Помощь в написании студенческих работ
Антистрессовый сервис

Изобразительная деятельность населения Западной Сибири эпох бронзы и железа: К проблеме междисциплинарного изучения

ДиссертацияПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

Интерес к прошлому западносибирского региона активно стимулирует исследовательскую мысль на протяжении более трехсот лет. Цель этого стремления состоит в воссоздании образа жизнедеятельности, мироощущения, «модели мира» древнего населения. Основными источниками для получения необходимой информации являются, прежде всего, данные археологии, а также этнографии, антропологии, дополненные сведениями… Читать ещё >

Изобразительная деятельность населения Западной Сибири эпох бронзы и железа: К проблеме междисциплинарного изучения (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Содержание

  • Глава 1. Общая характеристика состава находок с антропо- и зооморфными образами на территории Западной Сибири
    • 1. 1. История находок и география их распространения
    • 1. 2. Приемы описания находок
    • 1. 3. Практика воспроизведения
  • Глава 2. История изучения антропо- и зооморфных образов в качестве археологических источников
    • 2. 1. Хронология находки
    • 2. 2. Предмет искусства как характеристика археологической культуры и историко-культурных связей
    • 2. 3. Семантика и прагматика образов
  • Глава 3. История изучения антропо- и зооморфных образов как предметов искусства
    • 3. 1. Морфология древнего искусства Западной Сибири. Проблема классификаций
    • 3. 2. Применение категории «стиль» при описании и анализе предмета искусства
    • 3. 3. Древнее искусство Западной Сибири в контексте всеобщей истории изобразительных искусств

Интерес к прошлому западносибирского региона активно стимулирует исследовательскую мысль на протяжении более трехсот лет. Цель этого стремления состоит в воссоздании образа жизнедеятельности, мироощущения, «модели мира» древнего населения. Основными источниками для получения необходимой информации являются, прежде всего, данные археологии, а также этнографии, антропологии, дополненные сведениями из области естественных наук. Одним из самых содержательных типов археологических источников, с точки зрения разнообразия вложенной в него культурной информации, следует назвать предмет, включающий изображение. Кроме сведений о материальной сфере, данный тип источника предоставляет информацию для реконструкции мифологических представлений, ритуально-магической практики, социальной коммуникации, а также эстетических предпочтений древнего и средневекового населения Западной Сибири. Этот тип источника также привлекает к себе внимание представителей гуманитарных дисциплин, изучающих особенности творчества в их историческом развитии: истории искусств или, шире, искусствоведения. Таким образом, древнее и средневековое искусство находится в поле зрения многих дисциплин, но, прежде всего, тех из них, для которых вещественные результаты изобразительной деятельности, входят в круг основных предметов исследования, т. е. археологии и искусствоведения.

За прошедшие три столетия представителями этих наук проделана значительная работа по классификации, систематизации, датировке и определению культурной принадлежности, а также интерпретации роли изображений в жизни древнего и средневекового общества. К настоящему времени проделанная работа требует систематизации и обобщения (Гурьянова Г. Г., 19 976, 1998а, 2000а).

В название темы исследования вынесено понятие «изобразительная дея4 тельность». Проблема употребления адекватной терминологии по отношению к предметам древности и средневековья, имеющим изобразительный ряд, далека от единственного решения. Аргументированы и доказательны доводы, приводящиеся многими исследователями в пользу применения термина «изобразительная деятельность» по сравнению с термином «изобразительное искусство» (работы A.A. Миллера, Б. Б. Пиотровского, В. Н. Чернецова, О.П. Чен-ченковой, Я.А. Шера). Термин «искусство» в отношении первобытности часто используется и для характеристики всего вещественного мира, созданного искусно, т. е. соразмерно функции и материалу. Исследователь первобытного (доисторического) искусства Т. Пауэлл подчеркнул, что всеобщим признаком искусства, объединяющим современных и древних мастеров, является «наличие согласия или гармонии» в изображении или предмете (Powell T.G.E., 1966, р. 7). Данный признак можно действительно применить и для характеристики результатов орудийного производства, керамики. С другой стороны практика археологических исследований 1980;1990;х годов ввела дефиницию «изобразительное искусство» в отношении древности и средневековья Западной Сибири в письменную традицию (работы этих лет Ю. В. Балакина, Б. А. Коникова, В. И. Матющенко, В. А. Могильникова, В. И. Молодина, C.B. Студзицкой, JI.A. Чиндиной и др.).

Проблема использования терминов «искусство» или «изобразительная деятельность» связана с точками зрения на предмет представителей разных эпох. Человеком древности и раннего средневековья западносибирского региона (носителем мифологического мышления) деятельность по созданию предметно-пространственной среды осмыслялась и как одна из составляющих ежедневного быта, и как олицетворение взаимодействия микрои макрокосмоса.

С точки зрения представителя культуры второй половины XX столетия этот процесс в частном своем проявлении попадает под определение «изобразительная деятельность». Ценность данного термина состоит в отсутствии ак5 цента на эстетически совершенном результате деятельности. Термин уточняет особенность отношения к этой сфере и представителя древних и средневековых культур. Дефиниция «искусство» дополняет «изобразительную деятельность» разнообразием функций, интересом не только к процессу, но и к результату. Понимание термина «изобразительное искусство» вбирает в себя и соответствие ремеслу, и воплощение образа мира в условных фигуративных или знаковых формах. Применение термина «изобразительное искусство» к предметам древности и средневековья отражает мышление современного человека.

Учитывая вышесказанное, автор данной работы избирает самое широкое толкование дефиниции «искусство», хотя и солидарен со многими исследователями, применяющими к творчеству дописьменных культур понятие «изобразительная деятельность». В нашем исследовании термины «изобразительная деятельность» и «изобразительное искусство» рассматриваются как близкие и взаимодополняющие. Так как применение морфологической терминологии современного искусствознания не всегда допустимо в отношении древнего и средневекового искусства, а понятие, объединяющее результаты художественной деятельности, необходимо, то находки, содержащие образное начало, объединены в данной работе под общим понятием «предмет искусства». Когда же понятийное поле находки не нуждается в строгой определенности, когда требуется лишь очередной раз упомянуть данную категорию источника, автор считает возможным употребление аббревиатуры ПИ («предмет искусства»).

Из всего спектра находок, связанных с изобразительной деятельностью, для данного исследования выбраны те предметы, которые содержат антро-по-, зоо-, орнитоморфные и сложные, т. е. объединяющие два и более образов, изображения. Концентрация внимания на предметах, содержащих образное начало в отличие от знаковых ритмов орнаментальных рядов, является отражением того естественного внимания, которое изначально было проявлено к 6 этому типу археологического источника. Эта категория источника наиболее продуктивно использована в исследованиях, как с точки зрения археологии, так и искусствоведения. Изучение геометрического орнамента и дизайна предметов быта и вооружения как области искусства должно рассматриваться отдельно. Разнообразие методик их анализа, интерпретаций требуют особой структуры исследования.

Актуальность исследования заключается в том, что осмысление значительного объема материала по искусству Западной Сибири, накопленного к настоящему времени, неравномерно, неравноценно и требует систематизации и анализа. Подобный обзор поможет определить главенствующие концепции изучения изобразительного искусства и выявить область мало изученного. Изучение антропои зооморфного материала должно привлечь внимание специалистов смежных наук к созданию полного Свода находок предметов искусства на территории Западной Сибири.

Обращение к древнему и средневековому искусству западносибирского региона находит свое отражение в образовательном процессе высшей школы и в художественной практике современности. Изучение форм и тем традиционного искусства востребовано с точки зрения понимания особенностей развития местной или локальной культуры.

Актуальность работы заключается также в том, что рассматриваются накопленные факты, как с точки зрения археологии, так и искусствознания. Необходимо отметить, что археология и искусствоведение как области знания появились одновременно и, по началу, как единое целое. Имена графа де Кейлюса, И. И. Винкельмана неотделимы от генезиса обеих областей научного знания (Базен Ж., 1995, с. 71−82). Зарождавшиеся науки вышли из общего истокаизучения предмета искусства классической древности, чья принадлежность к искусству не только не вызывала сомнений, но и служила эталоном. В XIXначале XX века в российской археологии выделилась область древнего искус7 ства, связанная с античными причерноморскими городами, а также со скифской культурой. Прикладные изделия скифов прочно вошли в сферу изобразительного искусства. Исследования находок Алтая, Южной Сибири, связанных со скифо-сибирским миром, уверенно используют терминологию искусствоведения. Эстетическое совершенство этих находок не подвергается сомнению, как, следовательно, и их принадлежность к области искусства (Боровка Г. И., 1931; Познанский B.C., Ларичев В. Е., 1997).

В конце первой трети XX столетия в отечественных археологии и искусствоведении появляются работы, посвященные общим проблемам первобытного искусства. На первое место в них поставлены вопросы генезиса искусства (Айналов. Д.В., 1929; Миллер A.A., 1929; Гущин A.C., 1937, 1939; Иванов C.B., 1932; Пиотровский Б. Б., 1932). Следует подчеркнуть, что первые обобщающие работы по древнему искусству, если и не были фактологически обширны (рассуждения строились исключительно на примерах первобытной изобразительной деятельности населения Западной Европы), то с точки зрения развития теоретических посылок, эти работы точно отражают свою эпоху и очень показательны. Тезис A.A. Миллера о том, что основа изобразительной деятельности — преобразование материала и придание ему желаемой формы с одной стороны отражает развитие формальных взглядов в практике и теории искусства 1910;1920;х годов, а с другой — объединяет цели археологического и искусствоведческого исследований древнего искусства. При этом автор аргументировано доказывает правомочность использования понятия «изобразительная деятельность», в отличие от понятия «искусство» (Миллер A.A., 1929, с. 11, 16). Присутствие подобной статьи в томе «Истории искусства» говорит о востребованности данных исследований и в искусствоведении.

О близости задач археологии и искусствоведения свидетельствует существование в 1920;е годы научно-исследовательского института археологии и искусствознания (Кызласов JI.P., Левашева В. П., 1967, с. 7), а также горячие при8 зывы Н. Я. Марра к археологам и искусствоведам по определению задач и методов исследовательской работы (Марр Н.Я., 1928).

В первой половине XX столетия тесное взаимодействие отечественных археологии и искусствознания происходит в области теоретических проблем, связанных с самыми ранними стадиями развития искусства. В качестве примеров приводятся всемирно известные (и бесспорные с точки зрения принадлежности к области искусства) находки Западной Европы. В середине XX века связь обеих наук проявляется в том, что археологи с успехом используют терминологию науки об искусстве. За искусством закрепляется особый раздел в реконструкции особенностей жизни древности — область духовной жизни.

К концу 1960;х и в особенности в 1970;е годы в отечественной археологии происходит очередной всплеск интереса к теоретическим проблемам, связанным с изучением первобытного искусства (Володин Э.Ф., 1969). На страницах журналов «Советская этнография» и «Советская археология» проводятся оживленные дискуссии по вопросам хронологии наскальной живописи и генезиса палеолитического искусства, в которых принимают участие В. Н. Чернецов, А. П. Окладников, A.A. Формозов, А. Д. Столяр. Археологи подготавливают издание томов «Истории искусства народов СССР» (Левашова В.П., 1971; Окладников А. П. 1971; Чернецов В. Н., Мошинская В. И., 1971; Формозов A.A., 1971). Публикуются монографии и статьи, где область изобразительного творчества рассматривается и как исторический источник (Абрамова З.А., 1966; Мошинская В. И., 1976аСтудзицкая C.B., 1969; Чиндина Л. А., 1968), и как область искусства (Федоров-Давыдов Г. А., 1976). В конце 1960;х -1970;е годы археологи пишут научно-популярные книги по древнему искусству (Окладников А.П., 1967; Формозов A.A., 1966, 1969, 1980). В 1980 году выходит в свет монография Я. А. Шера, посвященная петроглифам Азии, в которой впервые в российской археологии применяется методика анализа, основанная на выявлении формальных признаков изображения (Шер Я.А., 1980). 9.

В эти же годы звучат призывы к искусствоведам подключаться со своей стороны к археологическому исследованию (Столяр А.Д., Саватеев Ю. А., 1976; Формозов A.A., 1979). И именно 1970;е годы — время самого активного внедрения искусствоведов в изучение древних культур и теории первобытного искусства (работы В. Б. Блэк конца 1960 — начала 1980;х годовработы И. В. Бозуновой 1970;х годовдиссертационное исследование Л.Я. Мало-вицкой). Искусствознание взаимодействует с археологией в нескольких вопросах: теория древнего творчества (генезис, эволюция, терминология), характеристика проявления художественного творчества археологической культуры, этноса, конкретной эпохи. Область интересов археологов и искусствоведов в это и последующие десятилетия пересекаются: археологи рассматривают изобразительную деятельность, используя искусствоведческую терминологию (Е.В. Антонова, JI.C. Грибова, Е. Е. Кузьмина, Д.С. Раевский), искусствоведы исследуют особенности археологических культур (A.B. Доминяк, Е. Переводчикова, Е. Ф. Королькова (Чежина), В. А. Оборин, О.П. Ченченкова). Изучение и анализ петроглифов остается почти полностью в ведении археологов (В.Д. Кубарев, Е. А. Миклашевич, Б. Н. Пяткин, Д. В. Черемисин, и т. д.), за редким исключением искусствоведов (Е.П. Маточкин). Отсутствие активности искусствоведов позволило Я. А. Шеру категорично высказаться о малой эффективности искусствоведения в области изучения первобытного искусства, объясняя этот вывод несоответствием основных понятий искусствоведения сути древней изобразительной деятельности (Шер Я.А., 2000, с. 77). Сказанное действительно отражает невостребованность на сегодняшний день искусствоведения в области изучения петроглифов, но, думаем, место приложения своих профессиональных сил и интересов искусствоведами и историками искусства может быть найдено.

Единство задач археологии и искусствоведения при изучении проблем, связанных с древним и средневековым искусством, несомненно. Особенно.

10 значимой, в этой связи, становится проблема возможностей изучения ПИ Западной Сибири не только археологами, но и искусствоведами (Гурьянова Г. Г., 1997а). Комплексный подход при изучении, основанный на интеграции смежных областей научного знания, важен и актуален в современной культуре.

Новизна работы состоит в том, что это первый наиболее полный обзор исследований, посвященных результатам изобразительного творчества культур Западной Сибири. Работы, изучающие этапы развития отечественной археологии, немного места уделяют конкретному региону и частной археологической проблеме. A.A. Формозов в своих историографических исследованиях ярко и точно дает характеристику научным импульсам, продвигающим развитие археологии, обрисовывает роль археологии сибирского региона в становлении науки об отечественных древностях (Формозов A.A., 1983, 1986). Вопросы конкретного типа источника, отдельной территории на этом фоне видятся слишком частными. Фундаментальный труд Г. С. Лебедева не уделяет места вопросу анализа исследования древнего творчества конкретного региона (Лебедев Г. С., 1992).

