Помощь в написании студенческих работ
Антистрессовый сервис

Базовые социально-политические символы в массовом сознании современного российского студенчества: По результатам социологического исследования в вузах г. Красноярска

ДиссертацияПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

Результаты лингвистического эксперимента указывают на то, что динамика содержания значений политических символов обусловлена динамикой семантических структур языка. Изучение особенностей этой динамики предполагает анализ изменений семантических структур идеологических текстов и образов в контексте происходящих социальных изменений. Прежде всего, .это. .касается- .изменения схем доступа власти… Читать ещё >

Базовые социально-политические символы в массовом сознании современного российского студенчества: По результатам социологического исследования в вузах г. Красноярска (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Содержание

  • Глава I. Основы социологического анализа роли политических символов в духовной жизни общества
    • 1. 1. Сущность и специфика символистского подхода к осмыслению социальной реальности
    • 1. 2. Основные концепции социологического символизма
    • 1. 3. Методология и методика эмпирического социологического исследования социально-политических символов в сознании студентов провинциальных вузов современной России
  • Глава II. Содержание идеологически значимой символики в массовом сознании студентов Красноярских вузов
    • 2. 1. Символическое восприятие студентами социально-политических трансформаций российского общества
    • 2. 2. Символический контекст участия студентов в современном социально-политическом дискурсе
    • 2. 3. Конфликтогенный и конфликтоэлиминирующий потенциал идеологически значимых символов в сознании студенчества

Актуальность исследования.

В обществе переходного периода при неизбежном пересмотре идеологических ориентиров и отказе от старых символических форм возникает потребность в разработке жизнестойкой идеологии, интегрирующей всё общество в целом и различные социальные группы в структуре этого целого. Разработка такого рода интегрирующей идеологии невозможна без учёта символов, которые послужат наиболее ярким олицетворением целей движения и развития общества в будущем. На данный момент дискуссии о консолидирующей идеологии исходят лишь из ценностей, потребностей и интересов, а содержание символов как основных элементов, структурирующих идеологию, не учитывается и недооценивается.

Главная проблема заключается в отсутствии методической базы изучения процесса производства символов (символизации) в массовом сознании, наличии исследований отдельных сторон символа, но почти полном отсутствии исследований процесса символизации в целом, невыявленности механизмов производства символов, их воздействия на массовое сознание и восприятия отдельными социальными группами. Существует некоторая неопределенность и в вопросе, касающемся структуры символа.

В условиях современного глобализирующегося общества проблема производства символов и понимание их коммуникационного потенциала имеет особый смысл для анализа коммуникационных процессов, происходящих во всех сферах социального взаимодействия. Прежде всего, это касается изучения механизмов восприятия символов различными социальными группами, необходимого для глубинного понимания неосознаваемых процессов политической коммуникации. Символы участвуют в конструировании неосознаваемых процессов политической коммуникации и являются детерминантой восприятия политических событий и процессов. От умения эффективно использовать символы во многом зависит успешность проведения выборов и политических кампаний.

Механизм реального воздействия и последствий использования символов в социальных процессах можно понять, лишь прослеживая историческую динамику вычленения тех или иных символов из некоторых абстрактных символических систем, с которыми они связаны по происхождению. Кроме того, для понимания механизма воздействия символов необходимо учитывать и их использование в принципиально новых символических контекстах, в целях формирования, оправдания или подрыва тех или иных социальных и политических программ.

В современных российских условиях реформирования основ социального устройства актуальным становитсяизучение социально-политических символов в сознании различных социально-демографических групп, в частности, студенчества. Студенческая молодёжь является индикатором происходящих в обществе процессов. Содержание символов в сознании современного студенчества представляет устремления и ориентации этой социальной группы. Знание об идеологически значимых символах в сознании студенчества необходимо для понимания общей направленности развития российского общества.

Степень научной разработанности проблемы.

Проблема содержания социальных и политических символов в сознании различных социальных групп и их функционирования в массовом сознании относится пока к мало изученным темам современной российской социологии. Здесь необходимо отметить работы З. В. Сикевич, JI.A. Степновой. В эмпирических исследованиях З. В. Сикевич, JI.A. Степновой изучению подвергается символическое пространство современного российского общества и содержание символического сознания россиян, анализируется конкретный материал современного родержания социальных и политических символов. Наряду с этим существует ряд работ (Т.Б.Щепанская, И.В. Мостовая), где исследуется роль символа в качестве элементов социальной структуры, например, в этнографическом исследовании Т. Б. Щепанской символы выступают как маркеры молодёжной субкультуры.

Тем не менее, было сделано немало в плане интегративного исследования символа, как культурного и коммуникативного феномена. Исследование роли символа в духовной жизни общества и культуре имеет глубокую традицию в российской философии (А.Ф. Лосев, М. К. Мамардашвили, Г. С. Сковорода, П.А. Флоренский), на западе аналитические разработки касательно проблемы символа выстраивались в основном в рамках «философии символизма» (Э. Кассирер, Э. Каунт, С. Лангер, У. Урбан).

Роль знакового компонента символа раскрывается в работах по семиотике (Ю.М. Лотман, Ю. С. Степанов, Г. П. Щедровицкий, Р. Якобсон), а также в исследованиях представителей французской школы семиотики (Л.Боден, Ж. Жан, Б. Мальмберг, Ж. Натаф). Надо признать, что довольно удачной попыткой системного анализа символа и систематизации большинства существующих концепций символа является работа Ц. Тодорова.

На современном этапе в России концептуальному анализу категорий культуры и проблеме содержания символа посвящены работы Ф. Ю. Албаковой, В. И. Антонова, Г. Д. Гачева, В. А. Масловой, Е. Созиной, О. Г. Щербининой.

