Помощь в написании студенческих работ
Антистрессовый сервис

Деятельность органов государственной власти по реализации идеологической политики на Ставрополье: 1946-1953 гг

ДиссертацияПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

Важнейшими функциями Советского государства в исследуемый период являлись экономическая, правоохранительная, культурно-воспитательная. Однако особое значение придавалось идеологической функции. Идеологию в послевоенный период можно поставить в один ряд с такими признаками государства как территория или власть. Суть идеологической функции заключается в выборе целей общественного развития и средств… Читать ещё >

Деятельность органов государственной власти по реализации идеологической политики на Ставрополье: 1946-1953 гг (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Содержание

  • ГЛАВА I. Государство и общество в послевоенный период (1946 — 1953 гг.): специфика и проблемы взаимоотношений
    • 1. 1. ' Структура и особенности развития системы органов государственной власти в послевоенный период
    • 1. 2. Реализация внутренней политики и социально-экономическая обстановка на Ставрополье
  • ГЛАВА II. Проведение государственной и партийной политики в области идеологии на Ставрополье в 1946 — 1953 гг
    • 2. 1. Партийное руководство развитием литературы и его последствия
    • 2. 2. «Суды чести» в идеологии послевоенного сталинизма
    • 2. 3. Трансформация репертуаров советских театров как результат проведения охранительной политики власти в области искусства
    • 2. 4. Идеологический диктат в науке: разгром генетики

Актуальность темы

исследования. Изучение взаимоотношений государственной власти и общества в России является одной из важнейших задач исторической науки. Не менее важным с теоретической и практической стороны является вопрос о соответствии официальной государственной идеологии умонастроениям населения. Сфера идеологии была объектом пристального внимания советского государства. Именно поэтому одной из важнейших функций советского государства была идеологическая функция. Однако, излишняя идеологизированность советского общества, а также девальвация существовавшей в то время системы ценностей предопределили в постсоветское время отстраненность нашего государства от идеологической деятельности.

Современное российское государство лишено четких идеологических ориентиров. При этом значимость идеологии не вызывает сомнения. Идеологические установки отражаются и в политике, и в экономике, и в праве, и в религии, и даже в науке.

Государство не должно оставаться в стороне от вопросов идеологии, иначе образовавшаяся пустота заполнится либо всевозможными экстремистскими концепциями вроде национализма, шовинизма, либо ценностями, сформированными в чуждых духовных и политико-правовых традициях. В то же время государство не должно допускать идеологического диктата по отношению к обществу. Результатом взвешенной государственной политики должно стать формирование идеологических представлений, но не навязывание их.

Изучение истории взаимодействия органов государственной власти и общества определяется необходимостью выявления всего комплекса факторов, приведших к падению той модели социализма, которая была построена в стране. В условиях формирования правового российского государства проблема взаимодействия общества и власти приобретает особую значимость. Потребность исследования предложенной темы усиливается тем, что в современной России с повестки дня ещё не снят вопрос о степени демократизации общества и вмешательстве властных структур в жизнь научного и культурного сообществ. Таким образом, во избежание ошибок прошлого требуется комплексное и максимально объективное исследование в рамках вопроса «государство и идеология».

Представляется своевременным и обращение к истории послевоенных социально-политических процессов на региональном уровне.

Объектом настоящего исследования является официальная идеологическая политика советского государства, регламентировавшая деятельность высших учебных заведений, научно-исследовательских институтов и творческих организаций на Ставрополье в 1946 — 1953 гг.

Предмет исследования включает процессы государственного руководства духовной сферой жизни общества, механизм реализации государственной идеологической политики в регионе.

Хронологические рамки данного исследования охватывают временной отрезок с 1946 г. — по 1953 г. Обращение к истории последнего периода сталинизма продиктовано тем, что именно в эти годы власть в лице партийно-государственных органов проводила целенаправленную политику подчинения общества официальной идеологии и уничтожения всякого инакомыслия. Нижняя хронологическая граница соответствует году принятия постановления «О журналах „Звезда“ и „Ленинград“», что знаменовало собой начало послевоенных идеологических кампаний и «творческих дискуссий». Верхняя граница — 1953 г. — связана с трансформацией идеологической политики партии после смерти И. В. Сталина.

Территориальные рамки диссертационного исследования ограничиваются Ставропольским краем в границах изучаемого временного отрезка. В те годы он включал в себя 39 районов и Черкесскую автономную область.

Научная разработанность темы. Отечественную историографию вышеобозначенной проблемы можно условно разделить на два периода с присущими им особенностями. Первый — советский — характеризуется крайней идеологизированностью производившихся исследований и попыткой сформировать единый «научно верный» взгляд на исторические события. Второй период — постсоветский. Его характеризует отход от официальной идеологии, плюрализм мнений, широкая вариативность проводимых исследований. В рамках советской историографии можно выделить два этапа. 1-й: кон. 40-х — сер. 50-х гг. (1956 г. — XX съезд КПСС) — П-й: кон. 50-х — кон. 80-х гг. Подобное деление объясняется сложностью социально-политических процессов, происходивших в стране.

После войны вопросами истории советского общества занимался ряд исследователей, работавших в системе историко-партийных. научных учреждений. Жесткое идеологическое давление и повсеместный партийный контроль сформировали тематику исследований тех лет. Факт проведения инициированных властью т.н. «творческих дискуссий» и идеологических кампаний не способствовал обращению ученых к данной проблематике, так как они затронули область общественных и гуманитарных наук. Дискуссии 40-х — 50-х гг., по мнению авторов тех лет, способствовали творческому развитию разных областей науки и искусства, являя собой новые методы партийного руководства. (1).

Работы, публиковавшиеся в первые послевоенные годы, либо имели четкую пропагандистскую направленность, либо находились в плену догматизма. Всё внимание исследователей было обращено исключительно к вопросам восстановления страны в годы четвертой пятилетки, к положительным сторонам жизни советского общества, восхвалению партии и ее вождя — тов. Сталина.(2) В этом же русле работали и местные исследователи.(3) В 1948 г. Ставропольским музеем и краеведческим обществом при музее подготовлен сборник «Материалы по изучению Ставропольского края», освещающий общие вопросы местной истории.(4).

Показательны в этом отношении и диссертации тех лет. Во многих из них рассматривался вопрос идейного воздействия партии на развитие науки и культуры.(5) Толчком для этих изысканий стали установки партии на высокую значимость идеологической борьбы. Авторы данных исследований уже через несколько лет были подвергнуты критике за поверхностное изучение советской истории, зачастую сводившееся к нагромождению фактов и цитат. Во многих послевоенных трудах изучались формы и методы идейно-политического воспитания, при этом отмечалась направляющая роль региональных партийных организаций.(6) Однако диссертационных работ, специально посвященных теме исследования с учетом региональных особенностей, практически нет.(7).

