Помощь в написании студенческих работ
Антистрессовый сервис

Правые в III и IV Государственных Думах России: 1907-1917 гг

ДиссертацияПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

В отличие от институтов традиционного общества, Дума действовала по другим законам. Лидеры правых вместо подчинения непокорных масс добились лишь развала думского правого лагеря, дискредитации правых в глазах общества как силы, не способной не только проводить конструктивную политику, но даже прийти к общему мнению. Дискредитируя себя, правые одновременно подрывали и авторитет монархии, которую… Читать ещё >

Правые в III и IV Государственных Думах России: 1907-1917 гг (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Содержание

  • Историография
  • Источники
  • ГЛАВА I. ГОСУДАРСТВЕННАЯ ДУМА В ПОНИМАНИИ ПРАВЫХ И ПЕРВЫЙ ОПЫТ ИХ ДУМСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
    • 1. 1. Дума в планах правых: идейно-правовой аспект
    • 1. 2. Правые в I и II Государственных Думах
  • ГЛАВА II. ИЗБИРАТЕЛЬНЫЕ КАМПАНИИ ПРАВЫХ В IIIИIV
  • ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ДУМЫ
    • II. 1. Избирательная стратегия
    • 11. 2. Тактика избирательной кампании
    • 11. 3. Помощь правым со стороны правительства и духовенства
    • 11. 4. Результаты выборов
  • ГЛАВА III. ДУМСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПРАВЫХ
    • III. 1. Деятельность правых в III Государственной Думе
    • III. 2. Деятельность правых в IV Государственной Думе

Начало XX века явилось переломной эпохой в истории России. Изменения, произошедшие в политической системе, способствовали становлению многопартийности. Приверженцы различных идеологий получили возможность легально отстаивать свои политические убеждения и оказывать влияние на политику государства путем участия в работе законодательного и представительного органа — Государственной Думы.

Среди всего спектра политических сил начала XX в. огромный интерес представляют правые партии, которые в своих программах провозглашали защиту традиционных ценностей и государственных устоев, в то время как большая часть представителей других идейных направлений ставила целью слом или коренное преобразование существовавшего строя. Изучение деятельности правых помогает лучше понять эту историческую эпоху.

Несмотря на то, что многие аспекты исследуемой проблемы так или иначе затрагивались в ряде научных работ, посвященных событиям периода 19 071 917 гг. и революционным событиям 1917 г., особенно Февральской революции, вопросам парламентской деятельности правых уделялось недостаточно внимания. Они, как правило, рассматривались в связи с другими проблемами. Исследователи обращали внимание лишь на отдельные стороны деятельности правых, отрицательные оценки которой носили заданный характер. Изучение правых организаций в III и IV Государственных Думах создает возможность для объективного рассмотрения и осмысления процессов, происходивших в эпоху думской монархии, определения места и роли Государственной Думы и политических партий России в исследуемый период. Рассмотрение данного вопроса способствует выявлению и осмыслению противоречий, приведших к Февральской революции 1917 г. и смене государственного строя в России. В настоящее время вызывает значительный интерес опыт становления российского парламентаризма. Обращение ряда политических деятелей к идеям дер-жавности, единой и неделимой России, сильной центральной власти, русского православия повышает важность изучения организаций правого лагеря, ведь именно правые деятели начала XX в. наиболее последовательно отстаивали данные принципы. Их парламентский опыт сегодня востребован целым рядом политических объединений.

Предметом исследования в данной работе выступает думская деятельность политических организаций правого лагеря в период существования III и IV Государственных Дум, проведение этими силами предвыборных кампаний, взаимодействие правых между собой, с правительством и с другими политическими организациями, в первую очередь с октябристами.

Объектом исследования являются думские фракции крайне правых, русских националистов и умеренно-правых, группы центра, их формирование, расколы, создание правыми политических блоковизбирательные кампании правых в III и IV Государственные Думы, способствовавшие прохождению этих сил в парламент и отразившие специфику расстановки общественных групп, слоев и политических сил, поддерживавших правый лагерь.

Понятие «правые» используется в данной работе как собирательное и включает в себя крайне правых, умеренно-правых и русских националистов, группу центра. Правые рассматриваются как представители родственных идейных течений в рамках консервативной идеологии, выступавшие в защиту национальных интересов русского народа, за сохранение традиционных устоев и объединенные борьбой с революционным движением. Эти течения берут идеологические истоки из «теории официальной народности» эпохи Николая I и консерватизма конца XIX в. Основными идеологическими установками правых начала XX в. стали борьба за сохранение монархического образа правления, единство и неделимость России, первенство русского народа (русских, украинцев, белорусов) на всей территории России, господство православной веры, противодействие революционному движению. Именно наличие подобного идеологического фундамента и общих корней позволяет применительно к проблеме думской деятельности рассматривать перечисленные течения в рамках единого правого лагеря. Политические организации, отнесенные к правомо-нархическому направлению, имели серьезные различия во взглядах на Манифест 17 октября 1905 г., на Государственную Думу, ее роль и место в политической жизни России, на столыпинскую аграрную реформу, часто придерживались разной тактики. Но подобное различие заключалось главным образом в видении путей достижения поставленных целей.

Понятие «правые» и термины «крайне правые», «умеренно-правые и русские националисты», «группа центра» соотносятся между собой как общее и особенное. Понятие «правые» в данной работе применяется как по отношению к сторонникам неограниченного самодержавия, так и тех, кто признавал законодательные полномочия Государственной Думы. Под «крайне правыми» (фракцией правых Государственной Думы) понимаются те политические силы правого лагеря, которые в своих программах рассматривали Думу только как законосовещательный орган. Под понятиями «русские националисты», «умеренно-правые», «независимые националисты» или «группа центра» (с одноименными фракциями) рассматривается часть правых, выступавшая за существование представительного органа в лице Государственной Думы с законодательными полномочиями. Понятия «правый лагерь» и «правомонархисты» являются синонимами термину «правые».

Под думской (парламентской) деятельностью подразумевается деятельность правых по проведению избирательных кампаний — включая стратегию и тактику, а также тактические приемы, к которым прибегали правые партии в Государственной Думе — создание фракций, блокирование между собой и с другими партиями, взаимодействие или конфронтация с правительством и др. Данный вид деятельности включает все приемы и методы, использованные правыми в Думе для достижения своих программных целей.

Хронологические рамки исследования охватывают период с июня 1907 г. — с момента окончательного подавления первой русской революции и начала избирательной кампании в III Государственную Думу — до конца февраля — начала марта 1917 г. — до Февральской революции, крушения государственного строя Российской Империи, прекращения деятельности IV Государственной Думы и запрета правых организаций. В 1905;1907 гг. в области развития парламентаризма Россия сделала больше, чем за несколько предыдущих веков. И после завершения первой русской революции встал вопрос — сможет ли Россия сохранить совершенно новый для нее парламентский институт в условиях относительной политической стабильности, насколько совместимы законодательная Дума и монархия. Обращение к думской деятельности периода 19 071 917 гг. способствует лучшему пониманию данной проблемы. В работе также представляется необходимым осветить предысторию думской деятельности правых межреволюционного периода — их первый опыт в I и II Государственных Думах в годы революции.

В диссертации использован комплексный подход к изучению думской деятельности правых в период 1907;1917 гг., с привлечением широкого круга источников, относящихся не только к самим правым, но и к их противникам, что способствует всестороннему анализу проблемы. Исследуется вопрос об отношении правых к Думе как политическому институту и использование ими парламентских методов борьбы с целью отстаивания правомонархической идеологии. Обращение к проблеме думской деятельности правых партий, изучение ее характера более рельефно выявляет роль и место правых в истории России начала XX в.

Изложение материала осуществляется по проблемному и хронологическому принципам. Работа построена на принципе историзма, применены сравнительно-исторический метод и метод системного анализа.

Историография. Изучение вопроса о думской деятельности партий правого лагеря в 1907;1917 гг. прошло в своем развитии три основных периодадореволюционный, советский, который в свою очередь делится на два этападовоенный и послевоенный, и, наконец, современный период.

Историография дореволюционного периода отличалась агитационнопропагандистским стилем, носившим отпечаток политической борьбы, «поэтому невозможно было избежать политической заостренности, повышенной эмоциональной окрашенности оценок и выводов"1. Дореволюционные авторы уделили внимание оценке Манифеста 3 июня. Так, В. П. Обнинский считал закон 3 июня 1907 г. государственным переворотом, который почти лишил окраины России представительства в Думе и ввел вместо принципа «Россия для русских» принцип «Россия для чиновников и черносотенцев». Это обеспечило прохождение кандидатов правительства — черносотенцев и октябристов и способствовало появлению в Таврическом дворце «подонков русской интеллиге-ции"3.

Его политический оппонент М. О. Меньшиков, обращаясь к избирательному закону 3 июня, полагал, что этот закон лишь частично способствовал нейтрализации враждебных окраин. Меньшиков был уверен, что Император имел право изменять конституцию, так как Основные законы внесли не ограничение верховной власти, а лишь отграничение ее от других властей4.

К рассмотрению работы Государственной Думы обратился октябрист В. И. Герье. Он оценивал плодотворность и полезность работы фракций в Думе исходя из их близости к Союзу 17 октября. Поэтому ближе всего к подобному критерию подходили националисты. А крайне правые, не примирившиеся «с законным порядком, введенным Манифестом 17-го октября», оказались в числе тех, кто противодействовал плодотворной работе Третьей Думы5.

В. Левицкий (В.О. Цедербаум) стал одним из первых, кто затронул отношение правых к Государственной Думе, подчеркнув, несмотря на некоторые разногласия, схожесть взглядов различных представителей правого лагеря в вопросах спасения самодержавия и подавления революции6.

В.И. Ленин ввел в оборот понятие «третьеиюньская система», которое охватывало 1907;1917 гг. — период существования III и IV Государственных Дум, избранных по закону 3 июня. Этот избирательный закон «обеспечил большинство за помещиками и крупными капиталистами». Исследуя вопрос о роли правого лагеря в третьеиюньской политической системе, Ленин указал на то, что она создала два большинства — правооктябристское и октябристско-кадетское, причем первое означало полное сохранение у власти «старого», а второе было шагом по пути к буржуазной монархии8.

При анализе итогов выборов в IV Государственную Думу В. И. Ленин подчеркивал активное вмешательство правительства в ход избирательной кампании с целью образования в Думе «право-националистического» большинства, но здесь же отмечал, что власть нуждалась в двух болыпинствах, и поэтому стремилась лишь укрепить правый лагерь, не собираясь отказываться от существовавшей расстановки сил в Думе. В. И. Ленин проанализировал состав IV Думы, подчеркнул ослабление октябристского центра при усилении фланговправых и либералов. Причину подобного исхода выборов он видел не столько во вмешательстве правительства в ход избирательной кампании, сколько в процессе «партийного межевания среди имущих классов», установлении более четких границ между правыми и либерально-буржуазными силами9.

Итак, первый период характеризовался значительным влиянием партийных пристрастий. Еще не сформировалось четкой общепризнанной терминологии, работы носили по преимуществу не проблемный, а общий характер, вопросы думской деятельности правых и их участия в избирательных кампаниях рассматривались в контексте других проблем. Зачастую авторы ограничивались только описанием событий. Серьезный анализ и попытка выявить закономерности и причинную обусловленность наблюдались лишь в работах В. И. Ленина.

На развитие советской историографии влияние предыдущего периода ограничивалось преимущественно трудами В. И. Ленина. Работы 20-х — первой половины 30-х гт. носили на себе отпечаток недавней политической борьбы10. В этот период возник интерес к тактике правых. Н. Ростов11 полагал, что в то время, когда дубровинцы выступили против законодательной Думы, сторонники В. М. Пуришкевича, составлявшие меньшинство, увидели в третьеиюньской.

Думе «подлинное выражение контрреволюции», что и привело их к пересмотру методов политической борьбы. Ростов стал одним из первых, кто отличал тактику правомонархистов после 1907 г. от тактики предшествовавшего времени12. Б. Б. Граве, затрагивая тему Прогрессивного блока, рассматривала его как объединение «оппозиционных буржуазии и помещиков, в противовес правительству"13.

В.Н. Залежский исследовал вопрос раскола в Думе правого лагеря на крайне правых и умеренно-правых, рассматривая в качестве причины различие в социальной базе — националисты и умеренно-правые опирались на Совет Объединенного Дворянства, а часть крайне правых была ориентирована на «демократические» монархические организации — главным образом на дубро-винский Союз русского народа. Кроме того, автор отметил приверженность русских националистов идее законодательной Думы. Залежский отделял правую фракцию от столыпинского большинства в III Думе, состоящего из октябристов, умеренных и националистов14.

В 30-х гг. количество исследований по данной проблеме значительно сократилось, что было связано с существовавшей в тот период аналогией правого движения с фашизмом. Парламентская деятельность правых затрагивалась лишь косвенно, при рассмотрении вопросов, связанных с функционированием думской системы. При этом сохранилась преемственность в оценках. В «Истории ВКП (б)» Е. Ярославского автор практически ничего не сообщает о думской деятельности правых, ограничиваясь лишь упоминанием, что избирательный закон 3 июня означал усиление землевладельцев и торгово-промышленного класса в Думе и в стране15. В «Кратком курсе истории ВКП (б)» 1938 г. правые партии рассматривались как контрреволюционные. По мнению авторов, избирательный закон 3 июня способствовал увеличению в Думе количества представителей помещиков и торгово-промышленной буржуазии. В результате Ш Дума оказалась по составу черносотенно-кадетской16.

В послевоенный период в работах А.Я. Авреха17 получила дальнейшее развитие концепция В. И. Ленина о двух болыпинствах. B.C. Дякин, не ставя под сомнение саму концепцию, вступил в спор с Аврехом по вопросу о том, на какие думские силы пытался ориентироваться П. А. Столыпин. Дякин подверг критике позицию Авреха по вопросу создания фракции умеренно-правых, считая ее противоречивой. Дякин основывался на том, что Аврех18 заявлял, с одной стороны, о попытке правых расколоть октябристов и создать в лице умеренно-правых и националистов новый центр. Причем правые признали несостоятельной комбинацию Столыпина и стали добиваться отставки правительства. И здесь же Дякин приводит другое утверждение Авреха о том, что итогом министерского кризиса явилась переориентация столыпинского кабинета с Гучкова на Балашева19. В результате Дякин делает вывод, что новый центр готовился не Столыпиным и не для Столыпина. А сотрудничество с умеренно-правыми существовало и до, и после кризиса, причем умеренно-правые признавали за октябристами главную роль по меньшей мере до осени 1910 г. 20.

Позиции, А .Я. Авреха и B.C. Дякина расходятся и в оценке смысла интервью Столыпина для газеты «Волга» 1 октября 1909 г. Аврех считает его одним из доказательств выбора националистов, а не октябристов в качестве правительственной партии21. Дякин оспаривает это положение, считая странным для доказательства особого расположения к националистам давать интервью правой газете. Дякин видит в нем другой смысл — стремление Столыпина привлечь на свою сторону местных крайне правых в борьбе против Дубровина. Тогда выпад против центральной прессы оказывается направленным против «Русского знамени», а не октябристов, как полагал Аврех22.

Помимо этих проблем, в советской исторической науке послевоенного периода были затронуты следующие вопросы: различия между крайне правыми и националистами, выборы в Думу, причины поражения правых, раскол в правом лагере IV Государственной Думы и образование Прогрессивного блока, попытки формирования большинства в IV Думе и отношения правого лагеря с октябристами и Столыпиным.

Историографический анализ вопроса о сходстве и различии крайне правых и националистов представлен в работе Д. А. Коцюбинского. Следует остановиться на наиболее важных его моментах. Дякин подчеркивал качественное отличие доктрины Всероссийского национального союза от доктрины крайне правых, в то же время признавая, что в классовом и идейном отношении националисты мало отличались от крайне правых24. Черменский видел различие между крайне правыми и националистами в используемой тактике25, Комин — лишь в том, что первые были сторонниками бесправия Государственной Думы, а вторые считали необходимым сохранить видимость ее работы26.