В.И. Антонов рассматривает символ не только как культурологическую категорию (на конкретных примерах анализируется содержание символов в обществе и культуре Японии и Китая), но и как агент, принимающий активное участие в идеологическом процессе. В то время как у О. Щербининой исследование символа связано с раскрытием содержания конкретных символов в традиционной русской культуре, у Г, Гачева образная сторона символа представляет собой строительный материал духовного и психологического представления о «космосе» в различных культурных «мирах».

У Г. Г. Почепцова и JI.B. Борисова проблема символа главным образом связана с его участием в процессе политических (рекламных) коммуникаций.

Место социальной символики и ей роль в духовной жизни общества анализируется в работе А. В. Плаховой. К этому можно добавить исследования роли и функции символа в науке и познавательном процессе у С. В. Кисловой, О. М. Колотуши, В. М, Крюкова, А. С. Поскутовой, К. А. Свасьян, Г. В. Хомелева, И. И. Чудновской, А. И. Щербинина.

Большое внимание в последние годы стало уделяться национальной символике и её роли в формировании политической и национальной идентичности (М. Гротьян, П. Дим, А. Дёрнер, К. Моррис, Д. Норман, В. Тэйлор, У. Хедетофт).

Функционирование символов не уровне индивидуального сознания стало объектом внимания психологии, главным образом — её психоаналитического направления, рассматривающего символ как одну из сущностных характеристик человеческого сознания и подсознания, влияющую на все сферы психической жизни (К. Г. Юнг, Э. Сепир, О. Ранк).

Результатом совместной деятельности лингвистов, историков, психологов, искусствоведов и представителей других специальностей появились многочисленные словари (В. Бауэр, В. Бидерман, Дж. Купер, Х. Э. Кэрлот и др.). Надо признать что, несмотря на авторитетность вышеперечисленных словарей, они направлены на охват всех существующих символов, внимание главным образом уделяется истории (этимологии) и описанию.

Обращает на себя внимание небольшое количество работ, посвященных исследованию национальных, культурных и этнических символов, их актуализации в различных формах и институтах культуры, в первую очередь в искусстве и религиозно-конфессиональных явлениях. В этой связи можно отметить следующие работы: Ю. С. Степанов, «Константы: 6 словарь концептов русской культуры" — М. Chebel, L. Hamani «Symbols of Islam», «Symbols of Judaism" — P. Diem «Symbole der Osterreich" — T.H.Eriksen, «Typisk norsk?».

В современной социологической теории определились две парадигмы исследования символов. Во-первых, это микросоциологическая парадигма, базовой концепцией которой можно считать концепцию символического интеракционизма (Г. Блумер, Дж. Мид, Т. Шибутани). Здесь символы рассматриваются как содержание социальных взаимодействий, где внимание фокусируется на интеракционных системах «личность — личность» и «личность — группа». Во-вторых, это макросоциологическая парадигма (П. Сорокин, Т. Парсонс, Р. Мертон), в рамках которой оценивается значимость культурных символов в опосредовании социального действия и взаимодействия между личностью и социальной системой.

В концепциях П. Бергера и Т. Лукмана, символы определяются как «матрицы социально объективированных реальных значений» символические универсумы, посредством овладения символическими системами становится возможным процесс социального конструирования реальности.

В концепции коммуникативного действия Ю. Хабермаса, важным является тезис о том, что воспроизведение символических структур жизненного мира способствует сохранению и обновлению знаний, повышению стабильности и групповой солидарности.

С точки зрения процессуальной трактовки функционирования символа в социуме важным стало выдвижение категорий символического насилия, символического пространства, символического капитала в работах по проблемам социологии политики у П. Бурдье и символической природы политической борьбы у П. Шампаня.

Центральным понятием, без которого нельзя себе представить исследование феномена символа и его содержания в контексте его взаимодействия с социумом является «массовое сознание». Исследования на этот счёт можно найти у таких представителей западных школ социальной теории как Л. Альтхузер, Ж. Бодрийяр, Э. Канетти, Г. Лебон, С. Московичи, Г. Тард, представителей франкфуртской школы — Г. Маркузе, Ю. Хабермаса. Известны также исследования на тему коллективного сознания и коллективного поведения у Н. Смелзера, Г. Блумера.

В России исследованиями массового сознания занимались С. И. Григорьев, Б. А. Грушин, О. А. Гулевич, Б. Г. Капустин, И. М. Клямкин, В. Н. Кузнецов, А. Н. Кулик, Т. Кутковец, В. В. Лапкин, В. Г. Немировский, В. И. Пантин, С. В. Туманов, Ж. Т. Тощенко и др. Однако, несмотря на солидный объем публикаций, посвященных исследованиям массового сознания и теоретической разработке понятий, четкой методологии исследования массового сознания пока не предлагается.

В этой связи, целесообразным следует считать подход к изучению массового сознания путем анализа отдельных пластовего содержания в определенных социально-демографических группах. Примером подобного рода исследований массового сознания являются работы В. Г. Немировского и С. И. Григорьева, посвященные изучению и анализу базовых ценностей и представлений у молодежи, в частности, студенчества. Картина мира студенческой молодежи как социальной группы и динамика ее развития становится важным показателем глубины изменений в обществе, поэтому для глубинного ее рассмотрения необходимо обратиться непосредственно к методологии исследования картин мира.

Важнейшей проблемой, связанной с методологией исследования картин мира, является взаимоотношение сознания и языка. Роль языка в изучении феномена сознания описывается в трудах Л. С. Выготского, В. В. Давыдова, А. Н. Леонтьева, А. Р. Лурии. Общегуманитарная методология исследования картины мира как отражения социокультурной реальности посредством анализа ее репрезентации в языке обсуждается в работах Ю. Д. Апресяна, А. Л. Вассоевича, Г. Д. Гачева, А. Я. Гуревича, В. В. Колесова, В. Ф. Петренко, В. Н. Топорова.

