Помощь в написании студенческих работ
Антистрессовый сервис

Сложные многочленные предложения в прозе А. П. Чехова: На материале рассказов и повестей 1890-1900-х годов

ДиссертацияПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

Сочетаемость компонентов СМП на этом этапе изучается в неразрывной связи с «размером» сложного предложения, так как протяженность и сочетаемость взаимно предполагают друг друга: протяженность формируется в результате сочетаемости компонентов, а сочетаемость, в свою очередь, может быть ограничена количественным фактором — определенным числом ПЕ. Такая постановка вопроса потребовала пристального… Читать ещё >

Сложные многочленные предложения в прозе А. П. Чехова: На материале рассказов и повестей 1890-1900-х годов (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Содержание

  • ГЛАВА I. СЛОЖНЫЕ МНОГОЧЛЕННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ОДНИМ ВИДОМ СВЯЗИ ПРЕДИКАТИВНЫХ ЕДИНИЦ В ПРОЗЕ А. П. ЧЕХОВА
    • 1. 1. Теоретические основы анализа сложных многочленных предложений
    • 1. 2. Структурно-семантические типы многочленных сложных бессоюзных предложений
    • 1. 3. Структурно-семантические типы многочленных сложносочиненных предложений
    • 1. 4. Структурно-семантические типы многочленных сложноподчиненных предложений
  • Выводы по главе I
  • ГЛАВА II. СЛОЖНЫЕ МНОГОЧЛЕННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С РАЗНЫМИ ВИДАМИ СВЯЗИ ПРЕДИКАТИВНЫХ ЕДИНИЦ В ПРОЗЕ А. П. ЧЕХОВА
    • 2. 1. Структурно-семантические', типщ? эдщ^н^синтаксических конструкций с бессоюзной kioaa^^^t^JtauirenbHOU связью ГШ
    • 2. 2. Структурно-семантические ^ипьГ^ожвйах синтаксических конструкций с бессоюзной и союзной подчинительной связью ПЕ
    • 2. 3. Структурно-семантические типы сложных синтаксических конструкций с сочинительной и подчинительной связью ПЕ
    • 2. 4. Структурно-семантические типы сложных синтаксических конструкций со всеми видами связи ПЕ
  • Выводы по главе II
  • ГЛАВА III. ОСОБЕННОСТИ РАЗВИТИЯ, ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ И
  • СТИЛИСТИКИ СЛОЖНЫХ МНОГОЧЛЕННЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ В ПРОЗЕ А. П. ЧЕХОВА
    • 3. 1. Эволюционное развитие сложных многочленных предложений в творчестве писателя
    • 3. 2. Функциональное назначение сложных многочленных предложений
    • 3. 3. Экспрессивоно-стилистические свойства сложных- многочленных предложений
  • Выводы по главе III

Огкрьгше" и теоретическое осмысление сложных многочленных предложений (далее — СМИ) является одним из наиболее ярких достижений отечественных лингвистов начиная с 50-х годов XX столетия.

В изучении СМП можно выделить четыре этапа.

Первый этап -1950;е — первая половина 1960;х годов.

Впервые в отечественном языкознании СМП были описаны в «Грамматике русского языка» АН СССР под термином «сложные предложения усложненного типа». Здесь четко обозначен основной дифференциальный признак названных конструкций — наличие в их составе более трех простых предложений, «объединенных либо сочинительной, либо подчинительной, либо одни сочинительной, другие подчинительной связью» (69, с. 359), в самом общем виде обращается внимание на структурные особенности таких предложений.

На первом этапе изучения СМП появляются и монографии И. А. Василенко (33), В. В. Казмина (86), Б. А. Беловой (19), Г. Ф. Калашниковой (91) и др., посвященные отдельным типам СМП в современном русском и древнерусском языках. Этот период характеризуется привлечением интереса к «сложным предложениям усложненного типа» как к предмету научного исследования.

В центре внимания первых исследователей СМП — структурные типы, разновидности и варианты анализируемых конструкций, средства связи компонентов, характер их расположения, особенности сочетаемости, наблюдения над использованием отдельных типов СМП в том или ином функциональном стиле. К концу этого периода вырисовываются общие и частные закономерности построения СМП, начинается исследование их в других языках.

Второй этап (вторая половина 1960;х годов — 1970;е годы) характеризуется, с одной стороны, продолжением тенденции накопления материала в ряде работ описательного хащктера (рассматриваются структурно-семантические особенности сложных предложений с параллельным соподчинением придаточных в исследовании А. В. Андрусенко (9), с параллельным и неоднородным соподчинением придаточных в статье А. С. Уеькищ (183), многочисленные ра4 боты В. А. Шитова (216- 217- 218) посвящены структурным типам сложных предложений с однородным соподчинением придаточных и т. д.).

С другой стороны, делаются попытки осмыслить специфику СМП как «единицы высшего порядка», нового качества. Поиски специфики СМП приводят к идее многомерной классификации полипредикативных предложений (184), к определению типологии всех СМП, а не отдельных их разновидностей, к поискам закономерностей строения СМП как особой подсистемы в системе сложного предложения и особенностей сочетаемости компонентов в их составе.

Третий период (конец 1970;х — 1980;е годы) ознаменован появлением обобщающих исследований, для которых характерна попытка системного и многоаспектного описания особенностей структуры, семантики и функционирования СМП с установлением их списка и сочетаемости I IE в их составе. В работе Г. Ф. Гавриловой (50) изучались трехкомпонентные сложные предложения, рассматривалась их семантика и особенности сочетаемости компонентов. В монографическом исследовании Г. Ф. Калашниковой (89) был осуществлен подход к СМП как единице нового качества. Чтобы познать свойства этой единицы, автор попытался рассмотреть ее в двух аспектах — в плане ее внешней и внутренней сочетаемости. Подход к СМП как синтаксическому построению высшего по отношению к ПЕ и их блокам порядка позволил Г. Ф. Калашниковой вывести правила возникновения смысловых блоков, правила сложения смыслов, помог проникнуть в механизм создания СМП.

Сочетаемость компонентов СМП на этом этапе изучается в неразрывной связи с «размером» сложного предложения, так как протяженность и сочетаемость взаимно предполагают друг друга: протяженность формируется в результате сочетаемости компонентов, а сочетаемость, в свою очередь, может быть ограничена количественным фактором — определенным числом ПЕ. Такая постановка вопроса потребовала пристального анализа не только исходных, но и контаминированных конструкций, что позволило на материале полипредикативных единиц рассмотреть вопрос о возможностях и границах предикативного усложнения, а также о факторах, определяющих протяженностьЩщШДО 5 предложения, о средствах усиления смыслового восприятия СМИ, о способности многочленной структуры СМП выполнять коммуникативную функцию.

На третьем этапе изучения СМП начинают исследоваться в четырех аспектах: логическом, структурном, семантическом и коммуникативном с привлечением собственно лингвистических методов и приемов научного анализа, а также с использованием данных других наук и нелингвистических приемов анализа в качестве вспомогательных. Так, например, применение данных психологии к СМП позволило выявить в этом синтаксическом построении такие правила и способы структурирования, которые в максимальной степени способны целесообразно использовать объем кратковременной памяти (97). Вместе с тем наблюдения над способностью СМП при большом объеме быть удобными для смыслового восприятия дали возможность обнаружил, в максимальных структурных синтаксических единицах внутренний лингвистический механизм компактности, облегчающий восприятие СМП (89).

Применение данных теории информации и теории вероятностей позволило говорить о вероятности появления тех или иных вариантов СМП в тексте.

Обращение к количественным измерениям информации СМП помогло не только выявить их реальную протяженность, но и дало возможность сравнить СМП с точки зрения заложенных в разных моделях потенциальных способностей передавать информацию, то есть качественно интерпретировать количественные характеристики (92). Наблюдения над разной приспособленностью моделей СМП к предикативному усложнению позволили сделать вывод о том, что возможности усложнения разных конструкций зависят от степени их компактности, заложенной прежде всего в способе связи. Таков далеко не полный перечень тех выводов, которыми увенчался третий период изучения СМП.

На четвертом этапе исследования СМП (вторая половина 1980;х годовпо настоящее время) решаются новые проблемы, к которым относятся следующие: анализ СМП и средств йх связи в сопоставительном аспекте (167) — исследование переходных типов СМП (28) — рассмотрение СМП в функциональном аспекте: функционирование СМП в прозаической и поэтической речи (51- 139;

90) — использование их в отдельном художественном произведении как показатель идиостиля писателя (177).

Остановимся на самых важных выводах, полученных в результате постановки перечисленных вопросов.

1. Предложена типология полипредикативных сложносочиненных предложений, описана их глубина, протяженность, сочетаемость ПЕ, объединение ПЕ в сложные форманты (блоки) (7). Выяснилось, что форма полипредикативного сложносочиненного предложения, его структура имеет свой фундамент -«золотое сечение», которое определяет своеобразную пропорцию частей в целом. Расположение ПЕ по принципу «золотого сечения» способствует отчетливости синтаксической перспективы (7, с. 78 — 89).

2. Выделены переходные типы среди СМП (28). Установлено, что асимметрия формальной и смысловой организации СМП на уровне типов связей проявляется в двух видах: в виде синкретизма и омонимии. Эти два вида асимметрии взаимно исключают друг друга. Синкретизм возникает в СМП с однородным и в СМП с неоднородным соподчинением. В остальных типах проявляется омонимия.

Дальнейший анализ асимметрии позволил рассмотреть все модели СМП с точки зрения возможности появления разных видов асимметрии плана выражения и плана содержанияустановить причины и условия нейтрализации дифференциальных признаков в некоторых типах СМПна основе денотативного анализа уточнить принципы классификации некоторых полипредикативных конструкцийвыяснить зависимость появления неоднозначности от типа и семантики придаточных ПЕ, от соотношения видо-временных планов частей СМП, от лексического наполнения конструкции.

