Помощь в написании студенческих работ
Антистрессовый сервис

Некодифицированная социально-оценочная лексика и ее использование в русском языке 80-90-х годов ХХ века

ДиссертацияПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

Весьма заметное влияние, которое оказывает некодифицированная лексика на систему литературно-нормированного языка, вызывает необходимость ее изучения в самых разных аспектах. Этим и определяется актуальность настоящего исследования, посвященного прежде всего изучению некодифицированной социально маркированной лексики с социокультурных позиций, т. е. с позиций литературно-нормированного языка… Читать ещё >

Некодифицированная социально-оценочная лексика и ее использование в русском языке 80-90-х годов ХХ века (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Содержание

  • ГЛАВА I. ИЗУЧЕНИЕ НЕКОДИФИЦИРОВАННОЙ СОЦИАЛЬНО ОЦЕНОЧНОЙ ЛЕКСИКИ В РУССКОМ ЯЗЫКОЗНАНИИ
    • 2. Классификация некодифицированной социально-оценочной лексики
      • 3. 0. составе некодифицированной социально-оценочной лексики и ее основных понятиях
    • 4. О многоаспектном характере исследования некодифицированной социально-оценочной лексики русского языка
  • Выводы по главе 1
  • ГЛАВА II. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ НЕКОДИФИЦИРОВАННОЙ СОЦИАЛЬНО-ОЦЕНОЧНОЙ ЛЕКСИКИ С ЛИТЕРАТУРНЫМ ЯЗЫКОМ
  • Ь-Некодифицированная социально-оценочная лексика вне системы литературного языка
    • 2. Некодифицированная социально-оценочная лексика в системе литературного языка
  • Выводы по главе II
  • ГЛАВА III. НЕКОДИФИЦИРОВАННАЯ СОЦИАЛЬНО ОЦЕНОЧНАЯ ЛЕКСИКА В КУЛЬТУРНОРЕЧЕВОМ АСПЕКТЕ
    • 1. Проблема индивидуальных и групповых оценок социальнооценочной лексики русского языка
    • 2. Коммуникативная целесообразность функционирования некодифицированной социально-оценочной лексики в языке средств массовой информации 90-х годов XX века
    • 3. Некодифицированная социально-оценочная лексика в когнитивном аспекте
  • Выводы по главе III

Демократические процессы, происходящие в 90-е годы в нашей стране, находят свое непосредственное отражение в «демократизаций» языка, что неизбежно влечет за собой снятие многих ограничений в словоупотреблении, ведет к «смешению» социально-функциональных языковых подсистем и в результате — к появлению стилистически сниженного разговорно-обиходного наречия, которое именуется в лингвистической литературе «городским просторечием» [Городское просторечие: Проблемы изучения 1984], «интержаргоном» [Скворцов 1964], «арготическим стилем» [Елистратов 1996] или, в нашем понимании, молодежным сленгом.

Некодифицированная социально маркированная лексика оказывает при этом существенное влияние не только на стилистически сниженную разговорно-обиходную форму русского литературного языка, но и на его книжные функционально-стилистические разновидности, прежде всего на язык средств массовой информации в его письменной и устной манифестациях и язык художественной литературы. Это подтверждает массовое проникновение некодифицированной социально ограниченной лексики и фразеологии в газетно-публицистический стиль, а также довольно участившиеся в последнее время публикации произведений «лагерной жизни ГУЛАГа», «диссидентской» литературы, прозы, описывающей жизнь и быт профессиональных преступников, «воров в законе», членов мафиозных структур и т. д.

Социальные сдвиги, связанные с условиями переходного периода, изменением общественно-политического строя, сменой форм собственности и составом активных участников коммуникации, — отмечает в этой связи Л. И. Скворцов, -приводят к известному «расшатыванию» традиционных норм. Это выражается в росте вариантных (ненормативных) элементов, в том числе и новых иноязычных заимствований и терминов, а также в определенном стилистическом снижении письменных форм современного русского языка и в заметной вульгаризации оби-ходно-р.азговорной речи" {Скворцов 1994, 69].