Изучение символического аспекта массового сознания на примере содержания базовых социально-политических символов подразумевает исследование закономерностей и специфики развития различных символов в сознании представителей определенной социально-демографической группы.

Объект исследования: символический аспект массового сознания современного студенчества.

Предмет исследования: базовые социально-политические символы в массовом сознании современного российского студенчества.

Цель диссертационного исследования: изучение базовых социально-политических символов в массовом сознании студенчества, значимых для выработки консолидирующей российское общество идеологии.

Цель исследования определяет постановку и решение следующих задач:

1. Проанализировать массовое сознание студенческой молодежи г. Красноярска с позиции содержания базовых социально-политических символов.

2. Выделить бессознательно декларируемые ценности, лежащие в основании оценок студентами социальных и политических реалий и выявить скрытые ценностные параметры, которые определяют содержание символов.

3. Выделить структуру значений символа на основании принципа минимального универсума.

4. Выявить доминантные понятийные политические символы, которые являются идеологически значимыми для студенческой молодёжи.

5. Определить роль и место государственной символики в массовом сознании студенчества.

6. Выделить главные особенности содержания политических символов в сознании студенчества в современной России и проанализировать основные противоречия, отраженные в содержании символов.

В основу исследования были положены следующие гипотезы:

Основная гипотеза: Доминирующие ценности студенчества выявляются на основе актуального содержания базовых социально-политических символов, в частности, на основе анализа содержания понятийных политических символов.

Гипотезы-следствия:

1) Структура символа определяется на основании принципа минимального универсума.

2) Содержание символов в сознании студенчества в российском обществе характеризуется отсутствием доминантного понятийного политического символа, способного интегрировать и мобилизовать студенческую молодежь как социальную группу.

3) Официальная государственная символика не является доминантой в сознании студенчества г. Красноярска.

4) Восприятие социальной действительности студенческой молодёжью находится в противоречии с символическим полем, сконструированном субъектами процесса политической коммуникации: политическими деятелями и представителями государственной власти.

5) Понятийные политические символы проявляются в массовом сознании на двух уровнях — когнитивном и эмотивном. Идеологическая роль символов связана с взаимодействием этих двух структурных уровней символа. При этом понятийные политические символы в сознании студенчества имеют оценочную компоненту.

Теоретико-методологическая база исследования.

Необходимо отметить значимость следующих концепций, взятых за теоретико-методологическую основу исследования и сформировавших единую парадигмальную установку, наиболее адекватную цели и задачам нашего исследования.

В основу работы легли социально-философские концепции символизма. В частности, теории М. Мамардашвили и A.M. Пятигорского.

Методологически полезными оказались положения, разрабатываемые в рамках универсумной социологии (В.Г. Немировский), одним из важнейших с подходов которой является принцип минимального универсума, использованный нами в качестве теоретического основания для построения модели символа, как динамически развивающейся системы.

Исследование символического аспекта массового сознания в данном исследовании было основано на 1) концепции символической организации опыта, разработанной в русле символического интеракционизма (Т. Шибутани, Дж. Мид, Г. Блумер), а также 2) концепции легитимации институционального порядка символическими универсумами (П.Бергер, Т. Лукман) и 3) положений, касающихся понятия символический капитал и символическая власть в социологии политики П. Бурдье.

Для интерпретации полученных данных мы воспользовались методологическими положениями, разработанными в рамках феноменологической социологии: в основном это этнометодология Г. Гарфинкеля.

В развитии проблематики, связанной с вопросом выработки объединяющей идеологии, роль теоретико-методологической базы сыграли: концепция консолидирующей идеологии (геокультурный подход) В. Н. Кузнецова, концепции интегративной идеологии Б. Г. Капустина, Н. А. Косолапова, теория «переводимости» политического сознания и идеологии (М.В. Ильин), концепции идеологии как 1) семиотической системы (М.Бахтин) 2) языка (Л.Альтюссер) 3) культурной системы (К.Гирц), принципы критического анализа дискурса в применении к анализу идеологии (Т.Ван Дейк).

Также в качестве методологически значимых необходимо признать следующие социологические теории ценностей: теория трансформации ценностей в постматериалистическом обществе (Р. Инглхарт), теоретико-методологические разработки в рамках исследования ценностей в реформируемой России (Б.Г.Капустин, И. М. Клямкин, Н. И. Лапин,.

В.С.Магун, В.Г.Немировский).

Научная новизна:

Обращение к проблеме социально-информационной сущности символов, анализа их содержания и коммуникативного потенциала определяет новый аспект изучения неосознаваемых аспектов коммуникации в социуме. К t основным научным результатам, полученным в результате проведённого исследования, и важным элементам содержания диссертации, доказывающим её новизну и значимость, относятся следующие положения.

1. На основе социологического подхода был осуществлён анализ социально-политических символов, впервые рассмотрена взаимосвязь символов и ценностей в массовом сознании студенчества.

2. Раскрыта эвристическая ценность принципа минимального универсума в качестве методологической основы исследования символа как динамически развивающейся системы. На основе принципа минимального универсума выделена и подробно описана коммуникативная структура символа и его значений.

3. Проанализирован потенциал символа в создании консолидирующей идеологий. Символ анализируется как необходимый элемент структуры массового сознания, который играет важную роль в создании интегрирующей идеологии.

4. Для глубинного анализа политического сознания студенческой молодёжи была предложена модель реконструирования содержания базовых социально-политических символов в, сознании студенчества.

5. Выявлено и проанализировано содержание базовых социально-политических символов в сознании студенчества в период становления нового типа государственности в России.

6. Выделены главные особенности содержания социально-политических символов в сознании студентов вузов г. Красноярска.

7. Проанализирован конфликтогенный и конфликтоэлиминирующий потенциал символов. Показано, каким образом символы могут участвовать в производстве конфликтов.