Историографии и обзоры истории исследований, посвященные развитию сибирской археологии, проблему искусства не рассматривают в качестве первостепенной и не акцентируют на ней внимания (Балакин Ю.В., 1998; Белоко-быльский Ю.Г., 1986; Глушков И. Г., 1992; Жук A.B., 1982; Китова Л. Ю., 1993; Ковтун И. В., 1995; Коников Б. А., 1992; Мартынов А. И., 1964, 1983; Матющен-ко В.И., 1995, 2001; Скопинцева Г. В., 1996; Ченченкова О. П., 1995; Эрлих В. А., 1989). В монографиях и диссертационных исследованиях Ю.Г. Белоко-быльского, Л. Ю. Китовой, А. И. Мартынова, Г. В. Скопинцевой, В. А. Эрлиха особенности изучения древних изобразительных материалов не рассматриваются, так как не входят в область интереса исследователя. И. В. Ковтун и О. П. Ченченкова подвергают анализу лишь часть вопроса, ограниченную территорией, эпохой и видом изобразительной деятельности. В. И. Матющенко.

11 выделяет главу об исследованиях в области духовной культуры населения западносибирского региона, таким образом, рассматривая лишь часть из возможных вариантов анализа предмета искусства. Наиболее интересна в этой связи историографическая глава диссертационного исследования, а затем и монографии Ю. В. Балакина. Но его взгляд, глубоко и всесторонне рассматривая урало-сибирское культовое литье, не затрагивает при этом других видов изобразительного творчества — скульптуры, графических изображений на керамике и металле.

Таким образом, новизна работы заключается в том, что впервые предлагается вниманию отдельное исследование, посвященное проблеме изучения художественного творчества представителей древнего и средневекового населения Западной Сибири. Впервые систематизируются исследования примеров изобразительной деятельности западносибирского региона, анализу подвергаются существующие точки зрения на ПИрассматриваются искусствоведческие подходы к изучению предмета искусстваохвачены все этапы изучения древних и средневековых изображений Западной Сибири — от первичного описания в экспедиционных отчетах до выявления тенденций в обобщающих трудах.

Рассмотрение изображения как комплексного источника позволило построить исследование по следующему принципу. В работу входят три главы — источниковедческая, археологическая и искусствоведческая, рассматривающие изучение предмета искусства с определенного угла зрения. Каждая из них построена по хронологическому принципу, определяя основные акценты исследований и этапность развития каждого из подходов.

Объектом исследования является изобразительная деятельность древнего и средневекового населения Западной Сибири, как специфическое отношение человека к окружающему миру, осмысление, подчинение и преобразование макромира. Исходя из современных культурологических концепций, деятель.

12 ность — есть активность, чья ценность состоит не только в результате, но и в самом процессе. В ходе этой активности происходит развитие человеческого общества. Специфика изобразительной деятельности заключается в соотнесенности с законами природы и социума, ее результатом является создание «второй природы», культурного пространства человеческого общества.

Предметом исследования является информационное поле вещественного итога изобразительной деятельности — предмета искусства древнего и средневекового населения Западной Сибири.

Целью исследования является обобщение научных материалов, рассматривающих предмет искусства и выявление наиболее приоритетных направлений дальнейшего изучения этого археологического источника.

Для достижения этой цели требуется решение следующих задач:

— определить круг археологических источников, связанных с изобразительной деятельностью и имеющих образное начало;

— определить особенности их вербального и визуального воспроизведения как начальных этапов исследования;

— выявить результаты изучения предметов с антропои зооморфными образами как археологических и как искусствоведческих источников;

— определить закономерности и основные этапы изучения, исходя из особенностей предмета искусства;

— обозначить направления дальнейшего изучения ПИ.

Методология и методика исследования.

В качестве основного методологического подхода в исследовании используется принцип историзма, предлагающий рассматривать вопросы и проблемы в их исторической взаимосвязи и последовательности. Культурологический подход, свойственный большому количеству современных гуманитарных исследований, в свою очередь также обогащает методологию исследования. Культурологичность исследования заключается в требовании рассмот.

13 рения уровня научного поиска не только через фиксацию объективных закономерностей эпохи, но и через позицию отдельного исследователя, своеобразие его мироощущения.

Требование комплексного изучения предмета искусства основывается на решении методологической проблемы междисциплинарного подхода. Меж-дисциплинарность должна представлять собой не механическое суммирование методик анализа смежных и далеких областей научного знания, а нахождение области их взаимодополнения и пересечения.

В качестве технологии исследования применяются следующие методы: сравнительно-исторический, статистический, типологический, описательный, хронологический.

Источниками сведений об антропои зооморфных изображениях, связанных с деятельностью населения Западной Сибири, для данной исследовательской работы стали: коллекции предметов искусства из собраний ОГИК музея, ООМИИ им. М. А. Врубеля, музея археологии и этнографии томского государственного университетарукописи, хранящиеся в архивах Института археологии РАН и МАЭС при ТГУ, отчеты археологических экспедиций (Архив Института археологии РАН), диссертационные исследования, а также публикации, предоставляющие сведения о предмете искусства с момента его обнаружения и до осмысления в обобщающем монографическом исследовании. Круг публикаций был подобран на основе изданий томов «Советская археологическая литература», охватывающих публикации отечественной археологии с 1918 по 1981 ис 1985 по 1987 годы (Советская археологическая литература, 1965, 1969, 1975, 1980, 1983, 1986, 1989, 1999). Обзор археологической отечественной литературы за 1988 — 1990 годы представлен в последних номерах журналов «Советская археология» и «Российская археология» (СА, 1990, 1991; РА, 1992).

Большую помощь в проверке имеющихся сведений о публикациях 1990;х.

14 годов оказал справочник, изданный коллективом Томского университета под руководством Л. А. Чиндиной и дающий представление о составе научных сборников в 1991;1997;е годы (Археолого-этнографические издания Западной Сибири, 1999).

Характеризуя существующие материалы как источник исследования необходимо определиться в том, что считать публикацией по древнему и средневековому искусству Западной Сибири. Если рассматривать только работы, в названии которых упоминается специальная терминология, предлагающая определенный угол зрения на находки — «искусство», «изобразительность», «скульптура», «пластика» и т. п., то временной отрезок публикаций сильно сужается (1930;1990;е годы) и взгляд на проблему изучения искусства или изобразительной деятельности дописьменного населения Западной Сибири приобретает тенденциозность.

Поэтому выбран единственно возможный критерий в ситуации, когда понятийный аппарат дискуссионен. Предметом изучения рассмотренных исследований является такая археологическая находка, которая содержит образное начало, т. е. изображение с различной тематикой — антропо-, зоо-, орнитоморф-ной или сложной.

Ценность публикаций конца XVII — XVIII веков как историографических источников заключается в самом факте упоминания обнаруженных находок на территории Западной Сибири. В данных работах важен также характер описания и особенности визуального воспроизведения изобразительного материала, говорящих о существующей в XVII — XVIII веках традиции восприятия данных находок исследователями. В целом эти публикации следует назвать публикациями-упоминаниями еще и потому, что часто исследователи имели в своем распоряжении даже не сам предмет, а свидетельства о нем других людей.

Публикации конца XIX — первых трех десятилетий XX века имеют характер

15 каталогов. Их основная цель — достижение полноты информации с позиций отечественной археологии как формирующейся области знаний. В состав каталога входит более-менее подробное описание внешнего вида предмета искусства, указание места находки и его рисунок.

Характер каталогов имеют и материалы, представляющие находки, и в том числе предметы искусства, соседних территорий, например, публикация А. А. Спицыным коллекции Теплоуховых (Спицын A.A., 1902). Среди работ, выбивающихся из общего каталожного ряда, исследование Д. Н. Анучина, которое на фоне информативных списков представляет анализ предметов искусства Приуралья при помощи методики, ставшей актуальной и популярной лишь десятилетия спустя, к середине столетия, — интерпретации изображений с точки зрения существовавших верований, на основе соединения археологических и этнографических знаний (Анучин Д.Н., 1899- Tallgren A.M., 1928; Чернецов В. Н., 1953). Ценность публикаций конца XIX — начала XX веков состоит, прежде всего, в значительном объеме источниковедческой информации.

В 1920;1940;е годы продолжается накопление археологического материала за счет исследовательской работы, ведущейся как местными учеными, так и приехавшими в Западную Сибирь из центра и подкрепленной широкой волной краеведческого движения 1920;х годов (Коников Б.А. 19 976, с. 20- Бородов-ская E.JI., 1999). Публикации этого времени носят характер ознакомительной статьи, содержащей предварительные выводы и предположения исследователя по поводу сделанных ими открытий предметов, содержащих изображение (Левашева В.П. 1928а, 19 286, 1948; Адрианов B.C., 1936; Мягков И. М., 1927, 1929).

С 1940;х годов выходят в свет работы В. Н. Чернецова, в которых впервые на интересующей ученого территории Нижнего Приобья, а, по сути, на всей территории Западной Сибири, обобщаются и представляются широкой научной общественности материалы, опубликованные в каталогах ранее.

Впервые дается их интерпретация и впервые предлагается их осознание с точки зрения использования понятия «искусство».

Начиная с конца 1950;х годов, находка ПИ древнего и средневекового населения Западной Сибири отражается не только в отчетах экспедиции, но и в информационно-аналитических статьях. Авторами данных статей могли быть и не авторы раскопок, тем более что случайных находок к 1950;м годам, не анализируемых в исследованиях, накопилось предостаточно.

В 1960;1980;е годы появились следующие варианты публикаций — сводные работы, включающие находки ПИ, статьи в специализированных сборниках, посвященных проблемам древнего и средневекового искусства, и аналитические статьи с археологическими целями по изображениям регионов Западной Сибири в сборниках сибирских научных центров.

В 1990;е годы выходят в свет монографии, где антропои зооморфные изображения анализируются как основной источник сведений о представлениях древнего и раннесредневекового населения Западной Сибири об окружающем мире. Публикуются монографии в виде сводных работ по ПИ, рассматривающие результаты изобразительной деятельности в хронологической последовательности и преемственности. Проводятся искусствоведческие исследования с целью изучения отдельного вида изобразительного творчества.

На протяжении последних трех десятилетий, представивших разнообразие типов публикаций по ПИ, даже количественный перечень отразил специфику изучения западносибирских изображений. На графике «Распределение численности изданий по годам» (Рис. 1) изображена кривая количественных пиков и спадов публикаций изданий, рассматривающих изобразительный материал Западной Сибири. Годами устойчивого интереса исследователей к данному типу археологического источника стали — вторая половина 1970;х — начало 1980;х и первая половина 1990;х годов.

Внешними побудительными причинами первого периода стала активиза.

17 ция научных и образовательных центров западносибирского региона. Проблематика научных конференций, проводившихся в Томске, Новосибирске, Омске Уфе, затрагивала и информационное поле ПИ. Количественно самыми внуши.

Рис. 1 Распределение°численности изданий по годам тельными стали 1978 и 1979 годы — годы выхода в свет сборников, среди которых «Ранний железный век Западной Сибири», «Этногенез и этническая история тюркоязычных народов Сибири и сопредельных территорий», «Особенности естественно-географической среды и исторические процессы в Западной Сибири», объединивших большое количество исследователей.

Устойчивость интереса к изучению ПИ начала 1990;х годов придали значимость проблематики сборника «Семантика древних образов» и включение новых имен в процесс постижения особенностей ПИ в сборнике Красноярска «Проблемы археологии и этнографии Сибири и Дальнего Востока».

Рекордное количество публикаций за последние три десятилетия приходится на 1978, 1985, 1987 и 1998 годы. В 1985 году восемь статей исследователей, рассматривающих изобразительный материал Западной Сибири, были опубликованы в сборнике «Мировоззрение народов Западной Сибири по археологическим и этнографическим данным». В 1987 году большое количество.

18 исследователей собрал специализированный сборник «Антропоморфные изображения», а также «Скифо-сибирский мир. Искусство и идеология». В 1998 году прошли две международные научные конференции в Новосибирске и Кемерово, издавшие материалы, включившие исследования по западносибирскому искусству.

Внешняя канва причин, возможно порой стимулирующая исследовательский поиск, — проведение научных конференций, выпуск сборников трудов, свидетельствует о постепенном закреплении за отдельными научными центрами особой проблематики в изучении ПИ. Изобразительный материал как исторический источник, как предмет искусства находится в фокусе научных интересов Новосибирского научного центра, изучение искусства скифо-сибирского мира, наскальных изображений характерны для кемеровских исследователей. Изобразительный ряд с точки зрения этнокультурных процессов рассматривается в сборниках Томска и Омска. В материалах Екатеринбурга, Уфы ПИ рассматривается с точки зрения межрегиональных связей. В последние годы образовался единый научный центр, объединивший исследователей древнего искусства — Сибирская Ассоциация исследователей первобытного искусства (г. Кемерово).

Качественные изменения в исследовании ПИ не зависят напрямую от количества публикаций. И все же, если принять во внимание предположение о том, что новые качественные уровни в изучении оформляются в монографических исследованиях, то следует заметить, что большинство монографий, использующие изобразительный материал Западной Сибири, вышли в свет также в периоды наибольших количественных пиков — вторая половина 1970;хначало 1980;х годов и начало 1990;х годов. Резкое количественное увеличение публикаций в 1970;ом году по сравнению с предыдущим десятилетием, максимальные количественные «пики» 1985 и 1987 года, возможно, свидетельствуют о постепенном накоплении новых идей перед монографическим.

19 осмыслением.

Таким образом, рассмотрев публикации о ПИ Западной Сибири с конца XVII по конец XX столетия в качестве источника получения историографической информации, мы можем констатировать следующее. В течение двух столетий (с конца XVII века по конец XIX) публикации, содержащие информацию о ПИ Западной Сибири, имели характер ознакомительный, отражая направленность исследований того времени. Их цель состояла в объяснении и поддержании того интереса, который вызывали сибирские земли. В конце XIX столетия появляется тот тип публикации, который оказался наиболее информативным и был основным на протяжении всего XX столетия — тип источниковедческого списка-перечня или каталога. Именно на основе данного типа источника, а также на основе отчета археологической экспедиции и оказалось возможным появление в начале 1950;х годов первых монографических исследований, ставящих при изучении предмета искусства более широкие цели. С 1970;х годов в публикациях значительное место занимает проблемная статья в научном сборнике, представляющая отдельные положения гипотезы автора. В целом в публикациях за три столетия и, особенно в течение XX века, заметно постепенное усиление внимания к собственно анализу ПИ.

Территория и хронология.

Рамки исследования ограничены Западной Сибирью. Среди российских регионов Западная Сибирь — один из тех, где мало источников, которые общепризнанны в качестве произведений искусства. При этом, начиная с конца XVII столетия, именно данная территория предоставляет исследователям материал, который с точки зрения современного знания следует отнести к категории изобразительного искусства. Систематизация и эволюция взглядов на изучение этих и последующих находок затрагивает кроме практики и теоретические основы научных дисциплин археологии и искусствоведения.

Учитывая то, что распространение отдельных категорий древнего и сред.