Весьма заметное влияние, которое оказывает некодифицированная лексика на систему литературно-нормированного языка, вызывает необходимость ее изучения в самых разных аспектах. Этим и определяется актуальность настоящего исследования, посвященного прежде всего изучению некодифицированной социально маркированной лексики с социокультурных позиций, т. е. с позиций литературно-нормированного языка, литературно-языковой нормы. Этот аспект изучения социально ограниченной лексики имеет принципиально важное значение, поскольку в центре внимания — социолекты стилистически сниженного, вульгари-зованного характера — арго деклассированных, близкие к нему асоциальные групповые жаргоны наркоманов, подростков, склонных к употреблению наркотических веществ, неформальных молодежных объединений и молодежный сленг.

Предметом данного исследования является лексика русского языка, характеризующаяся двумя важнейшими признаками: 1) ненормированностью, т. е. находящаяся за пределами литературного языка- 2) социальной оценочностью. Мы имеем в виду, что в состав некодифицированной лексики, наряду с диалектизмами, входит и социально ограниченная лексика. На наш взгляд, важнейшей особенностью этой лексики является ее социальная оценочность, на которую наV слаиваются другие виды оценочности и коннотации. Некодифицированная социально-оценочная лексика сближается с социально-оценочной лексикой литературного языка природой своей оценочности, но в то же время резко ограничивается от последней сферой использования, характером выражения семантики. Семантика некодифицированной социально-оценочной лексики всегда имеет групповой характер и не может выйти на уровень национального освоения.

Лексико-фразеологический материал исследования охватывает два круга источников: 1) газетно-журнальные публикации, тексты передач радио и телевидения на молодежную тему, 2) лингвистические словари и справочники.

В исследовании используются материалы специализированных словарей социально ограниченной лексики, среди которых словари русского арго, социально-корпоративных жаргонов, а также словари молодежного жаргона, или молодежного сленга.

— Из арготических словарей к работе привлечены такие, как «Блатная музыка. Жаргон тюрьмы» В. Ф. Трахтенберга (1908), «Словарь жаргона преступников» .

С.М.Потапова (1927), «Словарь воровского языка» (1991), «Язык из мрака: Блатная музыка и» феня" М. А. Грачева (1992), «Русская феня» В. Быкова (1994) и др.

В исследовании используются данные словарей специализированных социально-корпоративных жаргонов: жаргона хиппи, например, «Сленг хиппи» Ф. И. Рожанского (1992), «Сленг хип-системы «А. И. Мазуровой (1991), а также жаргона наркоманов, который весьма активизировался в последнее время: «Жаргон и татуировки наркоманов в ИТУ» А. Алферова (1996), «Жаргон и татуировки наркоманов» М. А. Грачева (1996). Используются в работе и данные словарей молодежного жаргона и русского сленга (термины «молодежный жаргон» и «русский сленг» понимаются нами как синонимы): «Словарь молодежного жаргона» (1992), «Словарь русского сленга» И. Юганова, Ф. Югановой (1997).

Кроме материалов специальных словарей социально ограниченной лексики, используются данные толковых словарей русского языка Х1Х-ХХ века: «Словаря живого великорусского языка» В. И. Даля, «Толкового словаря русского языка» Д. Н. Ушакова, «Словаря современного русского литературного языка» (19 511 965), «Словаря русского языка» (1981), «Толкового словаря русского языка» С. И. Ожегова и Н. Ю. Шведовой (1994).

Кроме того, к исследованию привлекаются данные словарей новых слов и значений под ред. Н. З. Котеловой [НСЗ 60-хНСЗ 70-хНРЛ 77−86].

В диссертации также используются материалы периодических изданий 90-х годов XX века, среди которых официально-правительственные издания («Известия», «Российская газета»), молодежные издания («Собеседник», «Комсомольская правда», «Экспресс-газета»), местные периодические издания («Брянский рабочий», «Брянская газета», «Суббота» и др.).

Целью настоящей работы является изучение функционирования некоди-фицированной социально-оценочной лексики в системе русского языка на современном этапе его развития (80−90-е годы XX века), а также рассмотрение проблем, связанных с культурноречевой оценкой некодифицированных структур.

