Помощь в написании студенческих работ
Антистрессовый сервис

Политический режим и его эволюция в современной России

КурсоваяПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

В зависимости от политических целей авторитарных диктатур и особенностей правящей элиты можно выделить несколько разновидностей подобных режимов. По структуре правящего блока авторитарные диктатуры делятся на военные, бюрократические и олигополические. Военные (или «преторианские») диктатуры опираются на армейскую верхушку и образуются в результате военного переворота. Для них свойственна острая… Читать ещё >

Политический режим и его эволюция в современной России (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

  • Введение
    • Глава 1. Политический режим. Типология политических режимов
    • § 1. Политический режим
    • § 2. Недемократические политические режимы
    • § 3. Демократические политические режимы
    • Глава 2. Политические режимы советского государства
    • § 1. Ленинско-большевистский политический режим
    • § 2. Сталинско-большевистский политический режим
    • § 3. Десталинизация. Номенклатурно-коммунистический режим
    • § 4. Авторитарно-либеральный режим
    • Глава 3. Политический режим в современной России
    • § 1. Соотношение политической системы и политического режима в современной России
    • § 2. Осуществление власти в современной России
    • § 3. Будущее нынешнего политического режима
    • Заключение
    • Литература

Политический режим означает совокупность приемов, методов, форм, способов осуществления политической государственной власти в обществе, характеризует степень политической свободы, правовое положение личности в обществе и определенный тип политической системы, существующей в стране.

Режим — управление, совокупность средств и методов осуществления экономической и политической власти господствующего класса11 Политологический словарь. М., 1992 .

В современном мире можно говорить о 140−160 режимах, которые незначительно отличаются друг от друга.

Античный философ Аристотель дает два критерия, по которым можно провести классификацию:

по тому, в чьих руках власть;

по тому, как эта власть используется.

«Правильные» формы государства: монархия (власть одного человека), аристократия (власть в руках немногих «лучших»), полития (власть большинства из средних в имущественном отношении людей).

«Неправильные» формы государства те, при которых стоящие у власти люди действуют в собственных интересах, не заботясь о благе общества. К «неправильным» формам относятся: тирания (власть в руках тирана), олигархия (у власти имущее меньшинство) и демократия (контроль общества над властью).

Демократия понималась как форма государства, в котором власть принадлежит всем или большинству свободных граждан, подчиняющихся закону. Такое представление о демократии сохранялось вплоть до конца 1868 года, а со времен Великой французской революции понятие демократии стало применяться не к формам, а к принципам политического устройства государства. Выделяют два основных демократических принципа: свобода и равенство.

Функционирующая в России общественно-политическая система во многом не отвечает общепринятым критериям демократии, важнейшие из которых — репрезентативность власти и ее ответственность перед обществом, наличие действенного общественного контроля за властью. Аналитики характеризуют эту систему терминами «авторитарная демократия», «режимная система», связывая ее возникновение со слабостью государства и незрелостью гражданского общества33 Вайнштейн Г. Рост авторитарных установок и политическое развитие современной России // Мировая экономика и международные отношения. 1995. № 11.

Особенностью современного развития России является возникновение режима, для которого интересы государства и общества не совпадают. Это означает, что общественная власть на этом этапе не имеет эффективной политической структуры. Такой режим политологи называют гибридным или переходным. Обладая признаками демократии, он еще не является демократическим.

Россия получила в наследство правление коммунистической партии и ограниченную автономию в составе Советского государства. В результате сложилась ситуация, когда в государственных структурах выражаются не интересы партий, а социально-экономических групп, имеющих непосредственный доступ к политической власти. В российском обществе происходила борьба между требованиями суверенитетов субъектами федерации, отсутствовало разделение между экономическими и политическими иерархиями. Политика осуществлялась через структурированные, хотя и неформальные взаимоотношения. В итоге складывается ситуация, когда формальные процедуры демократии скрывают опасный для общества торг между реальными политическими и экономическими факторами.

Напряжение между государством и политическим режимом является также напряжением между формальными и неформальными политическими отношениями, между законом и политикой, между институционализированной и персонифицированной политической властью. За формальным фасадом демократической политики, проводимой на уровне государства, режим считал себя в основном свободным от подлинно демократической отчетности и контроля со стороны общества. Систему, сложившуюся при Б. Ельцине можно назвать «режимно-государственной», при которой в центре режима находился президент с большим объемом полномочий. Результатом такой политической практики явилось ослабление государства, не способного утвердить принципы конституциональной независимости политической системы от существующего режима22 Бутенко А. П., Миронов А. В. Тоталитаризм и посттоталитарное общество // Социально-политический журнал. 1998. № 2.

Глава 1. Политический режим. Типология политических режимов

§ 1. Политический режим

Государственная система обеспечивает не только стабилизацию и формализацию политических отношений. Государство одновременно является и ареной острой борьбы за власть политических партий и группировок. Государственная политика отражает определенные идеологические ориентиры, связана с теми или иными социальными интересами. Решение задач государственной политики может достигаться совершенно разными методами, на основе тесного взаимодействия с институтами гражданского общества или, напротив, вопреки их влиянию. Для характеристики всех этих аспектов функционирования государственной системы служит понятие «политический режим».

