Помощь в написании студенческих работ
Антистрессовый сервис

Семантико-структурные и функциональные особенности паратекста в модернистской и постмодернистской драматургии: на материале французского языка

ДиссертацияПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

Научная новизна исследования заключается в том, что впервые драматургические тексты рассматриваются в контексте их диалогичности, интенциональ-ности и дискурсивной принадлежности, что создает условия для иного понимания статуса и функционального потенциала текстов этого типа в современной лингвистической и литературоведческой традиции. Это требование основывается, прежде всего, на переосмыслении… Читать ещё >

Семантико-структурные и функциональные особенности паратекста в модернистской и постмодернистской драматургии: на материале французского языка (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Содержание

  • ГЛАВА 1. ДИАЛОГ КАК ОСНОВА ХУДОЖЕСТВЕННОГО ДРАМАТУРГИЧЕСКОГО ДИСКУРСА
    • 1. 1. Теоретические предпосылки исследования диалога
      • 1. 1. 1. Понятие «диалог», его определение и основные подходы к его пониманию
      • 1. 1. 2. Социокультурный и философский аспекты изучения диалога
      • 1. 1. 3. Язык как важнейший компонент диалогического взаимодействия
      • 1. 1. 4. Интенциональность дискурса и диалог
    • 1. 2. Художественный текст как продукт дискурсивной деятельности
      • 1. 2. 1. Текст: сущность и основные направления изучения
      • 1. 2. 2. Диалогическая природа художественного текста
      • 1. 2. 3. Диалог как проявление текстуальной гетерогенности
    • 1. 3. Драматургический текст в пространстве лингвоэстетического дискурса
      • 1. 3. 1. Соотношение вымысла и реальности в художественном драматургическом дискурсе
      • 1. 3. 2. Сущностные характеристики драматургического текста
      • 1. 3. 3. Метатеатральность драматургического текста
      • 1. 3. 4. Особенности стуктурно-композиционной организации драматургического текста
        • 1. 3. 4. 1. Реализация системы дейктических координат в основном тексте драмы
        • 1. 3. 4. 2. Металингвистическая роль авторских ремарок в драматургическом тексте
  • Выводы
  • ГЛАВА 2. ЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ РЕАЛИЗАЦИИ ДИАЛОГИЧЕСКОЙ СТРАТЕГИИ АВТОРА В ПАРАТЕКСТЕ
    • 2. 1. Функциональный потенциал авторских ремарок в драматургическом тексте
    • 2. 2. Особенности реализации интродуктивной функции в инициальных авторских ремарках
      • 2. 2. 1. Средства реализации интродуктивной функции авторских ремарок в пьесах Ж. Ануя
      • 2. 2. 2. Средства реализации интродуктивной функции авторских ремарок в пьесах С. Беккета
      • 2. 2. 3. Средства реализации интродуктивной функции авторских ремарок в пьесах Э. Ионеско
    • 2. 3. Характеризация психоэмоционального состояния персонажей и степени его интенсивности в эмотивно-экспрессивных авторских ремарках
      • 2. 3. 1. Средства организации эмотивно-экспрессивных авторских ремарок в пьесах Ж. Ануя
      • 2. 3. 2. Лингвистические особенности эмотивно-экспрессивных авторских ремарок в пьесах С. Беккета
      • 2. 3. 3. Средства оформления эмотивно-экспрессивных авторских ремарок в пьесах Э. Ионеско
    • 2. 4. Роль кинетических авторских ремарок в паравербальной визуализации и характеризации персонажей
      • 2. 4. 1. Средства оформления кинетических авторских ремарок в пьесах Ж. Ануя
      • 2. 4. 2. Средства реализации функции паравербальной визуализации и характеризации персонажей в кинетических авторских ремарках в пьесах С. Беккета
      • 2. 4. 3. Средства оформления кинетических авторских ремарок в пьесах Э. Ионеско
    • 2. 5. Текстоструктурирующие потенции структурно-композиционных авторских ремарок в пьесах Ж. Ануя, С. Беккета и Э. Ионеско
    • 2. 6. Особенности организации паратекста с точки зрения его топологической соотнесенности с основным текстом
    • 2. 7. Экспликация авторского дискурса в паратексте модернистской и постмодернистской драматургии
  • Выводы

В настоящей работе речь идет об особенностях диалогической природы' драматургического текста как продукта художественного дискурса. Последний представляет собой фиктивную реальность, так или иначе отражающую один из «возможных» миров в предлагаемых обстоятельствах. В фокусе внимания находятся способы реализации авторского дискурса во французской модернистской и постмодернистской драматургии, для которой характерно особое понимание театральной сущности и конвенциальности репрезентируемой реальности.

Актуальность темы

настоящего исследования определяется тем, что оно отвечает на назревшую в лингвистической и литературоведческой науке потребность теоретического осмысления сущности драматургического текста, выступающего в качестве продукта особо организованного художественного (лингвоэ-стетического) дискурса. Такой подход позволяет заполнить ряд лакун, которые до последнего времени не попадали в поле зрения исследователей.

Изучение драматургического текста сводится в ряде работ к изучению драматургического диалога как вида художественного диалога, в основе которого — стилизация естественной разговорной речи [Бакланова 1983; Зоненашвили 1980; Лагутин 1991; Лигута 1978; Лущенкова 1996; Проскурникова 1968; Эсен-баева 1973]. При этом отсутствует системное описание диалогической структуры авторского дискурса в драматургическом тексте, а также способов его реализации, в частности, на паратекстуальном уровне, т. е. в авторских ремарках (далее:' АР). Настоящая работа восполняет этот пробел.

В ряде работ с разных позиций интерпретируются отдельные особенности авторских ремарок в драматургическом произведении: ставится проблема неоднозначного статуса АР в тексте драмы [Львова 1996; Русанова 2006; Топчий 1987], изучается прагматический потенциал АР в английской драматургии [Дот-мурзиева http://pn.pglu.ru/index.php?rnodule=subjects&flinc= viewpage&pageid =1017- Кали 2006; Уманская http://pn.pglu.ru/], раскрывается поэтика ремарки в русской драматургии XVIII — начала XIX в. [Сперантов http://www.rvb.ru/philologica], а также в драматургии А. П. Чехова [Ходус http://language.psu.ru.], рассматриваются некоторые особенности перевода АР с французского языка на русский [Степанюк 2006]. Однако анализ литературы по данному вопросу показал, что пока отсутствует комплексное описание статуса, особенностей организации и функционирования авторских ремарок, не раскрыта сущность паратекста как совокупности АР в драматургическом тексте, не выявлены характеристики паратекста, не определен его функциональный потенциал в дискурсе.

Рассмотрение авторского дискурса в его диалогичности связано также с необходимостью формирования у человека как ценностного субъекта представления о способах межсубъектного взаимодействия, способности распознавать в «создателе» пьесы выразителя «особой ментальности» (Ю.С.Степанов) и участвовать в создании общего контекста, «возможного мира» по ходу развертывания дискурса.

В последние десятилетия в России и за ее пределами появляется множество работ в области изучения дискурса как «особой формы использования языка» и ряда коррелирующих с ним понятий, таких как «интертекстуальность», «интен-циональность», «интеракциональность» и «диалогичность» дискурса [Арутюнова 1999; Гришаева 2004; Барт 1989; Ван Дейк 1989; Демьянков 2005; Дымарский 1998; Карасик 2002; Кристева 2004; Кубрякова 2004; Проблемы функциональ-' ной. 2000; Степанов 1997; Цурикова 2002; Barthes 1984; Bordas 2002; Maingue-naud 2002; Maldidier 1993 и мн. др.]. В связи категорией интенциональности весьма интенсивно дискутируется также проблема «создателя» дискурса, ибо за каждым текстом (в особенности художественным) стоит дискурсивная деятельность отдельно взятого человека по осмыслению мира и его оценке, результатом которой становятся тексты, воссоздающие реальность в одной из многочисленных виртуальных версий [Журчева 2007; Лотман 1999; Barthes 1984; Foucault 1994; Челикова 2001].

Со времен постструктурализма проблема диалогичности связывалась с проблемой «расщеплённости» сознания современного человека, с поисками в себе Другого и «инаковости» по отношению к самому себе [Derrida 1967; Foucault 1996 и др.]. В этом смысле обращение к отдельным представителям французской драматургии XX века как создателям «неоднородных» и «расщепленных» текстов представляет особый интерес для анализа реализации в них установки автора на диалогичность.

Цель исследования заключается в выявлении и комплексном описании средств и способов реализации диалогической стратегии автора в драматургическом тексте в процессе многомерного и сложно организованного межличностного взаимодействия с адресатом в условиях «расщепленной» референции.

Достижению цели способствует решение следующих задач:

1. Анализ особенностей драматургического текста с точки зрения присутствия в нем реального, миметического (фиктивного), интерсубъективного и интертекстуального контекстов.

2. Обоснование паратекста как неотъемлемой части дискурса и как совокупности АР в драматургическом тексте.

3. Системное описание типов АР в драматургическом тексте.

4. Выявление статуса и функционального потенциала АР как важного литературно-повествовательного элемента' внутри драматургического текста, с одной стороны, и эксплицитной зоне контакта автора с адресатом, с другой.

Объектом исследования является паратекст, т. е. совокупность АР в драматургическом тексте, в модернистских и постмодернистских пьесах французских драматургов, что позволяет изучить особенности диалогизации текста драмы в контексте данной эстетической парадигмы.