Культурноречевая оценка некодифицированных социально-оценочных языковых элементов предполагает не только их интерпретацию с позиций языковых норм первого уровня", т. е. литературно-языковых норм, но и с позиций языковых «норм второго уровня», т. е. норм, присущих социально ограниченным субкультурам.

Для достижения поставленной цели предполагается решение ряда частных задач исследования:

1) определение сущности социально ограниченных языковых подсистем, имеющих место в лингвистическом пространстве современной Россииих соотношения друг с другомих места в системе современного русского языка;

2) выявление аспектов исследования некодифицированной социально-оценочной лексики на различных этапах развития русского языкознания, указание на принципиально новые подходы в лингвистической интерпретации этих явлений (социокультурные, культурологические, когнитивные направления в их изучении, весьма активно развивающиеся в конце 80-х — начале 90-х годов XX века);

3)рассмотрение проблем взаимодействия некодифицированной социально-оценочной лексики с общелитературным языком, механизма перехода некодифи-цированных языковых единиц в его систему;

4) изучение коммуникативной целесообразности функционирования ненормированных социально маркированных языковых единиц в системе литературного языка (на примере языка средств массовой информации);

5) изучение некодифицированной социально-оценочной лексики с позиций литературно-языковой нормы и разработка вопросов языковой политики;

6) когнитивная интерпретация некодифицированной социально маркированной лексики и фразеологии на современном этапе.

Для достижения поставленной цели в работе применяется комплекс методов исследования, в числе которых такие, как описательный, сравнительно-сопоставительный, социолингвистического анализа, совокупность статистических методов исследования.

Описательный метод используется при изучении функционирования неко-дифицированных социально-оценочных языковых элементов в системе литера-турно-нормированного языкаи за его пределами. Сравнительно-сопоставительный метод исследования позволяет сопоставить языковые факты различных некодифицированных подсистем на одном и том же отрезке времени (синхронный аспект), а также языковые факты одной и той же социально ограниченной подсистемы (например, арготизмы или жаргонизмы) на разных временных этапах (диахронический аспект исследования).

Социолингвистические методы исследования направлены на выявление индивидуальных и социально-групповых оценок некодифицированных языковых единиц. С этой целью в диссертации применяется метод анкетирования и социолингвистического эксперимента. Для обработки результатов социолингвистического эксперимента используется все многообразие статистических методов исследования.

Научная новизна диссертации связана с несколькими направлениями. Во-первых, к исследованию привлекаются материалы относительно новых для лингвистической науки некодифицированных социально ограниченных подсистем. Социально-корпоративные жаргоны наркоманов, неформальных молодежных объединений до сих пор не являлись непосредственными объектами изучения. А если такие исследования и предпринимались, то они не занимали центрального места в научных исследованиях [Грачев 1995; 1997; Мазурова 1991; Радзиховский 1989; Мазурова, Радзиховский 1991].

Не подвергался обстоятельному, комплексному изучению лексико-фразеологический состав современного молодежного сленга (80−90-е годы XX века), а если такие попытки и делались [Беликова 1992; Зайковская 1993; Миралаева 1994], то они касались какой-либо одной стороны молодежного сленга (молодежного жаргона), например, системы его словообразования [Зайковская 1993] или функционирования некодифицированной лексики в нормативно ориентированных текстах [Беликова 1992]. Кроме того, молодежный сленг рассматривается как относительно замкнутая в своем функционировании социально ограниченная подсистема.

Во-вторых, за рамками специальных лингвистических исследований остаются важные вопросы взаимодействия некодифицированных социально ограниченных подсистем, а также их взаимодействия с системой литературно-нормированного языка на современном этапе. А ведь такое изучение крайне необходимо, поскольку в настоящее время весьма активизировался процесс массового проникновения некодифицированных социально-оценочных языковых единиц в систему общелитературного языка, причем не только в его разговорно-обиходные формы (это происходило и на более ранних этапах развития языка), но и в книжные функционально-стилистические разновидности (например, язык средств массовой информации).

В-третьих, серьезных уточнений требует традиционный для русской лингвистики культурноречевой аспект интерпретации некодифицированной социально-оценочной лексики. Так, М. А Грачев — один из исследователей арготической лексики — отмечает неприемлемость крайне пуристической, запретительной позиции по отношению к ней, заключающейся в том, что «нормы, сложившиеся в представлении тех или иных людей, рассматриваются ими как неправильности» [Ахманова, Беляева, Веселитский 1965, 97].