Политический режим — это система методов, приемов, форм осуществления политических отношений в обществе, т. е. способ функционирования всей политической системы общества, особая политическая атмосфера, которая создается в ходе взаимодействия государственной власти со всеми другими политическими силами и институтами гражданского общества. В узком смысле под политическим режимом можно иметь в виду государственный режим, т. е. совокупность приемов и методов осуществления государственной власти. Политический режим может почти полностью определяться государством и, таким образом, практически совпадать с государственным режимом, либо в большей степени зависеть от деятельности институтов гражданского общества112 Российская историческая политология. Курс лекций: Учебное пособие / Отв. ред. С. А. Кислицын. Ростов н/Д, 1998.2.

Политическая режим не зависит напрямую от формы правления или способа территориально-политической организации власти. Он характеризует политическую культуру общества, общую направленность и природу политического процесса. В то же время каждый тип политического режима предполагает определенные способы организации государственного управления, установления прерогатив органов государственной власти, форм и степени вовлеченности в политический процесс народных масс.

Обычно выделяют два основных типа политических режимов:

1. Недемократические политические режимы. Тоталитарный и авторитарный.

2. Демократический политический режим.

Основанием для такой классификации является положение личности в обществе, характер ее взаимоотношений с государством, тип отношений власти с оппозицией, способы разрешения политических конфликтов114 Соловьев А. И. Политология: Политическая теория, политические технологии: Учебник для студентов вузов. М., 2001.4.

§ 2. Недемократические политические режимы

Авторитаризм монархических и деспотических режимов носил традиционный характер и был неразрывно связан с представлением о сакральном, высшем происхождении власти, неотчуждаемом суверенитете монарха. Власть монарха опиралась на военную силу (служилое сословие или армию), институты государственной бюрократии, церковь (духовенство). Но она не носила насильственный характер. Легитимность таких режимов, т. е. их законность, обоснованность притязаний на власть, всецело определялась господствующей религиозно-мировоззренческой системой. Причем, по мере становления государственной системы, преодоления наследия эпохи родоплеменных отношений (с т. н. «военной демократией»), персонификация монархических режимов стремительно уменьшалась. Личность государя, обосновывающего свою власть собственными достоинствами, уступает место священному отношению к самому престолу, к таинству монархической власти. Фигура монарха, оказывается достаточно важна лишь с точки зрения морального одобрения или осуждения государственной политики. Но это эмоциональное отношение к власти не является, ни ее источником, ни дополнительным средством легитимации. Исключение составляла лишь специфическая форма традиционной деспотии — теократическое государство, где государь одновременно являлся и высшим религиозным лидером, живым и непосредственным олицетворением власти бога.

Традиционные авторитарные системы оставляли, по сути, единственный повод для возникновения политических конфликтов — династические споры. Отчуждение же народных масс от власти не являлось их «угнетением», не создавало основу для политической конфликтности. В сословном обществе отсутствовала сама проблема политической «несвободы», поскольку представление о свободе не было связано с возможностью и желанностью индивидуального волеизъявления. Участие масс в политической жизни носило ритуальный и опосредованный характер. Оно основывалось на моральных факторах, эмоциональных формах поведения. Ключевую роль играло самоассоциирование человека с сакральной фигурой монарха, своего рода «вера в царя», являвшаяся важнейшей ценностной категорией традиционного сознания. Вспышки социального протеста, бунтарство никогда не затрагивало в таком обществе основ существующего государственного строя.

Авторитарные политические режимы современного типа возникают в переходный период в обществе, охваченном процессом модернизации. Предпосылки для их образования связаны со специфической ситуацией, когда традиционные институты общества, сословные социальные связи, корпоративное сознание уже разрушены, но институты гражданского общества только начинают складываться, индивидуальный, рационализированный тип человеческого поведения еще не стал преобладающим. «Авторитарный синдром» проявляется, прежде всего, в тех странах, которые либо только вступили на путь «догоняющего развития», либо уже испытали его разрушительное влияние и всеми силами пытаются ограничить распространение новаций, сохранить собственный путь развития с минимальной долей восприятия «западного опыта». В этом случае традиционный тип политической культуры еще оказывает определяющее влияние на поведение масс. Отсутствует не только модель активного гражданского поведения, но и само стремление «простого человека» участвовать в политическом процессе. В массовом сознании основную роль по-прежнему играют коллективные формы — идеалы патернализма, религиозные представления, этические ценности. Публичная политика вызывает раздражение и психологическое отторжение. Важно, что модернизация, разрушая традиционную структуру общества, создает многочисленные очаги социальной, этнической, религиозной конфликтности, но достаточно медленно формирует институциональные механизмы решения таких конфликтов. Уже первый «модернизационный шок» формирует в массовом сознании желание увидеть во главе государства «сильную руку», способную навести «порядок». Вся история ХХ в. полна примеров подобных диктатур. В их числе можно назвать режимы М. Примо де Ривера в Испании, М. Хорти в Венгрии и Ю. Пилсудского в Польше в 20 гг., диктатуру А. Пиночета в Чили в 7 0 гг.

Отличительной чертой современного авторитаризма является стремление государственной элиты найти моральную опору в широких народных массах, представить новые режимы в качестве представителя народа как единой внеклассовой общности, в роли защитника общенародных и общенациональных интересов. Легитимность авторитарных режимов обеспечивается именно этим идеологическим принципом, идеей органической демократии. Важное значение имеет и личность вождя — его харизматичность, а не формальные права на власть является решающим фактором легитимации режима. Все это принципиально отличает современные авторитарные диктатуры от традиционных монархий. Они могут даже использовать отдельные элементы либерально-демократических режимов — многопартийность, парламентаризм, ограниченный идеологический плюрализм. Но реальной основой этих режимов является высокая централизация власти в руках вождя и его соратников114 Соловьев А. И. Политология: Политическая теория, политические технологии: Учебник для студентов вузов. М., 2001.4.