Предметом исследования выступают семантико-структурные и функциональные особенности авторских ремарок в модернистском и постмодернистском драматургическом тексте. Обращение к представителям разных театральных и эстетических парадигм позволяет установить константное и вариативное в исследуемом предмете благодаря изучению АР как важнейшего способа реализации позиции автора.

Материалом для анализа послужили 15 пьес Ж. Ануя, Э. Ионеско и С. Бек-кета общим объемом 1192 страницы на французском языке. Из этого массива в фокус исследовательского внимания помещается 3678 микротекстов, организуемых АР разных типов объемом от одного предложения до полутора страниц. Для определения сущностных параметров изучаемого явления привлечены переводы отдельных текстов на русский язык. Целенаправленное контрастивное изучение материала не входит в задачи исследования.

Отбор источников осуществлялся с учетом того немаловажного факта, что исследуемые драматические произведения отличаются присущим постмодернистской традиции метатеатральным началом, которое созвучно понятию «театр» в его общефилософский смысле.

Комплексный многоаспектный анализ языковых средств реализации авторской стратегии на диалог в модернистском и постмодернистском драматургическом тексте осуществляется по следующим этапам:

— Определение структурно-композиционных особенностей драматургического текста с целью выявления текстоорганизующих потенций паратекста в драматургическом тексте.

— Выделение и системное описание типов АР в драматургическом тексте в соответствии с неоднородностью их семантико-структурной и функциональной организации, а также языковых средств их реализации.

— Верификация положения об особом статусе паратекста в модернистском и постмодернистском драматургическом тексте как важного литературно-повествовательного компонента драматургического текста, с одной стороны, и как элемента, реализующего авторскую установку (стратегию) на диалог, с другой, через определение механизмов диалогизации драматургического текста.

Научная новизна исследования заключается в том, что впервые драматургические тексты рассматриваются в контексте их диалогичности, интенциональ-ности и дискурсивной принадлежности, что создает условия для иного понимания статуса и функционального потенциала текстов этого типа в современной лингвистической и литературоведческой традиции. Это требование основывается, прежде всего, на переосмыслении природы и назначения паратекста в тексте драмы. Предлагается многомерная функционально-типологическая классификация АР в драматургическом тексте, позволяющая выявить специфику реализации в нем межличностной функции авторского Диалога. Новым является также объект исследования — паратекст, который впервые становится объектом специального научного лингвистического описания и исследуется в комплексе с текстом персонажей изучаемых драматургических произведений как компонентов текстового целого драмы. Раскрывается функциональный потенциал и предлагается детальное описание текстограмматических потенций АР, что позволяет изучить закономерности организации драматургического дискурса и его соотношения с внеязы-ковой реальностью.

Теоретическая значимость настоящей работы заключается в том, что в ней предложен такой подход к изучению особенностей организации драматургического текста, который позволяет выявить специфику реализации в нем межличностной функции авторского диалога. Данный подход основан, в первую очередь, на разработанной в настоящем исследовании системной характеристике текстоорга-низующих потенций АР разного типа. Изучение метатеатрального и метафикцио-нального характера анализируемых пьес вносит вклад в теорию дискурса и лингвистику текста, в теорию модернистской и постмодернистской концепции искусства и общую теорию театра, а также в теорию мизансценирования драматургического текста.

Практическая ценность проводимого исследования заключается в том, что изучение способов диалогизации драматургического текста, который, является результатом сложной дискурсивной деятельности автора, позволяет вскрыть преимущества данного подхода при подготовке специалистов по романистике. Поэтому результаты исследования могут быть использованы в преподавании учебных дисциплин: «Лингвистика текста», «Введение в лингвокультурологию», спецкурсов по когнитивной лингвистике, а также на занятиях по практике речи и анализу художественного текста. Предложенная в исследовании методология лингвистического анализа дискурсивных маркеров авторского диалога обладает эвристическим потенциалом и может найти применение в современной теории дискурсивного анализа.

Используются следующие методы исследования: методы компонентного, контекстуального анализа, интерпретационный метод, метод текстолингвистического описания макрои микротекстов, а также элементы когнитивно-дискурсивного анализа для изучения особенностей функционирования.

АР, выступающей в качестве метатекстовой интерпретанты, способствующей выходу за пределы языковых форм, содержащихся как в основном тексте, так и в паратексте.

Методологической основой диссертационного исследования послужили металингвистическая, эстетическая теория диалога и социологическая поэтика М. М. Бахтина, в особенности теория чужого словаконцепция карнавального слова и интертекстуальности, получившая дальнейшую разработку в трудах Ю. Кристевой, а также семиотический поход к проблеме художественной коммуникации и семиотический анализ текстов культуры, представленный в работах Р. Барта, Г. К. Косикова, Ю. М. Лотмана и др.

Положения, выносимые на защиту:

1. Паратекст как одна из форм эмерджентных образований характеризуется адресатной полифонией, благодаря чему драматургический текст преобразуется в дискурсивный континуум, в основе которого — процесс разноуровневого интерсубъективного взаимодействия. Сам драматургический текст характеризуется в этом случае повышенной условностью, метатеатральностью, что обеспечивает принципиальную множественность неконвенциональных интерпретаций одного и того же текста в разных дискурсивных условиях.

2. Паратекст как совокупность АР обладает в модернистском и постмодернистском драматургическом тексте богатым функциональным потенциалом, реализация которого зависит от дискурсивных факторов и от отношения паратекста с текстом драматургического произведения. Функциональный потенциал каждого типа АР и всей их совокупности в целом позволяет рассматривать паратекст как часть текста драматургического (в силу его четко очерченной материальной протяженности) и как часть дискурса, поскольку он (паратекст) мотивирует характеристики и способы конструирования особой метафикциональной реальности внутри драматургического универсума.

3. Функционально-типологические особенности паратекста, выявленные в модернистских и постмодернистских драматургических текстах, способствуют определенности/неопределенности референциальной перспективы, что обогащает проблему локализации авторского слова в тексте драмы.

4. Паратекст представляет собой особым образом организованный литературно-повествовательный элемент внутри драматургического текста и обладает присущими ему (паратексту) чертами традиционного нарратива, эксплицирующего позицию автора. Полифункциональность паратекста обусловливает выбор специальных языковых средств реализации авторской интенции.

Апробация работы. Результаты работы были представлены на различных этапах ее разработки на внутривузовских конференциях ЛГПУ (2005;2007гг.), на международной конференции «Актуальные проблемы языковедения и теории перевода» (Курск, 2005), на VI международной конференции «Перевод: язык и культура» (Воронеж 2006), на всероссийских научно-практических конференциях «Состояние и перспективы лингвистического образования в современной России» (Ульяновск, 2006). По теме диссертации опубликовано 11 работ, одна из которых в журнале, рекомендованном ВАК РФ.

Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, библиографии, списка источников примеров, включает 4 таблицы, 2 рисунка и приложение. Основной текст диссертации представлен на 220 страницах. Каждая глава завершается выводами, обобщенно представляющими результаты исследования.

выводы.

1. Рассмотрение семантико-структурных и функциональных особенностей паратекста в модернистской и постмодернистской драматургии осуществляется в рамках антропоцентрического подхода, в соответствии с которым «го— лос» автора, присутствующий в АР и находящийся в тесной взаимосвязи с основным текстом, позволяет не только прояснить и дополнить прагматическое измерение непосредственных диалогизированных дискурсов персонажей, но и актуализировать глобальный замысел автора.

Паратекст включает в себя целый ряд существенных для организации дискурса параметров, таких как список действующих лиц и их характеристика, пространственно-временные координаты, описание декораций и событий, относящихся к предмету речи, телесной выразительности персонажей (кинесика) и лицевой экспрессии (мимика), способов структурирования человеческого' пространства (проксемика). Кроме того, название пьесы задает рамку восприятия всего текста, актуализирует глобальный замысел автора.

2. Функциональный потенциал авторекой ремарки, эксплицирующей авторское слово, тесно связан с ее типом. Вследствие неоднородности структурно-функционального строя паратекста в модернистском и постмодернистском драматургическом тексте выделяется три общих типа АР и десять подтипов АР: эмотивно-экспрессивные АР (эмоциональные, просодические), кинетические (проксемические, жестовые, мимические, визуальные), структурно-композиционные или функциональные, инициальные (панорамные), адресат— ные).

3. Анализ семантико-структурных особенностей организации АР в драматургическом тексте в данном исследовании производится, в первую очередь, исходя из их функций. Анализируются языковые средства реализации интродуктивной функции в инициальных АР, рассматриваются эмотивно-экспрессивные АР с точки зрения реализации в них функции характеризации эмоционально-психологического состояния персонажей и степени его интенсивности, лингвистические особенности кинетических АР, реализующих функцию паравербальной визуализации и характеризации персонажа, структурно-композиционные АР с точки зрения реализации в них текстострукту-рирующей функции.