Крайняя позиция по отношению к некодифицированным языковым структурам объясняется тем, что такие разнородные языковые подсистемы, как арго преступников, жаргоны (профессиональные или социально-корпоративные), интержаргоны, молодежный сленг не были дифференцированы. Оставались невыяв-ленными существенные лингвистические признаки данных некодифицированных подсистем в рамках единого русского языка.

В связи с этим теоретическая значимость исследования состоит в решении многих принципиально важных вопросов социальной диалектологии, в частности, вопросов социальной стратификации современного русского языка, классификации некодифицированных социальных вариантов речи, выяснения сущности таких социально ограниченных языковых подсистем, как арго преступников, социально-корпоративные жаргоны наркоманов, неформальных молодежных объединений, молодежный сленг, лексическое экспрессивное просторечие.

Кроме того, принципиальную теоретическую значимость имеют культурологические и социокультурные аспекты изучения некодифицированной социально-оценочной лексики и фразеологии современного русского языка: проблемы ее функционирования в системе литературно-нормированного языка и за его пределами, в рамках существующих в этносоциальном пространстве современной России своеобразных субкультур.

Вопросы культуры речи связаны прежде всего с изучением индивидуальных и социально-групповых оценок некодифицированной лексики носителями национального русского языка.

Практическая значимость исследования. Материалы настоящего исследования могут быть использованы в вузовском и школьном курсе преподавания русского языка, поскольку вопросы культуры речи и языковой политики в области арго, жаргонов и молодежного сленга очень актуальны в наше время. Между тем в учебных пособиях по русскому языку некодифицированной социально-оценочной лексике отводится очень мало места или она не отражена вообще.

На материалах исследования могут основываться спецкурсы по истории русского литературного языка (история отдельных слов и выражений, имеющих жаргонно-арготическое происхождение), лексикологии и фразеологии (функционирование некодифицированной социально-оценочной лексики и фразеологии в литературно-нормированном языке), стилистике (функционально-стилистические особенности социально-оценочной лексики в языке средств массовой информации, коммуникативная целесообразность ее применения в книжных стилях литературного языка), общему языкознанию (вопросы социальной дифференциации современного русского языка, взаимодействия социально ограниченных языковых подсистем с системой литературно-нормированного языка).

Полученные результаты исследования могут использоваться в лексикографической практике. Так, большое количество неологизмов современного русского языка представляют собой некодифицированные социально-оценочные лексемы (жаргонно-арготическая или сленговая лексика), поэтому конкретные эмпирические данные исследования могут применяться при составлении словарей новых слов и значений 90-х годов XX века.

Языковые единицы, представленные в диссертации, могут составить спеанализированные словари социально ограниченной лексики. Опыт такого словаря («Словарь современного молодежного сленга»), основанный на непосредственном наблюдении за живой разговорно-обиходной речью молодежи (носителей сленга) и за использованием сленгизмов в средствах массовой информации (молодежных периодических изданиях, передачах радио и телевидения, посвященных молодежной проблематике), представлен в диссертации в качестве приложения.

Апробация работы. Основные положения диссертации изложены в докладах на 3 республиканских и 1 Международной научных конференциях: на IV научно-практической конференции преподавателей общеобразовательных, научных учреждений, аспирантов, студентов «Актуальные проблемы обучения и воспитания» (Брянск 1997), региональной научно-практической конференции «Нравственное и патриотическое воспитание учащейся молодежи: состояние, проблемы и пути их решения» (Брянск 1998), республиканской научной конференции «Лексическая и грамматическая семантика» (Белгород 1998) и VI Международной конференции «Семантика языковых единиц» (Москва 1998). Диссертация также обсуждалась на кафедре русского языка Брянского государственного педагогического университета им. И. Г. Петровского, часть материалов обсуждалась при подготовке лекционных и практических занятий к курсу «Риторика и культура речи» в Брянском государственном педагогическом университете.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, библиографии, двух приложений. В 1-й главе рассматривается история изучения некодифицированной социально-оценочной лексики в русском и зарубежном языкознании. 2-я глава посвящена проблемам взаимодействия социально ограниченных подсистем с системой литературно-нормированного языка. В 3-й главе исследуются культурноречевые аспекты этих взаимодействий.