Система вождизма, свойственная авторитарным диктатурам, предполагает монополию на власть определенной элитарной группы, отсутствие у нее юридической и политической ответственности, полный или частичный запрет на деятельность оппозиции, построение высокоцентрализованной вертикали власти, главными опорами которой выступают бюрократия, армия и, зачастую, церковь. Элита носит закрытый характер, главным способом ее обновления является кооптация. Политическая жизнь, таким образом, практически лишена состязательности и гласности. Вместе с тем, для авторитарных режимов не свойственны создание широкомасштабной репрессионной, террористической системы, плотный контроль за идеологическим пространством, монополизация средств массовой информации. Народные массы в минимальной степени вовлечены в политический процесс, что обуславливает неразвитость партийной системы. Правящий режим, как правило, не стремится инспирировать создание проправительственной политической партии. Если же она существует, то имеет скорее корпоративный, клановый характер и не рассчитана на массовое членство, не служит средством духовной мобилизации народа.

В зависимости от политических целей авторитарных диктатур и особенностей правящей элиты можно выделить несколько разновидностей подобных режимов. По структуре правящего блока авторитарные диктатуры делятся на военные, бюрократические и олигополические. Военные (или «преторианские») диктатуры опираются на армейскую верхушку и образуются в результате военного переворота. Для них свойственна острая конфликтность по поводу перераспределения власти и ресурсов между основными политическими силами, высокая степень персонификации, отсутствие четких «правил игры» в политическом процессе. Военные диктатуры в минимальной степени сохраняют элементы парламентаризма, достаточно широко используют террористические методы. При бюрократических режимах главное место в государственно-политической иерархии занимают представители высшего чиновничества. Среди них господствуют корпоративные, групповые интересы и связи. Достаточно сильны, бывают технократические настроения, а также влияние армейских кругов. Олигархические режимы имеют наиболее прочную социальную опору — крупных землевладельцев или компрадорскую буржуазию. Но их уязвимость определяется тем, что этим элитарным группировкам сложнее всего рассчитывать на моральную поддержку масс. Зачастую, результатом политики олигархических режимов становится дальнейшая поляризация населения и активизация антиправительственных действий под руководством военно-политических и повстанческих организаций.

Тоталитарные политические режимы представляют собой специфическую форму авторитарных диктатур ХХ в. Термин «тоталитаризм» является производным от понятия «тотальное государство». Министр просвещения итальянского правительства Д. Джентиле в 1925 г. впервые назвал фашизм «тотальной концепцией жизни», а в программу итальянской фашистской партии вошло тогда понятие «тотальное государство», как «государство, поглощающее всю энергию, все интересы и все надежды народа». В 1929 г. газета «Таймс» употребила этот термин применительно к режимам, противоположным парламентской демократии (имея в виду СССР), а в 1934 г. авторы американской «Энциклопедии общественных наук» впервые интерпретировали тоталитаризм как «общее свойство фашизма и коммунизма». В дальнейшем тоталитарной называлась особая форма государственности, присущая фашистским режимам в Италии, Австрии, Испании, Португалии, национал-социалистическому в Германии, коммунистическому в СССР и других социалистических странах.

Формирование тоталитарных политических режимов в их классической форме произошло в сравнительно небольшой группе стран. Причины этого явления внешне были схожи с факторами, предопределившими появление «авторитарного синдрома» — реакцией общества с полуразрушенными традиционными структурами на противоречия процесса модернизации. Но тоталитаризм мог родиться только в тех странах, где процесс модернизации уже в достаточно сильной степени отразился на состоянии общества, где его разрушительные последствия сформировали новый тип массовой политической психологии. Массы здесь негативно реагировали на модернизацию во всех ее проявлениях. Однако объективно они все в большей степени оказывались, охвачены системными преобразованиями. Менялся уклад жизни, характер общественных ценностей, мотивация социального поведения. Реальностью становилась политическая свобода и социальная независимость, конкурентный, состязательный образ жизни. При этом большое количество людей оказывалось внутренне не готово к этой насильственной трансформации привычных социальных отношений, к ответственности за собственную судьбу, к необходимости постоянного личного выбора. Не выстраданная, а подаренная свобода ассоциировалась скорее с одиночеством, изоляцией, порождала растерянность и неприкаянность. Психологической реакцией на издержки ускоренной модернизации стало появление массовой маргинальности, особого рода политической агрессивности, формирование «авторитарного характера»112 Российская историческая политология. Курс лекций: Учебное пособие / Отв. ред. С. А. Кислицын. Ростов н/Д, 1998.2.