Выборам в Государственную Думу уделил внимание Е. Д. Черменский. Правительство и правые партии, к которым он отнес различные политические силы «от Пуришкевича до Гучкова», ставили целью не допустить политического оживления в стране в связи с выборами, провести их по возможности «бесшумно», и с помощью «нажима» на закон обеспечить правое большинство в Думе27.

В 60−80-е гг. к данной проблематике обратились, А .Я. Аврех28 и B.C. Дякин. Дякин29 рассмотрел попытки организации П. А. Столыпиным в 1907 г. предвыборного блока умеренно-правых и октябристов, и в то же время, изоляции крайне правых. А победа правых и националистов на выборах в IV Думу объяснялась «следствием избирательной арифметики третьеиюньского закона и прямого «делания» выборов"30. По мнению автора, итоги выборов отразили обострение кризиса третьеиюньской системы. В.И. Попик31 в исследовании, посвященном ходу выборов на Украине, отмечал, что правые получали помощь со стороны местной администрации, которая прибегала к разделению съездов выборщиков по национальностям, чтобы ослабить позиции польских помещиков, настроенных оппозиционно. Кроме того, власти благоприятствовали созданию совместных блоков правых и октябристов, часто выступая в роли посредника. Правда, сами правые не желали жертвовать своими интересами, и там, где это было возможно, пытались подчинить себе октябристов.

Н.М. Забавский32, рассматривая проблему проведения думских выборов применительно к губерниям Белоруссии, подчеркнул роль Русского окраинного союза и Западнорусских православных братств, выступавших в качестве избирательных объединений в поддержку правых и способствовавших соглашению с октябристами.

Ф.И. Калинычев, характеризуя работу Государственной Думы, подчеркивал ее бессилие «в решении главных вопросов общественно-экономической и политической жизни» и историческую обреченность. По его мнению, черносотенная III Дума «всецело поддерживала и обеспечивала осуществление кровавого режима столыпинской реакции"33.

В исследованиях, посвященных деятельности Прогрессивного блока, был затронут вопрос о месте и роли правого лагеря в IV Думе. В. Я. Грунт указал на разногласия внутри самого правого лагеря, когда часть лидеров националистов пошла на сближение с либералами и центром и оказалась в числе инициаторов создания Прогрессивного блока34. И.И. Минц35 и B.C. Дякин36 уделили место проблеме взаимоотношений царизма, помещичье-монархических сил и либеральной буржуазии в годы Первой Мировой войны, в связи с чем не обошли вниманием отношения различных думских сил с Прогрессивным блоком. Дякин рассматривал Прогрессивный блок как объединение помещичьих и буржуазных фракций, без крайне правых.

А.Я. Аврех утверждал, что причинами союза прогрессивных националистов и кадетов в Прогрессивном блоке стали не только глубокий кризис «верхов» и вызревание революционной ситуации, но и генетическое родство кадетов и националистов, основанное на великодержавном шовинизме и.

ХП имперской идее". Е. Д. Черменский характеризовал Прогрессивный блок как компромисс между полуфеодальными умеренно-правыми и буржуазными элементами, с ориентацией на самых умеренных — на фракцию прогрессивных националистов38.

Авторы монографии «Кризис самодержавия в России. 1895−1917», обращаясь к проблеме формирования большинства в IV Думе, отмечали, что поиски такого думского объединения, которое восстановило бы отношения с кабинетом, начались летом 1913 г. с переговоров лидеров октябристской фракции с Коковцовым о воссоздании октябристско-националистского блока и ускорении земской реформы. Предпосылкой же создания подобного блока был отказ националистов от антикоковцовских воззрений. К этому постепенно склонялись сторонники Савенко, которые составляли большинство фракции .

Характеристика правых перед Февральской революцией дана у В.В. Ко-мина40. По мнению автора, правомонархические партии к началу Февральской революции уже не представляли единого лагеря. Крайние правые в лице Союза русского народа, не имея социальной опоры, окончательно изолировали себя и готовились встретить надвигающуюся революцию без реальных сил и средств для борьбы с ней, а партия националистов фактически распалась41.

Дякин42, обращаясь к причинам размежевания в правом лагере в начале работы III Думы, указывал на его неоднородность, на наличие сил, ориентированных на сотрудничество с октябристами и правительством Столыпина, с одной стороны, а с другой стороны, на наличие крайне правого крыла, настроенного на разрыв с умеренной частью правых. А причинами кризиса во фракции националистов в IV Думе автор считал внутрифракционные противоречия, связанные со стремлением образовать долгосрочные межфракционные блоки, что привело к скрытым расколам43. По мнению Дякина, в конфликте сторонников Балашева и Савенко сказывалось различие волынских националистов, по преимуществу помещиков, и киевских, где «было заметно присутствие буржуазных элементов"44. JI.M. Спирин объяснял раскол правого лагеря «действиями наиболее умелого и хитрого из них Пуришкевича», а также общим «кризисом верхов"45.

Второй период советской историографии характеризовался исследованием думской деятельности правых как одной из важнейших черт и особенностей функционирования системы «третьеиюньской монархии». Тематика исследований расширилась, стали рассматриваться проблемы неоднородности правого лагеря, причины раскола в среде думских правых, участие сил правого лагеря в Прогрессивном блоке, отношения с правительством, идеологические и тактические различия между крайне правыми и умеренно-правыми, методы проведения избирательных кампаний и т. д.

Но, несмотря на огромное внимание, думская деятельность правого лагеря не рассматривалась как самостоятельная проблема, хотя ее изучение проходило в контексте смежных вопросов — работы Думы в целом, проведения избирательных кампаний и т. п. Как и прежде, правых рассматривали в качестве контрреволюционной силы. Серьезное влияние на историографию данного периода оказывала концепция В. И. Ленина о двух большинствах.

В современной отечественной историографии вместо ленинского понятия «третьеиюньская система» получил широкое распространение термин «думская монархия», введенный в оборот С.С. Ольденбургом46. Наблюдается тенденция к разграничению крайне правых и умеренных, и многие историки понимают под понятием «правые» главным образом крайне правых — Союз русского народа, Союз Михаила Архангела и т. п. Так, С. В. Леонов видит разницу между крайне правыми и националистами в том, что первые опирались на поддержку государства, ориентировались на исторический опыт российской государственности, а вторые, несмотря на существенные черты традиционализма, примыкали скорее к либералам, чем к правым монархистам47.

По мнению Д. А. Коцюбинского, националисты исповедовали идеологию, находящуюся на стыке консерватизма и либерализма48. На этом основании он рассматривает умеренно-правых как особое течение, в отдельности от крайне правых. В своей работе М.Н. Лукьянов49 объединяет крайне правых и умеренных под общим названием «консерваторы». Для пояснения своей позиции он обращается к терминологии. Лукьянов отмечает, что в работах по политической истории силы, стоявшие правее октябристов и исповедовавшие принцип — «Православие. Самодержавие. Народность» часто объединяют под общим названием «правые». В результате этот термин распространяется одновременно на Союз русского народа, Всероссийский Дубровинский союз русского народа, Союз Михаила Архангела, Всероссийский национальный союз и др. В своем исследовании М. Н. Лукьянов объединяет данные организации под названием «консерваторы». По мнению автора, «понятие «правые» в принципе значительно шире, чем понятие «консерваторы». В частности, к правым относятся правые радикалы, которые находятся за рамками собственно консерва.

50 тизма .

Ю.И. Кирьянов в основу классификации кладет отношение к Государственной Думе и ее месту в системе государственного управления. К крайне правым он относит Русское собрание, Союз русских людей, Союз русского народа, Партию правового порядка, которые желали видеть Думу законосовещательной, к умеренно-правым — обновленческий Союз русского народа, Союз Михаила Архангела, правое крыло Союза 17 октября, отчасти — Всероссийский национальный союз, т.к. они безоговорочно поддерживали законодательную Государственную Думу. К полулиберальным и либеральным партиям Кирьянов относит Всероссийский национальный союз, значительную часть Союза 17 октября и кадетскую партию, выступавшую за конституционную монархию, в которой сохранялся царь, но действовал парламент западноевропейского типа51.

Следующей проблемой стало изучение участия правых в избирательных кампаниях. С. А. Степанов, исследуя социальную базу правых, обращает внимание на то, что они добились успеха в помещичьей и крестьянской куриях, а также среди духовенства, в то же время не проведя от рабочей курии ни одного кандидата. Подчеркивается, что правые имели хорошие результаты на Украине и среди русского населения национальных окраин. А вот в большинстве центральных промышленных губерний с высокой долей рабочего класса их позиции оказались довольно слабыми, и на выборах в этих регионах победу одержали кадеты и социал-демократы53.

В.В. Абушик выделяет 2 типа методов агитационной работы правых легальные и нелегальные54. В целом итоги избирательной кампании правомо-нархических организаций в Государственную Думу всех четырех созывов Абушик расценивает как неудачные, так как правые не смогли воспользоваться в полной мере ни благоприятно складывавшейся для них общественно-политической обстановкой, ни своими потенциальными возможностями. Наиболее серьезными просчетами в тактике предвыборной борьбы правых партий стали неудача сплотить избирателей вокруг Союза русского народа и других организаций, отсутствие предложений по решению аграрного вопроса, отсутствие прочной связи между центром и местными отделами, отсутствие политических союзников и др.55.

Р.Б. Ромов отмечает, что правые стремились сплотить своих сторонников под лозунгом окончательного подавления революции, в основе агитации был призыв голосовать «за добрых людей». Ю. И. Кирьянов уделяет внимание Русскому Собранию и его роли в объединении правых в период избирательных кампаний в Государственную Думу I-IV созывов. Особое внимание уделяется разработке общих избирательных платформ.

К проблеме формирования думского большинства обращается Б. Г. Федоров. Он утверждает, что в III Думе абсолютного большинства ни у кого не было. Октябристы могли договариваться то с представителями правых партий, то с левым крылом Думы. Столыпин же старался сотрудничать с Думой. Ему удалось добиться реального проправительственного большинства58. А по мнению А. Ф. Смирнова, октябристы объединились не со всеми силами правого лагеря, а лишь с умеренной частью, благодаря чему «составился тот центр, который вел всю работу Думы за все пять лет, и которому совсем уже неудобно было напоминать о существовании в России конституции"59.

Исследователи также уделили внимание тактике правых. В работе «Власть и оппозиция» авторы делают акцент на том, что деятельность крайне правых воплощала реакционно-консервативную тенденцию в политической жизни России начала XX в.60. В. В. Абушик приходит к выводу, что в отношении III и IV Дум тактика правых несколько трансформировалась — центр борьбы с Думой был перенесен с мест в пределы самой Думы, где главная роль отводилась правым депутатам61.

Изучая взаимоотношения с Прогрессивным блоком, А. А. Иванов подчеркивает, что в IV Думе фракция правых не сразу определила линию своего поведения по отношению к думской оппозиции. На первых порах существования Прогрессивного блока методы борьбы с ним были достаточно корректными и сдержанными, не исключался и поиск компромисса. Затем правые вступили в полемику с данным объединением, угрожая решительной борьбой, но попытки создания ему реального противовеса окончились безрезультатно62.

Ю.И. Кирьянов, характеризуя тактику крайне правых, подчеркивает ее косность, негибкость в решении практических задач и малую эффективность, что ставило их в заведомо проигрышную позицию по сравнению с другими политическими партиями. После революции при участии П. А. Столыпина правые стали превращаться из партий «уличного действия» в сугубо «парламентские», «думские». В тактике крайне правых в период работы в III и IV Государственных Думах одной из важнейших сторон стала подача челобитных на имя царя, посылка писем и телеграмм в поддержку или с осуждением тех или иных действий Императора и правительства, или с критикой акций политических противников64.

Р.Б. Ромов не соглашается с традиционной оценкой правой фракции как сегмента правооктябристского большинства. По его мнению, большинство из умеренных и октябристов складывалось и без участия правых, какое-то значение их голоса имели лишь когда октябристская фракция раскалывалась. Но крайне правым, в отличие от националистов, октябристов и кадетов, практически никогда не принадлежала инициатива в Думе"65. М. Н. Лукьянов отмечает, что для дубровинцев резко отрицательное отношение к действующим представительным учреждениям стало причиной бойкота выборов в IV Государственную Думу. Но правые, занимавшие менее радикальные позиции, «сумели усвоить парламентские технологии, «обновленный строй» открыл им новые пути, вооружил новыми средствами для давления на власть справа"66.

Сохраняет актуальность и проблема раскола в правом лагере. Д. А. Коцюбинский видит в основе раскола фракции националистов изначальную противоречивость природы русского национализма, соединившего в себе консервативные и либеральные основы. С. В. Леонов же указывает на наличие существенных противоречий, которые носили идеологический характер, выражали начало приспособления части традиционалистов к третьеиюньским политическим условиям и превращали их в консерваторов. По мнению автора, расколы Союза русского народа и внутренние противоречия были вызваны не только амбициями руководителей, но и стремлением части из них вписаться в послереволюционную политическую жизнь и третьеиюньский режим, что деморализовало рядовых членов68. Ромов к идейным разногласиям добавляет «претензии стратегического порядка» представителей западнорусских земель к депутатам от Центральной России69.

Вопросу о возможности интеграции монархического и парламентского.

7П принципов уделил внимание A.M. Величко. Опираясь на анализ трудов Тихомирова, Величко приходит к выводу, что реализация Верховной властью законодательной функции неизменно сталкивается с необходимостью знать мнение общества о том или ином законопроекте, использовать его силу, знание и опыт. Народное представительство рассматривается как лучшая форма контроля за действиями исполнительной власти и как оптимальный способ полу.

71 чения информации о нуждах населения. По мнению A.M. Величко, «система органов народного представительства, как ее предлагал Л. А. Тихомиров, родилась не на ровном месте, а буквально списана с практики деятельности тех государств, где максимально долго сохранялись нравственное единство народа и руководящая роль Церкви при благотворной деятельности единоличной и самодержавной Верховной власти — государство ветхозаветных евреев и Московская Русь"72.

Законотворческая деятельность правых депутатов III Думы подробно освещена в диссертации Р. Б. Ромова. Он проанализировал позиции правых по вопросам земельной реформы и крестьянского переселения, окраинной политике и национальному вопросу, вероисповедному законодательству, обороне, внешней политике, судебной реформе, борьбе с преступностью, финансовой и промышленной политике, местному самоуправлению и др.73.

И, наконец, следует остановиться на традиционном для историографии вопросе — причинах поражения правых. Ю. И. Кирьянов делает ссылку на изменившиеся условия борьбы, так как еще усилиями П. А. Столыпина правые были «преобразованы» «в объединения законопослушных верноподданных, имевших право быть лишь советчиками царя и правительства и превратившиеся в организации пропаганды и идейной борьбы самодержавия с враждебными силами"74. А. А. Иванов считает раскол и поражение правых закономерным явлением, обусловленным рядом факторов: военными неудачами, ухудшением экономического положения, глубоким политическим кризисом и нравственным кризисом общества, потерей авторитета правительства и правящей династии, а также разнородностью правой фракции по социальному и материальному признаку75.

О.А.Тарасов рассматривает I мировую войну как катализатор кризиса и распада национал-монархических партий76. С. М. Сергеев в качестве причины поражения умеренной части правого лагеря видит узость социальной базы, представленной преимущественно населением Западного края и лишь небольшой частью интеллигенции и буржуазии77. А по мнению Р. Б. Ромова, «кризис правомонархического движения, начавшийся как ответная реакция на спад революционной активности и завершившийся обвальным крахом февраля 1917;го был, в первую очередь, кризисом идентичности"78. Ромов приходит к выводу, что история правой фракции III Думы стала историей самоопределения сторонников самодержавия внутри трансформирующегося политического и общественного строя79, а главной проблемой приверженцев самодер

OA жавия была неспособность определиться с настоящим .

Основными проблемами по рассматриваемой теме, привлекшими внимание современных исследователей, стали: вопрос о том, кого следует понимать под понятием «правые», методы проведения избирательных кампаний и тактика на выборах в Думу, участие правых в формировании думского большинства, тактика правых, взаимоотношение правых и правительства, причины раскола правого движения и поражения правых в феврале 1917 г. В некоторых работах еще сохраняется идеологическая предвзятость, хотя большинство авторов стараются соблюдать объективность.