3. Впервые на материале русского языка дан многоаспектный анализ парцеллированных полипре||^кативных высказываний (далее — 1111В) с точки зрения динамического и статического синтаксиса и рассмотрены особенности их функционирования в прозаических и поэтических текстах (162). Данное направление выявило, что ППВ являются синкретичными образованиями, Совмещающими черты текста и полипредикативного сложного предложениядоказа7 но, что 1111 В свойственны такие категории текста, как связность, расчлененность, информативность, когезия, проспекция, переакцентуация. Выявлены основные функции парцелляции — экспрессивная и функция снятия глубины.

4. Дан конкретный анализ функционирования СМП в прозе, в поэзии, в идиостилях. СМП рассмотрены с точки зрения заложенных в них возможностей гармоничности, то есть приспособленности к ритмическим требованиям стиха (90).

Как видим, за пятьдесят лет в изучении СМП сделано немало: накоплен значительный материал, осуществлена его систематизация, выдвинуты исходные основы в его трактовке.

Тем не менее, изучение СМП продолжает оставаться одной из актуальных задач современной лингвистической науки.

Так, до настоящего времени в науке о языке нет единого взгляда по ряду вопросов теории СМП.

1. В частности, существуют три точки зрения на понимание полипредикативной конструкции: 1) считать отдельным типом все построения, состоящие более чем из трех ПЕ- 2) все полипредикативные построения относить к области комбинаторики- 3) к полипредикативным предложениям как отдельному типу относить лишь те многочастные структуры, которые построены с обязательным использованием двух взаимодействующих видов связи в сложном предложении — сочинения и подчинения — их синтаксические отношения и структура иные, чем в двучастных сложных предложениях.

2. Нет окончательного решения в вопросе о природе СМП и его типологии.

Одни ученые (М. Ф. Алексеенко, В. Ю. Альникова, Г. Ф. Гаврилова, Н. С. Ганцовская, Г. П. Уханов и др.) рассматривают СМП как многомерную структуру, указывают на неравноправие синтаксических связей и синтаксических отношений меж^ ПЕ, входящими в состав компонентов.

Другие считают, что «СМП составляют объект синтаксического описания только со стороны представленных в них комбинаций» (70, с. 645). 8.

3. Существующие многочисленные монографические и диссертационные исследования, перечисленные выше, носят часто избирательный характер: изучению, описанию и классификации подвергаются отдельные типы СМИ или наиболее простые виды СМП (чаще всего трехкомпонентные). До сих пор нет в русском языкознании специальных обобщающих исследований всех типов и разновидностей СМП без ограничения в количестве ГТЕ и в составе синтаксических связей.

4. Выразительные возможности синтаксических структур исследованы в русском языкознании недостаточно, что касается в первую очередь СМП. Известны монография Н. И. Формановской (193) о стилистике сложного предложения, исследование А. П. Сковородникова (161), посвященное экспрессивным синтаксическим конструкциям современного русского литературного языка, статья и монография В. М. Глухих (62- 63) об экспрессивно-выразительных особенностях СМП.

Кроме того, почти нет работ, в которых рассматривались бы особенности СМП в прозе А. П. Чехова. Анализируя синтаксический уровень чеховской прозы, исследователи основательно изучили простые предложения, традиционно считающиеся типичными в авторском повествовании. СМП кажутся нам незаслуженно обойденными вниманием, так как активное употребление названных конструкций составляет одну из отличительных черт синтаксиса «позднего» А. П. Чехова.

Все это побудило нас к изучению СМП в прозе А. П. Чехова и определило актуальность исследования, которая обусловлена наличием многообразия точек зрения в отечественном языкознании на структурно-семантическое устройство названных конструкцийнедостаточной разработанностью в лингвистике вопросов функционально-семантических и экспрессивно-стилистических особенностей СМПнеобходимостью разностороннего исследования СМП в силу высокой степени их употребления в прозе А. П. Чехованеобходимостью рассмотрения СМП как важнейшей и отличительной черты синтаксиса «позднего» А. П. Чехова, определяющей специфику слога писателя. Кроме тощ, актуальным, на наш взгляд, является вопрос о причинах активизации СМИ в поздних рассказах и повестях автора.

Объектом исследования являются СМП, употребляющиеся только в авторской речи.

Предмет исследования — структурно-семантические, экспрессивно-стилистические и функциональные особенности СМП, используемых в поздних рассказах и повестях писателя.

Цель работы — проанализировать сложные многочленные предложения рассказов и повестей А. П. Чехова с точки зрения структурно-семантической, функциональной и стилистическойопределить индивидуальные, авторские особенности употребления названных конструкций. Указанная цель обусловила постановку и решение следующих задач:

1. Представить классификацию сложных многочленных предложений с одним и с разными способами связи предикативных единиц со структурно-семантической точки зренияпоказать многообразие форм структурного проявления названных конструкций в прозе писателя.

2. Исследовать характер синтаксических смысловых отношений между компонентами СМП и между ПЕ, входящими в состав компонентов.

3. Описать особенности функционирования сложных многочленных предложений в прозе А. П. Чехова.

4. Выявить экспрессивно-стилистические свойства чеховских СМП.

5. Выделить основные тенденции в развитии СМП в творчестве А. П. Чехова на основе сопоставления ранних и поздних рассказов.

Источниками исследования послужили рассказы и повести А. П. Чехова 1890 — 1900;х годов, что также не является случайным. Известно, что уже к началу девяностых годов А. П. Чехов стал полновластным хозяином «лаконичных, многоговорящих динамических образов», а в девяностых и девятисотых годах он «написал свои лучшие книги», «свои наиболее зрелые вещи» (208, с. 92, 113, 168). Кроме того, по щблюденвдм ГБердникова, именно в 1890-е -1900;е годы происходит переоценка Д. Ц. Чеховым социальных и нравст^ед-ных ценностей, что означало решительцьда пересмотр писателем и своих сЬбст.

10 венных убеждений и представлений. Вот почему в поздних произведениях писатель сосредоточивает внимание на кризисных, переломных моментах в духовной жизни своих героев, что отразилось и на поэтике его прозы: лаконичность сочетается с глубоким внутренним напряжением и драматизмом повествования. К числу анализируемых произведений (всего было рассмотрено 35 новелл) относятся наиболее значительные рассказы и повести 1890-х- 1900;х годов: «Гусев» (1890), «Скрипка Ротшильда» (1894), «Анна на шее» (1895), «Моя жизнь» (1896), «Дом с мезонином» (1896), «Мужики» (1897), «На подводе» (1897), «Ионыч» (1898), «Человек в футляре» (1898), «Крыжовник» (1898), «По делам службы» (1899), «Дама с собачкой» (1899), «В овраге» (1900), «Архиерей» (1902), «Невеста» (1903) и др. Для сопоставления были использованы и шестьдесят ранних рассказов писателя 1880 — 1883-х годов.

Материалом исследования послужила авторская картотека СМП (2700 единиц, в том числе по поздним рассказам и повестям 2528 единиц), собранная методом сплошной выборки.

Научная новизна исследования заключается в том, что в нем в качестве самостоятельного объекта лингвистического анализа избираются СМП, реально употребляющиеся в прозе А. П. Чехова без ограничения в количестве ПЕ и в составе синтаксических связейпредпринимается попытка основательного изучения и обобщенного описания СМП в трех аспектах: структурно-семантическом, функциональном, стилистическомвыявляются специфические экспрессивно-стилистические свойства чеховских СМПопределяются основные тенденции, характеризующие динамику развития СМП в направлении от ранних рассказов к поздним произведениям автораСМП рассматриваются как специфическая стилевая черта «позднего» А. П. Чехова.

Теоретическая значимость работы состоит в том, что в ней сделана попытка углубленного анализа и системного, детального описания структуры и синтаксической семантики СМП в прозе А. П. Чехова, предложена функциональная классификация чеховских СМП, определены основные экспрессивно-стилистические свойства названных конструкций. Такое исследование позволит расширить представление как о СМИ, так и о своеобразии синтаксиса А. П. Чехова.

Практическая ценность исследования. Материалы исследования могут быть использованы в курсе изучения синтаксиса современного русского литературного языка, при разработке курса «Стилистика современного русского литературного языка», а также спецкурсов и спецсеминаров, посвященных проблемам семантического и функционального синтаксиса.

Методологической основой диссертации послужили принципы системного подхода к познанию языковых явлений в их речевой реализации.

Для решения поставленных в диссертационном исследовании задач были использованы специальные научные методы и приемы: метод сплошной выборки языкового материала — при составлении картотекиописательный метод с применением приемов наблюдения, обобщения и классификации языковых фактов — при характеристике структурной организации, синтаксической семантики и особенностей функционирования СМПметод дистрибутивного анализа — при характеристике порядка и сочетаемости ПЕ и компонентов в плане расположения их относительно друг другаметод семантико-стилистического анализа — при исследовании экспрессивно-стилистических особенностей СМП. В работе также нашли отражение результаты количественного анализа.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. СМП — типичные конструкции в авторском повествовании «позднего» А. П. Чехова, которые четко делятся на СМП с одним видом связи ПЕ и СМП с разными видами связи ПЕ. В пределах СМП с одним видом связи ПЕ с учетом структурных особенностей выделяются СМП с одномерной структурой (или СМП с линейным распространением ПЕ) и СМП с иерархической структурой (их значительно больше). С точки зрения синтаксической семантики СМП с одним видом связи ПЕ выступает в двух видах: моносемантичное и полисемантичное.

2. СМП с разными видами синтаксической связи ПЕ (или ССК) — наиболее сложная в структурном и семантическом отношении группа СМП, в авторском повествовании А. П. Чехова значительно преобладающая над СМП с одним видом связи ПЕ. ССК полисемантичны, характеризуются наличием не менее двух уровней членения и иерархичностью строения, комбинации разнородных видов синтаксической связи обеспечивают все структурное многообразие названных конструкций в прозе писателя. В пределах одного предложения компоненты могут выступать в виде предикативной единицы (простого предложения), в форме сложного бессоюзного, сложносочиненного, сложноподчиненного предложения (двучленного или многочленного), а также могут представлять комбинации названных структур. Большая часть ССК состоит из трех предикативных единиц, сгруппированных в два компонента: один выступает в виде простого предложения, а другой — в форме двучленного сложного бессоюзного, или сложносочиненного, или сложноподчиненного предложенияна основном уровне членения компоненты объединены бессоюзной или сочинительной связью.

