Помощь в написании студенческих работ
Антистрессовый сервис

Становление и развитие органов милиции на территории Пермской губернии: Февраль 1917 — март 1921 гг

ДиссертацияПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

Ряд специальных работ по истории милиции было опубликовано к 40-летию Советского государства. В частности, в серии статей опубликованных в журнале «Советская милиция», отмечалась работа большевистской партии по созданию пролетарской милиции в дооктябрьский период2. В статьях подчеркивалась историческая преемственность пролетарский милиции периода Февральской революции и рабоче-крестьянской… Читать ещё >

Становление и развитие органов милиции на территории Пермской губернии: Февраль 1917 — март 1921 гг (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Содержание

  • ГЛАВА I. СТАНОВЛЕНИЕ И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ РЕВОЛЮЦИОННОЙ МИЛИЦИИ В ПЕРМСКОЙ ГУБЕРНИИ (ФЕВРАЛЬ 1917 г. — ОКТЯБР
  • 1917 г.)
    • 1. Взгляды органов власти и политических партий на организацию и развитие революционной милиции
    • 2. Формирование народной милиции Пермской губернии
    • 3. Основные функции и направления деятельности народной милиции
    • 4. Деятельность Советов Пермской губернии по созданию рабочей милиции в период двоевластия
  • ГЛАВА II. СОЗДАНИЕ И ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ ОРГАНОВ ОХРАНЫ ОБЩЕСТВЕННОГО ПОРЯДКА В ПЕРМСКОЙ ГУБЕРНИИ С ОКТЯБРЯ
  • 1917 г. ПО МАРТ 1921 г
    • 1. Формирование и деятельность советской милиции в Пермской губернии после Октябрьской революции
    • 2. Создание «колчаковской» милиции в период «белой государственности» в Пермской губернии
    • 3. Борьба с преступностью в период правления Колчака в Пермской губернии
    • 4. Восстановление советской милиции и основные направления ее деятельности

Преобразования, происходящие в политической, социально-экономической, правовой и других сферах нашего общества, направленные на становление Российской государственности, не могут не сопровождаться поиском путей выхода из кризисных ситуаций, заставляют обращаться нас к историческому опыту России, который приобретает в этих условиях особое значение.

Практика модернизации российского общества в конце XX в. показала, что одним из мощных дестабилизаторов в сфере правового порядка является из года в год углубляющийся разрыв между характером социальных преобразований и духовно-нравственным потенциалом страны. В этих условиях возрастает значимость поиска инновационных, обновленческих подходов как по отношению к деятельности органов правопорядка, так и в отношении всего арсенала используемых ими методов и средств. В инновационной смелости нуждаются и сами технологии развития и совершенствования правового порядка, их целевая составляющая.

Среди факторов, оказывающих отрицательное влияние на проводимые реформы, не последнее место занимает криминализация всех сторон жизни общества, которая оказывает негативное влияние на экономику, политику и социальную сферу государства. Ее росту способствуют экономические трудности периода преобразований, падение жизненного уровня населения, несовершенство законодательства и другие факторы, воздействие которых значительно усиливается во времена нестабильности. Насколько эффективно смогут противостоять правоохранительные органы преступности, во многом будет зависеть стабильность общества и его защищенность.

Процессы демократизации политической системы России требуют переосмысления опыта развития различных звеньев государственного аппарата, в том числе и органов внутренних дел. В настоящее время идет процесс разработки модели правоохранительной деятельности, адекватной новым переходным условиям с использованием опыта прошлого. Историческая преемственность требует творческого отношения к имеющемуся наследию, развития его положительного начала.

В этом отношении исключительный научный и практический интерес, историческую ценность представляет исследование проблемы становления и развития органов охраны правопорядка России на различных этапах, особенно в период двух революций и Гражданской войны, что является важным моментом, в целях выработки путей совершенствования их организации и эффективности деятельности на современном этапе. Изучение истории милиции позволит в определенной степени прогнозировать тенденции развития этой части государственного аппарата в будущем.

Охрана общественного порядка и безопасности граждан являлась одной из важнейших задач всех правительств и требовала немедленного разрешения. Острота этой проблемы была обусловлена: во-первых, резким увеличением преступности в стране, всплеск которой является неизбежным спутником всех революционных эпохво-вторых, уничтожение народом старого аппарата охраны правопорядка. Дореволюционный опыт, накопленный российской полицией, был использован при строительстве народной милиции Временного правительства, законодательная база которого не только отразила зарубежный опыт, но и вызванные развитием капитализма в России изменения в различных сферах общественной и государственной жизни. Многие формы и методы работы, применявшиеся в деятельности милиции Временного правительства и царской России, были взяты на вооружение органами внутренних дел белых правительств.

Исследование проблемы позволит дать сравнительный анализ форм, способов организации и деятельности милиции (народной, советской и колчаков-ской) на различных исторических этапах по обеспечению общественного порядка, поскольку именно в рассматриваемый кризисный период шел процесс поиска путей формирования правоохранительной системы в новых переходных условиях.

Знание особенностей формирования и деятельности органов по охране общественного порядка и борьбе с преступностью, в условиях нестабильности политической власти, радикального преобразования основ общественного устройства и резкого роста преступности в стране, имеет не только теоретическое, но и практическое значение. Это способствует поиску путей совершенствования деятельности милиции в зонах конфликтов и повышенной напряженности.

Исследуемая в диссертации тема в имеющейся литературе недостаточно освещена. В большинстве работ проблемы создания и деятельности народной и колчаковской милиции не являлись объектом специального исследования, носили общий или фрагментарный характер и затрагивались лишь в той мере, в какой это необходимо для освещения изучаемых автором вопросов.

На наш взгляд, изучение истории народной, рабочей и советской милиции, органов правопорядка белых правительств можно разделить на пять этапов.

Первый этап охватывает 1917 — начало 20-х годов. В этот период происходит накопление исторических знаний, определяется проблематика исследований и закладывается основа создания историографической базы и формирование концепции милиции, что имеет значение для понимания и изучения истории охраны общественного порядка. Поэтому для данного периода характерно преобладание проблемно-прагматической составляющей исследований. Известные работы В. И. Ленина, в которых определялась классовая сущность народной милиции, на долгие годы определили единообразный подход советских исследователей к этим проблемам.

На данном этапе были сделаны попытки проанализировать различные формы вооруженных сил пролетариата, в том числе рабоче-крестьянскую милицию. Прежде всего, это были воспоминания, статьи, книги крупных советских, партийных и военных деятелей, участников тех событий, которые пытались осмыслить, описать и обобщить свой опыт по созданию вооруженных сил революции — Н. И. Подвойского, В.А. Антонова-Овсеенко, Г. П. Георгиевско.

См.: Подвойский Н. И. Революционная война. — М., 1919; Геогиевский Г. П. Очерки по истории Красной гвардии. — М., 1919; Антонов-Овсеенко В. А. Строительство Красной армии в революции. — М., 1923.

Созданные на основании декрета СНК от 21 сентября 1920 г. комиссии по изучению истории Октябрьской революции и истории партии, выявляли и систематизировали документы, воспоминания и другие материалы, которые впоследствии имели большое значение для изучения вопросов связанных с пролетарской милицией1. Проведенная работа способствовала появлению статей, брошюр, освещавших вопросы создания и деятельности органов милиции в первые годы Советской власти.

На втором этапе, в литературе 20-х — 30-х гг., исследователей интересовал советский период истории. Вопросы деятельности рабоче-крестьянской милиции РСФСР в 1917 — 1922 гг. были рассмотрены в очерке «РабочеЛ крестьянская милиция» помещенном в сборнике «Пять лет власти Советов». В очерке давалась обобщенная характеристика деятельности советской милиции в годы гражданской войны и иностранной интервенции, а также впервые публиковался цифровой материал о борьбе с бандитизмом и уголовной преступностью по РСФСР.

Идею о пролетарском государстве нужно было обосновать исторически, поэтому центральной проблемой исследований становится борьба пролетариата под руководством партии большевиков. Делались попытки проследить процесс создания из рабочей милиции пролетарской боевой дружины — Красной гвардии3.

Определенный интерес представляют статьи, опубликованные в 20-е годы в ведомственной периодической печати по инициативе Главного управления милиции РСФСР, пытавшегося создать историю рабоче-крестьянской милиции4.

В большинстве работ проблемы создания и деятельности народной милиции Временного правительства, милиции белых правительств не являлись объ.

1 См.: Рабочая революция на Урале. Эпизоды и факты. —Екатеринбург, 1921.

Рабочекрестьянская милиция // Пять лет власти Советов. — М., 1922. — С. 256 — 270.

3 См.: Малаховский В. Ф. Из истории Красной гвардии. — Л., 1925; Пинежский Е. Красная гвардия. — М.-Л., 1929.

4 См.: Петкар И. Историческая справка, необходимая для создания истории рабоче-крестьянской милиции // Рабоче-крестьянская милиция. — 1924. — № 6. —С. 11−13- Постников В. Ликвидация неграмотности и малограмотности в милиции // Рабоче-крестьянская милиция. — 1923. — № 2−3. — С. 11−13. ектом специального исследования и затрагивались лишь в той мере, в какой это было необходимо для освещения изучаемых вопросов. В послереволюционной литературе 20-х годов можно отметить работу 3. Кельсона, в которой были изложены проблемы организации и деятельности народной милиции1. В то же время, его работа носила характер мемуаров и отражала лишь взгляд одного из руководителей создаваемого органа. Надо отметить, что работы этого периода, не имели достаточной документальной основы и писались в основном участниками событий или по их воспоминаниям.

Наряду с общероссийской историографией получили развитие региональные исследования, касающиеся истории вооруженных сил пролетариата и милиции. В 20-е годы наибольший вклад в изучение боевого строительства на Урале внес И. М. Подшивалов, который рассмотрел вопросы организации и выделил основные формы боевых организаций. Многие авторы, обращавшиеся в 20 — 30-е годы к изучению пролетарской милиции на Урале (П.М. Быков, В. Ф. Малаховский, А. Баранов, Г. П. Рычкова), использовали в своих исследованиях выводы и материалы И. М. Подшивалова.

Публиковавшиеся в этот период в местных периодических изданиях статьи, о деятельности белого правительства Колчака на территории губернии, носили ярко выраженную идеологическую направленность, и органы правопорядка рассматривались сквозь эту призму3. Появлялись статьи по истории милиции губернии написанные сотрудниками милиции на местном материале4.

Работы 20-х годов явились первыми исследованиями, внесшими существенный вклад в освещение истории милиции России, хотя их авторы и не были специалистами-историками, а являлись работниками Главного и губернских управлений милиции.

На третьем этапе, в период с 30-х до середины 50-х годов советские исследователи практически не касались истории советской и народной милиции,.

1 См.: Кельсон 3. Милиция Февральской революции // Былое. — 1925. — № 2.

2 См.: Подшивалов И. М. Гражданская борьба на Урале 1917 — 1918 гг. — М., 1925.

3 Колчак в Перми. (Из воспоминаний очевидца) // Звезда. — 1922. — 15 июляЧерез Колчака. (Архивные заметки) // Звезда (Пермь). — 1929. — 19−21 июня.

4 Котельников И. Семь лет работы в милиции // Звезда (Пермь). — 1924. — 12 ноября. за исключением пролетарской милиции, как вооруженной силы революции .