4. Полифункциональность паратекста’находит отражение в разнообразии используемых драматургами языковых средств их организации. Наблюдается корреляция между типом АР и формами ее вербализации. Так, эмотивно-экспрессивные АР, отличающиеся высокой рекуррентностью в паратексте Ж. Ануя, С. Беккета и Э. Ионеско, представлены преимущественно эллиптическими конструкциями, образованными: одночленными квалификативными предикатами, выраженными качественным прилагательным или причастием прошедшего времени, с элиминированным глаголом-связкойобстоятельст-j венными предложными словосочетаниями с подчинительной связьюобособленными качественными наречиями в постпозиции к элиминированному глаголу, маркирующими отношение АР не к пропозиции в целом, а к речевому действию, номинативными предложениями с N-процессным словом temps и silence, а также полными предложениями, в которых в роли предиката выступают перформативные глаголы с нюансированной эмоциональной установкой и непредельные глаголы с семантикой «молчание». Вместе с тем отмечается ограниченность лексического разнообразия данного типа АР в текстах С. Беккета и Э.Ионеско. ^.

5. Вариативность форм вербализации кинетических АР приходится, главным образом, на жестовые и проксемические ремарки, характеризующиеся высокой степенью репрезентативности в паратексте анализируемых пьес. К основным формам вербализации данного типа АР следует отнести: полные предложения с процессно-квалификативными предикатами, выраженными полно-значными локальными глаголами или аналитическими конструкциями в сопровождении причастия прошедшего времени, а также с процессными предикатами, представленными акциональными каузативными, в том числе стилистически маркированными, глаголами и глагольными конструкциями (Ж.Ануй), полные предложения с процессными предикатами, выраженными! Г динамическими глаголами, субстантивные эллиптические конструкции в функции обстоятельственных определений (С.Беккет), причастия настоящего времени в обособленной позиции, выступающие в роли самостоятельных предикатов, номинативные процессуальные предложения. Мимические и визуальные АР отличаются низкой степенью репрезентативности в паратексте к пьесам Э. Ионеско и С. Беккета, что отражает особый подход этих авторов к проблеме стилизации лицевой экспрессии в театре. В паратексте к пьесам Ж. Ануя, напротив, наблюдается высокая рекуррентность данного типа АР: средствами выражения которых выступают образующие целую фразеологическую парадигму полные предложения с процессными предикатами, выраженными статальными глаголами с семантикой лицевой экспрессии, глаголь-но-инфинитивными предикатами, глагольно-именными аналитическими ска-зуемымыми с существительным, обозначающим мимическое движение.

6. Семантико-структурная организация функциональных АР в паратексте исследуемых пьес не только отражает особенности структурирования драматургического текста в соответствии с единством и целостностью замысла и фабулы, но и маркирует определенное намерение адресанта — автора драматургического произведения — воздействовать на адресата с помощью расположе-! ния нарративных единиц и взаимоотношения между ними. Текстоструктури-рующая функция декупажа (деление пьесы на акты, сцены) в модернистской и постмодернистской драматургии может носить как положительный (развитие действия), так и отрицательный (пространственно-временной дисконти-нуитет) с точки зрения соответствия традиционному гармоничному континууму характер.

7. Паратекст как совокупность АР в драматургическом тексте, проявляя свой текстоорганизующий потенциал на грамматическом, семантическом и прагматическом уровнях, способствует установлению когерентности внутри дра-' матургического текста в целом, что отражает необходимость изучения АР не: как отдельных текстем, а как совокупного текста, находящегося в отношении особых корреляций с основным текстом, т. е. драматургическим диалогом.

8. С точки зрения топологической соотнесенности АР с основным корпусом текста драмы (реплики персонажей) выделяются препозитивные, интерпозитивные и постпозитивные АР. Анализ паратекстуального уровня драматургических текстов с топологической точки зрения, а также в связи со степенью репрезентативности АР в рассматриваемых драматургических текстах позволяет обнаружить разную долю участия ремарок каждого типа в организаций: дискурса. Так, наиболее распространенными АР по топологическому признаку выступают препозитивные АР (Ж.Ануй, Э. Ионеско), задающие эмоциональную рамку высказываниям персонажей, и интерпозитивные АР (С.Беккет), указывающие на изменение эмотивно-экспрессивной организации отдельной реплики, что свидетельствует о намерении авторов максимально точно представить интонационно-ритмический рисунок и эмоциональный «контекст», на фоне которых осуществляется дискурсивное взаимодействие между участниками различных интеракциональных систем. Они реализуются преимущественно эмоциональными и просодическими АР. Постпозитивные АР отличаются средней репрезентативностью в исследуемых пьесах и играю!* роль важного текстоорганизующего элемента, способствующего выходу за пределы вербализуемого в, репликах персонажей пространственно-временного континуума.

9. Для модернистского и постмодернистского драматургического текста характерна метафикциональность (театрализация рамки), которая обостряет момент игры в тексте, обнажает природу и значение самого процесса создания фикции, способствуя, таким образом, возникновению «антиконвенциональной» парадигмы. К средствам ее реализации относятся разноуровневые иразноструктурные элементы: категоризация персонажей, имеющих семантиI ку, относящуюся к теме театра, использование антропонимов и прецедентных феноменов в сильной инициальной позиции — названии пьесы, слабо выра.

• женная характеристика пространственно-временного континуума и личностной перспективы (неустойчивость внутри локально-темпорального и личностного компонента), актуализация приема «текст в тексте» посредством формы «театр в театре» (например, репрезентация дейктической оппозиции «описание-действие», включение в основной текст риторических отступлений, касающихся театральной условности, с одной стороны, и игровой природы самой жизни, с другой), актуализация темы костюма, использование визуаль— ных метафор материально-телесного ряда, переосмысление системы единиц традиционного нарратологического декупажа. Авторская стратегия на мета-игру реализуется как в основном тексте (реплики персонажей), так и в пара-тексте.

10.В паратексте модернистской и постмодернистской драматургии соседствуют элементы, традиционные для драмы как рода литературы, вполне поддающиеся однозначной театральной интерпретации, и элементы, выражающие авторское отношение, передающие состояние. В результате формируетсядиалогическая система чисто драматургического и нарративного, вспомогательного и авторского.

Заключение

.

Сущностной особенностью паратекста как совокупности АР в драматургическом тексте является его двойственная природа: с одной стороны, он отличается относительной самостоятельностью, автономностью, а с другой — он расчленяет дискурсивный континуум на отдельные дискурсивные события. Текстооргани-зующий потенциал АР, реализующих замысел автора, проявляется на грамматическом, семантическом и прагматическом уровнях, способствуя установлению коге.

• рентности драматургического текста. Особенностью установления когерентности АР как микротекстов является абсолютное доминирование дистантной анафорико-катафорической связи, отличающей паратекст от других типов текста. Роль тек-стосинтаксической когерентности менее значима, чем текстосемантической и тек-стограмматической. АР как компоненты паратекста являются не отдельными тек-стемами, а совокупным текстом, находящимся в отношении особых корреляций с основным текстом, т. е. драматургическим диалогом, хотя ряд АР устанавливает! особые связи с драматургическим текстом.

Изучение полифункциональности паратекста позволяет создать типологию АР, которые распадаются на три общих типа АР и десять подтипов АР: эмотивно-экспрессивные АР (эмоциональные, просодические), кинетические (проксемиче-ские, жестовые, мимические, визуальные), структурно-композиционные или функциональные (инициальные (панорамные), медиальные, финальные, адресат-ные).

Соответствующие типы АР специализируются на выполнении определенных функций: интродуктивной функции, функции характеризации эмоционально-психологического состояния и степени его интенсивности, функции паравербаль-ной визуализации и характеризации персонажа, текстоструктурирующей функции.

Особенностью реализации интродуктивной функции в инициальных АР в пьесах французской модернистской’и постмодернистской драматургии является их метафикциональный и аутореференциальный характер, созданию которого способствует использование в инициальном тексте прецедентных имен, лексем, отсылающих к тематике театра, отсутствие панорамных темпоративов и локатиbob, способствующих определенности дейктического модуса драматургического текста, перенос грамматической формы глагола в план другого времени и др.

Средствами вербализации для эмотивно-экспрессивных АР выступают эллиптические конструкции, выраженные одночленным квалификативным предикатом, обстоятельственным предложным словосочетанием с подчинительной связью, обособленным качественным наречием, номинативными предложениями с N-процессным словом temps и silence, а также полные предложения с перформатив-ными глаголами с нюансированной эмоциональной установкой и непредельными глаголами с семантикой «молчание» в роли предиката.

Кинетические АР представлены, главным образом, жестовыми и проксеми-ческими АР, широко представленными в рассматриваемых текстах. К средствам их выражения относятся полные предложения с процессно-квалификативными предикатами, выраженными полнозначными локальными глаголами или аналитищ ческими конструкциями в сопровождении причастия прошедшего времени, а также с процессными предикатами, представленными акциональными каузативными, в том числе стилистически маркированными, глаголами и глагольными конструкциями, субстантивные эллиптические конструкции, причастия настоящего времени в роли самостоятельных предикатов, номинативные процессуальные предложения. Низкая степень репрезентативности мимических и визуальных АР в пьесах Э. Ионеско и С. Беккета отражает особый взгляд этих драматургов на проблему' мимической стилизации в театре. <

Система нарратологического декупажа, представленная структурно-композиционными АР, может иметь как статический, так и динамический характер. Выбор автором типа нарративной единицы и их количество в тексте может свидетельствовать об особенностях реализации текстоструктурирующей функции паратекста, преобразующей текст в дискурс.