Проблему думской деятельности правых не обошли вниманием представители русской эмиграции. П. Н. Милюков расценивал Манифест 3 июня как государственный переворот, ознаменовавший победу сил старого порядка — неограниченной монархии и поместного дворянства. Он отмечал, что избирательный закон носил классовый характер, а «настоящие победители», под коо 1 торыми подразумевались правые, стремились к полной реставрации. По мнению С. С. Ольденбурга, закон 3 июня 1907 г. преследовал цель создать такое народное представительство, которое бы работало в рамках существующих за-82.

КОНОВ .

Большинство Третьей Думы П. Н. Милюков расценивал как искусственно созданное и далеко не однородное. Он также обратил внимание на различие условий существования III и IV Дум — в III Думе наступающей стороной была власть, а между противоборствующими силами сохранялась видимость равновесия. В IV Думе компромисс оказался невозможным, исчез центр и фиктивное правительственное большинство, а борьба переместилась из стен Таврического.

О’У дворца за пределы народного представительства. С. С. Ольденбург отмечал, что в III Государственной Думе сформировалось большинство из октябристов и правых, причем правое крыло было более демократично по своему составу. Между П. А. Столыпиным и думским большинством сложилось «дружное взаимодействие"84.

Лидер думских правых Н. Е. Марков заявлял, что Союз Русского Народа и близкие к нему организации, обязанные подчиняться царской воле, не могли отказаться от отстаивания незыблемости царского самодержавия, но «бунт ос против царских властей — во имя царской власти — был невозможен». Этим и объясняется враждебность отношений с конституционной Государственной Думой и поддерживавшим ее правительством. В результате правые по сути стали в оппозицию к правительству, что нанесло сокрушительный удар по Союзу русского народа, вынужденному отказаться от наступательной стратегии. Он потерял значительную часть своих сторонников и руководителей и из грозной силы постепенно превратился в организацию пропаганды идей самодержавия и идейной борьбы с «темными силами». По мнению Н. Е. Маркова, более вредоносным, чем революционные события 1904;1907 гг., оказался период с момента открытия Третьей Думы. Именно он положил начало конституционного периода, окончательно подготовившего февральскую революцию 1917 г. и крушение Российской Империи86.

Причину поражения правых Н. Е. Марков объяснял также тем обстоятельством, что российские чиновники сделали все, чтобы развалить и свести на нет Союз русского народа — «истинно народную организацию», оказавшую го.

87 сударству помощь в самое трудное для него время. Того же мнения придерживался и Б.Пеликан. Сподвижник Н. Е. Маркова по правому лагерю считал, что именно правительство разрушило Союз русского народа, сильную и дея.

88 тельную организацию, но, развалив ее, не сумело создать другую .

Итак, представители русской эмиграции обратили внимание на отношение правых к Государственной Думе, третьеиюньский избирательный закон, особенности формирования думского большинства, причины поражения правых.

Зарубежные авторы уделили думской деятельности правых партий России небольшое внимание. Некоторые отечественные исследователи склонны это объяснять традиционной ориентацией на изучение либерального.

OQ и радикального движений, и труднодоступностью источников. Р. Мэннинг и Г. Хоскинг исследуют деятельность крайне правых через призму политики.

ЛП.

Объединенного Дворянства .

Зарубежные авторы, изучая правое движение в России в начале XX в., отводили главную роль в его стратегии и тактике погромам, «шовинизму» и «империализму», давая всей деятельности правых традиционно негативную оценку. Парламентская деятельность правомонархистов была затронута зарубежными исследователями в сочинениях, посвященных, как правило, не собственно правым, а работе Думы и столыпинским реформам91. Д. А. Коцюбинский отмечает, что западные авторы игнорировали наличие принципиальных расхождений между умеренными и крайними представителями правого крыла. Так, Р. Эделман рассматривал партию русских националистов прежде всего как организацию, отстаивавшую групповые интересы помещиков Западного края92.

П. Шасле отмечал, что для того, чтобы сделать III Думу правой, правительство переделало избирательную систему без согласия палат парламента. Автор полагал, что это был государственный переворот93. В результате III Дума оказалась настолько же правой, насколько ее предшественницы были ле.

94 выми .

По мнению П. Луи, в III Думе хозяином положения была октябристская группа, которая определяла председателя. Объединяясь с левыми и крайне левыми, октябристы формировали непрочное большинство, а при соединении с правыми и крайне правыми составляли очень мощное большинство95.

Г. Аронсон, обращаясь к истокам Февральской революции, отмечал, что «старый режим, как слепая лошадь, летел в пропасть навстречу гибели», а «Прогрессивный Блок не мог и не хотел разделять его судьбу, и Государственная Дума — против своей воли — стала фактором революции». «В поисках выхода из политического тупика, куда была загнана Россия, объединились не только радикальные и либеральные, но консервативные и монархические круги, — не останавливавшиеся ни перед перспективой дворцового переворота, ни перед перспективой революции"96.

Рассматривая проблему раскола думской фракции националистов и вхождение ее левой части в Прогрессивный блок, Р. Эделман97 полагает, что в данном случае сыграли роль прежде всего не идеологические, а тактические предпосылки. Прогрессивные националисты вошли в блок потому, что видели необходимость приспособления к тем условиям, которые сложились в годы.

ВОИНЫ .

JI. Хаймсон, обращаясь к проблеме политического и социального кризиса в России накануне Первой мировой войны, отмечал, что «характер избирательного закона в не меньшей степени, чем репрессии против крестьянских волнений 1906 — начала 1907 г., определил политическую пассивность, которую крестьянские депутаты проявили в Третьей и Четвертой Государственных Думах». По его мнению, пассивность «объяснялась главным образом осознанием этими депутатами и их избирателями того факта, что характер нового большинства, сформированного в Третьей Государственной Думе в результате нового избирательного закона, исключал любую возможность принятия законодательства о передаче помещичьих земель крестьянскому населению"99.

Роусон100 объяснял рост влияния правых в Думе не только изменением в политической системе и законе о выборах, но и ростом их собственного политического опыта использования избирательных кампаний. Роусон разделил правый лагерь на два основных типа — умеренных и крайне правых. Первые готовы были примириться с изменениями в политической жизни страны, произошедшими в 1905;1906 гг., а вторые выступали за восстановление самодержавия в полном объеме. Крайне правые проявляли большую активность, самостоятельность, применяли насильственные методы борьбы, умеренно-правые тяготели к более «спокойным», парламентским формам политической деятельности, и были представлены скорее в региональных объединениях. Но Роусон полагал, что различия были не столь значительными, правые исповедовали общие ценности и идеалы101.

М. Карпович102 отмечал постепенное смещение умеренного крыла Думы «влево до тех пор, пока не будет подготовлен путь для налаживания политического взаимопонимания между кадетами, с одной стороны, и октябристами и даже некоторыми из националистов — с другой». По его мнению, «расстановка думских партий накануне мировой войны предвещала новый конфликт между конституционной оппозицией и силами реакции, окопавшимися в правительст.

103 ве" .

Итак, часть зарубежных исследователей уделяет основное внимание негативным сторонам деятельности правых, оставляя в тени другие проблемы. В этом можно обнаружить определенную схожесть с советской довоенной историографией по данной проблеме. С другой стороны, в некоторых работах, относящихся главным образом к последней четверти XX в., авторы пытаются дать объективную оценку думской деятельности правых. Круг рассматриваемых проблем в рамках исследуемой темы более узок, а подходы и выводы авторов близки взглядам современных отечественных историков.

Несмотря на то, что значительная часть проблем, относящихся к думской деятельности правых, была так или иначе затронута в предыдущих исследованиях, в историографии сохраняется ряд спорных вопросов. К их числу относится проблема классификации различных течений правого политического спектра России начала XX в. — степень различия между крайне правыми и умеренно-правыми и ответ на вопрос — можно ли считать их единым лагерем. Также остаются дискуссионными вопросы раскола в правом лагере и их причины, тактика правых в Государственной Думе и в период избирательных кампаний, причины кризиса правого движения и др. Кроме того, многие перечисленные проблемы были рассмотрены необъективно, через призму идеологии, и потому они нуждаются в переоценке. Такая тенденция наблюдается в работах последнего времени.

Так, исследования Ю. И. Кирьянова позволили по-новому взглянуть на внедумскую тактику крайне правых. Р. Б. Ромов, определяя работу правых в III Думе как малоизученную, рассмотрел процесс формирования правой фракции в 1907;1912 гг., ее состав, принципы организации, законотворческую деятельность, связь с правомонархическим движением и отношение правых к «обновленному строю». Следует отметить, что в исследовании Р. Б. Ромова под правыми понимаются исключительно представители крайне правого крыла политического спектра, в результате чего умеренная их часть в лице националистов и группы центра не рассматривается. Кроме того, в диссертации Р. Б. Ромова, построенной на широком круге источников из правого лагеря, уделено недостаточно внимания источникам их противников.

Поэтому исследование Р. Б. Ромова одновременно усложняет и облегчает нашу задачу рассмотрения думской деятельности правых — через изучение не только крайнего, но и умеренного течения данного политического спектра. Также представляется необходимым изучение думской деятельности правого лагеря в более широких хронологических рамках — и в III, и в IV Государственных Думах. Это позволит охватить весь период между 1907 и 1917 гг. В комплексном рассмотрении в качестве отдельной проблемы нуждается вопрос проведения правыми избирательных кампаний в III и IV Государственные Думы, который можно осуществить путем их сравнительного анализа.

Для реализации комплексного подхода при рассмотрении стратегии и тактики думских избирательных кампаний правых 1907 и 1912 гг., при исследовании думской тактики правых необходимо не ограничиваться источниками, принадлежащими правым. Следует также изучить документы и материалы, относящиеся к противникам правых и правительственному лагерю. Кроме того, для полноты и всесторонности исследования необходимо кратко рассмотреть взгляды правых на сущность и предназначение Государственной Думы в России и думский опыт правых в I и II Государственных Думах.

После многих десятилетий, когда правые рассматривались исключительно как контрреволюционная сила, толкавшая Россию назад, в последние годы наметился процесс переосмысления места и роли правых в истории России начала XX в. Исходя из этого, вырисовывается перспективное направление исследования — взглянуть по-новому на думскую деятельность правых, рассмотрев всю ее противоречивость.

Цель работы — определить место и роль правых в III и IV Государственных Думах. В связи с этим, ставятся следующие основные задачи:

— выявить отношение правых к Государственной Думе как представительному органу и к вопросу участия в ее деятельности;

— исследовать механизм думских выборов для достижения политических целей правых;

— дать анализ избирательных кампаний правых в III и IV Государственные Думы;

— рассмотреть в динамике деятельность правых в III и IV Государственных Думах;

— изучить процесс формирования и раскола правых фракций, попытки создания думских блоков, взаимоотношения правых с правительством и думскими объединениями.

Источники. Ввиду того, что в работе использованы документы и материалы как самих правых, так и их политических противников, а также сил правительственного лагеря, которые в зависимости от обстоятельств могли иметь разную позицию, источники можно разделить на те, которые подают события и факты 1) в преимущественно положительной для правых интерпретации, 2) в преимущественно отрицательной и 3) нейтральной. Поэтому для соблюдения принципа объективности возможно проведение источниковедческого обзора с помощью данной классификации.

Но не всегда удается определить степень предвзятости — ведь критические оценки отдельных действий правых или их лидеров могут содержаться и в источниках правого лагеря, тем более если это касается политической борьбы. Не всегда можно точно очертить круг политических противников правых — в зависимости от обстоятельств, октябристы могли выступать и как союзники, и как противники, что нередко оказывало существенное влияние на подачу фактов в источниках. Кроме того, использование в работе источников различной политической окраски позволяет уравновесить их влияние и тем самым добиться более точной и полной оценки событий. Учитывая приведенные обстоятельства, а также то, что традиционно принято давать классификацию по типам документов, в работе целесообразно дать классификацию опубликованных источников по типам документов, но обратить внимание на особенности подачи фактов и оценок в источниках различной политической окраски.

Особенностью источников правых является то, что они передают видение правых о себе и содержат самооценку. Наблюдается стремление замалчивать отрицательные стороны, делать акцент на позитиве — за исключением фрагментов, где описывается борьба внутри правого лагеря. В источниках, относящихся к периоду после Февраля 1917 г. — воспоминаниях и дневниках заметно стремление авторов к несколько более объективному рассмотрению происходивших событий и даже к частичному признанию своих ошибок. В то же время, здесь много оценочных суждений.

Для источников противников правых, в первую очередь кадетов и социалистов, характерны односторонность, преобладание фактов, освещающих негативные стороны деятельности правых, что было обусловлено политической борьбой, перегруженность оценками, что затрудняет работу с ними. В источниках кадетской партии и левых положительные стороны деятельности правых, за редким исключением, не фиксировались. Но в протоколах заседаний ЦК партий кадетов и октябристов и некоторых источниках, особенно в той их части, которая не была предназначена для опубликования, можно обнаружить более объективную подачу фактов.

Источники из правительственного лагеря могли носить как нейтральный характер — статистические источники, справочная информация, донесения сотрудников Департамента Полиции и чиновников, так и положительные или отрицательные оценки правых — воспоминания, дневники, письма.

При подготовке диссертации были использованы как опубликованные, так и неопубликованные материалы. Опубликованные источники по исследуемой проблеме можно разделить на шесть типов документов: 1) делопроизводственная документация, 2) статистика и справочные материалы, 3) периодическая печать, 4) политическая публицистика, 5) пропагандистские материалы- 6) документы личного происхождения.

Делопроизводственная документация включает в себя законодательные акты, нормативные документы, протокольную документацию, деловую переписку, отчетные документы и делопроизводство политических партий. Манифест 17 октября 1905 г., провозгласивший, что «никакой закон не мог воспри-ять силу без одобрения Государственной думы"104, Основные государственные законы 1906 г. и ряд других законодательных актов заложили основу существования думской монархии и определили направление развития политических отношений вплоть до Февральской революции 1917 г.

К нормативным документам относятся программы и уставы правых партий105. Здесь отражены стратегические цели и принципы правых, что позволяет понять их избирательную стратегию и тактику думской деятельности.

Протокольная документация включает в себя стенографические отчеты Государственной Думы106, протоколы съездов правых партий, заседаний ЦК.

1П7.

Союза 17 октября и Партии народной свободы. В стенографических отчетах заседаний III и IV Государственных Дум содержатся выступления правых и их противников, отражается реакция депутатов на происходящие события, их позиция по тем или иным вопросам. Стенографические отчеты позволяют раскрыть картину политической борьбы, причины и характер столкновений фракций и отдельных депутатов.

Сложность использования стенографических отчетов Думы заключается в том, что они велись присяжными стенографистами, а публиковались с одобрения Председателя Государственной Думы. Это давало основания правым упрекать стенографистов и Председателя в необъективной подаче фактов, преднамеренном искажении содержания речей правых депутатов, замалчивании отдельных фактов, имевших место во время думских заседаний — например, нарушений со стороны оппозиционных депутатов.

Протоколы съездов и заседаний правых партий, предназначенные для опубликования, отличались пропагандистской риторикой. В протоколах ЦК партий кадетов и октябристов в большей мере нашло отражение решение тактических вопросов109.

Отчетные документы и делопроизводство политических партий включают отчеты думских фракций — как самих правых110, так и их противников111, отчеты о съездах правых партий и деятельности их структур, донесения и отчеты чиновников и Департамента Полиции о деятельности правых в Государственной Думе и на местах. В отчетах о съездах правых организаций и деятельности их структур сообщается о содержании практической работы, о проведении избирательных кампаний в Государственную Думу и тактике правых. Официальная переписка правых позволяет выявить позиции партийного руководства по тем или иным проблемам, состояние дел в регионах и ход избирательных кампаний112.

В отчетах думских фракций кадетов и октябристов дана характеристика текущих событий в Государственной Думе, позиций различных политических сил по важным государственным вопросам. Здесь же отражены ход борьбы за принятие думских решений и процессы создания парламентских объединено.

НИИ .