Значительный вклад в разработку многих сторон боевой и военной деятельности партии большевиков на Урале внесла Г. П. Рычкова. В ее монографии «Красная гвардия на Урале», основное внимание уделяется строительству Красной гвардии и на ее базе — Красной армии в промышленных центрах Урала2. Между тем в какой-то мере автор показывает и историю первых добровольных отрядов рабочей милиции в Пермской губернии.

В условиях утверждения в стране авторитарных тенденций и их эволюции в сторону тоталитаризма, изучение истории органов государственной и общественной безопасности могло повлечь гонения на исследователей. Деятельность белых правительств и их правоохранительных органов не рассматривалась, разве что в рамках устоявшейся государственной концепции Гражданской войны.

На четвертом этапе, в период со второй половины 50-х — до начала 90-х годов наблюдается повышение интереса ученых к истории советской милиции и Гражданской войны. Именно в этот период начинается, всестороння разработка ее истории.

Появились работы посвященные истории органов советской милиции. В исследовании М. И. Еропкина становление и развитие организационных форм милиции основывается на глубоком анализе нормативных актов, определяющих структуру и направление деятельности учреждений милиции. В работе показано многообразие организационных форм советской милиции в период ее становления, что автор объясняет отсутствием указаний из центра о путях строительства органов милиции. Исследование конкретизировало этапы развития организационной структуры милицейского аппарата в годы Гражданской войны.

Вопросы становления и совершенствования организационно-правовых.

1 См.: Лурье М. Петроградская Красная гвардия. — Л., 1938.

2 См.: Рычкова Г. П. Красная гвардия на Урале. — Свердловск, 1933.

5 См.: Еропкин М. И. Развитие органов милиции в Советском государстве. — М., 1967; Биленко С. В. Советская милиция России. Организация советской рабоче-крестьянской милиции РСФСР и ее деятельность по охране революционного порядка (1917 — 1920 гг.). — М., 1976; Биленко С. В., Максименко Н. П. Этапы развития советоснов деятельности милиции, подготовки кадров, развития сети милицейских школ в РСФСР, а также организации охраны общественного порядка нашли отражение в работах юристов и историков, таких как, Е. Г. Гимпельсон, Е. Н. Городецкий, B.C. Гольдман, Б. М. Морозов, К. И. Никитин и др1.

Ряд специальных работ по истории милиции было опубликовано к 40-летию Советского государства. В частности, в серии статей опубликованных в журнале «Советская милиция», отмечалась работа большевистской партии по созданию пролетарской милиции в дооктябрьский период2. В статьях подчеркивалась историческая преемственность пролетарский милиции периода Февральской революции и рабоче-крестьянской милиции, созданной после победы социалистической революции. Однако в статьях описание фактической стороны событий преобладало над их теоретическим осмыслением. Серьезным исследованием стала статья М. Куцына, в которой были рассмотрены основные направления деятельности милиции в годы Гражданской войны, а также методы руководства рабоче-крестьянской милицией в этот период со стороны НКВД3. Заслуживает внимания исследование В. Я. Коваля, в котором впервые было исследовано становление уголовного розыска, как специального подразделения милиции4.

В исследовании, проведенном В. И Старцевым и Е. Ерыкаловым, рассмотрены вопросы возникновения рабочей милиции и Красной гвардии, показано их различие5. К сожалению, так и остался неизученным в советской историографии вопрос о народной («буржуазной») милиции. В. И. Старцев лишь отской милиции. — М., 1972.

1 См.: Гимпельсон Е. Г. Из истории строительства Советов (ноябрь 1917 — июль 1918 г.). — М., 1958; Городецкий Е. Н. Рождение Советского государства. 1917 — 1918. — М., 1965; Гольдман B.C. Из истории организации школ и курсов милиции РСФСР в 1917 — 1925 гг. // Труды высшей школы МООП СССР. Вып.20. — М., 1968. — С.50 -54- Морозов Б. М. Создание и укрепление советского государственного аппарата. — М., 1957; Никитин К. И. Советская милиция на охране общественного порядка. — М., 1973.

2 См.: Гольдман B.C. Рабочая милиция в феврале-октябре 1917 г.// Советская милиция. — 1957. — № 6- Билен-ко С. В. Рабочая милиция в октябре 1917 — августе 1918 года // Советская милиция. — 1957. — № 7- Пиндюрина Н. П., Акопян А. А. В суровые годы военной интервенции и гражданской войны // Советская милиция. — 1957. — № 8.

3 См.: Куцын М. Советская милиция в период организации и упрочения Советской власти // Труды Высшей школы МВД СССР. Вып.2. — М., 1957. — С. 250 — 256.

4 Коваль И. Я. Жестокая борьба. Из истории московского уголовного розыска. 1917 — 1919 гг. — М., 1963; Он же. Железная рука. — М., 1967.

5 См.: Старцев В. И. Очерки по истории Петроградской Красной гвардии и рабочей милиции. — М.-Л., 1965; мечал противостояние рабочей и народной милиции. Однако такое противопоставление не всегда выглядит обоснованным.

С середины 50-х гг. внимание историков Урала было приковано к проблемам боевой деятельности партии в период подготовки и проведения Октябрьской революции. В эти годы появилось ряд содержательных статей В. Г. Черемных, С. И. Куляпина о борьбе большевистских организаций Урала за создание Красной гвардии1. В них описывался процесс создания, вооружения и обучения боевых отрядов, их структура и особенности. С. И. Куляпин установил, что уральские рабочие добились от заводоуправлений выделения крупных средств на содержание пролетарской милиции. Он одним из первых обратил внимание на ее отличие от более совершенной формы вооруженных рабочих отрядов — боевых дружин, выросших в Красную гвардию.

Исследуя вопросы строительства советского государственного аппарата на территории Пермской губернии, Е. Н. Лукьянова показала ликвидацию старых органов местного самоуправления и народной милиции, а так же создание аппарата местных Советов и советской милиции. В то же время, работа не носила специального характера по исследованию милиции.

Изучение рабочей милиции и Красной гвардии на Урале в 1917 г. продолжили С. И. Голубев, B.C. Скробов, JI.A. Хвостов и другие историки3. Основываясь на новых, в том числе архивных материалах, они дополнили некоторые положения, обратив особое внимание на своеобразие этих двух форм вооруженных организаций рабочего класса.

Ерыкалов Е. Красная гвардия в борьбе за власть Советов. — М., 1957.

1 См.: Черемных В. Г. Первая Пермская окружная конференция РСДРП (б) и вопрос о Красной гвардии: Сб. статей // 1917 год на Урале. — Пермь, 1957; Куляпин С. И. Создание Красной гвардии на Урале в период двоевластия, март-июнь 1917 г. // Сб. науч. тр. Перм. горн, ин-та. Вып. № 5. — Пермь, 1959; Он же: Из истории борьбы большевистских организаций Урала за создание Красной гвардии в период подготовки Великой Октябрьской социалистической революции // Докл. науч.-теорет. конф. Пермского политехи, ин-та. — Пермь, 1963. Он же: Борьба большевистских организаций Урала за создание Красной гвардии, март 1917 г. — июнь 1918 г.: Автореф. дис. .канд. ист. наук. — Свердловск, 1965.

2 См.: Лукьянова Е. Н. Из истории советского строительства в Пермской губернии в 1918 г. // Ученые записки Пермского госуниверситета им. Горького, № 108. — Пермь, 1964. — С. 184−203.

3 См.: Хвостов Л. А. Значение боевой работы уральских большевиков // Вестник Ленинградского ун-та, вып.2. — Л., 1964. — № 1- Голубев С. И. О военно-боевой работе партийных организаций Урала в 1917 г. // Урал и оборона Советской страны. — Свердловск, 1968. Дубленных В. В. Большевики Урала за создание пролетарской милиции // Сб. учен. тр. Свердл. юрид. ин-та. Вып. 32. — Свердловск, 1973.

В 60-е годы и позднее, в ряде коллективных трудов свердловских, пермских и челябинских историков З. А. Аминева, Е. И. Дударь, С. П. Зубарева, Н. К. Лисовского было уделено много внимания созданию вооруженных сил революции на Урале1. Был введен в оборот новый архивный материал, уточнены некоторые положения, выводы и обобщения. Однако все рассмотренные выше исследования освещали только рабочую милицию и Красную гвардию, не затрагивали вопросов связанных с народной милицией.

В работах уральских ученых Ф. С. Горового, Ф. П. Быстрых, Т. М. Баженовой, а позднее Л. А. Лукьяновой и Ю. М. Яркова, изучавших Комитеты общественной безопасности на Урале, отмечалась их роль в наведении порядка и создании народной милиции2.

В конце 60 — начале 70-х гг. появились первые специальные статьи о военной деятельности большевистских организаций в период подготовки и осуществления социалистической революции. Н. Н. Попов рассмотрел методы и формы партийной работы в войсках, историю военных большевистских организаций.

В это же время выходит коллективный труд, посвященный созданию вооруженных сил социалистической революции на Урале4. Деятельность политических партий накануне и в годы Гражданской войны нашла отражение в работах И.С. Капцуговича5. Данные работы позволяют понять обстановку, кото.

1 См.: Зубарев С. П. Прикамье в огне. — Ижевск, 1967; Лисовский Н. К. 1917 год на Урале. — Челябинск, 1967.

2 Горовой Ф. С. Революционные события 1917 г. в Пермской губернии // Борьба за победу Великой Октябрьской социалистической революции в Пермской губернии: Док. и материалы. — Пермь, 1957. — С. 5 — 43- Баженова Т. М. Комитеты общественной безопасности в системе органов власти Временного правительства в февралеоктябре 1917 г.// Правовые проблемы истории государственных учреждений: Межвуз. сб. науч. тр. — Свердловск, 1983. — С. 101−109- Быстрых Ф. П. Очерки истории большевистских организаций Урала. — Свердловск, 1951; Лукьянова Л. А. Роль комитетов общественной безопасности на Урале после Февральской революции // Историческая наука сегодня: проблемы и перспективы. — Пермь, 1996. — С. 28 — 29- Ярков Ю. М. Становление органов государственной власти и массовых общественных организаций в Пермской губернии (март — октябрь 1917 г.): Автореф. дис. канд. ист. наук. — Екатеринбург, 2000. — 24 с.

3 См.: Попов Н. Н. Большевизация Екатеринбургского гарнизона в 1917 г. // В сб.: Из истории партийных организаций Урала. — Свердловск, 1971. — С. 75 — 79. См. также: Попов Н. Н. Советская историческая литература о борьбе уральских большевиков за солдатские массы в период подготовки и проведения Октябрьской революции // В сб.: Большевистские организации Урала в период Октябрьской революции и Гражданской войны. Свердловск, 1981. С. 42 — 45.

4 См.: Горовой Ф. С., Александров Ф. А., Гантман Л. М., Капцугович И. С. Урал в огне революции. — Пермь, 1967.

5 См.: Капцугович И. С. Прикамье в огне Гражданской войны. — Пермь, 1969; Он же. История политической гибели эсеров на Урале. — Пермь, 1975. рая сложилась к моменту создания милиционных образований, роль и влияние партий на формирование и деятельность силовых структур правительств.

К истории милиции в Пермском крае обратились и юристы. Так, Ю. Ф. Вакатов проанализировал процесс создания советской милиции в Пермской губернии1. Раскрывая обстановку в которой происходила организация рабоче-крестьянской милиции, он отметил использование кадров старой полиции на службе в органах революционного правопорядка. Исследователь ввел в научный оборот архивные материалы из фондов Государственного архива Пермской области, воспоминания участников Гражданской войны и сотрудников милиции, принимавших участие в формировании органов правопорядка губернии. Вопросы, связанные с деятельностью милиции в исследовании не рассматривались.