Проведенное исследование позволяет сделать выводы относительно функционального потенциала АР в драматургическом тексте. Так, к полифункциональным АР в пьесах Ж. Ануя, Э. Ионеско и С. Беккета следует отнести проксемиче-ские, жестовые и панорамные АР, причем первые два типа ремарок отличаются наибольшей частотностью в паратексте к рассматриваемым текстам. Это связано с иным «антиконвенциональным» пониманием сущности театра, свойственным модернистской и постмодернистской драматургической традиции, которое нашло отражение в смысловой открытости, подчеркнуто игровом метатеатральном характере данного типа дискурса и, наконец, в жанровой нивелировке драматургического текста.

Прагматическая ценность АР в текстах модернистской и постмодернистской I драматургии выводит паратекст за пределы вспомогательного текста, который становится сильнейшим композиционным и характерологическим средством, эксплицирующим интенцию автора. АР в подобных текстах не только способствует визуализации источников дискурса, в роли которых выступают персонажи, но репрезентирует важный элемент прагматической установки автора на характериза-цию персонажа через осуществляемое им действие, в том числе словесное.

С точки зрения топологической соотнесенности с основным корпусом текста целесообразно распределить АР по трём категориям: препозитивные, интерпозитивные и постпозитивные. Наблюдается определенная позитивная корреляция между типом ремарки, ее функцией и топологической характеристикой относи— i тельно основного текста. Так, препозитивные и интерпозитивные АР выражаются преимущественно эмоциональными и просодическими АР, что отражает намерение авторов максимально точно передать интонационно-ритмический рисунок и эмоциональный «контекст», необходимый для определенной ситуации высказывания. Постпозитивные АР отличаются средней репрезентативностью и выполняют прежде всего текстоорганизующую функцию, разделяя дискурсивный континуум драмы на отдельные дискурсивные события.

Раскрытие функционального потенциала и детальное описание текстограм-матических потенций АР позволило изучить закономерности организации драматургического дискурса и его соотношения с внеязыковой реальностью. ;

Паратекст обладает в контексте модернистского и постмодернистского драг матургического текста особым лингвистическим статусом по ряду причин:

— разнообразие языковых средств, организующих паратекст как совокупность АР в драматургическом тексте;

— переосмысление системы единиц традиционного нарратологического деку-пажа;

— введение в паратекст элементов повествовательного описания, определяют 1 щее «настроение», в котором должно протекать последующее действие;

— использование метатекстовых (метатеатральных) элементов, способствующих определенности/неопределённости дейктического модуса текста и содержащихся в нем референций;

— использование в паратексте маркеров субъективной оценки, т. е. элементов, эксплицирующих отношение автора к персонажу, его действию (в том числе словесному), реакции, состоянию и т. д. К ним относятся модальные слова, фразеологические обороты, стилистические тропы (сравнения, ирония, эпитеты с оценочным элементом, лексические повторы, метафоры, олицет творения), синтаксические преобразования (сегментированные конструкт ции, парцелляция, кореференция, синтаксический параллелизм и др.).

Именно эти особенности позволяют рассматривать АР как средство диалоги-зации драматургического текста с учетом адресатной полифонии несмотря на то, что особый лингвистический статус паратекста со свойственной ему «литературностью» делает пьесу скорее пригодной для чтения, чем для ее сценической реализации. Текстолингвистический комплексный взгляд на паратекст как совокупность АР в драматургическом тексте открывает перспективу для вариантопорождающих возможностей и смысловой многомерности модернистских и постмодернистских пьес, смысл которых продуцируется в сложном взаимодействии АР как зоны прямого контакта автора с адресатом с основным текстом драмы, т. е. драматургичет ским диалогом.

Подводя итого наблюдениям над текстолингвистическими особенностями паратекста, следует подчеркнуть, что настоящая работа является лишь первой попыткой комплексного описания особенностей функционирования АР, выступающих в качестве метатекстовой интерпретанты, способствующей выходу за пределы языковых форм, содержащихся как в основном тексте, так и в паратексте. Представляется, что рассмотрение драматургических текстов с учетом специфики их диалогичности, интенциональности и дискурсивной принадлежности создает.

J i условия для иного понимания этих произведений в современной лингвистической и литературоведческой традиции, а также для нового сценического прочтения соответствующего текста.

В дальнейшем возможна разработка данной тематики по линии обнаружения новых механизмов диалогизации драматургического текста и способов выражения авторского сознания в драме с привлечением методов дискурсивного анализа. Открывается также перспектива для особого с точки зрения дискурсивного анализа исследования относительно роли паратекста в процессе членения многослойного и сложноорганизованного драматургического дискурса на отдельныедискурсивные события с определением критериев их отграничения. Помимо этси го, видится необходимой разработка конкретных интерпретационных стратегий для работы с метафикциональными драматургическими текстами.