Донесения чиновника особых поручений при председателе Совета министров JT.K. Куманина114 по хронологии охватывают период с декабря 1911 до февраля 1917 г., то есть до момента прекращения деятельности Государственной Думы. В них отражены тактика отдельных фракций, внутренние разногласия среди депутатов, позиции по наиболее актуальным вопросам, процессы раскола и формирования думских объединений и др. Донесения JI.K. Куманина.

— это своего рода «агентурная информация» для главы правительства, собранная в кулуарах Государственной Думы. Она состоит преимущественно из фактов и отличается объективностью, непредвзятостью автора, точностью и ясностью отражения событий.

Статистические данные представлены в справочных изданиях по деятельности III и IV Дум. Здесь дана информация о составе и численности фракций за определенные сессии, отражены результаты выборов по губерниям115. Подобные сведения можно найти и в изданиях, посвященных депутатам Государственной Думы116. Стенографические отчеты и справочные издания — одни из наиболее точных и объективных источников.

Периодическая печать включает издания как самих правых организаций, так и их противников. Ход избирательных кампаний и думская деятельность подробно освещаются в статьях газеты «Новое время» под редакцией М. О. Меньшикова — одного из идейных вдохновителей русского национализма, в центральных печатных органах Союза русского народа — «Русском знамени», подотчетного Дубровину, в «Земщине» и «Вестнике Союза русского народа», издаваемых «обновленцами», в местной правой прессе — например, в «Киевлянине», «Бессарабской жизни», «Волге» и др.

В «Речи» — официальном органе кадетов широко освещена деятельность правых при проведении ими избирательных кампаний, с упором на негативные ее стороны и различные нарушения. Информация о взаимоотношениях правых с Союзом 17 октября содержится в октябристском «Голосе Москвы». Изучение периодической печати позволяет уточнить хронологию событий, реакцию на них участников политического процесса, уяснить детали.

Периодическая печать — центральная и местная — публиковала сведения Петербургского телеграфного агентства, сообщения корреспондентов из других регионов, а также выдержки из других газет. В результате в Полтавских губернских ведомостях можно найти сведения о похождении пьяного депутата в Прибалтике, в Ведомостях Московского градоначальства и Столичной полиции — о ходе выборов на Волыни и т. п. Зачастую при публикации выдержек из других средств массовой информации, в особенности если они принадлежали к политическим течениям другого толка, издания пытались передернуть факты и подать их в выгодном свете с точки зрения своей позиции.

К публицистике относятся произведения JI.A. Тихомирова и М.О. Мень-шикова117. В своих работах они уделяли внимание вопросам сущности народного представительства, его роли и задачам118. Тихомиров также подвергал критике деятельность монархистов, принимавших участие в работе Думы119.

Работы «Правые в III Государственной Думе"120 и «Националисты в III Государственной Думе», вышедшие в период предвыборной кампании в IV Думу, представляют своеобразный отчет перед избирателями с целью убедить их вновь поддержать на выборах данные силы.

Националисты ставили одной из главных целей показать свою независимость от октябристов. Соглашаясь, что в большинстве вопросов Русская националистическая фракция и Союз 17 октября действовали в одном направлении, националисты утверждали, что они никогда не отступали от своих программных требований122. Свою самостоятельность националисты стремились подчеркнуть и в отношениях с правительством.

Крайне правые, наоборот, всячески пытались подчеркнуть зависимое положение националистов — как по отношению к правительству, так и к октябристам. Крайне правые утверждали, что думский центр, состоящий из октябристов и пытавшийся опереться, с одной стороны, на умеренно правых, с другой.

123 стороны, на прогрессистов и даже на польское коло, отличался разноголосицей и несогласованностью действий, что существенно затрудняло принятие решений. И лишь когда правые голосовали вместе с октябристско-националистическим блоком, это давало ему уверенное большинство, подчеркивая, что именно их позиция становилась решающей. Правые утверждали, что им удалось, сохранив полную независимость и не отступив от своих принципов и программы, занять влиятельное положение в серьезных думских голосованиях124.

В обеих работах дан анализ расстановки сил в III Думе, показано взаимодействие и противостояние различных политических сил в борьбе за принятие решений. Несмотря на определенную долю субъективности, эти источники довольно ценны, так как содержат значительный фактический материал.

К публицистике можно отнести и статьи П. Н. Милюкова, где лидер кадетов анализирует расстановку сил в III и IV Государственных Думах, причины создания Прогрессивного блока, проблемы внутридумской борьбы. В статье «Третья Государственная Дума (1907;1912)"125 делается акцент на вмешательство правительства в предвыборную кампанию с целью поддержки октябристов и правых. В результате в Думе создалось большинство, получившее наименование правительственного блока, где руководящей группой были октябристы. Несмотря на то, что часть фактов и размышлений П. Н. Милюкова, содержащаяся в данной статье, вошла в другие работы данного автора и была опубликована, некоторые фрагменты статьи еще не введены в научный оборот.

Наименее объективны пропагандистские материалы — умышленное искажение и подборка фактов для аргументации заранее сделанных выводов — это относится как к правым, так и к их противникам. Но в то же время они полезны для определения избирательной стратегии и тактики правых, для анализа идеологических расхождений в правом лагере. Пропагандистские материалы представлены листовками и воззваниями, обращенными к различным слоям населе-ния126.

Факты и их оценки нашли отражение в документах личного происхождения — воспоминаниях, дневниках, частной переписке. Их можно условно разделить на три группы: документы, относящиеся к представителям правого лагеря, их противникам и правительственным чиновникам.

События, происходившие в Думе и во фракциях, отражены в дневниках и статьях председателя фракции правых А.С. Вязигина127, Н.Е. Маркова128, В.М. Пуришкевича129, В.В. Шульгина130, графа А.А. Бобринского131, А.А. Ознобишина132, протоиерея Федора Никоновича133, митрополита Евлогия134 и в ряде других воспоминаний правых. Воспоминания В. В. Шульгина135 содержат важные сведения о думской деятельности правых, о создании Прогрессивного блока и борьбе внутри фракций правого лагеря IV Государственной Думы. В воспоминаниях В.М. Пуришкевича136 обращает на себя внимание описание событий ноября 1916 г. Автор излагает причины своего выхода из фракции правых и противоречия, имевшиеся внутри лагеря думских монархистов.

В воспоминаниях Товарища Министра внутренних дел С.Е. Крыжанов-ского, ответственного за проведение избирательной кампании в III Государственную Думу 1907 г., сообщается о помощи правым со стороны органов власти. Определенный интерес представляют и его размышления о том, какими методами Столыпин строил взаимоотношения с Государственной Думой138. О взаимоотношениях думских правых с правительством упоминает председатель Совета Министров В. Н. Коковцов139. Парламентские нравы и закулисные интриги затрагивает в своих воспоминаниях заведующий канцелярией Государственной Думы Я. В. Глинка-Янчевский140.

В воспоминаниях кадетов и октябристов — П.Н. Милюкова141, Шидлов-ского142, А.И.Гучкова143, М.В. Родзянко144, В.А. Маклакова145, Е.В. Сапилова146,.

1 лп большевиков — А. Бадаева и др. — содержатся материалы о думской деятельности правых и проведении ими избирательных кампаний. Авторы дают свои оценки роли правого лагеря, его связей с правительством.

Лидер кадетов П. Н. Милюков отмечает, что правительство стремилось сформировать большинство в III Думе. А так как октябристы не имели достаточного количества голосов, правительство «своим непосредственным влиянием выделило из правых группу в 70 человек „умеренно-правых“», присоединив к ним «менее связанных националистов» и «уже совсем необузданных черносотенцев», создав группу в 300 членов, «готовых подчиняться велениям правительства и оправдывающих двойную кличку Третьей Думы «барская» и «лакейская» Дума"148. При создании в IV Думе Прогрессивного блока депутаты — националисты Балашев и Чихачев «попробовали противопоставить нашей идее блока свою: создание информационного бюро между правыми группами обеих законодательных палат. В августе эта разница намерений привела к открытому конфликту"149.

Председатель Союза 17 октября А. И. Гучков в своих воспоминаниях сообщает, что раскол в правом секторе III Государственной Думы был осуществлен сознательно, при активном содействии П. А. Столыпина, с целью формирования думского большинства из октябристов и умеренной части правых. Характеризуя националистов, с которыми октябристы тесно взаимодействовали, А. И. Гучков отмечает их зависимость от П. А. Столыпина — «эта группа всецело приняла Столыпина. Целиком за ним шла — это была самая верная ему группа"150. Говоря о лидере националистов П. Н. Балашеве, А. И. Гучков подчеркивает, что «П. Н. Балашев, очень чистый, благородный человек и тоже консервативно-либерального направления, но человек мало подготовленный для этой роли"151.

В воспоминаниях, помимо значительной доли оценочных суждений, авторы могли непреднамеренно ошибаться во времени наступления определенных событий, их участниках и т. п. В то же время наиболее яркие и эмоционально окрашенные факты находили здесь свое отражение — например, случаи непарлементского поведения депутатов, что позволяет лучше понять психологию и нравы участников изучаемых событий.

Часть частной переписки участников политических событий в настоящее.

1 О время опубликована. Письма руководства правых партий были адресованы как видным представителям правого лагеря, так и лицам, не имевшим отношения к конкретным политическим событиям, например, членам семьи. Переписка позволяет выявить ряд фактов, не зафиксированных в других документах, понять, чем руководствовались лидеры правых, принимая те или иные решения.

Кроме того, имеются сборники, включающие в себя разные типы источников. Значительная часть документов фонда Чрезвычайной следственной ко1 миссии Временного Правительства была опубликована в 1920;е и 1990;е гг.. Здесь собраны сведения о взаимодействии правых партий с правительством, о получении правыми денежных средств от Департамента Полиции, свидетельские показания Н. Е. Маркова, Г. Г. Замысловского и др. В сборнике «Союз русского народа"154 опубликован ряд документов о правом движении в России. Здесь помещены протоколы показаний 17 лиц, имевших отношение к этой организации, документы, изъятые у руководителей партии при обыске, материалы Департамента Полиции. В сборник также помещено письмо одного из лидеров одесских монархистов Б. А. Пеликана Министру внутренних дел А. А. Макарову и записка с рекомендациями по проведению выборов в Одессе в IV Государственную Думу. Здесь подробно расписаны способы применения, выражаясь современным языком, «грязных предвыборных технологий». Помимо этого, представлены материалы о работе местных организаций — в Москве, Одессе, на Украине, в западных губерниях, в Центральной России и еще в нескольких регионах.

В 1998 г. вышел двухтомный сборник «Правые партии. Документы и материалы. 1905;1917 гг."155. В нем представлены документы центральных органов основных правых партий России за весь период их существования — с ноября 1905 г. по конец февраля 1917 г. Это в основном первоисточники, во многих случаях впервые вводимые в научный оборот. Они отражают различные стороны деятельности крайне правых и русских националистов — их отношения с царем, правительством, политическими союзниками и противниками. Публикация включает широкий круг источников — программы, уставы, постановления, обращения съездов, переписку, выдержки из речей и т. д. Значительное место занимают пропагандистские материалы — воззвания, листовки и т. п. В сборнике представлены все типы источников.

Факты могли дублироваться в разных типах источников — факты, содержащиеся в архивных материалах, могли быть отражены в прессе или в воспоминаниях. В то же время архивные факты, как правило, дают наиболее точное и полное отражение событий.

Фонды правых организаций Государственного Архива Российской Федерации (ГАРФ)156 содержат делопроизводство, листовки и деловую переписку с руководителями правых партий. Значительное число писем было адресовано на имя В. М. Пуришкевича, и многие из них были посвящены вопросам проведения выборов в Думу. В фонде Всероссийского Национального Союза157 объем дел незначителен, а информация по исследуемой теме ограничивается, главным образом, отчетом о ходе предвыборной кампании в IV Государственную Думу в Донской области. Но в связи с тем, что архив правой фракции, а также значительная часть архивов местных правых организаций была уничтожена в дни Февральской революции 1917 г., основная часть архивного материала по думской деятельности правых оказалась сосредоточена в других фондах.

1 ^Й.

В фонде Департамента Полиции — в фонде Особого отдела представлены отчеты сотрудников полиции о ходе избирательных кампаний в III и IV Государственные Думы, о тактике правых, о конфликтах в среде монархистов, об их взаимодействии с другими политическими партиями и властями, об итогах выборов на местах. Здесь собрана информация о положении дел в Государственной Думе, о расколах фракций, внутрипарламентской борьбе, даны ежегодные сведения о деятельности правых партий. В фонде перлюстрации159 Департамента Полиции приводится часть переписки руководителей правых политических партий России и парламентских фракций. Часть писем приведена целиком, часть — в виде выдержек, которые имеют отношение к политике.

В фонде Б.В. Штюрмера160 представлены доклады Председателю правительства, а также самого главы правительства к Николаю II. Имеется информация, освещающая противоречия внутри Прогрессивного блока, его отношения с правым лагерем. В записке директора Департамента Полиции от 26 июня 1916 г. 161 утверждается, что правые и русские националисты для противодействия Прогрессивному блоку прибегали к тактике «пассивной обструкции», т. е. во время обсуждения ряда законопроектов объявляли об отсутствии кворума, тем самым неоднократно срывая заседания думских комиссий.

В фонде Союза 17 октября представлены протокольные документы и деловая переписка, которые освещают взаимодействие крайне правых и русских националистов с октябристами в ходе выборов в IV Государственную Думу и работы в ней, процесс формирования Прогрессивного блока. Здесь имеются протоколы совещаний по выборам президиума Государственной Думы. В фонде имеется письмо163, адресованное на имя А. И. Гучкова, где разбирается вопрос об образовании блока октябристов и националистов для участия в выборах в IV Думу. В нем утверждается, что эти силы по идейным соображениям родственны между собой, националисты заняты поиском союзников, не чувствуют достаточных сил у себя, не желают идти на соглашение с крайне правыми.

В фондах П.Н. Милюкова164 собрана информация о нарушениях, допущенных правыми в ходе избирательных кампаний в Думу и помощи им со стороны властей, делается акцент на вмешательство правительства в предвыборную кампанию с целью поддержки октябристов и правых. Интерес представляет листовка165, относящаяся к выборам в IV Думу, где правые убеждают евреев голосовать за кандидатов от монархистов, советуя в случае несогласия вообще не являться на выборы.

Использованные источники позволяют воссоздать единую картину предвыборных кампаний крайне правых и русских националистов в эпоху третьеиюньской монархии, их деятельности в III и IV Государственных Думах, а также отразить процессы образования и распада фракций и блоков, выявить их причины.

Иерусалимский Ю.Ю., Кокорина Е. А. Историография черносотенно-монархического движения в 1905;1907 гг.// Вестник МГУ. Серия 8: История. — M., 1994. Jfe 3.

2Обиинский В. П. Новый строй. Ч. 1. — М., 1909; Ч. 2. — М., 1913; Он же. Последний самодержец. Очерк жизни и царствования императора России Николая П. — М., 1992.

3Обнинский В. П. Последний самодержец. Очерк жизни и царствования императора России Николая П. — М., 1992. — С. 192,203.

4Меныпиков М. О. Великорусская нация// Нация и империя в русской мысли начала XX в. — M., 2004. — С. 22- Он же. Третья культура// Нация и империя в русской мысли начала XX в. — М., 2004. — С. 39.

5Герье В. И. Значение Третьей Думы в истории России. — СПб, 1912. Ч. 1. — С. 97−98.

Левицкий В. Правые партии// Общественное движение в России в начале XX в. Вып. 5. — СПб, 1914. Т. 3.

7Ленин В. И. Политические партии В России// Поли. собр. соч. Т. 21. — С. 281.

8Ленин В. И. Избирательная кампания в IV Государственную Думу// Поли. собр. соч. Т. 21. — С. 40.

Ленин В. И. Итоги выборов// Поли. собр. соч. Т. 22. — С. 320−327.