Мировоззрение и мироощущение «авторитарной личности» основывалось на понятиях власти и силы. Сила привлекала не идеями, которые она утверждает, а в качестве фактора стабильности и спокойствия. Бессилие вызывало презрение и желание напасть, чтобы скрыть собственную неуверенность и слабость. Соответственно раздваивалось и отношение к власти. Авторитарная личность оказывалась способна на крайнее бунтарство, если сталкивалась со «слабым государством», но с удивительной легкостью подчинялась системе сильной и жесткой, приобщение к которой давало иллюзию собственного величия. Такие люди оказывались склонными к полному нигилизму, будучи уверенными в том, что жизнь определяется внешними, сторонними силами. Но они были способны и на глубокую веру, преданное служение «высшим» идеям и идеалам. Так рождался феномен «невостребованной свободы», а точнее поиска иной, «настоящей свободы», связанной с идеалами равенства и справедливости, спокойного труда без страха за будущее, свободы, основанной не на возможности спонтанного, индивидуального выбора, а на коллективных усилиях по достижению общих, конкретных целей. Ища опору и поддержку вовне эти люди постепенно растворялись в единой массе. Масса, как и толпа, не знала социальных различий и могла включать люмпенов и аристократов, чиновников и пролетариев. Но в отличие от толпы, масса являлась феноменом психологическим, признаком бегства от одиночества, желания раствориться в чем-то большем и сильном. Масса, как особая коллективная форма сознания, генерировала и адекватные модели политического поведения. Тоталитаризм был востребован именно этой маргинальной массой, порожден вектором политических отношений, идущим «снизу», а не навязанным обществу. Он стал ответом на реально существующий социальный заказ и мог опереться на широкую опору при дальнейшей трансформации государственной системы.

Тоталитарные политические режимы обладали целым рядом общих особенностей, порожденных их социально-психологической природой. На этом основании американские политологи К. Фридрих и З. Бжезинский попытались в 1956 г. в книге «Тоталитарная диктатура и автократия» сформулировать определение «тоталитарного синдрома» — набор универсальных признаков таких режимов. К ним были отнесены:

1. Общеобязательная официальная идеология, полностью отрицающая предыдущий порядок и призванная сплотить граждан для построения нового общества.

2. Монополия на власть единой массовой партии, строящейся по олигархическому признаку и возглавляемой харизматическим вождем.

3. Система террористического полицейского контроля, который осуществляется не только над «врагами народа», но и над всем обществом.

4. Партийный контроль над СМИ.

5. Всеобъемлющий идейно-политический контроль над вооруженными силами.

6. Централизованная система регулирования экономической деятельности.

Позднее Бжезинский сформулировал и более емкое определение: «Тоталитаризм — это система, при которой самые совершенные инструменты политической власти используются без ограничений централизованным руководством с целью осуществления тотальной социальной революции». Сложность обобщенного анализа тоталитарных политических режимов связана с тем, что их специфика определяется не только используемыми институтами властвования, но и преследовавшимися политическими целями. В этом отношении, даже фашистские режимы, существовавшие в Италии, Австрии, Испании, Португалии, существенно отличались от национал-социалистического и коммунистического.

Фашистское государство можно определить как этакратию (от фр. «etat» — государство), политическую систему, где власть государства имеет подавляющее значение по сравнению с другими институтами. Но радикальная трансформация общественного строя, предпринятая фашистами, не сводилась лишь к созданию некоего сверхцентрализованного полицейского государства. Человек рассматривался фашистской идеологией не в качестве объекта государственной воли государства, а как активный субъект политических отношений. Отрицалась лишь индивидуальная природа личности, ее противопоставление обществу, присущее либеральной традиции. Личность представлялась как неотъемлемая часть основного социального субъекта — народа. Человек не призывался к отрешению от частных интересов, но должен был стремиться к сочетанию их с преобладающими общенародными интересами. Основой общественного развития объявлялась «воля народа» (как реального, солидарного организма). Государство же представлялось в качестве основного института, аккумулирующего энергию, дух и чаяния народа. «Для нас все в государстве, ничто человеческое и ли духовное не существует и тем более не имеет ценности вне государства, — писал лидер итальянских фашистов Б. Муссолини, — Государство, как синтез и единство всех ценностей, истолковывает и развивает всю народную жизнь, усиливает ее ритм».

Тотальное фашистское государство базировалось на системе вождизма. Опорой для личной власти вождя, как и в авторитарных диктатурах, были традиционные институты — армия, бюрократия, церковь. Но к ним добавляется фашистская партия, как единственно законная массовая политическая организация. Участие в ней не приобретало широкого характера. Фашистская партия не создавала разветвленной системы «дочерних» общественных организаций. Не обладала она и преимуществом в рамках государственного механизма. Стабильность фашистских режимов зависела не от контроля партии над другими институтами власти или степени вовлечения народа в партийную организацию, а от умения вождя балансировать между всеми государственно-политическими институтами и использовать их влияние для укрепления своей личной власти. Но именно под эгидой партии активная часть маргинальной массы могла реально приобщиться к государственной жизни. Партия превращалась в основной генератор новой государственной идеологии.

Итак, фашистский политический режим опирался на смешанную государственную элиту, включавшую как представителей традиционных властных институтов, так и выходцев из маргинальной массы, рекрутируемых фашистской партией. Большинство населения оказывалось под контролем тоталитарного государства, но вне активного политического процесса. Основным требованием к ним со стороны режима являлась лишь политическая лояльность. Важную роль в этом отношении играл еще один новый государственный институт, образующийся в рамках фашистских режимов — централизованная система террора (органы полицейского контроля, политического следственного аппарата, концентрационных лагерей). Система террора осуществляла «санацию», «очищение» общества от нелояльных элементов. Террор должен был изолировать политически активных членов общества, способных стать реальной оппозицией «народному режиму».