3. В чеховских СМП выражается широкий диапазон смысловых отношений между компонентами в составе конструкции и между предикативными единицами в составе компонентов. Активностью употребления отличаются СМП с причинно-следственными, присоединительно-распространительные и противительно-уступительными отношениями, а также СМП с изъяснительно-объектными, атрибутивными, временными отношениями.

4. Назначение СМП в прозе А. П. Чехова определяется тремя основными функциями: информативной, прагматической, характеризующей (оценочной).

5. СМП произведений А. П. Чехова характеризуются следующими экспрессивно-стилистическими свойствами: компактностью, естественностью, выразительностью, ритмичностью, музыкальностью (мелодичностью).

6. Эволюционное развитие СМП в направлении от рассказов 1880 -1883-х годов к рассказам и повестям 1890 — 1900;х годов характеризуется тремя тенденциями: здвеличением количества СМПусложнением структуры СМП и многообразием структурно-семантических разновидностей СМПрасширением диапазона смысловых отношений.

Апробация исследования. Основные положения диссертации докладывались на семинарах аспирантов, научно-теоретических и научно-практических.

Группировка ПЕ в СМП обусловливает выделение в нем уровней членения, что создает определенную иерархичность структуры, проявляющуюся в неравноправии уровней членения. Первый уровень членения (основное членение) только один. Он характерен для всей конструкции в целом и определяется доминирующими смысловыми отношениями между ее компонентами и доминирующей структурной схемой. Другие же уровни членения выделяются в его рамках.

Глубина СМП — это совокупность выделяемых в нем уровней членения. Глубина — это сумма: высший уровень + внутренние уровни самого сложного компонента.

5. Синтаксические отношения, которые складываются между компонентами в структуре целого — синтаксические значения — синтаксическая функция.

Синтаксические отношения в сложном предложении — это отношения формальных компонентов, выполняющих определенные функции и выражающих грамматические значения, которые, применительно к отношениям между частями сложного предложения, принято называть «смысловыми отношениями» или «логико-синтаксическими отношениями» (91, с. 106). «По существу, смысловые отношения в синтаксисе — это грамматические (синтаксические) значения» (91, с. 106).

Синтаксические значения и функции составляют внутреннюю — содержательную сторону синтаксических отношений, а форма их выражениявнешнюю" (89, с. 6). «Синтаксические отношения и значения находятся в диалектической взаимосвязи, и расчленить их практически трудно» (89, с. 10).

Исследователи справедливо выделяют в синтаксических отношениях собственно синтаксическое и информативное содержание. «Так как в синтаксических отношениях опосредованно выражаются связи объективной действительности, то это позволяет рассматривать их как структурное отношение, наделенное информативным синтаксическим значением» (89, с. 6). Поэтому.

16 вслед за Е. Н. Ширяевым мы будем употреблять термин «синтаксические смысловые отношения» (213, с. 22), имея в виду прежде всего содержательные, смысловые отношения между связанными тем или иным способом компонентами конструкции, а также между ПЕ, входящими в состав компонентов.

6. Синтаксические связи — средства связи.

Синтаксические связи, формирующие значение СМП, выступают как комплексные, при этом они не всегда опираются на сочетаемость отдельных ПЕ, т. к. выражают отношения не между отдельными ПЕ, а между простыми и сложными компонентами.

Под синтаксической связью понимается структурная сторона синтаксических отношений, устанавливающая способ организации сложного предложения" (89, с. 10) и «являющаяся в определенной степени адекватным способом выражения грамматического значения (смыслового отношения)» (64, с. 10).

Уровни членения могут формироваться одной и той же синтаксической связью и разными синтаксическими связями. Поэтому мы будем различать а) СМП с одним видом синтаксической связи ПЕб) СМП с разными видами синтаксической связи ПЕ.

Модель любого сложного предложения, в том числе СМП, включает в себя набор основных и дополнительных средств связи. К основным средствам связи относятся: а) сочинительные и подчинительные союзыб) союзные слова, или релятыв) корреляты (указательные слова в составе главной части СПП, сигнализирующие о ее незавершенности) — д) интонация (особенно в бессоюзном предложении).

К дополнительным средствам связи, а именно особенностям строения ПЕ, обусловленным необходимостью их связи с другими, относятся: а) парадигма сложного предложения — соотношение видо-временных форм и модальных планов сказуемыхб) анафорические и катафорические местоимения, свидетельствующие о незавершенности одной из частей и связи ее с другой: анафорические местоименные слова отсылают к предшествующей ПЕ, катафори.

17 ческие — к последующейв) структурная неполнота одной из ПЕ, наличие в ней незамещенных синтаксических позицийг) грамматикализованные лексемыд) семантическая соотносительность лексического наполнения ПЕ, проявляющаяся в наличии слов с общими семами или при лексическом повторее) незакрепленный/закрепленный (фиксированный) порядок ПЕж) параллелизм строения.

7. Сложное многочленное предложение — особое полипредикативное построение, которое объединяет в своем составе не менее трех ПЕ, представляющих собой структурно-смысловое единство на основе одного или разных видов синтаксической связи ПЕ.

В диссертационном исследовании, на основе современных научных представлений, нами предлагается следующая классификация сложных предложений: сложное (двучленное) предложение в трех его разновидностях (сложное бессоюзное предложение — СБП, сложносочиненное предложениеССП, сложноподчиненное предложение — СПП) — СМП с одним видом синтаксической связи ПЕ и СМП с разными видами синтаксической связи ПЕ (или сложная синтаксическая конструкция — ССК).

СМП с одним видом связи в зависимости от способа связи ПЕ выступают в трех разновидностях: 1) как многочленные сложные бессоюзные предложения (далее — МСБП) — 2) многочленные сложносочиненные (далее — МССП) и 3) многочленные сложноподчиненные предложения (далее — MCI 111).

С семантической точки зрения СМП с одним видом связи выступает в двух видах: 1) с однотипным грамматическим значением (смысловым отношением) между ПЕ и 2) с разнотипными грамматическими значениями (смысловыми отношениями). Что касается СМП с разными типами связи, то в них обнаруживаем только разнотипные грамматические значения.

СМП, в котором выражается однотипное грамматическое значение (смысловое отношение), мы условно называем моносемантичным. К ним относим СМП, ПЕ в составе которых связываются: а) тождественными сочинительными союзами, б) повторяющимся подчинительным союзом или союзным словом.

18 при однородном соподчинении), в) тождественной интонацией при бессоюзии.

Моносемантичное СМП обозначает ряд явлений, перечисляемых в каком-либо одном отношении — или одновременности, или последовательности, или чередования (в МСБП и МССП) и другие (в МСПГТ с однородным соподчинением придаточных частей). Естественно, что моносемантичное МСБП или МССП — это предложение, как правило, состоящее из ряда соположенных ПЕ, синтаксически равноценных и относительно самостоятельных. Значит, моносемантичное МСБП (или МССП) членится только на ПЕ и имеет плоскую, одномерную структуру.

СМП, в котором выражаются разнотипные грамматические значения (смысловые отношения) между ПЕ, мы условно называем полисемантичным.

Различие в смысловых отношениях приводит к группировке близких по значению одних ПЕ, как бы противостоящих другой группировке или одной из ПЕ. Так возникает обязательное членение полисемантичной структуры на компоненты.

Несколько своеобразными среди СМП представляются МСПП, которые отличаются комплексным характером подчинительной связи.

Комплексная связь — это синтаксическая связь не менее трех ПЕ. Она охватывает комплекс семантически и синтаксически взаимосвязанных ПЕ. Как известно, традиционно выделяются четыре разновидности комплексного подчинения: однородное, неоднородное, последовательное, комбинированное.

В диссертационном исследовании Н. С. Ганцовской (56) названа еще одна разновидность комплексного подчинения — параллельное. «Промежуточное положение между однородным и неоднородным соподчинением занимают предложения с соподчинением такой структуры, когда несколько однофунк-циональных придаточных поясняет лексически совпадающие или несовпадающие однородные члены главной части. Такое соподчинение, близкое по.

19 функции к однородному, а по структуре к неоднородному, будем называть параллельным" (56, с. 96).

При классификации МСПП мы будем опираться на труды Н. С. Поспелова (142- 144), Л. Ю. Максимова (119), В. А. Белошапковой (20) и др., т. к. «путь структурно-семантического описания, учитывающий всю совокупность формальных признаков, специфичных для сложноподчиненного предложения как особой цельной структуры, и в то же время связывающего эти формальные признаки с определенными значениями, — представляется в настоящее время наиболее продуктивным» (112, с. 56).

СМП с разными видами связи ПЕ (или ССК) — это наиболее сложная в структурном и семантическом отношении группа СМП. Назовем основные специфические признаки ССК:

1. Любая разновидность ССК содержит разные виды синтаксической связи между соединяемыми ПЕ.

2. ССК в любом случае своего употребления полисемантична, т. е. многозначна, — выражает всегда разные виды смысловых отношений между соединяемыми ПЕ.

3. ССК, как правило, характеризуется наличием не менее двух уровней членения и иерархичностью строения.

4. В составе ССК объединяются два структурно-семантических компонента (бессоюзные, сложносочиненные, сложноподчиненные предложения, а также ПЕ — аналоги простого предложения).

5. Деление на компоненты проходит только по месту бессоюзной или сочинительной связи и никогда не бывает на месте сильной подчинительной связиименно бессоюзная или сочинительная связь диктуют правила построения ССК.

В зависимости от характера синтаксических связей между соединяемыми ПЕ выделяем четыре структурно-семантические разновидности ССК. Эти разновидности формулируются следующим образом:

1. Сложные синтаксические конструкции с бессоюзной и союзной сочинительной связью ПЕ — ССК-1.

2. Сложные синтаксические конструкции с бессоюзной и союзной подчинительной связью ПЕ — ССК-2.

3. Сложные синтаксические конструкции с сочинительной и подчинительной связью ПЕ — ССК-3.