Показать весь текст

Список литературы

  1. В.Г. Система форм речевого высказывания. / В. Г. Адмони. -СПб.: Наука, 1994.-160с.
  2. Н.Д. Метафора и дискурс. Теория метафоры. / Вступ. ст. и сост. Н. Д. Арутюновой. Общ. ред. Н.Д.-Арутюновой и М. А. Журинской. М.: Прогресс, 1990.-С. 5−32.
  3. Н.Д. Язык и мир человека. / Н. Д. Арутюнова. М.: Языки русской культуры: Кошелев, 1999. — 895с.
  4. JI.A. Организация интеракций с наличием угрозы негативного результата. Автореферат дисс.. канд. филол. наук. Воронеж, 2005. -23с.
  5. Н.В. Особенности организации дискурса в ситуации приглашения в британской языковой культуре. / Н. В. Байрак. Диссертация. канд. филол. наук. — Воронеж, 2006. — 215с.
  6. Н.Г. Лингвостилистические характеристики драмы как типа текста. / Н. Г. Бакланова. Дисс. канд. филол. наук. — М., 1983. — 189с.
  7. Ш. Общая лингвистика и вопросы французского языка. Изд-е 2-ое, стер. / Ш. Балли. М.: УРСС, 2001. — 416с.
  8. С.Д. Вопросы поэтики: Сб. статей. / С. Д. Балухатый. JL: Изд-во Ленинград, ун-та, 1990. — 320с.
  9. Р. Избранные работы: Семиотика. Поэтика. / Р. Барт. М.: Прогресс, 1989.-616с.
  10. М.М. Эстетика словесного творчества. / М. М. Бахтин. М.: Искусство, 1979−423с.
  11. В.П. Психолингвистические аспекты художественного текста. / В. П. Белянин. М.: Изд-во МГУ, 1988. — 121с.
  12. B.C. Михаил Михайлович Бахтин или поэтика культуры. / B.C. Библер. -М.: Прогресс, Гнозис, 1991. -497с.
  13. М.И. Нормы общения и внутренний мир личности / М. И. Бобнева. // В кн. Социальная психология в трудах отечественных психологов. -СПб.: Изд. «Питер», 2000. С.339−362.
  14. Г. И. Филологическая герменевтика. / Г. И. Богин. Калинин: Изд-во КГУ, 1982.-285с.
  15. М.А. Функциональный анализ средств создания образа страны (на материале немецких политических креолизованных текстов) / М. А. Бойко. Диссертация. канд. филол. наук. — Воронеж, 2005. — 188с.
  16. Н.К. Проблема текста художественного произведения у' М.Бахтина. / Н. К. Бонецкая. // НДВШ, Филологические науки, 1995, № 5/6. С. 3744.
  17. Г. От Софокла до Брехта за сорок театральных вечеров. / Г. Бояджиев. М.: Просвещение, 1960. — 351с.
  18. П. Пустое пространство. / П. Брук. М. Прогресс, 1976. — 239с.
  19. М. Я и Ты. / М. Бубер. М.: Высшая школа, 1993. — 173с.
  20. Р.А. Писатели о языке и язык писателей. / Р. А. Будагов. -М.: Изд-во МГУ, 1984. 280с.
  21. К. Теория языка. Репрезентативная функция языка. / К. Бю-' лер. М.: Изд. группа «Прогресс», 2000. — 528с.
  22. В.В. О теории художественной речи. / В.В. Виноградов- М.: Высшая школа, 1971. 424с.
  23. Т.Г. Говорящий и слушающий. Варианты речевого поведения. /Т.Г. Винокур. -М.: Рос АН, Ин-трус. яз., 1993. 171с.
  24. В.Н. .М.Бахтин). Марксизм и философия языка: Основные проблемы социологического метода в науке о языке. / В. Н. Волошинов М.: Лабиринт, 1993.-532с.
  25. О.П. Текстовые категории и фактор адресата. / О. П. Воробьева. Киев: Вища Школа, 1993. — 349с.
  26. О.П. Лингвистические аспекты адресованности художественного текста. / О. П. Воробьева. Автореферат дисс.. докт. филол. наук. М., 1994.-37с.
  27. С.В. Бубер Мартин // Всемирная энциклопедия: Философия. М.: ACT — Мн.: Харвест, Современный литератор, 2001. — С. 139 — 140.
  28. Л.С. Собрание сочинений в шести томах. Т.2. Проблемы общей психологии. / Л. С. Выготский. М.: Педагогика, 1982. — 472с. i
  29. Л.С. Психология искусства. / Л. С. Выготский. М.: Педагогика, 1990.-348с.
  30. В. Трагический фарс Жана Ануйля. / В. Гаевский. Театр, 1957, № 6, С.170−181.
  31. Гак В. Г. Сравнительная типология французского и русского языков. 2-е изд. / В. Г. Гак. М.: Просвещение, 1983. — 287с.
  32. Гак В. Г. Теоретическая грамматика французского языка. / В. Г. Гак. -М.: Добросвет, 2004. 862с.
  33. И.Р. Текст как объект лингвистического исследования. / И. Р. Гальперин. М.: Наука, 1981.-138с.
  34. .М. В поисках «другого». / Б. М. Гаспаров.' http. V/magazines.russ.ru/authors/g/gasparov/1999.
  35. Г. Принципы теоретической лингвистики / Г. Гийом. //Общ. ред., послеслов. и коммент. Л. М. Скрелиной. М.: Прогресс, 1992. — 224с.
  36. Л.И. Идейно-творческие поиски французской режиссуры XX века. / Л.И. Гительман- Л.: ЛГТИМиК, 1988. 74с.
  37. Л.И. Диалогичность в культуре «Пост». / Л. И. Гришаева. // Культура «Пост» как диалог культур и цивилизаций / ред. М. К. Попова и В. В. Струков. Воронеж: Воронеж, гос. ун-т, 2005. — С. 119−141.
  38. Л.И., Цурикова JT.B. Введение в теорию межкультурной коммуникации: Учеб. пособие / Л. И. Гришаева, Л. В. Цурикова. Воронеж: Воро-1 неж. гос. ун-т, 2003. — 369с.
  39. Л.И., Цурикова Л. В. Введение в теорию межкультурной коммуникации: Учеб. пособие / Л. И. Гришаева, Л. В. Цурикова. 2-е изд., дополн. -Воронеж: Воронеж, гос. ун-т, 2004. -424с.
  40. Л.И., Цурикова Л. В. Введение в теорию межкультурной коммуникации: Учеб. пособие / Л. И. Гришаева, Л. В. Цурикова. 3-е изд., исправл. — М: Academia, 2006. — 336с.
  41. Л.И. Особенности использования языка и культурная идентичность коммуникантов: монография / Л. И. Гришаева. Воронеж: Воронеж, гос. ун-т, 2007. — 261 с.
  42. Е. От Бедного Театра к искусству-Проводнику: Сб. статей / Е. Гротовски / Пер. с польск., вступ. статья и примеч. Н. З. Башинджагян. М.: Артист. Режиссер. Театр, 2003. — 351с., 24 л. ил.
  43. Гумбольдт В.фон. Избранные труды по языкознанию / В. фон Гумбольдт / Пер. с нем. яз., под ред. и с предисл. Г. В. Рамашвили 2-е изд. — М.: ОАО ИГ «Прогресс», 2000. — 396с.
  44. Э. Логические исследования. Картезианские размышления. Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология. Кризис европейского человечества и философии. Философия как строгая наука. / Э.Гуссерль. -Мн.: Харвест, М.: ACT, 2000. 752с.
  45. Т.А., ван. Язык. Познание, Коммуникация / Т.А., ван Дейк. ! Сост. В. В. Петров. Сб. работ /Пер. с англ., под ред. В. И. Герасимова / Вступ ст.- Ю. Н. Караулова и В. В. Петрова. М.: Прогресс, 1989 — 3 Юс.
  46. Действительность. Текст. Дискурс.: Учеб. пособие. / Сост. Е. Ю. Прохоров. М.: Флинта: Наука,'2004. — 224с.
  47. В.З. Текст и дискурс как термины и как слова обыденного языка / В. З. Демьянков // Язык. Личность. Текст. / Сб. ст. к 70-летию Т. М. Николаевой / Ин-т славяноведения РАН- Отв. ред. В. Н. Топоров. М.: Языки славянских культур, 2005. — С.34−55.
  48. . Логика смысла. / Ж. Делёз. М., Академия, 1995. — 574с.199 !1 •I
  49. ., Гваттари Ф. Что такое философия? / Ж. Делёз, Ф. Гваттари, — С-Пб., Алетейа, 1998. 286с.
  50. . Структура, знак и игра в дискурсе гуманитарных наук / Ж. Деррида. // Французская семиотика. От структурализма к постструктурализму. М.: ИГ «Прогресс», 2000. С. 407−426.
  51. Ф. Постмодернизм и общество потребления / Ф. Джей-мисон // www.ruthenia.ru/logos/number/2000−04−25.htm.
  52. К.А. Интерпретация текста: Фр.яз./ К. А. Долинин. М.: Просвещение, 1985. — 288с.
  53. Ю. В. Вариативный потенциал драмы Чехова: финал «Вишневого сада» / Ю. В. Доманский // Известия Уральского государственного университета. 2006. -№ 41.- С.68−74.
  54. З.С. Прагматика авторских ремарок в тексте английской драмы /З.С. Дотмурзиева //http://pn.pglu.ru/index.php? module=subjects&func= viewpage&pageid =1017.
  55. Е.Г. Абсурд как проявление театральной условности. / Е. Г. Доценко // Известия Уральского госуд. ун-та.- 2004. № 33. — С.97−112.
  56. В. Синтаксис теста. / В. Дресслер. // Новое в зарубежной лингвистике.-М.: Вып. 8, 1978.-С. 111−137.
  57. Европейские лингвисты XX века: Сб. обзоров. М.: РАН ИНИОН, 2001.-168с.
  58. О.В. Формы выражения автрского сознания в русской драме XX века. / О. В. Журчева. Автореф. дисс.. докт. филол. наук. — Самара, 2007.-42с.
  59. . К проблеме характера в пьесах Ануя. / Б. Зингерман. -Театр, 1977, № 1,С.131−147.
  60. Д.С. Диалог в драме и диалог в прозе / Д.С. Зонена-швили. Дисс. канд. филол. наук. — М., 1980. — 242с.
  61. И. Постмодернизм от истоков до конца столетия: Эволюция научного мифа. / И. Ильин М.: Интрада, 1998. — 256с. (|
  62. И.П. Постструктурализм. Деконструктивизм. Постмодернизм.- М.: Интрада, 1996. 255с.