Тоталитарная государственно-политическая система, формировавшаяся под эгидой нацистской или коммунистической идеологии, имела существенную специфику. В отличие от фашистских режимов принцип этатизма не имел здесь самодовлеющего характера. Если фашисты рассматривали государство как тотальное сосредоточение народного духа, то нацисты и коммунисты видели в нем, лишь формальную структуру. «Раса и личность — вот главные факторы нашего мировоззрения. Оно принципиально видит в государстве только средство к цели», — утверждал Гитлер в «Майн кампф». Этой целью являлось создание нового социального и мирового порядка: для национал-социалистов — расового, основанного на господстве арийского Рейха, для коммунистов — диктатуры мирового пролетариата. Залогом решения этой задачи являлось не столько государственное строительство, сколько воспитание новой личности, активное идеологическое преобразование общества.

Государство, как система, объединяющая все частные и групповые интересы, должно было уступить первенство новому субъекту, сосредотачивающему волю народа (расы, трудового класса) к целенаправленному преобразованию человека и общества. Таким субъектом властных отношений становилась тоталитарная партия (отсюда одно из названий подобных режимов — партократия). Положение нацисткой партии в Рейхе или коммунистической в СССР принципиально отличалось от роли аналогичных партий в фашистских государственных системах. НСДАП и ВКП (б) (позднее — КПСС) приобрели полную монополию политической власти, подчиняя другие вертикальные институты (армию, бюрократию) или вытесняя их (церковь). Вся система государственного управления значительно унифицировалась. Сокращалось действие принципа коллегиальности, усиливалась вертикальная субординация. Внутренняя структура партии становилась основой для дублирующей системы территориально-политического устройства (гау в Германии, партийные комитеты в СССР).

Совершенно особую форму приобретала система вождизма. Лидеры нацистского и коммунистического режимов, возглавляющие высшее партийное, государственное и военное управление, сосредотачивали в своих руках огромную власть. Но вождями нации они являлись уже не в силу формального государственно-правого статуса или личных харизматических качеств. Фигура вождя оказывалась неразрывно связана с партией. Гитлер писал в «Майн кампф»: «Партия есть моя частица, а я — часть партии» (вспомним и другие известные строки: «Мы говорим — Ленин, подразумеваем — партия, мы говорим — партия, подразумеваем — Ленин»). Единоличная диктатура вождя сменяется системой фюрерства — пирамидальной иерархией политического руководства внутри партии, дублирующей органы государственного управления и подчиняющей их.

Партийно-государственная структура нацистского и коммунистического режимов дополнялась всеохватывающей идеологической системой, которая напрямую сращивалась со всем государственным механизмом. Показательным примером такого сращивания властных и идеологических функций являлась деятельность репрессивного аппарата. Система государственного террора оказывалась, ориентирована не столько на изоляцию нелояльных элементов, сколько на решение воспитательных задач, тотальный контроль над общественным сознанием, всецело распространяемый и на лояльную часть общества. Причиной преследований становились не только преступные деяния против режима, но и «преступный образ мысли», убеждения, несоответствующие господствующей идеологии. Органы государственной безопасности (СС, КГБ) становились машиной для массовой «промывки мозгов».

Историческая природа тоталитарных обществ очевидна — они стали ответом на общий кризис индустриальной цивилизации, столкнувшейся с ограниченностью классической либеральной концепции, с негативными последствиями социальных принципов неограниченного индивидуализма, с проблемой отчуждения человека, проблемой «великого одиночества». Тоталитаризм возникал в странах, где этот кризис был отягощен последствиями ускоренной и искусственной, форсируемой «сверху» модернизации, стремительной ломкой традиционных общественных институтов. Фашизм пытался решать возникающие в этих условиях социально-психологические проблемы за счет усиления горизонтальных связей в обществе (социальная структура, основанная на корпоративных, профессионально-отраслевых группах) и консолидирующей роли государства.

Нацистский и коммунистический режимы не ликвидировали отчуждение человека, а заменяли его отчуждением добровольным, призывали к священной жертве во имя великой цели. Тот и другой путь являлись тупиковыми. По мере дальнейшего развития модернизационных процессов общество начинало отвергать как патерналистскую опеку государства, так и тотальную идеологическую мобилизацию. Складывались предпосылки для постепенной трансформации тоталитарных режимов в авторитарные, в рамках которых действие тоталитарных институтов «смягчалось», формализовывалось. Закономерным итогом такой эволюции становилась и окончательная смена политического режима, переход к государственному строительству на либерально-демократической основе112 Российская историческая политология. Курс лекций: Учебное пособие / Отв. ред. С. А. Кислицын. Ростов н/Д, 1998.2.

§ 3. Демократические политические режимы

В переводе с греческого «демократия» означает «власть народа» (demos — народ, cratos — власть). Более развернутое определение демократии было дано американским президентом А. Линкольном — правление народа, избранное народом и для народа.

Первое представление о демократии как форме правления возникло в античной Греции.

Аристотель определял демократию как «правление всех». Но при рассмотрении истории становления демократии обнаруживается, что понятие «все» и «народ» далеко не совпадают.

Из всех существующих в прошлом примеров наиболее демократичной была «первобытная демократия», где решения принимали все взрослые члены рода или племени.

В период разложения первобытного общества возникает военная демократия, где народ, иными словами, кто имел право участвовать в управлении, в т. ч. осуществлять правосудие, ограничивался только вооруженными мужчинами. В древних Афинах, подаривших миру опыт первой прямой политической демократии, под народом понимались только взрослые свободные мужчины.

Эта власть была далека от совершенства еще и потому, что подавляла инакомыслие (непопулярный гражданин мог быть изгнан из Афин сроком на 10 лет).

Столь же суженной была категория граждан в средневековых городах-республиках Северной Италии, в Новгороде и Пскове.