Общественно-политические события, происходившие в период с 1953 по 1956 гг., существенно повлияли на историографическую ситуацию, однако до 1956 г. идеологическая политика партийного руководства в области культуры и науки во многом определялась содержанием знаменитых постановлений.

С 1956 г., когда на XX съезде партии произошло разоблачение «культа личности», начинается следующий этап историографии. В это время как положительную тенденцию можно отметить факт реабилитации некоторых деятелей советской науки и культуры. Теперь основной задачей исторических исследований было преодоление последствий «культа личности». Излишняя активность в этом деле не приветствовалась, так как выход за рамки общепринятых положений был чреват неприятными последствиями. Определенное увеличение информационной и источниковой базы научных исследований, тем не менее, было дозировано. Поэтому, несмотря на существенное облегчение условий доступа к новым архивным источникам и увеличение изданий документальных источников, многочисленные архивные фонды оставались малоисследованными. В рамках изучаемого региона можно отметить подобную тенденцию. О том, как происходило развитие науки, в частности, истории на Ставрополье можно узнать из «Обзора диссертаций по истории Ставрополья за 40 лет Советской власти», составленного В. А. Романовским.(8).

Таким образом, несмотря на некоторое оживление общественно-политической жизни в Советском Союзе на рубеже 50 — 60-х гг., отечественные историки не могли в полной мере заниматься изучением вопросов идеологии и ее давления на общество. Тогда исследователи не вдавались в подробности проведения идеологических кампаний и показывали лишь позитивные стороны проводимой властью политики. В этих работах трудно выявить степень достоверности изложенных фактов, при этом наглядно демонстрируются методы партийного руководства и степень идеологического давления власти на исследователей.

В период застоя не наблюдается дальнейшего расширения процесса десталинизации, скорее, наоборот. Влияние официальной идеологии наиболее ярко проявилось в обобщающих работах по истории СССР в целом и Ставропольского края, в частности. Стали появляться труды, в которых развитие культуры, образования и науки показывалось в контексте руководства ими партийных органов. (9) Естественно, те положения исследовательских работ, которые преследовали идейно-пропагандистские цели, сегодня потеряли всякую актуальность.(Ю) Однако собранный в некоторых трудах фактический и статистический материал до сих пор не утратил своего значения. О том, как осуществлялось партийное руководство на Ставрополье, можно узнать из «Очерков по истории Ставропольской организации КПСС». (11) В силу преобладания принципа партийности в «Очерках» отсутствует вариативность подходов к изучению той или иной проблемы и не отражены различные дискуссии. Несмотря на это, очерки наглядно показывают с учетом региональных особенностей механизм партийного руководства различными сферами жизни общества. При этом в большей степени внимание уделяется развитию сферы народного хозяйства и в меньшей — социокультурной сфере.

К середине 70-х гг. наблюдается некоторое усиление идеологизации, особенно в исследованиях по истории советского периода. Увеличивается количество критических рецензий в адрес зарубежной историографии, что отчасти было продиктовано обострением международной обстановки в рамках «холодной войны».

В эти годы было не так много исследований, в той или иной степени затрагивающих вопросы изучаемой темы в рамках Ставропольского края. Партийному руководству развитием культуры народов Северного Кавказа посвящена работа Г. Г. Асриянц «Партия и искусство народов Северного Кавказа». (12).

Таким образом, в литературе кон. 50-х — кон. 80-х гг. получили отражение лишь отдельные вопросы темы взаимоотношений власти и интеллигенции, и касались они в основном форм партийного руководства. При этом многие аспекты исследуемой проблемы или же вовсе не рассматривались, или в их рассмотрении отсутствовал глубокий всесторонний анализ. К тому же не стоит забывать, что все работы, изданные в СССР в тот период, вне зависимости от предпочтений авторов, несли на себе отпечаток проводимой КПСС политики.

Более или менее объективное изучение столь сложного периода отечественной истории (с 1946 по 1953 гг.) начинается с ослаблением партийного диктата в первые перестроечные годы. Тогда в целом изменилось отношение к истории, ученые получили возможность исследовать ранее запретные темы. В первую очередь объективного рассмотрения требовал советский период отечественной истории, в частности, вопросы о природе сталинизма и о взаимоотношениях власти и общества.

Становление новой российской историографии проходило в условиях методологического кризиса. С конца 80-х годов стали появляться работы, в которых доминировал критический подход и новые модели исторических исследований.(13) Несмотря на то, что работы основывались на источниках, многие из них носили ярко выраженный публицистический характер.

Анализу сталинской модели социализма посвящена монография В. П. Макаренко.(14) Автор одним из первых пытался дать характеристики режима личной власти Сталина, разобраться с идеологическим содержанием репрессий, а также обосновать мысль о том, что главной бедой советского общества было господство бюрократии.

Первые действительно исследовательские статьи о воздействии сталинизма на отечественную науку собраны в книге «Суровая драма народа: Ученые и публицисты о природе сталинизма». (15).

Отметим, что основные подходы в исследовании феномена сталинизма сформировались под влиянием работ западных ученых — Ф. Боркенау, К. Поппера, X. Арендт, 3. Бжезинского, Р. Арона, Л. Шапиро и др.(16) Работы этих авторов, в основном написанные в разгар «холодной войны», зачастую страдают тенденциозностью оценок истории советского, общества1. Особенности советского политического режима, его легитимность они напрямую связывали с тотальной идеологической обработкой населения. При-этом советское государство рассматривалось как «машина» политического террора, орудие тотального контроля над обществом. Однако некоторые зарубежные исследования достаточно точно характеризовали сталинский режим и роль идеологии в советском обществе. Дж. Хоскинг, Л. Грэхэм, В. Н. Сойфер в своих работах обращались к истории постановления ЦК ВКП (б) по идеологическим вопросам и к проведению послевоенных дискуссий в различных областях науки.(17) Напомним, что до определенного момента в силу понятных причин зарубежные исследователи не имели доступа к документам советских архивов, этот факт не мог не отразиться на научности их исследований. Однако заявленной темы на уровне регионов, зарубежные исследователи практически не касались.

Репрессивной политике Советского государства посвящен труд Р. Конквеста «Большой террор». (18) Обратная сторона показательных судебных процессов, преследование инакомыслящих партийцев, гнетущая психологическая атмосфера, царившая в тогдашнем советском обществе, все это стало предметом рассмотрения Р. Конквеста. Эта работа важна при исследовании различных вопросов сталинского периода, хотя к изучаемой нами проблеме она имеет опосредованное отношение.