На защиту выносятся следующие положения:

1. Политический символ — это рациональное и иррациональное отражение политической и социальнойреальности в знаковой форме, характеризующейся когнитивностью (концептом), образностью и использованием в политическом лексиконе.

2. В контексте методологического принципа минимального универсума в коммуникативной структуре символа выделяются четыре уровнякогнитивный, эмотивный, архетипический и иррациональный.

3. Взаимодействие когнитивного и эмотивного содержания в политических символах в массовом сознании студенчества имеет наибольшую идеологическую значимость.

4. В массовом сознании студенчества официальная государственная символика не выступает в качестве доминанты.

5. Наиболее значимыми в сознании студенческой молодёжи являются символы, которые содержат концепт силы {государство, политические партии, армия, вооружение, космос, наука, интеллект, экономика, финансы, социальный статус личности и т. д.). Силу можно считать доминирующей полубессознательно декларируемой ценностью в сознании современного студенчества.

6. Переход от одного типа идеологии к другому влечёт за собой трансформации в когнитивном содержании символа. Когнитивное содержание символа труд в массовом сознании качественно изменилось. В сознании студенчества труд осмысливается как право, а не как обязанность.

7. Символическое восприятие социальной действительности студенческой молодёжью находится в зависимости от тех значений символов. Которые сконструированы субъектами процесса политической коммуникации. На когнитивное содержание политических символов в сознании студенчества наибольшее воздействие оказывают следующие факторы: современная массовая культура, содержание и форма публикаций в СМИ, поведение и к высказывания политических лидеров.

8. Учёт когнитивного содержания символов, распространённых в массовом сознании, является обязательным условием формирования идеологии, способной консолидировать современное российское общество. Теоретическая значимость работы.

Работа вносит вклад в развитие теоретико-методологической базы исследования идеологически значимых символов в сознании студенчества и роли символов в духовной жизни студенческой молодёжи. В работе доказывается эвристическая полезность методологического принципа t минимального универсума для анализа структуры символа. На основе комплексного анализа существующих концепций символа выделяется коммуникативная структура символа, которая имеет ценность для анализа процесса символизации в контексте изучения глобальных социальныхпроцессов. В исследовании разработана модель, которая может быть использована для социологического анализа символов в сознании других социальных групп.

Щей и выводы, которые содержатся в работе, имеют полное основание быть учтёнными при формировании интегрирующей российское общество t идеологии, предназначенной не только для повышения гражданской солидарности, но и для мотивации достижения лучшего качества жизни и обретении устойчивого порядка в обществе. Идентификация символов, способствующих интеграции и олицетворяющих высокие смыслы, имеет значение для создания общемобилизующей всё общество идеи и стратегии движения.

Результаты, полученные в ходе исследования и выводы, содержащиеся в работе, достаточны для проведения сравнительных исследований содержания социально-политической символики в сознании различных социальных групп.

Осмысление роли символов, их коммуникативного и интегрирующего потенциала в новом ключе затрагивает проблематику преодоления духовного t кризиса и обозначения духовных ориентиров в современном обществе, что является важным моментом для углубления социологии духовной жизни, в частности социологического анализа духовной жизни студенчества.

Исследование проводилось с использованием как традиционных социологических методов исследования (анкетный опрос), так и с привлечением методов других гуманитарных наук, значительно оптимизирующих выполнение поставленных задач в рамках социологического исследования. Отсюда возможность практического выхода на многие смежные с социологией науки: социальную антропологию, социальную психологию и политическую психологию.

Практическая значимость диссертационной работы заключается в том, что в исследовании предлагается новый ракурс в изучении неосознаваемых аспектов политической коммуникации и механизмов глубинного восприятия реалий социально-политического порядка. Выводы и результаты, полученные в ходе исследования, применимы в области политтехнологий и связей с общественностью. В первую очередь, это касается практики социально-психологических сопровождения избирательных кампаний для построения адекватных технологий их организации, выбора соответственных стратегий проведения кампаний агитации и контрпропаганды.

Результаты исследования могут быть использованы для глубинного анализа неосознаваемых мотивов, побуждающих индивидов к тем или иным социальным действиям, с целью прогнозирования и предотвращения массовых конфликтов. В эпоху войн и массовых межэтнических и межконфессиональных конфликтов реконструирование и исследование символического содержания массового сознания в разных культурах и социальных группах можно принять за своеобразную технологию.

Исследование символических доминант в отношении определённого объекта действительности в социальной группе является одним из инструментов изучения приоритетности тех или иных социальных проблем, и, соответственно, прогнозирования и выработки стратегии их решения в будущем и создании эффективных социально-экономических и идеологических программ, адекватно глубинных фундаментальным потребностям социума.

Изучение интегрирующих социальную группу символов необходимо в целях снижения уровня социальной напряжённости между различными социальными группами. Интегрирующие на макроуровне символы способны значительно повысить уровень организации социума, что является одним из важных условий достижения социальной стабильности в обществе.

Изучение доминирующих ценностей и соответствующих им символов, в определённой половозрастной группе, несомненно, представляет большую ценность в изучении психологии потребления (маркетинговых исследованиях).

Полученные данные могут использоваться в практике преподавания и при разработке учебных курсов по социологии, социальной антропологии, социологии культуры, культурологии, социологии политики.

Апробация работы.

Основные положения диссертационного исследования составили основу выступлений и докладов на: международной конференции «Распад СССР: 10 лет спустя» (Москва, июнь 2001), межрегиональной научно-теоретической конференции «Региональные социологические школы на пороге XX века» (Красноярск, 2001), международной конференции «Inside outside in: emotions, body and society» (Измир, май 2003).

Структура и объем работы.

Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованной литературы, приложений.