Выводы по главе III.

1. Изучение некодифицированной социально-оценочной лексики в системе литературно-нормированного языка предполагает ее культурноречевую оценку (индивидуальную и социально-групповую) как носителями самих некодифициро-ванных структур, так и носителями литературного языка.

2. Культурноречевая оценка некодифицированной лексики русской лингвистической школой отличается неоднозначностью. С одной стороны, она характеризуется резко отрицательным отношением к объекту оценки, с другой стороны, — признанием его коммуникативным резервом литературного языка, способным оживить языковой стандарт, интенсифицировать процесс коммуникации. Оценка некодифицированной лексики русской лингвистической школой не позволяет в полной мере получить представление о правомерности ее использования в живой разговорной речи и книжных функционально-стилистических разновидностях литературно-нормированного языка. Это связано с отсутствием дифференциации некодифицированной лексики русского языка.

3. Социолингвистический эксперимент, направленный на изучение социально-групповых оценок некодифицированной лексики в соответствии с ее дифференциацией (арго преступников как абсолютно закрытая подсистема, жаргон наркоманов как относительно закрытая подсистема, студенческий жаргон как относительно открытая подсистема, молодежный сленг как абсолютно открытая подсистема), свидетельствует об их многообразии.

4. Положительная оценка студенческого жаргона и в еще большей мере молодежного сленга связана с общим стремлением молодежи преодолеть языковой стандарт, уйти от шаблонов языка, готовых штампов и клише.

5. Элементы арго и жаргона наркоманов получили однозначно негативную оценку, поэтому их употребление в живой разговорной речи, а тем более в книжных (письменных) разновидностях литературного языка, например, языке средств массовой информации, является крайне нежелательным.

6. Если до 80−90-х годов XX века некодифицированная лексика употреблялась лишь в языке художественной литературы, то в последнее время она переместилась в средства массовой информации. Очевидно, что в употреблении некодифицированной социально-оценочной лексики в книжных разновидностях литературно-нормированного языка (языке средств массовой информации) следует учитывать принцип коммуникативной целесообразности, предполагающий целенаправленный отбор языковых средств в соответствии с целями и задачами коммуникации. Принцип коммуникативной целесообразности связан с выполнением ею ряда функций:

1) создание колорита замкнутой социальной среды;

2) создание речевого портрета индивида;

3) стилизация под речевой код представителей социально изолированной среды;

4) коммуникативная (интенсификация процесса общения);

5) идентифицирующая (сигнализирует о принадлежности к социальной среде);

6) экспрессивно-выразительная.

7. До недавнего времени в лингвистике преобладал нормативно-стилистический подход к изучению некодифицированной социально-оценочной лексики, согласно которому она рассматривалась с позиций литературно-языковой нормы. В настоящее время происходит смещение акцентов: нормативно-стилистический аспект ее изучения сменяется когнитивным.

8. В свете идей когнитивной лингвистики наиболее актуальными являются попытки анализа и оценки некодифицированной лексики с точки зрения синтезированной в ней информации о понятийно-концептуальной сфере существования индивида. Некодифицированная лексика предстает прежде всего выражением лингвистического бытия определенных субкультур, отражением ценностно-ориентационных интенций порождающих ее микросоциумов.

9. Когнитивная информация, извлеченная из совокупности некодифицированных социально-оценочных лексем, может быть информацией о понятийно-концептуальной сфере лингвистического бытия определешшх суб.

169 культур, представленной сетью концептуальных метафор. А может быть информацией о чувственно-эмоциональной сфере существования микросоциума, отражающей их ценностно-ориентационное членение мира.

10. Некодифицированные языковые единицы следует рассматривать не только исходя из позиций литературно-языковой нормы, как «чуждые», инофункцио-нальные компоненты, не имеющие права на существование в языковой действительности, а как элементы, отражающие лингвистическое бытие различных субкультур. И в этом смысле следует признать если не равноправное, то допустимое их положение по отношению к литературно-нормированным языковым вариантам.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

.