Деятельности партийных организаций Прикамья по созданию советской милиции посвящена кандидатская диссертация В.М. Руцкина2. В центре внимания исследования находятся вопросы партийного строительства, роль большевистских организаций в создании и организационном становлении советской милиции. В работе нашли освещение различные стороны оперативно-служебной деятельности советской милиции, приведены примеры героизма и мужества сотрудников. Автор значительно расширил источниковую базу исследований, ввел в оборот новые архивные документы и материалы. Между тем, ограниченность материала не позволила исследователю в полной мере рассмотреть вопросы организации и деятельности рабочей и народной милиции, борьбы с преступностью.

Определенный интерес вызывают отдельные публикации историков и краеведов в местных периодических изданиях, в которых предпринимается попытка рассмотреть некоторые вопросы Гражданской войны и создания мили.

1 См.: Вакатов Ю. Ф. К вопросу об организации советской милиции в Пермской губернии (1917 — 1919 гг.) И Ученые зап. Пермского гос. ун-та. Ч. 2. — Пермь, 1963.

2 См.: Руцкин В. М. Деятельность Пермской губернской партийной организации по формированию и упрочению советской милиции в 1918 — 1923 гг.: Автореф. дис. .канд. ист. наук. — Пермь, 1974. ции1. Так, И. Ф. Плотников рассматривая подпольную деятельность большевиков в тылу у белых, отмечает, что пермская колчаковская милиция состояла, в значительной степени, из военнопленных-красноармейцев. E.JI. Калинина осветила в своей публикации процесс организации рабоче-крестьянской милиции в Чердыни в 1918 г., ввела в оборот новые архивные материалы. Между тем надо отметить, что публиковавшиеся в периодических изданиях статьи, нередко носили художественный описательный характер и были приурочены к юбилеям .

В 70-е годы появились первые исследования силовых структур Временного правительства. Серьезным специальным исследованием, посвященным рассмотрению внутренней политики Временного правительства, явилась докторская диссертация Е. А. Скрипилева. И хотя основное внимание в работе автор уделил суду, прокуратуре, военной юстиции и др. карательным учреждениям, значительное место занимает освещение вопросов связанных с созданием народной милиции3.

В работе А. П. Звягинцевой на основе многочисленных архивных материалов, правовой законодательной базы Временного правительства и Министерства внутренних дел, показана организация и деятельность народной милиции4. Однако, основной упор в исследовании сделан на доказательстве положения об антинародной сущности народной милиции Временного правительства и противопоставлении ее отрядам рабочей милиции, Красной гвардии.

Заслуживает внимания статья B.JI. Ефимовских, опубликованная во второй половине 80-х годов, в которой автор попытался раскрыть организацию рабочей и народной милиции Пермской губернии5. Он сделал вывод, что сам факт существования демократического аппарата, каким являлась рабочая милиция,.

1 Плотников И. Ф. В тылу у белых // Звезда. — 1964. — 1 июляАлексеев Ю. Бюро уголовного розыска // Звезда (Пермь). — 1983. — 29 октябряКалинина Е. Л. Уполномоченный революционным народом // Северная звезда (Чердынь). — 1982. —4 ноября.

2 Коробейников В. Ваше благородие, госпожа Фемида. (Новости из прошлого) // Досье 02 (Пермь). — 1992. — 25 январяСеземин В. Ровесница Октября // Вечерняя Пермь. — 1981. — 10 ноября.

3 См.: Скрипилев Е. А. Карательная политика Временного правительства и аппарат ее проведения: Автореф. дис.. д-раюрид. наук. — М., 1970.

4 См.: Звягинцева А. П. Организация и деятельность Временного правительства России в 1917 году: Автореф. дис.канд. ист. наук. — Москва, 1972.

5 Ефимовских B.JI. Борьба за демократизацию органов охраны общественного порядка в период двоевластия (по материалам Пермской губернии) // Демократизация государственного управления и борьба с должностныставил вопрос о необходимости изменений и народной милиции.

Процесс реформирования российского общества, начавшийся в середине 80-х годов, привел к увеличению интереса к истории нашего государства, в том числе и правоохранительной сфере. В работах, А .Я. Малыгина, Р. С. Мулукаева, Ю. П. Титова и других ученых, анализируется ход создания и развития органов охраны правопорядка с учетом суровых условий диктатуры пролетариата1.

Историография советского периода, оценивая события Гражданской войны в России, весьма узко, ограниченно представляла Белое движение лишь как составную часть «агрессивных планов Антанты», направленных на свержение советской власти, ликвидацию «завоеваний Октября». Принятие бесперспективности и обреченности Белого движения делало ненужным углубленное изучение и объективный анализ его возникновения и развития, его социальной структуры и идеологии, политических и экономических программ, его специфических особенностей в различных регионах России, в том числе и правоохранительной сфере.

Например, в сборнике «Из истории интервенции и гражданской войны в Сибири и на Дальнем Востоке, 1917 — 1922 гг.» главное место занимает исследование вопросов, связанных с борьбой народных масс с интервентами и белогвардейцами, а также участием большевиков в освободительном движении. В работе дается представление о репрессивном режиме установленном в Сибири и на Дальнем Востоке противниками Советской власти2. Такие же проблемы затрагивал в своем исследовании Г. З. Иоффе3. Основное внимание в работе автор уделяет общественно-политической обстановке в регионе и военным действиям. Правоохранительная деятельность белых правительств в работе не освещалась. ми правонарушениями: Тезизы докладов науч.-практ. конф. Перм. гос. ун-та. — Пермь, 1988. — С. 99 — 101.

1 См.: Советская милиция: (История и современность). — М., 1987; Титов Ю. П. Развитие системы советских революционных трибуналов. — М., 1987; Малыгин А. Я., Мулукаев Р. С. Развитие конституционно-правовых основ организации и деятельности органов внутренних дел. — М., 1988; Московская краснознаменная милиция: Страницы истории. — M., 1988.

2 См.: Из истории интервенции и гражданской войны в Сибири и на Дальнем Востоке 1917 — 1922 гг. — Новосибирск, 1985.

3 См.: Иоффе Г. З. Колчаковская авантюра и ее крах. — М., 1983.

На пятом этапе, в период с начала 1990;х годов и по настоящее время в связи с рассекречиванием фондов в научный оборот было введено большое количество новых документов, что способствовало увеличению числа исследований. Начиная с середины 90-х годов, появились не только статьи, но и монографии, которые отличаются существенно новыми оценками истории отечественной государственности и ее различных структур.

Так, в монографии Л. П. Рассказова раскрывается взаимосвязь идеологии, политики, экономики и права с деятельностью карательных органов1. Показаны политико-правовые основы становления и развития милиции. Автор отмечает, что милиция всегда содержалась у государства по «остаточному принципу» и относились к ней, как второстепенному государственному органу.

Некоторые вопросы организации народной милиции в сельской местнол сти в марте — октябре 1917 г. рассмотрены в исследовании А. В. Седова. Автор предлагает наряду с народной и рабочей милицией выделить в отдельную группу милицию крестьянскую. По нашему мнению это является не верным, так как образованная в сельской местности милиция, хотя и состояла из крестьян, но не отстаивала интересы каких-либо политических сил. В работе не раскрыты причины слабой эффективности милиции Временного правительства, не раскрыт механизм законотворчества.

Определенный интерес представляют исследования юристов3. В их работах нашли освещение правовые основы организации народной милиции, охраны общественного порядка и деятельность специальной милиции. Организационно-правовые основы деятельности народной милиции Временного правительства России рассмотрены в диссертации В.В. Баранова4. Автор на общерос.

1 См.: Рассказов Л. П. Карательные органы в процессе формирования и функционирования административно-командной системы в советском государстве (1917 — 1941 гг.). — Уфа, 1994.

2 См.: Седов А. В. Движение революционного крестьянства России за демократическое самоуправление в 1917 году. — Н. Новгород, 1991.

3 См.: Несмиянов А. Н. О некоторых вопросах обеспечения правопорядка в феврале-октябре 1917 года // История государства и права.— 2000. — № 4. — С. 11 — 12- Милованова Л. В. Создание милиции в России в 1917 году: результаты и уроки // История государства и права. — 2003. — № 2. — С. 44 — 46- Баранов В. В. Организационно-правовые основы деятельности народной милиции Временного правительства России в 1917 году: Ав-тореф. дис. .канд. ист. наук. — М., 1993.

4 Баранов В. В. Организационно-правовые основы деятельности народной милиции Временного правительства России в 1917 году: Автореф. дис. .канд. ист. наук. — М., 1993. сийском материале показал особенности становления и деятельности народной милиции, исследовал становление и развитие законодательства.

В 90-е годы был издан ряд специальных работ по истории органов внутренних дел1. На основании обширного круга архивных и печатных документальных источников рассматривается создание и развитие, как дореволюционной полиции, так и советской милиции, которое происходило в русле решения общих проблем государственного строительства. В работах подчеркивается, что крайняя политизация кадровой проблемы в 1917 г. и послереволюционный период не позволяла обеспечить высокую профессиональную подготовку личного состава, что к милиции всегда относились как к органу, в первую очередь выполняющему указания вышестоящих государственно-партийных властей.

Долгое время в отечественной исторической науке не проводилось каких-либо исследований белых правительств и их органов внутренних дел. Только в начале 90-х это «белое пятно» в истории России стало заполняться исследованиями отечественных ученых2. Между тем нельзя не согласиться с В. Ж. Цветковым, что для части изданной за последние годы литературы присущ описательный, публицистический подход к освещению «Белого движения». Нередко проявляется его идеализация, субъективность суждений и оценок, «гражданская война рассматривается порой только, как противоборство двух сил — „красных“ и „белых“ — при пассивном отношении к этой борьбе населения» 3.

С середины 90-х появились исследования, в которых затрагиваются отдельные аспекты строительства и деятельности органов внутренних дел белых правительств в Сибири4. В частности, в специальных работах по милиции А.Н.

1 См.: Из истории становления и развития паспортной системы в СССР (октябрь 1917 — 1974 гг.). — М., 1990; Мулукаев Р. С., Суслов В. М. Функция советской милиции по предупреждению преступлений (1917 — 1934 гг.). — М., 1991; Афоничев B.C. История российской милиции. — М., 1994; Борисов А. В., Дугин А. Н., Малыгин А. Я. и др. Полиция и милиция России: страницы истории. — М., 1995.

2 См.: Рыбников В. В., Слободин В. П. Белое движение в годы гражданской войны в России: сущность, эволюция и некоторые итоги. — М., 1993; Никитин А. Н. Периодическая печать как источник по истории гражданской войны в Сибири. — Омск, 1992; Литвин А. Л. Красный и белый террор в России, 1918 — 1922 гг. — Казань, 1995 и др.

3 Цветков В. Ж. Белое движение в России. 1917 — 1922 годы // Вопросы история. — 2000. — № 7. — С. 56.

4 См.: Никитин А. Н. Милиция Российского правительства Колчака и ее роль в борьбе с общеуголовной и организованной преступностью: Учебное пособие. М., 1995; Он же. Органы местной власти «белой» Сибири // История «белой» Сибири. Кемерово, 1997. С.94−98- Звягин С. А. Влияние колчаковской попытки модернизации на уровень правового сознания сибиряков // Культура и интеллигенция России в эпоху модернизации XVIII — XX.