Результаты исследования демонстрируют, что в массовом сознании студенчества официальная государственная символика не играет роли доминантного интегрирующего символа, хотя и артикулируется как довольно значимый вид символики. На основании сопоставления различных групп символов можно сделать вывод, что в массовом сознании студенческой молодёжи ценностную значимость имеет концепт сила. Это можносвязать,.с ощущением её. недостачи как основного социальнополитического качества необходимого современной России. Концепт сила выступает в роли доминирующей бессознательно декларируемой значимой ценности в сознании студенчества.

Несмотря на то, что в сознании студенческой молодёжи г. Красноярска отсутствуют доминантные понятийные политических символы, которые смогли бы значительно повысить интегрированность и мобилизационный потенциал студенческой молодёжи, важную роль играет фигура символической личности. С одной стороны, это говорит о том, что кризисное состояние общества в духовной и материальной сферах, ощущение нестабильности и неясности будущего требует принятия массовым сознанием значимых символов-личностей, что свидетельствует о существующей в сознании студенчества позиции ожидания соцальных изменений извне и предоставления гарантии безопасности со стороны государства, властных структур.

С другой стороны, данные исследования указывают 1) на существующую необходимость выработки идеологически значимых символов и 2) имеют практическую значимость для создания интегрирующей идеологии и определения приоритетных направлений, где создание и доработка идеологически значимых символов наиболее необходимы. Содержание уже существующих символов требует обновления, придания им новой смысложизненной компоненты, только тогда возможна консолидация всего общества и студенчества в том числе.

Процесс символизации — неотъемлемый аспект социальных процессов в современном обществе. Понятийные политические символы и символы нового социального и политического порядка оказывают существенное воздействие на формирование символического аспекта массового сознания студенческой молодёжи. На основании полученных данных можно утверждать, что символическое восприятие социальной реальности индивидом, и социальной группой может находиться в остром (неосознаваемом) противоречии с заданным символическим полем, сконструированном иными акторами, действующими в этом пространстве и времени. Это в первую очередь прослеживается на примере отношения студенческой молодежи к той или иной социальной проблеме. Проблемы, сконструированные властью как социально значимые, могут не разделяться другими социальными группами. То же касается и символов. Непонимание между властями и студенчеством в сфере производства значимых символов может привести к конфликту, создание же объединяющих символов, напротив, приводит к интеграции жизненных сил в социальной группе необходимых для достижения высокого уровня качества духовной жизни.

На формирование образов власти воздействует целый ряд факторов, это и текущие политические события, и культурные традиции, и архетипы, в которых заложены схемы стереотипов. Также одним из факторов воздействия нужно признать активное взаимодействие рациональных и-иррациональных начал в человеке. Произведенный нами анализ имеющихся концепций и определений символа позволил выработать рабочую теоретическую схему анализа структуры значений символа. Принцип минимального универсума имел инструментальную значимость в выделении структуры потенциально значимых слоев символа. Эта схема, в свою очередь, послужила базой для создания операциональной схемы коммуникативной структуры символа, которая доказала свою пригодность в ходе эмпирического исследования и способствовала определению того, что идеологическую силу символ приобретает при взаимодействии в нём двух ключевых уровней структуры его значений — когнитивного и эмотивного.

Результаты лингвистического эксперимента указывают на то, что динамика содержания значений политических символов обусловлена динамикой семантических структур языка. Изучение особенностей этой динамики предполагает анализ изменений семантических структур идеологических текстов и образов в контексте происходящих социальных изменений. Прежде всего, .это. .касается- .изменения схем доступа власти к такому социальному ресурсу как дискурс, который является определяющим в процессе пополнения символического капитала. В частности доступ власти к дискурсу (прежде всего посредством СМИ) проявляется в возможности контроля коммуникативных событий с целью производства и воспроизводства символических структур, с последующей их фиксацией в сознании различных социальных групп. В результате чего происходит социальное конструирование тех или иных моментов социальной реальности путем внедрения необходимых, с точки зрения правящей элиты, образцов восприятия действительности и поведения.

В контексте проблем, поставленных в нашем исследовании, обращение к студенчеству имело ряд преимуществ. Сюда можно отнести возможности: оценить уровень способности студентов вербализовать своё отношение к феноменам социальной и политической реальностивыявить актуальное содержание базовых социально-политических символов и тем самым определить, какие символы могут обладать интегрирующим потенциалом в целях выработки интегрирующей идеологии для всей России в будущем. Обращение к символам и их содержанию в сознании студенчества является необходимым аспектом глубинного исследования духовной жизни студенческой молодёжи и консолидации её жизненных сил в целях формирования таких путей развития российского общества, которые бы в качестве ориентиров учитывали как высокие нравственные идеалы, так и насущные практические потребности различных социальных субъектов.

Заключение

.

В результате теоретического и эмпирического исследований базовых социально-политических символов в сознании студенчества г. Красноярска было установлено, что для социологического анализа социальных и политических трансформаций в обществе актуально и продуктивно обращение к символистскому подходу и использование социологической категории символ.

Проведённый анализ теоретических и практических подходов к пониманию символа и его роли в означивании социальной реальности в сознании социальной группы, позволил выделить существенные черты и качества символа, значимые при использовании символистского подхода в социологическом анализе культурной и духовной жизни общества.

Признавая эвристичность символистского подхода, мы пришли к выводу, что его применение при анализе глубинных феноменов духовной жизни общества наиболее эффективно при объединении с методологическими принципами неклассической социологии — универсумной теории и концепции жизненных сил. Особую важность анализ содержания символов приобретает при рассмотрении проблематики, связанной с социальными проблемами студенчества, это связано с процессом формирования ценностных и смысложизненных ориентаций, определяющих процесс конструирования своего будущего у наиболее активных представителей молодёжи.

Осуществлённый диссертантом анализ базовых социально-политических символов показывает, что настоящее содержание символов в сознании представителей молодого поколения россиян во многом обусловлено особенностями переходного периода современного российского общества, что выражается в индивидуализированности и гетерогенности оценки реалий нового социального и политического порядка.