20 невекового искусства трудно жестко ограничить территориальными рамками, становятся понятными причины привлечения авторами исследований находок сопредельных районов — Прикамья, Урала, Северного Казахстана, Южной Сибири. В отдельных случаях в качестве аналогий рассматриваются исследования по Восточной Сибири. Из географии данного исследования исключено Заполярье. По свидетельству исследователя Таймырского Заполярья Л. П. Хлобыстина, данная территория бедна находками изобразительного искусства. Одну из причин Л. П. Хлобыстин видит в полуоседлом образе жизни аборигенов Севера (Хлобыстин Л.П., 1998, с. 166). При спорности этого тезиса, найденных примеров действительно недостаточно, чтобы составить представление об особенностях творчества древнего населения данной территории.

Из круга археологических источников данной работы исключены петроглифы и тюркские изваяния. Монументальные формы этих изображений воплощают особое проявление мышления древних и средневековых племен. Эти источники, частью входящие в территорию исследования, а, в большинстве своем, связанные с Южной Сибирью, Средней и Центральной Азией, должны рассматриваться отдельно (Кубарев В.Д., 1984; Советова О., 1995, с. 11- Ма-тющенко В.И., 1998а, с. 109). Исследования по находкам в Южной Сибирииспользуются как информация сопредельных территорий, так как предметы искусства данного региона тяготеют к миру скифов, изучению которых посвящено большое количество литературы, анализ проблем которой не придаст цельности данному исследованию.

Таким образом, попытка определения территориальных рамок исследования свидетельствует с одной стороны о возможности разговора о самобытности художественного творчества населения западносибирского региона, а с другой — о необходимости включения ПИ Западной Сибири в огромный круг произведений искусства, имеющих корни в древних цивилизациях.

Выбор временных рамок исследования обусловлен хронологией болыпин.

21 ства предметов искусства на территории Западной Сибири — II тысячелетие до н.э. — X — XII века н. э. Единичные примеры периодов энеолита и неолита используются в качестве показателя преемственности особенностей изображения.

Апробация.

По теме исследования опубликованы 19 статей и сообщений. В ходе работы отдельные положения и фрагменты исследования обсуждались на следующих международных конференциях: «Россия-Восток, проблема взаимодействия» (Омск, 1997), конференции по первобытному искусству (Кемерово, 1998) — на всероссийских конференциях: конференции, посвященной 275-летию г. Омска (Омск, 1996), памяти М. П. Грязнова (Омск, 2000), а также на региональных конференциях «Словцовские чтения» (Тюмень, 2000), «Источники и историография» (Омск, 2000). Основные и ряд частных положений были также представлены на искусствоведческих чтениях (Омск, 1997, 1998) и научных конференциях «Декабрьские диалоги», проводившихся на базе Омского музея изобразительных искусств им. М. А. Врубеля (ОММИИ, 1998, 1999).

Практическое применение.

Итоги исследования легли в основу формирования содержания программ общих курсов по предмету история искусств, по специализации курса отечественной истории и истории искусств исторического факультета ОмГПУ -«Древнее искусство Западной Сибири». Основные положения используются преподавателями факультета изобразительного искусства Омского педунивер-ситета в курсе истории первобытного искусства. Интерес к примерам древнего творчества западносибирского региона зафиксирован и в программе спецкурса на факультете искусства ОмЕПУ — «Древнее и современное искусство Западной Сибири».

Результаты исследования также используются при составлении каталога археологической коллекции ООМИИ им. М. А. Врубеля.

Заключение

.

Интерес к предметам древнего творчества, обнаруженным на территории Западной Сибири, не иссякал на протяжении более трех столетий, но был при этом неравномерным, как количественно, так и качественно. Сложился значительный круг публикаций, среди которых важное место занимают монографические исследования, отводящие главы для характеристики изобразительной деятельности конкретного времени или археологической культуры, а также выносящие в заглавие проблему, связанную с искусством.

Исследования выявили состав находок, представляющих археологические общности и культуры, характеризующие древнюю и средневековую историю населения Западной Сибири: общности самусьско-ростовкинскую, саргатскую и кулайскуюкультуры большереченскую, релкинскую, потчевашскую, верхнеобскую, сайгатинскую, басандайскую, усть-ишимскуюэтапы карымский, оронтурский, кинтусовский. Связь процесса изучения древнего и средневекового искусства Западной Сибири с развитием науки археологии, формированием ее методик, активизацией накопления базы источников позволяет выделить следующие этапы.

Период начальный — с конца XVII века по конец XVIII века. Начинается период публикацией труда Н. Витсена и включает отчеты Великих экспедиций Д. Г. Мессершмидта, Г. Ф. Миллера, И. Г. Гмелина, В. де Генинна, в которых прозвучала первая информация о находках предметов, содержащих изображение. Этап начального изучения включает описание-«называние», профессиональное и любительское воспроизведение внешнего вида ПИ и составление самых поверхностных представлений о народе, оставивших эти предметы. Немалую роль в процессе концентрации внимания исследователя на этих находках играли особенности предмета искусства древности — их «куриоз-ность». Это период постепенного накопления примеров древнего творчества, связанный с началом активного «знакомства» с зауральскими землями. Ос.

144 новной итог «ознакомительного» периода — привлечение внимания к исследованию прошлого Сибири, через публикацию описаний и рисунков археологических находок, в том числе и предметов искусства.

Появление во второй половине XIX столетия новой парадигмы анализа археологического источника, связанной с применением типологического метода, в целом не сказалось на формировании особого отношения исследователей к предмету искусства Западной Сибири. По-прежнему эти находки рассматриваются в ряду других археологических источников и, следовательно, испытывают на себе все особенности оформления науки археологии. Предмет искусства (как случайная или экспедиционная находка) изучается вместе с иными находками как археологический комплекс — источник исторической реконструкции.

В целом второй этап изучения связан с более тщательной фиксацией предмета искусства в качестве археологического источника. Этот период по типу публикации следует назвать каталожным или музейным периодом в истории исследования искусства Западной Сибири. Длительность периода — от выхода в свет обширного каталога А. Гейкеля 1894 года и по начало 1930;х годов, когда вышла первая обобщающая работа Г. И. Боровки, впервые рассматривающая находки Сибири с точки зрения принадлежности их к области искусства. Музейным данный период следует считать потому, что характер исследований этого времени связан с фиксацией максимально большого количества сведений о находке. А также потому, что большинство публикаций этого периода представляли собой каталог отдельного музейного или ряда музейных собраний, что должно было при дальнейших исследованиях значительно облегчить этап обобщения источников.

Со второй половины XIX и по два первых десятилетия XX века в сибирской археологии сосуществовали центростремительное и центробежное движения. С одной стороны — создание и развитие столичного археологического.

145 научного центра обеспечивает концентрацию случайных находок вокруг Археологической Комиссии, централизацию экспедиционных исследований регионов, в том числе и Западной Сибири. С другой стороны — активизация местных научных сил, группирующихся вокруг отделов географического общества, которая приводит к изучению древней истории края учеными и краеведами-любителями и к «оседанию» части находок (и предметов искусства в том числе) в собраниях формирующихся краевых музеев. Предмет искусства в это время исследуется в ряду других археологических находок (специфика словесного и визуального воспроизведения предмета искусства не подчеркивается). Первая обобщающая работа по «доисторическому» искусству Западной Сибири Г. И. Боровки отражает и малую информированность, и взгляд на суть изобразительного искусства древности. Исключение из предмета разговора находок Западной Сибири свидетельствует о сложившейся в отечественной археологии традиции связывать понятие «искусство» с культурами, рождающими образы, генетически близкие классическим образцам художественного творчества.

Итоги музейного (второго) периода изучения: подготовлен значительный корпус источников для дальнейших исследований, содержащий несколько комплексов («кладов»), которые могут выстраиваться в типологические ряды («Истяцкий клад», «Лозьвинский», Потчевашские находки, кулайские предметы). Находки описаны, тщательно воспроизведены, зафиксировано их происхождение и место хранения. Таким образом, путь для дальнейших исследований был открыт. Изучение предметов искусства позволило сделать выводы о преемственности развития древних и этнографических народов и о культовом характере изобразительных находок.

В целом время длительностью в два столетия, оба периода: ознакомительный и музейный, можно обозначить как единый этап в изучении древнего искусства Западной Сибири — этап первичного накопления фактов изобрази.

146 тельной деятельности и начального их изучения с точки зрения истории и археологии.

Два следующиих десятилетия, 1930 — 1940;е годы — время, которое ознаменовано угасанием краеведческого движения, значительным снижением активности археологических исследований. Причина подобной аритмиии отечественной науки связана с волной политических репрессий, а затем с Великой Отечественной войной. На фоне этого процесса пополнение корпуса предметов искусства смотрится исключением из общего правила (усть-полуйские изделия у г. Салехарда, Мурлинский клад). В эти годы приостановлена публикационная деятельность. В целом 1930;1940;е годы следует считать временем постепенного внутреннего накопления исследовательских сил, т.к., именно в эти годы началась экспедиционная и научная деятельность В. Н. Чернецова.

Работы В. Н. Чернецова начала 1950;х годов ознаменовали собой кульминационное подведение итогов второго периода (наиболее полная и доступная публикация известных источников) и в то же время явились предощущением нового этапа (изучение находки как предмета искусства). Научная деятельность В. Н. Чернецова имеет вершинный, рубежный характер потому, что его пристальное обращение к характеристике особенностей западносибирского искусства имеет характер исследовательского «взрыва». Исключительность научных поисков В. Н. Чернецова, связанных с изобразительной деятельностью населения Западной Сибири, подчеркивается и тем, что впервые обобщается значительная часть предметов искусства Западной Сибири, дается их интерпретация, используются этнографические данные, применяется искусствоведческая терминология, делаются выводы в области теории изобразительного искусства.

Пристальный и неслучайный интерес ученого к проблеме искусства раскрывает и неопубликованный материал, посвященный изобразительному искусству обских угров, впервые рассматривающий образное и орнаментальное.

147 творчество с позиций истории искусства и на значительном отрезке времени.

В эти годы (1950;1960) в отечественной науке не было аналогов поискам Чернецова. В 1950;е, особенно, в 1960;е годы активизируется изучение палеолитического искусства Восточной Европы и Сибири (З.А. Абрамова, А. П. Окладников, A.A. Формозов), но эти находки не требовали доказательств возможности их причисления к сфере искусства. В. Н. Чернецов впервые заговорил о западносибирских находках как о явлениях искусства и изобразительной деятельности. В исследованиях древнего искусства по западносибирскому региону Чернецова поддерживает его соратница В. И. Мошинская, других последователей научной мысли Чернецова в этом направлении назвать трудно. Именно поэтому публикации Чернецова следует считать с точки зрения рождения новых идей кульминационным пиком, предлагающим особое теоретическое осмысление предмета искусства.

В 1950;1960;е годы начинается активизация экспедиционных исследований Западной Сибири. Экспедиции проводятся на базе Томского университета, Томского краеведческого музея, Новосибирских вузов и СО АН СССР. Доведение их результатов до широкой научной общественности приходится на начало 1960;х годов, которые становятся, по мнению многих историографов, началом нового этапа развития западносибирской археологии. Для этого периода характерно значительное увеличение числа экспедиционных исследований региона, появление новых образовательных и научных центров региона, обращенных к археологии, а также ориентация археологических исследований на естественные науки, что нашло свое отражение в обработке типологического ряда для археологических реконструкций и интерпретаций.

Период с начала 1960;х годов и по настоящее время не имеет целостности. Исследования разветвляются по отдельным направлениям, среди которых следует выделить следующие: активизация накопления ПИ (источниковедческое направление), рассмотрение находок как археологических источников.

148 историко-археологическое направление) и с точки зрения характеристики особенностей искусства Западной Сибири (искусствоведческое направление).

Очередной (третий по счету) период в области источниковедения предметов искусства начался с начала 1960;х годов и продолжается по настоящее время. Связан он с активизацией исследований археологических культур Западной Сибири.

Новым качественным всплеском в области изучения западносибирского искусства в результате постепенного накопления новых источников, осмысления ранних находок, безусловно, научных идей Чернецова, стали 1970;е годы. Как отмечалось во «Введении» данного исследования, вторая половина 1970;х — начало 1980;х стали периодом самого большого численного обращения к анализу изобразительной деятельности Западной Сибири.

С самым началом 1970;х годов связано формирование взгляда на особенности древнего и средневекового искусства Западной Сибири. Этому способствовали и научные интересы академика А. П. Окладникова. Особенности искусства западносибирского региона изучаются в русле формирования общего интереса отечественной археологии. Проблемы первобытного искусства, его теория и практика вновь повсеместно актуальна в отечественной науке, как и в 1920;1930;х годах. В 1970 — 1980;е годы публикуются исследования В. Б. Блэк, И. В. Бозуновой, Е. Е. Кузьминой А.Д. Столяра, A.A. Формозова, Я. А. Шера. В это же время в печати проходят оживленные дискуссии по проблеме происхождения искусства и по проблеме датировки наскальной живописи. Задуманный и осуществленный девятитомник «Истории искусства народов СССР» обращается к осмыслению древнего искусства практически всех регионов страны и практически всех эпох. На этом фоне очень показательно появление сборника «Первобытное искусство», поднимающего круг вопросов, характерных для отечественной археологической науки в области древнего искусства.

Причиной значительного увеличения числа публикаций в 1970;е годы стала.

149 не только экспедиционная активность, ежегодно пополнявшая состав предметов, содержащих изображения, но и расширение за счет развития научных и образовательных центров западносибирской географии проведения научных конференций, выпуска их тезисов и тематических сборников. На страницах данных публикаций подвергаются осмыслению и предметы искусства Западной Сибири.

Тематика изучения предмета изобразительной деятельности в 1970;е годы самая разнообразная — каталожное ознакомление с новыми находками, включение предмета искусства в характеристику археологической культуры, использование внешних особенностей предмета и его материала для определения этнокультурного генезиса, связей и территориальных границ археологической культуры. Также активно рассматривается семантическая интерпретация предмета искусства, а к концу 1970;х впервые появляются исследования, посвященные прагматике предмета, содержащего изображение.

Конец 1970;х — начало 1980;х годов стал очередным рубежом, который завершил очередной этап изучения предмета искусства как археологического источника. Начало данному этапу положила работа В. Н. Чернецова 1953 года, а его завершение связано с монографическим трудом Л. А. Чиндиной и диссертационным исследованием Л. В. Чижовой. В этих работах представлены наиболее полные и качественно новые за предыдущие десятилетия результаты исследований предметов искусства Западной Сибири с точки зрения их семантики, раскрывающей особенности мировосприятия древнего населения.

В 1980;1990;х годы область древнего и средневекового искусства Западной Сибири становится значимой для многих исследователей, которые чаще, чем в предыдущее десятилетие, стремятся конкретизировать содержание, вынося понятия «искусство» и «изобразительная деятельность» в заголовок своей публикации. В публикациях присутствует смешение понятий искусство и изобразительная деятельность, чаще избирается термин «искусство». К первой.