Только к середине ХХ в., пройдя путь снятия сословных имущественных и других ограничений, становятся реальностью равные для всех слоев общества гражданские и политические права, в т. ч. всеобщие выборы в законодательные органы власти. Современная демократия отличается от предшествующих исторических моделей и другими существенными признаками, в первую очередь либерализмом, т. е. уважением и защитой прав человека, в т. ч. права оппозиции (тех, кто в данный момент остался в меньшинстве) отстаивать свое мнение и критиковать правительство.

Современная демократия включает в себя совокупность демократических институтов, процедур и ценностей, обеспечивающих устойчивость политической системы114 Соловьев А. И. Политология: Политическая теория, политические технологии: Учебник для студентов вузов. М., 2001.4.

демократия, как система народовластия, является универсальной основой политического развития человечества в современную эпоху. Опыт этого развития позволяет выделить несколько форм демократии:

Прямая демократия — форма народовластия, основанная на принятии политических решений непосредственно всеми без исключения гражданами (например, в ходе референдума).

Плебисцитарная демократия — форма народовластия с сильными авторитарными тенденциями, в рамках которой лидер режима использует одобрение масс как основное средство легитимации своих политических решений. Историческим предшественником прямой и плебисцитарной демократии являлась т. н. «военная демократия», основанная на элементах родоплеменного и общинного строя.

Представительная, или плюралистическая демократия — форма народовластия, при которой граждане участвуют в принятии политических решений не лично, а через своих представителей, избранных ими и ответственных перед ними.

Цензовая демократия — разновидность представительной демократии, в рамках которой избирательное право (как основное право, гарантирующее участие в политическом процессе), принадлежит ограниченному кругу граждан. В зависимости от характера ограничений, цензовая демократия может являться элитарной (в т.ч. либерального толка), классовой (пролетарская, буржуазная демократия) 112 Российская историческая политология. Курс лекций: Учебное пособие / Отв. ред. С. А. Кислицын. Ростов н/Д, 1998.2.

При существенных отличиях этих форм демократии, современный этап политического развития характеризуется их постепенным сближением и интеграцией. Ключевым элементом любого демократического строя является система партиципации — народного волеизъявления. Она может опираться на различные институты, но, как правило, обязательно подразумевает образование основных ветвей власти в ходе всеобщих, тайных и, преимущественно, прямых выборов, решение наиболее важных государственных вопросов в ходе референдумов, действие региональных органов местного самоуправления. Важнейшей характеристикой системы партиципации, выявляющей степень зрелости демократического строя, является соблюдение свободы слова, печати, деятельности общественно-политических организаций.

Система народного представительства является основой современной демократической государственности. Сущность принципа представительства состоит в том, что в политической сфере избиратели определяют цель, а избранный им представитель выбирает наиболее подходящие, на его взгляд, средства для ее достижения. Базовым принципом современной системы народного представительства является избрание представительных органов не пожизненно, а на определенный, строго фиксированный конституцией срок, а также отчетность этих органов перед избирателями.

Основным организационным принципом построения демократической государственности остается принцип разделения властей. Независимость различных ветвей власти основывается в современном государстве уже не столько на идее жестких «сдержек и противовесов», сколько на функциональной почве, разграничении властных полномочий и политических функций. Условием обеспечения демократичности государственного строя считается установление оптимальных взаимоотношений между различными ветвями и органами власти. Допустимая степень преобладания одной из ветвей власти (исполнительной или законодательной) обеспечивается не деформацией всего конституционного строя, а прежде всего политическими факторами. При этом независимость судебной власти остается абсолютным требованием к демократическому режиму.

Гибкость, эффективность политической системы в условиях современной демократии обеспечивается конкурентной, состязательной основой политического процесса. Демократия призвана создать условия для удовлетворения групповых и индивидуальных интересов. Борьба за их реализацию и определяет мотивацию политического поведения. Этот аспект демократии был положен в основу т. н. рыночной теории демократии. Основные положения этой теории впервые сформулировал Й. Шумпетер в книге «Капитализм, коммунизм, демократия» (1942 г). Продолжая эту линию, Э. Доунс, Э. Шатшнайдер, А. Вильдавски и другие политологи отождествляли политический процесс с обменом в условиях конкуренции на рынке. Целью каждого участника в данном случае является максимизация «прибыли при минимизации издержек». При этом сам «торг» ведется по определенным, общепринятым правилам игры. Недопустимость антагонистической конфликтности между участниками политической борьбы, ее победителями и проигравшими, активными и пассивными участниками обеспечивается правовой основой политического процесса.

Современное демократическое государство является правовым. Эта характеристика подчеркивает ключевые особенности организации и деятельности публично-политической власти и ее взаимоотношений с индивидами как субъектами права. Основополагающими принципами правового государства являются:

1. Верховенство права, господство закона во всех сферах общественной жизни. Закон, принятый верховным органом власти при строгом соблюдении всех конституционных процедур, не может быть изменен, отменен или приостановлен ни ведомственными актами, ни правительственными распоряжениями, ни решением партийных органов. Вся общественная деятельность осуществляется в строгом соответствии с законами, закрепленными конституцией правового государства.

2. Реальность прав и свобод граждан. Этот принцип состоит в признании, утверждении и надлежащем гарантировании прав и свобод человека и гражданина. Предполагается, что права и свободы человека принадлежат ему от рождения.