Собранный в ходе исследования материал наглядно демонстрирует, что в массовом сознании студенчества происходит активное взаимодействие символов и образов идеологии советской России и постсоветской России. В структуре значения символов содержатся как реликты прошлого, так и новообразования, это касается в частности основных понятийных политических символов, используемых в политическом дискурсе, и официальной государственной символики. Многослойность и фрагментарность содержания базовых политических символов объясняется сосуществованием различных политических ориентаций в политическом сознании студенчества и различными эмоциональными доминантами символического восприятия социальных и политических реалий.

В ходе исследования мы выяснили, что анализ содержания социально-политической символики невозможен без анализа ценностей, это подтверждает наше предположении о том, что в символе содержится ценностное представление о политической и социальной реальности. Итак, выявляя содержание символов в сознании студенчества, мы выходим на бессознательно артикулируемые преобладающие в социальной группе ценности. Наряду с этим анализ символов также указывает на социальную значимость тех или иных символов в сознании студенчества и тем самым их интегративный потенциал, необходимый в выработке интегрирующей социальную группу идеологии.

Показать весь текст

Список литературы

  1. С.А. Символ//Философский энциклопедический словарь, «Панпринт» 1998
  2. Ф.Ю. Символ и традиционные фольклорные формы культуры. М., 1999
  3. В.Н. Социология политики. М., 1992
  4. В.И. Символ как культурологическая категория. М., 1992
  5. Антонов В. И. Символика в познавательном и идеологическом процессе Улан-Удэ, 1991
  6. В.И. Символ в обществе и культуре Востока. М., 1993
  7. А .Я., Прошанов C.JT. Конфликтология: междисциплинарный подход. М., 1996
  8. А.С. Россия: критика исторического опыта (социокультурный словарь) М., 1991.
  9. Ашин Г. К. «Массы» теории 11 Современная западная социология, словарь
  10. Базовые ценности россиян, социальные установки, жизненные стратегии, символы, мифы М., 2003
  11. Р. Мифологии, М., 1998
  12. П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания. М.: «Медиум», 1995.
  13. И.А. Бунт и покорность в психологии масс // Интеллигенция. Власть. Народ. М., 1993
  14. . Символический обмен и смерть. М., 2000
  15. Г. Коллективное поведение // Американская социологическая мысль М., 1996
  16. П. О телевидении и журналистике. М., 2002
  17. П. Социология политики. М., 1995
  18. В.В. Порядок и хаос в развитии социальных систем. СПб., 1999
  19. JI. Философские исследования// Новое в зарубежной лингвистике, вып. XVI
  20. Ю.Г., Рубина Л. Я. Социальный облик студенчества 90-х гг.// Социс 1997,№ 10
  21. Ю.Р. Студент 90-х социокультурная динамика / Ю. Р. Вишневский, В. Т. Шапко // Социол. исслед. — 2000. — N 12.
  22. А. Миф и символ. Иерусалим, Тарбут, 1994
  23. А.В. Типология политических конфликтов. Воронеж, 1997.
  24. . Роль политической символики как атрибута власти, 1991 Дисс.канд.философ.наук.
  25. М.К. Российское общество в условиях трансформации: мифы и реальность (социологический анализ) 1992−2002, М., Росспэн, 2003
  26. С.И. Субетто А.И. Основы неклассической социологии, 2000
  27. Дао и даосизм в Китае. М., 1982
  28. В.В. Социально-психологические особенности мифологизации политического сознания. Диссер.канд.психолог.наук
  29. Динамика ценностей населения реформируемой России, М., 1996
  30. А.В. Конфликтология М., 2000
  31. А. В. Кудрявцев В.Н., Кудрявцев С. В. Введение в общую теорию конфликтов. М., 1996
  32. Доценко E. J1. Манипуляция: психологическое определение понятия //Психологический журнал т. 14 № 4 1993 с. 134.34. «, Дугин А. Г. Мистерии Евразии, М., 1996
  33. Демоз J1. Психоистория. Ростов-на-Дону, 2000
  34. . А. Диагностика познания человека человеком (методика „тройного сходства“): Методическая разработка для психологов. СПб.: Образование, 1991.
  35. B.C., Соколов К. Б. Десять веков российской ментальности: картина мира и власть. СПб., 2001
  36. А.Г. Социология конфликта. М., 1996
  37. А.Г. Межнациональные конфликты в постсоветском пространстве. М., 1999
  38. А.Г. Потребности. Интересы. Ценности. М., 1986
  39. М.В. Слова и смыслы. Опыт описания ключевых политических понятий. М., 1997
  40. М.В. Умножение идеологий, или проблема переводимости» политического сознания//Полис. 1997.№ 4
  41. Р. Постмодерн: меняющиеся ценности и изменяющиеся общества // Полис. 1997. № 4
  42. Л.Г. Социология культуры, М., 1996
  43. . Г., Клямкин И. М. Либеральные ценности в сознании россиян // Полис. 1994. № 1.
  44. В. Пролетарская символика. М., 1978
  45. О.А. Социальная функция символа, 1997 Автореф. диссер.канд.философ.наук.
  46. Э. Техника современных политических мифов// Вестн. Моск. ун-та. сер.7. 1990.№ 2
  47. Катастрофическое сознание, 1999: с. 337−338.
  48. А.И. Учение о символах и числах в китайской классической философии. М., 1994.
  49. А. И. Луков В.А. Социология молодежи. Теоретические врпросы. М-, 1999
  50. Л.А. Завершение конфликта // Американская социологическая мысль М., 1996