Никитина, С. А. Звягина, М. М. Степанова и, А .Я. Малыгина рассмотрена организация и деятельность органов охраны правопорядка белых правительств1. Кроме этого, освещены вопросы связанные с кадровым составом и профессиональной подготовкой Сибирской милиции, направлениями ее деятельности. Указанные работы представляют интерес тем, что в них приводятся документы и материалы из местных архивов, есть отдельные упоминания по Пермской губернии.

В монографии В. Д. Зиминой, вышедшей в 1997 г., исследовано Белое движение, показано его возникновение и развитие в годы Гражданской войны2. Рассматриваются попытки, и пути построения государственности на территориях, где была свергнута Советская власть.

Значительную помощь при работе над диссертацией оказали исследования А. Я. Малыгина и А.Н. Никитина3. В их работах рассмотрены вопросы организации и деятельности милиции всех государственных образований периода Гражданской войны, его кадрового состава и профессиональной подготовки.

В 90-е годы отдельные эпизоды истории создания народной милиции Временного правительства и милиции советского государства на Урале отражаются в работах B.C. Кобзова и Е. П. Сичинского, А. П. Абрамовского и Е. Г. Морозова, А.И. Семенова4. В их работах раскрываются этапы формирования вв. — Омск, 1995. — С. 67 — 68- Журавлев В. В. Идея народного представительства в период колчаковской диктатуры // Региональные процессы в Сибири в контексте российской и мировой истории. — Новосибирск, 1998. — С.148−152.

1 См.: Никитин А. Н. Документальные источники по истории гражданской войны в Сибири. — Томск, 1992; Он же. Источники и литература о месте и роли юристов в противобольшевистском движении (1918;1919 гг.) // Российская интеллигенция в отечественной и зарубежной историографии: Тез. докл. межгос. научно-теор. конф. T.2. — Иваново, 1995. — С. 294−295- Он же. Колчак проиграл мафии//Милиция.— 1997. — № 11. — С. 50−51- Он же. Органы местной власти «белой» Сибири // История «белой» Сибири: Тез. второй науч. конф. — Кемерово, 1997. — С. 95 — 97- См.: Звягин С. П. Формирование и реализация правоохранительной политики антибольшевистскими правительствами на востоке России (1918 — 1922 гг.): Автореф. дис.. д-ра ист. наук. — Кемерово, 2003; Малыгин А. Я., Степанов М. М. Правоохранительные органы белых правительств. — М., 1999; Степанов М. М. Органы внутренних дел белых правительств периода гражданской войны в России: Автореф. дис. .канд. юрид. наук. — Москва, 1998.

2 См.: Зимина В. Д. Белое движение и российская государственность в период Гражданской войны. — Волгоград, 1997.

3 Малыгин А. Я., Никитин А. Н. Милиция белых правительств // Юрист. — 1997. — № 9. — С.39 — 64- Никитин А. Н. Милиция Российского правительства Колчака и ее роль в борьбе с общеуголовной и организованной преступностью. — М., 1995; Он же. Органы государственной власти «белой» России: борьба с должностными преступлениями. — М., 1997.

4 См.: Кобзов B.C., Сичинский Е. П. Государственное строительство на Урале в 1917 — 1921 гг. — Челябинск, 1997; Абрамовский А. П., Морозов Е. Г. Особенности формирования Красной гвардии в 1917 — 1918 гг. // Вестмилиции, анализируется социально-экономическая обстановка на Южном Урале. В статье Д. В. Калинкина и Е. А. Калинкиной освещен вопрос формирования и деятельности народной милиции в Челябинске1.

Таким образом, проведенный анализ имеющейся научной литературы показывает, что за последние годы в изучении истории российской милиции достигнуты определенные успехи. Между тем, обзор историографии позволяет сделать вывод о слабой изученности проблемы становления и развития рабочей и советской милиции Пермской губернии. Остались не разработанными и не изученными вопросы организации и деятельности народной и колчаковской милиции. На наш взгляд есть необходимость дальнейшего комплексного исследования и теоретического осмысления данной проблемы. Недостаточная изученность темы позволяет определить объект и предмет исследования, сформулировать цели и задачи диссертационной работы.

В качестве объекта исследования выступают органы охраны правопорядка в России в 1917 — 1921 гг. Процесс становления и развития органов охраны правопорядка Пермской губернии в этот период и составляет предмет исследования.

Цель работы состоит в исследовании процесса формирования и деятельности органов внутренних дел в Пермской губернии в условиях революций и Гражданской войны.

Для достижения данной цели в работе предполагается решить следующие задачи:

1. Рассмотреть процесс организации народной, рабочей, колчаковской и советской милиции в Пермской губернии в условиях революций и Гражданской войны.

2. Проследить развитие органов внутренних дел на территории Пермской ник Челябинского университета. — Челябинск, 1992. — № 2- Абрамовский А. П. Челябинский военно-революционный комитет — чрезвычайный орган власти Совета рабочих и солдатских депутатов // Вестник Челябинского университета. — Челябинск, 1994. — № 1- Семенов А. И. Становление и развитие правоохранительных органов Урала 1917 — 1921 гг. (историография вопроса) // Полиция и милиция России: формирование и развитие. К 200-летию МВД: Материалы кафедральной науч. — практ. конф. — Челябинск, 2000. — С. 36 — 45.

1 См.: Калинкин Д. В., Калинкина Е. А. Из истории организации народной милиции в Челябинске // Архивное дело в Челябинской области. Вып.2. — Челябинск, 1997. — С. 52 — 64. губернии в период от Февральской революции до НЭПа.

3. Выявить структуру органов милиции, формы и методы борьбы с преступностью в 1917 — 1921 гг.

4. Показать основные направления деятельности милиции в Пермской губернии.

5. Дать сравнительный анализ деятельности народной, колчаковской и советской милиции на разных этапах исторического развития.

Основополагающими методологическими принципами написания диссертации стали историзм и объективность. Автор оценивал все события 1917 — 1921 гг. не с позиций сегодняшнего дня, а исходя из условий той исторической эпохи, когда они происходили. При этом автор попытался уйти от предвзятого подхода в оценке тех или иных событий исследуемого периода.

Исследование проводилось с использованием следующих прикладных методов: историко-сравнительного, историко-системного, а Также методов статистического анализа. Историко-системный метод применялся, в частности, при рассмотрении функционирования структур органов правопорядка. Историко-сравнительный метод — при сопоставлении организации и результатов деятельности органов правопорядка разных правительств на территории Пермской губернии. Метод статистического анализа был уместен при анализе роста преступности и раскрываемости преступлений.

Диссертация написана согласно проблемно-хронолочического метода исследования, который позволил рассмотреть органы правопорядка с момента их возникновения и до качественно нового состояния общества в период НЭПа.

При написании данной диссертации источниковой базой исследования послужил большой массив документов и материалов государственных и партийных органов, труды и материалы видных общественных и государственных деятелей, периодическая печать, нормативно-правовые акты правительств, власть которых распространялась на рассматриваемую в диссертации территорию, архивные материалы. Важные данные были почерпнуты в воспоминаниях.

Наиболее значительную ценность представляют документальные материалы, сосредоточенные в фондах архивов Пермской и Свердловской областей: Государственного архива Пермской области (ГАПО), Государственного общественно-политического архива Пермской области (ГОПАПО), Центра документации общественных организаций Свердловской области (ЦДООСО), Государственного архива Свердловской области (ГАСО) и материалах музея истории милиции г. Перми.

При работе с документами ГАПО использовано большое количество фондов по исследуемой теме. В фонде № 167 «Пермский губернский комиссар Временного правительства Министерства внутренних дел» содержатся документы за 1916 — 1918 гг. позволяющие проследить процесс ликвидации полиции. Кроме того, важное значение имеют документы, раскрывающие деятельность местных КОБов, Советов и органов местного самоуправления по станов-. лению института народной и рабочей милиции. Фонд № 44 — «Пермская губернская земская управа» содержит документы за 1853 — 1919 гг. раскрывающие практическую деятельность земств по охране порядка.

Материалы фондов № Р-746, Р-711, Р-328, Р-618, Р-656 позволяют восстановить период правления Временного Всероссийского правительства Колчака на территории Пермской губернии в 1918;1919 гг. Нормативно-правовые акты МВД, приказы военных и распоряжения гражданских властей, позволяют восстановить картину государственного строительства, в том числе органов правопорядка. В фондах хранятся разнообразные доклады с мест, служебные записки, материалы переписки, сообщения управляющих уездами о деятельности милиции уездов. Документы фондов являются подлинниками.

Важные материалы по созданию советской милиции хранятся в фондах № Р-54, Р-59, Р-301, № Р-726. Основу их составляют приказы, инструкции, указания, донесения и сводки о положении дел в милиции.

В фондах ГАПО встречаются дела, которые не брались пользователем, что означает, что многие документы не вводились в научный оборот.

В Государственном общественно-политическом архиве Пермской области (ГОПАПО) хранится фонд № 90 «Коллекции документов по истории Пермской областной организации КПСС», который имеет в своем составе документы содержащие в себе хронику развития событий 1917 г.: положение дел в Лысьве, Мотовилихе, Кунгуре и др. местностяхсведения о местном самоуправлении земства и думы) — создание рабочей милиции и др. По документам фонда № 557 можно установить хронологию восстановления советской милиции после 1918 г. Надо отметить, что некоторые материалы хранящиеся в ГОПАПО повторяют архивные документы ГАПО.

Среди материалов ЦЦООСО в фонде № 41 «Свердловский (Уральский) истпарт» содержатся документы о революционных событиях 1917 г., а так же периода Гражданской войны, что позволило использовать их в исследовании.

Материалы ГАСО в фондах № 658, Р-1573 хранят значительную информацию по созданию народной милиции в виде отчетов, постановлений и других документов. Несомненно, уникальным является фонд № Р-1956 «Канцелярия Главного начальника Уральского края 1918 — 1919 гг.» документы которого позволяют рассмотреть деятельность правительства А. В. Колчака в правоохранительной сфере на территории Пермской губернии. Большая часть неопубликованных источников вводится в оборот впервые.

При работе над диссертацией, были использованы работы К. Маркса и Ф. Энгельса, а также В. И. Ленина, посвященные теоретической базе строительства вооруженных сил революции и основным видам пролетарской милиции в России.

Основу источников по Гражданской войне на Урале составили законодательные акты советского и белого правительства Колчака, материалы местных органов власти. В 20 — 30-е гг. были осуществлены первые публикации документов, посвященные истории Гражданской войны на Урале1. В основном они представляли собой приуроченные к юбилейным датам сборники, в которых помещались источники разных видов.

Важный комплекс данных составили источники личного происхожде.

1 См.: Октябрьский переворот на Урале. Сб. док. — Свердловск, 1927; Рабочий класс Урала в годы войны и революций. Документы и материалы / Под ред. А. П. Таняева /. T.2. — Свердловск, 1927; Колчаковщина: Сб. док. — Свердловск, 1924; Рабочая революция на Урале: эпизоды и факты. — Екатеринбург, 1921; Революционное прошлое. — Уфа, 1923; Борьба за Урал и Сибирь. Воспоминания и статьи участников борьбы с учредиловской и колчаковской контрреволюцией. — М.-Л., 1925; Молотов К. Контрреволюция в Сибири и борьба за власть Советов. — Екатеринбург, 1921; Колчаковщина на Урале. 1918 — 1919 гг. — Свердловск, 1929. ния, как представителей большевистского лагеря1, так и воспоминаний эмиг.

2 3 рантов изданных за рубежом и в Советской России .