1. Общеизвестно, что чем выше уровень социального развития общества, тем большую роль играют социальные факторы в развитии языка. Именно социальная оценочность выступает важнейшим следствием социальной дифференциации языка, а все факты, вызванные социальной дифференциацией языка, являются в то же время социально-оценочными. Поэтому важнейшим характерным признаком некодифицированной социально ограниченной лексики, наряду с экспрессивностью и эмоциональностью, является оценочность.

2. В состав некодифицированной социально-оценочной лексики современного русского языка входят арготизмы, жаргонизмы, сленгизмы.

3. Очевидно, что только выявление основных функций арго и их особенностей позволяет наиболее четко разграничивать социальные диалекты. Выявляя основные функции русского арго (конспиративную, опознавательную, номинативную, мировоззренческую), можно прийти к выводу, что только наличием конспиративной функции арго отличается от системы социально-корпоративных жаргонов.

4. Однако специфика этих различных языковых подсистем не ограничивается функциональными особенностями. Необходим учет состава носителей ненормированных языковых подсистем, своеобразия лексико-семантических и лексико-словообразовательных особенностей этих языковых структур. Наконец, необходим комплексный анализ взаимоотношений некодифицированных языковых подсистем с системой общелитературного языка, а также анализ их художественно-стилистических особенностей.

5. Русский молодежный сленг предстает лексико-фразеологическим вокабу-ляром, который характеризуется общеупотребительностью, несвязанностью строго регламентированными нормами, и вследствие этого обладает особым характером эмоционально-экспрессивной окраски и специфически выраженной оценоч-ностью. Сленг является совокупностью стилистически сниженной эмоционально-экспрессивной лексики, имеющей широкую социальную базу. В результате преобладания в сленге коннотативного начала над денотативным в нем весьма распространена синонимия: все сленгизмыимеют общеупотребительные стилистически нейтральные синонимы в литературно-нормированном языке.

6. Некодифипированные социально ограниченные подсистемы, существующие в составе русского национального языка, не разделены незыблемыми границами, напротив, они находятся в тесной и неразрывной связи друг с другом. Поэтому изучение взаимодействий литературного языка с диалектами, просторечием, жаргонами представляет большой лингвистический интерес: оно позволяет выявить тенденции развития современного русского языка.

7. Взаимодействие социально ограниченных языковых подсистем с системой литературно-нормированного языка выражается прежде всего в проникновении в его состав некодифицированных языковых элементов. Этот процесс отличается сложностью и неоднозначностью, поскольку некодифицированная социально-оценочные лексемы проходят долгий путь развития, прежде чем попасть в сис тему литературного языка.

8. На первом этапе осуществляется их «горизонтальная мобильность», т. е. перемещение из одного социального диалекта в другой. В лингвистическом отношении этот процесс характеризуется возникновением парадигматических отношений — межжаргонной синонимии, приводящей к появлению жаргоноидов, и межжаргонной омонимии, приводящей к появлению омолектов.

9. Жаргоноиды представляют собой языковые единицы, имеющие тождественное (абсолютно или относительно) лексическое значение в разных социальных диалектах (например, в арго преступников, жаргонах наркоманов и неформальных молодежных объединений). Омолекты также реализуют свои лексические значения в различных социально ограниченных подсистемах (арго преступников, жаргонах наркоманов и неформальных молодежных объединений).

10. Миграции некодифицированных социально-оценочных языковых единиц из одного социолекта в другой с течением времени приводят к их проникновению в систему русского молодежного сленга, поскольку именно эта структура обладает наибольшей открытостью и способностью к принятию новых языковых средств. В русской языковой и речевой практике сленгизмом может быть любое слово, кроме открыто бранного, лишь бы оно было новым по сравнению с узуальным. В этом находит объяснение легкость и быстрота появления в сленге новых слов. Сленгизм всегда актуален, заразителен, и поэтому его сразу же подхватывает и закрепляет в своем вокабуляре сленгирующая среда.

11. Дальнейшая эволюция сленгизмов-экспрессивов связана с их проникновением в лексическую систему «литературного просторечия», а затем в сферу ли-тературно-нормированного языка, вначале в его разговорно-обиходные, а затем и книжные функционально-стилистические разновидности.

