.-320 p.
  73. Racy J. Making Music in the Arab World. The Culture and Artistry of Ta-rab / J. Racy. Cambridge: Cambridge University Press, 2003. — 249 p.
  74. Sakata H. L. Afghan regional melody types and the notion of Modes. A Paper presented at the Study Group Symposium on «maqam'7 H. L. Sakata // International Council of Traditional Music/ June 27 July 3, 1988, Berlin, GDR-
  75. Sakata H. L. Music in the Mind. The concepts of Music and Musician in Afghanistan / H. L. Sakata. Los -Angeles: UCLA, 2002. — 246 p.
  76. Shirali V. Sargam. An Introduction to Indian Music / V. Shirali. New Delhi: Abhinav / Marg Publications, 1977. — 123 p.
  77. Рави Шанкар. Ситар Малика (хинди) Хатхрас, 1977. — 87 с.
  78. J $ I $ J-i—О I //. ц 5−1 .», 1 О J ^ 1 ^ 1 .) I—0——3 .359
  79. I3—уиЗ 0 ^ J ^ -1з (р 1 975 (^ I) I р^А-о) I —. ц в), —О4652 ^ Ь^ с у 1з isJ о о 1—^Т о
  80. О. Р. Мак, омот (узб.). Тошкент: Мусина, 2006. — 400 с.
  81. И. Р. Мак-омлар масаласига дойр (узб.) Тошкент.: ГИЛИ им. Г. Гуляма 1963. — 299 с.
  82. И. Макомлар (узб.) Тошкент: ГИЛИ им. Г. Гуляма 2006. -404 с.
  83. Ю. Музика меросимизга бир назар (узб.) Тошкент.: ГИЛИ им. Г. Гуляма, 1978 — 163 с.
  84. V. Государственные программы.
  85. Государственная программа развития культуры на 2008 2015 гг. // Концепция развития культуры Республики Таджикистан: Достижение и проблемы реализации. — Душанбе, 2007. — С. 4 — 37.
  86. Государственная программа подготовки квалифицированных кадров в сфере культуры, искусства и полиграфии на 2007−2010 гг. № 239 от 3 марта 2006.
  87. Государственная программа по развитию художественных ремесел на 2009−2015 гг. -№ 513 от 31 октября 2008 г.
  88. О фонограмме: Постановление Правительства Республики Таджикистан. 5 марта 2008 № 116.
  89. О Таджикской национальной консерватории: Постановление Правительства Республики Таджикистан // Ч, умх, урият. 2003. — 17 мая.
  90. О Дне Шашмакома: Указ Президента Республики Таджикистан // Ч, умх, урият. 2000. — 20 мая.
  91. О Дне Фалака: Указ Президента Республики Таджикистан // Ч, авонони Точ-икистон. 2007. — 15 августа.
  92. Эмомалй Рах, мон. Фархднг х, астии миллат аст (Речь Президента Таджикистана на встрече с научной и творческой интеллигенцией) // Чумхурият. — 2001. — 24 марта.
  93. VI. Неопубликованные архивные документы.
  94. Ари Бобохонов. Рукопись нотных материалов по Шашмакому // Личный архив С. Худойбердиева. 2007. — № 51.
  95. Беседа с Рошелем Аминовым: О творчестве отца -Нериё Аминове. Нью Йорк (Квинс). 2003, 21 февраля // Личный архив Ф. Азизи. 2005. — № 42.
  96. Семейная преемственность в фалаке. Школа Холовых: запись беседы с Муродали Холовым // Личный архив Ф. Азизи. 2005. — № 31.
  97. Фазлиддин Шахобов // Личный архив. 1007 л.
  98. Навои шодиву гам: Сурудх, о аз эцодиёти устод Одина Х, ошим: Сб. произведений Одины Хошима / Нотная расшифровка Талаба Саттора. — Душанбе, 1998.-71 с.
  99. Охднги кудистони тоцик: Сб. образцов традиционной музыки. В двух выпусках / Редактор-составитель Ф. Азизова. Душанбе, — 2004. — Вып. I. -71 е.- 2003.-Вып. II.-56 с.
  100. Шесть музыкальных поэм (макомов) записанных В. А. Успенским в Бухаре // Шашмаком: Бузрук. Рост. Наво. Дугох. Сегох. Ирок / Под ред. Фитрата и Н. Н. Миронова. М., 1924. — 128 с.
  101. Бухарские макомы. Узбекская народная музыка. T.V. / Запись Ю. Рад-жаби- Под ред. И. А. Акбарова. Ташкент: ГИХЛ УзбССР, 1959. — 865 с.
  102. Шашмаком / Запись Ю. Раджаби- Под ред. Ф. М. Кароматова. — В 6-ти томах. Ташкент.: ГИЛИ им. Г. Гуляма, 1966−1975: Т. 1. — 1966- Т. 2. -1968- Т. 3. — 1970- Т. 4. — 1972- Т. 5. — 1972- Т. 6. — 1975.
  103. , Р. Сольфеджио / Р. Юнусов, О. Ибрагимов. Ташкент, 2007. -200 с.
Заполнить форму текущей работой