Огромное значение для исследования становления милиции в период революций и Гражданской войны имела местная периодическая печать. В ней помещались сообщения о важнейших событиях, распоряжения, военные приказы, директивы. Советские газеты и журналы, а также повременные издания небольшевистского характера, в условиях закрытости многих архивных фондов, являлись самым доступным материалом и широко использовались историками. Известно 102 наименования белогвардейских газет выходивших в свет на территории Урала и Сибири4. В работе были использованы периодические издания, издававшиеся в Пермской губернии в 1917 — 1921 гг. и позднее. Имеющихся источников достаточно для решения поставленных в диссертации задач.

Данное исследование проводится в рамках общепринятой периодизации и охватывает период с февраля 1917 по март 1921 г., до введения новой экономической политики. Это обусловлено, с одной стороны тем, что в процессе Февральской революции был ликвидирован прежний карательный аппарат, в том числе и Департамент полиции. Именно с этого времени начала свое существование новая государственно-административная система. В этот период в России, происходили глобальные политические и экономические преобразования, вызванные двумя революциями и Гражданской войной. Становление новых органов государственной власти на территории Пермской губернии не могло не сопровождаться организацией органов охраны правопорядка: народ.

1 См.: Борьба за Урал и Сибирь: Воспоминания и статьи участников борьбы с учредиловской и колчаковской контрреволюцией. — М.- Л., 1926; Революция. Устные рассказы уральских рабочих о гражданской войне. — М.-Л., 1931; Онуфриев И. А. Мои воспоминания из Гражданской войны на Урале. — Екатеринбург, 1922; Голубых М. Д. Уральские партизаны. — Свердловск, 1924; Баранов А. В. Октябрь и начало Гражданской войны на Урале. — Свердловск, 1926; Бажов П. П. Формирование на ходу. К истории Камышловского 254-го 29 дивизии полка. — Свердловск, 1935; Быков В. Подполье. — Екатеринбург, 1923; Голубых M. Уральские партизаны. — Екатеринбург, 1924; Онуфриев И. А. Гражданская война на Урале: Воспоминания бывшего комбрига. — Свердловск, 1925; Буревой К. Колчаковщина.— Екатеринбург, 1919.

2 См.: Государственный переворот адмирала Колчака в Омске 18 ноября 1918 г.: Сб. док. — Париж, 1919; Аргунов А. А. Между двумя большевизмами. — Париж, 1919; Толстое B.C. От красных лап в неизвестную даль. (Поход уральцев). Константинополь, 1921; Гинс Г. К. Сибирь, союзники и Колчак. 4.1,2. — Пекин, 1921.

3 См.: Кроль Л. А. За три года. Воспоминания, впечатления, встречи. Владивосток, 1921; Болдырев В. Г. Воспоминания Главверха Уфимской директории // Сибирские огни. — 1923. — № 5 — 6- Будберг А. Дневник белогвардейца.— М., 1929; Колчаковщина. Из белых мемуаров. — Л., 1930.

4 См.: Скипина И. В. Человек в условиях Гражданской войны на Урале: историография проблемы. — Тюмень, ной милиции Временного правительства (март — октябрь 1917 г.), рабоче-крестьянской милиции Советского правительства (октябрь 1917 — декабрь 1918 г.), колчаковской милиции — в период белой государственности во время Гражданской войны (декабрь 1918 — июль 1919 г.) и восстановлением советской милиции (июль 1919 — март 1921 г.). Это наложило свой специфический оттенок на формирование органов правопорядка и выполнение возложенных на них функций, на территории Пермской губернии.

Территориальные рамки диссертации охватывают только Пермскую губернию. В состав Пермской губернии в 1917 г. входили территории современных Пермской и Свердловской областей, а также, примерно, половина Курганской области, что является в совокупности достаточно обширной территорией. Следует отметить, что в губернии находился основной потенциал общеуральской промышленности и половина всего населения Урала. Более подробное и детальное изучение процессов происходящих в отдельно взятой губернии, будет способствовать пониманию сути процессов происходивших на Урале.

Структура исследования обусловлена поставленными задачами и внутренней логикой работы и включает в себя введение, две главы, заключение, список использованных источников и литературы, приложения.

2003.-С. 19.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

.

Изучение процессов становления и эволюции органов милиции на территории Пермской губернии с февраля 1917 г. по март 1921 г. позволяет сделать некоторые общие и частные выводы.

Данный период отмечается коренной ломкой общественных отношений и сменой государственного устройства. От самодержавной России переходили к демократии Временного правительства и диктатуре Советской системы, военной диктатуре А. В. Колчака и власти Советов. При этом четко обозначилось понимание необходимости создания органов охраны общественного порядка, как структурами власти, так и политическими партиями, общественными организациями.

Процессы формирования милиции в Пермской губернии, проходили в русле общероссийских процессов, хотя Урал имел свою специфику, ибо здесь была власть правительства Колчака и дважды, устанавливалась советская система.

Можем утверждать, что режим чрезвычайного положения в Пермской губернии был продолжительнее, чем в других губерниях европейской России, что накладывало свой отпечаток на создание правоохранительных органов.

Четыре смены политических режимов позволяют отметить некоторые общие черты и особенности в создании и деятельности правоохранительных органов. У всех правительств, в чрезвычайных ситуациях, меры приобретали чрезвычайный характер.

Степень готовности к переменам и адаптации к ситуациям была разной у всех политических режимов. Процесс строительства демократического государства нового типа после Февральской революции протекал неоднозначно в результате борьбы различных политических сил. Многие основополагающие принципы преобразований в экономической, политической и социальной сферах были лишь провозглашены, но не реализованы. Этот противоречивый и сложный процесс отражался в государственном строительстве, в том числе и создании правоохранительных органов, замене отживших институтов монархической государственности на более прогрессивные и демократические. Одной из сторон этого процесса и явилось создание милиции.

Власть и демократия была для Временного правительства, как подарок судьбы и всякий раз по ситуации она пыталась понять и решить, как этим подарком воспользоваться. Другое дело большевики, которые больше десятка лет до революционных событий искали форму будущего мироустройства, миропорядка и в теории выработали некоторые положения, которые определяли их взгляды и поведение в революционных событиях. Это видно на их идее о всеобщем вооружении народа. Образы государства, созданные теоретиками, они попытались воплотить после революции. Правда и большевики, как и другие общественно-политические силы после буржуазно-демократической революции, недооценили меру и силу стихийного анархизма российских масс. Разгул анархии вынуждал демократическое Временное правительство усомниться в действенности демократических методов управления государством, а большевиков и белое движение — довести диктатуру до крайних форм ее выражения.

Процесс ломки старых полицейских учреждений и создание органов правопорядка нового типа в исследуемый период также развивался стихийно, без правовой регламентации, что привело к отсутствию единства в структуре, функциях и управлении органами милиции. Часто не удавалось находить позитивных форм взаимодействия между разными структурами власти и органами управления, милиционными формированиями.

Во всех случаях ломки присутствовал фактор местничества, выражавшийся в нестыковке структур власти и органов правопорядка. Ослабление всех звеньев государственного механизма, политическая, экономическая и социальная нестабильность в стране сказывались и на ухудшении правопорядка, выразившемся в увеличении роста преступности после Февральской революции до невиданных размеров.

На протяжении изучаемого периода шел активный поиск оптимальных и действенных форм организации милиции. Четко прослеживается желание власти создать эффективный инструмент борьбы с преступностью. Проявляется тенденция осмысления и осознания властью необходимости перехода от стихийного возникновения форм милиции к построению милиции на принципах отличных от ранее принятых.

В Пермской губернии носителями власти, кроме официальных институтов — комиссаров Временного правительства, земств и городских дум, являлись общественные демократические организации — Комитеты общественной безопасности, Советы рабочих и солдатских депутатов, Советы крестьянских депутатов. Различаясь по своему социальному составу и идеологическим установкам, они проводили в принципиальных вопросах согласованную политику, в том числе и по созданию милиции. Являясь революционно-демократическими органами значительной части населения Пермской губернии, КОБы и Советы создавались без участия органов официальной власти, и весной-летом активно поддерживали (в подавляющем большинстве) внешнюю и внутреннюю политику Временного правительства. В условиях, когда местные власти фактически самоустранялись от создания народной милиции, или не имели реальной возможности для этого, общественные организации брали эту инициативу на себя. При чем в марте, имея реальную власть над милицией и, нередко, выполняя функции местного самоуправления, КОБы делали попытки взять под свой контроль и ее финансирование. В ряде мест существовало взаимодействие КОБов и Советов между собой при формировании и деятельности милиции, в целях стабилизации обстановки в обществе и уменьшения уровня преступности.

Идея всеобщего вооружения народа была реализована после Февральской революции в нескольких формах пролетарской милиции, самой массовой из которых стала рабочая милиция или как ее еще называли фабрично-заводская милиция. По своим организационным принципам, структуре и функциям она была наиболее близка к реализации всеобщего вооружения народа, хотя в социальном плане была ограничена рамками только рабочего класса. В политическом плане рабочая милиция первоначально пользовалась поддержкой всех социалистических партий, Советов и других организаций. С ее помощью рабочие добивались выполнения своих требований. Стихийно создаваемая самими рабочими, милиция не всегда отражала интересы партии большевиков и, нередко, происходило ее слияние с народной милицией Временного правительства.

Поскольку в процессе создания милиции были задействованы разные структуры власти, политические партии и политические движения, то с неизбежностью возникал параллелизм в работе правоохранительных органов Временного правительства. Что касается колчаковской милиции, то она находилась в двойном подчинении — гражданских и военных властей.

Органы местного самоуправления Временного правительства в сложившейся обстановке из-за отсутствия опыта и профессиональных кадров не смогли создать действенную систему по охране общественного порядка и борьбе с преступностью. Чтобы как-то поправить положение стали предприниматься шаги по усилению и централизации органов милиции, которые не были завершены властью. Принятые Временным правительством нормативные акты, касающиеся организации и деятельности милиции, не учитывали реальной действительности и были оторваны от реальных процессов, происходящих в стране. Поэтому старая полиция и новая народная милиция не стали действенной опорой центральной власти. Реорганизации милиции, проводимые Временным правительством, запаздывали или проводились не своевременно из-за подчинения органов правопорядка местным властям и носили чрезвычайный характер. Потеря управления привела к тому, что волостная и сельская милиция оставалась на первоначальных уровнях своей организации.

В результате правительство не смогло создать и использовать в своей внутренней политике одну из главных силовых структур государства, а милиция оказалась беспомощной в решении возложенных на нее задач.

Несмотря на это, все же следует отметить и положительные стороны, которые, несомненно, наблюдались при формировании и организации милиции. В России было впервые введено само понятие «милиция», как одна из структур нового демократического государства в противовес царской полиции. К предметам ведения милиции по охране общественного порядка и безопасности в первую очередь стала относиться охрана прав гражданской свободы. Одним из демократических принципов организации и функционирования правоохранительных органов был принцип выборности, привлекший в милицию широкие слои населения. Поэтому после Октябрьской революции новая власть не сразу упразднила народную милицию, которая просуществовала в Пермской губернии до весны 1918 г., действуя под руководством Советов, а низший милицейский состав сохранился и в советской милиции.

Таким образом, в 1917 г. впервые в российской истории была сделана попытка преодолеть авторитарные традиции государственного управления и создать демократический государственный орган России — милицию. Однако первый опыт организации органов охраны общественного порядка и борьбы с преступностью по образцу буржуазных демократий оказался для России неудачным. Народная милиция оказалась неспособной выполнять свои задачи в условиях революционной стихии, охватившей всю страну в марте-октябре 1917 г.