Викторов В. П. Вступительная статья// Союз Русского Народа. По материалам Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства 1917 г. — М., 1929; Граве Б. Б. К истории классовой борьбы в России в годы империалистической войны. — М.-Л., 1926; Козьмин Б. П. С. В. Зубатов и его корреспонденты. Среди охранников, жандармов и провокаторов. — М., 1928; Любош С. Б. Русский фашист Владимир Пуришкевич. — Л., 1925; Попов Ф. К. Попы-черносотенцы (По Ярославским и другим архивным материалам). — М.-Иваново-Вознесенск, 1932; Ткачуков И. Темные силы в дни первой революции и годы реакции (Харьковский отдел СРН в 1905;1916 гг.)// Пути революции. Историко-революционный журнал. — Харьков, 1926. Кн. II-III. «Ростов Н. Духовенство и русская контрреволюция конца династии Романовых. — М., 1930. 12Кирьянов Ю. И. Правые партии в России. 1911;1917. — М., 2001. — С. 37.

13Граве Б.Б. К истории классовой борьбы в России в годы империалистической войны. Июль 1914 — февраль 1917 гг. — М.-Л., 1926. — С. 277.

143алежский В. Н. Монархисты. — Харьков, 1930. — С. 62, 64. «Ярославский Е. История ВКП (б). — M., 1933. Т. 1. — С. 192.

16Истор ия Всесоюзной Коммунистической Партии (большевиков). Краткий курс. — М., 1938. — С. 94. 17Аврех А. Я. Столыпин и III Дума. — М., 1968. Он же. Царизм и третьеиюньская система. — М., 1966. «Аврех А. Я. III Дума и начало кризиса третьеиюньской системы (1908;1909 гг.)// Исторические записки. — М., 1955. Т. 53.-С. 72, 76. 19Там же. — С. 58,78.

20Дякин B.C. Самодержавие, буржуазия и дворянство в 1907;1911 гг. — Л., 1978. — С. 141.

21Аврех А.Я. III Дума и начало кризиса третьеиюньской системы (1908;1909 гг.)// Исторические записки. — М.,.

1955. Т. 53. — С. 79−80.

22Дякин B.C. Самодержавие, буржуазия и дворянство в 1907;1911 гг. — Л., 1978. — С. 151.

2эКоцюбинский Д. А. Русский национализм в начале XX столетия: Рождение и гибель идеологии Всероссийского национального союза. — М., 2001. — С. 15−18.

24Дякин B.C. Русская буржуазия и царизм в годы первой мировой войны 1914;1917. — Л., 1967. — С. 28. 25Черменский Е. Д. История СССР. Период империализма. — М., 1965.

Цит. по: Коцюбинский Д. А. Русский национализм в начале XX столетия: Рождение и гибель идеологии Всероссийского национального союза. — М., 2001. — С. 17.

Черменский Е. Д. Выборы в IV Государственную Думу// Вопросы истории. 1947. № 4. — С. 21. 28Аврех А. Я. Царизм и третьеиюньская система. — М., 1966; Он же. Царизм и IV Дума. 1912;1914. — М., 1981. 29Дякин B.C. Самодержавие, буржуазия и дворянство в 1907;1911 гг. — Л., 1978.

30Он же. Буржуазия, дворянство и царизм в 1911;1914 гг.: Разложение третьеиюньской системы. — Л., 1988. — С. 89.

31Попик В. И. Политическая борьба на Украине вокруг выборов в III Думу. — К., 1989.

Э23абавский Н. М. Политическая борьба в Белоруссии на выборах в III Государственную Думу// Известия АН.

БССР. Серия общественных наук. 1987. № 5- Он же. Общественно-политическая борьба в Белоруссии в связи с выборами в III Государственную Думу. Автореф. дисс.канд. ист. наук. — Минск, 1988.

Государственная Дума в России. Сб. документов и материалов. Сост. Ф. И. Калинычев. — М., 1957. — С. 9−10.

34Грунт В. Я. Прогрессивный блок// Вопросы истории. 1946. № 3−4.

35Минц И. И. История Великого Октября. — М., 1977. Т. 1.

36Дякин B.C. Русская буржуазия и царизм в годы первой мировой войны 1914;1917. — Л., 1967. 37Аврех А. Я. Столыпин и Третья Дума. — М., 1968. С. 413.

38Черменский Е.Д. IV Государственная Дума и свержение царизма в России. — М, 1976. — С. 102−103. «Кризис самодержавия в России. 1895−1917. — Л., 1984. — С. 521.

40Комин В. В. Банкротство буржуазных и мелкобуржуазных партий России в период подготовки и победы Великой Октябрьской социалистической революции. — М., 1965. 4|Комин В. В. Указ. соч. — С. 69.

42Дякин B.C. Самодержавие, буржуазия и дворянство в 1907;1911 гг. — Л., 1978. 430н же. Буржуазия, дворянство и царизм в 1911;1914 гг. — Л., 1988. — С. 28.

Гусев K.B., Дякин B.C., Шишкин В. А. Парламентаризм и политические партии в России до 1914 года. (К XVI Международному конгрессу исторических наук). — М., 1985. — С. 9−10.

45Спирин Л. М. Крушение буржуазных и помещичьих партий в России (начало XX в. -1920 г.). — М., 1977. — С. 212−213.

Ольденбург С. С. Царствование императора Николая II. — М., 1992. — С. 354.

47Леонов С. В. Партийная система России (к. 19 в. -1917)// Вопросы истории. 1999. № 11−12. — С. 38.

Коцюбинский Д.А. К проблеме кризиса власти накануне Февраля (Образование прогрессивно-национальной фракции в IV Государственной Думе)// 1917 год в исторических судьбах России. — М., 1993. — С. 51−52. 49Лукьянов М. Н. Российский консерватизм и реформа 1907;1914. — Пермь, 2001. 50Тамже.-С. 11.

Кирьянов Ю. И. Русское собрание 1900;1917. — М., 2003. — С. 3−4. «Степанов С. А. Черная сотня в России: 1905;1914. — М., 1992. «Там же. — С. 166−168.

54Абушик В. В. Деятельность монархических организаций Центральной России в период развития буржуазно-демократической революции (1905 — февраль 1917 гг.). Дисс. канд. ист. наук. — М., 1995. — С. 108−109. «Тамже.-С. 124−125.

56Ромов Р. Б. Фракция правых в III Государственной Думе (1907;1912). Дисс. канд. ист. наук. — М., 2003. — С. 81.

Кирьянов Ю. И. Русское Собрание 1900;1917. — М., 2003.

Федоров Б. Г. Петр Аркадьевич Столыпин. — М., 2002. — С. 224−225, 227.

Смирнов А. Ф. Государственная Дума Российской Империи 1906;1917 гг.: Исторшо-правовой очерк. — М., 1998. — С. 347. класть и оппозиция. Российский политический процесс XX столетия. — М., 1995. — С. 25.

6,Абушик В. В. Указ. соч. — С. 128.

62Иванов А. А. Фракция правых IV Государственной думы в годы Первой мировой войны (1914 — начало 1917). Автореф. дисс. канд. ист. наук. — СПб, 2004. — С. 21. «Кирьянов Ю. И. Правые партии в России. 1911;1917. — М., 2001. •» Там же. — С. 425−426.

65Ромов Р. Б. Фракция правых в III Государственной Думе (1907;1912). Дисс. канд. ист. наук. — М., 2003. — С. 409.

Лукьянов М. Н. Указ. соч. — С. 60.

67Коцюбинский Д. А. Русский национализм в начале XX столетия: Рождение и гибель идеологии Всероссийского национального союза. — М., 2001. — С. 42.

Леонов С. В. Партийная система России (к. 19 в. — 1917)// Вопросы истории. 1999. № 11−12. — С. 38−39.Ромов Р. Б. Фракция правых в III Государственной Думе (1907;1912). Дисс. канд. ист. наук. — М., 2003. — С. 140.

70Величко A.M. Философия русской государственности. — М., 2001.

7,Там же. — С. 236. 72Там же. — С. 250.

73Ромов Р. Б. Фракция правых в Ш Государственной Думе (1907;1912). Дисс. канд. ист. наук. — М., 2003. — С. 219−337.

74Кирьянов Ю. И. Правые партии в России. 1911;1917. — М., 2001. — С. 424.

75Иванов А. А. Фракция правых IV Государственной думы в годы Первой мировой войны (1914 — начало 1917). Автореф. дисс. канд. ист. наук. — СПб, 2004. — С. 23,25.

7бТарасов О. А. Политическая деятельность национал-монархических партий и организаций России в годы I мировой войны (1914 — февраль 1917). Дисс. канд. ист. наук. — М., 1997. — С. 209.

Сергеев С. М. Судьбы русского национализма// Нация и империя в русской мысли начала XX в. — М., 2004. — С. 18.

78Ромов Р. Б. Фракция правыхв III Государственной Думе (1907;1912). Автореф. дисс. канд. ист. наук. — М., 2003. — С. 29.

790н же. Фракция правых в Ш Государственной Думе (1907;1912). Дисс. канд. ист. наук. -М., 2003. -С. 418. 80Он же. Фракция правых в Ш Государственной Думе (1907;1912). Автореф. дисс. канд. ист. наук. — М., 2003. -С. 28−29.

81Милюков П. Н. Воспоминания. — Нью-Йорк, 1955. Т. 2. — С. 7. 820льденбург С. С. Царствование императора Николая II. — М., 1992. — С. 352. «Милюков П. Н. Воспоминания. — Нью-Йорк, 1955. Т. 2. — С. 156−157. мОльденбург С. С. Указ. соч. — С. 373.

Марков Н. Е. Войны темных сил. — Париж, 1928; Он же. Войны темных сил. — М., 1993. — С. 119.ам же. — С. 120. ?7Там же.-С. 118−119.

Смолин М. Б. Монархический ригоризм Имперского Зубра// Марков Н. Е. Войны темных сип. Статьи. 19 211 937. — М., 2002. -С. 13- Б. А. Пеликан. Черносотенство// Русский стяг. — Белград, 1926.12 сентября. 89Кирьянов Ю. И. Обзор литературы о правых партиях и организациях в России в 1905;1917 гг.// Правые партии. Документы и материалы. 1905;1917. — М., 1998. Т. 2. — С. 735. tasking G.A., Manning R.J. What was the United Nobility?// The politics of rural Russia, 1905;1914. — Bloomington, London, 1979. — P. 142−183.

9|Вишневски Э. Изменение в расстановке политических сил в России в 1910;1912 гг.// Россия в XX в. Историки мира спорят. — М., 1994; Chasles P. Lе parlement russe. — Paris, 1910; Hosking G.A. The Russian constitutional experiment. Government and Duma 1907;1914. — Cambridge, 1973; Lincoln W.B. In war’s dark shadow: The Russia Before the Gieat War. — N.Y., 1983; Macey D. Government Actions and Peasant Reactions during the Stolypin Reforms// New perspectives in modem Russian history. — Basingstoke, London, 1992. — P. 133−173- Tokmakoff G. P.A. Stolypin and the Third Duma: An apparaisal of the three major ussies. — Washington, 1981. wEdelman R. Gentry Politics on the Eve of the Russian Revolution. The Nationalist Party. 1907;1917. — New Brunswick, New Jersey, 1980; Коцюбинский Д. А. Русский национализм в начале XX столетия: Рождение и гибель идеологии Всероссийского национального союза. — М., 2001. — С. 24−25. 93Chasles P. Le parlement russe. — Paris, 1910. — P. 41. 94Ibid. — P. 59.

93Louis P. Trois Peripeties dans la Crise Mondiale. — Paris, 1917. — P. 34−35.

Аронсон Г. Россия накануне революции. Исторические этюды: монархисты, либералы, масоны, социалисты. -Нью-Йорк, 1962. — С. 167,170.

97Edelman R. Gentry Politics on the Eve of the Russian Revolution. The Nationalist Party. 1907;1917. — New Brunswick, New Jersey, 1980.

98Цит. по: Коцюбинский Д. А. Русский национализм в начале XX столетия: Рождение и гибель идеологии Всероссийского национального союза. — М., 2001. — С. 25.

Хаймсон JI. Развитие политического и социального кризиса в России от кануна мировой войны до Февральской революции// Россия и Первая мировая война. — СПб, 1999. — С. 20- The Politics of Rural Russia: 1905 — 1914, — Bloomington, 1989.

00Rawson Don C. Russian Rightists and the Revolution of 1905. — Cambridge, 1995.

101 Андреев Д. А. Российский либерализм и Государственная Дума (обзор англо-американской историографии)// Вестник МГУ. 1995. № 2. История. — С. 20.

102Karpovich М. Modernization Was Making Revolution More Remote// Imperial Russia After 1861: Peaceful Modernization or Revolution. — Boston, 1965.

103Цит. по: Андреев Д. А. Российский либерализм и Государственная Дума (обзор англо-американской историографии)// Вестник МГУ. 1995. № 2. История. — С. 20.

1 Государственная Думав России. Сб. документов и материалов. Сост. Ф. И. Калинычев. — М., 1957. — С. 91. '" 'Программы политических партий России. Конец XIX — начало XX вв. — М., 1995.

Государственная Дума. Стенографические отчеты. Третий созыв. Сессия I-V. — СПб, 1908;1912. Четвертый созыв. Сессия I-V. — СПб-Пг, 1913;1917.

107Партия «Союз 17 октября». Протоколы съездов, конференций и заседаний ЦК. В 2-х тт. — М., 1996. Т. 1- - М., 2000. Т. 2- Правые партии. Документы и материалы. 1905;1917. В 2-х тт. — М., 1998. Т. 1, 2- Протоколы Центрального комитета и заграничных групп конституционно-демократической партии. В 6-ти тт. — М., 1997. Т. 2- Съезды и конференции конституционно-демократической партии. В 3-х тт. — М., 1997. Т. 1- - М., 2000. Т. 2. '" «Правые партии. — М., 1998. Т. 1,2.

Партия «Союз 17 октября». — М., 1996. Т. 1- - М., 2000. Т. 2- Протоколы Центрального комитета. — М., 1997. Т. 2.

Правые партии. — М., 1998. Т. 1,2- Совещание монархистов 21−23 ноября в Петрограде: постановление и краткий отчет. — М., 1915; Шестая годовщина Русского народного Союза имени Михаила Архангела. Отчет за 1912;1913 гг.-СПб, 1914.

Отчет Центрального Комитета Союза 17 Октября о его деятельности. С 1 сентября 1912 года по октябрь 1913 года. — М., 1913; Фракция Народной свободы. «Военные» сессии 26 июля 1914 г. — 3 сентября 1915 г. Отчет фракции. — Пг, 1916.

2Переписка и другие документы правых (1911 год)// Вопросы истории. 1998. № 10−12.

3Фракция Народной свободы. «Военные» сессии 26 июля 1914 г. — 3 сентября 1915 г. Отчет фракции. — Пг,.

1916.

114Донесения Л. К. Куманина (1869−1920), чиновника особых поручений при председателе Совета министров из министерского павильона ГД декабрь 1911 — февраль 1917 г.// Вопросы истории. 1999. № 1 — 2000. № 5. «3Обзор деятельности Государственной Думы 3-го созыва (1907;1912). Составлен канцелярией Государственной Думы. Общие сведения. — СПб, 1912. Т. 1.

1бБоиович М. М. Члены Государственной Думы. Портреты и биографии. Третий созыв. Подсчет автора. 19 071 912 г. — М., 1909; Он же. Члены Государственной Думы. Портреты и биографии. Четвертый созыв. Подсчет автора. 1912;1917 г. — М., 1913; Справочный Листок Государственной Думы. Четвертый созыв. Первая сессия. -СПб, 1912.

1 «Меньшиков М. О. Выше свободы. Статьи о России. — М., 1998. «^Тихомиров Л. А. Апология веры и монархии. — М., 1998. «9Он же. Христианство и политика. — М., 1998. — С. 349. 120Юрский Г. Г. Правые в III Государственной Думе. — Харьков, 1912.

РОССИЙСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ БИБЛИОТЕКА.

12'Националисты в III Государственной Думе. — СПб, 1912.

122Там же. — С. 4. шЮрскиЙ Г. Г. Указ. соч. — С. 5.

24Националисты в III Государственной Думе. — СПб, 1912. — С. 8, 125ГАРФ. Ф. 5856. On. 1. Д. 116. Л. 2. |26Правые партии. — М., 1998. Т. 1, 2.