Отдельно следует отметить политологические работы М. Геллера и М. Джиласа.(19) Они помогли диссертанту разобраться не только в отдельных элементах, но и в глубинных основаниях советской общественно-политической системы, сложившейся к началу 1950;х гг. Авторы исследований освещают отдельные моменты советской разновидности тоталитаризма. Занимаясь изучением истории послевоенного сталинизма, невозможно обойтись без работ по социальной психологии Г. Дилигенского, Э. Фромма, В. Райха, которые во многом объясняют мотивацию поведения человека в условиях господства тоталитарной идеологии.(20) Научное изучение идеологических аспектов политики советского государства было бы невозможно без использования исследований в этой области различных социологических школ. В частности, работ К. Мангейма, А. К. Уледова, H.A. Косолапова.(21) Изменение методологии, появление новых подходов способствовали пересмотру истории советского общества. В связи с этим еще острее проявилась необходимость изучения с новых позиций направлений, принципов и методов осуществляемой государственной властью политики. Некоторые ее особенности можно проследить по трудам, посвященным жизни и деятельности высшего партийно-государственного руководства. Это работы Ю. Борисова, P.A. Медведева, Ф. Д. Волкова, A.B. Антонова-Овсеенко, А. Авторханова, В. Д. Тополянского, С. Н. Семенова и В. И. Кардашова, В. М. Жухрая, Ж. А. Медведева, Ю. Н. Жукова, Косолапова Р. И., Ю. В. Емельянова.(22).

Различные аспекты предложенной темы в той или иной степени рассматриваются в многочисленных исследованиях, освещающих общественно-политическую историю Советского Союза.(23) Монография* российских историков A.A. Данилова и A.B. Пыжикова подвела итог длительной научной дискуссии о роли советской сверхдержавы в мировой истории. Авторам удалось на основе богатейшего документального материала последовательно и максимально объективно раскрыть многочисленные перипетии и противоречия послевоенной истории.(24) В настоящее время трудно представить изучение послевоенного советского общества без работ Е. Ю. Зубковой, занявшей достойное место в ряду исследователей послевоенного периода советской истории. На основе широкого круга документальных источников Е. Ю. Зубкова рассматривает ранее малоизученные темы. Настроения и ожидания вышедшего из войны советского общества, его перестройка на мирный лад, послевоенная адаптация фронтовиков, причины усиления идеологического нажима на интеллигенцию — таков круг интересов Е. Ю. Зубковой.(25).

История становления и развития советской науки всегда привлекала внимание отечественных исследователей. С конца 80-х годов появляются работы, в которых на первый план выдвигается проблема грубого вмешательства власти в жизнь научного сообщества.(26) Интересной и увлекательной является монография В. М. Алпатова «История одного мифа: Марр и марризм». (27) В процессе изучения истории советского языкознания и учения Н. Я. Марра автором раскрываются некоторые подробности лингвистической дискуссии 1950 г. Все это проходило в рамках увеличения интереса российских исследователей к истории послевоенных идеологических кампаний и «творческих» дискуссий.

Развитию общественных наук в СССР, взаимоотношению историков с советской властью посвящена работа Т. А. Булыгиной «Общественные науки в СССР. 1945 — 1985 гг.». (28) Автором проанализирована связь политической ситуации и перемен в обществоведении, определено влияние общественной атмосферы на место и роль общественных наук, а также комплексно изучено положение в советской академической науке. В контексте социальной истории науки написана работа А. Н. Еремеевой «Российские ученые в условиях социально-политических трансформаций XX века». (29) Автором рассматривается статус ученых в обществе, их деятельность в рамках происходящих социально-политических изменений, а также стратегии адаптации и сопротивления политическому и идеологическому воздействиям со стороны партии и государства.

Всестороннее рассмотрение проблемы взаимоотношения власти и интеллигенции в первые послевоенные годы требует обращения исследователей к региональным особенностям идеологических кампаний.(ЗО) За последние годы можно констатировать возрастание интереса к изучению жизни научного сообщества провинции.(31) С точки зрения локальной микроистории написана книга Н. В. Берельковского «Власть и научно-педагогическая интеллигенция: идеологический диктат в СССР конца 1920;х — начала 1950;х гг. (по материалам Нижегородской губернии — Горьковской области)». (32) Во второй части книги рассматриваются формы взаимодействия партийных органов с региональной научно-педагогической интеллигенцией в 1940 — 1950;х гг. При этом автор отмечает, что основным средством воздействия власти на науку после войны становится кадровая политика и идеологические кампании. Некоторые фрагменты из жизни гуманитарной интеллигенции Ставрополья в первые послевоенные годы можно почерпнуть из работ Т. А. Булыгиной, из диссертации К. А. Ушмаевой.(ЗЗ) Об отношениях местных ставропольских ученых и властных структур свидетельствует история отдельных вузов края.(34).

Проблеме антисемитизма в советском обществе посвящены работы Г. В. Костырченко.(35) Рассматривая генезис и общественно-политические условия, в которых развивался антисемитизм, автор приходит к выводу, что это была неотъемлемая часть политики существовавшего режима. При этом не будем забывать о том, что советские евреи пострадали не только из-за ненависти к ним «отца народов». Антисемитская кампания была развернута в русле борьбы с инакомыслием, а свободомыслящее население — это традиционно художественная и научная интеллигенция, значительную часть которой составляли евреи.

В развертывании кампании по борьбе с «космополитизмом» важную роль сыграло несколько факторов, и одним из определяющих, по мнению Г. В. Костырченко, был антисемитизм.^ 6).

Особенности отношения власти и литераторов одним из первых рассмотрел Д. Л. Бабиченко в монографии «Писатели и цензоры. Советская литература 1940;х годов под политическим контролем ЦК». (37) Это одна из значимых работ по указанной проблематике. Подробное изучение автором истории появления постановления ЦК ВКП (б) «О журналах «Звезда и «Ленинград» подводит его к мысли о том, что истинная причина постановления — не «противоправная» деятельность М. Зощенко и А. Ахматовой, а политическое противостояние А. Жданова и Г. Маленкова. Интересно и увлекательно написана книга Б. В. Соколова, рассказывающая о непростых взаимоотношениях деятелей отечественной культуры и власти в сталинскую эпоху.(38) На обширном документальном материале рассматриваются условия жизни и творчества писателей, публицистов, режиссеров, их контакты со Сталиным и карательными органами. По мнению автора, характер взаимоотношений власти и художественной интеллигенции в тоталитарном обществе не способствовал развитию свободного творческого процесса.