4. Сложные синтаксические конструкции со всеми видами синтаксической связи ПЕ — ССК-4.

В диссертационном исследовании мы не касаемся анализа структурно-семантических свойств ПЕ, составляющих СМП, т. к. эти свойства в общих чертах описаны рядом исследователей.

Так, например, А. И. Ефимов утверждает, что у А. П. Чехова «среднее количество слов устойчиво — 6 — 7 в простом предложении (знаменательных слов), в сложном предложении приблизительно 10» (74, с. 201 — 202) и что обособленных синтагм у А. П. Чехова вдвое меньше, чем у Л. Н. Толстого. В других источниках (63- 208- 210) отмечается большое употребление в произведениях А. П. Чехова односоставных предложений, широкое использование неполных предложений (70% примеров) и, наконец, в качестве наиболее продуктивного осложнителя простого предложения выступают однородные члены.

Мы исследуем СМП в трех аспектах:

1) структурно-семантическом (гл. I, гл. II);

2) функциональном (гл. III) — изучение СМП с точки зрения его назначения, применения в рассказах А. П. Чехова;

3) стилистическом (гл. III) — выявление и анализ экспрессивно-стилистических свойств СМП как показателей индивидуального слога писателя.

ВЫВОДЫ ПО ГЛАВЕ III.

1. В развитии системы СМП в направлении от ранних рассказов 1880 -1883-х к поздним рассказам 1890 — 1900;х годов отмечаем три основные тенденции: 1) постепенное учащение употребления СМП- 2) усложнение и увеличение разнообразия структур СМП- 3) расширение диапазона синтаксических смысловых отношений с преобладанием в ранних рассказах четких, однозначных отношений, в поздних — сложных, недифференцированных.

2. В рассказах 1890−1900;х годов СМП выполняют три основные функции: 1) информативную- 2) прагматическую- 3) характеризующую (оценочную).

Информативная функция расслаивается на ряд других: функцию создания пейзажафункцию создания внешнего облика персонажафункцию создания внутреннего облика персонажа (его интеллектуальной деятельности, особенностей восприятия, функцию изображения чувств и психологических переживаний).

В рассказах и повестях А. П. Чехова преобладают СМП в информативной функции и, в частности, в функции создания внутреннего облика персонажа.

3. СМП способствуют большей выразительности того или иного описания или повествования благодаря глубокому и всестороннему отражению сложной мысли, благодаря богатству эмоциональных и изобразительных средств.

СМП в рассказах А. П. Чехова отличаются компактностью, естественностью, выразительностью, ритмичностью и музыкальностью (мелодичностью).

4. С целью «снятия глубины конструкции» и облегчения ее восприятия А. П. Чехов использует ряд приемов: четкое деление СМП только на два структурно-семантических компонента по месту основного уровня члененияиспользование стилистически нейтральных средств связиширокое использование СМП с однородно соподчиненными придаточными с неповторяющимся средством подчиненияпреимущественное усложнение того компонента, который занимает постпозициювнутри компонента преимущественное усложнение той ПЕ, которая стоит ближе к концу предложениявведение в состав СМП композиционно-лексического повтора в экспрессивно-грамматической функции.

5. Преобладание бессоюзно-сочинительных связей ПЕ над подчинительными придает СМП простоту, ясность, непринужденность, естественность.

Корректность и сжатость ПЕ, их преимущественное расположение по горизонтали, неоднозначность и вариативность смысловых отношений между ПЕ и компонентами определяют синтаксис А. П. Чехова как разговорно-повествовательный.

6. Выразительности СМП А. П. Чехов достигает различными приемами: однородностью частейповторами союзов и лексических элементовсинтаксическим параллелизмомэлементами ритмизацииупотреблением открытых и закрытых рядов однородных членов предложения.

7. Ритмичности и музыкальности СМП А. П. Чехов достигает точным словоупотреблением, естественной расстановкой слов и их благозвучием, лексическими повторами, синтаксическим параллелизмом однородных членов предложения и ПЕ в составе конструкции, сменой интонационного рисунка предложения.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

.

Рассмотрев структурно-семантические, функциональные и эспрессивно-стилистические особенности СМП рассказов и повестей А. П. Чехова, мы пришли к следующим выводам.

1. Исследователи творчества А. П. Чехова всегда отмечают богатство словаря писателя, но это утверждение с полным правом может быть отнесено и к синтаксису автора. Традиционно считают, что основную массу предложений у А. П. Чехова составляют простые предложения, а сложные занимают весьма небольшое место. Это мнение не подтверждается анализом языка его поздних произведений.

Стремление показать жизнь во всем ее многообразии, со всеми ее закономерностями и случайностями воплощается у А. П. Чехова в форме рассказа, небольшой повести. Чтобы рассказать о многом в небольшом по объему произведении, требуется не только богатство словарного запаса, но и разнообразие видов предложений, в том числе и сложных, которые могли бы вместить большое по объему содержание, подробную характеристику, описание и так далее, то есть богатство синтаксиса. Такими конструкциями становятся СМП, типичные для авторского повествования «позднего» А. П. Чехова, заметно преобладающие и над простыми, и над сложными (двучленными) предложениями.

2. В прозе А. П. Чехова соответственно современным научным представлениям нами выделены СМП с одним видом синтаксической связи ПЕ и СМП с разными видами синтаксической связи ПЕ (или ССК).

Среди СМП с одним видом связи ПЕ с учетом структурных особенностей выделены и рассмотрены СМП с одномерной структурой и СМП с иерархической структуройс точки зрения синтаксической семантики — моносемантичные (с однотипным грамматическим значением (смысловым отношением) между ПЕ) и полисемантичные (с разнотипными значениями (смысловыми отношениями)) СМП.

Автором наиболее активно используются СМП с разными типами синтаксической связи и с разнотипными смысловыми отношениями между ПЕ (1927.

228 примеров из 2528). Это объясняется тем, что названные конструкции обладают большими способностями передавать комплексно, в пределах одного предложения клубок взаимосвязанных, взаимообусловленных явлений действительности.

3. Среди СМП с одним видом синтаксической связи ПЕ в прозе А. П. Чехова преобладающими являются МСПП (422 примера из 601). Достаточно высокую активность названных конструкций можно объяснить стремлением писателя к предельной простоте и четкости повествования.

Отстаивая мнение об иерархическом строении МСПП, делим их на два типа: МСПП с линейным распространением, или комбинаторикой частей, и МСПП с включением ПЕ и — соответственно — модификацией синтаксических связей и отношений. К первому типу относим МСПП с неоднородным прислов-ным или присоставным соподчинением, ко второму — МСПП с однородным соподчинением, МСПП со смешанным неоднородным соподчинениемМСПП с последовательным подчинением.

Типичными среди МСПП являются СМП со структурной основой соподчинения, что отвечает чеховскому принципу предельной простоты и краткости изложения: в МСПП со структурной основой соподчинения придаточные располагаются линейно, по горизонтали и отражают однородные или разнородные свойства познаваемого объекта как бы вширь, без установления иерархии между ними, тогда как в конструкциях с последовательным подчинением придаточные располагаются вглубь, что позволяет отражать иерархию отношений между свойствами явлений действительности и способствует большему усложнению структуры.

В чеховских МСПП выражаются многообразные смысловые отношения между придаточными и главной частью — многочисленные логические отношения между явлением и условием, явлением и причиной, следствием, целью и так далее, отношения атрибутивные, изъяснительные, причем последние являются преобладающими.

В качестве средств связи главной части и придаточных А. П. Чехов использует стилистически нейтральные союзы и союзные слова, как правило, про.

229 стые по структуре. Для придаточных изъяснительных — «что», для атрибутивных — который, для придаточных времени — когда, цели — чтобы, условия — если (то), уступки — хотя, сравнения — как будто.

МСПП в авторском повествовании позднего А. П. Чехова удивительно компактны: обычно они состоят из трех ПЕоднородным соподчинением в абсолютном большинстве случаев охватываются две придаточные части, а последовательное подчинение, как правило, не превышает двух степенейв контаминированных МСПП преимущественно усложняется та ПЕ, которая находится ближе к концу предложения.

4. МСБП — достаточно активная конструкция в поздних рассказах и повестях писателя, по употребительности уступающая лишь МСПП (98 примеров из 601).

МСБП привлекают А. П. Чехова тем, что обладают большей выразительностью, экспрессией по сравнению с союзными СМП. Привлекает А. П. Чехова в них и та неоднозначность, смысловая вариативность, нежесткие смысловые взаимоотношения частей, в силу чего названные конструкции оказываются семантически более емкими и более способными передавать тонкие смысловые отношения. Так как достаточно часто в МСБП семантические взаимоотношения частей оказываются четко не выраженными, восприятие их предполагает активную работу сознания читателя. А эта установка на соучастие воспринимающего сознания («рассчитываю на читателя») — одна из характерных особенностей чеховской поэтики.

МСБП в поздних рассказах и повестях писателя исключительно многообразны по своей структуре, наиболее активными среди них являются МСБП неоднородного состава, состоящие из трех ПЕ, сгруппированных в два компонента: первый по структуре является ПП, второй — СБП. В зависимости от характера смысловых отношений, возникающих между компонентами на основном уровне членения, выделены и проанализированы МСБП с перечислительными отношениями, МСБП с дифференцированными и с недифференцированными смысловыми отношениями. Активностью употребления отличаются МСБП с дифференци.

230 рованными смысловыми отношениями, благодаря чему конструкции воспринимаются легко и однозначно. Из дифференцированных отношений преобладают пояснительныеиз недифференцированных — присоединительно-распространительные и причинно-следственные.

5. МССП в авторском повествовании А. П. Чехова представлены тремя структурными типами: МССП однородного, МССП неоднородного состава и МССП с последовательной зависимостью ПЕ.

Преобладают МССП неоднородного состава с соединительно-результативными, причинно-следственными и противительно-уступительными отношениями, выделяемыми на основном уровне членения.