12. Однако далеко не все слова, попавшие в состав лексического экспрессивного просторечия, обладают одинаковыми шансами закрепления в системе литературного языка. Очевидно, что в наименьшей степени ассимиляции нормированным языком подвержены структурно отмеченные (формально мотивированные) лексемы, поскольку специфика их словообразования, заключающаяся в особенностях способов словообразования и словообразовательных формантов, препятствует их функционированию в качестве полноценных средств общения.

13.Полная семантическая дублетность структурно отмеченных некодифи-цированных лексем литературно-нормированным приводит к тому, что эти слова почти всегда остаются на периферии языковой системы.

14.Внеположенностью по отношению к литературно-языковой норме отличаются структурно неотмеченные (формально немотивированные) языковые единицы, не имеющие в своей структуре формально выраженных показателей лексического значения и созданные на основе семантических переносов (метафора, метонимия, синекдоха) или заимствований.

15.В группе структурно неотмеченных языковых единиц различают лексемы-аналоги и лексемы-универбы. Лексемы-аналоги обнаруживают полную тождественность значения семантике синонимичных им нормированных языковых единиц. Функционирование этих слов в системе литературного языка определяется их экспрессивно-выразительным потенциалом, в результате чего они становятся стилистическими ресурсами литературного языка и используются в целях повышения эффективности процессов коммуникации.

16. Лишь лексемы-универбы, т. е. языковые единицы, не обладающие абсолютной адекватностью лексического значения семантике нормированных лексем, обнаруживают высокие шансы проникнуть в систему литературного языка.

17.Взаимодействие некодифицированной социально-оценочной лексики и фразеологии с литературно-нормированными языковыми единицами вызывает необходимость культурноречевой интерпретации некодифицированных языковых фактов. Этот аспект изучения связан прежде всего с исследованием индивидуальной и групповой оценок ненормированных социально ограниченных языковых единиц.

18.В зависимости. от субъекта оценки это может быть интерпретация некодифицированной лексики русской лингвистической школой (внешняя индивидуальная оценка) и носителями социально ограниченных подсистем (внутренняя социально-групповая оценка).

19. Социальная оценка некодифицированных языковых единиц русской лингвистической школой отличается неоднозначностью и выражается в наличии диаметрально противоположных полюсов. С одной стороны, резко отрицательная характеристика объекта оценки, согласно которой жаргонно-арготическая и сленговая лексика рассматриваются как «подлинное зло, иссушающее и загрязняющее речь». При этом лингвисты видят свою непосредственную задачу «в борьбе против жаргона», «против засорения нашего языка вульгарными словами и выражениями-жаргонизмами» .

20. С другой стороны, в лингвистических исследованиях указывается на положительную роль некодифицированной социально-оценочной лексики в системе литературно-нормированного языка: в составе просторечной й жаргонной лексики есть явления, которые обогащают литературный язык.

21. Неоднородность оценок некодифицированной лексики русской лингвистической школой связана с недифференцированностью социальных вариантов речи, между тем как арго преступников, социально-корпоративные жаргоны й молодежный сленг представляют собой различные языковые явления, требующие индивидуального подхода в оценке.

22. Лингвистический эксперимент, проведенный с целью изучения социально-групповых оценок некодифицированных языковых единиц, свидетельствует об их многообразии. Так, однозначно негативная оценка арготизмов и некоторых жаргонизмов в живой разговорной речи и книжных разновидностях литературно-нормированного языка (языке средств массовой информации) не означает негативной оценки сленгизмов и жаргонизмов абсолютно открытых подсистем (школьного, студенческого жаргонов), поскольку эти языковые единицы не несут экспрессии грубости и вульгарности, свойственные, в частности, арготизмам, а отличаются шутливо-юмористическими коннотациями, способными «разворошить языковой стандарт» и оживить речь.

23.Функционирование некодифицированных социально-оценочных лексем в языке средств массовой информации определяется принципом коммуникативной целесообразности, согласно которому допустимым признается только коммуникативно оправданное с точки зрения стилистических норм русского литературного языка словоупотребление.