3. Взаимная ответственность государства и личности. Этот принцип отражает договорные начала в отношениях между государством как носителем политической власти и гражданином, как участником ее осуществления. Государство, путем издания законов берет на себя конкретные обязательства перед гражданами, общественными организациями, другими государствами и всем международным сообществом. Не менее важна ответственность личности перед обществом и государством.

4. Разделение властей на законодательную, исполнительную и судебную. Данный принцип имеет целью исключить монополизацию власти в руках одного лица, органа или социального слоя и обеспечить соответствие всей системы публичной власти требованиям права и их последовательного соблюдения.

5. Наличие эффективных форм контроля и надзора за осуществлением законов. К ним относятся суд, прокурорский надзор, арбитраж.

Само по себе правовое государство не самоцель, а исторически и социально обусловленная всеобщая форма выражения, организации, упорядочения и защиты свободы в демократическом обществе. Содержание и характер свободы, ее широта и объем определяются спецификой развития общества. Свобода относительна в смысле ее фактической незавершенности, исторического изменения ее содержания. Она абсолютна лишь как высшая ценность и принцип. Поэтому содержательная сторона политического процесса в условиях современной демократии не может быть охарактеризована понятием «правое государство». Для этой цели служит понятие «социальное государство»112 Российская историческая политология. Курс лекций: Учебное пособие / Отв. ред. С. А. Кислицын. Ростов н/Д, 1998.2.

Формирование идеи социальной государственности неразрывно связано с развитием демократического взгляда на природу власти, пересмотром классических либеральных теорий народовластия. Либеральная традиция, основанная на признании приоритета индивидуальных прав и свобод, сформулировала теорию «государства — ночного сторожа», призванного обезопасить личность за счет создания жесткого правового пространства, но не обладающего возможностью вмешиваться в жизнь гражданского общества. Такое государство является правовым, оно не угрожает личности насилием, но и не несет и ответственности перед нею. Основным законом человеческого общежития становятся состязательные, конкурентные отношения, где государство выступает лишь сторонним арбитром.

Радикализм либеральной трактовки государственной власти и смой человеческой природы уже в XVIII—XIX вв. породил альтернативную традицию политико-правовой мысли. Ее основополагающим принципом стало признание неразрывной связи индивидуального и социального начала в личности человека, приоритет социальной солидарности над индивидуалистическими интересами и притязаниями. Государство, как общенародный институт, не может остаться в стороне от социальных отношений. Оно призвано обеспечить каждому члену общества реальную воспользоваться прирожденными правами и свободами, обеспечить равенство шансов. Тем самым, государство несет ответственность перед каждым членом общества, что предполагает и наличие его определенных прав в отношении граждан. Диалектика прав и обязанностей во взаимоотношениях государства и граждан является подлинной основой социальной государственности.

Направленность политики социального государства может существенно варьироваться. Наиболее радикальные ее варианты связаны с проведением патерналистского курса, возлагающего на государство ответственность за регулирование широкого круга общественных отношений и даже перераспределение общественных благ во имя социальной справедливости. Такое социальное государство может и не быть правовым. Так, например, фашистское социальное государство признавало приоритет интересов народа не наряду, а вопреки правам личности. Правовое социальное государство, напротив, основано на верховенстве прав личности. Ответственность человека перед государством, обществом и другими людьми рассматривается в этом случае именно как продолжение прав того же человека на социальный мир, справедливость, личную свободу, которая может быть реальной лишь в сообществе свободных людей.

Признаками современного социального государства являются:

1. Демократическая, правовая организация государственной власти.

2. Признание социальной ответственности государства.

3. Закрепление в правовом статусе личности широкого комплекса свобод, прав и обязанностей, торжество принципа «нет прав без обязанностей».

4. Проведение государственной политики, основанной на компромиссе между принципов социальной справедливости и свободной, рыночной экономики.

5. Социально ориентированная структура экономики, что предполагает существование различных форм собственности, элементов государственного планирования и регулирования.

6. Преобладание в обществе таких ценностных ориентаций целей, как установление всеобщего блага, утверждение социальной справедливости, обеспечение каждому гражданину достойных условий существования, социальной защищенности, равных стартовых возможностей для самореализации личности.

7. Закрепление основных принципов социального государства в конституционном праве, наличие развитого социального законодательств.

Приоритетными направлениями действий социального государства являются поддержка социально незащищенных категорий населения, охрана труда и здоровья людей, поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, сглаживание социального неравенства путем перераспределения доходов между различными социальными слоями через налогообложение, государственный бюджет, специальные социальные программы, поощрение благотворительной деятельности (в частности, путем предоставления налоговых льгот предпринимательским структурам, осуществляющим благотворительную деятельность), финансирование и поддержка фундаментальных научных исследований и культурных программ, борьба с безработицей, обеспечение трудовой занятости населения, выплата пособий по безработице, поиск баланса между свободной рыночной экономикой и мерой воздействия государства на ее развитие с целью обеспечения достойной жизни всех граждан, участие в реализации межгосударственных экологических, культурных и социальных программ, решение общечеловеческих проблем, забота о сохранении мира в обществе112 Российская историческая политология. Курс лекций: Учебное пособие / Отв. ред. С. А. Кислицын. Ростов н/Д, 1998.2.