  51. Н.А. Интегративная идеология для России: интеллектуальный и политический вызов // Вопросы философии, 1994, № 1 с.3−24
  52. В.Н. Российская идеология 21: Опыт социологического исследования формирования российской идеологии 21 века. — М., 2004.
  53. В.Н. О социологическом смысле идеологии консолидации: геокультурный аспект //Безопасность Евразии. 2003-№ 3
  54. В. В. и др. Эмоциональные нарушения в детском возрасте и их коррекция. М.: Изд-во МГУ, 1990.
  55. Н.И. Пути России: социокультурные трансформации. М., 2000
  56. Н.И. Ценности, группы интересов и трансформация российского общества // Социс. 1997. № 3.
  57. Г. Психология масс // Хрестоматия по социальной психологии, 1998
  58. З.И. Менталитет диаспоры.2001
  59. Леви-Стросс К., Структурная антропология. М., 2001
  60. С.М. Консенсус и конфликт. Очерки по политической социологии. М., 1987
  61. В.Т. Духовный мир и ценностные ориентации молодёжи России. СПб., 2000
  62. Ю. Семиосфера. Культура и взрыв. СПб., 2000
  63. B.C. Российские трудовые ценности в сравнительной перспективе // Социологические чтения, вып.2. М., 1997 с. 134−176 **
  64. М.М. Сравнительный словарь мифологической символики в индоевропейских языках. Образ мира и миры образов. М., 1996
  65. В. Символическое производство этничности и конфликт // Язык и этнический конфликт. М., 2001
  66. И.Г. Роль языковой картины мира в политической коммуникации // Автореферат диссер. канд. психолог, наук, Москва, 1998
  67. М.К. Символ и сознание М., 1999
  68. Г. Эрос и цивилизация. Одномерный человек: исследование идеологии постиндустриального общества, М.:2002
  69. В. А. Лингвокультурология М., 2001 Стр.95−101
  70. С. СССР: Деконструкция текста
  71. Д.А., Политика и символы, М.:Рип-холдинг, 1999
  72. С. Век толп. М., 1998
  73. И.В. Социальное расслоение: символический мир метаигры. М., 1997
  74. В.Г., Грицков Ю. Н., Павлов А.П. Образы социальной реальности, Красноярск, 1999
  75. В.Г. Социально-политические ориентации сибирской молодежи / В. Г. Немировский, А. А. Гладченков // Социс. 1996. № 9.
  76. Немировский В. Г. Современная социология, Красноярск, 2002
  77. В.Г., Невирко Д.Д, Теоретическая социология: нетрадиционные подходы, Красноярск, 1997
  78. Немировский В., Универсумная диагностика российского общества, Красноярск, 2001
  79. Образование в Красноярском крае (статистический бюллетень) Красноярск, 2001
  80. Общеобразовательные школы, высшие и средние специальные учебные заведения в Красноярском крае на начало 2000—2001 гг. уч. года (статистический бюллетень) Красноярск, 2001
  81. Ольшанский Д. В. Психология масс, СПб, 2000
  82. Е.Л. Молодежные культуры и субкультуры М., 2000
  83. Ортега-и-Гассет X. Восстание масс. М., 2001
  84. Основы социального психоанализа, М.: ТАГС, 1996
  85. От магической силы к моральному императиву: категория дэ в китайской культуре М.: 1998
  86. Е.Н. Знаки, символы, языки. М. 1980
  87. В., Лапкин В. Ценностные ориентации россиян в 90-е годы // Pro et contra. 1999
  88. В. О применении социологических теорий// Социс. 1995 № 10
  89. А.И. Миф в структуре политического сознания современного общества. Автореф. диссер. канд. философ, наук, Саратов, 1998
  90. Д. Мистическая спираль. Путешествие души. Путеводитель по космическому сознанию. М., 1994
  91. Ю.С. Политическая культура пореформенной России. М., 1994
  92. Пирс Ч. С. Логические основания теории знаков, СпбГУ, 2000
  93. Политическое сознание и его роль в перестройке и обновлении общественных отношений: итоги повторных социологических исследований // Отв. ред. Ж. Т. Тощенко. М., 1990
  94. В.А., Символы власти и власть символов // Символы и атрибуты власти. СПб., 1993
  95. В.В., Словарь международной символики и эмблематики. М., 1995
  96. Г. Г. Паблик рилейшенз для профессионалов. Киев, 1998
  97. В. Массы и фашизм. М. 1999
  98. О. Миф о рождении героя. «Рефл-бук», «Ваклер» 1 997 101." Растов Ю, А. Конфликтологическая сторона менеджмента. Барнаул, 1992.
  99. Ю.Е. Методология и методика эмпирических социологических исследований конфликтности локальных социумов. Барнаул: Изд-во АТУ, 2001.
  100. Ю.Е., Трофимова Р. А. Конфликтология. Барнаул, 1995
  101. П. В согласии со временем// Курьер Юнеско, июнь 1991
  102. JI.K. Мифы 90-х, или «вечные ценности нового поколения»// Вестник МГУ сер. 19. 2002. № 2
  103. З.В. «Образ» прошлого и настоящего в символическом сознании россиян // Социс. 1999, № 1. С. 92.
  104. Сикевич 3. Политические игры или политическая борьба: партии, движения, ассоциации глазами социолога. Л., 1991
  105. Современное общество и личность в социологии жизненных сил человека. Том 2. Социокультурные основы эволюции жизненных сил / Под ред. С. И. Григорьева, Л. Д. Деминой. Барнаул, 1999
  106. П. А., Человек. Цивилизация. Общество. Москва, 1992
  107. Е. Символ http://www.poetical .narod.ru
  108. Специфика противоречий и конфликтов в период системной трансформации в Польше // Социальные и гуманитарные науки. Социология. 1998, № 4 с.72−89
  109. Е.И. Конфликтология переходного периода: Методологические, теоретические, технологические проблемы. М., 1996