127Вязнгнн А. С. Гололобовскнй инцидент (Страничка из истории политических партий в России). — Харьков, 1909.

128Марков Н. Е. Указ. соч.

129Пуришкевич В. М. Убийство Распутина. Из дневника. Репринтное воспроизведние издания 1923 г. — Новосибирск, 1990.

30Шульгин B.B. Дни. 1920: Записки. — М., 1989.

13'Дневник А. А. Бобринского (1910;1911 гг.)//Красный архив. 1928. Т. 1 (26).-С. 123−150.

132Ознобишин А. А. Воспоминания члена IV Государственной думы. — Париж, 1927.

133Протоиерей Ф. И. Никонович. Из дневника члена Государственной Думы. — Витебск, 1912.

134Евлогий. Воспоминания митрополита Евлогия. Путь моей жизни. Изложенные по его рассказам Т. Манухиной. — Париж, 1947.

135Шульгин B.B. Указ. соч.

36Пуришкевич В. М. Указ. соч.

37Крыжановский С. Е. Воспоминания: Из бумаг С. Е. Крыжановского, последнего государственного секретаря Российской империи. — Берлин, б.г.

138Он же. Записки русского консерватора// Вопросы истории. 1997. № 4.

139Коковцов B.H. Из моего прошлого. Воспоминания. 1903;1919. В 2 кн. Книга вторая. — М., 1992. |40Глинка-Янчевский Я. В. Одиннадцать лет в Государственной думе. 1906;1917: Дневник и воспоминания. — М., 2001.

41Мюпоков П. Н. Воспоминания. — М., 1991. |42Шидповский С. И. Воспоминания. — Берлин, 1923. Ч. 1-я.

43Гучков А. И. Александр Иванович Гучков рассказывает.// Вопросы истории. 1991. № 7−10, 12- Он же. Александр Иванович Гучков рассказывает. Воспоминания. — М., 1993. |44Родзянко М. В. Крушение империи. — М., 1990.

145Маклаков В. А. Власть и общественность на закате старой России. Вып. 3. — Париж, 1936. |46Сапилов Е. В. Третья Государственная Дума (1907;1912). (Из записок депутата). — М., 1993. 147Бадаев А. Большевики в Государственной Думе. — М., 1954. |48Мюпоков П. Н. Воспоминания — М., 1991. — С. 288. 149Там же. — С. 406.

Александр Иванович Гучков рассказывает.// Вопросы истории. 1991. № 9−10. — С. 194. 15'Там же. — С. 194.

52"Борьба наша проиграна". Документы правых. 1914 — февраль 1917 гг. (Ю.И. Кирьянов)// Исторический архив. 1994. № 5.

33Блок А. Последние дни императорской власти. По неизданным документам. — Пг, 1921; Падение царского режима. В 7-ми тт. — М., 1925;1929; Переписка и другие документы правых (1911;1913 годы)// Вопросы истории. 1999. № 11−12.

134Союз русского народа. По материалам Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства. -М., 1929.

155Правые партии. Документы и материалы. 1905;1917. — М., 1998. Т. 1,2. |гбГАРФ. Ф. 116 (Союза Русского Народа) — Ф. 117 (Союза Михаила Архангела). 157ГАРФ. Ф. 1719. 158ГАРФ. Ф. 102.

159ГАРФ. Ф. 102. ДП ОО. Оп. 265. 160ГАРФ. Ф. 627.

61ГАРФ. Ф. 627. On. 1. Д. 44. Л. 7. 162ГАРФ. Ф. 115.

63ГАРФ. Ф. 115. On. 1. Д. 41. Л. 54. 164ГАРФ. Ф. 579- Ф. 5856- Ф. 523. 165ГАРФ. Ф. 579. On. 1. Д. 34. Л. l-1-об.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

.

Сформировавшись после Манифеста 17 октября 1905 г, первоначально правые организации создавались для борьбы с революционным движением. Но после подавления революции 1905;1907 гг. у правых возникла необходимость определить пути дальнейшего существования. Им предстояло решить вопрос о методах борьбы и отношению к Государственной Думе как представительному органу, созданному в революционный период. Правые оказались на распутьелибо ослушаться Царя и любыми средствами бороться за восстановление неограниченного самодержавия, либо покориться царской воле и принять новые правила игры. В сложившихся условиях большинство правых избрало второй путь, перейдя от «уличных действий» к парламентским методам борьбы.

Создание Государственной Думы, а затем и изменение избирательного закона 3 июня 1907 г. дали в руки правым новый, не свойственный для них инструмент политической борьбы. Правые получили возможность использовать Думу как трибуну для пропаганды своих идей и для создания большинства, способного обеспечить проведение законопроектов, защищающих государственный строй, и заблокировать возможность проведения антимонархического курса — одним словом, оказывать существенное влияние на политику государства. Но правые не смогли эффективно реализовать представленную им возможность.

Усвоив тактические приемы, правым удалось добиться успеха в думских избирательных кампаниях и завоевать в III и IV Государственных Думах значительное количество мест. Но, оказавшись в Думе, правые столкнулись с острыми разногласиями. Первоначально они возникли по поводу различного понимания места Государственной Думы в политической жизни России, но со временем к ним добавились личные амбиции лидеров и классовые противоречия, что и привело к многочисленным расколам в правом лагере.

Ввиду широкого социального состава, думские фракции правого лагеря в определенной мере копировали социальную структуру российского обществаправда, будет более точным сравнение не с началом XX в., а с более ранним периодом. Вверху стоял господствующий класс землевладельцев, к которому принадлежало большинство лидеров правых фракций, а «народ» (фракционные массы) был представлен иными сословиями — преимущественно крестьянами и низшим духовенством. И когда лидеры — помещики решили «править по старинке», фракционные массы «взбунтовались». Они выступили не против правительства и «доброго царя», а против его «бояр» — Маркова-2, Балашева, Кру-пенского и др.

Широкий социальный состав правого лагеря (помещики, духовенство, крестьянство, русские жители национальных окраин всех сословий), который в немалой степени способствовал победе над революционным движением в годы первой русской революции и созданию массовых правых партий, в Думе стал «миной замедленного действия». Когда главный враг в лице революционного движения был сокрушен, стала отчетливо проявляться противоречивость интересов различных социальных сил правого лагеря. В частности, помещики, веками занимавшие положение господствующего класса в государстве, хотели и в условиях думской системы сохранить свое положение, не учитывая, что Дума и парламентаризм как новый для России политический институт и по характеру, и по функциям значительно отличались от институтов традиционного общества. Как показала практика, старые методы управления оказались неприменимы по отношению к парламенту.

В отличие от институтов традиционного общества, Дума действовала по другим законам. Лидеры правых вместо подчинения непокорных масс добились лишь развала думского правого лагеря, дискредитации правых в глазах общества как силы, не способной не только проводить конструктивную политику, но даже прийти к общему мнению. Дискредитируя себя, правые одновременно подрывали и авторитет монархии, которую они защищали. Они лишали Царя той политической опоры, которая встала на его защиту в годы первой русской революции. Скандальная репутация лидеров думских правых — а думская деятельность стала после 1907 г. основной для большинства правых организаций, постоянные склоки, борьба за власть, нежелание считаться с мнением своих коллег, нападки на правительство (за исключением, пожалуй, русских националистов до смерти Столыпина, и группы центра) — все это стало характерным для правого лагеря. Эти тенденции постоянно усугублялись, достигнув своего пика к концу существования IV Думы. Данные обстоятельства отталкивали сторонников от правого движения и в конечном счете привели к его уходу с политической арены.

Войдя в парламентскую деятельность, к февралю 1917 г. правые потеряли значительную часть сторонников, оказались ввергнуты в глубокий внутренний кризис и расколоты на множество мелких парламентских группировок. Вместо единой фракции правых в начале ноября 1907 г., к февралю 1917 г. в думском правом лагере существовало пять различных фракций (группа центра, прогрессивные националисты, националисты-балашевцы, правые-марковцы и независимые правые), умеренная часть которых оказалась втянута в антиправительственный Прогрессивный блок, а остальные в силу внутренних противоречий были не в состоянии серьезно влиять на ход думской деятельности.

Правительство стремилось лишь использовать правых для решения своих текущих проблем, не давая им реальной власти и не прислушиваясь к ним. Оно пыталось манипулировать правыми, подчинить их себе, сделать послушным орудием — для этого стимулировались расколы. Правые же не оказывали реального влияния на политическую ситуацию, так как правительство было подконтрольно монарху. Правые, защищая монархию, в политическом отношении практически ничего взамен не получили.

Расколы в правом лагере привели к тому, что в Думе отдельные силы правого спектра стали придерживаться различной тактики по отношению к правительству — независимые националисты стали фактически послушной и подконтрольной проправительственной партией, крайне правые — марковцы и дубровинцы превратились в правую оппозицию правительственному курсу. Националисты в период премьерства Столыпина выступали как проправительственная партия. Но после его ухода произошла потеря ориентиров — встал вопрос о самоидентификации — быть сторонниками власти или оппозиции, частью правого лагеря или правым крылом либерализма. Поэтому внутри фракции произошло разделение — левое крыло выступило как оппозиция, близкая к либеральному лагерю — не столько идеологически, сколько тактически, балашев-цы — как потенциальная проправительственная сила, тяготеющая вправо. Остается спорным вопрос — между кем была большая пропасть — между крайне правыми и умеренными, или между левыми националистами и балашевцами.

Националисты, в силу признания на программном уровне законодательной Думы, лучше, чем крайне правые, усвоили методы парламентской борьбы, но все же, это была не интеграция, а скорее приспособление к новой системе. Крайне правые оказались в стороне от нее, на периферии, не стали полноценной думской партией и в то же время оторвались от масс. Националисты же превратились в парламентскую партию. В то же время, сказалась их зависимость от правительства Столыпина. Это осложняло выработку националистами самостоятельной политической линии и не давало возможности превратиться в полноценную массовую партию. После смерти Столыпина русские националисты, также как и группа центра, лишились основного ориентира и направляющей политической линии, что обусловило потерю ими политической дееспособности.

Группа центра показала себя самой лояльной к правительству фракцией и стала проводить курс в поддержку нового главы правительства Коковцова, тем самым полностью отказавшись от самостоятельной роли. Хотя реально она таковой никогда не была, а являлась лишь «карманной» партией своего лидера П. Н. Крупенского, который и был выразителем воли правительства и его «агентом» (вспомним хотя бы факт передачи проекта декларации Прогрессивного блока в ноябре 1916 г.). Попытка членов ее фракции заявить о себе произошла лишь в ноябре 1916 г., когда многие депутаты пришли к мнению о невозможности пребывания во фракции под руководством Крупенского.

В отличие от группы центра, фракция националистов не нашла общий язык с новым правительством. Но и стать самостоятельной силой им было не суждено — их лидер П. Н. Балашев и правое крыло попали под влияние крайне правых, а левые националисты — под влияние октябристского центра, а затемоппозиции, войдя в ряды Прогрессивного блока.

Положение националистов осложняло и то обстоятельство, что образ врага, в отличие от крайне правых, у них оказался в значительной мере размыт — крайне правые, особенно в начальный период своей думской деятельности, главной целью ставили борьбу с противниками государственного строя. Националисты же пытались строить свою деятельность в основном на позитивена соглашениях с близкими к ним думскими фракциями ради осуществления эффективной законодательной деятельности, а образ врага для них оказался второстепенной задачей. Их идеологическая платформа также оказалась размытой — элементы традиционализма и либерализма плохо сочетались в политическом сознании российского общества, и прежде всего в сознании самих националистов. В результате умеренно-правые оказались идейно разобщены, а в Думе им не удалось наладить конструктивной работы. Следствием этого стало то обстоятельство, что думские умеренно-правые после смерти Столыпина сосредоточились на внутренних «разборках».

Постоянные разногласия и борьба за власть отчетливо показали, что у правых, в отличие от кадетов, большевиков и других политических сил, не было единого политического лидера, точнее, не могло его быть, так как им мог стать только монарх. Но сама суть самодержавной власти предполагает то, что Царь — глава всего народа, всех своих подданных, а не отдельной их части, и он не может возглавлять какую-либо группировку. В этом и заключалась трагедия правых, обрекавшая их на отсутствие реального политического лидера, способного объединить правый лагерь.

Идя в Думу под лозунгами защиты самодержавия, государственности и традиционных ценностей, правые своей думской деятельностью дискредитировали самодержавие, так как, втянувшись в интриги, только усилили нестабильность в стране и в обществе. Широкое использование на выборах приемов, подменявших народное волеизъявление, дало лишь кратковременный успех, в то же время подрывая в глазах общества авторитет власти и правых партий. И даже завоевание значительной части мест в Думе в стратегическом плане сыграло для правых негативную роль. Правые оказались заложниками сложившейся ситуации — инициатива в Думе и в общественном сознании была перехвачена у них представителями либерального лагеря. Своей парламентской деятельностью правые лишь усугубляли кризис, а Дума в этих условиях становилась не только фактором нестабильности в обществе, но и фактором противостояния линии правительства. В результате правительство вообще лишалось какой-либо опоры в Думе.

Многочисленные расколы подорвали дееспособность думского правого лагеря, превратили его в малочисленные разрозненные группировки, погрязшие во внутренней борьбе и выяснении отношений со своими бывшими соратниками. Создание Прогрессивного блока и последовавшее за ним резкое изменение расстановки сил в Думе, когда ее центр открыто встал на сторону оппозиции, превратили правое крыло Думы из потенциального большинства в меньшинство.

Другим существенным обстоятельством стало то, что авторитет правительства в правом лагере к концу работы IV Думы был существенно подорван. Главы правительства, занимавшие этот пост после смерти Столыпина, показали свою неспособность наладить конструктивные и долгосрочные отношения с Государственной Думой, что стало симптомом ослабления власти и падения ее авторитета. Сказалось отсутствие в правительстве «сильных личностей», способных преодолеть периодически возникающие кризисы. Слабость исполнительной власти и отсутствие ее поддержки в Государственной Думе в тяжелый для России военный период стали, наряду с другими факторами, одной из причин падения самодержавия в феврале 1917 г.

Вместо налаживания конструктивных отношений и объединения здоровых сил, думские лидеры правых действовали наоборот. Они не смогли подняться над своими амбициями, проявилось их неумение четко и гибко сочетать думские и внедумские методы борьбы.