150 половине 1990;х, таким образом, складывается возможность появления ряда монографий, в которых традиционное отношение к предмету искусства соседствует с новаторством.

В начале 1980;х годов начинается новый этап в археолого-историческом исследовании предмета искусства, формируется интерес к прагматической стороне данного вида источника. Исследования Ю. В. Балакина, Н. В. Федоровой,.

A.П. Бородовского рассматривают содержащуюся в предмете искусства информацию с точки зрения ритуального, бытового, военного поведения представителя древней и средневековой культуры Западной Сибири.

В области изучения особенностей художественного творчества западносибирского региона очередным рубежом стал 1992 год, когда вышла в свет самая обширная по составу источников за последние два десятилетия работа.

B.И. Молодина. С этого исследования начинается отсчет нового периода, связанного с искусствоведческим изучением предметов искусства западносибирского региона.

Современное состояние изучения древнего и средневекового искусства Западной Сибири заключается в продолжении развития всех направлений изучения. Ежегодно пополняется источниковедческая база, требующая в ближайшем времени обобщения и создания единого свода источников. Продолжает разрабатываться семиотический метод анализа предмета искусства, искусство Западной Сибири рассматривается и как часть всеобщей истории искусства. Современный период характеризуется сближением интересов археологов и искусствоведов в изучении предмета искусства, объединением их усилий.

Большую помощь в археолого-искусствоведческом исследовании предмета искусства оказал семиотический метод. Наиболее результативным оказалось семантическое исследование изображения. В последние два десятилетия активно изучалась область прагматики изделия. Синтактика связана с генезисом.

151 и развитием форм изображений, она оказывает помощь в определении относительной хронологии и этнокультурных взаимодействиях. Вопросы синтактики частично ставились в большинстве публикаций, но возможности не использованы.

Систематизация публикаций по изучению предмета искусства древности и средневековья Западной Сибири высветила следующие проблемы, которые предстоит решать исследователям в будущем:

— рассмотрение меры использования предмета искусства как маркера археологической культуры;

— необходимость применения искусствоведческой терминологии при описании и анализе предмета древнего и средневекового творчество- -дополнение семиотического метода анализа ПИ методом анализа композиционной структуры предмета.

— работа исследователей в течение последних ста лет по анализу находок, имеющая характер каталогов, не привела пока к созданию более полного и общего свода источников, появлению которого должны предшествовать каталоги, составленные по отдельным видам изобразительной деятельности, археологическим культурам, территориям, в которых анализ состава предметов будет носить характер сквозных сопоставлений и аналогий;

— описательная часть подобных каталогов будет представлять историю искусства нашего региона в древности и средневековье;

— составлению каталогов должны будут сопутствовать разработки диахрон-ных и синхронных сравнительных анализов изобразительных находок западносибирской территории;