24.Поэтому очень важным оказывается изучение функций некодифициро-ванной социально-оценочной лексики в нормативно ориентированных текстах средств массовой информации. К основным функциям использования некодифи-цированной лексики в публицистической речи относятся функция изображения социально замкнутой средысоциальной характеристики персонажа, принадлежащего к этой среде (чаще всего в этой роли используется арготическая лексика) — стилизации, экспрессивно-выразительная (роль жаргонной и сленговой лексики), наконец, функция интенсификации общения и идентифицирующая (выражает принадлежность индивида к определенной социальной среде, чаще всего молодежной).

25.Целесообразность использования социально-оценочной лексики определяется законами художественной выразительности, согласно которым «истинный вкус состоит не в безотчетном отвержении такого-то слова, такого-то оборота, но в чувстве соразмерности и сообразности» [Пушкин 1949, 53].

26. До недавнего времени в лингвистике преобладал нормативно-стилистический подход к некодифицированной социально-оценочной лексике, согласно которому ее изучение осуществлялось с позиций литературно-языковой нормы. В 80−90-е годы в науке происходит смещение акцентов: нормативно-стилистический аспект уступает место когнитивному. С этой точки зрения неко-дифицированная социально маркированная лексика рассматривается в контексте онтологии целостных субкультур как конгломератов своеобразных норм, ценностей, символов, стереотипов мышления и поведения, языкового этикета, восприятия и т. п. Поэтому наиболее актуальными в свете идей когнитивной лингвистики являются попытки анализа и оценки некодифицированной лексики с точки зрения синтезированной в ней информации о понятийно-концептуальной сфере существования социальной структуры, информации, которая складывается в систематизированную языковую картину мира этой субкультуры.

27. Когнитивный аспект интерпретации некодифицированной социально-оценочной лексики позволяет углубить представление не только о языковом выражении онтологии определенных субкультур, но и о языке в целом.

180. Потапов С. М. Словарь жаргона преступников (блатная музыка). — М.: Нар. ком. внутр. дел, 1927. — 154 с.

181. Рожанский Ф. И. Сленг хиппи: Материалы к словарю. — СПб.: Изд-во Европейского дома, 1992. — 63 с.

182. Розенталь Д. Э., Теленкова М. А. Словарь — справочник лингвистических терминов: Пособие для учителя. — 3-е изд., испр. и доп. — М.: Просвещение, 1985. — 399 с.

183. Словарь воровского языка.-Тюмень: НИЛПО, 1991. — 170 с.

184. Словарь молодежного жаргона: Слова, выражения, клички рок-звезд, прозвища учителей / Под ред. И. А. Стернина. — Воронеж, 1992. — 113 с.

185. Словарь новых слов русского языка (середина 50-х — середина 80-х годов) / Под ред. Н. З. Котеловой. — СПб., 1995. — 877 с.

186. Словарь русского языка: В 4 т. /АН СССР, Ин-т рус. языкаПод ред.

A.П.Евгеньевой.- 2-е изд., испр. и доп.- М.: Русский язык, 1981.

187. Словарь современного русского литературного языка: В 17 Т. /Под ред.

B.И. Чернышева. -М. — Л.: Изд-во АН СССР, 1951 — 1965. 17 т.

188. Социологический справочник / Под общей ред. В. И. Воловича. — К.: Политиздат Украины, 1990 — 382 с.

189. Толковый словарь русского языка: В 4 т. / Под ред. Д. Н. Ушакова. — МЛ.: Сов. энцикл., 1935;1940. 4 т.

190. Трахтенберг В. Ф. Блатная музыка (Жаргон тюрьмы) / Под ред. и с предисловием И. А. Бодуэна де Куртенэ. — СПб.: Тип. А. Г. Розена, 1908. XX. — 116 с.

191.Фасмер М. Этимологический словарь русского языка: В 4 т. — М.: Прогресс, 1986. 4 т.

192. Юганов И., Юганова Ф. Словарь русского сленга (сленговые слова и выражения 60−90-х годов) / Под ред. А. Н. Баранова. — М.: Метатекст, 1997. — 304 с.

Показать весь текст
Заполнить форму текущей работой