Показать весь текст

Список литературы

  1. ИСТОЧНИКИа) Неопубликованные Государственный архив Российской Федерации Фонд 102 (Департамента Полиции), Особый отдел
  2. Оп. 240. 1910. Д. 339. пр. 2.
  3. Оп. 240. 1910. Д. 339. пр. 3.3. Оп. 242. 1912. Д. 244.
  4. Оп. 244. 1914. Д. 307. Л. А.
  5. Оп. 245. 1915. Д. 307. Л. А.
  6. Оп. 246. 1916. Д. 307. Л. А. Т. 1.
  7. Оп. 246. 1916. Д. 307. Л. А. Т. 3. Ч. 1.
  8. Оп. 246. 1916. Д. 307. Л. А. Т. 3. Ч. 2.
  9. Оп. 247. 1917. Д. 307. Л. А.
  10. Оп. 265 (перлюстрации). 1912. Д. 548.
  11. Оп. 265 (перлюстрации). 1912. Д. 549.
  12. Оп. 265 (перлюстрации). 1912. Д. 550.
  13. Оп. 265 (перлюстрации). 1912. Д. 551.
  14. Фонд 115 (Союза 17 октября)14. On. 1. Д. 19.15. On. 1. Д. 34.16. On. 1. Д. 41.17. On. 1. Д. 53.18. On. 1. Д. 54.
  15. Фонд 116 (Союза русского народа)19. On. 1. Д. 84.20. On. 1. Д. 104.
  16. Фонд 117 (Союза Михаила Архангела)21. On. 1. Д. 66.1. Фонд 579 (Милюкова П.Н.)22. On. 1. Д. 34.23. Оп. 1.Д. 57.24. On. 1. Д. 476.25. On. 1. Д. 523.26. Оп. 1.Д. 1312.1. Фонд 627 (Штюрмера Б.В.)27. On. 1. Д. 40.28. On. 1. Д. 43.29. On. 1. Д. 44.
  17. Фонд 1719 (Всероссийского национального союза)30. On. 1. Д. 1.1. Фонд 5856 (П.Н. Милюкова)31. On. 1. Д. 117.32. On. 1. Д. 522.
  18. Фонд 5893 (Административного центра внепартийного объединения)33. On. 1. Д. 46. б) Опубликованные Делопроизводственная документация
  19. A.M. Царская охранка о политическом положении в стране в конце 1916 г.// Исторический архив. 1960. № 1. С. 203−209.
  20. Л.К. Куманина из Министерского павильона Государственной думы, декабрь 1911 февраль 1917 г.//Вопросы истории. 1999. № 1. — С. 3−28.
  21. Л.К. Куманина из Министерского павильона Государственной думы, декабрь 1911 февраль 1917 г.// Вопросы истории. 1999. № 2. — С. 3−28.
  22. Л.К. Куманина из Министерского павильона Государственной думы, декабрь 1911 февраль 1917 г.// Вопросы истории. 1999. № 3. — С. 3−27.
  23. Л.К. Куманина из Министерского павильона Государственной думы, декабрь 1911 февраль 1917 г.//Вопросы истории. 1999. № 4−5.- С. 3−23.
  24. Л.К. Куманина из Министерского павильона Государственной думы, декабрь 1911 февраль 1917 г.// Вопросы истории. 1999. № 6. — С. 3−31.
  25. Л.К. Куманина из Министерского павильона Государственной думы, декабрь 1911 февраль 1917 г.// Вопросы истории. 1999. № 7. — С. 3−27.
  26. Л.К. Куманина из Министерского павильона Государственной думы, декабрь 1911 февраль 1917 г.//Вопросы истории. 1999. № 9. — С. 3−32.
  27. Л.К. Куманина из Министерского павильона Государственной думы, декабрь 1911 февраль 1917 г.// Вопросы истории. 1999. № 11−12.- С. 328.
  28. Л.К. Куманина из Министерского павильона Государственной думы, декабрь 1911 февраль 1917 г.// Вопросы истории. 2000. № 1. — С. 3−28.
  29. Л.К. Куманина из Министерского павильона Государственной думы, декабрь 1911 февраль 1917 г.// Вопросы истории. 2000. № 2. — С. 3−32.
  30. Л.К. Куманина из Министерского павильона Государственной думы, декабрь 1911 февраль 1917 г.//Вопросы истории. 2000. № 3. — С. 3−31.
  31. Л.К. Куманина из Министерского павильона Государственной думы, декабрь 1911- февраль 1917 г.// Вопросы истории. 2000. № 4−5. С. 3−27.
  32. Государственная Дума в России. Сб. документов и материалов. Сост. Ф.И.
  33. . М., 1957. 646 с.
  34. Государственная Дума. Стенографические отчеты. Третий созыв. Сессия I. Ч. I. СПб, 1908. Сессия II .4.1, III. — СПб, 1909.
  35. Государственная Дума. Стенографические отчеты. Четвертый созыв. Сессия IV, V. Пг, 1915, 1916.
  36. Отчет Центрального Комитета Союза 17 октября о его деятельности. С 1 сентября 1912 года по октябрь 1913 года. Сб. 1913. М., 1913. 116 с.
  37. Партия «Союз 17 Октября». Протоколы съездов. 1905−1915. М., 1996. Т. 1. 407 е.- - М., 2000. Т. 2.512 с.
  38. Программа «Союза русского народа» перед Февральской революцией// Красный архив. М., 1927. Т. 1. — С. 242−244.
  39. Прогрессивный блок в 1915—1917 гг.// Красный архив. 1933. Т. 1 (56). — С. 80−135.
  40. Программы политических партий России. Конец XIX начало XX вв. Энциклопедия. — М., 1995. 464 с.
  41. Протоколы Центрального Комитета и заграничных групп конституционно-демократической партии. В 6-ти тт. М., 1997. Т. 2. 520 с.
  42. Совещание монархистов 21−23 ноября в Петрограде: постановление и краткий отчет. М., 1915. 45 с.
  43. Съезды и конференции конституционно-демократической партии. М., 1997. Т. 1. 1905−1907 гг. 744 е.- - М., 2000. Т .2. 1908−1914 гг. 655 с.
  44. Фракция Народной свободы: «военные» сессии 26 июля 1914−3 сентября 1916 года. Ч. I. Отчет фракции. Пг, 1916. 134 е.- Ч. II. Речи членов фракции в четвертую сессию четвертой думы. — Пг, 1916. 80 с.
  45. Шестая годовщина Русского народного Союза им. Михаила Архангела. Отчет за 1912−1913 гг. СПб, 1914. 46 с.
  46. Статистика и справочные материалы
  47. М.М. Члены Государственной Думы. Портреты и биографии. Третий созыв. Подсчет автора. 1907−1912 гг. М., 1907. 456 с.
  48. М.М. Члены Государственной Думы. Портреты и биографии. Третий созыв. Подсчет автора. 1907−1912 гг. М., 1910. 456 с.
  49. М.М. Члены Государственной Думы. Портреты и биографии. Четвертый созыв. Подсчет автора. 1912−1917 гг. М., 1913. 456 с.
  50. В.В. Указатель книг и статей по Государственной Думе. М., 1913.48 с.
  51. Всероссийский национальный союз. 1-е собрание Представителей. 19−21 февраля 1912 г. СПб, 1912. 31 с.
  52. Выборы в Государственную Думу Третьего созыва. Статистический отчет Особого делопроизводства. СПб, 1911. 283 с.
  53. Государственная Дума. Четвертый созыв. Сессия II. Справочник. Вып. 7. -Пг, 1917.
  54. Обзор деятельности Государственной Думы 3-го созыва.1907−1912 гг. Составлен канцелярией Государственной Думы. СПб, 1912. Т. 1. Общие сведения. 515 с. Т. 2. Законодательная деятельность. 708 с.
  55. Первый год жизни Четвертой Государственной Думы. СПб, 1913. 32 с.
  56. Прения по указу 9 ноября 1906 г. в Государственной Думе.- СПб, 1911. 78 с.
  57. Справочный Листок Государственной Думы. Четвертый созыв. Первая сессия. СПб, 1912 г. № 2, 5, 14.
  58. Третья Государственная Дума. Материалы для оценки ее деятельности. М., 1912. 425 с.
  59. Указатель к стенографическим отчетам Государственной Думы. СПб, 1907−1916. 4
  60. Пропагандистские материалы
  61. Воззвание Членов Совета, Устав и Программа Всероссийского Национального Союза. Екатеринослав, 1912. 31с.
  62. Куда временщики ведут Союз Русского Народа, СПб, 1910. 616 с.
  63. Наш кандидат Александр Иванович Савенко. К., 1912. 18 с.
  64. Правые партии. Документы и материалы. В 2-х тт. М., 1998. Т. 1. 19 051 910 гг. 720 е.- Т. 2. 1911−1917 гг. 816 с.
  65. П.А. Нам нужна великая Россия.: Полное собрание речей в Государственной Думе и Государственном Совете. 1906−1911 г. М., 1991. 411 с.
  66. Бессарабская жизнь. Кишинев, 1912.
  67. Биржевые ведомости. СПб, 1913.
  68. Ведомости Московского Градоначальства и Столичной Полиции.- М., 1907.
  69. Вестник Волыни. Житомир, 1907.82. Вече. М., 1907.83. Волга. Саратов, 1909.
  70. Волынская Почта. Житомир. 1912.
  71. Высший Монархический Совет. Еженедельник. Берлин, 1921.86. Голос Москвы. М., 1907.87. Гроза. СПб, 1912.88. Друг. Кишинев, 1907.89. Земщина. СПб, 1913. 1916.90. Киевлянин. К., 1907.
  72. Минские епархиальные ведомости. Минск, 1907.
  73. Минское слово. Минск, 1907.
  74. Нижегородский вестник. Нижний Новгород, 1912.
  75. Новое время. СПб, 1907, 1909,1912,1913, 1914,1916.
  76. Новое обозрение. Одесса, 1907.
  77. Полоцкие епархиальные ведомости. Витебск, 1909.
  78. Полтавские губернские ведомости. Полтава, 1907.
  79. Последние новости. Берлин, 1921.
  80. Речь. СПб, 1907,1909,1916.
  81. Русское знамя. СПб, 1907,1912,1913.
  82. Русские ведомости. Пг, 1916.102. Слово. СПб, 1908.1. Политическая публицистика
  83. А.А. Последние дни императорской власти. По неизданным документам. Пг, 1921. 168 с.
  84. М.О. Выше свободы. Статьи о России. М., 1998. 458 с.
  85. М.О. Письма к русской нации. М., 1999. 560 с.
  86. Националисты в III Государственной Думе. СПб, 1912. 327 с.
  87. И.Л. Народная монархия. М., 1991. 512 с.
  88. В. Русский национализм, его история, сущность и задачи. -СПб, 1912. 151 с.
  89. И.Л. Отчет о деятельности Государственной Думы третьего созыва.И. Л. Спирина. СПб, 1912. 30 с.
  90. Л. А. Апология веры и монархии. М., 1998. 474 с.
  91. Л.А. Критика демократии. М., 1998. 665 с.
  92. Л. А. Христианство и политика. М., 1999. 615 с.
  93. Третья Государственная Дума. Материалы для оценки ее деятельности. -СПб, 1912. 425 с.
  94. Г. Г. Правые в III Государственной Думе. Харьков, 1912. 254 с.
  95. Документы личного происхождения
  96. А. Большевики в Государственной Думе. М., 1954. 424 с. 116. «Борьба наша проиграна». Документы правых. 1914 февраль 1917 гг. (Ю.И. Кирьянов)//Исторический архив. 1994. № 5. — С. 32−89.
  97. А.С. Думские выступления А.С. Вязигина. Харьков, 1913. 72 с.
  98. А.С. Гололобовский инцидент. (Страничка из истории политических партий России). Харьков, 1909. 94 с.
  99. С.П. Белецкого// Архив русской революции. М., 1993. Т. 12. — С. 5−75.
  100. Глинка-Янчевский Я. В. Одиннадцать лет в Государственной думе. 19 061 917: Дневник и воспоминания. М., 2001. — 400 с.
  101. А.И. Александр Иванович Гучков рассказывает. Воспоминания Председателя Государственной Думы и военного министра Временного правительства. М., 1993. 143 с.
  102. А.И. Александр Иванович Гучков рассказывает.// Вопросы истории. 1991. № 7−8. С. 182−215.
  103. А.И. Александр Иванович Гучков рассказывает.// Вопросы истории. 1991. № 9−10. С. 186−187.
  104. А.И. Александр Иванович Гучков рассказывает.// Вопросы истории. 1991. № 12. С. 165−171.
  105. А.А. Бобринского// Красный архив, 1928. Т. 1 (26). С. 127−150.
  106. Из архива Щегловитова// Красный архив. 1926. № 2 (15). С. 104−117.
  107. В.Н. Из моего прошлого. Воспоминания 1903−1919. В 2-х кн. Книга вторая. М., 1992. 456 с.
  108. С.Е. Воспоминания: Из бумаг С. Е. Крыжановского, последнего государственного секретаря Российской империи. Берлин, б.г. 224 с.
  109. С.Е. Заметки русского консерватора// Вопросы истории. 1997. № 3.-С. 121−139.
  110. С.Е. Заметки русского консерватора// Вопросы истории. 1997. № 4.-С. 107−126.
  111. В.А. Власть и общественность на закате старой России. Вып. 3. -Париж, 1936. 617 с.
  112. Н.Е. Войны темных сил. М., 1993. 156 с.
  113. Н.Е. Войны темных сил. Статьи. 1921−1937. М., 2002. 528 с.
  114. П.Н. Воспоминания. М., 1991. 528 с.
  115. П.Н. При свете двух революций// Исторический архив. 1993. № 1.-С. 145−182.136. «Не понимают величия русской государственной идеи». Переписка К. Н. Пасхалова 1914 -1917 гг.// Источник. 1995. № 6. С. 4−40.
  116. Ф.И. Из дневника члена Государственной Думы от Витебской губернии протоиерея о. Феодора Никоновича. Витебск, 1912. 272 с.
  117. А.А. Воспоминания члена IV Государственной думы. -Париж, 1927. 263 с.
  118. Письмо Балашева к СтолыпинуII Красный архив. 1925. № 2. С. 291−294.
  119. .А. Пеликана Министру внутренних дел А.А. Макарову и записка о выборах// Союз Русского Народа. По материалам Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства 1917 г. М., 1929. — С. 250−257.
  120. Правые в 1915 феврале 1917 г. (По перлюстрированным ДП письмам)/ Публикация Ю. И. Кирьянова// Минувшее. — М.-СПб, 1993. Т. 14. — С. 145−226.
  121. В.М. Дневник: «Как я убил Распутина». Репринтное воспроизведение издания 1924 года. Новосибирск, 1990. 272 с.
  122. В.М. Убийство Распутина: Из дневника. Репринтное воспроизведение издания 1923 г. Новосибирск, 1990. 83 с.
  123. М.В. Государственная дума и Февральская 1917 года революция. Ростов-на-Дону// Архив русской революции (репринтное издание с 1922 г.). -М., 1991. Т. 6.-С. 5−80.
  124. М.В. Крушение империи. М., 1990. 263 с.
  125. М.В. Крушение империи и Государственная дума и февральская 1917 года революция: Полное издание записок Председателя Государственной Думы: с дополнениями Е. Ф. Родзянко. М., 2002. 367 с.
  126. Е.В. Третья Государственная Дума (1907−1912). (Из записок депутата). -М., 1993. 52 с.
  127. С.И. Воспоминания. Ч. 1-я. Берлин, 1923.224 с.
  128. А .Я. Аграрный вопрос в III Думе// Исторические записки. М., 1958. Т. 62.-С. 26−83.
  129. А.Я. Раскол фракции октябристов в IV Думе// История СССР, 1978. № 4. -С. 115−127.
  130. А.Я. Распад третьеиюньской системы. М., 1985. 260 с.
  131. А.Я. П.А. Столыпин и судьбы реформ в России. М., 1991. 286 с.
  132. А.Я. Столыпин и третья Дума. М., 1968. 520 с.
  133. А.Я. Третьеиюньская монархия и образование третьедумского по-мещичье-буржуазного блока// Вестник МГУ. Серия историко-филологических наук. 1956. № 1.С. 3−70.
  134. А.Я. Царизм и третьеиюньская система. М., 1966. 181 с.
  135. А.Я. Царизм и IV Дума (1912−1914). М., 1981. 293 с.
  136. Аврех А.Я. III Дума и начало кризиса третьеиюньской системы// Исторические записки. М., 1955. Т. 53. — С. 50−109.
  137. И.Е. Черная сотня в Казанской губернии. Казань, 2001. 335 с.
  138. Д.А. Российский либерализм и Государственная Дума (обзор англо-американской историографии)// Вестник МГУ. Серия 8: История. 1995. № 2. -С. 16−23.
  139. Г. Я. Россия накануне революции. Исторические этюды: монархисты, либералы, масоны, социалисты. Нью-Йорк, 1962. 210 с.
  140. А.П. Правая группа Государственного Совета в 1906—1917 гг..// Отечественная история. 1998. № 3. С. 50−66.
  141. М.В. Выборы в III Государственную Думу в Области Войска донского// Рубикон. Сб. научных работ молодых ученых. Ростов н/Д, 1999. -С. 93−97.
  142. Э.Н. Вторая русская революция. Восстание в Петрограде. М., 1967. 407 с.
  143. A.M. Философия русской государственности. М., 2001. 336 с.
  144. В.П. Вступительная статья// Союз Русского Народа. По материалам Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства 1917 г.-М., 1929.-С. 3−18.
  145. Э. Изменение в расстановке политических сил в России в 1910—1912 гг..// Россия в XX в. Историки мира спорят. М., 1994. — С. 51−56.