Показать весь текст

Список литературы

  1. Отчеты Археологической комиссии:
  2. OAK за 1894 г. Спб., 1896. 251 е.: ил.
  3. OAK за 1896 г. СПб., 1898. 251 е.: ил.
  4. OAK за 1897 г. СПб., 1900. 192 е.: ил.
  5. OAK за 1898 г. СПб., 1901. 189 е.: ил.
  6. OAK за 1899 г. СПб., 1902. 184 е.: ил.
  7. OAK за 1900 г. СПб., 1902. 173 е.: ил.
  8. OAK за 1911 г. СПб., 1914. 123 е.: ил.
  9. Коллекции предметов искусства. ОГИК музей:
  10. Случайные находки: «Ирский жезл» № ОМК 5362, навершие № ОМК 7346 из коллекции ЗСОИРГО: №№ ОМК 3765, 4570, № ОМК 5559, № ОМК 9692- Усть-Ишим (курганы): № ОМК 10 932/47- Усть-Куренга (находки): № ОМК 6311. МАЭС при ТГУ.
  11. Басандайский (курганный могильник): №№ 6704, 6782- Релка (могильник): № 6942−153
  12. Ростовка (могильник): № 7011- Самусь Щпоселение): №№ 6794, 6836- Самусьский могильник (Самусь-1): №№ 6719, 6730, 6746, 7054. ООМИИ им. М. А. Врубеля:
  13. Верхнее Аксеново (поселение): №№ А-158, А-165, А-167- Иванов Мыс (курганный могильник): №№ А-369, А-370, А-372, А-380, А-381, А-385-
  14. Кип (насыпь, могильник): №№ А-140, А-150, А-151, А-155., А-163, А-171- Кипо-Кулары III (городище): №№ А-96, А-97, А-138, А-145, А-161, А-166, А-172-
  15. Малая Бича (курганы): № А-159-
  16. Малая Тебедня (курганный могильник): № А-141-
  17. Окунево III (грунтовый могильник): №№ А-132, А-152 А-154, А-160, А-164-
  18. Окунево V (поселение): №№ А-131, А-144, А-156, А-168- Паново I (курганный могильник): №№ А-30, А-31- Сидоровка (курганный могильник): №№ А-180, А-181, А-183 А-186- Случайные находки, Таежное Прииртышье: №№ А-134 — А-137, А-139, А-146 — А-149, А-157-
  19. Усть-Ишим (курганный могильник): №№ А-129, А-130, А-143, А-169- ТОКМ:
  20. Кулайские находки: № 2281-
  21. Степановские находки II («Степановский клад»): № 1493−1. Архивные материалы.
  22. Архив института археологии РАН: 1. Викторова В. Д. Отчет о полевой работе на южном и северном берегу Анд154реевского озера летом 1975 г. Свердловск, 1975. Р-1. № 5728. 27 с.
  23. А.П. Описание раскопок курганного могильника на Басандайке Объединенной историко-археологической экспедиции Томского университета и томского пединститута на Басандайке летом 1944, 45 и 46 гг. Томск, 1946. Р-1. № 50. 77 с.
  24. А.П. Предварительный отчет об археологических раскопках на старом мусульманском кладбище у южной окраины г. Томска летом 1955 г. Томск, 1956. Р-1. № 1115. 44 с.
  25. М.Ф. Отчет о раскопках 5-го Тимирязевского могильника, 1961. Р-1. № 2195. 37 с.
  26. В.П. Отчет о раскопках могильника таштыкской культуры на берегу Сухого озера Минусинского района, 1945. Р-1. № 35. 28 с.
  27. В.И. Отчет о работе археологической экспедиции музея истории материальной культуры при ТГУ летом 1955. Р-1. № 1085. 146 с.
  28. В.И. Отчет о полевых работах МИМК при ТГУ летом 1956 г. Р-1. № 1296. 26 с.
  29. В.И. Отчет о работе археологической экспедиции музея истории материальной культуры при ТГУ летом 1957 г. Р-1. № 1450. 48 с.
  30. В.И. Отчет об археологических работах МИМК при ТГУ летом 1958 г. Р-1. № 1857. 60 с.
  31. В.И. Альбом с рисунками к отчету об археологическом исследовании МИМК при ТГУ летом 1962 г. Р-1. № 2450 б).
  32. В.И. Отчет о полевых археологических работах проблемной научно-исследовательской лаборатории истории, археологии и этнографии Сибири ТГУ летом 1964 г. Р-1. № 3901. 72 с.
  33. В.И. Отчет об археологическом исследовании летом 1967 г. проведенном МИМК при ТГУ. Р-1. № 3451. 55 с.
  34. В.И. Отчет о летних полевых археологических работах кафед155ры истории СССР досоветского периода ТГУ в 1970 г. Томск, 1971. Р-1. № 4147.
  35. В.И. Отчет о проведении археологических работ кафедры истории СССР досоветского периода ТГУ летом 1971 г., 1972. Р-1. № 4443. 182 с.
  36. В.И., Чиндина Л. А. Отчет об археологических исследованиях, проведенных ТГУ летом 1968 г. Р-1. №. 3682. 61 с.
  37. В.А. Отчет о работах Западно-Сибирской экспедиции в 1959 г. Р-1. № 2010. Юс.
  38. В.А. Альбом с иллюстрациями к отчету о работе Иртышского отряда Западно-Сибирской археологической экспедиции 1961 г. Р-1. № 3325 а). 34 с.
  39. В.А. Альбом с иллюстрациями к отчету о работе Иртышского отряда Западно-Сибирской экспедиции 1967 г. Р-1. № 3364 а). 36 с.
  40. В.А. Отчет о работах Иртышского отряда Западно-Сибирской экспедиции в 1968 г. Р-1. № 3716. 33 с.
  41. В.И. Отчет об археологических исследованиях за 1975 г. Новосибирск, 1976. Р-1. № 5754. 38 с.
  42. В.И. Отчет об исследованиях Айдашинской пещеры в 1977. Новосибирск, 1978. Р-1. № 6625. 38с.
  43. В.И. Отчет об археологических исследованиях в Западной Сибири в 1979 г. Новосибирск, 1980. Р-1. № 7464.42 с.
  44. В.И. Отчет об археологических исследованиях в Барабинской лесостепи в 1980 г. Новосибирск, 1981. Р-1. № 8058. 156 с.
  45. В.И. Отчет об археологических исследованиях в Барабинской лесостепи летом 1981 г. Новосибирск, 1982. Р-1. № 8387. 107 с.
  46. В.И. Отчет об археологических исследованиях могильника Сопка -II в 1984 г. Новосибирск, 1985. Р-1. № 10 354. 131 с.156
  47. В.И. Отчет о раскопках памятника Сопка II западносибирским отрядом Северо-Азиатской комплексной экспедиции в 1985 г. Новосибирск, 1986. Р-1. № 10 714. 192 с.
  48. Мол один В. И. Отчет о работе на памятнике Сопка II в 1987 г. Новосибирск, 1988. Р-1. № 12 061. 198 с.
  49. Плетнева JIM. Отчет об археологических исследованиях томского отряда среднеобской археологической экспедиции Томского университета в 1974 г. Томск, 1975. Р-1. № 5267. 62 с.
  50. Л.М. Отчет об археологических исследованиях Томского отряда среднеобской археологической экспедиции ТГУ в 1976 г. Томск, 1977. Р-1. № 6243. 238 с.
  51. Л.М. Отчет об археологических исследованиях Томского отряда среднеобской археологической экспедиции ТГУ в 1977. Томск, 1978. Р-1. № 6294.155 с.
  52. Т.Н. Отчет о работе новосибирской археологической экспедиции в 1959 г. Р-1. № 1920. 49 с.
  53. Т.Н. Отчет о работе новосибирской археологической экспедиции в 1960 г. Р-1. № 2214 а).
  54. P.A. Отчет об обследовании Парабельского культового места, 1955. Р-1. № 1122. 26 с.
  55. P.A. Отчет о раскопках Парабельского курганного могильника летом 1956 г. Р-1. № 1394. 27 л.
  56. В.Н. Отчет об археологических разведках в Омской области, 1945. Р-1. № 13. 30 с.
  57. В.Н. Отчет о работах, произведенных Мангазейской экспедицией в 1946. Р-1. № 95. 75 с.
  58. В.Н. Отчет о работе Обь-Иртышской экспедиции, 1948. Р-1. № 293. 18 с.157
  59. В.Н. Отчет о работе Обь -Иртышской экспедиции 1949 г. Р-1. № 367. 13 с.
  60. В.Н. Отчет о работе Западно-Сибирской экспедиции 1952 г. Р-1. № 891. 30 с.
  61. В.Н. Отчет о работе Западно-Сибирской экспедиции ИИМК АН СССР в 1955 г. Р-1. № 1211. 14 с.
  62. В.Н. Отчет о работе Западно-Сибирской археологической экспедиции в 1956 г. Р-1. № 1739. 13 с.
  63. В.Н., Мошинская В. И. Отчет о работе западносибирской экспедиции 1951 г. Р-1. № 644. 20 с.
  64. Л.А. Отчет о полевых исследованиях нарымского археологического отряда летом 1974. Томск, 1974. Р-1. № 5591. 66 с.
  65. Отдел рукописей архива института археологии:
  66. В.Н. Медвежий праздник у обских угров. Р-2. № 2242. 122 с.
  67. В.Н. Основные этапы истории Северного Приобья от древнейших времен до X в. н.э. Р-2. № 1101. 138 с.
  68. В.Н. По этапам древнейшей истории Северного Приобья. Р-2. № 560. 38 с.
  69. Д. Религиозные представления и искусство на среднем Урале в бронзовую эпоху. Р-2. № 1104. 58 с. 1. Архив МАЭС при ТГУ:
  70. В.Н. Рукописи. № 869. Д. № 28.
  71. В.Н. Рисунки. № 869. Д. № 57.
  72. В.Н. Изоматериал. № 869. Д. № 70
  73. Рукописи диссертаций и авторефератов:
  74. A.B. Жертвенные покрывала как феномен обрядовой практики обских158угров (генезис и эволюция): Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Новосибирск, 1997. 232 с.
  75. A.B. Самодийцы и угры Западной Сибири: комплексы традиционных культур: Диссертация на соискание ученой степени доктора исторических наук. Екатеринбург, 1995. 658 с.
  76. Л.Ю. Изучение археологии Сибири эпохи палеометалла в 1920−30-е гг.: Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Кемерово, 1993. 159 с.
  77. И. В. Изобразительные тенденции эпохи бронзы на юге Западной Сибири (Нижнее Притомье и сопредельные районы): Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Барнаул, 1995. 144 с.
  78. Л.Я. Сарматский звериный стиль: Диссертация на соискание ученой степени кандидата искусствоведения. Л., 1967. 221 с.
  79. В.А. Этнокультурная история Западной Сибири в средние века: Диссертация на соискание ученой степени доктора исторических наук. М., 1990. 335 с.
  80. A.B. Нижнее и Среднее Прииртышье в середине и второй половине I тыс. н.э.: Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. М., 1992. 319 с.
  81. В.И. Культурные традиции Сургутского Приобья в конце I -середине II тыс. н.э. (по материалам левобережного могильников): Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Кемерово, 1997. 223 с.
  82. Г. В. Новосибирское и Барнаульское Приобье в I VIII вв. н.э. (История идей и исследований XVIII — XX вв.): Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Барнаул, 1996. 200 с.
  83. Абрамова 3. А. Изображения человека в палеолитическом искусстве Евразии. М.-Л.: Наука ЛО, 1966, 267 с.
  84. Абрамова 3. А. Древнейшие формы изобразительного творчества (Археологический анализ палеолитического искусства) // Ранние формы искусства. М.: Наука, 1972. 268 с.
  85. Д.В. Первоначальные шаги европейского искусства // СГАИМК. Л., 1929. Т. 2 С. 416−449.
  86. B.C. Археологические раскопки у г. Салехарда в 1935 г. // Вестник знания. Л., 1936. № 5. С. 379−380.:ил.
  87. Е.В. Антропоморфная скульптура древних земледельцев Передней и Средней Азии. М.: Наука, 1977. 243 с.
  88. Е.В. Дикие животные в искусстве земледельцев Востока (к семантике представлений о пространстве) // Центральная Азия (Новые памятники письменности и искусства). М.: Наука, 1987. С. 64−73.
  89. Антропоморфные изображения. Первобытное искусство. Новосибирск: Наука, 1987. 326 с.160
  90. Д.Н. К истории искусства и верований у Приуральской чуди // МАВГР. М.: Тип. H.H. Шарапова, 1899. Т.З. С. 87−160.: ил.
  91. Ф.Х. Культовые предметы из женских захоронений Прииртышья // Методологические аспекты археологических и этнографических исследований в Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1981. С. 48−49.
  92. Ф.Х. К вопросу о связях племен Казахстанского Прииртышья с населением Западной Сибири в IX—XI вв.еках // Этнокультурные процессы в Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1983. С. 105−117.
  93. Ф.Х., Чариков A.A. Бронзовые котлы из музеев Восточно-Казахстанской области // Скифо-сибирское культурно-историческое единство: Материалы I Всесоюзной археол. конф. Кемерово: Изд-во КемГУ, 1980. С. 147−155.
  94. Археолого-этнографические издания Западной Сибири 1991−1997 гг. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1999. 251 с.
  95. . История истории искусств: От Вазари до наших дней. М.: Прогресс Культура, 1995. 528 с.
  96. А.К. Некоторые общие вопросы реконструкции архаического мировоззрения // Мировоззрение народов Западной Сибири по археологическим и этнографическим данным. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1985. С. 3−4.
  97. Ю.В. Географическая среда, обмен, искусство // Особенности естественно-географической среды и исторические процессы в Западной Сибири. Томск: Изд-во том. ун-та, 1979а. С. 89−91.
  98. Ю.В. К вопросу об изучении семантики бронзолитейных изображений Западной Сибири эпохи железа // Этногенез и этническая история тюркоязычных народов Сибири и сопредельных территорий: Тез. докл. обл. конф. Омск: Изд-во ОмГУ, 19 796. С. 84−89.
  99. П.Балакин Ю. В. О некоторых аспектах социальной роли первобытного искусства (Анализ бронзолитейных изображений Западной Сибири эпохи же161леза) // Духовная культура народов Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1980. С. 59−65.
  100. Ю.В. О реконструкции ритуала, связанного с изготовлением бронзовых изображений // Мировоззрение народов Западной Сибири по археологическим и этнографическим данным. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1985. С. 23−25.
  101. Ю.В. Урало-сибирское культовое литье в мифе и ритуале. Новосибирск: Наука, 1998. 288 с.
  102. Ю.В., Яшин В. Б. Представление об огне у иранцев и манси // Мировоззрение народов Западной Сибири по археологическим и этнографическим данным. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1985. С. 25−27.
  103. Басандайка. Сборник материалов и исследований по археологии Томской области // Труды Томского государственного университета, Томского государственного педагогического института, 1947. 220 с.
  104. Л.П. Россия в немецкой исторической журналистике XVIII в. -Томск: Изд-во Том. ун-та, 1988. 286 с.
  105. Ю.Г. У истоков сибирской археологии // Археология Северной Азии. Новосибирск: Наука, 1982. С. 45−56.
  106. Ю.Г. Бронзовый и ранний железный век Южной Сибири. Новосибирск: Наука, 1986. 232 с.
  107. В.Б. Искусство Кавказа медного и бронзового века // История искусства народов СССР. М.: Изобразительное искусство, 1971. Т.1. С. 34−43.
  108. В.Б. Стиль бронзовой пластики хетто-хуритского круга // ПРЗИ. 1972. Вып. 2. С. 10−13.
  109. В.Б. Единые стилистические черты пластики и архитектуры Армении эпохи бронзы и раннего железа (к проблеме реализма) // ПРЗИ. 1977. Вып. 7. С. 7−10.
  110. В.В. Кулайские элементы в тагарской культуре // Ранний железный162век. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1978. С. 33−42.
  111. В.Б., Томилов H.A. Художественный стиль и археолого-этнографические исследования // Проблемы исторической интерпретации археологических этнографических источников Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1990. С. 150−153.
  112. И.В. Роль ритма в первобытном искусстве // ПРЗИ. 1971. Вып. 1.С. 3−12.
  113. И.В. О некоторых особенностях первобытного искусства // ПРЗИ,-1972. Вып. 2. С. 3−10.
  114. И.В. Образ человека в пластике палеолита//ПРЗИ. Л. 1977. Вып. 7. С. 3 -6.
  115. И.В. К проблеме передачи движения в первобытном искусстве // ПРЗИ. Л. 1979. Вып. 9. С. 19−28.
  116. В.Б. Новообницевский клад // Антропоморфные изображения. Первобытное искусство. Новосибирск: Наука СО, 1987а. С. 96−114.
  117. В.Б. О кулайских геральдических композициях // Археологические исследования на Алтае. Барнаул: Изд-во АГУ, 19 876. С.158−168.: ил.
  118. Г. И. Искусство доисторическое // ССЭ. Новосибирск, 1931. Т. 2. Стб. 355−362.
  119. Е.Л. Археолого-краеведческие экспедиции и экспедиции учащихся в Западной Сибири (конец XIX первая половина XX века). Новосибирск: Изд-во НГПУ, 1999. 94 с.
  120. А.П. Хозяйственные сцены в древнетюркских изваяниях // Исторический опыт освоения Сибири: Тез. докл. Новосибирск: Изд-во НГПУ, 1986. Вып.1. С. 39−41.
  121. А.П. Интерпретация обойм-накосников и некоторые вопросы ритуального значения волос в раннем железном веке (по материалам Новосибирского Приобья) // Скифо-сибирский мир. Искусство и идеология.163
  122. Новосибирск: Наука СО, 1987. С.117−121.
  123. А.П. Изобразительные и вещественные свидетельства древней музыкальной культуры Верхней Оби // Традиции и инновации в истории культуры. Новосибирск: Изд-во НГПУ, 1995. С. 33−44.
  124. А.П. Сюжеты зооморфных гравировок как отражение культурно-исторических связей саргатской культуры // Взаимодействие саргат-ских племен с внешним миром. Омск: ОмГУ, 1998. С.20−24.