В изучение истории ставропольской художественной культуры внесли свой вклад и представители местной интеллигенции. В связи с этим необходимо отметить работы ученого-филолога и театрального критика З. М. Поздняевой. Её очерки «Живая душа искусства» — это целостное исследование, охватившее различные области культурной деятельности: литературу, театр, музыку, живопись.(39) В другой работе З. М. Поздняевой «Театр и время», написанной в соавторстве с В. М. Лычагиным, на общем фоне культурных преобразований показано развитие ставропольского театра в конкретно-историческом плане, с учетом особенностей времени.(40).

Таким образом, правомерно констатировать, что несмотря на определенные достижения отечественной и зарубежной исторической-науки в этом направлении, проблема влияния идеологической политики послевоенного советского государства на интеллигенцию Ставрополья основательно не изучена. Историография рассматриваемой темы представлена различными по своей значимости работами, в которых затрагиваются лишь отдельные моменты предлагаемой проблемы. Актуальность поднятых в диссертации проблем и их недостаточная изученность свидетельствуют о потребности в комплексном историческом анализе.

Цель исследования заключается в комплексном рассмотрении особенностей реализации государственной политики в области идеологии и взаимоотношений органов власти с интеллигенцией на региональном уровне в 1946;1953 гг.

Для достижения поставленной цели были определены следующие задачи:

• раскрыть особенности формирования и взаимодействия советских и партийных органов власти на Ставрополье в 1946 — 1953 гг.;

• рассмотреть на региональном уровне социальный и экономический контекст проводимой партийно-государственной властью идеологической политики;

• определить степень воздействия органов государственной власти на общественно-политические и социокультурные процессы на Ставрополье в 1946 — 1953 гг.;

• показать динамику трансформации репертуаров советских театров под давлением охранительной политики верховной власти;

• установить место и роль провинциальной интеллигенции в общественно-политической и культурной жизни региона;

• осветить основные направления и последствия партийного руководства развитием литературы и проанализировать влияние идеологии на научную сферу. Источниковую базу диссертационного исследования составили архивные материалы, документы (постановления, информационные сообщения различных органов, статистические материалы, стенографические отчеты), сочинения и тезисы выступлений руководителей советского государства, периодическая печать, мемуарная литература, эпистолярное наследие, материалы устной истории, художественные произведения. Насколько это было возможно в интерпретации источников мы старались придерживаться принципа Х.-Г. Гадамера, согласно которому надо не просто воспроизводить информацию, а производить смысл.(41).

Основным источником диссертации послужили извлеченные из центральных и региональных архивов документы и материалы, многие из которых впервые вовлечены в научный оборот. Диссертантом велась работа по выявлению и изучению материалов в четырех архивах: Государственном архиве Российской Федерации (ГАРФ), Российском государственном архиве социально-политической истории (РГАСПИ), Государственном архиве Ставропольского края (ГАСК), Государственном архиве новейшей истории Ставропольского края (ГАНИСК).

Очень значимыми документами по рассматриваемой проблеме являются документы, хранящиеся в Государственном архиве Российской Федерации. В исследовании задействованы следующие фонды этого архива: фонд А-534 — Комитет по делам культурно-просветительных учреждений при Совете Министров РСФСРфонд А-409 — Государственный комитет по координации научно-исследовательских работ (ГК по КНИР) — фонд А-495 -Министерство кинематографии РСФСР и его главные управления — содержит отчеты регионов о выполнении репертуарных планов, материалы о. соцсоревновании среди киноработников Ставрополья, а также переписку с СМ РСФСР и с ЦК ВКП (б), которая наглядно показывает роль «важнейшего из искусств» в деле идеологического воспитания трудящихся массфонд А-339 — Министерство государственного контроля РСФСР, находящиеся здесь документы группы культпросветучреждений содержат результаты проверок расходования бюджетных средств учреждениями искусств Ставропольского краяфонд А-428 — Верховный суд РСФСРфонд А-259 — Совет Министров РСФСР — хранит материалы, освещающие состояние организационно-массовой работы Советов Ставропольского краяфонд А-385 — Верховный Совет РСФСР — здесь находятся указы, проекты, справки, свидетельствующие об изменениях в Уголовном кодексе РСФСР в сторону его ужесточения.

В работе над диссертацией использовались фонды Российского государственного архива социально-политической истории. Собранные здесь документы центральных органов ВКП (б) дают возможность проследить механизм выработки партийной политики. Наибольшую важность представляют документы фонда Центрального комитета КПСС (ф. 17), в первую очередь отделов организационно-инструкторского, управления по проверке партийных органов, пропаганды и агитации ЦК ВКП (б), художественной литературы и искусства, науки и вузов.

Различные справки, записки, письма относительно вопросов организационной и идеологической работы партии, поступавшие в ЦК ВКП (б) на имя Г. М. Маленкова, собраны в его личный фонд — ф.83.

Богатейший материал по теме диссертационного исследования содержится в региональных архивах. Выявлено довольно много ранее не известных документов, фактов и статистических данных, впервые подвергнутых научному анализу.

Весьма ценные для данного исследования, материалы отложились в фондах Государственного архива новейшей истории Ставропольского края. В фонде Ставропольского крайкома ВКП (б) (ф.1) находятся наиболее информативные документы по изучаемой теме, при этом наибольший интерес представляют следующие отделы фонда: пропаганды и агитации, партийных органов, школ и вузов, сектор партийной статистики. Этот I значительный массив документов отражает практику реализации политики ЦК в сфере культуры, науки и образования на региональном уровне.

Особое место среди архивных материалов занимают документы, обнаруженные диссертантом в Государственном архиве Ставропольского края. Именно они составили основу научных изысканий автора. В работе были использованы следующие фонды: ф. Р-3821 — Ставропольское отделение Союза писателей СССРф. Р-5315 — Редакция газеты «Ставропольская правда" — ф. Р-2603 — Ставропольский краевой драматический театрф. Р-4085 — Ставропольское краевое отделение Всероссийского театрального обществаф. Р-2928 — Отдел культпросветработы исполкома Ставропольского краевого Совета депутатов трудящихсяф. Р-2439 — Отдел по делам искусств исполнительного комитета Ставропольского краевого Совета депутатов трудящихсяф. Р-3798 — .Управление культуры исполнительного комитета Ставропольского краевого Совета депутатов трудящихсяф. Р-1872 — Ставропольский государственный педагогический институт министерства просвещения РСФСРф. Р-2431 -Ставропольский государственный медицинский институт министерства здравоохранения РСФСРф. Р-3811 — Научно-исследовательский институт хлопководства в новых районах (НовНИХИ).