В условиях революционного изменения общества основное внимание уделялось ломке и уничтожению органов правопорядка созданных предыдущими государствами, и лишь на обломках прошлого начинались попытки строительства нового, которые, как правило, заканчивались неудачей или требовали огромных материальных и иных затрат. Это в полной мере относится к строительству милиции в 1917 г., когда было отброшено практически все положительное накопленное столетиями при строительстве правоохранительных органов России. И лишь тогда, когда волна преступности захлестнула всю страну, объективные обстоятельства заставили обратиться к опыту прошлого и привлечению для борьбы с преступностью опытных, профессиональных кадров, а также армии, как крайней меры.

Разрыв преемственной связи с предшествующими режимами и его организационными структурами, в том числе в системе правоохранительных органов, особенно характерен для Советской власти. И все же, несмотря на отрицательное отношение партии большевиков, и советского государства к прежнему праву, нормам и методам работы полиции, отдельные достижения в их деятельности постепенно использовались в создаваемых органах правопорядка. Однако резкого поворота к использованию опыта предшественников в милиции не произошло, — в первые годы внедрялось, так называемое пролетарское право, в основе которого лежали «революционная законность» и «революционная справедливость», демонстрируя весьма наглядно свой неправовой характер и свою насильственную антиправовую сущность1.

Исследование показывает, что формирование органов правопорядка белого правительства на территории Пермской губернии проходило одновременно с созданием органов местной власти, а там где их не было при непосредственном участии военных властей. Правовую основу их организации и деятельности составляло законодательство Временного правительства Керенского и собственные нормативные акты Временного областного правительства Урала. Позже милиция была приведена в соответствие с законодательством Временного Сибирского правительства использовавшего правовые основы дореволюционного царского правительства. Реформы милиции, обусловленные Гражданской войной, носили, в основном, временный и чрезвычайный характер. На организацию и деятельность милиции сильное влияние оказывали органы военного управления, что создавало множество противоречивых ситуаций между военными и гражданской властью.

Изучение проблем формирования милиции вынуждает обратить внимание на внешние и внутренние факторы, влиявшие на создание и деятельность мили.

1 См.: Нерсесянц B.C. Наш путь к праву: От социализма к цивилизму. — М., 1992. — С. 101.

ЦИИ.

В число важнейших факторов можно отнести Первую мировую и Гражданскую войны. Поглотив значительную часть людских и материальных ресурсов, они создавали кадровый дефицит, а порой и кадровый голод для милиционных структур, тем самым, затрудняя функционирование власти в деле борьбы с преступностью, создании и деятельности органов правопорядка.

С войнами связано озлобление населения, агрессивность граждан, рост числа криминальных элементов и структур и, соответственно, ответных суровых мер властей. Увеличивалась политизация общества, а стало быть, углублялся его раскол и противостояние, что, в конечном счете, сказывалось на дифференциации сил в органах власти и милиции. Чрезвычайно осложняла охрану порядка миграция населения, интенсивный рост городских жителей и безработица, которые еще больше увеличились в условиях ведения Гражданской войны. В обстановке разгула насилия, экономической разрухи и наличия большого количества оружия у населения произошел резкий рост уровня преступности.

В условиях продолжавшейся мировой войны, кризисного положения, отсутствия демократических традиций в России демократическая система управления Временного правительства оказалась преждевременной и себя не оправдала. Децентрализация управления, направленная против бюрократического централизма царской России, оказалась чрезмерной и привела к утрате правительственного контроля над ситуацией в стране.

Важную роль в государственном строительстве, экономике и духовной жизни, а также деятельности органов правопорядка в 1917;1921 гг. играл политический и идеологический фактор. Выявляется разная степень политизированности власти и создаваемых милиционных структур: минимальная — у Временного правительства, максимальная — у Временного Сибирского и Советского правительства.

Крайняя политизация кадровой проблемы, как советской, так и колчаковской милиции не позволяла обеспечить необходимый уровень профессиональной подготовки личного состава. Деятельность милиции приобретала идеологизированный характер, так как любые промахи в данной сфере подрывали авторитет власти и давали противоположной стороне неопровержимые аргументы для пропагандистских компаний.

Весьма значимым был властный фактор, т. е. влияние центральной власти на места. Этот фактор в разных условиях действовал по-разному. Временное правительство, как фактор, оказывало на места неравномерное и неоднозначное влияние. По части распространения демократических свобод оно давало многое и гораздо меньшее по выстраиванию структур власти и наведению порядка, тем самым, развязывая силы анархии. Будучи не способным, обуздать анархию, Временное правительство превращало демократию в оружие направленное против самого себя.

Другое дело большевистская и колчаковская власть, которые были более четко структурированы сверху донизу. Правда, если большевикам удалось выстроить все ветви власти, то Колчаку — только по военной линии. Военизация милиции, с учетом условий войны, ее централизация, а также перевод на государственное обеспечение, оказали положительное влияние на эффективность ее работы.

После Февральской революции стали возникать формы общественного контроля за милицией, одной из важных сфер которого являлось обеспечение соответствия личного состава ее наименованию — «народная милиция», «рабочая», «колчаковская», «рабоче-крестьянская» — стремление добиться того, чтобы в ней работали достойные и пользующиеся заслуженным доверием лица. Это выражалось в избрании милиционеров самим населением и отчетах о результатах их работы, например, в периодической печати.

В 1917 г. в ряде мест губернии возникла новая форма обеспечения общественного контроля при подборе кадров в милицию путем опубликования списков лиц, подавших заявления о поступлении на работу в милицию, в печати. Средства массовой информации широко использовались, в той или иной степени, всеми правительствами для показа успехов правоохранительных органов, опубликования примет преступников, а также принятия мер своевременного предупреждения граждан в целях профилактики преступлений и т. д.

Многие исследователи отмечали большое количество моментально возникших после Февраля профсоюзов, в создании которых наибольшую активность проявляли не только рабочие, но и правительственные служащие. Для защиты своих экономических интересов, решения вопросов об увольнении нерадивых милиционеров, служащими и чинами народной милиции г. Перми был образован профессиональный Союз милиционеров. Упоминаний о создании подобного профсоюза милиционеров в Уральском регионе в исследованиях других историков не прослеживается.

Как показывает история, кадровая политика всегда была и остается выражением политической обстановки в стране, идеологией, господствующей в конкретный исторический период. Деятельность народной милиции определялась положением, утвержденным Временным правительством 17 апреля 1917 г., которое закрепило правовые основы организации и деятельности милиции.

Организация милиции в первые недели после революции в Пермской губернии носила стихийный, неорганизованный характер, всецело зависящий от творчества широких масс. Ее социальный состав, способы формирования в полной мере оправдывают ее название — народная милиция. Основными принципами отбора кадров в народную милицию в то время были добровольность, участие местных органов самоуправления в решении кадровых вопросов и наличие российского гражданства. В тоже время надо отметить, что принцип выборности заложенный в процесс формирования милиции в первые месяцы ее становления, продолжал осуществляться на территории губернии и в последующем, не смотря на принятое положение о милиции, что приводило к потере начальниками милиции необходимой им власти, способствовало разложению института милиции. Характерной особенностью решения кадровой проблемы народной милиции в губернии стала тенденция привлечения, как на службу, так и для охраны порядка военнослужащих. К концу весны эта мера приобрела закономерность в связи с резким ростом преступности.

В период перехода власти в руки Советов, огромную роль играл принцип классовости, т. е. выборность кандидатов на службу профессиональными союзами, фабрично-заводскими комитетами и другими самодеятельными организациями. Господствующая в тот период марксистская идеология требовала такого подхода, согласно которому в результате слома старой государственной машины ликвидировалась ранее действующая армия и полиция, а их полномочия делегировались вооруженному народу, т. е. рабочей милиции и Красной гвардии.

К середине 20-х годов основой кадровой политики рабоче-крестьянской милиции стало отношение к рабоче-крестьянскому классу и наличие активного избирательного права, добровольность. На руководящие должности назначение производилось только по рекомендации партии или профсоюзов. На службу в милицию запрещалось принимать бывших чинов полиции, что объяснялось политической обстановкой в стране, но, как исключение, профессионалов сыскных подразделений все же принимали.

При комплектовании кадров колчаковской милиции губернии от кандидатов на должности милиционеров требовалось представление ими рекомендаций об их политической благонадежности, а при назначении лиц командного состава обращалось внимание на образовательный ценз, а так же на нравственную и политическую их устойчивость. Однако, в условиях войны личный состав стал комплектоваться за счет лиц не способных к военной службе, а часть функций по охране порядка возложили на армию.

В условиях дефицита кадров на службу принимали случайных людей, не имевших ни профессиональных навыков, ни соответствующих моральнонравственных качеств, что привело к росту преступности в милицейской среде. Такое положение с кадрами было характерно для народной и советской милиции. В условиях недостатка мужчин, в Пермской губернии начинает проявляться тенденция привлечения женщин на службу в милицию.

Плохое денежное обеспечение чинов милиции, дополнялось слабым материальным снабжением, что стало острой проблемой всех правительств. Финансирование милиции после Февральской революции легло на плечи органов местного самоуправления, что в условиях инфляции, усиливающейся экономической разрухи вызывало дополнительные трудности в комплектовании милиции, приводило к перебоям в выплате жалования и увеличило отток кадров. Перед представителями власти встала проблема не только подбора соответствующего состава служащих для милиции, но и их удержания, что было возможным только при относительной материальной обеспеченности. Надо отметить, что финансирование, как рабочей, так и народной милиции производилось и на средства частных лиц.

Колчаковская милиция финансировалась из государственного бюджета, но третью часть расходов по-прежнему несли органы местного самоуправления. Средства частных лиц на содержание милиции не привлекались, мотивируя это тем, что милиция, являясь органом правительственной власти, наблюдающий за законностью и охраной прав гражданской свободы, должна быть независима от влияния общественных групп и партий. Тенденция содержания милиции по остаточному принципу сохранилась и в советской милиции.

Все правительства стремились при минимальной материальной обеспеченности милиции получить максимальный результат. Функции народной милиции Временного правительства были ограничены охраной личной и имущественной безопасности граждан. Между тем, единства не было не только в структуре и управлении органами милиции, но и в функциях выполняемых ими. Прослеживается тенденция нарастающего усложнения задач, которые решала милиция, связанные с ростом преступности и задействованностью милиционеров для выполнения несвойственных им функций.

В условиях Гражданской войны у милиции Советского государства и режима А. В. Колчака нужно выделить карательные и охранительные полномочия. Отвлечение милиции на выполнение не свойственных ей задач, тяжелая обстановка Гражданской войны существенно снизили эффективность деятельности органов правопорядка по борьбе с преступностью и бандитизмом. Основная нагрузка по борьбе с преступностью легла на уголовный розыск. Уголовный розыск белого правительства был лучше структурирован, укомплектован профессионалами и использовал дореволюционный опыт своих предшественников, в то время, как советский начинал практически с ноля. Однако справиться с ростом преступности, в том числе и бандитизмом, в годы Гражданской войны милиции не удалось.

Устойчивый правовой порядок недостижим без определенных изменений в духовно-нравственных, идейно-правовых устоях социальных групп, в ценностных установках и уровне правовой культуры граждан, без осознания и добровольного выполнения абсолютным большинством своих обязанностей перед обществом и государством.