6. А. П. Чехов в своих поздних рассказах использует все возможные типы ССК: ССК-1, ССК-2, ССК-3, ССК-4, обладающие рядом специфических признаков. Во-первых, они во всех случаях своего проявления полисемантичны, то есть многозначны, так как в них выражаются всегда разные виды синтаксических отношений между соединяемыми ПЕ. Во-вторых, сложность синтаксической семантики этих предложений с необходимостью диктует вычленение в них компонентов, которые могут быть в форме или простого предложения, или в форме сложного двучленного предложения, или в форме сложного многочленного предложения, а также представлять собой комбинации названных структур. В-третьих, деление на компоненты происходит только по месту бессоюзной или сочинительной связи и никогда не бывает на месте сильной подчинительной связиименно бессоюзная или сочинительная связи диктуют правила построения ССК.

ССК в прозе А. П. Чехова исключительно многообразны по своей структуре и синтаксической семантике, все структурно-семантические типы и разновидности ССК основательно описаны нами во второй главе диссертационного исследования. По произведениям А. П. Чехова можно изучать структуру СМП вообще и ССК в частности, среди них встречаются разновидности, закономерные по структуре, но в литературе не отмеченные (например, ССК, в которых семантические отношения шире структурной иерархии конструкции). Тем не менее значительная часть ССК (около 32%) состоит из двух компонентов, один из которых по своей.

231 структуре является простым предложением, другой — СБП, ССП, СПП. Предложения с названной минимальной структурой являются очень гибкими и емкими по содержанию конструкциями, дающими возможность писателю не только выражать в дифференцированном виде сложные мысли и чувства, но и помогающие читателю наилучшим образом понять описываемое автором.

В ССК выражается широкий диапазон смысловых отношений: от недифференцированных до четко дифференцированных. Среди них на основном уровне членения преобладающими являются перечислительные отношения со значением одновременности и последовательности, отношения обусловленности (причинно-следственные, соединительно-результативные), присоединительнораспространительные и противительно-уступительные отношения. На внутренних уровнях членения из четко дифференцированных отношений преобладают следующие: изъяснительно-объектные, атрибутивно-распространительные (выделительные), временные, причинные, сравнительные.

7. В результате исследования СМП в функциональном аспекте, пришли к выводу, что назначение СМП в языке поздних произведений писателя определяется тремя основными функциями: информативной, прагматической и характеризующей.

Типичными конструкциями в функции создания чеховского пейзажа являются СМП однородного состава, в которых каждая ПЕ содержит одну пропозицию в раскрытии картины действительности, а также особые бинарные построения, в которых первый компонент выступает в функции физического восприятия картины действительности, а второй содержит результаты этого восприятия.

Типичными конструкциями в функции создания внутреннего облика персонажа являются бинарные построения, в которых первый компонент имеет значение интеллектуальной деятельности персонажа, а второй — содержит оценку этой деятельности, или конструкции, в которых первый компонент имеет значение физического восприятия, а второй — оценку этого восприятия. В изображении «смутных, неясных» чувств и переживаний персонажа заметную роль играют такие СМП, в которых отдельные ПЕ связаны множеством нитей в единое целое с.

232 преобладанием противительно-уступительных отношений на основном уровне членения. При описании интеллектуальной деятельности персонажа автор обращается к МСПП с однородными придаточными изъяснительно-объектного типа, а также МСПП с последовательным подчинением. Именно названные конструкции помогают автору изобразить «чужое течение мыслей», а также показать ход логических рассуждений персонажа.

В прагматической функции выступают конструкции, в которых первый компонент содержит разнообразные коннотации, а второй — содержит оценку сравнением фактов, изложенных в предыдущем компоненте. Смысловое соотношение компонентов заставляет читателя домысливать то, что не находит открытого выражения в самой конструкции, а также заставляет читателя проникнуться эмоциональным состоянием героев.

В характеризующей функции, как правило, выступают контаминированные СМП, в которых первый компонент содержит модальные слова «можно, нужно», или предикаты в форме настоящего или будущего постоянного.

8. Богатыми в смысловом отношении и совершенными в структурном СМП становились постепенно. Динамическое развитие СМП в творчестве писателя в направлении от рассказов 1880—1883-х годов к рассказам 1890−1900;х годов определяется тремя тенденциями:

• увеличивается количество СМП;

• усложняется структура СМП и разнообразятся структурно-семантические типы СМП;

• расширяется диапазон смысловых отношений.

В ранних рассказах писателя типичными конструкциями в авторском повествовании являются простые предложения, число СМП относительно невелико (лишь 6,1%). Преобладание простых предложений над сложными, в том числе сложными многочленными, объясняется жесткими требованиями «осколочных» жанров и творческой задачей писателя: показать смешное возможно более сжато и экономно. Доминирование простого предложения придает авторскому повествованию сжатость и безыскусственность.

В поздних рассказах писателя типичными в авторском повествовании становятся СМИ, число которых увеличивается почти в семь раз по сравнению с ранними рассказами писателя. Это объясняется постановкой перед писателем новой творческой задачи: показать эволюцию духовного становления персонажа и отобразить широкие картины русской действительности. Именно средствами СМП автор исследует психику героев, особенности их интеллектуальной деятельности в переломные моменты жизни, а также показывает все многообразие общественного устройства России.

В направлении от ранних к поздним рассказам писателя увеличивается объем и глубина СМП. Это объясняется тем, что в ранний период творчества писатель отдает предпочтение «малым» эпическим жанрам: короткой бытовой сценке, сатирической миниатюрев поздний период творчества писатель обращается к жанру рассказа и короткой лирико-драматической повести. Следовательно, в объемных произведениях и конструкции объемнее и их больше.

В рассказах 1880−1883-х годов довольно продуктивными являются одномерные структуры, состоящие из однофункциональных ПЕ, соединенных тождественными сочинительными союзами или тождественной интонацией. Подобные построения линейны и не глубинны. Активностью употребления отличаются конструкции, объем которых равен трем ПЕ и глубина структуры равна двум уровням членения. В таких предложениях ПЕ распределяются по двум компонентам, один из которых выступает в форме ПЕ (ПП), другой в виде СПП.

В поздних рассказах и повестях писателя объем изменяется в более широком диапазоне: от трех до девяти и более ПЕ. Типичными являются конструкции, состоящие из трех — пяти ПЕ с глубиной структуры, равной двум — трем уровням членения.

В поздних рассказах и повестях компоненты СМП отличаются разнообразием структурного проявления: они могут быть в форме ПП, СБП, ССП, СПП, МСБП, МССП, МСПП.

В направлении от ранних к поздним рассказам расширяется диапазон смысловых отношений. В ранних рассказах преобладающими являются четко диффе.

234 ренцированные смысловые отношения: изъяснительные, атрибутивные, временныев поздних автор отдает предпочтение СМП с диффузными, синкретичными, недифференцироваными отношениями: противительно-уступительным, причинно-следственным, соединительно-результативным, при этом СМП с изъяснительными и атрибутивными отношениями также функционируют.

8. СМП в прозе А. П. Чехова отличает высокая степень совершенства, которая во многом определяется следующими экспрессивно-стилистическими свойствами: компактность, естественность, выразительность, ритмичность, мелодичность.

Компактность — универсальное свойство всех СМП писателя. Обращение А. П. Чехова к СМП в поздних произведениях является уже проявлением компактности. В пределах одной структуры автор пытается выразить сложное и большое по объему содержание. Используя в качестве средств связи стилистически нейтральные союзы и союзные слова, усложняя ту часть, которая стоит ближе к концу предложениявводя в состав СМП композиционно-лексический повтор в экспрессивно-грамматической функции, автор добивается компактности СМП.

Естественности СМП писатель достигает значительным преобладанием бессоюзно-сочинительных связей над подчинительными. Выразительность, музыкальность, ритмичность — специфические качества всех СМП писателя. Яркости изображения, ритмичности и мелодичности СМП А. П. Чехов достигает различными средствами: незначительной распространенностью и осложненностъю ПЕ, однородностью частей, повторами, синтаксическим параллелизмом, элементами ритмизации, введением однородных членов предложения, переключением мелодической тональности и так далее.

А. П. Чехов своими своеобразными и самобытными структурами СМП обогащает современный русский литературный язык и его стилистику, что проявляется в насыщении современного русского литературного языка естественными, выразительными, изящными и компактными структурами. Как показал анализ, СМП служит важным и весьма эффективным элементом языка и сильным син.

235 таксико-стилистическим приемом отражения действительности в малых формах художественных произведений, это позволяет заключить, насколько велик вклад А. П. Чехова в развитие современного русского литературного языка, и позволяет расширить представление о сложном многочленном предложении вообще.

В дальнейшем видится перспективным:

1. Проведение сопоставительного анализа структуры и особенностей функционирования СМП в прозе А. П. Чехова и Л. Н. Толстого.

2. Дальнейшее изучение явлений избыточности и экономии в структуре чеховских СМП как способов создания компактной с точки зрения восприятия и экспрессивности конструкций.

3. Исследование роли СМП в организации связного текста.

СПИСОК УСЛОВНЫХ СОКРАЩЕНИЙ.

ПЕ — предикативная единица ГШ — простое предложение СП — сложное предложение.

СБП — двучленное сложное бессоюзное предложение ССП — двучленное сложносочиненное предложение СПП — двучленное сложноподчиненное предложение МСБП — многочленное сложное бессоюзное предложение МССП — многочленное сложносочиненное предложение МСПП — многочленное сложноподчиненное предложение ССК — сложная синтаксическая конструкция.

ССК-1 — сложная синтаксическая конструкция с бессоюзной и союзной сочинительной связью.

ССК-2 — сложная синтаксическая конструкция с бессоюзной и союзной подчинительной связью.

ССК-3 — сложная синтаксическая конструкция с сочинительной и подчинительной связью.

ССК-4 — сложная синтаксическая конструкция со всеми видами связи ССЦ — сложное синтаксическое целое ОЧП — однородные члены предложения ] - границы компонентов, выделяемых на основном уровне членения.