Отдельную группу источников составляют опубликованные документы и материалы. Сборники документов содержат постановления высших партийных и государственных органов по руководству не только в политической и экономической сферах, но и в сфере искусства, науки и образования. (42) Для изучения культурно-интеллектуальной жизни послевоенного Советского Союза интересен будет сборник, составленный Д. Г. Наджафаровым и 3. С. Белоусовой «Сталин и космополитизм. 1945 -1953. Документы агитпропа ЦК КПСС». (43) Собранные материалы дают возможность окунутся в атмосферу секретного партийного делопроизводства. Для сталинского руководства борьба с космополитизмом была своеобразным орудием борьбы с инакомыслием.

Региональный компонент исследования нуждается в соответствующем документальном подкреплении. Опубликованных источников, освещающих ключевые вопросы заявленной темы, не так много.(44) В частности, документы, отражающие основные события общественно-политической, экономической жизни края, можно найти в сборнике «Наш край: Документы, материалы (1917 — 1977 гг.)». (45) Обобщающая документация собрана, в сборнике «Ставрополь в документах и материалах (1777 — 2007)». (46) В рамках проекта издания документов сталинской эпохи вышел в свет том «ЦК ВКП (б) и региональные партийные комитеты. 1945 — 1953». (47) Составители сборника подчеркивают, что и после войны продолжали использоваться административно-репрессивные меры в разрешении противоречий, возникавших между центром и регионами.

Статистические материалы являются полезным источником для исследования, в них содержатся количественные данные по различным аспектам деятельности послевоенного советского государства. Однако при сопоставлении данных центральных (48) и местных (49) статистических: управлений обнаруживается определенная дискретность.

Стенографические отчеты сессий по вопросам генетики, физиологии и общественных наук также являются очень ценным источником.(50) Как известно, стенограммы и стенографические отчеты обладают наибольшей степенью информативности.

Для понимания концептуальной основы партийно-государственной политики в сфере науки и культуры особое значение имели сочинения и тезисы выступлений деятелей партии и государства: В. И. Ленина, Н. И. Бухарина, И. В. Сталина, A.A. Жданова. Все они в своих выступлениях либо непосредственно, либо в контексте других вопросов касались рассматриваемой проблемы. К этой группе источников можно отнести труды И. В. Сталина по проблемам политэкономии и вопросам языкознания.(51).

Значительный информационный материал представлен в центральной и местной периодической печати. Основные направления и изменения партийно-государственной политики в области идеологии можно проследить в публикациях газеты «Правда». В теоретико-политическом журнале ЦК ВКП (б) «Большевик» публиковались партийно-государственные документы, статьи в русле темы исследования. Многочисленные серии пропагандистских статей о советском патриотизме в культурной и научной среде можно обнаружить на страницах «Литературной газеты» и газеты УПА «Культура и жизнь».

К сожалениюв центральных изданиях практически не отразились материалы об изучаемом регионе. В связи с этим диссертантом в значительном объеме использовалась региональная периодическая печать. На. страницах краевых газет, в частности, «Ставропольской правды" — публиковались местные материалы, статьи, критические заметки, представляющие интерес для исследования регионального аспекта истории СССР. Диссертантом учтен тот факт, что, периодическая печать тех лет находилась под строгой цензурой, была идеологизирована и содержала в основном только отфильтрованную властями информацию.

В предложенном исследовании довольно широко использованы источники личного происхождения. Воспоминания отражают личное видение событий и их оценки, а также позволяют живо и ярко представить исследуемую эпоху. Это как воспоминания представителей ученой и художественной интеллигенции (52), так и членов высшего партийно-государственного руководства страны.(53) Работая с мемуарными свидетельствами необходимо принимать во внимание субъективность запоминания, сохранения и дальнейшего воспроизведения информации человеческой памятью. Привлечение этих материалов позволило глубже понять процессы, которые происходили в послевоенном советском обществе:

К сожалению, воспоминаний, отражающих различные аспекты региональной ставропольской истории, практически нет. В связи с этим огромное значение имеет устная история.(54) С помощью интервьюирования свидетелей событий прошлых лет можно реконструировать процессы, ранее не освещенные в источниках. В частности, разобраться в вопросах партийного руководства развитием литературной жизни на Ставрополье, раскрыть всю сложность взаимоотношений местных писателей и власти диссертанту помогли беседы с B.C. Черновым и Т. К. Черной. Несмотря на то, что они не являлись непосредственными участниками событий тех лет, предоставленная ими информация явилась ценным источником для исследования.

Интересным источником является художественная литература, дающая возможность полнее ощутить дух изучаемой эпохи, колорит времени и передать все это в данном исследовании. Особую ценность для раскрытия заявленной темы представляют произведения местных авторов, отражающие все своеобразие творческой жизни Ставрополья. Они позволяют понять не только духовный мир представителей художественной интеллигенции края, но и изучить степень идеологического давления партии на мыслящее население провинции.(55).

В целом совокупность задействованных источников обеспечивает базу для проведения диссертационного исследования и решения поставленных задач.

Основой методологической базы стал принцип единства стадиального и цивилизационного. В основу диссертационного исследования положен принцип историзма, который позволяет рассматривать события и явления в развитии и взаимодействии, избегая сложившихся стереотипов. Применение принципов диалектики и историзма позволили проанализировать основные тенденции в культурной и научной областях на общем фоне социально-экономических, политических и идеологических процессов, происходивших в стране. Особенно тщательное изучение фактического материала и исторических источников требуется при применении принципа объективности.(56) Это позволило автору избежать инверсионной логики мышления, что особенно важно, учитывая сложность рассматриваемого отрезка советской истории. Использование индуктивного метода дало возможность на основе конкретного регионального материала выявить общесоюзные закономерности.

Сравнительно-исторический метод, хотя и не покрывает всех требований принципа историзма, тем не менее, дает возможность более полно реализовать этот принцип в пространстве и во времени.(57) Применение этого принципа позволило сопоставить то положение, в котором оказалась советская интеллигенция в 1946 — 1953 гг. с довоенным временем. Возможность изучить различные события в различных местах и одновременно дает синхронный метод. Он применялся при сопоставлении схожих процессов, происходивших в других регионах страны, например, в соседнем Краснодарском крае. Проблемно-хронологический метод позволил произвести анализ в хронологической последовательности. Он дает возможность показать не только последовательность развития идеологических кампаний, но и проследить механизм их проведения. С помощью системно-структурного метода автор смог проанализировать основные направления функционирования как системы государственных органов, так и системы образовательных и научных учреждений Ставропольского края. При работе с источниками диссертантом были использованы как специально-исторические, так и общенаучные методы, в частности, аксиологический. А применение метода классификации помогло целенаправленно провести сбор и систематизацию источников.