Для достижения такого состояния необходима планомерная и целенаправленная работа государственных институтов, в первую очередь, правоохранительных, по формированию и развитию определенной правовой политики, соответствующей идеологии с четко выраженными, реально и конкретно реализуемыми задачами в области правовой культуры. Поэтому, оценивая ситуацию, сложившуюся в России в исследуемый период, приходится признать, что устойчивый правовой порядок в российском обществе был недостижим в условиях войны и разрыва преемственной связи с предыдущими правоохранительными структурами. Переходный период и переходное общество сами по себе предопределили нестабильность социальной реальности, которую нелегко было упорядочить даже средствами правового нормирования.

Показать весь текст

Список литературы

  1. Государственный общественно-политический архив Пермской области (ГОПАПО).12.1. Фонд № 90 — Коллекция документов по истории Пермской областной организации КПСС: опись № 1, дела №№ 110, 118, 174, 234.
  2. I. Опубликованные документы
  3. Большевики Урала в борьбе за победу Октябрьской социалистической революции: Сб. док. — Свердловск: Свердл. кн. изд-во, 1957. — 397 с.
  4. Борьба за победу Великой Октябрьской социалистической революции в Пермской губернии: Док. и материалы. Молотов: Молотов, кн. изд-во, 1957. — 564 с.
  5. Временное Положение о народных охране и милиции города Перми. — Пермь: Тип. Мотовилих. организации партии соц.- революционеров, 1917. — 8 с.
  6. Государственный переворот адмирала Колчака в Омске 18 ноября 1918 г.: Сб. док. / Сост. В. М. Зензинова. — Париж, 1919.— 193 с.
  7. История полиции дореволюционной России: Сб. док. — М., 1991. — 260 с.
  8. Октябрьский переворот на Урале: Сб. док. — Свердловск: Изд-во Уралпроф-совета, 1927. — 226 с.
  9. Рабочий класс Урала в годы войны и революций: Док. и материалы. Т. 2 / Под ред. А. П. Таняева. — Свердловск: Изд-во Уралпрофсовета, 1927. — 356 с.
  10. Рабочий класс Урала в годы войны и революций: Док. и материалы. Т. 3 / Подред. А. П. Таняева. — Свердловск: Изд-во Уралпрофсовета, 1927. — 455 с.
  11. Революционное движение в России после свержения самодержавия. Док. и материалы.— М.: Госюриздат, 1957. —193 с.
  12. Сборник законодательных документов по вопросам организации и деятельности советской милиции (1917 1934 гг.). — М.: Госюриздат, 1957. — 239 с.
  13. Сборник циркуляров Министерства внутренних дел за период март июнь 1917 года. — Петроград, 1917. — 31 с.
  14. Сибирская милиция (1918 1919 гг.): Сб. норм.-правовых док. — Кемерово: Кузбассвузиздат, 1997. — 93 с.
  15. Советская деревня глазами ВЧК-ОГПУ-НКВД: Док. и материалы. Т.1.: 1918 — 1922 гг. — М.: РОССПЭН, 1998. — 862 с.
  16. Становление и развитие в системе органов внутренних дел аппаратов по борьбе с преступностью в период строительства социализма (1917 1936 гг.): Сб. док. — М.: Акад. МВД СССР, 1986. —154 с.
  17. Упрочение Советской власти в Пермской губернии: Док. и материалы. — Пермь, 1966. — 429 с.
  18. Февральская революция 1917 года: Сб. док. — М., 1936. — 281 с. 1. Воспоминания
  19. Боевая молодость: Воспоминания. Статьи. Очерки. — Свердловск: Кн. изд-во, 1958. —319 с.
  20. Борьба за Урал и Сибирь: Воспоминания и статьи участников борьбы с учре-диловской и колчаковской контрреволюцией. — M.-J1.: Госиздат, 1926. — 390 с.
  21. А. Дневник белогвардейца. — М.: Прибой, 1991. — 304 с.
  22. В борьбе за власть Советов: Воспоминания коммунистов-участников Октябрьской революции и гражданской войны на Урале. — Свердловск: Свердл. кн. изд-во, 1957. — 249 с.
  23. Р. Жизнь в борьбе. Воспоминания о большевистском подполье. — Свердловск: Кн. изд-во, 1963. — 140 с.
  24. Г. К. Последние дни жизни А.В. Колчака. — М.: Прибой, 1991. — 260 с.
  25. Г. К. Сибирь, союзники и Колчак. 4.1. — Пекин: Изд-во о-ва «Возрожденная Россия», 1921. — 320 с.
  26. Дебогорий-Мокриевич В.К. 14 месяцев власти большевиков. — Екатеринбург: Рус. о-во печат. дела, 1919. — 30 с.
  27. За власть Советов: Воспоминания коммунистов — участников Октябрьской революции и гражданской войны на Урале. — Свердловск: Кн. изд-во, 1957. — 226с.
  28. И.В. Истории страницы живые // Звезда (Пермь). — 1962. — 10 нояб.
  29. Колчаковщина: Из мемуаров активных деятелей белогвардейщины. — JL: Красная газета, 1930. — 240 с.
  30. Ф.И. Кунгур в годы революции: Воспоминания кунгурского большевика. — Пермь: Перм. кн. изд-во, 1965. — 80 с.
  31. Л.А. За три года: Воспоминания, впечатления и встречи. — Владивосток: Товарищеское изд-во «Свободная Россия», 1921. — 212 с.
  32. В.Д. Временное правительство: (Воспоминания). — М.: Изд-во МГУ, 1991. —79 с.
  33. И.А. Мои воспоминания из гражданской войны на Урале. — Екатеринбург: Уралкнига, 1922. — 96 с.
  34. Революционное прошлое: Истор. сб. статей, воспоминаний, мемуаров и очерков. — Уфа: Башкир, обл. бюро Инстпарта, 1923.—176 с.
  35. А.П. Особенности формирования Красной гвардии в 1917 1918гг. / А. П. Абрамовский, Е. Г. Морозов // Вестник Челяб. ун-та. — Челябинск, 1992. — № 2. —С. 21 -29.
  36. А.П. Челябинский военно-революционный комитет — чрезвычайный орган власти Совета рабочих и солдатских депутатов // Вестник Челяб. Ун-та. — Челябинск, 1994. — № 1. — С. 35 56.
  37. В.В. Февральская революция на Урале. — Свердловск: Сред.-Урал. кн. изд-во, 1967. — 64 с.
  38. Адмирал Александр Васильевич Колчак: (Очерки). — М.: Патриот, 1992. — 88 с.
  39. Е.Д. Подпольная деятельность коммунистов в колчаковском тылу // Коммунисты Урала в годы гражданской войны. — Свердловск, 1959. — С. 238— 277.
  40. В.Б. Милиция и городские слои в период революционного кризиса 1917 года. Проблемы легитимности // Вопросы истории. — 2001. — № 8. — С. 36— 52.
  41. Ф. А. Победа пролетарской революции в Пермской губернии // 1917 год на Урале: Сб. статей. — Пермь, 1957. — С. 209—249.
  42. Ю. Бюро уголовного розыска // Звезда (Пермь). — 1983. — 29 окт.
  43. Э.П. Первый и второй областные съезды Советов Урала // 1917 год на Урале: Сб. статей. — Пермь, 1957. — С. 25−28.
  44. Антонов-Овсеенко В. А. Строительство Красной армии в революции. — М.: Красная новь, 1923. —59 с.
  45. А.А. Между двумя большевизмами. — Париж, 1919. — 47 с.
  46. B.C. История российской милиции. — М.: Юрид. лит., 1994. — 104 с.
  47. Т.М. Институт губернских и уездных комиссаров Временного правительства // Науч. тр. / Свердл. юрид. ин-т. — Вып. 44. Государственный аппарат:
  48. Ист.-прав. исслед. — Свердловск, 1975. — С. 70−86.
  49. Т.М. Комитеты общественной безопасности в системе органов власти Временного правительства в феврале октябре 1917 г. // Правовые проблемы истории государственных учреждений: Межвуз. сб. науч. тр. — Свердловск, 1983. — С. 101−109.
  50. П.П. Формирование на ходу: К истории Камышловского 254-го 29 дивизии полка. — Свердловск: Кн. изд-во, 1958. — 255 с.
  51. В.И. Насилие как компонент государственной политики: Большевизм в Прикамье (конец 1917 середина 1918 г.)// Революция и человек: Быт, нравы, поведение, мораль. — М.: РАН, 1997. — С. 171−179.
  52. А.В. История советского тоталитаризма. В 2 кн. Кн. 1. —Екатеринбург, 1995. — 246 с.
  53. А.В. Октябрь и начало Гражданской войны на Урале. — Свердловск, 1928.—112 с.
  54. Белое движение на юге России (1917 1920): Неизвестные страницы и новые оценки. — М., 1995. — 55 с.
  55. Белые армии, черные генералы: Мемуары белогвардейцев / Сост. В.П. Фе-дюк. — Ярославль: Верх.-Волж. кн. изд-во, 1991. — 285 с.
  56. Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. — М.: Наука, 1990. — 220 с.
  57. С.В. Рабочая милиция в октябре 1917 августе 1918 года // Сов. милиция. — 1957. — № 7. — С. 57 — 59.
  58. С.В. Советская милиция России: Организация сов. раб.-крестьян. милиции РСФСР и ее деятельность по охране революц. порядка (1917−1920 гг.). — М.: Академия МВД СССР, 1976. — 96 с.
  59. С.В., Максименко Н. П. Этапы развития советской милиции / С. В. Биленко, Н. П. Максименко. — М.: МВД СССР, 1972. — 55 с.
  60. А.В. Полиция и милиция России: страницы истории / А. В. Борисов, А. Н. Дугин, А .Я. Малыгин и др. — М.: Наука, 1995. — 318с.
  61. А.В. Полиция Российской империи. Ч. 2. Полиция России: XIX — нач. XX вв. / А. В. Борисов, В. Е. Иваневский, А. Е. Скрипилев. — М.: ЦИ и НМО КП МВД России, 2000. — 53 с.
  62. А.В. Последний // Милиция. —2000. — № 5. — С. 46 48.
  63. Борьба за победу Октябрьской Социалистической революции на Урале. — Свердловск: Свердл. кн. изд-во, 1961. — 429 с.
  64. В.Г. Воспоминания Главверха Уфимской директории // Сиб. огни.1923. —№ 5−6. —С. 105−126.
  65. БортневскиИ В.Г. К вопросу о красном и белом терроре // Отечеств, история.1994. —№ 4−5. —С. 184.
  66. Дж. История Советского Союза. Том 1. — М.: Междунар. отношения, 1990. —629 с.
  67. В.Н. Россия в Гражданской войне: власть и общественные силы // Вопр. истории. — 1994. — № 5. — С. 24−39.
  68. А. Партия большевиков — организатор разгрома колчаковщины // Разгром колчаковщины на Урале. — Свердловск: Уралкнига, 1939. — С. 27 —67.
  69. В. П. Красная смута: Природа и последствия революционного насилия. — М.: РОССПЭН, 1997. —375 с.
  70. В.П. От войны к революции рождение человека с ружьем // Революция и человек: Быт, нравы, поведение, мораль. — М.: РАН, 1996. — С. 55—75.
  71. Ю.Ф. К вопросу об организации советской милиции в Пермской губернии (1917- 1918гг.)//Учен. зап./Перм. гос. ун-т. — Пермь, 1963. — Вып. 104.1. С. 124−141.
  72. С.П. Временное областное правительство Урала: Структура и политика // История советской России: новые идеи и суждения: Тез. докл. и сообщ.—Тюмень, 1991. —Ч. 1. —С. 62−64.