  125. А.П., Троицкая Т. Н. Бурбинские находки // Известия СО РАН. История, философия и филология. Новосибирск. 1992. Вып. 3. С. 57−62.
  126. Э.Б. О сходстве самусьских и окуневских изображений // СА. 1969. № 1. С. 270−274.
  127. И.И. История искусства древности. Малые сочинения. СПб.: Алетейя, ГЭ, 2000. 800 с.
  128. .Р. Статьи об искусствознании. М.: Искусство, 1970. 591 с.
  129. Э.Ф. Предмет первобытного искусства // Ученые записки Московского областного пединститута. М., 1969. Т. 242. Вып. 2. С. 40−53.
  130. ВИИ. М.: Искусство, 1956. Т. 1. 468 с.
  131. П.Р. Мироустроительная функция архаического прикладного искусства // Научные чтения памяти В. М. Василенко: Сб.ст. М.: Все-росс. музей декоративно-прикладного и народного искусства, 1997. Вып. 1. С. 50−62.164
  132. Т.Ф. Раскопки у Салехарда // Наука и жизнь. 1936. № 9. С. 41−42.: ил.
  133. И.Г. К вопросу о традициях в самусьском искусстве (предварительное сообщение) // Мировоззрение народов Западной Сибири по археологическим и этнографическим данным. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1985. С. 48 -50.
  134. И.Г. Иконографические особенности некоторых самусьских изображений человека // Антропоморфные изображения. Новосибирск: Наука СО. 1987. С. 89−95.
  135. И.Г. Очерк историографии первой половины бронзового века Западной Сибири (советский период) // Вопросы истории исследования и историографии археологии Западной Сибири. Омск: Изд-во ОГПИ, 1992. С. 40−53.
  136. A.B. Бронзовый лыжник из Ростовки// Интеграция археологических и этнографических исследований. Омск: Изд-во ОмГУ, 1998. 4.1. С. 50−53.
  137. JI.C. Пермский звериный стиль (проблемы семантики). М.: Наука, 1975.148 с.
  138. Грибова J1.C. Декоративно-прикладное искусство народов Коми. М.: Наука, 1980а. 238 с.
  139. JI.C. Пермский звериный стиль как часть тотемистической социально-идеологической системы. Его стадиальный характер. Доклад на заседании Президиума Коми филиала АН СССР. Сыктывкар, 19 806. Серия препринтов «Научные доклады». Вып. 62. 26 е.: табл.
  140. М.П. Археологические исследования в Сибири // ССЭ. Новосибирск, 1929. Т. 1. Стб. 137−142.
  141. М.П. История древних племен Верхней Оби. M.-JL: АН СССР, 1956а. 161 е.: ил.
  142. М.П. К вопросу о культурах поздней бронзы в Западной Сибири //165
  143. КСИИМК. 19 566. № 64. С. 27−42.
  144. М.П. Племена Сибири и Казахстана // Очерки истории СССР: Первобытнообщинный строй и древнейшие государства на территории СССР. М.: Наука, 1956 В. С. 168−176.
  145. М.П. Антропоморфная фигурка бронзового века с реки Оби // СГЭ. 1962. Вып. 22. С. 26−27.
  146. М., Бумаков А. Древнее искусство Алтая. Л.: ГЭ, 1958. 146 с.
  147. Г. Г. Проблемы изучения древнего искусства: (На материалах археологических памятников Омска) // Тезисы докладов научной конференции, посвященной 280-летию г. Омска. Омск: ОмГУ, 1996. С. 23−24.
  148. Г. Г. Древнее искусство Сибири. Проблема искусствоведческого анализа // Первые искусствоведческие чтения: Сб. мат. Омск: ООО «Альтернатива АРТ», 1997а. С. 6−8.
  149. Г. Г. Изучение древнего искусства Сибири (историография) // Россия и Восток: археология и этническая история: Мат. IV междунар. науч. конф. «Россия-Восток, проблема взаимодействия». Омск: ОФ ИИФФ СО РАН, 19 976. С. 91−95.
  150. Г. Г. Антропоморфные изображения Среднего Прииртышья (опыт историографического обзора) // Сибирь в панораме тысячелетий (Материалы международного симпозиума). Новосибирск: Изд-во ИАЭ СО РАН, 1998а. Т.1. С. 165−170.
  151. Г. Г. Искусство тюрков (взгляд из н. 1930-х годов) // Этническая история тюркских народов Сибири и сопредельных территорий. Сборник научных трудов. Омск: Изд-во ОмГУ, 19 986. С. 61−63.
  152. Г. Г. Антропоморфные изображения Западной Сибири (попытка определения критерия принадлежности находок бронзового литья к сфере искусства) // Труды конф. по первобытному искусству. Кемерово: Изд-во САИПИ, 1999а. Т.1. С. 127−130.
  153. Г. Г. Археологический рисунок // Словцовские чтения-99: Мат. науч.-практич. конф. Тюмень: Тюм. кр. муз., 19 996. С. 24−25.
  154. Г. Г. В.Н. Чернецов исследователь древнего искусства Западной Сибири // Гуманитарное знание. Серия «Преемственность» Омск: Изд-во ОмГПУ, 1999 В. Вып. 2. С. 32−38.
  155. Г. Г. Предмет искусства в археологическом рисунке отечественных исследователей Западной Сибири 1940 1950-х годов // Гуманитарное знание. Серия «Преемственность» Омск: Изд-во ОмГПУ, 1999 г. Вып. 3. С. 206−209.
  156. Г. Г. Создание базы данных предметов искусства первобытных культур Прииртышья (мелкая пластика, культовое литье, гравюра) // Тез. докл. междунар. конф. по первобытному искусству. Кемерово: Изд-во САИПИ, 1999д. Т. 1. С. 127−130.
  157. Г. Г. Историография древнего искусства Западной Сибири (к постановке проблемы) // Пятые исторические чтения памяти М. П. Грязнова: Мат. всеросс. науч. конф. Омск: Изд-во ОмГУ, 2000а. С. 52−54.
  158. Г. Г. Проблема объективного и субъективного подхода при воссоздании артефакта // Декабрьские диалоги: Мат. науч. конф. памяти Ф. В. Мелехина. Омск: ООМИИ, 20 006. С. 35−36.
  159. Г. Г. «Сибирские древности» А. Гейкеля и древовидные изображения // Словцовские чтения -2000: Тез. докл. науч.-практ. конф. Тюмень: Тюм. обл. кр. муз., 2000 В. С. 231−232 .
  160. A.C. Происхождение искусства. JI.-M.: Искусство, 1937. 113 с.
  161. A.C. Первобытное искусство //БСЭ. М.: Сов.энциклоп., 1939. Т.16 744. Стб. 773−778.
  162. E.H., Левашева В. П. Материалы из раскопок сибирских «буг-ровщиков» // CA. 1965. № 2. С. 225−236.
  163. A.B. Пространство и время в первобытных культурах и искусство Прикамья // Советское искусствознание'78. М.: Советский художник, 1979. С. 40−64.
  164. H.A. О характере литья кулайских культовых изделий // Проблемы археологии и этнографии Сибири и Дальнего Востока. Красноярск: Сибирь, 1991. С.78−79.
  165. И.А. Образ лося в культовом литье кулайской культуры // Традиции и инновации в истории культуры. Новосибирск: Изд-во НГПУ, 1995. С. 44−51.
  166. B.C., Молодин В. И., Соболев В. И. Глиняная пластика н. I тыс. н.э. из Барабинской лесостепи // Скифо- сибирский мир: Искусство и идеология.-Новосибирск: Наука СО. 1987. С. 159−164.
  167. А. Ишимская коллекция. Описание коллекций Красноярского музея. Отдел археологии. Красноярск: Тип. М. К. Абалакова, 1914. 8 табл.
  168. И.В. Глиняная пластика лесостепного Зауралья // Мировоззрение народов Западной Сибири по археологическим и этнографическим данным. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1985. С. 56−57.
  169. Жук A.B. Российская археологическая мысль в ее развитии // Вопросы истории исследования и историографии археологии Западной Сибири. Межвуз. сб. науч. тр. Омск: Изд-во ОГПИ, 1982. С. 35−40.
  170. Жук A.B. «Художественная техника для археологов» Н. К. Рериха // Сб. науч. тр. ООМИИ им. М. А. Врубеля. Омск: ООМИИ, 1997. С. 78−102.
  171. C.B. Искусство в родовом обществе // Первобытное общество. М.: Наука, 1932. С. 216−234.
  172. C.B. Сибирские параллели к магическим изображениям из эпохи палеолита//СЭ. 1934. № 4. С. 91−101.
  173. C.B. Материалы по изобразительному искусству народов Сибири XIX н. XX вв. Сюжетный рисунок и другие виды изображений на плоскости. М.-Л.: Изд-во АН СССР, 1954. 838 с.
  174. C.B. Скульптура народов Севера Сибири XIX первой половины XX вв. Л.: Наука ЛО, 1970. 296 с.
  175. C.B. Скульптура алтайцев, хакасов и сибирских татар: XVIII-первая четверть XX в. Л.: Наука ЛО, 1979. 220 с.
  176. История искусства народов СССР. М.: Искусство, 1971. Т.1. 278 с.
  177. История Сибири с древнейших времен до наших дней. Л.: Наука ЛО, 1968. Т.1. 452 с.
  178. М.С. Морфология искусства. Л.: Наука, 1972. 523 с.
  179. H.A. Проблема реконструкции мировоззрения по археологическим источникам // Проблемы археологии и этнографии Сибири и Дальнего Востока. Красноярск: Сибирь, 1991. С. 92−93.
  180. Ю.В. Изображения птиц и животных на керамической посуде169из Южнотаежного Приобья // Пластика и рисунки древних культур. Первобытное искусство. Новосибирск: Наука СО, 1983. С. 112−116.
  181. Ю.Ф., Малолетко A.M. Бронзовый век Васюганья. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1979. 182 е.: ил.
  182. А.А. Происхождение бронзовых обойм-накосников Западной Сибири и Южного Урала // Вторые исторические чтения памяти М. П. Грязнова. Омск: Изд-во ОмГУ, 1992. С. 96−97.
  183. В.Т. О реконструкции мировоззрения зауральского населения в неолите и бронзовом веке // Мировоззрение народов Западной Сибири по археологическим и этнографическим данным. Томск: Изд-во Томского университета, 1985. С. 63−65.
  184. В.Т., Арефьев В. А. О семантике сосудов с рельефными зооморфными изображениями // Вопросы археологии Урала. Екатеринбург: Изд-во УрГУ, 1993. С. 107−120.
  185. В.Т., Цапко Ю. Г. Проблема эволюции художественного стиля и культуры населения лесной зоны Урала в каменном веке // Вопросы археологии Урала: Сборник науч. тр. Екатеринбург: Изд-во УрГУ, 1998. Вып. 23. С. 4−28.
  186. .А. Исследования в Лесостепном и Таежном Прииртышье // АО 1976. (1977). С. 205−206.
  187. .А. Новые материалы I тыс. н.э. из Лесостепного и Таежного Прииртышья (Ом.обл.) // Этнокультурные явления в Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1978. С. 51−69.: ил.
  188. .А. Изучение средневековых памятников в Омском Прирты-шье//АО 1978. (1979). С. 231−232.
  189. .А. Зооантропоморфные изображения эпохи раннего средневековья из Омского Прииртышья // Духовная культура народов Сибири. Томск: ТГУ, 1980. С. 42−58.170
  190. .А. Курганная группа X XII вв. н.э. у с. Усть-Ишим Омской области (к вопросу об усть-ишимской культуре) // Археологические памятники лесостепной полосы Западной Сибири. Новосибирск: Изд-во НГПИ, 1983. С. 96−110.
  191. .А. Усть-ишимские курганы и некоторые вопросы ранне-средневековой истории таежного Прииртышья // Западная Сибирь в эпоху средневековья. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1984. С. 88−98.
  192. .А. О культе коня в воззрениях раннесредневекового населения таежного Прииртышья // Мировоззрение народов Западной Сибири по археологическим и этнографическим данным. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1985. С. 68−71.
  193. .А. Малообчинские курганы как исторический источник по истории Таежного Прииртышья н. II тыс. н.э. // Источники по истории Западной Сибири. История и археология. Омск: Изд-во ОмГУ, 1987а. С. 69−96.
  194. .А. Об истоках раннесредневекового искусства населения Лесного Прииртышья // Скифо-сибирский мир: Искусство и идеология. Новосибирск: Наука СО, 19 876. С. 149−154.: ил.
  195. .А. О некоторых сторонах верований и искусства Таежного населения Прииртышья эпохи средневековья // Проблемы происхождения и этнической истории народов Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1987 В. С. 185−202.: ил.
  196. .А. Раннесредневековый ковш из Лесного Прииртышья // Известия СО АН СССР. Серия истории, филологии и философии. 1989. Вып. 1. С. 43−51.
  197. .А. Некоторые итоги и проблемы средневековой археологии Среднего Прииртышья (опыт историографического анализа) // Вопросы истории исследований и историографии археологии Западной Сибири.171
  198. Омск: Изд-во ОПЖ, 1992. С. 32−34.
  199. .А. Таежное Приртышье в X—XIII вв.. н.э. Омск: Изд-во Ом-ГПУ, 1993. 176 е.: 48 ил.
  200. .А. Десять тысяч лет среднеиртышскому искусству. Омск: ООМИИ, 1996. 60 е.: ил.
  201. .А. Искусство древних и средневековых косторезов Омского Прииртышья //Сб. науч. тр. ООМИИ. Омск: ООМИИ, 1997. С. 103−115.
  202. .А. Основы археологии Западной Сибири: Учебное пособие к спецкурсу. Омск: Изд-во ОмГУ, 1997. 245 е.: ил.
  203. .А., Шван Ф. Д. Об интерпретации бронзовых антропо-зооморфных изделий эпохи раннего средневековья из Таежного Прирты-шья // Исторические чтения памяти М. П. Грязнова. Тез. докл. Омск: Изд-во ОмГУ, 1987. 4.2. С. 189−191.
  204. Г. Ф. Об Одине и кресалах Прикамья // Проблема археологии Евразии и Северной Америки. М.: Наука, 1977. С. 156−162.
  205. Е.Ф. Теоретические проблемы искусствознания «звериный стиль» скифской эпохи. К формированию глоссария основных терминов и понятий. СПб: ГЭ, 1996. 74 с.
  206. Л.Н. Ранний железный век Зауралья и Западной Сибири: (Сар-гатская культура). Свердловск.: Изд-во УрГУ, 1988. 176 с.
  207. М.Ф. К вопросу об антропоморфных и солярных рисунках на самусьской керамике // СА. 1964. № 1. С. 292−296.
  208. М.Ф. К вопросу о кулайской культуре // КСИА. 1969. Вып. 19. С. 47−83.
  209. М.Ф. Древние культуры Томско-Нарымского Приобья. М.: Наука, 1974. 116 с.
  210. М.Ф. Бронзовый век Западной Сибири. М.: Наука, 1981. 278 с.
  211. М.Ф. Западная Сибирь в древности. М.: Наука, 1984. 245 с.172
  212. М.Ф. Человек и живая природа в свете сибирских этнографических и археологических материалов // Некоторые проблемы сибирской археологии. М., 1988. С. 84−112.
  213. М.Ф. Древняя история Западной Сибири: Человек и природная среда. М.: Наука, 1991. 256 с.
  214. В.Д. Древнетюркские изваяния Алтая. Новосибирск: Наука СО, 1984. 131 с.
  215. В.Д. Антропоморфные хвостатые существа алтайских гор // Антропоморфные изображения. Первобытное искусство. Новосибирск: Наука СО, 1987. С. 150−169.: ил.
  216. В.Д., Черемисин Д. В. Волк в искусстве и верованиях кочевников Центральной Азии // Традиционные верования и быт народов Сибири. Новосибирск, 1987. С. 98−117.
  217. A.B. Кулайское искусство как динамическая семиотическая система (к вопросу о семантике бронзолитейных изделий кулайской культуры) // Проблемы археологии и этнографии Сибири и Дальнего Востока. Красноярск: Сибирь, 1991. С. 56−57.
  218. Е.Е. О культе коня у народов Урала и Сибири (к вопросу о некоторых связях древнего населения Урала) // Этнокультурные связи населения Урала и Поволжья с Сибирью, Средней Азией Казахстаном в железном веке. Уфа, 1976. С. 21−24.
  219. Е.Е. О «прочтении текста» изобразительных памятников искусства евразийских степей скифского времени // Вестник древней истории. 1983. № 1.С. 32−45.
  220. Кызласов J1.P. Андроновские антропоморфные фигурки из Средней Азии //КСИИМК. 1956. Вып. 63. С. 67−83.
  221. Л.Р., Левашева В. П. С.В. Киселев. МИА. М., 1967. Вып. № 130. С. 7−16.173
  222. Кюн Г. Искусство первобытных народов. Пер. с нем. M.-JI.: Гос. изд-во изобраз. искусств, 1933. 111 е.: ил.
  223. Г. С. История отечественной археологии 1700−1971 гг. СПб.: Изд-во СПб ун-та, 1992. 464 с.
  224. В.П. Краткая инструкция по регистрации археологических памятников // Известия Государственного западносибирского музея. Омск: Омск. кр. музей, 1928а. № 17. С. 171−180.
  225. В.П. Предварительное сообщение об археологических исследованиях Западносибирского музея за 1926−1927 гг. // Известия Гос. западносибирского музея. Омск: Омск. кр. музей, 19 286. № 1. С. 159.
  226. В.П. Два сосуда из курганов Омской области // КСИИМК. 1948. Вып. 20. С. 86−88.
  227. В.П. Каменные изваяния эпохи бронзы в Южной Сибири // История искусства народов СССР. М.: Изобразительное искусство, 1971. Т. 1. С. 82−85.
  228. Н.В. Каменные фигурные жезлы Сибири // Первобытная археология Сибири. Л.: Наука ЛО, 1975. С. 63−67.
  229. Н.В. Антропоморфные изображения окуневской культуры // Сибирь, Центральная и Восточная Азия в древности. Неолит и эпоха металла. Новосибирск: Наука СО, 1978. С. 88−118.: ил.
  230. Н.Я. Задачи и методы исследовательской работы по археологии и искусствознанию //Научный работник. М., 1928. № 8−9. С.10−24.
  231. А.И. Десять лет археологических исследований. (Итоги и за174дачи археологического изучения Западной Сибири) // Известия лаборатории археологических исследований КемГПИ. Кемерово: Изд-во КемГПИ, 1964. Вып. 1. С. 3−4 .