Характер и специфика объекта исследования обусловили применение полидисциплинарного (интегративного) подхода. В рамках интегративного подхода были использованы научные достижения из области политологии, социологии, социальной психологии, лингвистики, культурологи. Также в исследовании активно использовался метод социальной антропологии, позволяющий проникнуть в психологию человека, понять мотивацию его поведения.(58).

Теоретические рамки настоящего конкретно-исторического исследования образует концепция тоталитаризма в классическом ее варианте, предложенном X. Арендт.(59) Учитывая излишнюю абстрактность любой теоретической конструкции, диссертантом не предполагалось ее применение в деле реконструирования и объяснения исторических фактов. Формой изложения информации стал нарративный метод в сочетании с рядом других методов. Научная методология помогла диссертанту получить объективно истинные знания.

Научная новизна определяется недостаточной изученностью заявленной темы на региональном уровне. Послевоенные идеологические кампании оказали влияние не только на столичную, но и на провинциальную ставропольскую интеллигенцию.

1. Впервые предпринята попытка на основе анализа отечественной и зарубежной историографии комплексно исследовать проблему взаимоотношения власти и общества в период с 1946 по 1953 гг. на примере Ставрпольского края.

2. На региональном уровне прослежен механизм партийного руководства развитием науки, искусства с учетом современных реалий российского общества и обновленным методологическим инструментарием.

3. Впервые на местном материале изучен процесс формирования в послевоенных условиях поведенческой стратегии ставропольской интеллигенции под влиянием идеологических постановлений 1946 -1948 гг., являвшихся одновременно инструментом конструирования общественного сознания провинциальной интеллигенции, насаждения и закрепления в нем устойчивых стереотипов восприятия власти.

4. Впервые показана целенаправленно проводившаяся как центральной, так и местной властями политика идеологизации интеллектуальной деятельности научной и творческой провинциальной интеллигенции, преследовавшая цель борьбы с инакомыслием.

Практическая значимость. Знание опыта исторической реальности позволит государственным структурам на современном этапе учитывать его в рамках решения вопросов «власть-интеллигенция» дабы избежать ошибок. Изучение взаимоотношения государственной власти и общества, в частности, интеллигенции, необходимо для выработки региональными лидерами взвешенной политики. Отдельные аспекты исследования, полученные научные результаты и выводы могут стать основой для дальнейших научных исследований данного вопроса. Практическая значимость исследования заключается в реальной возможности применения собранного материала и основных выводов диссертации при изучении советского периода новейшей истории России, при подготовке лекционных курсов и учебно-методических пособий для студентов.

Апробация результатов исследования. Основные положения и выводы диссертационной работы изложены автором в научных публикациях, а также в докладах и выступлениях на межрегиональных, региональных и университетских конференциях: «Вузовская наука — Северо-Кавказскому региону» (Ставрополь, 2006), «Человек на исторических поворотах XX века: Юг России в историко-антропологическом измерении» (Краснодар, 2006), «Северный Кавказ и кочевой мир степей Евразии» (VIII «Минаевские чтения» по археологии, этнографии и региональной истории Северного Кавказа) (Ставрополь, 2007). Диссертация была обсуждена и рекомендована к защите на заседании кафедры истории и теории государства и права Северо-Кавказского государственного технического университета.

Структура' диссертационного исследования обусловлена задачами исследования. Работа состоит из введения, двух глав, заключения, примечаний, списка использованных источников и литературы.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

.

Послевоенный период советской истории характеризуется полностью огосударствленной экономикой, репрессивными мерами в отношении своих граждан, ужесточением политического контроля над всеми сферами жизни общества, выискиванием т.н. «врагов», «вредителей», «шпионов», «контрреволюционеров», «космополитов». Особенностью организации и деятельности советского государственного механизма была жесткая однопартийная система, слияние высших органов партии с высшими органами государства. Система репрессивных органов являлась надежной опорой власти и обеспечивала ее бесперебойное функционирование.

На послевоенную ситуацию в Ставропольском крае влияли не только факторы общесоюзного, но и особенности военного периода в регионе — в частности, оккупация. На Ставрополье особенно ярко проявились два последствия немецкой оккупации: разорение хозяйства и идеологические изменения в сознании населения.

Важнейшими функциями Советского государства в исследуемый период являлись экономическая, правоохранительная, культурно-воспитательная. Однако особое значение придавалось идеологической функции. Идеологию в послевоенный период можно поставить в один ряд с такими признаками государства как территория или власть. Суть идеологической функции заключается в выборе целей общественного развития и средств их достижения. Любое государство посредством своих институтов претворяет в жизнь определенную систему ценностей, которая одновременно является и инструментом воздействия на население. Послевоенное изменение государственной политики в области идеологии объяснялось рядом причин: во-первых, идеологические представления населения Ставропольского края и страны в целом претерпели некоторую трансформацию как вследствие немецкой оккупации, так и вследствие заграничных походов Красной Армии. Оба эти момента способствовали переменам в сознании советских людей, в том числе и ставропольчан. Перед властью стояла задача вернуть «заблудшие души» в русло официальной государственной доктрины. Во-вторых, для восстановления страны нужны были рабочие руки, и разрушенная экономика диктовала свои условия восстановления: достижение максимального результата с минимальными затратами. Энтузиазм и самоотверженность советского народа с новой силой проявились в таких явлениях, как ударничество и стахановское движение. Кроме того, значительный вклад в послевоенное восстановлениестраны внесли своим трудом заключенные. В-третьих, обновленная идеология была призвана объяснить народу все трудности и неудачи послевоенных лет происками «врагов». С началом «холодной войны» внешняя угроза и опасность новой войны казались очень реальными. Этот факт умело использовался высшим партийным руководством, знавшим, что советский народ, переживший 1941 — 1945 гг., пойдет на любые-жертвы «лишь бы не было войны». Существование так называемых «внешних врагов» нагнетало атмосферу страха внутри страны.

Изучив различные аспекты реализации идеологической политики необходимо подвести итог работы и сделать общие выводы.