  63. О. Пантомимический элемент в новой драме. / О.Ильинская. // Современная драматургия. № 6,1988. С. 238−245.
  64. Р. Исследования по эстетике. / Р. Ингарден. / Пер. с польск. М.: Изд-во иностр. лит., 1962. — 370с.
  65. М.С. Мир общения: Проблема межсубъектных отношений. / М. С. Каган. М.: Политиздат, 1988. — 437с.73. «Как всегда об авангарде». Антология французского театрального авангарда, пер. С.Исаева. — М.: ТПФ «Союзтеатр», 1992. — 288с.
  66. С.М. Прагматичнская роль кинетических ремарок в драматургическом произведении (на материале пьесы Б. Шоу «Профессия Миссис Уоррен»), / С. М. Кали. // Вестник Павлодарского ун-та. Гуманитарные науки. Павлодаре^ ПГУ, 2006, № 1. — С. 155−162.
  67. O.JI. Текст и коммуникация. / O.JI. Каменская. М.: Вые? шая школа, 1990. — 152с.
  68. С.В. Текст как явление культуры (пролегомены к философии текста). / С. В. Канныкин. Воронеж: РИЦ ЕФ ВГУ, 2003. — 143с.
  69. В.И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс. / В.И.- Карасик. Волгоград: Перемера, 2002. — 477с. '
  70. В.Б. Введение в теорию коммуникации: Учеб. пособие. / В. Б. Кашкин.- Воронеж: Изд-во ВГТУ, 2000. 175с.
  71. О.В. Функциональный анализ самооценочных высказываний как средства вербализации Я-концепта (на материале интервью немецкой прессы). / О. В. Кашкина. Диссертация. канд. филол. наук. — Воронеж, 2005. -212с.
  72. Квадратура смысла: Французская школа анализа дискурса. / Пер. с франц и португ. / Сост., общ. ред., вступ. ст. и коммент. П.Серио. Предисл. Ю. С. Степанова. М.: Прогресс, 1999 — 413с.
  73. Г. Ф. Имена в художественном тексте и проблемы их пере-- вода. / Г. Ф. Ковалев. // Социокультурные проблемы перевода: сб. науч. тр. в 2ч. -Вып. 7, ч.2. Воронеж: Воронеж, гос. ун-т, 2006. — С.278−287.
  74. М.Н. О диалогичности письменной научной речи. / М. Н. Кожина. Пермь, 1986. — 284с.
  75. Н.И. Смыслообразование в структурном понимании при рецензии художественного текста / Н. И. Колодина. Тамбов: Изд-во ТГТУ, 2000. — 145с.
  76. Н.Г. Слово в речи: Денотативные аспекты. / Комлев Н. Г. -М.: Изд-во МГУ, 1992. -214с.
  77. Г. К. «Структура» и/или «текст» (стратегии современной семиотики) // Французская семиотика: От структурализма к постструктурализму / Г. К. Косиков. Пер. с фр., составление и вступительная статья Г. К. Косикова. -М.: ИГ «Прогресс», 2000. С. 3−64.
  78. В.В. Виртуальная реальность или реальная виртуальность?, (Человек. Сознание. Коммуникация). / В. В. Красных. М.: Диалог-МГУ, 1998. -352с.
  79. Ю. Избранное. Разрушение поэтики. / Кристева Ю. / Пер. с франц. М.: РОССПЭН, 2004. — 656с.
  80. Е.С. Когнитивная семантика. / Е. С. Кубрякова // Материалы второй международной школы-семинара по когнитивной лингвистике 1114 сентября 2000 года: В 2ч. Тамбов, 2000. 4.1. С. 6−7.
  81. Е.С. Язык и знание. На пути получения знаний о языке: части речи с когнитивной точки зрения. Роль языка в познании мира / Е. С. Кубрякова. М.: Языки славянской культуры, 2004. — 560с.
  82. Е.С. Сознание человека и его связь с языком и языковой картиной мира. / Е. С. Кубрякова // Филология. Тамбов: ТГУ 2003. — С.32−34. -
  83. Н.А. Прецедентные высказывания как прогнозируемые зоны непонимания в межкультурном диалоге. / Н. А. Кудрина. // Проблема взаимопонимания в диалоге: Сборник научйых трудов / Ред. Н. А. Фененко, В. Т. Титов. -Воронеж: ВГУ, 2003. С. 95−102.
  84. Т.Я. Синтаксис драматургического диалога в сопоставлении с синтаксисом устной диалогической речи. / Т. Я. Кузнецова: Дис.. канд. филол. наук. -М., 1984. 198с.
  85. В.И. Проблемы анализа художественного диалога. / В. И. Лагутин. Кишинев, 1991. — 94с. I1.1
  86. И.И. Философия изобретения и изобретение философии. / И. И. Лапшин. -М.: Республика, 1999. 399с.
  87. Э. Время и Другой. Гуманизм другого человека / Э. Леви-нас. / Пер. с франц. А. В. Парибка, Высшая религиозно-философская школа. СПб, 1999.-265с.
  88. Леви-Строс К. Структурная антропология. / К. Леви-Строс. М.: Наука, 1985.-536с.
  89. А.А. Понятие текста в современной лингвистике и психолингвистике / А. А. Леонтьев // Психолингвистическая и лингвистическая природа текста и особенности его восприятия. Киев: Вища школа, 1979. ,¦
  90. В. «Касталия» постмодернизма и иная реальность / В.Летцев. // www.pereplet.ru.
  91. Т.В. Разговорная речь в художественном тексте. / Т.В. Лигу-та. Рига, 1978.-213с.
  92. Ю.М. Культура и взрыв. Семиосфера: Внутри мыслящих миров. Статьи и исследования. Заметки. / Ю. М. Лотман. СПб: Искусство, 2000. -704с.
  93. А.А. Контрапункт в драматургии Ж. Ануя. / А.А. Лу-щенкова. Дис. канд. филол. наук. — М., 1996. — 168с.
  94. Ю.А. Ремарка в драматическом тексте как предмет понимаi •ния / Ю. А. Львова. // Понимание как усмотрение и построение смыслов. Ч. 1. -Тверь, 1996.-С. 59−64.
  95. М.Л. Ицтерпретативный анализ дискурса в малой группе. / М. Д. Макаров. Тверь: Твер. гос. ун-т, 1998. — 200с.
  96. В.А. Лингвокультурология: Учеб. пос. / В. А. Маслова. М.: Изд. центр «Академия», 2001. — 208с.
  97. В.Л. Что такое диалогизм? / В. Л. Махлин. // Диалог. Карнавал. Хронотоп. 1993, № ½.- С. 99−133.
  98. Методологические проблемы когнитивной лингвистики: Научное издание / Под ред. И. А. Стернина. Воронеж, гос. ун-т, 2001.-182с. jI
  99. Г. Г. Семантика художественного текста. (Импликатив-ные аспекты коммуникации). / Г. Г. Молчанова. Ташкент: Изд-во ФАН УзССР, 1988.- 163с.
  100. Ч. Основания теории знаков. / Ч. Моррис. // Семиотика. -М.: Радуга, 1983.-636с.
  101. О.И. Грамматика текста. / О. И. Москальская. М. г Высшая школа, 1981. — 183с.
  102. С.В. Конвенциональные и спонтанные табу в лингвоэ-стетическом дискурсе. / С. В. Моташкова. // Культурные табу и их влияние на результат коммуникации: сб. науч. трудов. Воронеж: Воронеж, гос. ун-т, 2005. — С. 99−109.
  103. Е.Ю. Эмоциональная сторона языка в свете проблем межкультурной коммуникации. / Е. Ю. Мягкова. // Картина мира и способы ее репрезентации. / Ред. Л. И. Гришаева, М. К. Попова. Воронеж: Воронеж, гос. ун-т, 2003." -С. 70−75.
  104. Т.М. Лингвистика текста: Современное состояние и перспективы / Т. М. Николаева. // Новое в зарубеж. лингвистике. Вып. 8., 1978 С. 539.
  105. Н.А. Филологический анализ текста: Уч. пособие для студ-тов высших педаг. уч. зав-ий. / Н. А. Николина. М.: Академия, 2003. — 256с.- J
  106. Общая психология: Курс лекций для первой ступени педагогического образования / Сост. Е. И. Рогов. М.: Владос, 1999. — 448с.
  107. В. Знакотканное поведение и знакотканная реальность / В.Осипов. // http://xyz.org.ua/index/html.
  108. Е.В. Прагматический аспект связности диалога / Е.В. Па-дучева. // Изв. АН СССР, сер. Лит. и яз. 1982, № 4. с. 305−313.
  109. Е.В. Семантйческие исследования. Семантика времени и вида в русском языке. Семантика нарратива. / Е. В. Падучева. М.: Языки русской культуры, 1996. — 464с.
  110. .Д. Основы социально психологической теории. / Б. Д. Парыгин. — М.: Наука, 1971. — 428с.
  111. Е.И. Основы коммуникативной методики обучения иноязычному общению / Е. И. Пассов М.: Рус. яз., 1989. — 276с. -
  112. Т.П., Федотова Н. В., Чечет Р. Г. Стилистика и культура речи: Учеб. пособие / Т. П. Плещенко, Н. В. Федотова, Р. Г. Чечет // Под ред. П. П. Шубы. -Мн.: «Тетра Системе», 2001. 544с.
  113. Т.Ф. Текст, как диалог: Монография / Т. Ф. Плеханова. -Мн.: МГЛУ, 2002.-253с.
  114. Т.Ф. Социальный портрет адресата художественного текста. / Т. Ф. Плеханова. // Язык и социум. Материалы II Международной научной конференции. Минск, 5−6 декабря 1996 г. Мн.: БГУ, 1998 -4.2. — С.93−94.
  115. Т.Ф. Социальная структура авторского диалога в художественном тексте / Т. Ф. Плеханова. // Язык и социум. Мат-лы III Межд. науч. конф. Минск, 4−5 декабря 1998 г. Мн.: БГУ, 2000. — С. 231−232.
  116. Проблемы функциональной грамматики. Категории морфологии и синтаксиса в высказывании / Под ред. А. В. Бондарко. М.СПб.: Наука, 2000. -346с.
  117. Т. Французская антидрама (50−60-е годы). / Т. Про-скурникова. -М.: Высшая школа, 1968. 101 с.
  118. А.Д. Из режиссерских записей. / А. Д. Попов. М.: Искусство, 1967.- 113с.