  232. А.И. Историография археологии Сибири. Кемерово: Изд-во КемГУ, 1983. 62 с.
  233. А.И. Писаница на Томи. Кемерово: Изд-во КемГУ, 1987. 58 с.
  234. А.И., Мартынова Г. С. Лесостепная тагарская культура и вопросы происхождения и хронологии кулайской культуры // Ранний железный век. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1978. С. 25−32 .
  235. A.B. К изучению духовной культуры ирменского населения лесостепного Приобья // Мировоззрение народов Западной Сибири по археологическим и этнографическим данным. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1985. С. 87−89.
  236. A.B. Известия о «бугровании» в Западной Сибири и проблема происхождения Сибирской коллекции Петра I // Вопросы истории археологических исследований. Омск: Изд-во ОмГУ, 1992. С. 161−179.
  237. Н.П. К методике реконструкции социальной структуры саргат-ского населения Западной Сибири по данным погребального обряда // Актуальные проблемы методики западносибирской археологии. Новосибирск: Наука СО, 1980. С. 151−154.
  238. Н.П. Антропоморфные фигурки из раскопок у Андреевского озера // CA. 1985. № 2. С. 223−224.
  239. Н.П. Глиняная пластика саргатской культуры // Семантика древних образов. Первобытное искусство. Новосибирск: Наука СО, 1990. С. 114−117.
  240. Н.П. Саргатская культура на среднем Тоболе. Новосибирск: ВО «Наука» Сиб. изд. фирма, 1993. 175 с.
  241. Материалы по древней истории Сибири. Макет I тома истории Сибири.1751. Улан Удэ, 1964. 739 с.
  242. Е.П. Искусствознание и проблемы изучения первобытного искусства Сибири // Труды междунар. конф. по первобытному искусству. Кемерово: Изд-во САИПИ, 1999. С. 110−117.
  243. В.И. Памятники андроновского времени в низовьях Томи // Некоторые вопросы древней истории Западной Сибири. Томск: Том. кр. музей, 1959. С. 11−13.
  244. В.И. Тайна курганов Томской земли. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1960. 46 с.
  245. В.И. Об антропоморфных изображениях на стенках глиняных сосудов с поселения Самусь IV // CA. 1961. № 4. С. 226−269.
  246. В.И. Духовная культура томских племен эпохи неолита и бронзы // Сб. науч. тр. историч. кафедр. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1964а. Т. 167. С. 112−131.
  247. В.И. Неолит Верхней Оби // Материалы по древней истории Сибири. Макет I тома по истории Сибири. Улан Удэ, 19 646. С. 137−145.
  248. В.И. Нож из могильника у дер. Ростовка//КСИА. 1970а. Вып. 123. С. 103−105.
  249. В.И. О некоторых культурно-хронологических комплексах II тыс. до н.э. в Томском Приобье // Проблемы хронологии и культурной принадлежности археологических памятников Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 19 706. С. 86−100.
  250. В.И. Древняя история населения лесного и лесостепного Приобья. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1973а. 4.1, 2.
  251. В.И. Некоторые новые материалы по самусьской культуре//Проблемы археологии Урала и Сибири. М.: Наука, 19 736. С. 191 198.
  252. В.И. К изучению культурно—исторических параллелей на176селения Приобья и Урала в эпоху железа // Этнокультурные связи населения Урал и Поволжья с Сибирью, Средней Азией и Казахстаном в эпоху железа. Уфа, 1976. С. 2−26.
  253. В.И. О южном компоненте в составе самусьской культуры // Проблема археологии Евразии и Северной Америки. М.: Наука, 1977. С. 92−95.
  254. В.И. Некоторые общие вопросы происхождения кулайской культуры // Ранний железный век Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1978. С. 3−8.
  255. В.И. Об этнической интерпретации самусьско-ростовкинских памятников // К проблеме этногенеза и этнической истории аборигенов Сибири. Кемерово: Изд-во КемГУ, 1986. С. 14−18.
  256. В.И. Западная Сибирь и Саяно-Алтайское нагорье в эпоху неолита и бронзы // Эпоха камня и палеометалла азиатской части СССР. Новосибирск: Наука СО, 1988. С. 45−50.
  257. В.И. История археологических исследований в Сибири (до к. 1930-х гг.). Омск: Изд-во ОмГУ, 1992а. 110 с.
  258. В.И. Основные направления современной историографии сибирской археологии // Вторые исторические чтения памяти М.П. Гряз-нова. Омск: Изд-во ОмГУ, 19 926. С. 38−39.
  259. В.И. Сибирская археология в 1940—1950-е гг. Омск: Изд-во ОмГУ, 1994. 100 с.
  260. В.И. Археология Сибири 1960-Н.-1990-х гг. Проблематика. Омск: Изд-во ОмГУ, 1995. 126 с.
  261. В.И. Антропоморфная и зооморфная пластика Западной Сибири эпохи неолита и бронзы как особая область древнего искусства // Межд. конф. по перв. иск. Тез. докл. Кемерово: Изд-во САИПИ, 1998а. С. 108−110.1.I
  262. В.И. Саргатские древности Омского Прииртышья в системе культур раннего железного века лесостепи Западной Сибири // Сибирь в панораме тысячелетий. Новосибирск: Изд-во ИАЭ СО РАН, 19 986. Вып. 1. С.399−386.
  263. В.И. Триста лет истории сибирской археологии. Омск: Ом-ГУ, 2001. ТТ.1,2. 179 е., 173 с.
  264. В.И., Синицина Г. В. Могильник у деревни Ростовка вблизи Омска. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1988. 136 е.: ил.
  265. В.И., Сыркина JIM. О новых находках эпохи раннего железа в Томско-Чулымском Приобье // Первобытная археология Сибири. JL: Наука ЛО, 1975. С. 146−150.
  266. В.И., Толпеко И. В. Образ лося в древнем искусстве Западной Сибири (неолит, бронзовый век) // Археология Сибири: историография и источники. Омск: Изд-во ОмГУ, 1996. С. 131−149.
  267. Мец Ф. И. Медведкинские находки // Приобье глазами археологов и этнографов. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1999. С. 5−9.
  268. В.П. Новые поступления с р. Сын (Западная Сибирь) // СГЭ, 1958. Вып. 13. С. 56−59.: ил.
  269. A.A. Первобытное искусство // История искусств. Л.: Изд-во «П.П. Сойкин», 1929. С. 3−56.
  270. Ю.И. Семантика образа змеи в культурных традициях бронзового века населения Западной Сибири // 275 лет сибирской археологии. Красноярск: Изд-во КГУ, 1997. С. 4819.
  271. Мировоззрение народов Западной Сибири по археологическим и этнографическим данным. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1985. 168 с.
  272. Т.В., Свешников A.B. К проблеме соотношения археологиче178ского и исторического источников // Интеграция археологических и этнографических исследований. Омск: Изд-во ОмГУ, 1998. Ч. 2. С. 20−21.
  273. В.А. Васюганский клад // СА. 1964. № 2. С. 227−231 :ил.
  274. В.А. Елыкаевская коллекция Томского университета // СА. 1968. № 1. С. 263−268.
  275. В.А. Находки из Пиковки//С А. 1969. № 3. С. 254−259.
  276. В.А. К вопросу об этнокультурных ареалах Среднего Прииртышья и Приобья эпохи железа // Проблемы хронологии и культурной принадлежности археологических памятников Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1970. С. 46−51.
  277. В.А. К вопросу о саргатской культуре // Проблемы археологии и древней истории угров. М.: Наука, 1972. С. 66−86.
  278. В.А. О западной границе кулайской культуры // СА. 1984. № 3. С. 237−241.
  279. В.А. К особенностям этнокультурного развития Омского Прииртышья в раннем железном веке // Проблемы интерпретации археологических и этнографических источников Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1990. С.163−164.
  280. В.А. Контакты населения лесной полосы Приуралья и Западной Сибири в конце первого начале второго тысячелетия // Пробле179мы археологии Евразии. М.: Наука, 1991а. С. 5−105.
  281. В.А. Саргатская культура // Степная полоса азиатской части СССР в скифо-сарматское время. Археология СССР. М.: Наука, 1992. С. 292−311.
  282. В.А. Некоторые проблемы этнической атрибуции культур эпохи железа Таежного Обь-Иртышья // Интеграция археологических и этнографических исследований. Владивосток Омск: Изд-во ОмГУ, 2000. С.110−113.
  283. В. А. Колесников А.Д., Куйбышев A.B. Работы в Прииртышье // АО. 1976. (1977). С. 225−226.
  284. В.А., Коников Б. А. Могильник потчевашской культуры на Среднем Иртыше // CA. 1983. № 2. С. 23−34.
  285. В.И. Об искусстве племен эпохи неолита и ранней бронзы в лесостепном Обь-Иртышье // Первобытное искусство. Новосибирск: Наука СО, 1976. С. 111−115.
  286. В.И. Некоторые находки вещей первого тысячелетия из Айда-шинской пещеры // Этнокультурные явления в Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1978. С. 70−80.
  287. В.И. Бараба в эпоху бронзы. Новосибирск: Наука СО, 1985. 200 с.
  288. В.И. Древнее искусство Западной Сибири. Новосибирск: Наука СО, 1992. 191 е.: ил.
  289. В.И., Бобров В. В., Равнушкин В. Н. Айдашинская пещера. Новосибирск: Наука СО, 1980. 208 с.
  290. В.И., Полосьмак Н. В. К семантике бронзовых антропоморфных изделий в кольце из Западной и Восточной Сибири // Проблемы археологии, 180истории, краеведения и этнографии Приенисейского края. Красноярск: Изд-во КГУ, 1992. 4.2. С. 33−35.
  291. В.И., Равнушкин В. Н. Новые находки кулайского облика из Айдашинской пещеры // Ранний железный век Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1978. С. 43−50.: ил.
  292. В.И., Соболев В. И. Предметы мелкой пластики с Абрашинско-го городища (эпоха поздней бронзы) // Пластика и рисунки древних культур. Новосибирск: Наука СО, 1983. С. 105−108.
  293. В.И., Соболев В. И., Соловьев А. И. Бараба в эпоху позднего средневековья. Новосибирск: Наука СО, 1990. 261 е.: ил.
  294. В.Н. О некоторых каменных скульптурах Прииртышья // КСИИМК. 1952. Вып. 43. С. 45−54.: ил.
  295. В.Н. Городище и курганы Потчеваш (К вопросу о потчеваш-ской культуре) // Древняя история Нижнего Приобья. М.: АН СССР, 1953. С. 189−220.
  296. В.И. Об одной группе глиняных антропоморфных изображений из Западной Сибири//КСИИМК. 1959. Вып. 75. С. 180−184.: ил.
  297. В.И. О зауральских зооморфных изображениях, связанных с глиняной посудой (К вопросу о древних контактах в уральской среде) // Проблемы археологии и древней истории угров. М.: Наука, 1972. С. 5665.
  298. В.И. Об одной категории западносибирской мелкой пластики//КСИА. 1973. Вып. 136. С. 83−85.
  299. В.И. Древняя скульптура Урала и Западной Сибири. М.: Наука, 1976а. 132 е.: ил.
  300. В.И. К вопросу о каменных плитках с рельефными головами баранов //КСИА. 19 766. Вып. 147. С. 84−88.: ил.
  301. В.И. Некоторые данные о роли лошади в культуре населе181ния крайнего Севера Западной Сибири // История, археология и этнография Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1979. С. 34−35.
  302. В.И. К вопросу о гребнях из северо-западной Сибири // Пластика и рисунки древних культур. Первобытное искусство. Новосибирск: Наука СО, 1983. С.154−160.: ил.
  303. В. И. Чернецов В.Н. Городище Андрюшин городок // КСИИМК. 1953. Вып. 51. С. 93−98.
  304. И.М. Пути изучения западносибирской археологии и ее проблемы в настоящем // Сибирские огни. 1925. № 6. С. 162−166.
  305. И.М. Находка на горе Кулайке // Труды Томского обл. краевого музея. Томск: Том. кр. музей, 1927. Т.1. С. 65−69.
  306. И.М. Охрана и изучение памятников искусства Сибирского края // Труды I Сибирского краевого научно-исследовательского съезда. Новосибирск, 1928. Т. 5. С. 247−250.
  307. И.М. Древности Нарымского края: В собрании Томского краевого музея // Труды Томского обл. краевого музея. Томск: Том. кр. музей, 1929. Т.2. С. 51−86.
  308. A.B. Изображения канисовых из Истяцкого клада // Интеграция археологических и этнографических исследований. Омск: Изд-во Ом-ГУ, 1998а. Ч. 2. С. 32−38.
  309. A.B. Канисовые в изобразительном искусстве древнего населения таежной зоны Западной Сибири // Сибирь в панораме тысячелетий. Новосибирск: Изд-во ИАЭ СО РАН, 19 986. Вып.1. С. 461−470.
  310. В.А. Древнее искусство народов Прикамья. Пермский звериный стиль. Пермь: Пермское кн. изд-во, 1976а. 36 е.: ил.
  311. В.А. Этнокультурные связи населения верхнего Прикамья с племенами Западной Сибири в IX—XV вв.. // Этнокультурные связи населения Урала и Поволжья с Сибирью, Средней Азией и Казахстаном в эпоху182железа. Уфа, 19 766. С. 20−21.
  312. А.П. Древние шаманские изображения из восточной Сибири // СА. 1948. X. С. 203−225.
  313. А.П. Неолит Верхней Оби // Материалы по древней истории Сибири. Макет I тома по истории Сибири. Улан Удэ, 1964. С.143−145.
  314. А.П. Утро искусства. Л.: Искусство JIO, 1967. 134 с.
  315. А.П. Искусство неолитических племен Сибири // История искусств народов СССР. М.: Изобразительное искусство, 1971а. Т.1. С. 8496.
  316. А.П. О палеолитической традиции в искусстве неолитических племен Сибири // Первобытное искусство. Новосибирск: Наука СО, 19 716. С. 3−21.
  317. А.П., Мартынов А. И. Сокровища Томских писаниц. М.: Искусство, 1972. 258 с.
  318. B.C. О методике источниковедческого анализа антропоморфных изваяний // Социально-экономическое развитие древних обществ и археология. М., 1987. С. 106−114.
  319. Е.И. К вопросу о методе изучения художественной металлической пластики Прикамья I начала II тыс. н.э. // АСГЭ. 1995. № 32. С. 105 118.
  320. Е.И. Язык искусства: (По материалам художественной металлической пластики Прикамья I начала II тыс. н.э.) // АСГЭ. 1996. № 33. С. 133.147.183
  321. JI.А. Материалы по истории развития художественного литья западносибирских племен I тыс. н.э. // Тез. докл. и сообгц. 5 уральского археологии. совещ. Сыктывкар, 1967. С. 149−150.
  322. А.Ф. Материалы к археологической карте Омской области // Источники по истории Западной Сибири: История и археология. Омск: Изд-во ОмГУ, 1987. С. 116−126.
  323. В.А. Антропоморфные изображения на керамике Среднего При-обья эпохи металла // 275 лет сибирской археологии. Красноярск: Изд-во КГУ, 1997. С. 38−39.
  324. Первобытное искусство. Новосибирск: Наука СО, 1976. 180 е.: ил.
  325. Первобытное искусство (проблема происхождения). Кемерово: Изд-во САИПИ, 1998. 211 с.
  326. А.И. О семантике зооморфных изображений из погребений эпохи неолита ранней бронзы в Западной Сибири // Исторические чтения памяти М. П. Грязнова. Омск: Изд-во ОмГУ, 1992. С. 93−96.
  327. .Б. Первобытное искусство // Первобытное общество. М.: Наука 1932. С.141−154.
  328. .Б. Все ли виды изобразительной деятельности человека были искусством? // СА. 1976. № 5. С. 51−54.
  329. Пластика и рисунки древних культур. Новосибирск: Наука СО, 1983.183 с.
  330. Л.М. Памятники кулайского типа в Томском Приобье // Проблемы хронологии и культурной принадлежности археологических памятников Западной Сибири. Томск: изд-во Том. ун-та, 1970. С. 164−171.
  331. Л.М. Предметы звериного стиля в Среднем Приобье // Ски184фо-сибирский звериный стиль в искусстве народов Евразии. М.: Наука, 1976. С. 235−241.
  332. JI.M. Работы Томского отряда Среднеобской экспедиции // АО 1976. (1977)а. С. 232−233.
  333. Плетнева JIM. Томское Приобье в к. VIII III вв. до н.э. Томск: Изд-во Том. ун-та, 19 776. 108 с.
  334. JI.M. Томское Приобье в кулайское время // Ранний железный век. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1978. С. 51−58.
  335. Плетнева JIM. Томское Приобье в начале второго тысячелетия (по археологическим источникам). Томск: Изд-во Том. ун-та, 1997. 350 с.
  336. JI.M., Мец Ф.И., Ритуальный комплекс эпохи раннего железа в Томском Приобье // Приобье глазами археологов и этнографов. Томск: Изд-во Том ун-та, 1999. С. 10−25.
  337. МЛ. О мировоззренческих особенностях сибирского изобразительного искусства эпохи бронзы (окуневские личины) // Мировоззрение народов Западной Сибири по археологическим и этнографическим данным. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1985. С. 111−114.
  338. B.C., Ларичев В. Е. Статья доктора А. Сальмони о древнеси-бирском искусстве (1929 г.) // Гуманитарные науки в Сибири. 1997. № 3. С. 86−92.