1. После окончания Великой Отечественной войны социально-экономическая ситуация на Ставрополье была очень тяжелой и требовала от власти принятия решительных мер. Партийно-государственное руководство старалось сделать все возможное для быстрейшего восстановления экономики края, о чем свидетельствует наличие постановлений центральных органов власти относительно' Ставропольского края. Анализ постановлений того периода свидетельствует, что работу местных партийных органов всецело направляли центральные органы власти. В’результате деятельности государственных и партийных органов ценой колоссальных усилий в короткий срок было восстановлено разрушенное войной народное хозяйство.

2. Организация идеологической работы являлась в послевоенный период важнейшим направлением в деятельности не столько крайисполкома, сколько Ставропольского крайкома ВКП (б). Проявляя определенную заботу о представителях художественной интеллигенции, государство вместе с тем определяло тематику произведений, хронологический период описываемых в них событий, сюжетные линии и т. д. То есть всецело контролировало и направляло вектор духовного развития советского общества. На примере литераторов Ставрополья видно, как талантливые и достойные писатели, переходя на позиции соцреализма, нередко теряли свою индивидуальность и безоговорочно следовали партийным директивам и решениям. Некоторые из них уклонялись от написания произведений на современные темы, предпочитая описывать дореволюционный период. Например, за отсутствие современных сюжетов был раскритикован редактор краевого книжного издательства К. Г. Черный. Руководство Ставропольской писательской организацией осуществлялось по двум линиям: «сверху» — правлением Союза советских писателей (ССП) и «снизу» — по линии местных партийных органов. Подтверждением является присутствие на одном из собраний Ставропольского отделения Союза писателей представителя правления ССП СССР — Колесниковой, задававшей тон всему собранию. 3. Героико-патриотические и нравственные проблемы Великой Отечественной войны, а также тема борьбы народов мира за свободу и независимость от империалистических стран-агрессоров нашли свое отражение в культуре и искусстве. В послевоенный период отчетливо вырисовывается обращение советского театра к современности. Репертуар театров в период позднего сталинизма в полной мере испытал на себе влияние постановлений ЦК по вопросам идеологии. Результатом принятия постановления ЦК «О репертуаре драматических театров и мерах по его улучшению» на Ставрополье явилось изменение репертуара местных театров с изъятием «безыдейных» и малохудожественных пьес и включением новых работ советских авторов. Несмотря на то, что в репертуаре по-прежнему значились классические пьесы, основная масса постановок ставропольских театров соответствовала «обкатанным» репертуарным планам ведущих столичных театров — «Старик» М. Горького, «Под каштанами Праги» К. Симонов, «Жизнь в цитадели» А. Якобсона.

4. На Ставрополье в изучаемый период значительное развитие и поддержку государства получили научно-исследовательские институты. Это научно-исследовательский бальнеологический институт (г. Пятигорск), НИИ эпидемиологии и микробиологии (г. Ставрополь), НИИ хлопководства новых районов (г. Буденновск), ВНИИОК (института овцеводства и козоводства). Августовскую сессию ВАСХНИЛ 1948 г. вряд ли можно назвать полноправной дискуссией, и уж тем более, научной. Так как биология являлась одним из фронтов борьбы «передовой» советской науки с «загнивающей» буржуазной лженаукой, именно генетика стала жертвой политики высшего партийно-государственного руководства страны. Печальным результатом августовской сессии ВАСХНИЛ было практически повсеместное разрушение преподавания, биологии и научной подготовки педагогических кадров. Затормозилось развитие не только академической, но и местной, провинциальной науки, так как масса исследований в этой области проводилась в региональных НИИ. Научные сотрудники этих институтов вместо решения конкретных исследовательских задач, базирующихся на экспериментальных фактических данных, вынуждены были заниматься идеологическими вопросами. Перестала развиваться и региональная студенческая наука, о чем свидетельствовала тематика докладов студентов ставропольских вузов на различных конференциях. В этом проявилось доминирующее влияние идеологических постулатов над научными.

5. Идеологические кампании и «творческие дискуссии» 40-х — 50-х гг. непосредственно затронули высшие учебные заведения и научно-исследовательские институты Ставропольского края. Тем не менее, в рамках исследуемого региона всё ограничилось поверхностными пропагандистскими акциями, без применения карательных мер. При этом большая часть ученых и преподавателей поддерживала мероприятия ЦК партии и правительства, и мало кто смог уклониться от участия в них. Этот факт нельзя объяснить только страхом, так как в сознании основной массы советских людей, в том числе и интеллигенции, глубоко засела вера в правильность проводившихся кампаний. На основе изученного материала можно сделать вывод, что на Ставрополье за проявление несогласия с официальной политикой властей самым жестким наказанием в отношении представителей художественной и научно-педагогической интеллигенции было исключение из партии и увольнение с работы.

В советский период идеологии уделялось огромное значение, повсеместно действовала идеологическая пропаганда. С падением советской модели государства была разрушена и существовавшая идеология. За непродолжительный период постперестроечных лет общество потеряло всякие идеологические ориентиры. Очевидно, что на современном этапе развития российского государства стоит вести речь не о том, нужна ли обществу идеология, а о том, какая идеология необходима сегодня России. Стоит задача выработать адекватную государственную идеологию, которая бы помогла в реализации важнейших целей государства. Эта идеология должна принципиально отличаться от идеологии советского государства, от сталинской идеологии, и строится на принципах господства закона во всех сферах общественной и государственной жизни, на уважении прав и свобод всех граждан. Только развитое гражданское общество способно сохранять в неприкосновенности права и свободы личности посредством создания эффективных общественных институтов и наделения личности совокупностью юридических, политических, экономических и социальных прав. Государство рано или поздно должно обратитьсяк ценностям российской духовности, патриотизму, чувству национальной гордости и т. д.

Однако, несмотря на то, что крайности административно-репрессивного режима были устранены со смертью Сталина, тоталитарная сущность государства оставалась долгое время неизменной. Естественно, в современных условиях вряд ли возможно возрождение политического режима образца 1946 — 1953 годов. Однако идеология, явившаяся базисом для сталинского режима с явными признаками тоталитарности, может оказаться достаточно живучей и способной к модернизации.