  119. В.И. Язык как деятельность: Опыт интерпретации концепции В. Гумбольдта. / В. И. Постовалова. М.: Наука, 1982. — 222с.
  120. М.Ю. Вместо философии / М. Ю. Рогачёв. // www.lib.ru.
  121. О.Н. Мотивный комплекст как способ организации эпической драмы (на материале пьес Е. Шварца «Тень» и «Дракон»). / О. Н. Русанова. -Автореф. дисс. канд. филол. наук. Новосибирск, 2006.-21.
  122. Ю.А. Аспекты языковой картины мира: итальянский и русский языки. / Ю. А. Рылов. Воронеж: Воронеж, гос. ун-т, 2003. — 272с.
  123. Ю.А. Очерки романской антропонимии. Монография. / Ю. А. Рылов. Воронеж: ЦЧКИ, 2000. — 272с
  124. Сартр Ж.-П. Первичное отношение к другому: любовь, язык, мазотiхизм. (Перевод В. Бибихина) / Ж.-П. Сартр. // Проблема человека в западной философии. Составл. и послеслов. П. С. Гуревича. М.: Прогресс, 1988. — 525с.
  125. С.В. Концепт «Фауст» как константа немецкой культуры. / С. В. Семочко. Дисертация. канд. филол. наук. — Воронеж, 2004. — 223с.
  126. Дж. Р. Логический статус художественного дискурса / Дж. Р. Серль. // Логос, 1999. № 3. — С. 34−47. // http://www.ruthenia.ru/logos/number/1999−03−13.htm
  127. В. Г. Теория Ф. де Соссюра в свете современной лингвистики. Изд. 2-е, испр. / В. Г. Слюсарева. М.: Эдиториал УРСС, 2004. — 112с.
  128. Г. Я. Синтаксическая стилистика. Изд. 3-е, испр. и доп. ! Г. Я. Солганик. М.: КомКнига, 2006. — 232с. 'i
  129. Ю.С. Методы и принципы современной лингвистики. / Ю. С. Степанов. М.: Наука, 1975. — 312с.
  130. Ю.В. Авторская ремарка: приемы перевода с французского языка на русский. / Ю. В. Степанюк. // Вестник МГУ. Сер. 19. Лингвистика имежкультурная коммуникация. М.:'МГУ, 2006. — С. 155−162.
  131. Т.Г. Национальная идентичность и постмодернистский дискурс. / Т. Г. Струкова. // Проблема национальной идентичности и принципы- межкультурной коммуникации: Материалы школы-семинара. Т.1. Воронеж,' 2001.-С. 109−121.
  132. И.П. Деятельнорть, сознание, дискурс и языковая система. / И. П. Сусов // Языковое общение: процессы и единицы. Калинин: Калинин, гос. ун-т, 1988.-С. 7−13.
  133. В.Н. Пространство и текст / В. Н. Топоров. // Текст: семантика и структура. М.: Наука, 1983. — С. 227−284.
  134. Н.В. О реализации авторской позиции в драматическом тексте. / Н. В. Топчий. // Текстовый и сентенционный уровень стилистического аналиг за.-Л., 1987.-С. 134−145. j
  135. З.Я. Лингвистика текста. / З. Я. Тураева. М.: Просвещение, 1986.-126с.
  136. Н.А. Контрапункт интертекстуальности или интертекст в мире текстов. / Н. А. Фатеева. М.: Агар, 2000. — 280с.
  137. Н.А. Язык реалий и реалии языка / Н. А. Фененко. Воронеж: Воронеж, гос. ун-т, 2001. — 140с.
  138. Н.А., Титов В. Т. Диалог. Взаимопонимание. Культура. /
  139. Н.А. Фененко, В. Т. Титов // Проблема взаимопонимания в диалоге: Сборник науч--t, ных трудов / Ред. Н. А. Фененко, В. Т. Титов. Воронеж: ВГУ, 2003. — С. 8−11.
  140. Н.В. Концепт, концептор и художественный текст. / Н. В. Фоминых // Методологические проблемы" когнитивной лингвистики: Науч. изд. Под ред. И. А. Стернина. Воронеж: ВГУ, 2001. — С. 176−179.
  141. В.Е. Драма как явление искусства. / В. Е. Хализев. М.: Искусство, 1978. — 240с.
  142. В.П. Ремарка в драматургическом тексте А.П.Чехова: стереотипность и новые модели. / В. П. Ходус. // http://language.psu.ru.
  143. Н.Ю. Креативность как фактор самореализации личности в изменчивом мире / Н. Ю. Хрящева. // В кн. Социальная психология в трудах отечественных психологов. СПб.: Изд. «Питер», 2000. — С. 101−105.
  144. JI.B. Проблемы естественности дискурса в межкультурной коммуникации. / JI.B. Цурикова. Вронеж: Воронеж, гос. ун-т, 2002. — 257с.
  145. О.Н. Индивидуальные концепты в художественном тексте / О. Н. Чарыкова. // Методологические проблемы когнитивной лингвистики: Науч. изд. Под ред. И. А. Стернина. Воронеж: Воронеж, гос. ун-т, 2001. — С. 173−176.
  146. Н.А. Новое в современном французском синтаксисе. / Н. А. Шигаревская. -М.: Просвещение, 197*7. 103 с.
  147. Эко У. Отсутствующая структура. Введение в семиологию. / У. Эко-СПб.: ТОО ТК «Петрополис», 1998. 432с.
  148. Язык и моделирование социального взаимодействия: Переводы. / Сост. В. М. Сергеева, П. Б. Паршина. -М.: Прогресс, 1987. 462с.
  149. Р. Лингвистика и поэтика. / Р. Якобсон. // Структурализм1: «за» и «против». -М.: Прогресс, 1975. С. 193−228.
  150. Л.П. Избранные-работы: Язык и его функционирование. / Л. П. Якубинский. / Отв. ред. А. А. Леонтьев. М.: Наука, 1986. — 207с.
  151. М.Б. Памяти Тиресия. Интертекстуальность и кинематограф. / М. Б. Ямпольский. М.: РЖ Культура, 1993. — 464с.
  152. Abirached, R. La Crise du personnage dans le theatre moderne. / R.Abirached. Paris: Grasset, 1978. — 506p.
  153. Adam, J.-M. Quels types de textes? / J.-M. Adam. // Le franfais dans le monde, avril 1985, № 192, PP.39−43. I
  154. Adam, J.-M. Types de sequences textuelles elementaires. / J.-M. Adam. Pratiques, decembre 1987, № 56, PP.54−79.
  155. Althusser, L. Notes sur un theatre materialiste. / L. Althusser. Paris: Maspero, 1965.- 169p.
  156. Artaud, A. Le Theatre et son double. / A. Artaud. Paris: Gallimard, «Folio/Essais», 1985.-251p.
  157. Bardin, L. L’analyse de contenu. lie ed. / L. Bardin. Paris: Presses Universitaires de France, 1977. — 295p.
  158. Barrault, J.-L. Reflexions sur le theatre. / J.-L. Barrault. Boulogne: Ed.- du Levant, 1996.- 207p.
  159. Barthes, R. Theorie du texte. /R.Barthes. -Paris: Seuil, 1973. 368p.
  160. , R. «La mort de l’auteur». / R. Barthes. // Le Bruissement de la langage. Paris: Seuil, 1984. — PP. 61−67.
  161. Benveniste, E. Problemes de linguistique generale, 2. / E. Benveniste. -Paris: Gallimard, 1994. 286p.
  162. Borgal, C. Anouilh ou La peine de vivre. / C. Bordal. Paris: Ed. du Centurion, 1966.- 187p.
  163. Bordas, E. avec la collaboration de C. Barel-Moisan, G. Bonnet, A.: Deruelle, C. Marcandier-Colard. L’analyse litteraire: notions et reperes. / E. Bordas. Paris: Nathan, 2002. 232p. ¦
  164. Bouissac, P. La Mesure des gestes. Prolegomenes a la semiotique gestuelle. / P. Bouissac. Paris: Mouton, «Pap'erback Series», n° 3, 1973. — 294p.
  165. Bourdieu, P. Ce que parler veut dire. L’economie des echanges linguistiques. / P. Bourdieu. Paris: Fayard, 1993. — 243p.
  166. Chauchard, P. Le Langage et la Pensee. / P. Chauchard. Paris: Presses Universitaires de France, 1966. — 243p.
  167. Charbonnier, M.-A. Esthetique du theatre moderne. / M.-A. Charbonnier. Paris: A. Collin, Masson, «Synthese. Lettres», 1998. — 95p.
  168. Compagnon, A. Les Cinq paradoxes de la modernite. / A. Compagnon. -1 Paris: Seuil, 1990.-189p., ill. I
  169. David, G., Lavoie, B. Dramaturgic I: Exercices d’analyse dramaturgique, notes de cours et indications bibliographiques, / G. David, B. Lavoie. Montreal: Coop UQAM, vol. II, 1995.-177p.
  170. Deleuze, G. Logique du sens. / G. Deleuze. Paris: Ed. de Minuit, 1969. -463p.
  171. Derrida, J. L’Ecriture et la diffёrance. / J. Derrida. Paris: Seuil, 1967.683p.
  172. Dessons, G., Meschonnic, H. Traite du rythme. Des vers et des proses. / G. Dessons, H. Meschonnic. Paris, 1998. — 286p.
  173. Diderot, D. Paradoxe sur le comedien. / D. Diderot. /Presentation, dossier et glossaire par Sabine Chaouche/ Paris: Flammarion, «Garnier-Flammarion», 2000. -316p.
  174. Donnard, J.-H. Ionesco dramaturge ou L’artisan et le demon. / J.-H. Donnard. Paris: Minard, Lettres modernes, 1966. — 195p.
  175. Esslin, M. Theatre de l’absurde. / M. Esslin. Paris: Buchet Chastel, 1971.-456p.
  176. Esslin, M. Anatomie de Part dramatique. / M. Esslin. Paris: Buchet-Chastel, 1979.-138p., ill.
  177. , M. «Qu'est-ce qu’un auteur?» / M. Foucault. // Dits et Ecrits. -Paris: Gallimard, 1994, t.l.-PP. 789−821.
  178. Golopentia, S. Economie des didascalies. / S. Golopentia. // Voir les! didascalies/ P. CRIC ORPHYS, 1994.-PP. 18−134.
  179. Ingarden, R. Les fonctions du langage au theatre. / R. Ingarden. -Poetique, № 8,1971. PP.26−44.