Показать весь текст

Список литературы

  1. Л. А. Информация и прагматика высказывания /У Освоение семантического пространства русского языка иностранцами: Тезисы докл. между-нар. конф. Н. Новгород: Изд-во НГЛУ им. Добролюбова, 1997. — С. 56.
  2. Н. А. Об аспектуальной характеристике сложноподчиненных предложений с придаточными длительности /У Актуальные проблемы соц.-гуманит. наук. — 2000. — Вып. 22. — С. 60 62.
  3. Г. Н. Новое в синтаксисе современного русского языка: Уч. пособие. М.: Высш. шк., 1990. — 168 с.
  4. О. В. Проблемы экспрессивного синтаксиса. М., 1984. -210 с.
  5. М. Ф. Полипредикативные сложные предложения с бессоюзной связью в современном русском языке: Дис.. канд. филол. наук. Краснодар, 1973. — 260 с.
  6. Н. Ф. Спорные проблемы семантики: Монография. Волгоград: Перемена, 1999. — 274 с.
  7. В. Ю. Полипредикативные сложносочиненные предложения в современном русском языке: Дис.. канд. филол. наук. Харьков, 1987. -220 с.
  8. А. И. Многокомпонентные сложноподчиненные предложения в современном русском языке в аспекте проблемы тождеств и различии: Дис.. канд. филол. наук. Тверь, 1992. — 204 с.
  9. А. В. Многокомпонентные сложные предложения с параллельным соподчинением в современном русском языке: Автореф. дис.. канд. филол. наук. М., 1973. -19 с.
  10. Ю. Д. Образ человека по данным языка: Попытка системного описания И Воцр. языкознания. 199?. — № 1. — С. 37 -66.
  11. Апресян Ю, Д, Синтаксис иешнтшса в синтаксическом описании /У Единицы разных уровней грамматического строя языка и их взаимодействие* ^ М.: Наука, 1969. С. 302 — 306.238
  12. Н. Д. Предложение и его смысл: Логико-семантические проблемы. М.: Наука, 1976. — 383 с.
  13. Н. Д., Ширяев Е. Н. Русское предложение. Бытийный тип: структура и значение. М.: Русский язык, 1983. — 198 с.
  14. О. С. Словарь лингвистических терминов. М.: Сов. энциклопедия, 1966. — 607 с.
  15. Ш. Общая лингвистика и вопросы французского языка. — М., 1995. -214 с.
  16. Л. Г. О категории выразительности и изобразительных средствах языка // Рус. яз. в шк. 1989. — № 1. — С. 75 — 80.
  17. Л. Г. Язык повествовательной прозы Чехова: Проблемы анализа. -Ростов-на-Дону: Изд-во Рост, ун-та, 1991. 208 с.
  18. Л. Д. Закономерности грамматического и смыслового членения многокомпонентного сложного предложения // Филол. науки. 2001. -№ 2.-С. 94−103.
  19. . А. Усложненные сложносочиненные предложения в современном русском языке: Дис.. канд. филол. наук. Кемерово, 1965. — 237 с.
  20. В. А. О принципах классификации сложноподчиненных пред-ложец||| // Рус. яз. в шк. 1963. — № 6. — С. 7 — 13.
  21. В. А. Сложное предложение в современном русском языке. -М.: Просвещение, 1967. 160 с.
  22. В. А. Современный русский язык. Синтаксис. М.: Высш. шк., 1977.-248 с.
  23. В. А. О понятии «формула предложения» на уровне синтаксиса сложного предложения // Единицы разных уровней грамматического строя языка и их взар®|да1етвие: Сб. ст. М.: Наука, 1969. — С. 23 — 39.
  24. В. Семантико-синтаксическая организация предложения. Л.: Изд-во ун-та, 1977. — 203 с.
  25. Р. А. Филология ц культура.-М.: Изд-во Моск. ун-та, 1980. 304 с.
  26. Р. А. К теории синтаксических отношений // Будагов Р. А.239и его язык. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1974. — С. 84 — 100.
  27. Л. А. О слоге как предмете изучения // Рус. яз. в шк. — 1955. — № 3. -С.7- 13.
  28. В. Ю. Асимметричные конструкции в системе многокомпонентных сложных предложений: Дис.. канд. филол. наук. Харьков, 1990.-215 с.
  29. Л. П. О синтаксической структуре пейзажа у А. П. Чехова // Ста-тьй о Чехове. Ростов-на-Дону, 1972. — С. 80 — 89.
  30. Л. П. Синтаксические способы активизации читательского внимания в произведениях А. П. Чехова // Творчество А. П. Чехова. Особенности художественного метода: Респ. сб. науч. трудов.-Вып. 1У. Ростов-на-Дону, 1979.-С. 123 -129.
  31. Г. В. Сложное предложение и сочетание предложений // Вопросы синтаксиса рус" кого я $ыка. Ростов-на-Дону, 1973. — С. 90 — 98.
  32. Г. В. Функциональные типы предложений в современном русском языке. Ростов-на-Дону: Изд-во Рост, ун-та, 1967. — 330 с.
  33. И. А. Сложные предложения с разночленным соподчинением // Рус. яз. в шк. 1953. — № 6. — С. 2 — 7.
  34. И. А. Сложно-подчиненные предложения с неоднородным соподчинением // Рус. яз. в шк. 1953. — № 5. — С. 18 — 23.
  35. Й. А, Сложные предложения с однородным соподчинением // Рус. яз. в шк. 1955. — № 1. — С. 8 — 12.
  36. В. В. Итоги обсуждения вопросов стилистики // Вопр. языкознания. |955. — № 1. 87.
  37. Виногр^рв В. В. О теории художественной речи. М.: Высш. шк., 1971. -240 с. %
  38. В. В. Проблемы русской стилистики. М.: Высш. шк., 19Ш240 320 с.
  39. В. В. Стиль Пушкина. М.: ГИХЛ, 1941.-620 с.
  40. В. В. Стилистика. Теория поэтической речи. Поэтика. М.: Изд-во АН ССР, 1963. — 255 с.
  41. Т. Г. Закономерности стилистического использования языковых единиц. М.: Наука, 1980. — 27 с.
  42. М. В. Коммуникативные механизмы языка // Вопросы коммуникативно-функционального описания синтаксического строя русского языка. М., 1989.
  43. М. В. Уровни организации предложения в рамках функционально-коммуникативной прикладной модели языка // Вестник Моск. ун-та. Сер. 9. Филология. 1997. — № 1. — С. 53 — 66.
  44. М. В., Ященко Т. А. Причинно-следственные отношения в современном русском языке. М., 1988. — 240 с.
  45. Г. Ф. Конструктивные признаки сложных предложений усложненного типа // Материалы IX и X конференций Северо-Кавказского зонального объединения кафедр русского языка. Ростов-на-Дону: Изд-во Рост, ун-та, 1971.-С. 124−133.
  46. Г. Ф. О прогнозирующей роли опорного слова в главной части сложноподчиненного предложения // Филол. науки. 1985. — № 2. -С. 43−49.
  47. Г. Ф. Сложносочиненное предложение и связный текст // Рус. яз. в шк. 1988. — № 2. — С. 95 — 99.
  48. Г. Ф. Усложненное сложное предложение в русском языке. -Ростов-на-Дону: Изд-во Рост, ун-та, 1980. 218 с.
  49. Г. Ф. Функционирование сложноподчиненных предложений в тексте //Сложное предложение в тексте: Межвуз. тематич. сб. науч. трудов. -Калинин, 1988. С. 4 — 16.
  50. Г. Ф., Редкозубова Т. М. Коммуникативно-речевой аспект изучения сложноподчиненного предложения // Рус. яз. в шк. 1995.-№ 5.2411. С. 27−32.
  51. Гак В. Г. К проблеме синтаксической семантики (семантическая интерпретация «глубинных» и «поверхностных» структур) // Инвариантные синтаксические значения и структура предложения. — М., 1969.
  52. Галкина-Федорук Е. М. Об экспрессивности и эмоциональности в языке // Сборник статей по языкознанию. М.: Изд-во Моск. гос. ун-та, 1958. -С. 23−36.
  53. И. Р. Информативность единиц языка. М.: Высш. шк., 1974. -174 с.
  54. Н. С. Многокомпонентные сложноподчиненные предложения в научном стиле современного русского языка: Дис.. канд. филол. наук. -М., 1967.-209 с.
  55. Н. С. К вопросу о глубине многокомпонентных сложноподчиненных предложений // Вопросы русского языка: Сб. науч. трудов. -Вып. 158. Ярославль, 1976. — С. 83 — 90.
  56. А. Н. Очерки по стилистике русского языка. М.: Просвещение, 1965.-408 с.
  57. Н. И. Летопись жизни и творчества А. П. Чехова. М.: Гослитиздат, 1955. — 880 с.
  58. В. М. А. П. Чехов о качествах языка художественного произведе-г ния//Рус.яз. вшк.-1988.-№ 6.-С. 23−29.
  59. В. М. Заметки о стилистике многочленных предложений // Рус. яз. в шк. 1998. — № 5. — С. 74 — 78.
  60. В. М. Синтаксис и пунктуация рассказов А. П. Чехова: Пособие к спецкурсу. Магнитогорск, 1991.- 68 с.
  61. В. М. Синтаксис сложного предложения в современном русском языке: Уч. пособие для студентов. Магнитогорск, 1996. — 113 с.
  62. ГольдинаЕ. В. Трехкомпонентные сложносочиненные предложения в (c)о242временном русском языке: Дис.. канд. филол. наук. — М., 1989. — 195 с.
  63. JI. Г. Интонация как средство организации предложения / выска$зывания (на примере бессоюзных сложных предложений) // Филологические заметки. 1999. — Ч. 1. — С. 78 — 83.
  64. О. И. О семантической классификации сложносочиненных предложений закрытой структуры // Русские говоры Сибири. Томск, 1981.
  65. М., Чехов А. Переписка, статьи, высказывания. М.: ГИХЛ, 1951.-287 с.
  66. Грамматика русского языка. Т. 2. Синтаксис. — М.: Изд-во АН СССР, 1954.-704 с.
  67. Грамматические исследования. Функционально-стилистический аспект. Морфология. Словообразование. Синтаксис. М.: Наука, 1989. -284 с.