Показать весь текст

Список литературы

  1. Ф. А-259 Совет Министров РСФСР-
  2. Ф. А-339 Министерство государственного контроля РСФСР- Ф. А-385 — Верховный Совет РСФСР.
  3. Ф. А-409 Государственный комитет по координации научно-исследовательских работ (ГК по КНИР) — Ф. А-428 — Верховный суд РСФСР-
  4. Ф. А-495 — Министерство кинематографии РСФСР и его главные управления-
  5. Ф. А-534 Комитет по делам культурно-просветительных учреждений при Совете Министров РСФСР-
  6. Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ):
  7. Ф. 17 Центральный комитет КПСС- Ф. 83 — личный фонд Г. М. Маленкова.
  8. Государственный архив новейшей истории Ставропольского края (ГАНИСК):
  9. Ф. 1 Ставропольский крайкома ВКП (б).
  10. Государственный архив Ставропольского края (ГАСК): Ф. р-1872 -Ставропольский государственный педагогический институт министерства просвещения РСФСР-
  11. Ф.р-2431 — Ставропольский государственный медицинский институт министерства здравоохранения РСФСР-
  12. Ф.р-2439 — Отдел по делам искусств исполнительного комитета
  13. Ставропольского краевого Совета депутатов трудящихся-
  14. Ф.р-2603 Ставропольский краевой драматический театр-
  15. Ф.р-2928 Отдел культпросветработы исполкома Ставропольского краевого
  16. Совета депутатов трудящихся-
  17. Ф.р-3798 — Управление культуры исполнительного комитета Ставропольского краевого Совета депутатов трудящихся- Ф. р-3811 Научно-исследовательский институт хлопководства в новых районах (НовНИХИ).
  18. Ф.р-3821 Ставропольское отделение Союза писателей СССР-
  19. Ф.р-4085 Ставропольское краевое отделение Всероссийского театральногообщества-
  20. Ф.р-5315 Редакция газеты «Ставропольская правда».
  21. П. Опубликованные документы и материалы1. «О реабилитации жертв политических репрессий» закон РФ от 18. 10.1991 г. // Ведомости Съезда народных депутатов- РСФСР. М., 1991. № 44. Стлб. 1428.
  22. Архив новейшей истории России. Сборник док-ов и статей. / Ред. C.B. Мироненко. М.: РОССПЭН, 2001.
  23. Власть и художественная интеллигенция: Документы ЦК РКП (б) ВКП (б), ВЧК — ОПТУ — НКВД о культурной политике. 1917 — 1953. / Под ред. А. Н. Яковлева. М.: Международный фонд «Демократия», 1999.
  24. Декреты советской власти. М., 1957
  25. Директивы КПСС и Советского правительства по хозяйственным вопросам. Сборник документов. Т. 3. 1946 1952 гг. М., 1958.
  26. Еврейский антифашистский комитет в СССР 1941−1948 гг. Документированная история. / Отв. ред. Ш. Редлих. М., 1996. 380 С.
  27. Закрытое письмо ЦК ВКП (б) «О деле профессоров Клюевой и Роскина». 16 июля 1947 г. // Кентавр. 1994. № 2.
  28. КПСС в резолюциях и решениях-съездов, конференций и пленумов ЦК (1898 1986). 9-е изд., доп. и испр. М.: Политиздат. Т.8. 1946 — 1955 гг., 1985.542 С.
  29. Г. А. Рядом со Сталиным: откровенные свидетельства. Встречи, беседы, интервью, документы. М.: Былина, 1999. 446 С.
  30. Ленинградское дело: Сб. документов. / Сост. В. И. Демидов, В. А. Кутузов. Л.: Лениздат, 1990. 411 С.
  31. Народное образование в СССР: Сборник документов. 1917 1973. М., 1977.
  32. Наш край: Документы, материалы (1917 1977 гг.). / Сост. Н. С. Дикалова, В. А. Водолажская, Л. Б. Пересецкая, H.A. Селютина. Ставрополь: Кн. изд-во, 1983. 405 С.
  33. Наш край: К двухсотлетию г. Ставрополя. (Документы, материалы, 1777- 1977 гг.). / Ред. П. А. Шацкий. Ставрополь: Кн. изд-во, ГАСК, 1977. 424 С.
  34. Образование и развитие органов социалистического контроля в СССР (1917 1975). Сб. документов. М., 1975.
  35. Политбюро ЦК ВКП (б) и Совет Министров СССР 1945−1953 гг. / Сост. Хлевнюк О. В. и др. М: Россия, 2002. 655 С.
  36. Постановление СССР и ЦК ВКП (б) «О судах чести в министерствах СССР и центральных ведомствах». 28 марта 1947 года. // Источник. 1994. № 6.
  37. Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. Т. 3. 1941- 1952 гг. М.: Политиздат, 1968.
  38. Сборник руководящих материалов по культурно-просветительской работе. М., 1948.
  39. Советская жизнь. 1945 1953. / Сост. Зубкова Е. Ю. и др. М.: РОССПЭН, 2003. 720 С.
  40. Ставрополь в документах и материалах (1777 2007). / Ред. кол.: В. А. Шаповалов, Т. А. Булыгина, Е. И. Долгова, Г. А. Никитенко, Т. Е. Покотилова. Ставрополь: СГУ, 2007. 496 С.
  41. Сталин и космополитизм. 1945 1953. Документы агитпропа ЦК КПСС. / Сост. Д. Г. Наджафаров, З. С. Белоусова. М.: МАТЕРИК, 2005. 765 С.
  42. И.В. Историческая идеология в СССР в 1920 1950-е гг.: Переписка с историками, статьи и заметки по истории, стенограммы выступлений. Сборник документов и материалов. Часть 2. / Сост. М. В. Зеленов. СПб.: Наука-Питер, 2006. 492С.
  43. Стенографический отчет о сессии ВАСХНИЛ (31 июля 7 авг. 1948 г.). М., 1948.
  44. ЦК ВКП (б) и региональные партийные комитеты. 1945 1953 гг. / Сост. В. В. Денисов, A.B. Квашонкин и др. М.: РОССПЭН, 2004. 496 С.
  45. Ш. Труды руководителей партии и государства
  46. К., Энгельс Ф. Манифест Коммунистической партии. // Маркс К., Энгельс Ф. Соч., 2-е изд. М., 1955. Т. 4. С. 419 459.
  47. Ф. Конраду Шмиту. 27 октября 1890 г. // Маркс К., Энгельс Ф. Соч., 2-е изд. М., 1955. Т. 37.
  48. Письмо Энгельса П. Л. Лаврову. // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. М., 1955. Т. 26. С. 406−409.
  49. В.И. К истории вопроса о диктатуре. // Полное собрание сочинений. М.: Политиздат, 1947. Т. 41. С. 369 391.
  50. И.В. Марксизм и вопросы языкознания. М., 1953.
  51. И.В. Экономические проблемы социализма в СССР. М.: Госполитиздат, 1952.1. Официальная статистика
  52. Данные Ставропольского краевого статистического управления. 1962.
  53. Народное образование, наука и культура в СССР. Статистический сборник. М., 1977.35.
Заполнить форму текущей работой