  146. Власть и оппозиция. Российский политический процесс XX столетия. М., 1995. 400 с.
  147. Р.Ш. Черносотенные организации, политическая полиция и государственная власть в царской России// Национальная правая прежде и теперь. Ч. 1. Россия и русское зарубежье. СПб, 1992. — С. 73−111.
  148. В.И. Вторая Государственная Дума. М., 1907. 381 с.
  149. В.И. Значение Третьей Думы в истории России.- СПб, 1912. Ч. 1. 99 с.
  150. .Б. К истории классовой борьбы в России в годы империалистической войны. Июль 1914 февраль 1917 гг. M.-JL, 1926. 414 с.
  151. А.Я. Прогрессивный блок// Вопросы истории. 1945. № 3−4. С. 108−128.
  152. К. В. Дякин B.C., Шишкин В. А. Парламентаризм и политические партии в России (К XVI Международному конгрессу исторических наук). М., 1985. 27 с.
  153. В.А. Государственная Дума России (1906−1917): механизм функционирования. М., 1996. 216 с.
  154. B.C. Буржуазия, дворянство и царизм в 1911—1914 гг.: Разложение третьеиюньской системы. JL, 1988. 229 с.
  155. B.C. Самодержавие, буржуазия и дворянство в 1907—1911 гг.. JL, 1978. 246 с.
  156. B.C. Русская буржуазия и царизм в годы первой мировой войны (1914−1917).-Л., 1967. 366 с.
  157. Н.П. История государственных учреждений дореволюционной России.-М., 1983.352 с.
  158. Н.М. Политическая борьба в Белоруссии в период выборов в III Государственную Думу// Известия АН БССР. Серия общественных наук. -Минск, 1987. № 5. С. 74−82.
  159. В.Н. Монархисты. Харьков, 1930. 68 с.
  160. П.Н. Петр Столыпин. Политический портрет. М., 1992. 157 с.
  161. А.А. Фракция правых IV Государственной думы в конце 1916 начале 1917 гг.: от раскола к распаду// Вестник молодых ученых. Серия «Исторические науки». 2003. № 1. С. 26 — 36.
  162. B.C. К вопросу о политических настроениях Российского общества в канун 1917 г. (по материалам перлюстрации)// Россия и Первая мировая война. СПб, 1999. — С. 160−170.
  163. История Всесоюзной Коммунистической Партии (большевиков). Краткий курс. М., 1938.352 с.
  164. История первой мировой войны. 1914−1918. М., 1975. Т. 1. 446 е.- Т. 2. 607с.
  165. Ю.И. Правые партии в России. 1911−1917. М., 2001. 464 с.
  166. Ю.И. Правые партии в России (1905−1917 гг.): причины кризиса и краха//Россия: XXI в. М., 1999. № 2 (март-апрель). — С. 146−177.
  167. Ю.И. Российские консерваторы в III Государственной думе: Эволюция парламентского поведения// Исторические метаморфозы консерватизма. -Пермь, 1998. С. 132−147.
  168. Ю.И. Русское собрание 1900−1917. М., 2003. 352 с.
  169. Ю.И. Тактика правых партий в России в начале XX в. (19 111 917 гг.)// Россия и современный мир. М., 1999. № 4 (25). — С. 90−110.
  170. В.А. Партийные фракции в I и П Государственных Думах России. 1906−1907. М., 1996. 240 с.
  171. .П. С.В. Зубатов и его корреспонденты. Среди охранников, жандармов и провокаторов. М., 1928. 144 с.
  172. В.В. Банкротство буржуазных и мелкобуржуазных партий России в период подготовки и победы Великой Октябрьской социалистической революции. -М., 1965. 644 с.
  173. В.В. История помещичьих буржуазных и мелкобуржуазных политических партий в России. Калинин, 1970. Ч. 1. 277 с.
  174. Н.Г. Помещичье-монархические организации в 1905—1907 гг.: образование, структура, тактика// Непролетарские партии России в трех революциях. Сб. статей. — М., 1989. — С. 100−105.
  175. Д.А. К проблеме кризиса власти накануне февраля. (Образование прогрессивно-национальной фракции в IV Государственной Думе)// 1917 год в исторических судьбах России. М., 1993. — С. 51−54.
  176. Д.А. Русский национализм в начале XX столетия: Рождение и гибель идеологии Всероссийского национального союза. М., 2001. 528 с.
  177. Ю.И. Выборы в Государственные Думы в Пермской губернии. -Пермь, 1960. 75 с.
  178. Кризис самодержавия в России. 1895−1917. Л., 1984. 664 с.
  179. В. Правые партии// Общественное движение в России в начале XX века. СПб, 1914. Т. 3. Кн. 5. 643 с.
  180. В.И. Избирательная кампания в IV Государственную Думу// Полн. собр. соч. Т. 21.-С. 37−55.
  181. В.И. Политические партии в России//Полн. собр. соч. Т. 21.-С. 275−287.
  182. В.И. Итоги выборов // Полн. собр. соч. Т. 22. С. 319−344.
  183. С.В. Партийная система России (конец XIX века -1917 год)// Вопросы истории. 1999. № 11−12. С. 29−48.
  184. М.Н. Российский консерватизм и реформа. 1907−1914. Пермь, 2001.211 с.
  185. С.Б. Русский фашист Владимир Пуришкевич. Л., 1925. 56 с.
  186. Е.Б., Сучков Е. Б. Основы избирательных технологий и партийного строительства. М., 2003. 480 с.
  187. М.О. Великорусская нация// Нация и империя в русской мысли начала XX в. М., 2004. — С. 21−31.
  188. М.О. Третья культура// Нация и империя в русской мысли начала XX в. М., 2004. — С. 37−42.
  189. И.И. История Великого Октября. М., 1977. Т. 1. 784 с.
  190. Е.М. Черносотенные организации Среднего Поволжья в 19 051 917 гг. Чебоксары, 2000.258 с.
  191. И.В. Революционеры «справа»: черносотенцы на Урале в 19 051 916 гг. (Материалы к исследованию «русскости»). Екатеринбург, 1994.128 с.
  192. Ю.А. Избирательная система России 90 лет истории. — М., 1996. 632 с.
  193. В.П. Новый строй. Ч. 1. М., 1909. 159 е.- Ч. 2. — М., 1913. 328 с.
  194. В.П. Последний самодержец: очерк жизни и царствования императора Николая II. М., 1992. 287 с.
  195. С.С. Царствование императора Николая II. М., 1992. Т. 1. 382 е.- Т. 2. 257 с.
  196. С.С. Царствование императора Николая II. М., 1992. 640 с.
  197. А. Последние могикане старого строя. Пг, 1917. 86 с.
  198. В.И. Политическая борьба на Украине вокруг выборов в III Думу. -К, 1989. 97 с.
  199. Ф.К. Попы-черносотенцы (По Ярославским и другим архивным материалам). М.-Иваново-Вознесенск, 1932. 64 с.
  200. M.JI. Черносотенное движение в Ярославле и губерниях Верхнего Поволжья в 1905—1915 гг.. Ярославль, 2001. 247 с.
  201. Л.И. Избирательная кампания в IV Государственную думу в Московской губернии// Московский областной педагогический институт им. Н. К. Крупской. Ученые записки. История СССР. Вып. 8. 1964. Т. 135. С. 47−64.
  202. А.В. Консервативная концепция российской государственности. Монография. М., 1999. 161 с.
  203. Н. Духовенство и русская контрреволюция конца династии Романовых. -М., 1930. 155 с.
  204. В.Ю. История становления правомонархических организаций в Воронежской губернии (1906−1907 гг.)// Исторические записки. Вып. 4. Воронеж, 1999. — С. 89−95.
  205. Н.С. Монархическое движение на Урале (1905 февраль 1917 гг.). — Челябинск, 2000. 210 с.
  206. А.Г. Катастрофа русского либерализма. Прогрессивный блок накануне и во время Февральской революции 1917 года.- Душанбе, 1975. 320 с.
  207. А.Ф. Государственная Дума Российской Империи 1906−1917 гг.: Историко-правовой очерк. М., 1998. 624 с.
  208. М.Б. Вступительная статья// Тихомиров Л. А. Апология веры и монархии. М., 1998. — С. 5−18.
  209. М.Б. Монархический ригоризм Имперского Зубра// Марков Н. Е. Войны темных сил. Статьи. 1921−1937. М., 2002. — С. 5−22.
  210. Ю.Б. Самодержавие и дворянство в 1907—1914 гг.. Л., 1990. 267 с.
  211. Ю.Б. Стратегия самодержавия и состояние политических сил на местах в период выборов в IV Думу// Непролетарские партии России в трех революциях. М., 1989. — С. 88−95.
  212. Л.М. Крушение помещичьих и буржуазных партий в Россииначало XX в. 1920 г.) — М, 1977. 366 с.
  213. Н.Б., Бородкин Л. И., Григорьева Ю. Г. Становление российского парламентаризма начала XX века. М., 1996. 283 с.
  214. В.И. Русская буржуазия и самодержавие в 1905—1917 гг.: Борьба вокруг «ответственного министерства» и «правительства доверия». Л., 1977. 272 с.
  215. С.А. Идеология черносотенных союзов и организаций// Проблемы истории СССР. Вып. 12. М., 1982. — С. 170−181.
  216. С.А. Черная сотня в России (1905−1914 гг.). М., 1992. 329 с.
  217. И. Темные силы в дни первой революции и годы реакции (Харьковский отдел СРН в 1905—1916 гг.)// Пути революции. Историко-революционный журнал. Харьков, 1926. Кн. II-III. — С. 223−229.
  218. А.П. Черносотенцы в Сибири. (1905 февраль 1917 гг.). — Омск, 1999. 123 с.
  219. В.Г. Великорусское крестьянство и столыпинская аграрная реформа.-М., 2001.304 с.
  220. .Г. Петр Аркадьевич Столыпин. М., 2002. 696 с.
  221. Э.Л. Развитие политического и социального кризиса в России от кануна мировой войны до Февральской революции// Россия и Первая мировая война. СПб, 1999. — С. 17−33.
  222. М.А. Историография правомонархических организаций (1905−1920 гг.)//Непролетарские партии России в годы буржуазно-демократических революций и период назревания социалистической революции. М. Калинин, 1982. — С. 66−73.
  223. Е.Д. Выборы в IV Государственную Думу. С. 21−39//Вопросы истории. — 1947. № 3−4. — С. 21−40.
  224. Е.Д. История СССР. Период империализма. М., 1965. 567 с.
  225. Черменский Е.Д. IV Государственная Дума и свержение царизма в России. -М., 1976.318 с.
  226. К.Ф. Русский империализм и развитие флота накануне Первой мировой войны (1906−1914 гг.) М., 1968. 367 с.
  227. В.В. Прогрессисты// Политическая история России в партиях и лицах. Сост. В. В. Шелохаев и др. М., 1994. — С. 39−59.
  228. Ем. История ВКП(б). М., 1933. Т. 1. 296 с.
  229. Chasles P. Le parlement russe. Son organisation. Ses rapports avec Г empereur. Paris, 1910.218 р.
  230. Edelman R. Gentry Politics on the Eve of the Russian Revolution. The Nationalist Party. 1907−1917. New Brunswick, New Jersey, 1980. 241 p.
  231. Edelman R. The elections of the Third Duma: The roots of the Nationalist party //The politics of rural Russia, 1905−1914. Bloomington, London, 1979. — P. 94−122.
  232. Haimson L. The Russian landed nobility and the System of the third of June// The politics of rural Russia, 1905−1914.- Bloomington, London, 1979. P. 1−29.
  233. Hosking G.A. The Russian constitutional experiment. Government and Duma1907−1914. Cambridge, 1973.281 p.
  234. Hosking G.A., Manning R.J. What was the United Nobility?// The politics of rural Russia, 1905−1914. Bloomington, London, 1979. — P. 142−183.
  235. Karpovich M. Modernization Was Making Revolution More Remote// Imperial Russia After 1861: Peaceful Modernization or Revolution. Boston, 1965.
  236. Laqueur W. Histoire des droites en Russie. Des centuries noires aux nouveaux extremistes. Paris, 1996. 338 p.
  237. Lincoln W.B. In war’s dark shadow: The Russia Before the Great War. N.Y., 1983. 557 p.
  238. Louis P. Trois Peripeties dans la Crise Mondiale. Paris, 1917. 128 p.
  239. Macey D. Government Actions and Peasant Reactions during the Stolypin Reforms// New perspectives in modern Russian history. Basingstoke, London, 1992. -P. 133−173.
  240. Mac Naughton R.D., Manning R.J. The crisis of the third of June System and political trends in the zemstvos, 1907−14// The politics of rural Russia, 1905−1914. -Bloomington, London, 1979. P. 184−218.
  241. Tokmakoff G. P. A. Stolypin and the Third Duma: An apparaisal of the three major ussies. Washington, 1981. 246 p.
  242. Rawson Don C. Russian Rightists and the Revolution of 1905. Cambridge, 1995. 286 p.
  243. Авторефераты и диссертации
  244. В.В. Деятельность монархических организаций Центральной России в период развития буржуазно-демократической революции (1905 февраль 1917 гг.). Дисс. канд. ист. наук. -М., 1995. 196 с.
  245. E.JI. Черносотенные организации в Сибири. 1905−1917. Автореф. дисс. канд. ист. наук. Томск, 2000. 243 с.
  246. А.В. Социально-экономические воззрения русских националистов начала XX в. Автореф. дисс. канд. ист. наук. М., 1997. 241 с.
  247. В.В. Общественно-политическая борьба в Белоруссии в связи с выборами в III Государственную Думу. Автореф. дисс. канд. ист. наук. -Минск, 1988. 21 с.
  248. В.В. Общественно-политическая борьба в Белоруссии в связи с выборами в III Государственную Думу. Дисс. канд. ист. наук. Минск, 1988. 208 с.
  249. Е.Д. Депутаты от православного духовенства в Третьей Государственной Думе. Автореф. дисс. канд. ист. наук. М., 1993. 21 с.
  250. А.А. Фракция правых IV Государственной думы в годы Первой мировой войны (1914 начало 1917). Автореф. дисс. канд. ист. наук. — СПб, 2004.26 с.
  251. И.З. Депутаты из духовенства в III Государственной Думе. Автореф. дисс. канд. ист. наук. М., 1993.21 с.
  252. В.И. Политическая борьба на Украине вокруг выборов в III Думу. Автореф. дисс. канд. ист. наук. К., 1983. 24 с.
  253. Р.Б. Фракция правых в III Государственной Думе (1907−1912). Автореф. дисс. канд. ист. наук. М., 2003. 30 с.
  254. Р.Б. Фракция правых в III Государственной Думе (1907−1912). Дисс. канд. ист. наук. М., 2003. 536 с.
  255. Н.С. Монархическое движение на Урале (1905 февраль 1917 гг.). Автореф. дисс. канд. ист. наук. — Оренбург, 1997. 24 с.
  256. Ю.В. Деятельность правых организаций Центрально-Черноземного района в 1905—1917 гг.. Дисс. канд. ист. наук. Пенза, 1998. 272 с.
  257. О.А. Политическая деятельность национал-монархических партий и организаций России в годы I мировой войны (1914 февраль 1917). Дисс,. канд. ист. наук. — М., 1997. 223 с.
  258. По теме диссертации опубликованы работы:
  259. Ф.И. Избирательные кампании правых в III и IV Государственные Думы// Сб. материалов по итогам научно-исследовательской деятельности студентов в области гуманитарных, естественных и технических наук в 2000 году. -М., 2000.-С. 158−161.
  260. Ф.И. Деятельность партий правого лагеря в III Государственной Думе// Сб. материалов по итогам научно-исследовательской деятельности студентов в области гуманитарных, естественных и технических наук в 2002 году. -М., 2002. С. 229−233.
  261. Ф.И. Раскол фракции правых в IV Государственной Думе и его причины// Научные труды Московского педагогического государственного университета. Серия: социально-исторические науки. Сб. статей. М., 2003. — С. 103−107.
  262. Ф.И. Правые в начале работы IV Думы// Научные труды Московского педагогического государственного университета. Серия: социально-исторические науки. Сб. статей. М., 2004. — С. 80−84.
Заполнить форму текущей работой