Глава 2. Политические режимы советского государства

§ 1. Ленинско-большевистский политический режим

Февральская революция 1917 года установила республиканский политический режим без его оформления конституционным образом. Законный правопреемник власти отсутствовал, и наступил этап выявления наиболее адекватного условиям России носителя власти. Утвердившееся благодаря поддержке Советов рабочих и солдатских депутатов Временное правительство, где доминировали либералы, а позднее вошли меньшевики и эсеры, не решалось взять на себя ответственность ни за наделение крестьян землей, ни за окончание войны, ни за созыв Учредительного собрания. Ни Государственное совещание, ни Демократическое совещание, ни Предпарламент, которые созывал А. Ф. Керенский, не могли заменить Учредительное собрание. Несмотря на то, что Временное правительство в качестве истока имело комитет Государственной думы, оно не обладало настоящей легитимностью. Кроме того, длительная зависимость от советов рабочих депутатов изначально заложила в массах недоверие к нему как псевдолегитимному непостоянному органу власти110 Пуляев В. Т. Россия в историческом пространстве. Теоретический очерк. Вып.2. СПб., 2004.0.

Февральский политический режим носил переходный характер и должен был закончиться установлением либо правой военной, либо левой коммунистической диктатурой — это были две реальные альтернативы осени 1917 года.

Государственный кризис принял цивилизационный характер. Февральское низвержение Николая II означало конец всей системы самодержавия, которая была на протяжении всей тысячелетней истории Руси-России стержневой цивилизационной основой нации. Существовала достаточно реальная опасность установления всеобщей анархии и бунта всех против всех. В этих условиях было совершенно недостаточно наличия каких-то радикальных партий и решительных лидеров, чтобы спасти страну от хаоса и беспредела. На помощь пришла сама история Российской цивилизации, предложившая политикам возможность использования традиционных для русского народа соборных форм соучастия во власти: соборы, круги, общины, собрания, вече, сходки, советы и др. Зародившиеся в июле 1905 г. стихийным образом Советы были ничем иным, как своеобразным проявлением соборной традиции русского народа искать сообща выход из тяжелой ситуации. Большевики первоначально отнеслись весьма настороженно к органам управления в форме Советов депутатов трудящихся, считая их своими возможными конкурентами, но В. И. Ленин в августе 1905 года первым оценил колоссальные возможности Советов для организации новой системы власти под началом большевизма. Кроме того, Ленин увидел в Советах прообраз общественного устройства, которое будет не государством, а средством объединения трудящихся в грядущем бесклассовом обществе. Жизнь показала, что второй аспект оказался преждевременным и утопическим, как и вся концепция мировой революции, которой придерживался тогда лидер большевизма.

Зародившаяся советская система власти была изначально подлинно народной, исторически обоснованной и логичной, продолжением соборной традиции. Поэтому не случайно Советы стихийно возникли во всех городах страны с различными схемами выборов.

Октябрьская революция не положила начало непосредственной мировой революции, но она, несомненно, простимулировала глобальные реформистские преобразования на Западе, в результате которых трудящиеся добились значительных социальных завоеваний, а сам капитализм впоследствии принял весьма цивилизованный вид общества «социального партнерства».

Большевики всеми силами обеспечивали большинство в Советах рабочим и членам партийной элиты как самой пролетарской, в результате чего советская власть начала приобретать черты однопартийной диктатуры. Главным орудием строительства новой государственности был Совет Народных Комиссаров во главе с В. И. Лениным, который с самого начала освободился от контроля Советов и начал формирование специфического большевистского политического режима власти.

Контуры советской государственности определялись первой Конституцией РСФСР, принятой в июле 1918 года, которая одновременно стала самой первой конституцией в России в целом. Основной закон отразил влияние недавней революции и начинавшейся гражданской войны. Бывшие эксплуататоры лишались гражданских прав, исключались из политической жизни нетрудовые элементы и предусматривались неравные права для избирателей города и села. Выборы были многостепенными, что обеспечивало нужный состав всех Советов. Хотя высшими органами власти считались ВЦИК, съезд Советов и СНК, на самом деле значительно больше полномочий имел СНК — правительство РСФСР. Однако фактически действительно высшими политическими органами власти в стране были ЦК РКП (б) и Политбюро115 История государства и права России. Под ред. Титова Ю. П., Изд.: Велби, Проспект, 20085.

Государственное строительство развивалось в годы гражданской войны под влиянием задач вооруженной борьбы и социально-классового противоборства на всех уровнях общественной жизни. В этот период отмечается рост централистских и милитаристских тенденций, быстрое увеличение чрезвычайных органов во многих жизненно важных сферах. В полосе боевых действий создавались ревкомы, заменявшие Советы и проводившие чрезвычайные меры. В целом, несмотря на свою громоздкость, дублирование отдельных элементов, государственный аппарат оказался достаточно работоспособным и обеспечил условия для победы большевизма в гражданской войне. Ведущую роль в этом сыграло наличие квалифицированной политической элиты, ленинской «старой партийной гвардии», получившей в прошлом определенную образовательную и профессиональную подготовку, опыт политической деятельности и боевую закалку. Следует отметить особое значение совпадения характера, личных качеств людей, стоявших во главе революционного движения с его характером.

Несмотря на условия гражданской войны, а может быть благодаря им, внутри большевистского политического режима соблюдались определенные нормы относительной демократии и товарищеские взаимоотношения. Эта характеристика ленинского режима прослеживается в годы осуществления новой экономической политики, либерализации хозяйственных отношений в обществе и становления рыночного механизма. Однако данная тенденция начинает активно свертываться с середины 20-х гг. и заменяться противоположной, авторитарно-бюрократической115 История государства и права России. Под ред. Титова Ю. П., Изд.: Велби, Проспект, 20085.

Показать весь текст
Заполнить форму текущей работой