  180. Ionesco, E. Notes et contre-notes. / E. Ionesco. Paris: Gallimard, «Idees», n° 107,1972.-378p.
  181. Issacharoff, M. Le Spectacle du discours. / M. Issacharoff. Paris: Jose Corti, 1985.- 175p.
  182. Jacquart, E. Le Theatre de derision. / E. Jacquart. Paris: Gallimard, «Idees», n°311,1974.-313p.
  183. Jeandillou, J.-F. L’Analyse textuelle. / J.-F. Jeandillou. Paris: Armand Colin, 1997.- 192 p. J
  184. Kristeva, J. Semeiotike, Recherche pour une semanalyse. / J. Kristeva. -Paris: Seuil, 1969.-386p.
  185. Maingueneau, D. Elements de linguistique pour le texte litteraire. 2e ed. / D. Maingueneau. Paris: Dunod, 1993. — 203 p.
  186. Maingueneau, D. L’analyse de discours. / D. Maingueneau. Paris: Hachette, 1997. — 268 p.
  187. Malachy, Th.J. Anouilh, les problemes de 1'existence dans un theatre de marionnettes. / Th.J. Malachy. Paris: Nizet, 1978. — 158p.
  188. Maldidier, D. L’inquietude du discours, textes de Michel Pecheux. / D.Maladier. Paris: Editions des Cendres, 1993. — 170p.
  189. Merleau-Ponty, M, La prose du monde. / M. Merleau-Ponty. La Prose du monde, Gallimard, 1969. — 236p.
  190. Meschonnic, H. Modernite modernite. / H. Meschonnic. Paris: Folio/Essais, n° 234,1993. — 317p.
  191. Osolsobe, I. Cours de theatristique generale. /1. Osolsobe. Paris: Ed. de Minuit, 1980.-524p.
  192. Pavis, P. Voix et images de la scene. Essais de semiologie theatrale. / P.Pavis.-Lille: P.U.L., 1985.-344p.
  193. Pecheux, M. L’inquietude du discours. / M. Pecheux Paris: Editions des Cendres, 1990. — 169p.
  194. Pidoux, J.-Y. Acteurs et personnages. L’interpretation dans les esthetiques theatrales du XXe siecle. / J.-Y. Pidoux. Lausanne: L’Aire, «L'aire theatrale», 1986. -372p.
  195. Pruner, M. L’analyse du texte de theatre. / M. Pruner. Paris: Paris: Nathan Universite, 1998.-236p.r
  196. Safrati, G.E. Elements d’analyse du discours. / G.E. Safrati Paris: Nathan Universite, 1997. — 128 p.
  197. Sanders, J.B. Aux sources de la verite du theatre moderne. / J.B. Sanders. Paris: Lettres modernes, Minard, «La situation», n° 30, 1974. — 22 lp.
  198. Sartre, J.-P. Un theatre de situation. / J.-P. Sartre. Paris: Gallimard, 1973.-250p.
  199. Schaeffer, J.-M. Pourquoi la fiction? / J.-M. Schaeffer. Paris: Ed. du Seuil, «Poetique», 1999. -348p.
  200. Senart, Ph. Ionesco. /Ph. Senart.-Paris: Ed. universitaires, 1964.- 127p.
  201. Souriau, E. Les Grands problemes de l’esthetique theatrale. / E. Souriau. -Paris: Centre de documentation universitaire, 1963. 101р.
  202. Tarrab, G. Ionesco a coeur ouvert. Series d’entretiens accordes a Gilbert Tarrab. / G. Tarrab. Montreal: Le Cercle du livre de France, 1970. — 120p.
  203. Tesniere, L. Elements de syntaxe structurale. 2em ed., revue et corr. ! L.Tesniere. Paris: Librairie C, Klincksieck, 1976. — 656p.
  204. Thomasseau, J.-M. Pour un -analyse du para-texte theatral. / J.-M. Thomasseau. Paris: Litterature, 1984. — 189p.
  205. Tobi, S. Eugene Ionesco ou A la recherche du paradis perdu. / S. Tobi. -Paris: Gallimard, 1973.-218p.
  206. Vandromme, P. Un auteur et ses personnages. Essai suivi d’un recueil de textes critiques de Jean Anouilh. / P. Vandromme. Paris: La Table Ronde, 1965. -245p. -
  207. Vier, J. Le theatre de Jean Anouilh. / J. Vier. Paris: Societe d’Edition1 d’Enseignement Superieur, 1976. — 138p.
  208. Vinaver, M. Ecrits sur le theatre, reunis et presentes par Michelle Henry. / M. Vinaver. Paris: Ed. de l’Aire, 1982. -315p.
  209. Vitez, A., Meschonnic, H. A 1'interieur du parle, du geste et du mouvement. Entretien avec Henri Meschonnic. / A. Vitez, H. Meschonnic. // Langue fran? aise, № 56, decembre, 1982. PP. 27−39.
  210. Winnicott, J.-W. Jeu et realite. L’espace potentiel, trad. C. Monod et J.-B. Pontalis. / J.-W. Winnicott. Paris: Gallimard, «Connaissance de l’inconscient», 1975. -197p.
  211. Ubersfeld, A. L’Ecole du spectateur. / A. Ubersfeld. Paris: Editions- sociales, 1981.-280p. jи
  212. Ubersfeld, A. Lire le theatre. / A. Ubersfeld. Paris: Editions sociales- 1982.-325p.
  213. Сгшсоксловарей и глоссариев
  214. Гак В.Г., Триомф Ж. Французско-русский словарь активного типа / В. Г. Гак, Ж. Триомф. М.: Русский язык, 1991. — 1053с.
  215. ЛЭС Лингвистический энциклопедический словарь / Гл. ред. В. Н. Ярцева. — М.: Сов. энциклопедия, 1990. — 685с.
  216. П. Словарь театра / П.Пави. М.: Наука, 1991. — 483с. !
  217. В.П. Словарь культуры XX века. / В. П. Руднев. М.: Аграфа1 1997.-384с.
  218. СЛТ Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов. / О.С. Ахманова-М.: Сов. Энциклопедия, 1969. -726с.
  219. ФЭС Философский энциклопедический словарь. — М.: Сов. энциклопедия, 1989.-745с.
  220. Angenot, М. Le Glossaire pratique de la critique, 2e ed. / M. Angenot. -La Salle, Hurtubise HMH, 1979 1972.-223 p. -
  221. Bouchard, A. La Langue theatrale. Vocabulaire. des termes et des choses de theatre. / A. Bouchard. Geneve: Slatkine, «Ressources «, n° 141, 1982. -387p.
  222. Charaudeau, P., Maingueneau, D. Dictionnaire d’analyse du discours. / P. Charaudeau, D. Maingueneau. Paris: Seuil, 2002. — 275p.
  223. Pierron, A. Dictionnaire de la langue du theatre: Mots et moeurs du theatre. / A. Pierron Paris, Robert, 2002. — 622 p.
  224. Ubersfeld, A. Les Termes ctes de l’analyse du theatre. / A. Ubersfeld. -Paris: Seuil, 1996.-93p.
  225. Leocadia. Anouilh, J. Le rendez-vous de Senlis suivi de Leocadia. 4-Paris: La Table Ronde, 1987. — PP. 137−241.
  226. Antigone. Anouilh, J. Antigone. / J. Anouilh. — Paris: La Table Ronde, 1988.-92p.
  227. Voyageur. Anouilh, J. Le voyageur sans bagage suivi de Le bal des voleurs. / J. Anouilh. — Paris: La Table Ronde, 1988. — PP.8−113.
  228. Poissons. Anouilh, J. Les poissons rouges. / J. Anouilh. — Paris: Gallimard, 2003.-156p.
  229. Eurydice. Anouilh, J. Eurydice suivi de Ronrao et Jeannette / J. Anouilh. — Paris: Gallimard, 2005. — PP.7−172.
  230. Godot. Beckett, S. En attendant Godot. // Theatre I. / S. Beckett. — Paris: Les Editions de Minuit, 2005. — PP.7−138.
  231. Fin. Beckett, S. Fin de Partie. // Theatre I. / S. Beckett. — Paris: Les Editions de Minuit, 2005. — PP. 139−216.
  232. Fragment I. Beckett, S. Pas suivi de Fragment de theatre I et II, pochade radiophonique, esquisse radiophonique. / S. Beckett. — Paris: Les Editions de Minuit, 2004.-PP. 18−43.
  233. Fragment И. Beckett, S. Pas suivi de Fragment de theatre I et II, pochadei. radiophonique, esquisse radiophonique. / S. Beckett. Paris: Les Editions de Minuit, 2004. -PP.43−69.
  234. Catastophe. Beckett, S: Catastophe et autres dramaticules. / S. Beckett. -Paris: Les Editions de Minuit, 2005. — PP.68−85.
  235. Cantatrice. Ionesco, E. La Cantatrice chauve. E. Ionesco. // Theatre I. -Paris: Gallimard, 2005. -PP.l5−57.
  236. Lefon. Ionesco, E. La Lefon. E. Ionesco. // Theatre I. — Paris: Gallimard, 2005. PP.59−96.
  237. Jacques. Ionesco, E. Jacques ou la soumission. E. Ionesco. // Theatre I. т Paris: Gallimard, 2005. -PP.97−130. |
  238. Avenir. Ionesco, E. L’avenir est dans les oeufs. E. Ionesco. // Theatre I. ~ Paris: Gallimard, 2005.-PP.131−157.
  239. Victimes. Ionesco, E. Victimes du devoir. E. Ionesco. // Theatre I.¦*
  240. Paris: Gallimard, 2005. PP. 159−213.
  241. Годо. Беккет С. В ожидании Годо. / С. Беккет. // Театр остановившихся часов. / Сост. И. Б. Дюшен. (Самодеят. театр. 5/90. Репертуар и методика). -М.: Искусство, 1990. — С.40−121.
  242. Певица. Ионеско Э. Лысая певица. / Э. Ионеско. // Лысая певица: Пьесы. / Пер. с франц. Г. Зингера. Сост. И. Дюшена. — М.: Известия, 1990. — С, 1544. i
  243. Жертвы. Ионеско Э. Жертвы долга. / Э. Ионеско. // Лысая певицу: Пьесы. / Пер. с франц. Г. Зингера. Сост. И. Дюшена. — М.: Известия, 1990. — С. 84 128.
  244. Пассажир. Ануй Ж. Пассажир без багажа. / Ж. Ануй. // Пьесы, Т. 1. -М.: Искусство, 1969. — С. 97−170.
  245. Эвридика. Ануй Ж. Эвридика. / Ж. Ануй. // Пьесы, Т.1. — М.: Искусство, 1969.-С. 171−272.
  246. Антигона. Ануй Ж. Антигона. / Ж. Ануй. // Пьесы, Т. 1. — М.: Искусство, 1969.-С. 273−330.
Заполнить форму текущей работой