  68. И. М. Проявление оценочности в тексте // Коммуникативные аспекты значения: Межвуз. сб. Волгоград, 1990. — С. 214 -217.
  69. А. О мастерстве Чехова. М.: Советский писатель, 1959. — 206 с.
  70. А. И. Стилистика русского языка. М.: Просвещение, 1969. — 262 с.
  71. Г. А. Коммуникативные аспекты русского синтаксиса. М.: Наука, 1982.-370 с.
  72. Г. А. Монопредикативность и полипредикативность в русском синтаксисе // Вопр. языкознания. 1995. — № 2. — С. 99 — 110.
  73. Г. А Очерк функционального синтаксиса русского языка. М., 1973.-352 с.
  74. Г. А., Онипенко Н. К., Сидорова М. Ю. Коммуникативная грамматика русского языка. М., 1998. — 528 с.
  75. Е. А* Двусубъектное повествование в романе «Идиот» и формы его синтаксического изображения // Филол. науки. 1990. — № 2. — С. <62 — 71.243
  76. Е. А. Синтаксис художественной прозы Достоевского.-М.: Наука, 1979.-287 с.
  77. С. Г. Вопросы теории сложноподчиненного предложения в современном русском языке: Автореф. дис.. д-ра филол. наук. Л., 1964. — 37 с.
  78. С. Г. Синтаксические единицы в тексте. Л., 1989. — 82 с.
  79. В. Гипотеза глубины // Новое в лингвистике. Вып. 4. — М.: Прогресс, 1965.-С. 126−138.
  80. Т. Н. Полипредикативные предложения с союзной и подчинительной связью: Дис.. канд. филол. наук. -М., 1978. -234 с.
  81. В. В. Сложное предложение с однородными придаточными частями (союзное подчинение): Дис.. канд. филол. наук. Ростов-на-Дону, 1954. -360 с.
  82. В. В. Классификация усложненных предложений с соподчинением // Материалы IX и X конференций Северо-Кавказского зонального объединения кафедр русского языка. Ростов-на-Дону: Изд-во Рост, ун-та, 1971. — С. 142 — 149.
  83. В. В. Сложные предложения с соподчинением в современном русском языке. Краснодар, 1979. — 134 с.89ЛСалашникова Г. Ф. Многокомпонентные сложные предложения в современном русском языке. Харьков: Вища школа, 1979. — 160 с.
  84. Г. Ф. Особенности многокомпонентных сложных предложений в поэтическом тексте // Сложное предложение в тексте: Межвуз. тема-тич. сб. науч. трудов. Калинин, 1988. — С. 138 — 146.
  85. Г. Ф. Факторы, определяющие протяженность сложного предложения // Филод. щуки. 1981. — № 5. — С. 37 — 46.
  86. Г. Ф., Альникова В. Ю. О структурной организации полипредикативных сложносочиненных предложений // Вопр. языкознания.2 441 991.-№ 6.-С. 78−89.
  87. Л. К. Семантическая структура сложносочиненного предложения // Филол. науки. 1986. — № 2. — С. 47 — 54.
  88. В. Б. Герой и идея в произведениях Чехова 90-х годов // Вестник Моск. ун-та. Сер. X. Филология. 1968. — № 6. — С. 35 — 48.
  89. В. Б, Сложность простоты. Рассказы и пьесы Чехова. М.: Изд-во Моск. гос. ун-та, 1999. — 110 с.
  90. Р. Память человека. Структура и процесс. М.: Мир, 1978. — 320 с.
  91. Н. Г. Полипредикативные предложения с приразнокомпонентным соподчинением в современном русском языке: Автореф. дис.. канд. филол. наук. Ростов-на-Дону, 1990. — 20 с.
  92. Н. А. Язык и композиция произведений А. П. Чехова. -Нижний Новгород, 1999.
  93. Н. А. Об особенностях стиля А. П. Чехова (Несобственно-прямая речь) // Вестник Моск. ун-та. Философия, журналистика. 1963. -№ 2. — С. 55 — 59.
  94. А. Н., Крылова О. А., Одинцов В. В. Функциональные типы русской речи. -М.: Высш. школа, 1982. 223 с.
  95. М. Н. Стилистика русского языка. М.: Просвещение, 1993. -221с.
  96. Т. А. Семантические отношения в сложных предложениях // Филол. науки. 1972. — № 5. — С. 61 — 73.
  97. Т. А., ЧеремисинаМ. И. О принципах классификации сложных предложений // Вопр. языкознания^" — 1984. № 6. — С. 69 — 81.245
  98. Е. Г. Изменения в семантике и структуре сложноподчиненных предложений присубстантивного типа в языке русской художественной прозы с 20 30-х годов XIX в. по 80-е годы XX в.: Дис.. канд. фи-лол. наук. — Орел, 1993. — 214 с.
  99. Т. И. Функционирование сложносочиненных предложений в художественной речи: Автореф. дис.. канд. филол. наук. Киев, 1983. -16 с.
  100. Т. И. Сочинение и подчинение в свете коммуникативного подхода // Филол. науки. 1989. — № 3. — С. 52 — 58.
  101. И. Н. Структура и функции сочинительной связи в русском языке. М., 1988. — 212 с.
  102. О. А., Ремчукова Е. Н. Экспрессия: ее источники и текстовые функции // Стилистика и прагматика: Тезисы докл. науч. конф. Пермь, 1997.-С. 38.
  103. С. Е., Максимов JI. Ю. Современный русский язык. Синтаксис сложного предложения. М.: Просвещение, 1977. — 191 с.
  104. Лингвистический энциклопедический словарь / Гл. ред. В. Н. Ярцева. -М.: Советская энциклопедия, 1990. 682 с.
  105. А. Н. Семантика усложненных предложений: Дис.. канд. филол. наук. М., 1983. — 184 с.
  106. Г. А. О зависимости между размером предложения и характером екста // Вопр. языкознания. 1963. — № 3. — С. 92 — 112.
  107. Литвина 3. Н. Неоднородное соподчинение двух придаточных одному ррвному в древнерусском языке // Уч. зап. МГПИ им. В. П. Потемкина. -Т. XXIII. Вып. 6. — М., 1959. — С. 283 — 305.
  108. А. М., Гусман Тирадо Р. Русское сложноподчиненное предложение и проблема его содержательной интерпретации // Вопр. языкознания. -1999. -№ 6.™ С. $ 4 65.
  109. М. В. Смысловая структура сложного предложения и текст. К типологии внутритекстовых отношений. — М.: Наука, 1986. 200 с.246
  110. JI. Ю. Многомерная классификация сложноподчиненных предложений: Автореф. дис.. д-ра филол. наук-М., 1970. 42 с.
  111. Т. В. Семантика и прагматика средств выражения оценки врусском языке // Филол. науки. 1993. — № 3. — С. 67 — 79.
  112. JI. В. К вопросу о лексико-грамматической структуре диалектных бессоюзных полипредикативных конструкций // Вопр. лингвистики. -2000. Вып. 3.-С. 53−56.
  113. Г. Н. Современное представление пропозиции в лингвистике // Вестник Ставроп. ун-та. 1999. — Вып. 22. — С. 86 — 94.
  114. Дж. А. Магическое число семь плюс или минус два. О некоторых пределах нашей способности перерабатывать информацию // Инженерная психология. М.: Прогресс, 1964. — С. 192 — 225.
  115. М. К. Конструкции с косвенной речью в современном русском языке. Ростов-на-Дону: Изд-во Рост, ун-та, 1975. — 211 с.
  116. М. К. Несобственно-прямая речь в художественной прозе А. П. Чехова // Сборник статей и материалов. Вып. 4. — 1967. — С. 152−161.
  117. О. И. Семантика текста // Вопр. языкознания. 1980. -№ 6.- С. 44−57.
  118. JI. Д. Союзно-бессоюзные сложносочиненные предложения в композиции рассказа «Дама с собачкой» // Проблемы языка и стиля А. П. Чехова. Ростов-на-Дону, 1983. — С. 81 — 94.
  119. М. В. Курс лингвистической семантики: Уч. пособие для студ., аспирантов и преподав, лингв, дисциплин в школах, лицеях, колледжах и вузах. СПб., Научный центр проблем диалога, 1996. — 760 с.
  120. Т. М., Фужерон И. Некоторые наблюдения над семантикой и статусом сложных предложений с уступительными союзами // Вопр. языкознания. 1999. — № 1. — С. 17 — 37.
  121. Н. К. Сложное предложение на фоне коммуникативной типологии текста // Вопр. языкознания. 1995. — № 2. — С. 23 — 36.
  122. ПадучеваЕ. В. Высказывание и его соотнесенность с действительно247стью. М.: Наука, 1985. — 230 с.
  123. Е. В. О семантике синтаксиса. (Материалы к трансформационной грамматике русского языка). М.: Наука, 1974. — 292 с.
  124. Е. В. Семантические исследования. М.: Наука, 1996.
  125. Палерный 3. С. Записные книжки Чехова. М., 1970.
  126. А. Н. Способы связи предикативных единиц в русском сложноподчиненном предложении // Вопр. языкознания. 1998. — № 3. -С. 151−159.
  127. А. М. Русский синтаксис в научном освещении. М.: Учпедгиз, 1956.-512 с.
  128. Дж. Символы, сигналы, шумы. М.: Мир, 1967. — 334 с.
  129. Н. В. Многокомпонентные сложноподчиненные предложения в текстовом аспекте: Автореф. дис.. канд. филол. наук. Липецк, 1996. -22 с.
  130. В. К. О границах однородного соподчинения // Филол. науки. 1962. — № 3. — С. 24 — 28.
  131. Н. С. Мысли о русской грамматике. М.: Наука, 1990. — 179 с.
  132. Н. С. О грамматической природе и принципах классификации бессоюзных сложных предложений // Вопросы синтаксиса современного русского языка. М.: Учпедгиз, 1950. — С. 338 — 354.
  133. Н. С. Сложноподчиненное предложение и его структурные типы // Вопр. языкознания. 1959. — № 2. — С. 19 — 27.
  134. А. Ф. Русский язык: Синтаксис осложненного предложения. -М.: Высш. школа, 1990. 175 с.