  339. Н.В., Шумакова Е. В. Очерки семантики кулайского искусства. Новосибирск: Наука СО, 1991. 92 е.: ил.
  340. Т.А. Комплекс бронзового культового литья из Западной Сибири (по материалам МАЭ) // Культурологические процессы в Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1993. С. 96−100.
  341. Т.М., Корочкова О. Н., Стефанов В. И. Лесное Тоболо-Иртышье в конце эпохи бронзы (по материалам Чудской Горы). М.: Наука, 1995. 151 е.: ил.185
  342. Произведения искусства в новых находках советских археологов: Альбом. М.: Искусство, 1977. 216 с.
  343. .Н., Миклашевич Е. А. Сейминско-турбинская изобразительная традиция: пластика и петроглифы // Проблемы изучения наскальных изображений в СССР. М.: ИА СССР, 1990. С. 146−153.
  344. В.В. Сибирские древности. СПб., 1884. Т. 1. Вып. 3. С. 130−133.
  345. Д.С. Модель мира скифской культуры: Проблемы мировоззрения ираноязычных народов евразийских степей I тыс. до н.э. М.: Наука, 1985. 256 е.: ил.
  346. В.М. Женская статуэтка со стоянки Березовый Мыс // МИА. М., 1965. № 130. С. 65−68.
  347. Е. Проблема стиля и музейная экспозиция // Музейное пространство и зритель. СПб.: ГЭ, 1997. С. 183−201.
  348. Семантика древних образов. Первобытное искусство. Новосибирск: Наука СО, 1990. 175 с.
  349. В.А. Об одной параллели искусству малых форм Сибири в эпоху бронзы на европейском Северо-Востоке // Мировоззрение народов Западной Сибири по археологическим и этнографическим данным. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1985. С. 131−132.
  350. Ю.Б. Произведения искусства как атрибуты шаманского культа //Межд. конф. по первоб. искусству. Тез. докл. Кемерово: Изд-во САИПИ, 1998. С. 139−141.
  351. Е.А. Трассологическое изучение материалов Каменного Мыса //Ранний железный век. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1978. С. 19−24.
  352. В.Д. Некоторые аспекты развития ранних форм религии в Лесном Приобье в эпоху металла: (К постановке проблемы) // Этнокультурная история населения Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1978. С. 13−25.: ил.186
  353. В.И. Вознесенское городище памятник сер. II тыс. н.э. // Древние культуры Алтая и Западной Сибири. Новосибирск: Наука СО, 1978. С. 179−190.: ил.
  354. В.И. Скульптура малых форм с памятников Сибири: характеристика и функциональное значение // Археология вчера, сегодня, завтра. Новосибирск: Изд-воНПГУ, 1995. С. 97−107.
  355. О. Петроглифы как самостоятельный вид скифо-сибирского искусства // Наскальное искусства Азии: Тез. докл. междунар. конф. Кемерово: Кузбассвузиздат, 1995. С. 11−12.
  356. O.A. К вопросу о терминологии пластики малых форм (опыт глоссария) // Научные чтения памяти В. М. Василенко: Сб.ст. М., 1998. Вып. 2. С. 25−43.187
  357. А.А. Древности Камской чуди // Материалы по археологии России. 1902. № 26. С. 12−32.
  358. А.А. Шаманские изображения // Записки русского археологического общества. СПб., 1906. Т. 8. Вып. 1.
  359. ССЭ. Новосибирск, 1931. Т. 2. 456 стб.
  360. В.Ф. Новые находки плоского литья в Нижнем Приобье // Проблема археологии Урала и Сибири. М.: Наука, 1973. С.78−83.
  361. Л.М. Керамика городища Кижирово // Ученые записки Томского гос. ун-та. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1966. № 60. С. 71−78.
  362. А.Д. Опыт анализа композиционных структур петроглифов Бе-ломорья (Карелия) // С А. 1977. № 3. С. 224−256.
  363. А.Д. Происхождение изобразительного искусства. М.: Искусство, 1985. 298 с.
  364. А.Д., Савватеев Ю. А. О некоторых возможностях изобразительного анализа писаницы Астувансаями (Финляндия) // Первобытное искусство. Новосибирск: Наука СО, 1976. С. 151−156.
  365. C.B. Образ зверя в мелкой пластике сибирских племен в эпоху неолита и ранней бронзы // Экспедиции государственного исторического музея. М.: ГИМ, 1969. С. 39−63.
  366. C.B. Изображение человека в искусстве древнего населения урало-западносибирского региона (эпоха бронзы) // Антропоморфные изображения. Первобытное искусство. Новосибирск, 1987а. С. 73−88.
  367. C.B. Искусство Восточного Урала и Западной Сибири эпохи бронзы // Эпоха бронзы лесной полосы СССР. Археология СССР. М.: Hay188ка, 19 876. С. 318−326.
  368. Л.М., Широков В. Н. Глиняная культовая пластика Рачевского археологического комплекса // Проблемы урало-сибирской археологии. Свердловск: Изд-во УрГУ, 1986. С. 131−138.
  369. С.С. Западносибирский отдел русского географического общества (1877−1917)//История археологических исследований Сибири. Омск: Изд-во ОмГУ, 1990. С. 64−77.
  370. Т.Н. К вопросу о культе медведя в Приобье // Известия СО СССР. Серия общ. наук, 1963. Вып. 3. С. 60−65.: ил.
  371. Т.Н. К вопросу о «зверином» стиле Новосибирского Приобья // Известия лаборатории археологических исследований Кемеровского пединститута. Кемерово: Изд-во КемГПИ, 1970. Вып. 2. С. 18−24.: ил.
  372. Т.Н. Новосибирское Приобье в VII IV вв. до н.э. // Вопросы археологии Сибири. Научные труды НГПИ. Новосибирск: Изд-во НГПИ, 1972. Вып. 38. С. 3−35.
  373. Т.Н. Южные элементы в кулайской культуре: (По материалам могильника Каменный Мыс // Известия лаборатории археол. исследований Кемеровского гос. ун-та. Кемерово: Изд-во Кем ГУ, 1976. Вып. 7. С. 60−67.: ил.
  374. Т.Н. Кулайская культура в Новосибирском Приобье//Ранний железный век Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1978. С. 918.: ил.
  375. Т.Н. Кулайская культура в Новосибирском Приобье. Новосибирск: Наука СО, 1979. 124 е.: ил.189
  376. Т.Н. Некоторые вопросы кулайского звериного стиля // Мировоззрение народов Западной Сибири по археологическим и этнографическим данным. Томск: Изд-во Том ун-та, 1985. С. 150−152.
  377. Т.Н. Некоторые вопросы этнической истории лесостепного Приобья // Проблемы исторической интерпретации археологических и этнографических источников Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1990. С. 165−168.
  378. Т.Н., Бородовский А. П. Болынереченская культура лесостепного Приобья. Новосибирск.: ВО «Наука» Сиб. изд. фирма, 1994. 184 с.
  379. Т.Н., Бородовский А. П. Бурбинские находки // Известия СО РАН. Серия истории, филологии и философии. Новосибирск: ВО «Наука» Сиб. изд. фирма, 1992. Вып. 3. С. 57−64.
  380. Т.Н., Дураков И. А. Профильные изображения медведя из Новосибирского Приобья // Традиции и инновации в истории культуры. Новосибирск: Изд-во НГПУ, 1995. С. 26−31.
  381. Т.Н., Новиков A.B. Верхнеобская культура в Новосибирском Приобье. Новосибирск: Изд-во ИАЭ СО РАН, 1998. 152 с.
  382. А.Я. Скульптура лошади из Среднего Прииртышья//Пластика и рисунки древних культур. Новосибирск: Наука СО, 1983. С. 112 116.
  383. У истоков творчества: (Первобытное искусство). Новосибирск: Наука, 1978. 213 е.: ил.
  384. Угорское наследие. Екатеринбург: Внешторгиздат, 1994. 158 с.
  385. P.A. Кривошеинский клад // Труды Том. обл. кр. музея. Томск: Том. кр. музей, 1956. Т. 5. С. 329−345.
  386. P.A. Кулайская культура Среднего Приобья // Некоторые вопросы древней истории Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. унта, 1959. С. 22−24.190
  387. И.В. К истокам мировоззрения древних уральцев (по материалам мелкой глиняной и кремневой пластики эпохи неолита-бронзы оз. Андреевского Тюменской обл.) // Вопросы археологии Урала: Сб. науч.тр. Екатеринбург, 1998. С. 105−134.
  388. И.Н. Русское декоративно-прикладное искусство периода барокко // Русское искусство эпохи барокко. Новые материалы и исследования. СПб.: ГЭ, 1998. С.127−140.
  389. Н.В. Новые находки мелкой антропоморфной пластики на поселениях к. I тыс. н.э. в Среднем Приобье // Научные труды Тюменского гос. ун-та. Тюмень: Изд-во ТюмГУ, 1970. Т. 64. С.145−151.
  390. Н.В. О культурной принадлежности Обь-Иртышских памятников I тыс. н.э. // Ранний железный век Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1978. С. 78−83.
  391. Н.В. Опыт типологического анализа западносибирского литья (к вопросу о взаимосвязи искусства и среды) // Особенности естественно-географической среды и исторические процессы в Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1979. С. 91−93.
  392. Н.В. Новый клад эпохи средневековья с Барсовой Горы // Проблемы западносибирской археологии: эпоха железа. Новосибирск: Наука, 1981. С. 148−152.: ил.
  393. Федоров-Давыдов Г. А. Искусство кочевников Золотой Орды. М.: Искусство, 1976. 228 с.
  394. Финно-угры и балты в эпоху средневековья. Археология СССР. М.: Наука, 1987. 493 с.
  395. В.М. Топографические сведения о курганах Западной Сибири. Томск: Типо-Литография Михайлова и Макушина, 1889. 72 с.
  396. A.A. Памятники первобытного искусства. М.: Наука, 1966.78 с.
  397. A.A. Очерки по первобытному искусству. М.: Наука, 1969.89 с.191
  398. А.А. Наскальные изображения Кавказа // История искусства народов СССР. М.: Изобразительное искусство, 1971. С. 31−33.
  399. А.А. Искусство каменного и бронзового веков // Произведения искусства в новых находках советских археологов. М.: Наука, 1977. С. 7−41.
  400. А.А. О некоторых задачах и спорных проблемах в исследовании памятников первобытного искусства//С А. 1979. № 3. С. 5−15.
  401. А.А. Памятники первобытного искусства на территории СССР. М.: Наука, 1980. 96 с.
  402. А.А. К проблеме «очагов первобытного искусства» // СА. 1983. № 3. С. 5−13.
  403. А.А. Страницы истории русской археологии. М.: Наука, 1986. 240 с.
  404. А.А. Русские археологи и политические репрессии 1920−1940-х гг. // РА. 1998. № 3. С. 191−206.
  405. Л.П. Древняя история Таймырского Заполярья. СПб.: Изд-во «Дмитрий Буланин», 1998. 341 с.
  406. Е.Ф. О возможных применениях методов искусствознания в исследованиях звериного стиля //АСГЭ. 1990. Вып. 30. С. 77−82.
  407. О.П. О стилистическом единстве древней каменной скульптуры Западной Сибири лесостепи и сопредельных территорий // Археология Сибири: историография и источники. Омск: Изд-во ОмГУ, 1996. С. 150−180.192
  408. О.П. Западносибирская скульптура: вещь, знак, символ // Мировоззрение. Археология. Ритуал. Культура. СПб.: ГЭ, 2000. С. 194−212.
  409. В.Н. Изобразительное искусство обских угров (часть из монографии «Обские угры»). Рефераты научно-исследовательских работ за 1944 г. М.-Л.: АН СССР, 1945. 37 с.
  410. В.Н. Бронза усть-полуйского времени // Древняя история Нижнего Приобья. МИА. М.: Изд-во АН СССР, 1953. № 35. С. 121−178.
  411. В.Н. Нижнее Приобье в I тыс. н.э.//Культура древних племен Приуралья и Западной Сибири. МИА. М.: Изд-во АН СССР, 1957. № 58. С. 136−245.
  412. В.Н. Наскальные изображения Урала. М.: Наука, 1964. 110 с.
  413. В.Н. Наскальные изображения Урала//САИ. 1971. В. 4−12. 120 с.
  414. В.Н., Мошинская В. И. Городище Большой Лог // КСИИМК. 1951. Вып. № 37. С. 78−87.:ил.
  415. В.Н., Мошинская В. И. Древнее искусство Урала и Западной Сибири //История искусства народов СССР. М.: Изобразительное искусство, 1971.Т. 1. С. 71−82.
  416. Л.В. О происхождении и этнической принадлежности Урало-Сибирского культового литья // Скифо-сибирское культурно-историческое единство: Мат.1 всесоюзн. археол. конф. Кемерово: Изд-во КемГУ, 1980. С. 329−337.
  417. Л.В. Современное состояние проблемы изучения культового литья Урала и Западной Сибири // Урал и проблемы региональной историографии. Феодализм. Первобытнообщинный строй. Свердловск: УНЦ АН СССР, 1986. С. 110−115.
  418. Л.В. Из истории художественных музеев России: Учебное пособие. М.: Изд-во РГГУ, 1991. 85 с.193
  419. Л.А. Антропоморфные изображения как источник по истории племен Приобья (VI VIII вв. н.э.) // Мат. научн. конф. мол. ученых вузов. Томск: Изд-во Том. ун-та. 1968. Т. 2. С.26−27.
  420. Л.А. Древние личины из Васюганья//СА. 1971. № 4. С. 233−236.
  421. Л.А. Западные параллели в раннесредневековых памятниках Среднего Приобья // Этнокультурные связи населения Урала и Поволжья с Сибирью, Средней Азией и Казахстаном в эпоху железа. Уфа, 1976. С. 46−48.
  422. Л.А. Могильник Релка на Средней Оби. Томск: Изд-во Том. унта, 1977. 193 е.: ил.
  423. Л.А. Кулайская культура в Нарымском Приобье // Ранний железный век Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1978. С. 59−65.
  424. Л.А. Особенности западносибирского звериного стиля // Проблемы скифо-сибирского культурно-исторического единства: Тез. докл. всесоюзн. археол. конф. Кемерово: Кузбассвузиздат, 1979. С. 139−140.
  425. Л.А. Изображения воинов из Среднего Приобья // Военное дело древних племен Сибири и Центральной Азии. Новосибирск, 1981а. С. 87−97.: ил.
  426. Л.А. Приобье в эпоху раннего средневековья // Сибирь в прошлом, настоящем и будущем: Тез. докл. и сообщ. всесоюзн. науч. конф. Новосибирск, 19 816. Вып. 3. С. 32−34.
  427. Л.А. Соболь в пластике населения Среднего Приобья // Проблемы западносибирской археологии: Эпоха железа. Новосибирск: Наука СО, 1981 В. С. 144−148.
  428. Л.А. Древняя история Среднего Приобья в эпоху железа. Кулайская культура. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1984. 255 с.
  429. Л.А. История Среднего Приобья в эпоху раннего средневеко194вья (релкинская культура). Томск: Изд-во Том. ун-та, 1991. 181 с.
  430. JI.A. Об итогах изучения этнокультурной истории Урало-Западносибирского региона России // Народы России: возрождение и развитие. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1994. С. 109−114.
  431. JI.A. Головные уборы в художественном металле кулайского времени // Труды междунар. конф. по первобыт. искусству. Кемерово: «НИКАЛС», 1999. С. 188−194.: ил.
  432. A.C. Подвеска с изображением бобров из Прииртышья // Вопросы этнокультурной истории Сибири. Томск: Изд-во Том. унта, 1980. С. 28−33.
  433. Шер Я. А. Петроглифы Средней и Центральной Азии. М.: Наука, 1980. 237 с.
  434. Шер Я. А. Первобытное искусство: факты, гипотезы, методы и теория // Археология, этнография, антропология Евразии. Новосибирск: Изд-во ИА РАН СО, 2000. № 2. С. 77−86.
  435. Ю.В. Культ медведя в Западной Сибири (К проблеме контаминации) // Актуальные проблемы древней и средневековой истории Сибири: Сборник статей. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1997. С. 217−223.
  436. A.B. К вопросу о происхождении пермского звериного стиля // Сборник музея антропологии и этнографии. Л: Музей антропологии и этнографии, 1927. Т.6. С. 125−164.
  437. Д.Н. Резная скульптура Урала. Из истории звериного стиля // Труды Гос. ист. музея. М: ГИМ, 1940. Вып.10. 104 е.: ил.
  438. Эрлих В. А. Археология Сибири в отечественных изданиях XVIII195
  439. XIX вв. // Интеграция археологических и этнографических исследований. Омск: Изд-во ОмГУ, НГПУ, 1996. С. 107−111.
  440. Я.А. К проблеме формирования кулайского художественного стиля // Культурогенетические процессы в Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1993. С. 126−130.
  441. Я.А. Средневековое культовое литье Нарымского Приобья// Западная Сибирь в эпоху средневековья. Томск: ТГУ, 1984. С. 9−31.
  442. Я.А. К проблеме классификации и семантики орнитоморфных изображений с раскрытыми крыльями эпохи железа из Приобья // Материалы и исследования культурно-исторических проблем народов Сибири. Томск, 1995. С. 178−197.
  443. Burchard Brentjes. Der Tierstil in Eurasien.-Leipzig: VEB E.A. Seemann Verlag, 1982. 155 s.
  444. Heikel Axel. Antiquites de Siberie occidentale. Conservees dons musees.-Helsingfors, 1894. 111 p.- XXX PI.
  445. Powell T.G.E. Prehistoric Art. New York, Washington: Frederick A. Praeger, Publishers, 1966. 385 p.
  446. Tallgren A.M. Permian Studies // Eurasia Septentrionalis antiqua. Helsinki, 1928. 3. P. 63- 92.196
Заполнить форму текущей работой