  73. О.А. Из истории гражданской войны на Урале. — Свердловск: Урал. гос. ун-т, 1961.— 80 с.
  74. О.А. В.И. Ленин и проблема банкротства мелкобуржуазных партий на Урале в период гражданской войны / О.А. Васьковский, А.Т. Тертыш-ный // Историография истории Урала переходного периода, 1917 1937 гг. — Свердловск, 1984. — С. 55−56.
  75. О.А. Современная советская историография истории Октябрьской социалистической революции на Урале: Учеб. пособие / О. А. Васьковский, Е. Б. Заболотный, В.Д. Камынин- Урал. гос. ун-т им. A.M. Горького. — Свердловск, 1985. — 97 с.
  76. В.В. Деятельность советской милиции по охране общественного порядка в первые годы Советской власти (1917 1920) /В.В. Власенков, А .Я. Малыгин. — М.: Изд-во Акад. МВД СССР, 1981. — 29 с.
  77. К.Я. Борьба за победу Октябрьской революции в Пермской губернии // Установление Советской власти на местах в 1917 1918 гг.: Сб. статей. — М., 1953. —С. 245−297.
  78. Л.М. Борьба за большевизацию Советов Западного Урала в 1917 году // Учен. зап. / Перм. гос. ун-т. — Пермь, 1964. — Вып. 108. Из истории края. — С. 169- 183.
  79. Л.М. Из истории образования и деятельности Советов Пермской губернии в период двоевластия // Учен. зап. / Перм. гос. ун-т. — Пермь, 1967. — Вып. 189. Из истории партийных организаций Урала (1917 1967). — С. 67−76.
  80. Г. А. Народ и власть. 1917 год. — М., 1995. — 288 с.
  81. Г. А. Первый акт народовластия в России. — М., 1992. — 262 с.
  82. Г. А. Трансформация власти в России в 1917 году // Отечеств, история. —1997. — № 1. — С. 60−61.
  83. Г. П. Очерки по истории Красной гвардии. — М.: Факел, 1919. -111 с.
  84. Е.Г. Из истории строительства Советов (нояб. 1917 июль 1918 г.). — М.: Госюриздат, 1958. — 179 с.
  85. Е.Г. Формирование советской политической системы, 1917 — 1921 гг. — М.: Наука, 1995. — 231 с.
  86. К.И. Правда о русской революции: Воспоминания бывшего начальника Петроградского охранного отделения // Вопр. истории. — 2002. — № 9.1. С. 60−84.
  87. И. Партизанское и подпольное движение в тылу Колчака. — Красно-уфимск: Госполитиздат, 1942. — 52 с.
  88. А.В. Гражданская война 1918 1920 гг. — М.: Мол. гвардия, 1932.221 с.
  89. С.И. О военно-боевой работе партийных организаций Урала в 1917 г. // Урал и оборона Советской страны. — Свердловск, 1968. — С. 56−63.
  90. М.Д. Уральские партизаны: Поход партизан. Отряда В. Блюхера — Н. Каширина в 1918 г.— Свердловск, 1924. 64 с.
  91. B.C. Рабочая милиция в феврале-октябре 1917 г. // Сов. милиция.1957. —№ 6. —С. 21 -24.
  92. С. Из истории российского ОМОНА // Защита и безопасность. — 2000. —№ 4. —С. 45.
  93. Ф. С. Победа Советской власти в Перми // Учен. зап. / Перм. гос. ун-т. — Пермь, 1951. — Вып. 4. — С. 125−131.
  94. Ф.С. Революционные события 1917 г. в Пермской губернии // Борьба за победу Великой Октябрьской социалистической революции в Пермской губернии: Док. и материалы. — Пермь, 1957. — С. 5−43.
  95. Ф.С. и др. Урал в огне революции. — Пермь: Кн. изд-во, 1967. — 234 с.
  96. Е.Н. Рождение Советского государства, 1917 1918. — М.: Наука, 1965. —512 с.
  97. A.M. Несвоевременные мысли: Заметки о революции и культуре. — Петроград, 1918. —134 с.
  98. Ю.Д. Государственные режимы периода гражданской войны в России // История Советской России: Новые идеи, суждения: Тез. докл. 2-й респ. науч. конф. — Тюмень, 1993. — С. 53 55.
  99. Гражданская война в России: Перекресток мнений. — М.: Наука, 1994. — 376 с.
  100. Гражданская война и иностранная военная интервенция на Урале. — Свердловск: Сред.-Урал. кн. изд-во, 1969. — 392 с.
  101. Гражданская война в России: «Круглый стол» // Отечеств, история. — 1993. — № 3. —С. 102−115.
  102. Гражданская война в СССР. Т.1. — М.: Воениздат, 1980.— 387 с.
  103. Н.В. Контрразведка и органы государственной охраны белого движения Сибири: 1918 1919 гг. // Известия Омск. гос. ист.-краевед. музея. — Омск, 1997. — № 5. — С. 209 — 221.
  104. Дон-Аминадо. Парадоксы жизни. — М.: Книга, 1991. — 330 с.
  105. В.В. Большевики Урала в борьбе за создание пролетарской милиции // Сб. учен. тр. / Свердл. юрид. ин-т. — Свердловск, 1973. — Вып. № 38. — С.150- 168.
  106. Е.Б. Российская историография революции 1917 года на Урале /
  107. Науч. ред. В. Д. Камынин. — Екатеринбург: Изд. УрГУ, 1995.— 181 с.
  108. Законодательная деятельность белых правительств Сибири (июнь ноябрь 1918 г.): Вып. 1−3. —Томск, 1998. —346 с.
  109. А.П. Контрреволюционная сущность милиции Временного правительства // Правоведение. — 1971. — № 4. — С. 111−115.
  110. М.И. Развитие органов милиции в Советском государстве. — М.: Высш. шк. МООП СССР, 1967. — 87 с.
  111. М.И. Управление в области охраны общественного порядка. — М.: Юрид. лит., 1965. — 72 с.
  112. Е.Н. Красная гвардия в борьбе за власть Советов. — М.: Госкомиздат, 1957. — 110 с.
  113. В.В. Идея народного представительства в период колчаковской диктатуры // Региональные процессы в Сибири в контексте российской и мировой истории. — Новосибирск, 1998. — С. 148−152.
  114. С.А. Влияние колчаковской попытки модернизации на уровень правового сознания сибиряков // Культура и интеллигенция России в эпоху модернизации XVIII XX вв. — Омск, 1995. — С. 67−68.
  115. С.П. Из опыта финансирования милиции Всероссийским Временным правительством в 1919 г. // Российская государственность: Опыт и перспективыизучения: Материалы межвуз. науч. конф. — М., 1995. — С. 65−67.
  116. С.П. Из практики Всероссийского Временного правительства П.В. Вологодского по содержанию милиции на частные средства // 50-лет Великой Победы: Тез. науч. конф. — Кемерово, 1995. — С. 127−129.
  117. И.В. Истории страницы живые // Звезда (Пермь). —1962. —10 нояб.
  118. В.Д. Белое движение и российская государственность в период Гражданской войны. — Волгоград: В АТС, 1997. — 234 с.
  119. С.П. Прикамье в огне. — Ижевск: Удмуртия, 1967. — 116 с.
  120. Из истории Гражданской войны на Дальнем Востоке (1918 1922): Сб. науч. тр. — Хабаравск: Кн. изд-во, 1999.— 163 с.
  121. Из истории интервенции и гражданской войны в Сибири и на Дальнем Востоке, 1917 1922 гг.: Сб. статей / АН СССР. Сиб. отд-ние. — Новосибирск: Наука, 1985. —232 с.
  122. Из истории становления и развития паспортной системы в СССР (окт. 1917 -1974 гг.). — М.: Акад. МВД СССР, 1990. — 160 с.
  123. Г. З. Колчаковская авантюра и ее крах. — М.: Мысль, 1983. — 294 с.
  124. Исторический опыт и современность: Тр. Акад. МВД СССР. — М.: Акад. МВД СССР, 1990. —133 с.
  125. История Уралав период капитализма. — М.: Наука, 1968. — 325 с.
  126. E.JI. Уполномоченная революционным народом // Северная звезда (Чердынь).— 1982. — 4 ноября.
  127. Д.В., Калинкина Е. А. Из истории организации народной милиции в Челябинске // Архивное дело в Челябинской области. — Челябинск, 1997. — Вып.2. —С. 52−64.
  128. И.С. История политической гибели эсеров на Урале. — Пермь: Пермское кн. изд-во, 1975.— 190 с.
  129. И.С. Прикамье в огне гражданской войны. — Пермь: Перм. кн. изд-во, 1969. — 130 с.
  130. Кара-Мурза С. Г. Советская цивилизация. Кн. I. — М.: ЭКСМО Пресс: Алгоритм, 2002. — 640 с.
  131. А.В. Послереволюционная Россия / А. В. Квашонкин, А .Я. Лив-шин. — М/. Гуманитар, лицей, 2000. — 336 с.
  132. VI. Диссертации и авторефераты
  133. В.В. Организационно-правовые основы деятельности народной милиции Временного правительства России в 1917 году: Автореф. дис.. канд. ист. наук. — М., 1993. — 24 с.
  134. С.А. Пролетарская милиция и ее особенности на Южном Урале (1905 1918 гг.): Автореф. дис.. канд. ист. наук. — Челябинск, 1998. — 28 с.
  135. М.Г. Развитие системы исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы: Автореф. дис.. док. юрид. наук. — М., 1994. — 30 с.
  136. А.Н. Органы Московской городской милиции в 1917 1930 гг.: Автореферат дис. канд. ист. наук. — М., 1988. — 27 с.
  137. С.П. Формирование и реализация правоохранительной политики антибольшевистскими правительствами на востоке России (1918 1922 гг.): Автореф. дис. д-ра ист. наук. — Кемерово, 2003. — 52 с.
  138. А.П. Организация и деятельность Временного правительства России в 1917 году: Автореф. дис. канд. ист. наук. — Москва, 1972. — 25 с.
  139. С.И. Борьба большевистских организаций Урала за создание Красной гвардии: Автореф. дис.. канд. ист. наук. — Свердловск, 1965. — 26 с.
  140. М.В. Становление и развитие советской пенитенциарной системы, 1918 1934 гг.: (По материалам Урала): Автореф. дис.. канд. ист. наук. — Пермь, 2000. —24 с.
  141. В.М. Деятельность Пермской партийной организации по формированию и укреплению советской милиции в 1917 1923 гг.: Автореф. дис.. канд. ист. наук. — Пермь, 1974. — 24 с.
  142. И.В. Человек в условиях гражданской войны на Урале: Историография проблемы: Автореф. дис. д-ра ист. наук. — Тюмень, 2003. — 45 с.
  143. Е.А. Карательная политика Временного правительства и аппарат ее проведения: Автореф. дис.. д-ра юрид. наук. — М., 1970. — 33 с.
  144. А.И. Правоохранительные органы на Южном Урале в годы революций и гражданской войны: Автореф. дис.. канд. ист. наук. — Челябинск, 2000. — 24 с.
  145. М.М. Органы внутренних дел белых правительств периода гражданской войны в России: Автореф. дис.. канд. юрид. наук. — М., 1998. — 24 с.
  146. Ю.М. Становление органов государственной власти и массовых общественных организаций в Пермской губернии (март октябрь 1917 г.): Автореф. дис.. канд. ист. наук. — Екатеринбург, 2000. — 24 с.
Заполнить форму текущей работой