  135. Проблемы семантики предложения: выраженный и невыраженный248смысл. Красноярск, 1986. — 238 с.
  136. Л. Н. Сложное предложение с последовательным подчинением в современном английском языке: Автореф. дис.. канд. филол. наук. -М., 1968. 17 с.
  137. И. П. Актуальное членение предложения. Уфа, 1961. — 161 с.
  138. В. JI. Несобственно-прямая речь и внутренний монолог в сфере средств передачи чужого высказывания // Вопросы синтаксиса русского языка: Сб. ст. Ростов-на-Дону, 1971. — С. 37 — 46.
  139. Д. Э. Практическая стилистика русского языка. М.: Высш. школа, 1977. — 316 с.
  140. Русская грамматика. Т. 2. М.: АН СССР, 1980. — 709 с.
  141. Русский язык: Синтаксис сложноподчиненного предложения. М.: Русский язык, 2000. — 173 с.
  142. Русский язык в его функционировании. Коммуникативно-прагматический аспект. М., 1993. — 417 с.
  143. Русский язык в его функционировании. Уровни языка. М., 1996. — 271 с.
  144. Е. Н. Синтаксис и семантика конструкций с синтаксической! аппликацией. Краснодар: Кубанский гос. ун-т, 1996. — 259 с.
  145. JI. М. Актуализационная парадигма предложения. Типы коммуникативных задач и средства их решения (на материале биноминативных предложений, выражающих отношения характеризации) // Вопр. языкознания. 1998. — № 3. — С. 44 -53.
  146. В. 3. Русские сочинительные конструкции: Семантика. Прагматика. Синтаксис. М.: Наука, 1989. — 266 с.
  147. Семантика и функционирование синтаксических единиц. Казань: Изд-во Казанск. ун-та, 1983. — 150 с.
  148. Семантические типы предикатов. М.: Наука, 1982. — 365 с.
  149. Синтаксис текста / Под ред. Г. А. Золотовой. М.: Наука, 1979. — 368 с.
  150. Е. А. Парцеллированные полипредикативные высказывания в современном русском языке: Дис.. канд. филол. наук. Харьков, 1990.-224 с.
  151. Современный русский язык: Учеб. для филол. спец. ун-тов / Под ред.
  152. B. А. Белошапковой. М.: Высшая школа, 1989. — 800 с.
  153. Современный русский язык. Анализ языковых единиц. Учеб. пособие для студентов филол. фак. пед. ун-тов и ин-тов. В 3 ч. Ч. 3. Синтаксис / Под ред. Е. И. Дибровой. М.: Просвещение: Владос, 1995. — 232 с.
  154. Г. Я. Синтаксическая стилистика. М.: Высшая школа, 1973. -214 с. I
  155. Сон Мен Гон. Выражение смысла «цель» в сложноподчиненных и бессоюзных предложениях русского языка // Рус. яз. в шк. 1998. — № 3.1. C. 81 -86.
  156. Г. П. Сложные предложения с контаминированными средствами связи в современном русском языке (в сопоставлении с украинским языком): Дис.. канд. филол. наук. Харьков, 1988. — 198 с.
  157. И. А. Проблемы анализа структуры значения слова. Воронеж: Изд-во Воронеж, ун-та, 1979. — 156 с.
  158. Стилистические исследования на материале современного русского языка. М.: Наука, 1972. — 318 с.
  159. И. П. Семантическая структура предложения. Тула, 1974.
  160. А. Н. Сложное предложение с многочленным подчинением придаточного // Уч. зап. ЛГУ, серия филол. наук. -№ 235. Вып. 38. — Л., 1958.- С. 114−130.
  161. И. Проблемы поэтики А. П. Чехова. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1987. -180 с.
  162. Тарланов 3. К. О синтаксических границах сложного предложения в русском языке: к спорам вокруг известного // Вопр. языкознания. 1995. -№ 2. — С. 83−91.250
  163. В. Н. Механизмы экспрессивной окраски языковых единиц//Человеческий фактор в языке: Языковые механизмы экспрессивности. М., 1991.-С. 36−66.
  164. . В. Ритм прозы (по «Пиковой даме») // О стихе. Л., 1929.
  165. U/l77. Томилин А. М. Функционирование многокомпонентных сложных предложений в художественном тексте (на материале романа Л. Н. Толстого «Война и мир»). Харьков, 1993. — 215 с.
  166. В. И. Художественность чеховского рассказа: (Учебное пособие). -М.: Высшая школа, 1989. 135 с.
  167. Е. В. Русский союз и частица И: структура значения // Вопр. языкознания. 2000. — № 3. — С. 97 — 120.
  168. Е. В. Языковая картина мира VS. Обиходные представления (модель восприятия в русском языке) // Вопр. языкознания. 1998. — № 2. -С. 3 -19.
  169. Л. Д. Из наблюдений над стилем позднего Чехова // Вестник Ленинградского ун-та. 1966. — № 2. — С. 45 — 63.
  170. А. М. О семантике сложноподчиненного предложения // Рус. яз. в шк. 1974. — № 4. — С. 87 — 90.
  171. А. С. О параллельном и неоднородном соподчинении придаточных // Рус. яз. в шк. 1969. — № 6. — С. 12 — 19.
  172. Г. П. О многомерности структуры полипредикативных сложноподчиненных предложений (к постановке проблемы) // Очерки по русскому языку: Уч. зап. Калининск. пед. ин-та. Т. 66. — Ч. 1. — Калинин, 1969. -С. 177−192.
  173. Г. П. О грамматической природе «придаточного предложения» //
  174. J Вопр. языкознания. 1961. — № 2. — С. 83 — 84.
  175. Т. Н. Структурно-семантические особенности многокомпонентной атрибутивной конструкции в современном русском и литовском языке: Дис.. канд. филол. наук. Днепропетровск, 1988.
  176. А. К. К истории классификации сложноподчиненных и придаточных предложений // Рус. яз. в шк. 2000. — № 2. — С. 83 — 88.
  177. В. А. Предложения с предикатами оценки // Рус. яз. в шк.1988. № 2. — С. 95 — 99 (103).
  178. Г. Д. Указательно-местоименная связь компонентов синтаксических конструкций // Вопр. лингвистики. 2000. — Вып. 3. — С. 5 — 8.
  179. Э. А. Типы структурно-семантических отношений между частями сложного предложения в современном русском языке: Дис.. канд. филол. наук. Таллин, 1980. — 217 с.
  180. Н. И. Стилистика сложного предложения. М., 1978. -240 с.
  181. M. М. Стилистика языка и / или стилистика речи? Стилистика языка-речи // Вестник ВЭГУ. 2000. — № 11. — С. 55 — 58.
  182. H. Н. Сложные предложения с сочинением и подчинением в современном русском языке: Автореф. дис.. канд. филол. наук. М., 1965. -20 с.
  183. В. С. Универсальные уступительные конструкции // Вопр. языкознания. 1999. — № 1. — С. 103 — 123.
  184. H. Н. Способы выражения изъяснительных отношений в современном русском языке: Дис.. д-ра филол. наук. Усть-Каменогорск, 1989.-380 с.
  185. В. В. Лингвопрагматический аспект художественной прозы252
  186. А. П. Чехова: Автореф. дис. канд. филол. наук. Краснодар, 2001. -22 с,
  187. М. И., Колосова Т. А. Очерки по теории сложного предложения. Новосибирск: Наука, 1987. — 197 с.
  188. Л. Д. К вопросу о грамматической однородности и ее отношении к сочинению // Уч. зап. Таганрогск. пед. ин-та. Вып. 6. — Таганрог, 1958.-С. 61−78.
  189. Л. Д. О синтаксических единицах и синтаксических отношениях (в аспекте конструктивного синтаксиса) // Филол. науки. Вопросы синтаксиса русского языка. Тамбов, 1973.
  190. Чехов в воспоминаниях современников: Сб. статей. М.: Госиздат, 1954. — 680 с.
  191. Чеховиана: Чехов в культуре XX века: статьи, публикации, эссе. М.: Наука, 1993.
  192. А. В. Ритм образа. Стилистические проблемы. М.: Сов. писатель, 1973.-278 с.
  193. А. П. Мир Чехова: Возникновение и утверждение. М.: Сов. писатель, 1986. — 379 с.
  194. А. П. Поэтика Чехова. М.: Наука, 1971.-291 с.
  195. Г. М. Синтаксические конструкции с чужой речью. Киев: Ви-ща школа, 1975. — 220 с.
  196. Н. М. О языке и слоге рассказов А. П. Чехова // Лингвистический анализ художественного текста: Учеб. пособие для студ. 2-е изд., до-раб. — Л.: Просвещение, 1990. — С. 203 — 215.
  197. Н. Ю. О соотношении грамматической и семантической структуры предложения // Славянское языкознание. УП Междунар. съезд славистов. Варшава, авг. 1973 г. Докл. сов. делегации. М.: Наука, 1973.253
  198. Е. Н. Бессоюзное сложное предложение в современном русском языке. М.: Наука, 1986. — 221 с.
  199. В. А. Сложные предложения с последовательным подчинением // Рус. яз. в шк. 1955. — № 1.-С. 13−15.
  200. В. А. Сложные предложения с последовательным подчинением в современном русском языке // Уч. зап. Вологодск. пед. ин-та. Т. XXIY. -Вологда, 1959. — С. 399 — 439.
  201. В. А. Структура и принципы классификации сложных предложений с однородным соподчинением двух или нескольких придаточных // Теория и методика преподавания русского языка: Уч. зап. Т. 293. — Д., 1968. -С. 13−54.
  202. Т. В. Смысловая организация предложения и проблема модальности // Актуальные проблемы русского синтаксиса. М.: Изд.-во Моск. гос. ун-та, 1984.
  203. С. А. Смысловые отношения в сложном предложении и способы их выражения. М.: Изд-во Моск. гос. ун-та, 1990. — 160 с.
  204. А. П. Собрание сочинений в 12-ти томах. М.: ГИХЛ, 1960 — 1962.
Заполнить форму текущей работой