  110. Ю.С. Константы: словарь концептов русской культуры. М., 2001 Стр. 43−83
  111. Л.А. Социальная символика России // Социс, 1998, № 7
  112. В.М. Некоторые тенденции развития массового политического сознания на современном этапеhttp:// stat.bashedu.ru/ strncol/vestnic/magaz 1 4/sukhanov.htm
  113. Тихомиров А., Трактаты, Воронеж, 1993
  114. В., Символ и ритуал. М., 1983
  115. Тер-Минасова С.Г., Язык и межкультурная коммуникация, М., 2000
  116. Л. Н. Политическая конфликтология. М., 1996.
  117. В. А. Очерки теории и политики этничности в России М., 1997
  118. Ц. Теории символа. М., 2000
  119. Э. Шок будущего, М., 2001
  120. .Т. Парадоксальный человек. М., 2001
  121. С.В. Современная Россия: массовое сознание и массовое поведение (опыт интегративногго анализа). М., 2000
  122. Этика и ритуал в традиционном Китае. М., 1992
  123. П.А. Магичность слова// У водоразделов мысли http://www.humans.ru
  124. Фрейд 3., Психология масс // Хрестоматия по социальной психологии. 1998
  125. Ю. Моральное сознание и коммуникативное действие. М. 2000
  126. Г. К. Некоторые вопросы развития массового политического сознания. // Мэ и Мо. 1979, № 6. С. 126−127.
  127. К. Истина мифа. М., 1996
  128. Ценности и символы национального самосознания в условиях изменяющегося общества. М., 1994
  129. Ценности социальных групп и кризис общества: Сб. ст. / Отв. ред. Н. И. Лапин. М., 1991
  130. А.Н. Социально-политический конфликт теоретические и прикладные аспекты. М.1993
  131. А.Н. Управление конфликтами. М., 1 995 135) Шампань П. Делать мнение: новая политическая игра. М., 1997
  132. Р.Ж. Политическая социология. М., 1992
  133. Е.И. Семиотика политического дискурса. М., Волгоград: 2000
  134. Е.И. Вербальная агрессия в политическом дискурсе// Вопросы стилистики: межвуз.сб.науч.тр. Саратов, 1999
  135. Т. Социальная психология. Ростов-на Дону, 1998
  136. В.Э. Проблемы репрезентации социологической информации М.: Статистика, 1976.
  137. А. Д. Русский язык и внеязыковая действительность. Языки славянской культуры. М., 2002
  138. Г. П. Знак. Значение. Смысл.// Избранные труды, М., 1995
  139. Т.Б. Символика молодёжной культуры. СПб. 1993
  140. О.Г. Символы русской культуры. Е.-бург, 1998
  141. Эко У. Отсутствующая структура: введение в семиологию, 1998,
  142. М. Тайные общества: Обряды инициации и посвящения, София, 2002
  143. Т.Х. Глобализация и норвежская нация, http://odin.dep.no
  144. Юнг К. Г. Бог и бессознательное. М., 1998
  145. Юнг К. Г. Сознание и бессознательное, СПб-Москва, 1997, с.78−79
  146. Bell D. The end of ideology. NY., 1965
  147. Bennet L. Culture, communication and political control. Culture political change — New Brunswick, 1983
  148. Bourdieu P. Language and Symbolic Power. Cambridge: Polity Press, 1991.
  149. A. (2000) Studying Political ideas: A public Discourse Approach // Political studies, 48
  150. Cohen A. The Lesson of Ethnicity // Urban Ethnicity / A. Cohen4ed.). London, Л 974. — P. X).
  151. Diem P. Die Symbole der Osterreich, Wien. 1998
  152. Dijk Т.A. van. Political Discourse and Political Cognition (Congress Political Discourse, Aston University, July 1997: first draft) // http ://www.let.uva.nl/~teun/
  153. Dorner A. Politischer Mythos und symbolische Politik. Opladen: Westdt. Verl. 1995
  154. Edelman, M. (1960) «Symbols and political Quiescence», American Political Science review, 54
  155. , M. «The symbolic Uses of politics», London: University of Illinois Press, 1964
  156. M. (1974) «The political language of the helping professions», Politics and Society 4.
  157. J. «The battle of Symbols», http://www.symbolism.org
  158. Grotjahn M. Die Sprache des Symbols Der Zugang zum unbewusster/ Munchen, 1977
  159. Gudkov L. Ich hasse also bin ich // Osteuropa, 52 Jg., 8/2002
  160. Harrison S. Four types of symbolic conflict//Journal of the royal Anthropological Institute, June 1995 v. l n.2
  161. Hodge R. And Kress G. Language as Ideology. London and New York: Routledge
  162. Kornhauser W. The politics of mass society. N.Y. 1960
  163. G., «Critical Discourse Analysis,» Robert Kaplan, ed., Annual Review of Applied Linguistics, II, 1990.
  164. Kress G. Linguistic processes in sociocultural practice Oxford University Press, 1989
  165. Laswell H. Psychopathology and politics, Chicago: University of Chicago Press, 1977
  166. Mazrui A. The political sociology of the English language/ Mouton-, The Hague, 1975.
  167. Robertson J. O. American myth, American reality N.Y., 1980
  168. Seriot P. Analyse du discourse politique sovietique. Institut d" Etudes slaves 1985
  169. Taylor Ch. The Politics of Recogniton // Multiculturalism and the Politics of Recognition / A. Gutmann (ed.). Princeton, 1992.
  170. Schiffrin D., Tannen D., and Hamilton H.E. (Eds.) 2001 Handbook of Discourse Analysis. Oxford: Blackwell publishers
  171. Wiener A. Magnificent mythological patterns of control in postindustrial society Oxford, 1978
  172. Wodak R., ed., Language, Power and Ideology: Studies in Political Discourse (London: Benjamin’s Publishing Company, 1989).
Заполнить форму текущей работой